# Двойной агент

Том Брэдби

Содержание

Титульный лист

Об авторе

Также Том Брэдби

Посвящение

Пролог

## Глава 1


## Глава 2


## Глава 3


## Глава 4


## Глава 5


## Глава 6


## Глава 7


## Глава 8


## Глава 9


## Глава 10


## Глава 11


## Глава 12


## Глава 13


## Глава 14


## Глава 15


## Глава 16


## Глава 17


## Глава 18


## Глава 19


## Глава 20


## Глава 21


## Глава 22


## Глава 23


## Глава 24


## Глава 25


## Глава 26


## Глава 27


## Глава 28


## Глава 29


## Глава 30


Эпилог

Благодарность

Авторские права

Том Брэдби


Двойной агент


Содержание


Пролог

## Глава 1


## Глава 2


## Глава 3


## Глава 4


## Глава 5


## Глава 6


## Глава 7


## Глава 8


## Глава 9


## Глава 10


## Глава 11


## Глава 12


## Глава 13


## Глава 14


## Глава 15


## Глава 16


## Глава 17


## Глава 18


## Глава 19


## Глава 20


## Глава 21


## Глава 22


## Глава 23


## Глава 24


## Глава 25


## Глава 26


## Глава 27


## Глава 28


## Глава 29


## Глава 30


Эпилог

Благодарность


Об авторе

ТОМ БРЭДБИ - писатель, сценарист и журналист. Он написал семь предыдущих романов, самый последний из которых вошел в десятку самых продаваемых "Секретная служба". "Повелитель дождя" был включен в шорт-лист Ассоциации писателей-криминалистов "Стальной кинжал" в номинации "Триллер года", а "Белый русский" и "Бог хаоса" - в номинации "Историко-криминальный роман года" CWA. Он экранизировал свой первый роман "Танцор с тенью" в фильме, сценарий к которому был номинирован на кинопремию "Лучший сценарий года" Evening Standard.


Как телеведущий, он наиболее известен как нынешний ведущий программы ITV "Новости в Ten" и ведущий всех недавних ночных программ о выборах и референдумах на ITV. В первый же год работы он был назван Королевским телевизионным обществом ведущим года в сети. Он проработал в ITN тридцать лет и последовательно был корреспондентом по Ирландии, политическим корреспондентом, корреспондентом по Азии (за это время он был застрелен и серьезно ранен во время освещения беспорядков в Джакарте), королевским корреспондентом, редактором Великобритании и политическим редактором – эту работу он занимал в течение десяти лет, – прежде чем стать ведущим News at Ten в 2015 году.

Также Том Брэдби


Танцор Теней

Сон мертвых

Повелитель дождя

Белый Русский

Бог хаоса

Кровавые деньги

Секретная служба

Посвящается Клаудии, Джеку, Луизе и Сэму.

Пролог


КЕЙТ НЕ МОГЛА решить, обладала ли стоявшая перед ней женщина острым чувством юмора, глубоко укоренившимся социальным аутизмом или и тем, и другим. "Как вы думаете, почему выподходите друг другу?" - спросила она после долгого объяснения важной роли, которую ее бывший заместитель и друг Рав играл в повседневной работе российского отдела МИ-6.

"Как замена подобному разнообразию", - ответила Сьюзи без малейшего намека на улыбку.

Сьюзи Спенсер была стройной, хорошенькой северянкой с государственным образованием и наполовину вьетнамкой. "Умная половина’, как она выразилась. Она не брала пленных, но, возможно, в этом не было ничего плохого. ‘Я очень хочу расправить крылья, - сказала она, - правда хочу. Служба безопасности была добра ко мне, и мне нравится там работать, но я всегда краем глаза присматривался к жизни за рекой здесь – к шансу расширить свой кругозор, играть на более широком поле. Я уверен, ты понимаешь.

Кейт предполагала, что так оно и было, хотя в наши дни вспоминать об этом было все труднее, поскольку это более широкое игровое поле казалось все более угрожающим.

- Однако я была бы признательна, - продолжала Сьюзи, заправляя за ухо выбившийся локон аккуратных черных волос, - если бы вы могли рассказать мне немного больше о том, что на самом деле случилось с вашим помощником шерифа, Равом.

- Боюсь, это дело закрыто.

- Но мне нужно было бы знать предысторию, не так ли?

- Нет, я так не думаю.

— Но если моя жизнь тоже будет в опасности...

-Этого не будет.

— Учитывая то, что произошло, я не вижу...

‘ Дело закрыто. Это все, что я могу сказать.

— Но эти утверждения о том, что премьер-министр - русский шпион...

- Недоказано, вот почему дело закрыто.

Сьюзи не дрогнула и не отступила. ‘ Если мне предстоит взять на себя эту роль, миссис Хендерсон, я была бы признательна, если бы знала предысторию. Вот и все.

Кейт так и подмывало спросить вслух, почему ее начальник Йен оказывал на нее такое сильное давление, требуя назначить эту женщину своим новым заместителем. Полезно для межведомственных отношений, беззаботно сказал он, хотя яростно отстаивал свою территорию даже при намеке на вторжение МИ-5 из-за реки, пока его амбиции стать следующим шефом не взяли верх. Он превращал себя в непревзойденного воина Уайтхолла.

Она откинулась на спинку стула и уставилась в окно на утренних пассажиров, спешащих под дождем к вокзалу Воксхолл – неизменному фону ее трудовой жизни. В идеале она хотела бы отправить эту женщину обратно за реку, туда, где ей самое место, но она понимала, что, учитывая вопросы о ее собственном недавнем прошлом, она, вероятно, потеряла способность определять этот аспект своего будущего – и многие другие. - Это называлось операцией "Сигма", - сказала она. "Мы получили разведданные о том, что группа высокопоставленных офицеров российской разведки регулярно встречалась на суперяхте, принадлежащей Игорю Бородину, бывшему главе Службы внешней разведки России, СВР".

- Конечно, я знаю, кто он.

Мы – я – наняли молодую помощницу по хозяйству, чтобы она устроилась няней к внуку Игоря на борту. Мы убедили ее установить "жучок" в его кабинете. Вскоре после этого мы записали, как он и его коллеги обсуждали тот факт, что бывший премьер-министр болел раком и собирался уйти в отставку. Было ясно, что один из кандидатов на его замену работал на Москву".

-Который из них?

— Ну, вы, наверное, видели утечки в прессе...

- Нынешний премьер-министр - да, но было ли это правильно?

- В конце концов, доказать это было невозможно ни тем, ни другим способом, вот почему дело было закрыто.

- Вы согласились с этим решением?

Кейт колебалась. - Мы не можем позволить, чтобы мандат демократически избранного лидера был подорван без веских доказательств.

- Вы думаете, он был виновен?

‘Мое мнение несущественно. Мы должны быть организацией, основанной на фактических данных, особенно в этом мире дезинформации и лжи".

-Что случилось с Равом? - спросил я.

- Его убили.

- Но коронер вынес вердикт о самоубийстве?

—Послушай...

– И насколько я понимаю, он – как и вся работа операции "Сигма" - был предан агентом из вашей среды, внедренным сюда, чтобы помочь нынешнему премьер-министру прийти к власти.

Кейт ледяным взглядом посмотрела на нее. Чертов Йен, подумала она. Эта женщина была слишком хорошо информирована. Вот и все, что касается закрытого файла. - Этот вопрос тоже закрыт.

– Агент – Вайпер - был вашим мужем?

- Если ты уже знаешь ответ, нет необходимости задавать вопрос.

- Извините, это, должно быть, было очень тяжело.

- Я ищу помощника шерифа, а не психотерапевта.

‘ И вы не пожалеете, что наняли меня. Я очень скрупулезен.

Кейт смотрела, как дождь барабанит по стеклу. Она встала, полная решимости довести аудиенцию до конца. Она протянула руку. - Спасибо, что пришли, мисс Спенсер.

‘ Все было в порядке? - Спросила Сьюзи, и в ее взгляде появился неожиданный и довольно поразительный намек на смирение. - Я получил эту работу?

- Я дам тебе знать.

Кейт снова села и смотрела, как Сьюзи взяла свое пальто и направилась по коридору. У нее не могло быть более серьезных сомнений в отношении этой женщины, но это было к делу не относится. Она согласилась с тем, что Йен поступит по-своему.

Но гораздо более важный вопрос был достаточно прост: почему он был так полон решимости натравить на них этого чужака? Это была не его идея, в этом она была уверена.

1


Три недели спустя

ЕСЛИ НЕ считать тонкой нити тумана, которая обвивала купол базилики Санта-Мария-делла-Салюте на дальней стороне Большого канала, в Венеции было яркое, свежее, ясное утро. На самом деле, именно таким днем Кейт Хендерсон могла бы наслаждаться при любых других обстоятельствах. Иногда находиться вдали от семьи было убийством.

‘ Почему ты продолжаешь барабанить пальцами по столу? - Спросил Гас. - Ты терпеть не можешь, когда люди так делают.

Кейт заставила себя остановиться. Она улыбнулась Джули, которая сидела напротив. ‘ Твоя мама немного нервничает, ’ сказала Джули. - При данных обстоятельствах, я думаю, это понятно, не так ли?

Они снова погрузились в молчание и смотрели, как мимо медленно проплывает гондольер. Столики на террасе для завтрака были заняты китайскими туристами, в основном прикованными к своим телефонам. Они, похоже, тоже почти ничего не ели.

Кейт не смогла удержаться и вернулась к изучению тарелки дочери. ‘ Пожалуйста, ешь, любимая, - сказала она. Фиона заказала яйцо-пашот, Кейт настояла на тостах, но ни то, ни другое пока не подходило к желудку ее дочери.

‘ Просто съешь это, черт возьми, - сказал Гас. Остатки его плотного завтрака были видны широкой дугой на некогда нетронутой скатерти.

‘ Гас, пожалуйста! ’ взмолилась Кейт. ‘ Не разговаривай так со своей сестрой. И не ругайся.

- Как будто ты не понимаешь.

‘ Осталось недолго, - сказала Джули. - И тогда мы все станем намного счастливее.

Никто не ответил на ее жизнерадостную улыбку. Обычно ниспадающих каштановых волос Джули, поразительных зеленых глаз и совершенной красоты фигуры было достаточно, чтобы заворожить сына Кейт, но не в то утро. - У папы появилась новая девушка? - спросил я. - Спросил Гас свою мать.

‘ Ради бога, Гас! Фиона уставилась на него, ее пронзительные голубые глаза излучали ярость. Впервые за несколько месяцев она накрасилась и собрала волосы в аккуратный пучок, который подчеркивал ее все более впалые щеки. Не было никаких сомнений, что ее конфликт с едой был на грани того, чтобы лишить ее внешности. Она встала из-за стола и выбежала.

‘ Ты ничего не ела, ’ крикнула ей вслед Кейт. Но Фиона была уже на полпути через террасу. - Мы выезжаем через пять минут!

- Ну, а он знает? - Спросил Гас, когда сестра ушла. В отличие от Фионы, его щеки с каждым днем становились все пухлее, а стрижка под пудинг, которую он посоветовал ей сделать, делу не помогала.

- Насколько нам известно, нет, - ответила Джулия.

Гас взглянул на нее, затем снова перевел взгляд на мать. "Но ты сказала, что никогда не сможешь снова быть с ним вместе, так почему это должно быть так важно?"

Ни Кейт, ни Джули на это не ответили. Что ты мог сказать? Гас поднялся на ноги. - Я собираюсь отлить, - объявил он.

‘Все зависит от того,как ты им говоришь, ’ сказала Кейт, когда он уходил. "Я надеюсь, что время, проведенное с моими детьми, окажется полезным средством контрацепции", - сказала она Джули.

‘ Не будьте так строги к себе. У вас у всех есть все основания быть напряженными. Джули рассеянно принялась за второй круассан. Она ела так же, как пила, как и жила, на самом деле: с легкой беспечностью.

‘ У тебя есть сигарета? - Спросила Кейт.

- Мне показалось, ты сказал "не при детях"?

- Но ведь их здесь нет, не так ли?

Джули достала из сумки пачку "Уинстон" и бросила ее через стол. Кейт взяла сигарету, закурила и помахала официанту, который неохотно сменил курс и направился к ней. ‘ Да, ’ отрывисто сказал он. Венецианская школа очарования удалась на славу. Она заказала еще кофе.

"Потому что это определенно поможет", - сказала Джули.

Кейт глубоко вздохнула и откинулась назад лицом к Гранд-каналу. Полупустой вапоретто проплыл мимо в направлении моста Риальто. Туман достиг купола Санта-Мария-делла-Салюте и теперь клубился в чистом голубом небе. ‘ Как ты себя чувствуешь? - Спросила Джулия.

‘ Я не совсем уверен. Нервничаю. Злюсь. Раздражен. Расстроен. Выбирай сам.

- У вас есть какие-нибудь предположения, чем он has занимался в Москве?

Кейт пожала плечами. С тех пор как она обнаружила, что ее муж предал не только их брак, но и свою страну, у нее не было прямого контакта с ним. После его дезертирства вся связь осуществлялась через консульского сотрудника посольства Великобритании в Москве.

-У него есть девушка?

- Зная его, я бы так и подумал.

- Что ты ему скажешь?

‘ Ничего. Что тут можно сказать?

“Ты гребаный ублюдок”. Джули улыбнулась. "Это было бы неплохим началом".

‘ Я это уже говорила. ’ Кейт сделала еще одну быструю затяжку и затушила окурок. ‘ Давай. Мы не можем больше откладывать это.

Кейт подошла причесаться и подкрасить лицо. Она изучила себя в зеркале, придя к выводу, что постарела по меньшей мере на десять лет, значительно меньше чем за год. Она села на кровать, уставилась в богато украшенный потолок и закрыла глаза. Этот отель знавал лучшие дни, и ей было знакомо это чувство. Узел напряжения в ее животе неуклонно затягивался с тех пор, как она села в самолет в Гатвике.

Фиона и Гас успели вовремя на короткую прогулку до площади Святого Марка. И как только они оказались там, Джули отвлекла их от медленно ползущих стрелок времени на башенных часах, прочитав вслух из путеводителя. ‘Хорошо. Это место у кромки воды известно как Моло, и эти колонны были доставлены домой из Тира дожем Мичиели в 1125 году. ’ Она перевернула страницу. - На самом деле, он привез три, но один упал в море, когда его разгружали здесь. Ха. Как насчет этого?

Никто ее не слушал. Кейт взглянула на свои часы, как будто они были более надежным индикатором времени, чем часы над ними. Она вернулась к разглядыванию групп туристов на другой стороне площади.

- Расслабься, Кейт, - прошептала Джули.

Кейт не ответила. Она чувствовала себя глупо из-за того, что согласилась встретиться здесь сейчас. Венеция была местом мечты вражеской разведывательной службы. ‘ Зачем им что-то предпринимать? - Сказала Джули, прочитав ее мысли. - Стюарт никогда бы им не позволил.

Кейт оторвала взгляд от осмотра площади и еще раз посмотрела на часы. ‘ Хорошо. Она посмотрела на Джули. - Просто дай мне десять минут, ладно?

- Да, как мы и договаривались.

- Что ты собираешься ему сказать? - Спросила Фиона. Теперь ее голос звучал мягче.

- Я не знаю, любимая.

‘ Было бы лучше, если бы вы рассказали нам. Она взглянула на своего брата, который выглядел смущенным, что он обычно приберегал для встреч с представителями противоположного пола.

Я просто собираюсь поговорить об организации этого визита и о том, как мы могли бы работать в будущем. Если есть место, где ты могла бы остановиться с ним, и так далее.

- Ты собираешься поговорить с ним о том, что произошло?

‘ Я так не думаю. Не уверен, что это пойдет на пользу кому-либо из нас. Она нежно погладила дочь по плечу, но не получила ответа.

Кейт пересекла площадь Сан-Марко, пробираясь сквозь толпы медленно идущих туристов, затем свернула на Аля Наполеоника. Оказавшись вне поля зрения Джули и детей, она остановилась у магазина и притворилась, что рассматривает выставленные в витрине украшения, а сама оглянулась в ту сторону, откуда пришла.

Все было в порядке. Возможно, Джули была права. Зачем кому-то следить за ней?

Кейт прошла дальше и заплатила свой входной билет в музей Коррера, расположенный дальше по улице. Она вошла в прохладный, тихий салон и просмотрела отдел костюмов с прекрасной коллекцией старинной одежды и шелковых знамен.

-Привет, любимая.

Она резко обернулась. Стюарт был одет в черные джинсы и синюю футболку, стильную кожаную куртку и кроссовки. У него были короткие волосы и дизайнерская щетина. Он немного похудел, на полкило, возможно, больше. Он гораздо больше походил на забавного, непочтительного молодого человека, в которого она так сильно влюбилась много лет назад.

Тот, с кем она сразу поняла, что хочет построить жизнь.

- Ты хорошо выглядишь, - сказал он.

‘ Не хочу. Чувство удовлетворенности, которое, как она убедила себя, охватило ее, казалось, покинуло. Она снова почувствовала себя подростком, легкомысленным, неуверенным, смущенным.

- Где дети? - спросил я.

‘ Они с Джули. Они будут здесь через минуту. Я подумал, что лучше всего сначала побыть несколько минут вместе, просто ... обсудить практические вещи. Но даже произнося это, она знала, что это неправда. Это было заметно?

‘ Конечно. Как они?

Первые несколько месяцев с ними все было в порядке, но с тех пор все стало намного сложнее. Ты ... увидишь. Гас неразговорчив, даже по своим меркам, а Фи очень странно относится к своей еде.’ Она чувствовала себя на более твердой почве, обсуждая их детей.

- Она ходит к психотерапевту?

‘ Они оба больны. Она опасно близка к анорексии, но мы внимательно следим за этим.

Стюарт кивнул. С ним всегда было так легко разговаривать. И, как ни странно, было тихо. ‘ Прости, - сказал он. - Как у тебя дела? - спросил я

‘ Я в порядке. Она подняла на него глаза, и внезапно сквозь ее дезориентацию прорвался гнев. Что он ожидал от нее услышать? Что после семнадцати лет брака, более двадцати вместе, она чувствовала себя расколотой надвое из-за его ухода? ‘Я чертовски хорош, Стюарт. Что ты думаешь?"

- Мне очень жаль.

- И перестань так говорить.

- Что еще ты хочешь, чтобы я сказал?

Кейт прикусила губу. Она медленно выдохнула, голова у нее закружилась, желудок скрутило. Это было похоже на их первый совместный вечер, но без головокружительного ощущения возможности. - Как жизнь в Москве? - Спрашиваю я.

‘ Не очень весело. Я получаю ничтожную пенсию за свое предательство, на которую трудно прожить. Я пытаюсь найти работу, но они мало заинтересованы в помощи. Они обращаются со мной так, словно я заразная болезнь. Он горько улыбнулся. ‘ Возможно, так оно и есть. Британское посольство проделывает хорошую работу, сводя на нет мои шансы с любой компанией, которая регистрируется у них, так что, честно говоря, я немного облажался. Но не больше, чем я заслуживаю.

- У тебя есть квартира?

‘ Да. И машина. Но обе довольно ветхие.

На мгновение они замолчали. Кейт уставилась в пол, который казался самым безопасным местом для поиска. ‘Я просто хотела обсудить, как мы собираемся работать с детьми в будущем", - сказала она. "Я уверена, мы оба согласимся, что их интересы превыше всего".

-Конечно.

— Я не знаю, о чем ты думал, но...

‘ Я соглашусь на все, что ты захочешь. Я сижу в Москве, ничего не делая. Так что... ’ он пожал плечами. - ... это будет все, ради чего я живу. И им, похоже, все равно, что я делаю и куда хожу.

‘ Конечно, им не все равно. Они будут наблюдать.

‘ Сомневаюсь. Думаю, дни моей полезности или, по крайней мере, значимости подошли к концу. Единственная проблема - наличные. У меня не так много свободных денег, поэтому я не знаю, как часто я смогу путешествовать по Европе".

— Вы же не ожидаете, что я...

‘ Я ничего не жду, Кейт. Я заслуживаю всего, что у меня есть.

Слезы выступили из уголков глаз Кейт и покатились по щекам. Она резко вытерла их. ‘ Любовь моя... Стюарт шагнул вперед. Кейт подняла руку и отступила на шаг. - Ты же знаешь, что я готова на все ради шанса на искупление, верно?

‘ Этого никогда не случится, Стюарт, и я перестану приводить к тебе детей, если ты пойдешь по этому пути. Она была удивлена тем, насколько категорично это прозвучало.

- Мне очень жаль, - повторил он.

Боль в нем резанула ее, как ножом. ‘ Мне нужно идти, - сказала она. ‘ Я свяжусь с тобой по поводу того, как ты увидишься с детьми. Она отвернулась.

- Зачем ты пришла, любимая? - спросил он.

Она повернулась к нему. - Что вы имеете в виду?

‘ Ты мог бы отправить детей сюда одних или с Джули. Так зачем ты приехал?

‘ Я … Я не знаю.

- Ты хотел увидеть мою боль, узнать, похожа ли она на твою?

-Возможно.

- Что ж, если вы надеялись увидеть разоренного человека, надеюсь, вы не были разочарованы.

Возможно, это прозвучит более резко, чем я на самом деле хочу, – поскольку я все еще слишком сбит с толку, чтобы знать, что я о чем–либо думаю, - но я бы сказал, что именно такой эгоцентризм и, по сути, жалость к себе в первую очередь втянули вас в эту историю.

Она повернулась и вышла. Джули с детьми ждали прямо у входа. ‘ Он хорошо выглядит, ’ сказала Кейт Фионе и Гасу. - Ты иди наверх.

Кейт смотрела, как они исчезают внутри. Помимо ее воли, слезы снова покатились по ее щекам. Не говоря ни слова, Джулия взяла подругу за руку и медленно повела обратно к площади Сан-Марко. Они прошли мимо Дворца дожей и сели у кромки воды. Джулия подождала, пока Кейт возьмет себя в руки. ‘ Итак, ’ сказала она наконец. - Как он?

- Давай не будем об этом.

Стоял чудесный весенний день, лагуна была заполнена утренним движением. Они смотрели, как в поле зрения появляется сверкающий белый круизный лайнер. Он казался огромным, гигант из другого мира входил в гавань Игрушечного городка. ‘ Хочешь, я принесу тебе мороженого? - Спросила Джули.

"Становиться еще толще - это последнее, что мне нужно".

- Почему-то кажется, что это наименьшая из твоих забот.

- Может быть, ты когда-нибудь объяснишь, как ты так много ешь и остаешься такой подтянутой?

- Я не думаю об этом.

- Этого не может быть.

‘ Так и есть. ’ Джули наблюдала за мужчиной подозрительного вида, стоявшим на берегу. Теоретически он продавал кожаные браслеты. - Возможно, нам стоит просто полежать на солнышке и покурить чего-нибудь целебного.

Учитывая строгость их работодателя в отношении запрещенных наркотиков – и вопросы по этому поводу при обычной положительной проверке - Кейт могла бы многое сказать на это, но она давным-давно решила, что склонности Джули к наркотикам по выходным и, возможно, не только, лучше оставаться под запретом. Она была самым верным другом и коллегой, о каком только можно мечтать. - Не могли бы вы хотя бы притвориться, что понимаете правила нашей работы?

- Ты думаешь, это кого-то волнует?

-Да.

‘ Это пошло бы тебе на пользу. Джули подождала. - Хорошо, так что ты хочешь делать?

"Утопиться".

Джули встала. ‘ Пошли. Это не в твоем стиле. Сегодня прекрасный день. Пойдем прогуляемся.

Кейт согласилась, что Фиона и Гас останутся у Стюарта на три часа, так что у них с Джули было полно свободного времени. Они направились к мосту Риальто, затем к мосту Скальци у вокзала, затем к Кампо Санта-Маргерита и, наконец, вернулись через мост Академии. ‘ Ты чертовски любишь гулять, ’ заметила Джули, когда они вернулись к толпе туристов на площади Сан-Марко. Они намеревались сесть на пароход до Сан-Джорджо Маджоре, но у них не хватило времени и терпения, и вместо этого они решили пойти выпить в Harry's Bar, что было ошибкой. "Было бы дешевле подвергнуться ограблению", - заключила она.

Стюарт договорился, что сообщит Кейт по WhatsApp место для встречи неподалеку от собора Святого Марка, но к двум часам дня она все еще ничего от него не слышала. Она отправила ему сообщение, но ответа не последовало. "Во что он играет?"

- Ты точно сказал "два"?

-Определенно.

Они вышли из бара и пошли ждать на площади. Пробило два пятнадцать, а затем часы на башне поползли мимо получаса. Кейт снова отправила сообщение: Мы не сможем этого сделать, если вы не сдержите своего слова.

В два сорок пять Кейт начала беспокоиться всерьез. ‘ Как ты думаешь, нам следует позвонить в офис? ’ спросила она Джули. Боссы Кейт в МИ-6 в Воксхолле пришли к выводу, что встреча предателя с его детьми не является поводом для беспокойства, но согласились позволить Джули сопровождать своего начальника "на всякий случай".

‘ Пока нет. Дай ему еще пятнадцать минут, прежде чем мы начнем паниковать.

Они молча смотрели на часы, но через несколько минут у Кейт зазвонил телефон. Извините, не засекла время. Доедаю пиццу. Не могли бы мы встретиться в Кьеза–Сан-Джулиано - в паре минут от собора Святого Марка?

Хорошо, - выпалила она в ответ.

До церкви было недалеко, и Кейт попросила Джули подождать снаружи. Внутри было прохладно, и у нее перехватило дыхание, когда она оглядела великолепие церкви в стиле барокко. Она не увидела никаких признаков присутствия Стюарта или детей, поэтому она подошла к передней части нефа и посмотрела на гигантскую картину маслом с изображением Распятия на стене рядом с ней - мрачное, даже предвещающее беду окно в другую, более духовную эпоху. Она снова повернулась лицом ко входу. - Стюарт?

Когда она начала возвращаться по своим следам, то резко обернулась и увидела тень, промелькнувшую в уголке ее глаза. Мужчина в темном плаще целился ей в живот из Браунинга.

2


У НЕГО БЫЛО худое, угловатое лицо с сильно изуродованной прыщами кожей. Двое коллег появились из темноты, чтобы присоединиться к нему, пистолеты свободно болтались у них по бокам. ‘ Чего вы хотите? - Спросила Кейт.

‘ Ваши дети в безопасности. Идите с нами, и им не причинят вреда. Мужчины, конечно, говорили по-русски. Она проклинала свое самодовольство.

-Кудаприйти?-спросиля.

- Делай, что тебе говорят.

— Мне нужно сказать...

‘ Нет! Не говори глупостей, - сказал ей мужчина. - Это не стоит риска.

Они вывели ее через боковую дверь церкви и поспешили по гладким булыжникам Кампо-де-ла-Герра. Это была относительно широкая улица, спускавшаяся к каналу, застроенная домами пастельных тонов, магазинами и кафе. По меркам центральной Венеции, здесь было тихо, но людей было достаточно, чтобы она могла устроить сцену, если бы захотела. Кейт оглянулась через плечо. Мужчины сунули браунинги в карманы.

В конце концов ее заставили сесть в катер. Она повернулась к ним лицом. - Куда вы меня везете?

- Побереги свой голос, - сказал ей мужчина со шрамами от прыщей.

"Мои дети будут гадать, что со мной случилось".

- С вашим мужем они в безопасности.

- Это его рук дело?

Мужчина жестом пригласил ее сесть. Она отказалась. Катер мягко тронулся с места, направляясь все глубже в сердце города во всем его беспорядочном, поблекшем великолепии, здания вокруг представляли собой лоскутное одеяло из облупившейся краски, штукатурки и обнажившегося кирпича. Когда они проходили под первым кованым пешеходным мостом, группа китайских детей проводила ее взглядом.

Канал поворачивал направо, открывая вид на великолепие церкви Санта-Мария-делла-Фава в стиле барокко с ее мостом цвета охры и тихой площадью, сейчас полной туристов, укрывшихся от более оживленных городских магистралей.

Сразу за церковью катер снова повернул направо и сразу же затормозил у виллы с каменными ступенями, спускавшимися к кромке воды. Молодой человек в элегантной белой униформе ждал ее. Он протянул руку. Она не пожала ее. - Пожалуйста, следуйте за мной, миссис Хендерсон.

Он провел ее через прохладный, сырой, обставленный по-спартански вестибюль, который выглядел так, словно его затопляло во время прилива, и поднялся по еще одной каменной лестнице в богато обставленный холл. Вдоль одной стены стоял шезлонг, обитый бордовым бархатом, под чем-то, похожим на картину Пикассо. Кофейный столик стоял рядом с чем-то, похожим на статую Будды из цельного золота размером с небольшую лошадь.

Она последовала за мужчиной в гостиную этажом выше, где мебель была светлее, чтобы соответствовать солнечному свету, льющемуся из высоких окон, выходящих на балкон. - Пожалуйста, подождите здесь, - сказал мужчина.

Кейт вышла на улицу. Теперь было очень светло, солнце согревало ее лицо, пальмы и бугенвиллеи в горшках свисали с края железных перил. Она вернулась в комнату и обошла ее, оценивая произведения искусства, украшавшие дорогие стены: несомненно, Моне, возможно, еще один Пикассо – нет, наверняка, теперь она присмотрелась повнимательнее – Сезанн, автопортрет Ван Гога с перевязанным ухом.

- У тебя наметанный глаз на мастера?

Кейт резко обернулась. В дверях стоял Михаил Бородин, шесть футов два дюйма загорелой мускулатуры. ‘У меня нюх на ценности. Картины в этой комнате, должно быть, стоят двести миллионов, а то и больше.

‘ Думаю, больше. Но это мой дом, мой истинный дом. И это мое потворство своим желаниям. Как говорит мой отец, ты не можешь взять это с собой.

-Искусство или деньги?

‘ И то, и другое. Могу я предложить тебе что-нибудь выпить?

- Что ты сделал с моими детьми? - спросила я.

‘ Ничего. Они со Стюартом, как Алексей должен был тебе сказать. Они в полной безопасности, и я верну тебя к ним в течение часа, как бы ни развивался этот разговор. Я даю тебе свое слово.

‘Ваше слово многого не стоит’. Михаил Бородин был сыном бывшего шефа российской разведки Игоря. У них была история, связанная с операцией "Сигма", и не из лучших.

‘ Что ж, посмотрим. Прошу прощения за оружие и силовую тактику, но я не думал, что вы придете иначе. А теперь, могу я предложить вам что-нибудь выпить?

- Просто смирись с этим.

Он указал на диван. - Пожалуйста, присаживайтесь...

-Я лучше постою.

‘ Перестань, Кейт, пожалуйста. … Я не собираюсь причинять тебе боль.

Кейт сделала, как ей было сказано. Михаил налил стакан воды из стоявшего на столе кувшина со льдом и фруктами. ‘ Сигарету? Он протянул ей серебряный портсигар.

- Я пытаюсь сдаться.

‘ Мудро. Как у тебя дела? Возможно, это разыгралось воображение Кейт, но он вдруг занервничал.

‘ Ты только что похитил меня в центре европейского города. Ты ходишь по очень тонкому льду. Так что продолжай в том же духе – и что бы ты ни хотел сказать, лучше, чтобы это было хорошо.

- О, так это как в тот раз, когда ты заснял, как я занимаюсь сексом с мужчиной, с которым познакомилась в баре, а потом пытался меня шантажировать?

Кейт не ответила.

Михаил взболтал воду в стакане. ‘ Как вы, наверное, можете догадаться, я здесь сам по себе. Моя жена, мой сын и мой отец - все в Москве.

- И что с того?

‘ Ну, на это есть причина. Им не дают уехать. Он наклонился вперед. ‘ Я сразу перейду к делу. В Москве произошел государственный переворот. ГРУ наконец-то соблазнило президента и получило то, чего всегда хотело. Контроль.

Кейт не сводила с него глаз. Соперничество между Службой внешней разведки России, СВР – преемницей печально известного КГБ - и ГРУ, военной разведывательной организацией страны, было легендарным.

"Дуров отстранен от работы", - сказал Михаил.

‘ Когда? Отец Михаила, Игорь, лично выбрал Василия Дурова своим преемником на посту главы СВР.

- На прошлой неделе. Его допрашивают в старом летнем лагере КГБ под Москвой. Вчера мой отец должен был присоединиться ко мне здесь с женой и сыном. Всем им не разрешили сесть в самолет в Москве".

-Почему?

Причина не называется. Им разрешили вернуться домой, но они находятся под домашним арестом и круглосуточным наблюдением.

Кейт не сводила глаз с Михаила, который теперь весь вспотел. Его отец был давним другом российского президента, поэтому она не считала вероятным, что он был внезапно изгнан из своего ближайшего окружения. Однако на самом деле это было настолько маловероятно, что вполне могло оказаться правдой. - Как Василий и ваш отец поссорились с президентом?

‘ Я не знаю, и они тоже. Но … он непредсказуемый человек. Обычно это связано с деньгами или верностью - единственными вещами, которые его волнуют. Ты это понимаешь. Никто никогда не сможет считать себя настоящим другом, и чем ближе ты подходишь, тем большей опасности подвергаешься.

- Какое это имеет отношение ко мне?

‘Мой отец работает здесь достаточно долго, чтобы понять, что ветер переменился. Они будут допрашивать Дурова до тех пор, пока не выжмут из него все возможное. Затем они отдадут его под суд за коррупцию. Через неделю, максимум две, они арестуют моего отца и доставят его в то же место. Они не собираются устраивать для него судебный процесс.

-Мое сердце обливается кровью за вас обоих.

Михаил проигнорировал замечание. Докурив первую сигарету, он взял другую и пододвинул портсигар к ней. На этот раз она согласилась и наклонилась ближе, чтобы он мог зажечь для нее сигарету.

- У моего отца есть предложение. Но нам нужно действовать очень быстро. В обмен на вид на жительство, гарантию паспорта, свободу передвижения по Америке и Европе, гарантию того, что он сможет сохранить свое состояние, и пожизненную защиту безопасности, он готов предоставить вам доказательства того, что ваш премьер-министр - шпион, работающий на Москву".

‘ О, да? Кейт почувствовала, как узел в животе затягивается. Угроза, даже вероятность того, что это уже давно было правдой, была достаточно тревожной, но неопровержимые доказательства были бы подобны ядерному взрывному устройству, взорвавшемуся в самом сердце британской демократии. Она содрогнулась при мысли, что именно она может взорвать его.

- Тебе не следует относиться к этому легкомысленно.

- Какого рода улики?

Михаил откинулся назад, глубоко затягиваясь сигаретой, как будто хотел дать время осознать свое предложение. ‘Выплаты, очень крупные", - сказал он. - Обращался к вашему премьер-министру Джеймсу Райану на протяжении многих лет.

- Улики, которые моему другу Раву удалось найти до того, как вы убили его?

– Это не имело никакого отношения ни ко мне, ни к моему отцу.

- Нас это не интересует.

‘ О? А что, если я скажу, что мы можем предложить даже больше?

-Например?

"Компромисс".

О распущенности в личной морали нашего премьер-министра ходят легенды. В стране вряд ли найдется человек, который не знал бы о его многочисленных делах.

- Он бы этого не пережил.

– О Господи, только не говори мне - животные?

‘ Твое легкомыслие не делает тебе чести. Несовершеннолетние девочки.

Кейт почувствовала, что земля уходит у нее из-под ног. Пристальный взгляд Михаила был прикован к ней. - Насколько молодой?

‘Пятнадцать – четырнадцать в одном случае. Можно услышать, как он спрашивает их возраст, прежде чем заняться с ними сексом".

Кейт попыталась взять себя в руки. ‘ Где? Не мог же он быть настолько глуп, чтобы сделать это в Москве?

- В Косово, во время войны там.

В этом был смысл. Премьер-министр когда-то был армейским офицером и, безусловно, служил в Косово. Перед смертью Рав опознал женщину-переводчицу Райана как вероятного российского агента.

- Если у вас всегда были такого рода компроматы на нашего нового премьер-министра, зачем вам понадобилось платить ему?

‘ Ваш премьер-министр не только глубоко аморален, но и чрезвычайно жаден. В то время мы не были уверены, что даже компромисса будет достаточно".

- Откуда нам знать, что видео не подделка?

- Потому что, когда ты это увидишь, ты поймешь, что это не так.

-Дай мне посмотреть сейчас.

‘ Нет. Только когда они примут наше предложение.

Кейт докурила сигарету, встала и подошла к окну. Она смотрела на движущиеся водовороты на воде внизу. ‘ Надо отдать тебе должное, у тебя крепкие нервы. Почему я вообще должен тебе доверять? Я нанял Лену Сабик. Она была невинной молодой девушкой, против которой была вся жизнь. Я запугивал и шантажировал ее, чтобы она перешла работать к вам. И вы убили ее. Ты перерезал ей горло и оставил ее, чтобы я нашел ее в Греции.

- Я ничего не делал.

Кейт не слушала. - А потом, когда моему любимому другу Раву удалось раскопать кое-какие доказательства тех выплат, которые вы производили нашему премьер-министру, вы убили и его тоже, и попытались обставить это как самоубийство, повесив беднягу на светофоре в его квартире.

- И мне тоже не решать.

Кейт повернулась к нему. "Итак, чтобы внести полную ясность, ад замерзнет прежде, чем я сделаю что-либо, чтобы способствовать вашему очень любезному предложению".

‘ Это так? Мы не просим ничего, кроме паспорта и защиты, в обмен на величайший подарок, который когда-либо предлагали разведывательной службе, а вы мне категорически отказываете? Что бы подумало об этом ваше начальство?

- Прямо сейчас мне все равно.

‘ Я вам не верю. Вы хотите знать, как завершается ваше дело в Московском центре? Самый добросовестный – и амбициозный – офицер, в настоящее время работающий на МИ-6 в Лондоне, по слухам, станет первой женщиной-главой Секретной разведывательной службы. Женщина, которая регулярно загоняет себя далеко за рамки служебного долга, офицер, который, кажется, всегда пытается доказать свою правоту кому-то или чему-то, в чьей жизни доминировало целеустремленное стремление к исключительности.’ Он пристально посмотрел на нее, призывая ее отрицать это. - И все же вы хотите, чтобы я поверил, что этот самый офицер собирается отклонить предложение такой серьезности, даже не передав его своему начальству? Михаил покачал головой. Он держался с уравновешенной уверенностью в себе, свойственной всем староэтонцам. И, в отличие от своего отца и многих других жителей Москвы, он обладал глубоким пониманием западных институтов и общественных нравов, полученным во время обучения в Великобритании, что и было намерением Игоря.

‘ Если я действительно так амбициозен, как ты говоришь, я бы держал это при себе. Вы думаете, мои боссы хотят знать, что у вас есть железные доказательства того, что их новый премьер-министр - русский шпион? У них случился сердечный приступ при мысли, что он может быть. Уверенность убила бы их.

- Да ладно тебе, Кейт.

- Можете называть меня миссис Хендерсон.

‘ Ну, как бы ты ни хотела, чтобы я тебя называл, мы оба знаем, что одно несомненно. Прямо сейчас наш агент на Даунинг–стрит передает информацию о каждом досье, которое попадает к нему на стол – что, поскольку он премьер-министр, означает каждое досье любого содержания, секретного или иного - прямо в Московский центр и офис нашего президента. И я предлагаю вам шанс остановить эту ужасную угрозу всему, что вам дорого.’ Несмотря на его безупречный вид, в голос Михаила закрались нотки паники. Но, с другой стороны, пятьдесят лет каторжных работ в современном российском гулаге, вероятно, были еще менее заманчивой перспективой, чем адские норы КГБ прошлого. Даже Итон не был готов к этому.

- Ты убийца.

- Мы оба знаем, что я совсем не такой.

-Лена и Рав сказали бы по-другому, если бы были здесь.

‘ Я понимаю, как вы были расстроены. Мы предложим кое-что по доброй воле: следующий шаг в войне с Западом.

- Что именно?

Революция в Эстонии. "Ночные волки" купили ферму сразу за границей, недалеко от Нарвы.

-Где? -спросиля

‘ Мы точно не знаем. Это операция ГРУ. Начнутся беспорядки, Волки вырвутся из своего логова и придут на помощь русскому меньшинству. … таким образом, у вас будет что-то вроде войны, как в Грузии и Крыму, но на этот раз в союзнике по НАТО. Что тогда будет делать ваш премьер-министр? Будет ли он считать себя связанным знаменитой Пятой статьей? Действительно ли нападение на одного - это нападение на всех?"

- Когда это должно произойти?

‘ Скоро. Это все, что я могу вам сказать. Но мы хотим знать, что вы принимаете наше предложение не позднее завтрашнего вечера.

- Это невозможно, как ты прекрасно знаешь.

‘ Тогда сделайте это возможным, миссис Хендерсон. Это ваша работа, и все согласны, что вы хорошо с ней справляетесь.

-Покажи мне видео.

‘ Не здесь и не сейчас. Сначала нам нужно знать, что вы принимаете наше предложение в принципе. Затем мы можем договориться о новой встрече. Но у нас очень мало времени. Меня вызвали обратно в Россию’ и я не смогу сдерживать их так долго. Он покачал головой. ‘ Мы приперты к стене, Кейт. Если вы не примете то, что я предлагаю, мы обратимся к американцам или немцам. И как только сделка будет заключена, ваше начальство в Лондоне неизбежно узнает, что вы отклонили наше предложение.’ Михаил подошел к ней с небольшим листком бумаги. На нем был написан номер. ‘Вот как со мной связаться. Но я прошу вас поторопиться. Я не думаю, что у нас есть в лучшем случае несколько дней, и, что бы вы ни думали обо мне или о моем отце, у вас могут быть долгие годы, чтобы сожалеть об упущенной возможности.

Кейт сунула листок в карман. -Никогда больше не используй так моих детей, - предупредила она, направляясь к двери.

‘ Это не дело рук вашего мужа. Вы должны это знать. ’ Кейт остановилась и снова повернулась к Михаилу. ‘ В Москве он производит несколько жалкое впечатление. Как бы то ни было, я думаю, что ты любовь всей его жизни.

- До свидания, Михаил.

- Я думаю, ты имеешь в виду “до свидания”. Мы еще встретимся.

Кейт спустилась в вестибюль первого этажа и вышла на катер. ‘ Пожалуйста, отведите меня обратно к моим детям, ’ попросила она мужчину с рябым лицом. Ее грудь сдавило так сильно, что ей показалось, будто у нее вот-вот случится сердечный приступ, тревога, которая была ее постоянным спутником на протяжении нескольких месяцев, теперь угрожала поглотить ее.

3


В церкви КЕЙТ ВСТРЕТИЛА неумолимо сжатый подбородок ее пятнадцатилетней дочери. - Где ты, черт возьми, был?

—Я...

- Ты обещал, что не будешь работать, пока будешь здесь.

—Как ты...

- Папа сказал, что тебе нужно было ответить на рабочий звонок.

‘ Да ... да. Мне действительно жаль. Кейт знала, что лучше не выбирать этот момент для ссоры с дочерью. Она видела боль в ее глазах. На ее руке также были царапины - недавний тревожный признак ее склонности к членовредительству. Гас тем временем решительно уставился в пол. Что бы ни произошло на встрече с отцом, это, очевидно, потрясло их обоих. ‘ Пойдем, - сказала она. - Может быть, нам удастся найти мороженое.

Когда дети отвернулись, Джули прошептала: "Что, черт возьми, произошло?"

‘Pas devant les enfants.’

- Ты же знаешь, я говорю по-французски, - бросила Фиона через плечо, - и через шесть дней я все равно практически стану взрослой.

Это прозвучало скорее как угроза, чем абстрактная констатация факта, но Кейт пропустила это мимо ушей. На обратном пути они купили мороженое и, усевшись на стену у канала перед своим отелем, ели его в тишине.

Оказавшись внутри, Кейт оставила детей в их комнате остывать и первой занялась Джули. ‘Головорезы Михаила и Игоря", - объяснила она. - Они отвезли меня под дулом пистолета в шикарное палаццо Михаила.

- Чего они хотели? - спросил я.

"Дезертировать".

Джулия посмотрела на нее так, словно та только что сошла с ума, ее яркие зеленые глаза затуманились от замешательства.

‘Они предлагают нам видеозапись, которую, как они утверждают, использовали в качестве компромата против премьер-министра. На нем видно, как он занимается сексом с несовершеннолетними девочками.

- Ты это видел? - спросил я.

‘ Нет. Только если мы примем их предложение в принципе.

- А что, если это подделка?

- Он утверждает, что мы будем знать, что это не так.

‘ Я думала, в наши дни они могут подделать что угодно. … Но зачем им понадобилось дезертировать? Джули не смогла скрыть недоверия в своем голосе. Она села на свою кровать.

‘ Михаил говорит, что его отец и Василий Дуров поссорились с Кремлем и были свергнуты в результате государственного переворота, организованного ГРУ. Он говорит, что Дуров находится под арестом, что, вероятно, означает в лучшем случае отправку в Сибирь, в худшем - казнь. Он и его отец отчаянно пытаются сбежать на Запад, прежде чем сеть захлопнется над ними.

- И вы ему поверили?

‘ Не имеет значения, верю я ему или нет. Если видео существует, если оно настоящее – и он пообещал доказательства платежей, которые они сделали премьер-министру, – тогда у нас нет выбора. Было еще кое-что. В качестве жеста доброй воли он сказал, что мы должны знать, что Кремль планирует какой-то государственный переворот в Эстонии".

-Что? -спросиля

‘В Нарве возникнет ”угроза" местному русскому населению – протесты, беспорядки или гражданские беспорядки. Ночные волки купили ферму неподалеку, снабдили ее достаточным количеством оружия, чтобы начать войну. Они придут на помощь своим “соотечественникам”.

- Почему "Ночные волки"?

‘ Правдоподобное отрицание. Кучка старых армейских байкеров-ветеранов. Как мы докажем, что они получали приказы из Кремля?

Джули молча обдумывала это. Ни одному из них не нужно было озвучивать тот факт, что это была конфронтация такого рода, которая могла спровоцировать третью мировую войну. - Ты собираешься звонить в Лондон? - спросила она.

‘ Нет. Я подумывал о том, чтобы съездить в Рим, чтобы подать документы в посольстве, но у нас нет времени. Давайте сразу перейдем к полету. Мне придется отвезти детей домой, но я сейчас напишу Дэнни и посмотрю, что он сможет выяснить. У ЦРУ наверняка хорошее прикрытие на границе.

— Я никогда не видел Ночных Волков в действии, так что...

На данном этапе просто увеличьте объем. Любая ферма с большим количеством хозяйственных построек или амбаров, любые признаки движения грузовиков или их значительной парковки. Мотоциклы, очевидно. Все недавние сделки, зарегистрированные в земельном кадастре Эстонии, в противном случае список всего имущества, принадлежащего этническим русским.

‘ Мне поговорить с Карен в Таллине? Карен Уайт была начальником их отделения в столице Эстонии.

‘ Нет. И не делайте ничего, что могло бы насторожить эстонцев. Как только я высажу детей, я свяжусь с Йеном и шефом, и мы начнем с этого.

Кейт пошла в соседнюю комнату поговорить со своими детьми. Фиона была в туалете. Гас лежал на кровати и играл в Angry Birds на своем iPad. Кейт подошла и села рядом с ним. ‘ Все было в порядке? ’ спросила она, поглаживая его по затылку. Он отстранился. - Что случилось? - спросила она.

- Ничего не случилось.

- Вы оба выглядите ... расстроенными.

-Я в порядке.

- Приятно было повидаться с папой?

Дверь ванной открылась, и вышла Фиона. Папа разрыдался. Он сказал, что ему было плохо в Москве. У него нет друзей, нет денег и нет жизни. Он сказал нам, что совершил одну ужасную ошибку и будет расплачиваться за нее всю оставшуюся жизнь.

Кейт медленно покачала головой. - Ему не следовало этого говорить.

‘ Почему бы и нет? Это правда.

- Потому что это взваливает на тебя бремя его ошибок.

- Он сделал только один.

- Ну, это не совсем так, не так ли?

- Это абсолютная правда.

Кейт видела, что ее дочь настроена на драку. Фиона сняла ленту и тряхнула волосами. Это никогда не было хорошим знаком. Кейт знала, что ей следует уйти. - Он предал нас и решил предать свою страну, - тихо сказала она.

- Он не предавал нас с Гасом.

Кейт встала. ‘ Встретимся в приемной через двадцать минут. Расчетный час, о котором я договаривался, уже давно миновал, так что не опаздывай.

‘ Почему ты не хочешь принять его извинения? - Спросила Фиона. У нее был такой вид, словно она вот-вот что-нибудь разобьет, или разрыдается, или и то, и другое вместе.

- Давай спокойно поговорим об этом, когда вернемся домой.

- Это просто предлог, чтобы вообще не говорить об этом.

- Увидимся в приемной через двадцать минут.

Кейт пошла в свою комнату и села на кровать. Она заметила, что у нее дрожат руки, встала и пошла в ванную. Она посмотрела на себя в зеркало. Ее лицо было белым, глаза налиты кровью. Она выглядела измученной, что неудивительно. Острая боль в животе и спине, которая преследовала ее, вернулась с удвоенной силой. Это было так, как будто кто-то обернул ремень вокруг ее груди и медленно затягивал его.

Она чувствовала себя физически ужасно. Она подошла к своей кровати, легла и попыталась сосредоточиться на дыхательных упражнениях, которые порекомендовал психолог, к которому она ходила. Казалось, они вообще не имели никакого значения.

Она заставила себя выпрямиться, собрала последние вещи и спустилась по парадной лестнице в приемную.


Они сели на четырехчасовой рейс домой, и всю дорогу провели в более или менее полном молчании. Джули приложила все усилия, чтобы развеселить детей перед посадкой в самолет, пока не получила сообщение на паспортном контроле. После этого она быстро ушла в себя. Кейт так и не смогла выпытать у нее, в чем заключалась проблема.

Она оставила Фиону теоретически присматривать за своим братом дома в Баттерси и приехала в штаб-квартиру МИ-6 на Воксхолл-Кросс сразу после восьми. Она зашла в операционную на втором этаже, где обнаружила Джули, сидящую рядом с Дэнни перед рядом компьютерных экранов. "Я думаю, мы нашли это", - сказала Джули.

‘ Присаживайся, ’ велел Дэнни. У него были длинные темные волосы, пронзительные голубые глаза, и он почти всегда носил черную футболку, синие джинсы и поношенные кроссовки. У него была татуировка в виде китайского дракона сбоку и сзади на шее и такая непринужденная улыбка, которая могла остановить взрослых женщин. Или, возможно, это была просто Кейт. Она подозревала, что когда-то они с Джули были близки, но если так, то это было редким проявлением здравого смысла со стороны ее подруги: ее вкус на мужчин обычно был ужасен.

Кейт сделала, как ей сказали. Пол был усеян пластиковыми кофейными чашками и коробками из-под еды навынос, которые еще не успели отправить в мусорное ведро в углу. Своими привычками в еде и странным отсутствием каких-либо видимых изменений в талии Дэнни стал еще одним болезненным напоминанием о ее бывшем заместителе Раве, у которого была похожая склонность приковывать себя к своему столу в туннеле интенсивной концентрации. Именно это делало Дэнни – и Рава – таким хорошим в своей работе.

Изображения, передаваемые со спутника ЦРУ, покрывающего эту часть Эстонии, были настолько четкими, что можно было разглядеть камешек в траве. Они смотрели на скопление хозяйственных построек, но на экране рядом с ними был более широкий вид на деревню. - Пухлова, - сказала Кейт.

‘ Ты знаешь это? - Спросила Джули.

Кейт познакомилась там с полковником российской армии около десяти лет назад. Он пообещал информацию о состоянии ядерного арсенала России в обмен на очень крупные выплаты наличными, но она не поверила ни единому его слову и наотрез отклонила его предложение.

‘ Два месяца назад у него сменились владельцы, - сказала Джули. - Новый владелец - компания, зарегистрированная в Хельсинки.

Дэнни приближался к следам шин в грязи. Кейт могла точно видеть, о чем он думал: много следов, слишком узких для трактора, слишком широких для автомобиля. ‘Трудно быть уверенным, пока мы не увидим какое-то движение", - сказал он. Он увеличил участок травы сразу за одним из зданий. Повсюду валялись окурки. - Слишком много рабочих для маленькой фермы.

-Ты нашел что-нибудь о фирме?

Джули покачала головой. ‘ Холдинговая компания в Женеве, еще одна в Берне, затем в Белизе и, наконец, в Панаме. Если это не русские, то это кто-то другой, у кого много денег, чтобы замести следы.

-Как далеко в прошлое ты можешь зайти?

Вопрос Кейт был адресован Дэнни, и он вытащил другой экран и начал быстро перематывать отснятый материал. ‘Всего неделя, но вот что странно. Я проверил записи Метеобюро. Девять дней назад шел очень сильный дождь, так что эти следы были бы стерты, если бы они были там до этого. Должно быть, они были оставлены после потопа. Но за последнюю неделю в этих сараях не было никакого движения ни внутри, ни снаружи. Он остановил перемотку и свернул экран, включив другой. ‘Мы начали осмотр местности. Мы присмотрелись поближе к границе ... но никто из нас ничего не смог найти. Тогда мы пошли дальше. Он заморозил запись и приблизился к зданию на берегу Балтийского моря. ‘Это отель в Силамяэ на берегу моря. Подходящее место для планирования государственного переворота".

Под навесом рядом с отелем были отчетливо видны задние колеса нескольких мотоциклов. "Не совсем армия, - заключил Дэнни, - но, возможно, авангард".

‘Это здорово", - сказала Кейт. "Что это такое?"

"ПЦР2".

- Посмотри, что еще можно найти по обе стороны границы.

Кейт оставила их за работой, потом передумала и вернулась к работе. Она снова села так, чтобы быть поближе к Дэнни: люди в другом конце операционной были вне пределов слышимости. - Расскажи мне, как подделать видео.

-Какого рода?

"Если кто-то хотел создать фальшивое компромат-видео, возможно ли сделать это достаточно убедительно, чтобы обмануть нас?"

‘ Я думаю, это действительно зависит. О каком именно видео мы говорим?

"Видеозапись сексуального характера".

- Трудно понять, не увидев этого. Думаю, это будет зависеть от качества освещения, ракурсов съемки...

- Но теоретически возможно ли, чтобы нас полностью убедила подделка?

Дэнни оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что никто не подслушивает. ‘ Теоретически, да. О ком ты говоришь?

- Скажем, премьер-министр или президент США.

Дэнни кивнул. "Вы могли бы сфальсифицировать видеозапись, на которой любой из них произносит речь, которой они никогда не произносили, и говорит то, чего они никогда не говорили, – и люди это сделали".

-Какимобразом?

‘ Ну, они произнесли тысячи речей, так что вы загружаете все это в мощное программное обеспечение, называемое нейронной сетью. Вы направляете программное обеспечение на изучение визуальных ассоциаций между определенными словами и их произношением, когда они произносят их. И если вы хотите, чтобы финальная версия была особенно убедительной, вам следует заставить программное обеспечение конкурировать с копией самого себя: одно генерирует изображения, другое пытается обнаружить подделки. Они называют их генеративными состязательными сетями, и это очень эффективно. Компьютер продолжает совершенствовать свою работу, пока не найдет способ обойти конкурирующую сеть, которая пытается отсеять подделки, так что вы получаете чистые компьютерные галлюцинации ".

- А как насчет секс-видео?

Тот же принцип, хотя на самом деле, вероятно, проще. Вам просто нужно установить статистические связи между человеком, на котором вы хотите сосредоточиться, и аспектом его поведения, который вы хотите имитировать, – в данном случае движением ".

- Вы смогли бы распознать подделку?

‘ Возможно. Изображения в формате GAN выглядят жутковато, хотя программное обеспечение постоянно совершенствуется. Русские могут опередить нас в этом.

- Могу ли я распознать подделку?

- Все зависит от четкости изображения. Если здесь много света и хорошее качество изображения и звука, у вас, вероятно, будет хорошее представление о том, реально это или нет. Но чем ниже качество, тем легче его выдать за подделку.

Кейт дотронулась до руки Дэнни. ‘ Спасибо. Она сделала короткий телефонный звонок их офицеру связи в GCHQ в Челтенхэме, чтобы проверить, есть ли у них какая-либо информация о заявлениях Михаила о перевороте внутри Московского центра против его отца и Василия Дурова. Она сказала, что они ничего подобного не слышали.

Кейт поднялась в кабинет шефа на пятом этаже. Си, также известный как сэр Алан Брабазон, ждал ее, глядя на огни Палаты общин, мерцающие на дальнем берегу реки. Когда он повернулся к ней лицом, она подумала, как сильно он постарел за последние шесть месяцев: его густые вьющиеся волосы теперь тронула седина, а полуприкрытые веки были постоянно нахмурены. У его жены Элис рак вернулся – на этот раз в печень, – и теперь ее жизнь почти наверняка измерялась неделями, а не месяцами. Он подошел к своему столу и снял телефонную трубку. ‘ Я позову сюда Йена. Он набрал номер и подождал. - Она здесь, - сказал он и положил трубку.

Он подошел к дивану и креслам в углу и жестом пригласил Кейт сесть. Он постукивал черепаховыми очками для чтения по колену, его руки обветрились от часов, проведенных в саду его загородного дома к северу от Винчестера. - Как Стюарт? - спросил он.

- Он разрыдался, когда остался наедине с детьми.

‘ Я не удивлен. Вероятно, он имел в виду не всю жизнь в Москве.

- Он говорит, что они обращаются с ним как с изгоем.

- Возможно, но я сомневаюсь в этом.

У Кейт было всего мгновение, чтобы обдумать это, прежде чем в комнату ворвался Йен Грейнджер, что стало его привычкой в последние дни. Ему всегда нравилось появляться на публике. -Агамо мшвидобиса, ’ сказал он. Даже по меркам службы, у него был дар к языкам, и он любил напоминать всем об этом, пересыпая рутинные разговоры различными приветствиями – в данном случае грузинскими.

‘ Боюсь, это будут не очень хорошие новости. Он скрестил ноги, демонстрируя совершенно новую пару замшевых ботинок "Челси", которые сочетались с дизайнерскими черными джинсами, которые он недавно стал носить в офис. Теперь он избегал пошива одежды на Сэвил-Роу , качество которой когда-то было одним из его стандартных риффов на званых обедах, и, казалось, тоже редко утруждал себя стрижкой, его длинные светлые кудри ниспадали на воротники рубашек от Теда Бейкера. Сэр Алан был слишком отчужден, чтобы заметить мольбу Йена о внимании среднего возраста.

‘ Кофе, чай? - Спросил сэр Алан.

‘Не в этот час, ’ сказал Йен. Недавно он открыл для себя понятие "хорошего самочувствия" и говорил всем, кто соглашался слушать, что пить кофеин после полудня "опасно".

-Что-нибудь покрепче?

Йен собирался отказаться, но потом передумал. - Ну, если ты предлагаешь.

Сэр Алан подошел к буфету в углу, достал бутылку "Гленфиддича" и налил три бокала. Он не спросил Кейт, чего она хочет - льда или воды.

Йен не стал дожидаться, пока сэр Алан займет свое место, прежде чем повернуться к Кейт. - Выкладывай все, что можешь, - сказал он со своей, как он считал, мегаваттной улыбкой.

Кейт старалась не показывать своего раздражения. ‘Михаил Бородин и его отец Игорь хотят дезертировать. Михаил говорит, что Игорь и Василий Дуровы стали жертвами государственного переворота в Центре Москвы, организованного ГРУ. Он говорит, что оба мужчины уже находятся под домашним арестом. Он предлагает видео, которое, по его словам, использовалось в качестве компромата, чтобы заставить премьер-министра работать на них, вместе с доказательствами денежных выплат, производившихся ему на протяжении многих лет".

‘ Осмелюсь ли я спросить, что показано на видео? - Спросил Йен.

‘ Он утверждает, что на ней Джеймс Райан занимается сексом с несовершеннолетними девушками, когда был армейским офицером в Косово. Я попросил показать это, но он сказал, что покажет нам только после того, как мы в принципе примем его предложение.

‘ Чего они хотят? - Спросил сэр Алан.

‘ Проживание здесь, паспорта – и гарантия, что они смогут использовать активы, которые они хранят на Западе. Они также хотят обеспечить свободу передвижения по Европе и Америке. Я сказал, что это не входило в наш дар.

- И, без сомнения, они торопятся.

‘ Да. Было еще кое-что. Он предложил то, что назвал прощальным подарком. Он говорит, что ГРУ планирует государственный переворот в Эстонии, который теперь неизбежен. Ночные волки купили ферму недалеко от Нарвы и запаслись там достаточным количеством оружия, чтобы начать небольшую войну. Кремль создаст какой-нибудь кризис, затрагивающий русское меньшинство, и "Ночные волки" придут им на помощь".

‘ И Центристская партия призовет Москву вмешаться, ’ сказал сэр Алан, снова постукивая очками по ножке. Кейт заметила немного темной щетины по обе стороны его подбородка, пропущенной из-за небрежного бритья. Это было совершенно на него не похоже.

‘ Мы думаем, что, вероятно, нашли ферму. Она находится на ПЦР2.

Сэр Алан встал и подошел к своему столу. Йен и Кейт стояли позади него, пока он надевал очки и просматривал спутниковые каналы. ‘Мы думаем, что некоторые из них остановились в том месте у пляжа справа. Если подойти поближе, можно увидеть задние колеса вереницы мотоциклов".

‘ Сколько времени осталось у ЦРУ? - Спросил сэр Алан.

‘ Всего неделю. За это время никакого движения ни туда, ни обратно. Но девять дней назад шел сильный дождь, так что следы шин возле сарая остались с тех пор.

Сэр Алан закрыл трансляцию и отвел их обратно, чтобы они сели в углу. Он сделал глоток виски и покрутил лед в стакане.

Йен нарушил тишину, что тоже было в его стиле. ‘ Я что-то подозреваю, - сказал он. - Боюсь, это моя первая реакция.

Кейт удержалась от соблазна указать, что он всегда с подозрением относился ко всему, что не было его источником. Сэр Алан продолжал смотреть в свой бокал.

‘ Я не думаю, что это должно занять всю ночь, ’ продолжал Йен, что неизменно означало, что ему нужно присутствовать на ужине, или на тайном свидании, или и на том, и на другом. "Мы можем следить за ситуацией в Эстонии, чтобы увидеть, как она развивается, но мы не должны – не могли – принять их предложение о дезертирстве.’ Он посмотрел на своего начальника. ‘ Уверен, ты согласен, Алан. Это был не вопрос.

- И почему ты так думаешь?

Йен изобразил недоверие. ‘ Потому что это попахивает хорошо организованным дезинформационным заговором, рассчитанным на то, чтобы выставить нас дураками. Они знают, что Кейт в уязвимом состоянии...

‘ Да ладно тебе, Иэн, ’ сказала Кейт. Она не ожидала, что его нападение на нее будет столь очевидным.

‘ Убери это, ’ приказал ему сэр Алан. - И извинись, пожалуйста.

‘ Ладно, мне жаль, ’ легко сказал Йен, не потрудившись взглянуть на нее или произнести это так, как будто он имел в виду именно это. Он томно провел рукой по волосам. ‘Но ставки здесь чертовски высоки. Только представь, если премьер-министр пронюхает о том, что мы относимся к этому серьезно. В конце концов, он is премьер-министр и, вероятно, останется им, если я ничего не упускаю. Ущерб, который может быть нанесен – хаос, который он может посеять – нашей организации, может быть смертельным.

‘ Значит, вы предпочли бы, чтобы нашей страной управлял русский шпион? - Спросила Кейт.

Йен повернулся к ней. ‘ Ну, во-первых, нам следует быть осторожными в выражениях. Если мы примем вашу теорию, то он не русский шпион, а агент влияния. Скомпрометированный, да, если бы это было правдой, но вряд ли он сделал бы что-то большее, чем просто беспристрастно выслушал бы их аргументы. И, что гораздо важнее, нет абсолютно никаких неопровержимых доказательств того, что он is работает на русских".

- Это то, что они нам предлагают, - сказала Кейт.

Сэр Алан откинулся на спинку стула, наблюдая за их спором.

‘ Это ловушка, Кейт. Ты, конечно, понимаешь это. Они снова предложили нам вкусную наживку. Мы снова попадемся. И тогда они попытаются смутить нас. Еще раз. В наши дни им вряд ли нужно беспокоиться о каких-либо серьезных операциях, потому что мы делаем за них всю их работу. Йен посмотрел на них, ожидая ответа, и, когда он его не получил, просто продолжил. "Это чертовски аккуратно. В прошлый раз они сообщили, что у нашего премьер-министра рак простаты. Мы этого не знаем, поэтому не придаем этому значения. Затем, вуаля, он внезапно выходит на Даунинг-стрит, чтобы объявить о своей болезни и отставке в течение двадцати четырех часов. Мы рассматриваем это как ясное доказательство того, что первоначальная операция была гениальной, а разведданные, полученные в результате, на сто процентов подлинными и правильными. А остальное - история. Недели полного хаоса и неразберихи не только в этих четырех стенах, но и в нашей стране в целом. Йен сделал паузу, чтобы перевести дух. Если его разочарование и было притворным, то оно было очень убедительным. ‘ И вот мы снова начинаем. Они предлагают нам еще один лакомый кусочек. Доказательство, на этот раз, в виде какого-то отвратительного видео с нашим новым премьер–министром - и кто может с этим поспорить? Это не могло быть подделкой - что первоначальные разведданные были верны. Они знают, что Кейт будет склонна поверить...

‘ Не придавай этому особого значения, Иэн, ’ сказал сэр Алан. - И это приказ, а не просьба.

- Но мы огибаем одну и ту же гору.

‘Возможно, так оно и есть, ’ сказал сэр Алан, ‘ но если есть видеозапись и шанс, что она докажет, что наш премьер-министр - лжец, предатель и мошенник, то мы пренебрегли бы своим долгом, если бы не провели даже поверхностного расследования достоверности этой информации. Я достаточно верю в нашу организацию, чтобы верить, что мы способны определить, является ли фрагмент видео подделкой или нет ".

‘ Но в том-то и дело. Никто никогда не сможет определить это со стопроцентной точностью. Так что они просто выпустили эту муху на воду, ожидая, когда мы подплывем и проглотим ее целиком, как ленивую форель ’. Ловля нахлыстом была еще одним из новых увлечений, которыми Йен любил хвастаться, наряду с лыжами, стрельбой и, по-видимому, бесконечной чередой соревнований Ironman. Он взглянул на часы. ‘Время - деньги’ было еще одной из его любимых фраз. "Мне нужно идти, иначе я опоздаю".

‘ За что? Сэр Алан перевел взгляд на него.

Йен на мгновение растерялся. - Я просто обещал не опаздывать к ужину.

- Я понимаю, что ваша репутация хорошего хронометриста не может быть заложником важных государственных дел, но все же...

Йен сдержался. Совсем недавно его наглое неповиновение, даже грубость, были бы немыслимы, но его наглость была свидетельством угасающей власти сэра Алана. Он занимал эту должность уже семь лет, его стандартный пятилетний срок дважды продлевался, но вряд ли он будет изменен в третий раз, и попытка Йена уговорить премьер-министра назначить его преемником сэра Алана была самым тщательно хранимым секретом Уайтхолла.

‘ Мы действительно не можем сейчас продолжать, Алан. Йен обращался к нему так, как будто Кейт здесь не было. - Я рад остаться на всю ночь, если понадобится, как всегда. Он покачал головой. ‘ Но, боюсь, не будет сказано ничего такого, что убедило бы меня изменить свое мнение. Я предлагаю внимательно посмотреть на Эстонию, но что касается остального ... - он пожал плечами, - ... мы должны оставить это в покое.

Когда Кейт наблюдала, как двое мужчин сражаются друг с другом, словно олени, давно вышедшие из расцвета, ей вспомнился краткий рассказ Стюарта о Яне Грейнджере. ‘Он просто немного придурок", - говорил он. "У каждого время от времени бывает такой начальник".

Если бы мысль о Стюарте сама по себе не была такой болезненной, это могло бы вызвать у нее улыбку.

Йен ушел. Сэр Алан посмотрел на виски в своем стакане, затем выпил его неразбавленным. "Если он окажется твоей заменой, я покончу с собой", - сказала Кейт.

Сэр Алан отошел, чтобы снова наполнить свой бокал. ‘ Вам придется извинить его за манеры. Элла только что подала на развод.

‘ Господи. Почему? Элла была многострадальной женой Йена. Эта пара познакомилась в Оксфорде, и ему нравилось хвастаться ее невероятными успехами в построении империи онлайн-ритейла по продаже одежды для сна. - Я имею в виду, я всегда предполагал, что она должна знать о его делах.

Подозревать - это одно, но, оказывается, знать - совсем другое. Она нашла телефон, по которому он назначал свидания.

-С Джули?

‘ Он был не в настроении вдаваться в подробности. Это случилось только сегодня днем.

‘ О, черт. Это бы все объяснило. Она получила сообщение, когда мы возвращались из Венеции.

- Он говорит мне, что влюблен и твердо намерен жениться на ней.

‘ Джули? Он думает, что женится на Джули? Кейт была ошеломлена. Если интрижка между ними была достаточно загадочной, то брак был бы непонятен. ‘Она думает, что это просто секс. Целесообразно, потому что она не может заморачиваться тем, чтобы нормально встречаться. Мне жаль его.

‘ Сомневаюсь. Не знаю. Где-то там, под сводами амбиций и глубоко укоренившейся неуверенности, скрывается человек, сердце которого, по сути, находится в нужном месте, но, боюсь, я давным-давно потерял этого человека из виду ".

- Утонченность никогда не была его сильной стороной.

‘ Или верность. Сэр Алан повернулся к ней. - Как дела?

‘ Я не знаю. Она задумалась. - Я просто не знаю.

- Постарайся не понимать это неправильно, но ты не выглядишь на вершине блаженства.

- Спасибо. Как дела?

‘ Как вы могли себе представить. В конце концов Элис решила пройти еще один курс химиотерапии, но онколог совершенно ясно дал понять, что, по его мнению, это вряд ли окажет большой эффект. Если этого не произойдет, нас переведут на паллиативную помощь.

‘ Прости, Алан. Она молча смотрела на него.

Он был неподвижен, как статуя. Затем покачал головой, словно отгоняя мрачный ход мыслей. ‘ Скажи Карен, чтобы она поехала в Нарву сегодня вечером. Я пошлю кого-нибудь ей на помощь и поговорю с эстонцами. Утром нам понадобится Кобра. Я бы хотел, чтобы они знали, что мы действовали на опережение, если Михаил прав и это действительно начнется".

-Что вы хотите сделать с их предложением?

Возражения Йена достаточно понятны. В конце концов, единственное, что принесло нам все это горе шесть месяцев назад, было осознание того, что ваш муж был агентом Вайпер. Итак, … Мне нужно купить прикрытие. Я бы хотел, чтобы мы оба проинформировали министра иностранных дел после "Кобры". Думаю, на этот раз я устрою заговор, чтобы оставить Йена в стороне.

‘ Разумно ли это? Я имею в виду брифинг с министром иностранных дел. Премьер-министр отправил одного из своих первых соперников по лидерству, Мэг Симпсон, в грандиозный офис с видом на Уайтхолл, который когда-то правил империей. Пресса в целом сочла это скучным, не вдохновляющим выбором, сделанным для того, чтобы убедиться, что рядом с ним нет соперника. Имоджен Конрад, динамичная молодая женщина, которая заставила его побороться за его деньги в финальном раунде конкурса на лидерство, осталась на прежнем месте в Education.

‘Думаю, да, ’ сказал сэр Алан. ‘ Может, Мэг и не так ослепительна, как премьер-министр или Имоджен Конрад, но на нее гораздо надежнее, чем на них обоих. Вы проверяли в Челтенхэме, нет ли движения в поддержку идеи государственного переворота в Центре Москвы?"

‘ Да, и они тоже ничего подобного не слышали. Кейт встала. ‘ Я лучше пойду. Дети сами о себе заботятся, а это не идеально".

Она спустилась вниз и просунула голову в дверь своего отдела. Там была только Сьюзи, что было совсем не необычно, как быстро поняла Кейт. Сьюзи разделяла трудовую этику своего предшественника Рава, но, к сожалению, не его обаяние. - Джули проинформировала меня, - сказала Сьюзи, выговаривая манкунианские гласные таким образом, чтобы показать, что Кейт действительно должна была это сделать.

‘ Извините. Вы не возражаете, если я завтра введу вас в курс дела? Мне нужно сбегать за детьми.

"Я понимал, что ситуация в Эстонии потенциально критическая".

‘ Мы внимательно следим за этим. Карен сегодня вечером уезжает в Нарву. Утром она доложит о результатах.

- Ты хочешь, чтобы я над чем-нибудь поработал?

‘ Нет, не волнуйся. И не задерживайся ... ’ Кейт сделала несколько шагов по коридору, прежде чем передумала и вернулась. Если Сьюзи твердо решила приковать себя к своему столу, они могли бы с таким же успехом считать это своим долгом. - Вообще-то, было бы полезно, если бы вы подготовили информационную записку о "Ночных волках" для министра иностранных дел и премьер-министра, об их связях с Кремлем и ГРУ, об их роли в Украине и тому подобном.

Сьюзи выглядела довольной. ‘ Спасибо, - сказала она. - Я действительно ценю это.

‘ Первым делом состоится встреча с Коброй. Я передам это премьер-министру и министру иностранных дел.

Улыбка Сьюзи стала шире. Кейт уже поняла, что ничто так не радует ее нового заместителя, как перспектива попасться на глаза начальству.

4


КЕЙТ ПЕРЕОДЕЛАСЬ В кроссовки у лифта и вышла в холодную ночь. Дул пронизывающий ветер, поэтому она достала из кармана пальто кашемировую шапочку и туго натянула ее на уши. Обычно эта ежедневная прогулка помогала навести некоторый порядок в ее мыслях, но сегодня вечером ритмичный темп путешествия, казалось, ускорил нарастающую волну ее беспокойства. Теперь, когда Стюарта не стало, единственным человеком, с которым она поделилась своим истинным состоянием души, была ее тетя Роуз, которая совмещала роль наставника на работе – будучи давним руководителем финансового отдела, именно она первой подтолкнула Кейт обратиться за Помощью в Кембридж – и суррогатной матери дома. Настоящая мать Кейт находилась в доме престарелых неподалеку с болезнью Альцгеймера, что стало облегчением для всех, кто ее знал.

Но даже Роза не подозревала о долгих бессонных ночах и ощущении того, что мир рушится так быстро, что ее племянница почти задыхается.

Как это часто бывало, именно чувство долга пришло Кейт на помощь, когда она вышла на свет и тепло дома 17 по Хайбер-роуд. Единственной движущей силой ее жизни теперь была попытка ограничить ущерб, нанесенный отъездом мужа Гасу и Фионе.

Не то чтобы она чувствовала, что они это оценили. Ее тринадцатилетний сын сидел, склонившись над своим айпадом, на диване в углу кухни. Кейт осторожно сняла наушники с его ушей (которые, как она не могла не заметить, были залиты воском). - Что ты смотришь?

"Миссия невыполнима".

-Звучит как моя жизнь.

Он не улыбнулся. - Это шутка?

- В отчаянии пролепетала она. - Где твоя сестра?

- Она вышла.

‘ Где? Я сказал ей...

- Это шутка. Она наверху. С Джедом.

‘ О. Во сколько он пришел в себя?

- Минут десять назад.

Кейт пошла ставить чайник. - Что у тебя было на ужин? - спросила я.

- Лосось, как ты и предлагал.

— Она съела свою...

- Я не собираюсь быть твоим стукачом, мам.

Кейт подошла и села рядом с сыном. ‘ Ты же понимаешь, что это серьезно, правда? Говорят, анорексия - самое тяжелое психическое заболевание, поддающееся лечению.

- Она не страдает анорексией.

-При всем моем уважении, вы не врач.

‘ И ты тоже. Если это так серьезно, почему ты не сводил ее на осмотр?

Несмотря на всю свою отстраненность, Гас иногда умел указать пальцем на ключевой вопрос, и она внутренне поморщилась. Она задавала себе тот же вопрос уже несколько недель. ‘Прямо сейчас, ’ сказала она, ‘ как и во всем остальном, я беспокоюсь, что это может на самом деле ухудшить ситуацию, а не улучшить. Я надеюсь, что если мы сможем просто удерживать ее на прямой еще немного, давление ослабнет ".

‘ Ты же знаешь, что это не так работает, верно? Сказал Гас.

-Что? -спросиля

‘ Психиатры не делают тебя хуже. Смысл не в этом.

Кейт ничего не ответила. Она задумчиво поцеловала его, заварила чашку чая и открыла мусорное ведро, чтобы выбросить пакетик. Делая это, она заметила остатки чего-то похожего на нетронутый кусок филе лосося.

С тяжелым сердцем она поднялась наверх и постучала в дверь спальни Фионы. ‘Мы полностью одеты", - ответила ее дочь. Кейт толкнула дверь и увидела Фиону и ее высокого, поджарого парня, лежащих перед чем-то вроде домашней работы на кровати Фионы. Джед вскочил на ноги и подошел поцеловать Кейт в обе щеки. Несмотря на его татуировки и пирсинг, Кейт очень полюбила его за последние несколько месяцев. Иногда она задавалась вопросом, что бы они делали без него. Он был почти тем клеем, который скреплял их семью - или здравомыслие – вместе.

- Привет, любимая, - сказала Кейт.

- Привет. - Фиона не пошевелилась.

- Тебе удалось нормально приготовить ужин?

-Угу.

- Ты поел, Джед? - спросил я.

‘ Да, спасибо, миссис Хендерсон. Я поужинал дома. Как прошел остаток вашего рабочего дня?

- Э-э, сложно, если честно.

Поведение Фионы говорило о том, что есть все шансы, что она и дальше будет игнорировать свою мать, поэтому Кейт удалилась в свою спальню. Она наполнила ванну и отмокла в ней, затем еще раз подумала о том, как одиноко она чувствует себя посреди ночи – да и в любое другое время, если уж на то пошло.

У нее было еще одно задание, поэтому она потянулась к домашнему телефону и набрала номер лондонского дома Розы. Это был великолепный таунхаус с четырьмя спальнями недалеко от Кингс-роуд, в ряду домов, выдержанных во многих пастельных тонах.

- Это ты, Кейт? - спросил я.

- Как ты узнал? - спросил я.

- Больше никто не звонит так поздно.

- Мне очень жаль.

-Как прошла ваша поездка?

‘ О... - Кейт поняла, что у нее не было времени поразмыслить о впечатлении от встречи со Стюартом. - Я действительно не знаю.

-Каким он был? - спросил я.

‘ Грустно. Немного жалко. Он расплакался на детях и сказал им обоим, как сильно он ненавидит свою жизнь в Москве.

‘ О Боже, как эгоистично. И чертовски бесполезно.

‘ Да... да. Наверное, да.

- И это было все?

‘Да. В остальном все прошло гладко. ’За последние шесть месяцев Кейт на собственном опыте убедилась, что в доме тайн лучше держать знания при себе, даже если Роуз была причиной, по которой она поступила на Службу в первую очередь. "Послушай, мне очень жаль, что я так поступаю с тобой, но случилось кое-что, из-за чего, думаю, я задержусь в Лондоне на эти выходные, так что нам придется отказаться от поездки в Корнуолл".

‘ Жаль. Мы с таким нетерпением ждали встречи с детьми.

‘ Я знаю. Мне действительно жаль. У Роуз и ее мужа Саймона был недавно построенный дом для отдыха – храм дуба и стекла – между пляжами Ползит и Деймер Бэй, одного из любимых мест Кейт. Подумав об этом, она поняла, что тоже была разочарована.

‘ Почему бы тебе не позволить нам взять их с собой? - Спросила Роуз. ‘ Если тебе придется работать, не похоже, что у них будут долгие выходные. И, конечно, есть твоя мама. Она никогда не позволит нам забыть об этом, и я не уверен, что чувствую себя достаточно святым, чтобы оставить ее одну.

Кейт задумалась над этим.

‘ Значит, решено, ’ сказала Роуз. - Я заеду к тебе в офис утром, чтобы обсудить приготовления.

- Не знаю, что бы я без тебя делала.

‘ С вами все будет в порядке. Но ... вы уже видели доктора Вайзмана?

-Нет.

—Кейт...

‘ Вообще-то, у меня назначена встреча завтра в обеденный перерыв. До этого Кейт совершенно забыла об этом. И она твердо намеревалась отменить встречу.

‘ Ладно, иди. Что бы еще ни случилось, обязательно иди. Пожалуйста. Или я действительно тебя не прощу.

‘ Ладно, ладно. … О, еще кое-что. Кейт закусила губу. - Есть новости о сестре Лены?

- Я все еще жду отчета из Белграда.

‘Почему они так долго? - спросил я. Кейт наняла Лену Сабич на работу в Службу с четким обещанием, что они освободят ее младшую сестру Майю из ужасных обстоятельств в Сербии и привезут ее в Англию. Кейт, естественно, чувствовала, что смерть Лены скорее укрепила это обещание, чем освободила их от его последствий, но это не было всеобщим мнением, поскольку стоимость и осложнения, связанные с извлечением, могли вызвать серьезный скандал в руководстве Службы. Как финансовый директор, Роуз наблюдала за операцией по указанию Кейт. По крайней мере, у нее будет один союзник, когда дело дойдет до критической ситуации.

‘ Это сложно, Кейт, ты же знаешь. Я разберусь с этим утром. А пока поспи немного – и обязательно сходи к доктору Вайзману.

Кейт положила трубку. Хотя она уже несколько месяцев посещала психолога, иногда самостоятельно, иногда с детьми, Роуз настаивала, что обращение к психиатру - это то, что ей сейчас нужно.

Телефон Кейт зазвонил, и она подняла трубку, чтобы увидеть сообщение от Сьюзи, отправленное через защищенный внутренний сервис, которым они пользовались среди коллег: Джули только что рассказала мне о потенциальном видео. Господи, что за гребаное грязное ведро. Извини, но ты абсолютно прав. Ты должен разобраться с этим.

Кейт положила телефон лицевой стороной вниз и выключила ночник у кровати. Она уставилась в потолок, думая о телефонном разговоре с Роуз. Она ни за что не увидит доктора Вайзмана завтра. Это было слишком похоже на открытие Ящика Пандоры.

5


На следующее утро КЕЙТ РАЗБУДИЛО еще одно сообщение, на этот раз от Джули. Включи телевизор.

Она взглянула на часы. Было 6.24 утра. Она выпрямилась, потянулась за пультом и включила телевизор.

Баннер, идущий внизу Sky News, гласил: ‘Эстония: Кремль называет нападения ”провокацией"’. Это было помещено поверх видеозаписи, сделанной вчера поздно вечером, на которой толпа с палками в руках нападает на группу протестующих в центре приграничного с Эстонией города Нарва.

Ведущая, стройная женщина с буйными светлыми волосами и мертвенно-бледным видом человека, который десять лет толком не ел, разговаривала со своим политическим редактором, стройным молодым человеком, который выглядел так, словно замещал кого-то между школой и Кембриджем. ‘ Ну, температура, кажется, быстро повышается, ’ сказал молодой человек. "Как вы знаете, все это началось, когда группа мужчин попыталась снести памятник Ленину в приграничном с эстонией городе Нарва. Некоторые представители местного этнического русского населения протестовали, а затем подверглись нападению. Теперь, в последние несколько минут, мы стали свидетелями того, как Центристская партия в Таллине, которая в основном представляет довольно значительное русское меньшинство Эстонии, обратилась к Кремлю с крайне провокационным приглашением официально вмешаться – военным путем, если это необходимо. В нем говорится, что русские люди просто небезопасны в Эстонии. От Кремля пока нет ни слова в ответ, но Эстония, конечно, является союзником НАТО, и, согласно Пятой статье, нападение – или угроза – на одного является нападением на всех".

-Итак, каков был ответ Даунинг-стрит?

‘ Конечно, еще рано, и я понимаю, что в ближайшие несколько часов состоится встреча Cobra, но брифинг, который я получил некоторое время назад, наводит на мысль, что подавляющее настроение премьер-министра, вероятно, связано с осторожностью. По словам одного источника на Даунинг-стрит, не стоит рисковать Третьей мировой войной из-за нескольких ударов, нанесенных в Эстонии. Но немцы и французы занимают гораздо более жесткую позицию, и я думаю, мы подождем, чтобы увидеть, что именно будет исходить из Белого дома в течение дня".

‘Не будет ли чрезмерным цинизмом, ’ спросила ведущая, откидываясь на спинку стула с лукавой улыбкой, ‘ напомнить нам о тех утверждениях, высказанных на выборах руководства шесть месяцев назад, что премьер-министр, возможно, каким-то образом был … как бы это сказать? ... скомпрометирован русскими – и беспокоиться, что это может быть фактором?"

Политический редактор позволил себе не менее лукавую улыбку в ответ. ‘Я думаю, что эту мысль вы бы высказали очень тихо, если бы не хотели заслужить вечную неприязнь премьер-министра. “Мусор эпохи социальных сетей” - так называют все это на Даунинг-стрит. Но оппозиционные депутаты, без сомнения, снова обвинят его в том, что он в некотором роде марионетка Москвы".

Кейт выключила телевизор и пошла в душ. К тому времени, как она вышла, у нее было сообщение от сэра Алана, предупреждающее, что встреча Cobra перенесена на 8 утра, поэтому она оставила Фионе записку с извинениями, в которой просила ее позаботиться о том, чтобы ее брат сел с ней в автобус до школы, и поймала такси прямо до Уайтхолла.

Она вошла в подъезд рядом с Даунинг-стрит и повернула направо, чтобы спуститься по лестнице мимо тщательно сохранившихся остатков дворца эпохи Тюдоров, который стоял здесь во времена Генриха VIII. Она передала свой телефон охраннику, сидевшему у входа в систему безопасности внизу. Ее пропуск не давал ей автоматического разрешения, поэтому она подождала, пока он сверит ее данные с именами в списке, а затем откроет ей дверь. Она посмотрела в приемную, где сидели младшие помощники, анализируя поступающие в последнюю минуту разведданные.

Премьер-министр Джеймс Райан уже сидел в комнате для брифингов Кабинета министров, где проводились все заседания Cobra, ожидая прибытия всех остальных, что сильно отличалось от подхода его предшественника, который всегда любил приходить последним, предпочтительно заставляя аудиторию ждать. Премьер-министру было пятьдесят пять, того же возраста, что и Си, с которым он был ровесником в государственной школе. У него был тщательно культивируемый помятый вид по-настоящему тщеславного человека. Его рубашка, казалось, не была выглажена, а густые, волнистые темные волосы, казалось, несколько дней не расчесывались, что придавало ему вид студента, только что вылезшего из постели. Он прибавил в весе с тех пор, как переступил порог Даунинг-стрит, его некогда красивые черты лица теперь одутловаты и выпячены. Но ему по-прежнему нравилось делиться своей легендарной харизмой со всеми, кто находился в его окружении.

‘ Кейт Хендерсон, насколько я живу и дышу. Как приятно тебя видеть. - Он одарил ее лучезарной улыбкой.

-Доброе утро, премьер-министр.

‘ Неужели? Я уже несколько часов на ногах. Такое ощущение, что пора обедать. Он взглянул на секретаря кабинета министров, который сидел рядом с ним. Это была высокая, седовласая, в основном серьезная женщина по имени Ширли Гроув, которая, как говорили, иногда проявляла вспышку в высшей степени сухого и довольно едкого юмора. Она ни в малейшей степени не находила своего босса забавным. ‘Должно быть, поэтому я так толстею’, - продолжал премьер-министр. ‘Я продолжаю изобретать дополнительные блюда’. Он облокотился на стол и устремил на Кейт стальной, полунасмешливый взгляд, который был еще одним его козырем в торговле, как будто жизнь была одной длинной историей П. Г. Вудхауза. - Как поживаешь ты, Кейт?

-У меня все хорошо, премьер-министр.

‘ Жаль слышать о вашем муже. Похоже, он негодяй. В следующий раз повезет больше. Это мой девиз. Он снова улыбнулся. Его последняя подружка только что покинула Даунинг-стрит после того, что, как говорили, было очередной бурной ссорой. "Я в поиске", - язвительно заметил он на недавнем ужине.

Кейт покраснела. Она не могла вспомнить никого другого, кто был бы настолько бестактен, чтобы подшутить над распадом ее брака. Но от дальнейшего смущения ее избавило появление сэра Алана, которое охладило воздух на несколько градусов. Он кивнул премьер-министру и сел на дальний от него конец стола, словно намеренно стараясь держаться на расстоянии. Современники говорили, что эти двое мужчин были близкими друзьями в школе, но, если это так, Кейт еще предстояло определить причину нынешней враждебности между ними. За ним последовал министр обороны, и зал быстро наполнился. Министр иностранных дел Мэг Симпсон и ее старшая команда прибыли последними.

Симпсон была меньше и шире в плечах, чем ее показывали по телевизору, и к тому же выглядела на несколько лет старше, в очках для чтения в толстой оправе на цепочке на шее и с тугим каре седых волос. На ней почти не было косметики, и она не проявляла никаких признаков тщеславия. Она выглядела взволнованной из-за того, что пришла последней.

- Давайте начнем, - сказал премьер-министр, как будто они собирались устроить вечеринку.

Сэр Алан встал. Он, черт возьми, точно не был развлечением. ‘Как вы знаете, мы запланировали эту встречу вчера вечером, перед событиями в Нарве. Мы получили сообщение из надежного источника о том, что русские вот-вот снова бросят кости. Наше рабочее предположение заключается в том, что ответственным ведомством является ГРУ, и они, похоже, следуют сценарию, который так хорошо сработал у них в Крыму: создают беспорядки, заявляют, что местное русское меньшинство находится под угрозой, и вмешиваются ".

У сэра Алана был пульт дистанционного управления одним из экранов в конце стола, и он включил его. Он показывал канал с PCR2 на внутреннем сервере SIS, который Дэнни, должно быть, переключил на line. ‘ Это ферма в маленькой деревне Пухлова, которую несколько месяцев назад купила у местного жителя фирма, зарегистрированная в Хельсинки. Истинный владелец скрывается за таким количеством холдинговых компаний, что нам потребуется некоторое время, чтобы докопаться до сути, но я думаю, мы можем с уверенностью предположить, что это то или иное агентство российского государства ".

Сэр Алан увеличил изображение грязной земли и ткнул пальцем в экран. ‘Это трудно разглядеть, если не приглядеться повнимательнее, но здесь можно увидеть следы шин грузовиков или большегрузов. Насколько мы понимаем, "Ночные волки" – российская военизированная группировка, состоящая в основном из ветеранов войны в Чечне и тесно связанная с Кремлем, – накопили здесь достаточно оружия, чтобы бросить серьезный вызов эстонскому государству".

‘Выглядит как любая другая ферма", - сказал премьер-министр. ‘Что у них там спрятано? Вилы?’ Он улыбался, как будто это все еще была какая-то шутка.

‘ Мы пока не знаем. Сэр Алан закрыл канал и нажал на другой. "Кейт и ее команда нашли этот отель неподалеку на берегу Балтийского моря, в котором, как мы думаем, остановились по крайней мере некоторые из "Ночных волков"".

‘ Выглядит соблазнительно, ’ сказал премьер-министр. Кейт переводила взгляд с одного мужчины на другого. Трудно было представить, что эти двое когда-то были школьными друзьями. Если они притворялись, что презирают друг друга, то были великими актерами.

Сэр Алан включил телеканал Sky News, который все еще показывал кадры вчерашнего насилия. ‘У нас нет сомнений в том, что первоначальная попытка снести памятник Ленину, которая, конечно же, вызвала протесты, а затем ответное насилие, была организована из Москвы. Действительно, все мероприятие, от начала до конца, похоже, было их работой".

‘ Почему? Премьер-министр снова облокотился на стол, теперь его поведение было более серьезным.

Расширять сферу своего влияния, как они это делают во многих других местах, которые раньше были частью Советской империи. Это должно быть нашим рабочим предположением. "Ночные волки" придут на помощь протестующим, возможно, сегодня вечером. У них будут столкновения с эстонскими силами безопасности. Напряжение будет нарастать. Местное русское население усилит свои требования к вмешательству Москвы, возможно, к отделению всего региона, как мы видели в Крыму".

‘ Возможно, все это просто уловка, ’ сказал Йен, отчаянно желая поучаствовать в действии. Сэр Алан не удостоил его взглядом.

- Что? - спросил премьер-министр.

- Это обман, премьер-министр, маневр, разработанный только для того, чтобы проверить нас.

‘Я бы сказал, что это, очевидно, разработано для того, чтобы испытать нас", - сказал премьер-министр, поворачиваясь к Кейт. "Что вы думаете?"

Она остро ощущала, что все взгляды в комнате устремлены на нее, и видела ярость на раскрасневшихся щеках Йена. Он забыл, что высокопарная формальность была отличительной чертой всех встреч Кобры – по крайней мере, всех тех, на которых она присутствовала, - и его легкая беззаботность раздражала, даже если чувства были рассчитаны на то, чтобы понравиться мужчине во главе стола. Он тоже выглядел недостаточно одетым для такого случая. Он был единственным мужчиной в комнате без пиджака.

‘ Возможно, Йен прав, ’ сказала она, инстинктивно бросая ему спасательный круг. - Возможно, они просто хотят посмотреть, как мы отреагируем. Но тогда нам остается только взглянуть на то, что произошло в Крыму и даже в Черногории, с этой попыткой государственного переворота. Так что, возможно, разумнее предположить, что они снова настроены серьезно ".

"У нас там около тысячи военнослужащих?" - спросил премьер-министр министра обороны.

‘ Совершенно верно, премьер-министр, - сказал он. - Девятьсот мужчин и женщин, в основном из Королевских гусар и стрелкового полка, вооруженных "Уорриорз" и танками "Челленджер II". Он был относительно молодым человеком для такой должности, с резко залысевшими волосами и безупречной кожей. Как и многие политики в наши дни, до того, как стать членом парламента, он был специальным советником и всегда производил впечатление подростка, притворяющегося взрослым. ‘Конечно, НАТО может быстро перебросить подкрепления из соседних стран’. Он пододвинул к себе листок по столу. ‘Это список развертываний в регионе. Мы также можем рассчитывать на быстрое подкрепление отсюда...

‘ Для этого еще слишком рано. - Премьер-министр обвел взглядом зал, намеренно установив зрительный контакт со своей аудиторией. ‘ Возможно, Йен прав. Возможно, это ложный маневр. Нам нужно быть осторожными и не реагировать слишком остро. И, в любом случае, я не уверен, что общественность готова к тому, что мы начнем войну из-за страны, о которой мало кто слышал".

В комнате повисла ошеломленная тишина, ее обитатели старательно избегали попадаться кому-либо на глаза. Мег Симпсон разрушила чары. ‘Премьер-министр, я уже говорил с французами и немцами сегодня утром. Мы говорим здесь о фундаментальном принципе самого важного и долговечного альянса в области безопасности, который когда-либо знала наша нация. Они хотят, чтобы НАТО направило подкрепление в Эстонию сегодня. Мы должны...

‘ Я в курсе всего этого, спасибо, но не сейчас. Премьер-министр просматривал список дислокаций в Литве, Латвии и Польше, лежащий перед ним на столе. В Уайтхолле у него была репутация хронического нерешительного человека, но сегодня утром этого не было заметно. ‘У меня запланирован звонок в Белый дом, как только президент проснется. Полагаю, он разделит мое предостережение. На данный момент мы остаемся такими, какими были. Я распространю проект заявления для прессы.’ Он резко встал и вышел, прихватив с собой список командированных.

Мгновение никто не двигался и не произносил ни слова. Раздалось несколько покашливаний. Затем политики и их сотрудники встали и молча вышли. Сдержалась только Ширли Гроув, секретарь кабинета министров. - Отличная работа, миссис Хендерсон, - сказала она и направилась к двери.

Это было странно, поскольку Кейт никогда раньше не встречала эту женщину, но, возможно, она просто компенсировала плохие манеры своего начальника.

6


КЕЙТ, СЭР АЛАН и Йен уходили последними и некоторое время стояли вместе в лучах утреннего солнца на Уайтхолле. - Нельзя винить его за осторожность.

Ян, должно быть, знал, что сэр Алан намеревался проинформировать министра иностранных дел о предложении Михаила дезертировать, но шеф умело отклонил его просьбу вернуться, чтобы следить за развитием ситуации в Нарве и напрямую информировать Даунинг-стрит о развитии событий. Сэр Алан знал, что перед этой ролью он не сможет устоять.

Йен вскочил в такси. Сэр Алан и Кейт прошли долгий путь вокруг здания Министерства иностранных дел на Кинг-Чарльз-стрит, возможно, чтобы дать им время поговорить. "Если бы нам нужно было на чем-то сосредоточиться, - пробормотал сэр Алан, - лучше и придумать было нельзя".

-Совершенноверно.

- Тебя это не убедило?

- По-моему, это выглядит чересчур аккуратно.

-В какой части?

"Этот кризис разгорается как раз в тот момент, когда нам нужно убедить Михаила в серьезности предложения о дезертирстве".

- Вы считаете, нам следует поделиться этой мыслью с министром иностранных дел?

‘ Нет. Ты?

Согласен. Нам нужно проверить, существует ли это видео и похоже ли оно на подлинное. Тогда мы сможем трезво взглянуть на ситуацию. Но если у них потенциально есть доказательства, мы должны их увидеть".

Сэр Алан казался погруженным в свои мысли, когда они пересекли внутренний двор, поднялись по грандиозной лестнице и были препровождены в огромный кабинет министра иностранных дел с его великолепным набором книг в кожаных переплетах и сокровищами тех дней, когда Великобритания покорила земной шар. Мэг Симпсон сидела за своим письменным столом из красного дерева, любуясь парадом Конной гвардии и Сент-Джеймсским парком.

Обычно министр иностранных дел принимала гостей в просторном кресле, обитом красной кожей, в другом конце кабинета, но, возможно, она хотела, чтобы стол отделял ее от секретов, которыми они собирались поделиться. На столе перед ней лежала одностраничная справочная записка, которую, очевидно, подготовил сэр Алан, и она сразу же углубилась в ее содержание, без каких-либо упоминаний о странном собрании Cobra, на котором они все только что присутствовали.

‘Я бы хотел отойти на несколько шагов назад, ’ сказал министр иностранных дел. "Я, очевидно, понимаю, что обвинения о связях премьер-министра с Россией впервые всплыли во время выборов руководства и с тех пор были занозой в его боку, но я, кажется, припоминаю, что, когда я спросил вас о них на нашей первой встрече здесь, вы сказали, что обвинения были необоснованными, и дело было закрыто".

Сэр Алан наклонился вперед в своем кресле. По опыту Кейт, ему нравилось доминировать над политиками, и он явно чувствовал себя неуютно из-за разделяющей их деревянной преграды. Поразмыслив, можно сказать, что так думала Мэг Симпсон. Уважение Кейт к ней выросло на ступеньку выше. - В конце концов, имеющиеся у нас доказательства не были убедительными.

- Расскажи мне все с самого начала.

Кейт наняла молодую няню по имени Лена Сабич, чтобы та помогла нам установить "жучок" на суперяхте, принадлежащей Игорю Бородину, который раньше возглавлял Службу внешней разведки России и является – или был – близким другом российского президента. Мы спланировали операцию, потому что знали, что Игорю нравится быть в курсе того, чем занимаются его преемники, и у него вошло в привычку приглашать их присоединиться к нему на его яхте. Операция была идеей Кейт, и она стала одной из самых успешных за последнее десятилетие. Нам удалось записать встречу самых высокопоставленных сотрудников российской разведки, которые обсуждали рак простаты у нашего бывшего премьер-министра еще до того, как об этом стало известно кому-либо здесь, включая нас. То, как они обсуждали выборы руководства, которые последуют за его отставкой, навело нас на мысль, что один из кандидатов на его замену работал на Кремль".

- Я не получал стенограмму этого разговора?

- Мы закрыли дело.

- Только не для меня.

- Я пришлю это позже.

Мэг наградила его тонкой улыбкой. - В любом случае, я предполагаю, что после того, как премьер-министр объявил о своем раке простаты и подал в отставку, это укрепило вас в мысли, что разговор, который вы записали, был подлинным.

-Да.

- И как вы поступили дальше?

- Мы начали расследование в отношении кандидатов.

‘ Все мы? В ее глазах мелькнул огонек. - Даже я?

- Как только круг участников сузился до Имоджен Конрад и премьер-министра, мы сосредоточили наше внимание на них.

- Возможно, русские все это время имели в виду именно меня, и я просто не попал в окончательный вариант.

Сэр Алан не улыбнулся ей в ответ. - Возможно.

-И что же вы обнаружили?

‘ Ничего убедительного, но множество косвенных доказательств того, что Джеймс Райан был завербован русскими в качестве агента много лет назад, вероятно, когда он был армейским офицером в Косово. Заместитель Кейт, Равиндра, отправился по следу в Женеву и, возможно, раскрыл подробности выплат, которые премьер-министр получал на протяжении многих лет, но после возвращения его нашли повешенным на потолке его квартиры. Позже мы выяснили, что женщина, к которой он ездил в Швейцарию – бывшая секретарша одного из адвокатов российского президента, – была убита и выброшена в лесу".

Министр иностранных дел снова повернулся и окинул взглядом Сент-Джеймс-парк. Они смотрели, как кортеж премьер-министра выехал с задней стороны Даунинг-стрит и помчался по Конногвардейскому параду.

- Как вы увидите из файла, когда я его пришлю, - продолжил сэр Алан, - первоначальная операция также указала на шпиона по имени Вайпер, работавшего где-то в Уайтхолле и помогавшего их агенту влияния.

Мэг Симпсон повернулась к ним лицом. - Что-то не припомню, чтобы вы упоминали агента в Уайтхолле.

‘ Это был мой муж, ’ сказала Кейт. - Служба держала это дело в строжайшем секрете по моей просьбе.

Темно-зеленые глаза Симпсона перебегали с сэра Алана на Кейт и обратно. "Мне кажется, что решение закрыть это дело было слишком поспешным".

‘Я не думаю, что у нас был какой-либо выбор, кроме как использовать первоначальные разведданные, чтобы посмотреть, к чему они приведут", - сказал сэр Алан. - Но в равной степени, учитывая, что мы не смогли найти никаких доказательств, я счел своим долгом оставить это дело в покое, как только премьер-министр вступит в должность.

‘ Я не понимаю. Вы только что сказали мне, что операция по прослушиванию яхты прошла с большим успехом.

Сэр Алан сразу понял, к чему это клонится. Он еще сильнее подался вперед в своем кресле. "Это дало именно ту информацию, на которую мы надеялись".

- Что премьер-министр работал на русских?

- Что безопасность нашей страны могла быть поставлена под угрозу на самом высоком уровне.

- Могло быть?

- Да, это верно.

- Значит, вы считаете, что разведданные были точными и что мужчина или женщина, о которых шла речь в прослушиваемом разговоре, были нашим нынешним премьер-министром?

-Да.

- Но вы закрыли файл?

Сэру Алану это не понравилось. ‘Заморозили файл" было бы лучшим выражением. Мы исследовали все доступные зацепки, но зашли в серию тупиков. Мы должны были принять точку зрения. Он наш демократически избранный лидер. Проще говоря, я чувствовал, что мы должны смириться и заткнуться".

‘ Значит, для вас не имеет значения, работает ли наш лидер с русскими - или на них –? Учитывая то, что происходит сегодня, и, если я буду с вами откровенен, его склонность к бездействию по этому вопросу, я должен был подумать, что все это довольно актуально".

- Возможно, нам следовало приложить больше усилий для продолжения расследования.

- Похоже на то.

"Но доказательств не было, и мы должны были иметь в виду, что русские, возможно, пытались намеренно ввести нас в заблуждение".

- Что, как мне казалось, сделало бы первоначальную операцию менее успешной и скорее катастрофической неудачей.

Кейт взглянула на своего начальника, который, казалось, внезапно завязал себя интеллектуальными узлами в совершенно нехарактерной для себя манере. Но тогда он выглядел смертельно усталым.

- А вы что думаете, миссис Хендерсон?

- О каком именно аспекте?

- Премьер-министр - русский шпион?

‘ Да. ’ Мэг Симпсон пристально посмотрела на нее. ‘ Я имею в виду, я могу добавить оговорки относительно того, что именно мы подразумеваем под этим термином. Но если вы спрашиваете меня, был ли он каким-то образом скомпрометирован русскими, то да, я думаю, что был".

- Что вы думаете о его поведении на встрече с Коброй?

- Это подтвердило мои подозрения.

- Мне кажется, не все в вашей организации согласны с вами.

Кейт взглянула на сэра Алана, в чьем суровом взгляде не было и намека на гнев. Чертов Йен, подумала она. - Нет, не все со мной согласны.

- Тогда почему ты так уверен?

‘ Я полагаю, что первоначальная операция была хорошо спланирована, так что вероятность того, что разведданные были подброшены, очень мала. Я не знаю, как они могли узнать, что у премьер—министра рак простаты...

"Если только Вайпер им не сказал", - парировал министр иностранных дел.

"Мой муж не знал о болезни премьер-министра".

- Ты уверен? - спросил я

-Да.

‘ А как насчет какого-то другого источника? Возможно, в вашей организации есть еще один предатель, который откуда-то получил информацию?

‘ Возможно, но информация о болезни премьер-министра хранилась в таком узком кругу его окружения. Кейт пожала плечами, внезапно устав от допроса. "Если вы спрашиваете меня, я думаю, что первоначальные разведданные были верны, и премьер-министру очень повезло, что мы не смогли представить никаких прямых доказательств его предательства".

‘И все же сейчас это здесь, попало к нам на колени из рук потенциального перебежчика. Теперь Симпсон смотрел прямо на нее.

-Потенциально.

- Вы считаете это заслуживающим доверия?

"Мы ничего не узнаем, пока не увидим видео", - сказал сэр Алан.

- Так что же тебе от меня нужно?

Сэр Алан взглянул на Кейт, как будто не был уверен, что ответить на это.

- Прикрытие, - ответил за него Симпсон.

"Если бы это видео оказалось подлинным, а обвинения, выдвинутые против премьер-министра, правдой, противоречия и потенциальный ущерб нашей демократии были бы неисчислимы", - сказал сэр Алан.

- И если это докажет подделку, у вас может оказаться яйцо по всему лицу, которое вы бы предпочли иметь наше лицо.

"Не думаю, что вы сказали бы нам спасибо, если бы это произошло без предупреждения", - сказал сэр Алан.

‘ Сомневаюсь, что мне удастся отблагодарить вас в любом случае. Она захлопнула папку с его одностраничной инструктажной запиской. ‘Вы должны знать, что я больше патриот, чем политик, и я пришел в политику, движимый скорее любовью к стране, чем к партии. И если это звучит невыносимо напыщенно, ты еще можешь дожить до того, чтобы порадоваться этому. ’ Она встала. ‘Я понимаю из вашей записки, что время поджимает, не в последнюю очередь из-за событий в Эстонии, но, тем не менее, я хотел бы в выходные подумать об этом. На карту поставлено многое, и мне вряд ли нужно говорить вам обоим. ’ Она кивнула им. - Спасибо, что пришли.

Они без сопровождения подошли к двери и вышли сами. - Она гораздо более впечатляюща, чем кажется, - сказала Кейт, когда они спускались по лестнице.

-Она умеет держать удар.

-Это немного сексистски.

-Почему?

- Ты бы не назвала мужчину занудой, не так ли?

- Я мог бы.

-Нет, ты бы не стал.

‘ Я бы назвала Йена паразитом. Это считается?

Кейт улыбнулась. - Нет, я так не думаю.

Они обсудили очевидный обман Яна в машине на обратном пути в Воксхолл, как именно и когда он сообщил министру иностранных дел о своих сомнениях относительно намерений русских.

Они расстались у лифтов, и Кейт сначала направилась в операционную, где Дэнни и Джули сидели перед экранами в углу, окруженные пустыми кофейными чашками. Ночь явно была долгой. Джули взглянула на нее. - Тебе захочется это увидеть.

Кейт наклонилась поближе к экрану. На видео был показан фермерский дом в Пухлове. На нем был показан огромный грузовик, въехавший задним ходом в один из сараев. ‘Я не знаю, что они делают, но ...’ Дэнни нажал кнопку в углу и запустил другой поток видео, на котором была показана группа байкеров – возможно, сотня или больше – едущих по шоссе. ‘ Они вышли из отеля примерно через десять минут после окончания вашей встречи с Коброй. Они поехали прямо к границе, которую пересекли около десяти минут назад. Похоже, они направляются домой, в Санкт-Петербург.

Кейт уставилась на экран. В этом не было абсолютно никакого смысла.

‘ Это еще не все, - сказал Дэнни. ‘ Я отследил грузовик. Мне потребовалось некоторое время. Теперь он перематывал отснятый материал. Он нажал кнопку воспроизведения. ‘ Он покинул военную базу недалеко от Санкт-Петербурга вчера в девять вечера. Я думаю, мы не можем с уверенностью сказать, что это эвакуатор, пока не увидим, что, черт возьми, они загружают в этот грузовик, но он определенно похож на грузовик.

‘ Они знали, что мы их раскусили, ’ сказала Джули, не сводя с Кейт своих больших зеленых глаз. Ей не нужно было добавлять, что вчера в девять вечера круг осведомленных в МИ-6 был действительно очень мал. Кейт сняла трубку и набрала добавочный номер Си. Он ответил немедленно. - Это Кейт, - сказала она.

- Я знаю.

Есть хорошие и плохие новости. Насколько мы можем судить, "Ночные волки" уходят со всем своим снаряжением. Я попрошу Дэнни снова включить ПЦР2, если ты хочешь взглянуть.

Она подождала, пока он включит нужный экран. "Разделите экран на PCR2", - сказала она Дэнни, и он сделал так, как было указано, чтобы сэр Алан мог видеть загружаемый грузовик и байкеров на шоссе Санкт-Петербург. ‘ Какие плохие новости? - Спросил сэр Алан.

‘ Дэнни отследил грузовик до места его отправления. Он покинул военную базу недалеко от Санкт-Петербурга вчера в девять вечера. Последовало долгое молчание, пока он обдумывал последствия этого. - В котором часу вы сообщили на Даунинг-стрит, что хотите встретиться с Коброй? - спросила она.

Я позвонил секретарю кабинета министров в полночь. Я хотел снизить риск утечки информации в утренние газеты. Итак ... констатируя очевидное, чтобы избавить вас от хлопот, в девять часов вечера круг знакомых был все еще очень мал и полностью ограничивался людьми, находящимися внутри этого здания.

- Ты думаешь, Йен мог настучать премьер-министру или кому-то из его близких?

- Я начинаю думать, что Йен способен практически на все.

Кейт прикусила губу, прокручивая это в уме. Обвинять Йена было разумно – его жажда продвижения по службе была ненасытной, – но также, возможно, было слишком легко. ‘ Но в этом нет никакого смысла. Если они действительно пытались устроить переворот, зачем отступать сейчас?

‘ Потому что они знают, что мы их преследуем, ’ сказал сэр Алан. ‘ Потому что они потеряли элемент внезапности. Потому что после автокатастрофы, которая стала попыткой государственного переворота в Черногории, они не хотят снова выглядеть неуклюжими любителями".

Кейт взглянула на Джули и Дэнни. Оба были прикованы к экранам перед ними. ‘Или потому, что весь эпизод был задуман для того, чтобы убедить нас в добрых намерениях Михаила", - сказала она. "Они устраивают эффективное, но короткое театральное шоу, которое, как они очень хорошо знают, будет отмечено как быстрая победа для нас".

Ход мыслей, который приводит нас в еще более темное и запутанное место, потому что, если они в состоянии это сделать, вряд ли это говорит о том, что Игорь и его сын уже одной ногой в сибирском гулаге".

Кейт не знала, что на это ответить. Казалось, что с каждым днем ее работа становилась все более сложной и запутанной головоломкой. Если бы вопрос в операции "Сигма" был достаточно простым – был ли первоначальный прослушиваемый разговор на суперяхте Игоря подлинным или подделанным в их интересах? – то же самое можно сказать и об этом последнем повороте: была ли история Игоря и Михаила правдивой, а их предложение реальным?

Но как быть уверенным в ответе? Если то, что все искали, было неопровержимым доказательством, то все, на что им когда–либо приходилось полагаться, это на инстинкт - и в первую очередь на ее инстинкт.

Но оно не дрогнуло. Не совсем. Она знала, что политикам всегда нужны доказательства, но разведка редко работает подобным образом. Иногда непоколебимый инстинкт - это все, чего ты добьешься. Слава Богу, что есть сэр Алан. Он, по крайней мере, понимал это неявно.

‘ Я лучше позвоню на Даунинг-стрит, ’ сказал он. ‘Я сделаю небольшую ставку, что они раскрутят это как доказательство разумности осторожности – что, конечно, является еще одним аспектом, о котором нам следует тщательно подумать’. Он закончил разговор.

- У тебя такой вид, будто ты увидел привидение, - сказала Джули.

Кейт пробормотала что-то невнятное в ответ. Она отвернулась и поднялась в свой кабинет. Сьюзи ждала ее. У нее была манера обращаться к людям – обе руки на бедрах, угловатое тело слегка наклонено вперед, – которой уж точно не учили в Школе обаяния. "Исходное дело по операции "Сигма" все еще закрыто", - сказала она.

Кейт так и подмывало ответить, конечно, черт возьми, это так, но ее разум был затуманен разговором, который она только что имела с шефом, и его последствиями. - Да, - сказала она.

-Почему?

‘Поскольку мы не смогли доказать, что премьер-министр работал на русских, мы исчерпали все возможные зацепки, и в сложившихся обстоятельствах казалось, что скрывать обвинения - ответственный поступок’. Кейт чуть было не добавила, что это был не ее выбор, но передумала. Она чувствовала, что в случае со Сьюзи каждое слово, скорее всего, будет записано и использовано в качестве доказательства против нее.

- Но мне нужно это прочитать.

- Я думал, мы уже обсуждали это до того, как ты присоединился.

‘Обвинения по-прежнему являются частью политического обсуждения. Я не думаю, что мы можем просто спрятать голову в песок и предотвратить ...

‘ Я могу сказать тебе то, что тебе нужно знать. ’ Кейт бросила сумку рядом со своим столом и села. Внезапно она почувствовала себя разбитой.

‘ Мне нужна папка, Кейт. В дверях стояла Сьюзи. Казалось, она заполняла все пространство, несмотря на свою узкую фигуру, но, возможно, это было просто из-за ее поведения. Она аккуратно заправила прядь иссиня-черных волос за правое ухо. ‘Я не хочу, чтобы вы думали, что я марионетка Службы безопасности во время моего пребывания здесь, но я действительно удивлен, что их – нас – не вызвали, чтобы взглянуть на это. У генерального директора случился бы сердечный приступ, если бы он узнал, какой объем разведданных вы от него утаили. Я имею в виду, премьер-министр, потенциально работающий на русских ..."

- Ну, чтобы внести ясность, это именно то, что я подумаю, если ты будешь говорить таким тоном.

Сьюзи стояла на своем. ‘ Теперь я часть этой команды, Кейт. Я прожил здесь достаточно долго, чтобы знать, что это значит.

Кейт встала, подошла к картотечному шкафу в углу, открыла его ключом, который носила в кармане, достала папку с надписью "Операция Сигма" и протянула ее своей коллеге. Сьюзи выглядела довольной, как будто ожидала, что разговор примет другой оборот.

Кейт вошла в свой компьютер. Едва она успела просмотреть электронную почту, как в дверь просунула голову помощница их команды Мэдди. Она обладала безошибочной способностью мгновенно определять душевное состояние Кейт. - С тобой все в порядке?

- А почему бы и нет?

‘ О'кей. Она скорчила гримасу. ‘ Рада, что спросила. Звонила твоя тетя Роуз.

- Чего она хотела? - спросил я.

- У нас проблема с вашими расходами.

-Что? -спросиля

‘ Ладно, плохая шутка. Она сказала, что поговорила с Фионой и заедет за ней и Гасом в четыре. Она устроила твою мать в дом престарелых. Она заберет ее сразу после этого, и они все вместе отправятся в Корнуолл. Ты можешь присоединиться к ним в любой момент, если сможешь вырваться.

- Она получила ответ из Белграда?

- Нет, насколько я знаю.

- Ты проверишь? - спросил я.

-Конечно.

Мэдди не отступила. Было явно что-то еще. ‘ И? - Спросила Кейт.

– Она сказала, чтобы я убедился, что вы не опоздали на прием к доктору Вайзману, и сам проводил вас туда, если потребуется.

- Хорошо, спасибо.

- На какое время у вас назначена встреча?

-Двое.

- Ты уходишь? - спросил я

-Нет.

- Почему бы и нет?

- Мэдди... - Кейт повернулась к своей помощнице, чья забота о ее благополучии иногда казалась навязчивой.

- Ты должна уйти, Кейт.

‘ Когда я смотрела в последний раз, я была взрослой женщиной. Так что мне не нужно ничего делать.

-Тебе нехорошо.

Кейт нахмурилась. - Что вы имеете в виду?

‘ Мы все знаем, через что ты прошел, и ты сам не свой. Конечно, ты можешь это видеть.

Разорвав свою бомбу, Мэдди удалилась. Кейт разрывалась между раздражением и отчаянием. Неужели это было так очевидно? У нее едва хватило времени придумать ответ, когда вошла Джули со своими собственными вопросами. - Каков был их ответ на предложение Михаила? - спросила она, усаживаясь на стол рядом с Кейт.

- Министр иностранных дел хочет, чтобы в выходные мы все обдумали.

- Тогда, к счастью, у нас нет нехватки времени. Как ты думаешь, она пойдет на это?

Сэр Алан не оставил ей особого выбора. Он был там, покупая обложку, и она была достаточно умна, чтобы понять это. Она кажется довольно скрупулезной. Я не понимал, что он, по сути, утаил от нее оригинал файла, так что, думаю, ей просто нужно было время, чтобы тщательно просмотреть его. Йен был там до нас.

- Что вы думаете о выходе "Ночных волков"?

- Это сбивает с толку.

‘ Однако удобно. Я имею в виду быструю победу для нас. В ней Михаил выглядит хорошо.

Кейт смотрела в окно, обдумывая различные объяснения того, что только что произошло в Эстонии. Ни одно из них не имело смысла.

Джули встала и подошла к стеклянной стене, откуда открывался вид на остальную часть офиса. "Я полагаю, вы знаете, что жена Йена выгнала его", - сказала она.

‘ Да. Честно говоря, я был немного удивлен.

- И вполовину не так чертовски удивлен, как я.

- И какова твоя реакция?

‘ Я в ужасе. Это был обычный секс, а теперь он вдруг говорит, что хочет жениться на мне.

- Что ты собираешься делать?

‘ Мне придется порвать с тобой. - В голосе Джули не было и намека на эмоции. Кейт подумала, что иногда она может быть холодной рыбой. Волосы у нее были сальные, на футболке виднелись пятна от пролитого кофе, но это никак не умаляло ее сияющей красоты. ‘ Я вижу, ты отдала Сьюзи файл "Сигма", - сказала Джули. Она уставилась на их коллегу, которая склонилась над ним на своем столе.

‘ Я не чувствовал, что у меня есть выбор. Она бы побежала обратно к своим друзьям на другой берег реки, и они бы устроили переполох.

- Как ты думаешь, на кого она на самом деле работает?

‘ Правильный ответ заключается в том, что мы все в одной команде. Не так ли?

Джули закатила глаза и вышла. Кейт некоторое время смотрела на Сьюзи. Ну и что, что МИ-5 в конечном итоге все узнала? Возможно, это не имело значения.

Кейт взяла свою сумку. Желание министра иностранных дел провести выходные, чтобы подумать об этом, оставляло открытой возможность того, что она могла бы присоединиться к своим детям и тете в Корнуолле, и она не могла придумать веской причины, чтобы остаться. Но Роза убьет ее, если она пропустит прием у доктора Вайзмана.

Перед уходом Кейт достала из кармана номер, который дал ей Михаил, и отправила ему сообщение в WhatsApp. Министр иностранных дел попросил выходные, но я ожидаю положительного ответа. Буду держать вас в курсе. K..

Кейт подумала, что упоминания министра иностранных дел, вероятно, будет достаточно, чтобы убедить Михаила, что они серьезно относятся к его предложению, и помешать ему обращаться к кому-либо еще со своими секретами, по крайней мере, на пару дней. Мысль о том, что у ЦРУ или любой другой иностранной разведывательной службы есть железные доказательства предательства премьер-министра - со всеми рычагами воздействия, осложнениями и даже унижением, которые это повлечет за собой, – на самом деле не укладывалась в голове, особенно если учесть, что британцы намеренно решили не принимать предложение.

Он ответил через пару секунд. Я в Берлине. Увидимся в понедельник в 10 утра. Направляйтесь на Александерплац. Не опаздывай.

Кейт прислала ответ: В понедельник слишком рано. Я не могу заставить колеса вращаться быстрее. Скажем, во вторник в 10 утра.

Пришлось долго ждать, прежде чем она, наконец, получила ответ: Хорошо. Не позже, или сделка расторгается. И не за что, ре Эстония.

Мэдди снова стояла в дверях своего кабинета. ‘ Премьер-министр как раз собирается сделать заявление. Кейт присоединилась к остальной своей команде перед большим экраном телевизора в центре офиса, который был переключен на Sky News. Премьер-министр поднялся на импровизированную трибуну на Даунинг-стрит. "Я сделаю полное заявление о событиях в Эстонии в Палате представителей сегодня днем ... Но, насколько мы понимаем, если русские действительно намеревались спровоцировать беспорядки на границе, как некоторые утверждали, то сейчас эта угроза отступает. Протесты прекратились, и мы не считаем, что существует существенная угроза целостности и безопасности Эстонии. Сегодня утром я напрямую разговаривал с президентом России, и он заверил меня, что это действительно так, хотя и просил обеспечить надлежащую защиту русского меньшинства в Нарве и в восточной Эстонии, что является совершенно разумной просьбой.’ Наступила пауза, когда он оторвал взгляд от сценария и посмотрел прямо в камеру. ‘Я воспринимаю это как еще одно доказательство преимущества осторожного, тонкого и сбалансированного отношения к международным отношениям. Никто не хочет ввязываться в войну из-за страны, о которой мало кто слышал. В этом-то и загвоздка, нравится вам это или нет. Спасибо. Хорошего вам дня!"

Он повернулся и вошел обратно в дверь дома номер десять. ‘Это поднимет настроение эстонцам", - сказала Джули. "Он гораздо больше похож на чертова Невилла Чемберлена, чем на Уинстона Черчилля".

Кейт не ответила. Она взяла свою сумку и направилась к лифтам, пытаясь избавиться от ощущения, что ею только что манипулировали способом, который она пока не могла четко сформулировать.

7


ДОКТОР ВАЙЗМАН БЫЛ угловато-худощавым мужчиной в квадратных очках для чтения, которые он то надевал, то снимал, чередуя вопросы и записывая ее ответы от руки в огромную тетрадь, лежавшую в центре его стола из дерева и хрома. У него был широкий лоб, вьющиеся темные волосы и твердый, невозмутимый взгляд. Он напомнил Кейт ее первого преподавателя в Кембридже, и ее неуверенные попытки объясниться были неприятным отголоском тех встреч.

‘Это действительно трудно описать", - сказала она. ‘Обычно я чувствую себя хорошо, когда впервые встаю утром. Я думаю. Когда высплюсь. Но, как я уже сказал, я плохо сплю, а иногда и вовсе почти не сплю. В любом случае, как только я включаюсь в поток дня, мне кажется, что кто-то подкрался и ввел в мою кровь какое-то дьявольское химическое вещество, адреналин, или кортизол, или что–то еще. И тогда я просто чувствую себя ... ужасно.

-В каком смысле?

- Просто это безымянное чувство страха, постоянной настороженности и беспокойства, как будто кто-то вот-вот выйдет из-за угла и застрелит меня в любой момент или, что еще хуже, детей.

- И вы говорите, что чувствовали то же самое до событий шестимесячной давности, предательства вашего мужа и смерти молодой женщины, которую вы завербовали в качестве агента, а затем вашего заместителя Равиндры?

Кейт колебалась. Облегчение было болезненным. Ей казалось, что она стоит на краю пропасти и все, что она может видеть, - это как далеко можно упасть. - Да, я полагаю, что так.

‘ Когда, вы бы сказали, это началось? Он смотрел на нее поверх очков.

- Я не знаю.

- Вы испытывали беспокойство в детстве?

‘ Нет. Я был вполне уверен.

"Можно быть уверенным и встревоженным".

Последовало долгое молчание. Кейт уставилась в пол, ломая голову. И вдруг как будто открылось окно, впустив луч света в темноту. ‘ Да, наверное, я был. Я имею в виду, встревожен.

-По поводу чего?

Не обычные вещи, вроде экзаменов. Я относился ко всему этому довольно спокойно. Меня также не очень волновало, что другие люди думают обо мне. Я не беспокоился о дружбе, или о том, нравлюсь я кому-нибудь или нет, или одобряю то, что я делаю. Но … Я полагаю, что потеря ... смерть.

‘ Потеря чего? Или кого?

Кейт тоже много думала об этом. Было чертовски трудно вернуться мыслями назад, через годы, и попытаться распутать сложную сеть мыслей и эмоций. - Смерть, в общем. Потеря кого-то или нескольких людей, которых я любил, или то, что я их каким-то образом подвел. Моя собственная смерть, я полагаю, тоже. Просто причуды и непостоянство человеческого существования. Были времена, когда эта неопределенность, непредсказуемость жизни парализовывала.

- Ты боялся, что потеряешь свою мать?

‘ Нет. У меня никогда не было с ней отношений. Я не был близок с ней в детстве, и после того, как я узнал о ее неверности – у нее был длительный роман с отцом моей лучшей подруги, парнем по имени Дэвид, – я бы сказал, что начал активно ненавидеть ее. Меня воспитывал мой отец. С раннего возраста я понимал, что моя мать ненадежна и часто бывает весьма подрывной, даже ядовитой.

- Твой отец оспаривал это?

‘ Нет. Это была единственная проблема, которая у нас с ним действительно была. Я никогда не могла понять, как он мог любить мою мать. И, в частности, о том, как он мог продолжать любить ее после того, как она так плохо с ним обошлась. Но он просто тихо увел меня с ее орбиты, что было нетрудно, потому что она самая эгоцентричная женщина, которую я когда-либо встречал".

- Значит, вы беспокоились о потере отца?

Кейт никогда не думала об этом в таком ключе. ‘ Да, наверное, так и было. Она уставилась на свои руки. ‘ Определенно так и было. У меня не было братьев и сестер, так что, наверное, отец был всем, что у меня было. Я боялся, что с ним что-нибудь случится.

‘ Или что он уедет, что твоя мать прогонит его? Это то, что скрывалось за твоей неприязнью к ней?

- Я знала, что он никогда не оставит меня.

- Ты думаешь, он остался из-за тебя?

Кейт тоже никогда не думала об этом в таком ключе. Это была неприятная идея. - Полагаю, да.

Доктор Вайзман продолжал писать. Кейт взглянула на часы на стене рядом с ней. У них оставалось всего десять минут, и она начала паниковать, что этого будет недостаточно. Как ни неохотно ей было начинать этот процесс, теперь, когда он начался, она не хотела, чтобы он заканчивался. Когда она собиралась получить ответ? ‘ Твой отец беспокоился? - спросил он.

-По поводу чего?

‘ Все, что угодно. Ты, твоя мать, жизнь в целом.

‘ Нет. ’ Она посмотрела сквозь жалюзи на размытые фигуры, спешащие под дождем снаружи. ‘ Вообще-то ... да, возможно, так оно и было. Я... Она выпрямилась. Воспоминания нахлынули на нее. ‘Когда мне было лет восемь или, может быть, девять, моя школьная подруга очень внезапно умерла от менингита. Она села за парту рядом со мной и сказала, что у нее разболелась голова. Я сказал ей пойти к медсестре. На следующий день учительница вошла в класс и сказала, что Джейн умерла ночью. Я не знал, что думать или как реагировать. Это было невероятно грустно, но я не знал, что значит смерть. И каким-то ужасным образом жизнь продолжалась своим чередом".

-Но не для твоего отца.

‘ Вот именно. Не для него. Видишь ли, Джейн тоже была единственным ребенком. Думаю, тогда я поняла, что мой отец боялся потерять меня. Я помню, какое-то время он вел себя со мной довольно странно. Я всегда была немного сорванцом, любила лазать по деревьям и драться с мальчиками, и он относился к этому очень спокойно. Но после смерти Джейн он долгое время был гораздо более напряжен рядом со мной".

-В каком смысле?

‘ Во всех отношениях, я полагаю. Если бы я выходила в сад, он бы не запрещал мне лазить по деревьям, но выходил бы и наблюдал за мной, просто чтобы убедиться, что со мной ничего не случилось.

- И долго это продолжалось?

‘ Я не знаю. Может быть, год. ’ Кейт задумалась. ‘ Но, с другой стороны, я полагаю, что целую жизнь. Я имею в виду, он действительно очень беспокоился обо мне. Я знала это. Если я приезжал домой на выходные, он всегда говорил: “Веди машину осторожно”, когда я уезжал".

-Разве не все родители так говорят?

‘ Полагаю, да. Но в этом была какая-то напряженность, о которой я до сих пор как-то не задумывался.

Доктор Вайзман кивнул. - Учитывая все, что вы сказали, что вы думаете о выбранной вами профессии?

Кейт долго не отвечала. Это был хороший вопрос. "Я полагаю, что, как и у многих людей, я должен себе представить, существует разрыв между тем, что движет моим интеллектуальным любопытством, и тем, что идеально соответствует моему психологическому темпераменту".

‘ За исключением того, что это не может быть правдой. Я полагаю, что ваша работа требует высокой степени естественного сочувствия. Иначе как бы вы убедили девушку, которую потеряли, работать на вас?

Шантаж, подумала Кейт. Травля. Но она решила не делиться этим. "Думаю, чем ближе я к тому, чего боюсь, тем лучше себя чувствую". Я всегда беспокоилась о том, что кто-то причинит боль тому, кого я люблю, но таким образом я могу выявлять угрозы и защищать от них себя и тех, кто мне дорог".

- Чтобы сохранить чистоту вашей семейной жизни?

-В каком смысле?

- Чтобы избежать боли, причиненной предательством твоей матери?

‘ Я... не знаю. Возможно. Но идеального шпиона не существует. Мы такие же ущербные, как и все остальные.

Доктор Вайзман взглянул на часы. Он перетасовал свои записи. ‘ Хорошо, я предлагаю продолжить через неделю или две. Пожалуйста, позвоните Саре, чтобы договориться о другой встрече.

- Что нам делать дальше? Я имею в виду, что со мной происходит?

Он скрепил свои записи. ‘ Я собираюсь направить вас на когнитивный анализ. Это займет около двадцати сеансов...

-Двадцать?’

Он и глазом не моргнул. ‘ Мы обсудим вопросы, связанные с вашей работой, вашим прошлым и вашей семьей происхождения. Я продолжу видеться с вами в то же время. Нам нужно подумать о фармацевтической кологии...

- Я действительно не хочу принимать наркотики.

Он резко взглянул на нее. ‘ Лекарства, - сказал он. ‘ Мы называем их лекарствами. Он улыбнулся. ‘ И как интересно. Я не сомневаюсь, что вы приняли бы пенициллин без малейших колебаний, так почему бы вам не принять лекарство, которое могло бы помочь вам оправиться от крайне тревожного состояния, в котором вы находитесь?"

Кейт почувствовала себя довольно глупо. Она не стала спорить. - Что со мной не так? - спросила она.

Доктор Вайзман закрыл папку. Он снял очки, аккуратно положил их в центр папки и посмотрел на нее. ‘Я подозреваю, что здесь замешана какая-то генетика и какой-то импринтинг. Возможно, у вас есть естественная предрасположенность к беспокойству, как, по-видимому, и у вашего отца, и, в свою очередь, его поведение, его опасения по поводу вашей безопасности, возможно, помогли еще больше запечатлеть в вас эту естественную склонность. - Он вытер лоб и начал протирать очки. ‘ Ранее вы говорили о последствиях смерти вашего отца. До этого момента вы надеялись, что он развеет ваши страхи. После его ухода не осталось никого, кто мог бы сделать это за вас, кроме вашего мужа, за которого, как вы также сказали, вы цеплялись со слишком большой силой.

- Но что я могу с этим поделать?

Вам нужно научиться успокаивать себя. Заботиться о себе, а не полагаться на других в обеспечении комфорта. Короче говоря, вы должны оставить тревожного ребенка позади и научиться чувствовать себя комфортно рядом со взрослой и способной Кейт, которая является матерью двоих детей и старшим исполнительным директором в одной из самых ответственных профессий нашей страны.’ Он положил очки обратно на папку. - Я думаю, было бы полезно начать этот разговор совершенно осознанно.

-Между?

‘Ваше взрослое "я" и испуганный ребенок внутри. Взрослая Кейт Хендерсон - невероятно опытная и уверенная в себе женщина, принимающая решения огромной важности для нации в целом. Она, несомненно, тот человек, который вам нужен, чтобы успокоить испуганного ребенка. Если вы сможете начать этот разговор внутри себя, это поможет ".

В этом был большой смысл. Она встала. - Спасибо ... Спасибо вам, доктор Вайзман.

Она покинула его кабинет для консультаций и поспешила наружу, под легкую морось. Она подняла лицо к небу и позволила прохладным каплям упасть на ее щеки, затем скатиться по подбородку и вниз по шее. Облегчение было огромным. Кто-то понял.

Палата доктора Уайзман находилась на Илинг-Бродвей, поэтому она поймала такси до Воксхолл-Кросс и пружинистой походкой вернулась в свой офис. Она едва успела вернуться к своему столу, как ее новый заместитель проскользнул в дверь позади нее. - Кейт...

-Привет.

Сьюзи закрыла дверь. ‘ Я прочитала файл. Операция "Сигма".

‘ Хорошо. Кейт подождала, но больше ничего не последовало. ‘ Итак, теперь вы в курсе событий. Она повернулась к своему компьютеру.

‘ Ты уверена, что твой анализ по Вайперу был правильным? - Спросила Сьюзи. Кейт повернулась к ней. ‘ Я не пытаюсь быть сложной, ’ продолжала Сьюзи. ‘ Просто в пять лет я довольно часто охотилась на кротов. Можно даже назвать это моей специальностью. И я не уверен, что имеет смысл, что вашим мужем был Вайпер.

Кейт попыталась сдержать раздражение. Это было последнее дело на планете, которое она хотела бы возобновить. "Мой муж признался в своей измене".

‘ Я не оспариваю это, я только делаю вывод, что он на самом деле был Вайпером. Мы знаем, сколько усилий русские приложили к соблазнению и развращению людей по всему Уайтхоллу. Имеет смысл, что у них есть не один – возможно, несколько – коррумпированных агентов влияния. Стюарт был расходным материалом.

- Только не для меня.

- Прошу прощения, неудачный выбор формулировки.

-Всамомделе.

Я просто имею в виду ... Если вернуться к началу операции на яхте Игоря, то можно услышать, как он сказал: “Вайпер может помочь”. Если учесть ставки, действительно ли имеет смысл, что Игорь имел в виду относительно второстепенного игрока в этих терминах?"

‘ Стюарт работал на главного соперника премьер-министра. Он был женат на мне. Я не уверена, что он имел к этому отношение.

‘ Я понимаю. Стюарт предавал тебя. Я прекрасно понимаю, что в разгар операции, когда вы начали осознавать его предательство, вы, естественно, пришли бы к выводу, что он и есть Вайпер.

- Но я был неправ?

‘ Я этого не говорю. Просто для меня, как для стороннего наблюдателя, смотрящего на это по-новому, комментарий Игоря не имеет смысла. Фраза “Вайпер может помочь” подразумевает кого-то более важного в пищевой цепочке, чем ваш муж.’

- Может быть, а может, и нет.

‘ И все же, как они могли узнать, чем Рав занимался в Женеве? Согласно досье, ваш муж об этом понятия не имел.

- Должно быть, они прослушивали его телефон.

"Рав, несомненно, был слишком опытным и способным, чтобы общаться с кем-либо небезопасным способом".

- Он позвонил Guardian.

‘ Верно. Я это видел. Но вряд ли он рассказал ему, что задумал на самом деле.

Кейт задумалась над этим. Насчет Рава, возможно, Сьюзи права. И теперь, когда Кейт заговорила об этом, она не была уверена, что это сомнение не терзало ее с момента убийства Рава. ‘ Хорошо, ’ сказала она. ‘ Спасибо. Она раздумывала, не рассказать ли ей о том, как кто-то из российской иерархии начал отступление "Ночных волков" из Эстонии в девять часов вечера предыдущего дня, но передумала.

Кругом знаний была все та же небольшая группа: Си, Йен, Джули, Дэнни и Кейт. Предательство того или иного человека было немыслимо.

- Я не пытаюсь быть трудным, Кейт.

‘ Я понимаю это. ’ Она кивнула. ‘ Понимаю. Твои доводы справедливы. Я не знаю, насколько выгодно будет возобновить это прямо сейчас, но я немного подумаю ".

Сьюзи выскользнула, и Кейт закрыла глаза. "Черт возьми", - прошептала она себе под нос.

8


КЕЙТ ВОСПОЛЬЗОВАЛАСЬ возможностью покинуть Воксхолл рано утром в тот же день. Она выбрала один из шести псевдонимов, общих для офицеров ее уровня, и попросила компанию Travel забронировать ей билет на первый рейс в Берлин в понедельник утром. Она предупредила Оперативников, чтобы они перевели Дэнни, ее любимого руководителя группы, в режим ожидания для руководства наблюдением на местах в городе в ожидании одобрения министра иностранных дел. А потом она поднялась в "Викторию", чтобы сесть на кольцевую линию до Паддингтона.

Поездка на поезде до Бодмин-Паркуэй теоретически должна была стать временем относительного покоя и расслабления, но временное облегчение, которое она почувствовала после приема у доктора Уайзмана, сменилось приливной волной нового беспокойства. Если она услышала ‘У нас есть решение", когда выходила из его кабинета, то все, что она могла услышать сейчас, было "У вас проблема’. Вопросы наполнили ее: собиралась ли она принимать наркотики? Станет ли она зависимой? Повлияют ли они на ее способность выполнять свою работу? Почему она вообще так думает? Когда она почувствует себя лучше? Насколько ей стало бы лучше? Что произойдет, если ей станет хуже, если она потеряет контроль, если все пойдет по спирали? Потеряет ли она работу, своих детей? Кто тогда будет о них заботиться?

Вопросы грохотали у нее в голове. И это было еще до того, как она начала размышлять, могла ли она действительно ошибаться насчет того, что Стюарт - Вайпер. Сьюзи была права. Но если не Стюарт, то кто?

Она надеялась увидеть Роуз на вокзале, но вместо этого увидела только радостное лицо своего мужа Саймона. Возможно, это было облегчением. Ей почти удалось завязать светскую беседу во время короткого путешествия к побережью. Саймон выглядел так, словно провел в Корнуолле уже месяц, одетый в футболку и шорты, несмотря на время года, его вьющиеся седые волосы были такими же растрепанными, как ветер, который сильно дул с запада.

Роза поняла, что что-то не так, как только Кейт вошла в дверь. - С тобой все в порядке, любовь моя?

- Мне просто нужно несколько минут.

- Ну, ты знаешь, где находишься.

Кейт сразу же поднялась наверх, в главную спальню для гостей на втором этаже, не поздоровавшись ни с детьми, ни с матерью. Она закрыла дверь, отдернула занавески и посмотрела на лунный свет, мерцающий на ровной, спокойной воде. Она заплакала и, прежде чем смогла сдержаться, разразилась безудержными рыданиями.

Ее грудь снова сдавило, как будто у нее был сердечный приступ. Она легла на диван у окна и подняла ноги. Она попыталась замедлить дыхание и взять под контроль свой учащающийся пульс.

Раздался тихий стук в дверь, и в комнату прокралась Роза. Она подошла ближе. Она купила новую пару овальных очков, которые каким-то образом подчеркивали добродушное выражение лица, которое было ее обычным поведением. В ее длинных темных волосах теперь было больше седины, хотя она, казалось, не была склонна делать что-либо, чтобы задержать ход времени. "Приступ паники?"

‘ Я не знаю. Я...

- Это ужасные существа.

- Что, черт возьми, со мной происходит?

‘ Ты имеешь в виду физиологию? Ты слишком долго изводил себя. Слишком сильный стресс. Слишком сильная травма. Выброс адреналина и кортизола стал привычной реакцией вашего организма, и теперь ваш разум и ваше тело заводят друг друга, коллективно паникуя из-за того, что ситуация выходит из-под контроля ".

- У тебя это когда-нибудь было?

-Да.

-Когда? -спросиля

- Это долгая история. Это было в тот период, когда мы пытались завести детей. Я была очень занята на работе и возлагала слишком много надежд на ... и ... ’ Роуз покачала головой, явно не желая возвращаться к этому. ‘ Главное, что тебе нужно знать, это то, что это пройдет. Тебе станет лучше. Если ты начнешь действовать сейчас.

‘ Папа страдал от беспокойства? Отцом Кейт был горячо любимый младший брат Роуз.

‘ Насколько я знал, нет, но... возможно. Он определенно был сам не свой после того, как узнал о романе твоей матери с Дэвидом Джонсоном.

‘ Трусы Дэвида. Роза позволила себе тень улыбки. - Знаешь, - продолжала Кейт, - раньше он носил очень обтягивающие плавки, которые натягивались высоко над его талией. Даже в детстве, даже когда он должен был оставаться нашим другом, я понимал, что он был нелепой фигурой".

- Не уверен, что это помогло твоему отцу.

Я до сих пор помню звонок Хелен, как будто это было вчера. Я сидел на лестнице. С того момента, как она сняла трубку, я понял, что произошло что-то ужасное. Она сказала, что больше не может меня видеть, и когда я спросил почему, она сказала, что мой отец может объяснить.

- Это сделал он?

‘ Не совсем. Он сказал, что у них были некоторые трудности с отцом Хелен. Я подумала, может быть, он обанкротился, или они потеряли свой дом, или ... - Голос Кейт оборвался. "Но тогда я не мог понять, почему это вызывало столько напряженности в нашем доме".

- Он когда-нибудь говорил с тобой об этом?

Кейт покачала головой. ‘ Ты же знаешь, как он любил избегать конфронтации. Но я не совсем его виню. Что бы он сказал? “Твоя мать ядовитая, глубоко эгоистичная, нечестная и ненадежная”? Я уже знал это.

-Полагаю, вы видели доктора Вайзмана.

-Да.

-Как все прошло? - спросил я.

‘Когда я вышел из его кабинета, я почувствовал, как с моих плеч свалился огромный груз. Но когда я сел в поезд, я потерял из виду возможность решения, и все, на чем я мог сосредоточиться, - это уверенность в том, что у меня есть проблема ".

‘ Ну, у тебя очень неустойчивое настроение. И какое-то время ты будешь в таком состоянии. Но первый шаг к выздоровлению - признать, что ты нездоров. Вы говорили о работе?

- Что вы имеете в виду?

- Беру небольшой отпуск.

-Я не могу этого сделать.

—Кейт...

‘ Я не могу, Роуз. ’ Кейт села. Боль в груди все еще жгла. ‘ Пожалуйста, не дави. Я просто абсолютно не могу сейчас взять отпуск, и это все, что я могу сказать по этому поводу".

Роза кивнула так, что стало совершенно ясно, что она далека от убеждения и вопрос определенно не закрыт. ‘ Хорошо. Просто останься здесь на некоторое время. Я принесу тебе чашку чая и скажу детям, что тебе нужно было отдохнуть.

- Что-нибудь слышно из Белграда?

Тетя Кейт колебалась слишком долго. - Давай поговорим об этом на работе в понедельник.

- Что случилось? - спросил я.

Теперь Роза смотрела в пол. - Это сложно.

-Какимобразом?

‘ Ты же знаешь, что это так. Нам нужно найти там пару, готовую удочерить Майю. Затем мы должны обратиться в суд, чтобы заставить государство забрать ее у матери, провести процедуру законного усыновления, а затем перевезти всю новую семью сюда. Это многословно, чрезвычайно дорого, и успех далеко не гарантирован".

Тревога в груди Кейт снова взорвалась. - У нас нет выбора.

-Йен думает, что да.

‘ Нет... Нет. Мы дали обещание!

‘Успокойся, Кейт. Вот почему я предложил обсудить это в понедельник или когда ты будешь в состоянии вести разумную дискуссию по этому поводу ".

"Мы сделаем это вне закона!"

‘ Мы не можем, и ты знаешь, что не можем. ’ Взгляд Роуз был стальным. ‘ Послушай, я на твоей стороне. Я думаю, сэр Алан тоже обрадуется, поэтому я самым решительным образом предлагаю вам пока оставить это в покое.

Как только Роза ушла, Кейт закрыла глаза и снова заплакала. Она никогда не чувствовала себя такой безнадежной и пристыженной.

Роза вернулась с чашкой чая. ‘ Не торопись, - сказала она. - И если ты не сможешь спуститься к ужину, ничего страшного.

- Могу я чем-нибудь помочь?

‘ Нет. Ни в коем случае. ’ Роза указала на огромную ванну с откидной крышкой в эркере. ‘ Приготовь себе горячую ванну, полюбуйся лунным светом, выпей чай и расслабься на несколько минут. Через некоторое время я принесу тебе что-нибудь покрепче.

‘ Спасибо, ’ сказала Кейт, когда Роза подошла к двери. - Не знаю, что бы я без тебя делала.

- Если повезет, какое-то время ты этого не узнаешь, потому что я намерен оставаться здесь так долго, как только смогу.

-Так будет лучшедлятебя.

Роза снова выскользнула. Кейт налила полную ванну и попыталась расслабиться. Но ни горячая вода, ни чай, ни лунный свет не изменили основ физиологии ее тела, которое, казалось, постоянно вибрировало.

Роза вернулась с джином с тоником. ‘ Наверное, не стоит, ’ сказала она. - Но я не уверен, что это причинит какой-нибудь вред.

Кейт сделала глоток. ‘ Господи! Что ты туда положила?

- Пять частей джина.

Роза вернулась к своей готовке, а Кейт спустилась вниз двадцать минут спустя, когда подавали ужин. Она чувствовала себя довольно пьяной и, следовательно, играла мало роли в разговоре, который, в любом случае, не касался сути. В основном они говорили о том, что будут делать завтра.

Именно в этот момент мать Кейт решила, по непонятным причинам, прервать разговор. - Где Стюарт? - спросила она.

Воцарилось ошеломленное молчание. Дети уставились на свою еду. ‘ Стюарт ушел, ’ тихо сказала Роза. - Ты же знаешь это.

- Куда едем? - спросиля

"Россия".

-Россия? С какой стати ему захотелось туда поехать? Она медленно повернулась к дочери. - Он что, убегал от тебя?

‘ Хватит, Люси, ’ сказала Роза. - Хочешь еще цыпленка?

‘ Я не понимаю. Почему он ушел?

Кейт кивнула Розе, показывая, что она может и справится с этим. Ее мать всегда умела вывести ее из себя, если не сказать больше. - Стюарт по-прежнему мой муж и отец наших детей, мама, поэтому я была бы благодарна, если бы ты сменила тему.

- Ну, я же тебя предупреждал.

‘ О чем? - Спросила Фиона.

- Оставь это, любимый, - сказала Кейт.

- Я просто хочу знать, о чем тебя предупреждала бабушка.

‘ О, знаешь что. С твоей матерью ужасно трудно. Люси перевела взгляд с Фионы на Гаса и обратно. ‘ Вы оба это знаете. Она прогнала его. Я знал, что так и будет. Я сказал ей, что она никогда не сможет удержать мужчину.

Даже по меркам ее матери, это нападение было настолько жестоким и наглым, что у Кейт перехватило дыхание. Но это не остановило ярость, бушевавшую в ее голове.

‘ Я думаю, тебе лучше пойти спать, Люси, ’ сказал Саймон. - Ничего хорошего не выйдет, если ты будешь сидеть здесь с нами за ужином в таком настроении.

Они все повернулись к нему. Саймон обычно был мягким, щедрым, расточительным, уравновешенным. Никто из них никогда раньше не слышал, чтобы он так говорил. Даже Люси была немного озадачена. - Это была не просьба, - добавил он, улыбаясь.

Люси положила нож и вилку, отставила тарелку и вышла из комнаты. Роза подождала несколько мгновений, затем отодвинула стул. - Я, пожалуй, пойду посмотрю, все ли с ней в порядке.

- Спасибо, - поблагодарила Кейт Саймона.

- Для меня это большое удовольствие.

- Иногда мне кажется, что болезнь Альцгеймера на самом деле всего лишь прикрытие, позволяющее ей прожить старость, полную удовольствия от употребления яда, когда у нее поднимется настроение.

‘ Не говори так, ’ сказала Фиона. - Она больна.

Кейт не хотелось ссориться с дочерью, поэтому остаток ужина прошел в светской беседе.

Роза настояла, чтобы Кейт оставила мытье посуды и сразу легла спать, но с наступлением ночи ее лихорадочное состояние, казалось, усилилось. Она забралась под огромное пуховое одеяло, готовая отключиться, но что-то в ее мозгу не давало ей заснуть. И чем больше она думала и беспокоилась об этом, тем более бодрой себя чувствовала. Беспокойство переросло в страх, затем в панику.

Она не знала, что лучше - лежать и надеяться, что сон подкрадется к ней, или встать и отвлечься, поэтому в конце концов сделала и то, и другое по очереди. Она включила прикроватную лампу и попыталась почитать новый роман Уильяма Бойда, который привезла с собой.

Затем она выключила свет и лежала неподвижно.

Она встала, отдернула занавески и уставилась на лунный свет, который мерцал на спокойных водах залива.

Но по мере того, как медленно ползли ночные часы, она вынуждена была признать, что сон так и не придет. Как следствие, рассвет принес своего рода облегчение. Солнце взошло над устьем реки с хрустящим янтарным оттенком. Кейт смотрела, как свет расползается по ландшафту, дюйм за дюймом освобождая ее от ужасов ночи.

Она вышла из машины и обошла мыс по направлению к маленькому городку Рок, пересекла золотые пески залива Деймер и поднялась на вершину холма Брей, откуда открывался вид на контрастное лоскутное одеяло зеленого и синего цветов вплоть до Пэдстоу на дальней стороне залива.

Когда она вернулась, Роуз и Саймон уже сидели за завтраком, но ни ее матери, ни детей нигде не было видно. Роуз налила ей чашку кофе. - Ты спал? - спросил я.

-Нет.

- Немного или совсем нет?

‘ Вовсе нет. ’ Кейт покачала головой. ‘ Это странно. Прошло много времени с тех пор, как мне удавалось провести всю ночь без сна.

- В этом нет ничего странного, ’ сказала Роуз. ‘ На тебя оказывалось невероятное давление. Что-то должно измениться.

- Думаю, да.

Кейт придвинула к себе газету. "НАТО в кризисе" - гласил заголовок в "Таймс". ‘Немцы говорят, что они по-прежнему хотят направить больше войск в Эстонию, даже если НАТО откажется сделать это официально’, - сказал Роуз. "Французы последуют их примеру".

- Есть какие-нибудь новости с Даунинг-стрит?

‘Все та же линия, что кризис отступает. Пришло время охладить пыл, тем более что британская общественность не потерпела бы быть втянутой в конфликт из-за такой страны, как Эстония. Или что-то в этом роде.’ Саймон отложил свой номер "Файнэншл таймс" и налил себе еще кофе. - Ты гордишься тем, что ты британец, не так ли?

У Кейт зазвонил телефон. Пришло сообщение от К. Министр иностранных дел попросил о встрече с нами сегодня вечером в Шевенинге. Я слышал, ты с Роуз в Корнуолле, так что пришлю машину в Паддингтон, чтобы отвезти тебя туда.

‘ Они хотят, чтобы ты вернулась, ’ сказала Роуз. Кейт кивнула, удивляясь, как сэр Алан узнал, где она провела выходные. ‘ Одно из преимуществ того, что я на самом деле не твоя мать, - продолжила Роуз, - это то, что я не чувствую себя обязанной придираться. Так что просто прими это как констатацию очевидного факта. Я не думаю, что вы в подходящем состоянии для работы, и я уверен, что сэр Алан поймет, если вы объясните ему это. А если ты не хочешь, я с удовольствием это сделаю.

‘ Со мной все будет в порядке. Я вернусь дневным поездом. Сегодня высплюсь.

Роза не делала никаких попыток скрыть свое беспокойство. ‘ Хорошо, но дай мне знать, когда будешь готова признать, что обстоятельства складываются против тебя. Нет ничего постыдного в том, чтобы признать, что ты достиг своего предела.

Кейт уткнулась в газету. У нее не было ни малейшего намерения признаваться, что она достигла своего предела. Она даже не была до конца уверена, что это значит.

Она разбудила детей в девять, чтобы у них было время поесть перед запланированным уроком серфинга. Потребовалось три попытки, чтобы поднять Гаса с постели, но как только он проснулся, то съел свой завтрак со скоростью заключенного ГУЛАГа, которому наконец предложили полноценный обед. Фиона заказала кофе, черный, без сахара. Ее некогда покрытые пятнами щеки выглядели осунувшимися, сальные светлые волосы были собраны сзади в тугой узел. Ее ярко-голубым глазам грозила опасность остаться единственным остатком той красоты, которой она когда-то была.

Обычно она притворялась, что что–то ест - обычно хлопья, - а затем перекладывала их по тарелке, пока не создавалось впечатление, что она их съела. Но сегодня утром она даже этого не сделала.

По дороге на пляж Кейт пыталась оставить дочь одну, но Фиона всю дорогу держалась рядом с Джедом, как будто знала, что пытается сделать ее мать.

Саймон и Роуз вернулись в дом, и Кейт в одиночестве посмотрела инструктаж по серфингу на пляже. Несмотря на солнце, было холодно, и она держала руки глубоко в карманах. Ползит был небольшой общиной, которая разрасталась в летние месяцы. Тусклый под дождем, он мог сойти за причудливый, когда светило солнце, как это было в то утро.

Все трое детей легко поднялись на свои доски для серфинга со второй или третьей попытки. Джед был, безусловно, лучшим, и, следовательно, Фиона уступила его общество своему брату по дороге обратно в дом. Кейт подумала, что восхищение ее сына Джедом в эти дни граничит с преклонением, но, возможно, в этом не было ничего плохого.

Кейт увидела свой шанс и ускорила шаг, чтобы естественно идти в ногу с дочерью. - Я знала, что ты ждала момента, чтобы наброситься, - сказала Фиона.

- Это некрасиво.

- Я позавтракал.

‘ Правда? Я пил только кофе.

‘ Я не был голоден. Я уже ем.

По крайней мере, она не сказала, что это не твое дело. - Как ты себя чувствуешь? - спросила она, меняя тему.

-По поводу чего?

‘ Я не знаю. Жизнь. Школа. Джед. Кажется, мы не так много обсуждаем разные вещи, как раньше.

‘ Джед прелесть. Я его не заслуживаю.

‘ Это немного грубо. Он действительно любит тебя. И он прав.

- Мне не нужны ободряющие слова, мам.

—Я не...

‘ Чего ты хочешь? Почему бы тебе просто не сказать?

Кейт невольно захотелось разрыдаться. Неужели ее дочь превращается в свою мать? - Мы так толком и не поговорили о том, как обстояли дела с твоим отцом.

- У нас есть.

- Ни в каких значимых деталях.

‘ Ладно. Что ты хочешь знать? Это было немного дерьмово. Очевидно, это было немного дерьмово".

- Было приятно его увидеть?

‘ Конечно. Мы все еще любим его, даже если ты его больше не любишь.

- О чем вы болтали? - спросил я

‘Школа. Друзья. Джед. Как у него дела в Москве. Когда мы, возможно, увидим его снова. Можно ли было бы жить с ним ..."

Теперь Фиона ускорила шаг, так что Кейт пришлось пробежать несколько шагов трусцой, чтобы вернуться рядом с дочерью. Она почувствовала, как у нее перехватило горло. - Прости, что ты только что сказал?

Фиона не замедлила шага. Кейт была вынуждена взять ее за руку и развернуть к себе. Перед ней было пять футов семь дюймов чистой подростковой ярости: молодая женщина, которая, казалось, не была уверена, плюнуть ли ей в мать или разрыдаться. Или и то, и другое. Кейт точно знала, что та чувствовала. - Что ты имеешь в виду, могла бы ли ты жить с ним?

- Именно то, что я сказал.

Кейт уставилась на нее. Она знала, что Фиона пытается ее спровоцировать и что ей не следует заглатывать наживку. - Я собираюсь забыть, что ты это сказал.

‘ Почему? Я серьезно.

‘ Я так не думаю. Кейт не смогла сдержать гнев в своем голосе. - Не только потому, что это ужасно оскорбительно, но и потому, что мы оба знаем, что это было бы невозможно.

‘ Почему? Через две недели мне исполнится шестнадцать. Достаточно взрослая, чтобы заниматься сексом. Официально. Взрослая. Если я захочу уехать и жить с папой в Россию, я не верю, что вы можете сделать что-нибудь законное, чтобы остановить меня".

‘ Это неправда, как тебе следует знать. В любом случае, что насчет твоего брата?

‘ Он тоже хочет поехать. И сможет, как только подрастет.

-А что насчет Джеда? - спросил я.

Лицо Фионы омрачилось. У нее не было ответа на этот вопрос. Кейт так и подмывало воспользоваться своим преимуществом, но она придержала язык. На самом деле не нужно было быть психиатром, чтобы понять, что здесь происходит. Ее работой как матери было просто смириться со всем этим.

Фиона поспешила присоединиться к своему парню. Когда они вернулись в дом Саймона и Роуз, Кейт поднялась к себе в спальню и разрыдалась. Снова. Никогда за всю свою жизнь она не чувствовала себя такой одинокой.

9


ЕСЛИ, ДЛЯ удовлетворенного ума время - это покой, то для воспаленного - с точностью до наоборот. Почти пять часов, которые потребовались Кейт, чтобы вернуться в Лондон, были близки к пытке. Чем хуже она себя чувствовала, тем больше задавалась вопросом, что с ней не так.

Си пообещала, что в Паддингтоне ее будет ждать машина. Кейт села в него и большую часть пути до Чивенинга, загородной резиденции министра иностранных дел, сидела с закрытыми глазами. Ее прервало только сообщение от министра образования Имоджен Конрад. Снова сумасшедшие времена, милая. Ты как?

Когда-то Кейт наслаждалась искусственной дружбой с Имоджин, какой только можно быть с начальницей мужа. Но министр образования, похоже, не считала, что съемка во время секса со Стюартом и расторжение их брака должны стать каким-либо препятствием для ее будущих отношений с Кейт. Используя предлог, что ее назначили губернатором детской школы, она бомбардировала Кейт текстами с тех пор, как разразился скандал.

Кейт в основном игнорировала ее, как она надеялась, с достоинством, но Имоджин была безумно настойчивой, а кожа у нее была толстой, как у носорога. Мы можем поболтать? Имоджен отправила сообщение, но не сразу ответила. О чем, черт возьми? Кейт так и подмывало спросить об этом, но до сих пор она держала язык за зубами и была полна решимости продолжать в том же духе. Ее достоинство требовало, чтобы она относилась к Имоджин с аморальной пустотой, которой та заслуживала.

Хун? Имоджен снова прислала сообщение. Однажды ее так разозлил один из заместителей Стюарта в Министерстве образования, что она предположила, что было бы проще разослать послание в бутылке. Когда он не спешил отвечать на последующее сообщение, Имоджин фактически отправила сообщение в бутылке. Стюарту это показалось умным, нахальным и действительно довольно забавным. Возможно, так оно и было.

Кейт уставилась на свой телефон. Я в Корнуолле с Розой и детьми, - солгала она.

Предположим, ты будешь дома сегодня вечером и пойдешь в школу завтра. Так можно я заскочу, скажем, в 10 часов вечера?

Кейт не ответила. Какой в этом был смысл?

Остаток пути она смотрела в окно, пытаясь придумать, как ей провести следующие два-три дня. Роуз могла бы подменить ее и присмотреть за детьми. Сама она сегодня вечером примет снотворное, чтобы убедиться, что наконец-то отдохнет. Это было выполнимо. Конечно, это было так.

Вскоре машина захрустела по гладкому гравию и пронеслась мимо журчащего фонтана к фасаду особняка Иниго Джонса в стиле Палладио из красного кирпича, который по выходным служил домом для действующих министров иностранных дел.

Сотрудник в форме проводил ее в большой холл и провел в небольшую приемную. Она была удивлена, обнаружив, что ее ждет новый заместитель. - Сьюзи? - позвала она.

-Министр иностранных дел попросил меня сопровождать вас.

Кейт так и подмывало спросить, откуда Мэг Симпсон вообще узнала о существовании Сьюзи, но вместо этого она сделала мысленную пометку еще внимательнее следить за своим заместителем. - Где сэр Алан? - спросил я.

- По-моему, он уже здесь на совещании.

Кейт села на кремовый стул с жесткой спинкой у двери. Воскресные газеты были аккуратно разложены на кофейном столике перед пустым камином. Она взяла "Санди таймс" и пробежала глазами статью на первой полосе. Она намеревалась сесть на поезд, но в крошечном магазинчике на станции Бодмин-Паркуэй еще не было газет. - Есть что-нибудь о саммите НАТО, кроме заголовков? - спросила она Сьюзи.

‘ У меня была возможность лишь коротко поговорить с сэром Аланом по дороге сюда. Кейт отметила, что они не предлагали ей ехать в одной машине, и что Сьюзи, похоже, стремилась подчеркнуть этот факт. ‘Информация из зала хуже, чем заголовки. Мы наблюдаем полный раскол в НАТО. Германия, Франция, страны Бенилюкса, все на восточном фланге Европы – фактически, почти все остальные – стремятся направить подкрепление в Эстонию, даже если кризис отступает. Вашингтон и Лондон настаивают, что это было бы провокацией".

Кейт задалась вопросом, была ли эта трещина в НАТО истинной целью всего эпизода. Если главной внешнеполитической целью российского президента было смертельно разделить своих врагов, то он проделал исключительную работу. Он восстановил контроль в Сирии, был занят попытками удержать власть в Ливии. Кто знал, чем на самом деле заканчивались его амбиции? "Что скажет по этому поводу министр иностранных дел?" - спросила она.

- Я не знаю, но, думаю, мы скоро это выясним.

Дворецкий – если это был он – просунул голову в дверь. - Миссис Хендерсон?

Сьюзи встала вместе с Кейт. Дворецкий поднял руку и вопросительно поднял бровь. ‘ Просто миссис Хендерсон, пожалуйста. Он провел Кейт по коридору в одну из гостиных, окна которой были открыты на обширные сады и озеро вдалеке, освещенное сейчас яркой луной. Несмотря на прохладный ветерок, в запахе свежескошенной травы чувствовался намек на весну.

Мэг Симпсон и сэр Алан сидели друг напротив друга в креслах с жесткими спинками. На стенах висели картины мрачных старых мастеров, перед ними - богато украшенный белый камин, а на полу - богатый афганский ковер. Как образ, подумала Кейт, это фантазия каждого сторонника теории заговора о том, как министр иностранных дел Великобритании и глава SIS могли бы вести свои дела.

Министр иностранных дел, в частности, выглядела усталой, как будто последние несколько дней значительно состарили ее. ‘Я просмотрела документы", - сказала она без предисловий и светской беседы. ‘ И я считаю, что мы должны перейти к следующему этапу этой операции. У вас есть предложение встретиться с сыном мистера Бородина в Берлине?

‘ Совершенно верно, мэм. Я предложил во вторник в десять утра.

-Что бы это значило?

- С точки зрения ресурсов?

‘ Не могли бы вы мне в общих чертах рассказать? … Я не знаком с тем, как работают подобные операции.

Кейт взглянула на сэра Алана, пытаясь оценить, о чем на самом деле идет речь. Ни один министр, с которым она имела дело раньше, не захотел знать азы и болты такой относительно простой операции. ‘Я бы поехал с одним или обоими моими заместителями в качестве прикрытия. Тогда у нас была бы команда на местах для проведения необходимого скрытого наблюдения, просто чтобы убедиться, что ни за одной из сторон не ведется слежка и что встреча сможет пройти в относительной безопасности и секретности ".

- Сможете ли вы оценить... просмотреть материал?

- Вы имеете в виду компромат на видео, мэм?

- Предполагаемый компромат, да.

‘ В этом, по сути, и заключается цель нашей встречи. Как, я уверен, обрисовал в общих чертах сэр Алан, потенциальное бегство бывшего главы одной из главных разведывательных служб России является в высшей степени необычным, если не сказать неслыханным, и в дальнейшем потребует огромных усилий, затрат и огромного количества ресурсов с нашей стороны. Они придут на встречу с материалами. Я в этом уверен".

- Это то необычное, что граничит с неслыханным, что меня беспокоит.

‘ Но именно поэтому так важно, чтобы я увидел материал из первых рук. Как только мы это оценим, мы сможем сказать, стоит ли рисковать дезертирством. Но если они готовы предоставить нам доказательства того, что русские шантажировали нашего премьер-министра, я думаю, мы должны воспользоваться этим шансом".

Симпсон уставилась на пустой камин. Решительный вид, который она напускала на себя в начале встречи, казалось, рассеялся, когда Кейт обсуждала детали. ‘ Я разрешаю вам перейти к следующему этапу, ’ сказала она наконец. ‘ Но не дальше. Оцените материал, затем давайте немедленно продолжим.

Кейт поняла, что от нее ждут ответа. ‘ Конечно, мэм. Я зайду, чтобы проинформировать вас, как только сойду с самолета, хотя...

-Да?

- Михаил наверняка захочет знать, готовы ли мы предоставить убежище его отцу и семье.

- Это мы решим, когда вы все оцените.

‘ Он почти наверняка захочет получить ответ на месте. И мы можем потерять их, если я не смогу дать ему таких гарантий.

- Кому их отдать?

‘ Еще одна служба внешней разведки. Французы, немцы. Возможно, даже американцы. И они узнают, что мы отказали Михаилу и его отцу".

Министру иностранных дел, очевидно, не понравилось, как это прозвучало. ‘ Очень хорошо. Говорите то, что вам нужно сказать. Мы всегда можем изменить свое решение позже.

-Мы так дела не ведем.

Симпсон резко поднял голову. ‘ Эти люди - акулы. Я не собираюсь выслушивать от них лекции о морали, большое вам спасибо. Кейт имела в виду не это, и обе женщины это знали, но она промолчала. ‘Если материал законный, мы почти наверняка продолжим обмен, каким бы отвратительным он ни был. Но мы будем делать шаг за шагом. Она позвонила в колокольчик и подождала дворецкого. "Очень похоже на королеву", - подумала Кейт, но промолчала. ‘ Не могли бы вы привести Сьюзи? - Попросил Симпсон.

Сьюзи, отметила Кейт. Не мисс Спенсер и даже не Сьюзи Спенсер. Просто Сьюзи. Они явно были знакомы лучше, чем она себе представляла, но вопрос был в том, как и почему? Кейт попыталась поймать взгляд сэра Алана, но он смотрел в окно на лунный свет.

Решительно вошла Сьюзи. ‘ Министр иностранных дел, сэр Алан, - сказала она, кивая каждому по очереди. Она села. Она была одета в сшитый на заказ темный костюм и белую рубашку: образец хладнокровного профессионализма. Кейт опустила взгляд на свои потертые брюки и коричневые замшевые туфли на плоской подошве. Возможно, ей следовало приложить больше усилий.

Сьюзи достала из сумки папку и положила ее на кофейный столик орехового дерева. Она лежала там, как невысказанное обвинение.

‘ Чай, кофе, что-нибудь выпить? - Спросил Симпсон.

-Нет, благодарю вас, министр иностранных дел.

Они ждали. Сьюзи наслаждалась моментом, проведенным в центре внимания министерства. - Продолжайте, мисс Спенсер, - сказал сэр Алан.

Сьюзи нервно взглянула на Кейт. Что бы она ни делала, возможно, она передумала. - Я просматривала файл операции "Сигма". Это было необычайно хорошо задумано и доведено до конца, так что все это никоим образом не является критикой, а скорее отражением того факта, что все мы знаем, что некоторые вещи неизбежно упускаются из виду сгоряча.’ Кейт не сводила глаз со своего нового заместителя. ‘Я согласна с анализом Кейт в том, что многие факты действительно соответствуют идее о том, что ее мужем, Стюартом, был Вайпер. Хотя он не знал подробностей первоначальной операции в Стамбуле, он был осведомлен о том, что это был значительный успех, и у него явно было некоторое общее представление о том, что это было".

Кейт почувствовала, что краснеет. На самом деле Сьюзи защищала ее здесь, поскольку она явно поняла, что ее босс был несколько экономен в отношении того, каким количеством она поделилась со Стюартом.

Итак, если предположить, что Стюарт передал своим диспетчерам тот факт, что Кейт возвращается в Грецию для продолжения операции, этого вполне могло быть достаточно, чтобы Москва начала действовать и посадила ей на хвост группу. До этого момента Стюарт в роли Вайпера складывался удачно.

Она раскрыла папку и раздала несколько скрепленных вместе листов. ‘ Я тщательно проверил телефон Рава за последние двадцать четыре часа его жизни, включая то время, когда он был в Женеве и расследовал дело адвоката, имеющего тесные связи с Кремлем. Как вы можете видеть на этой временной шкале, активности практически не было. Он был полностью отключен от сети. Есть звонок журналисту Guardian, о котором сообщила Кейт. Я поговорил с этим журналистом напрямую. Он кажется довольно натуралистичным парнем и настаивает, что Рав просто спросил имя адвоката и ничего не сказал ему о том, что тот задумал. Он настаивает, что ни с кем об этом не говорил, и я склонен ему верить. Затем идет входящий звонок от Кейт, когда Рав был в Женеве. После этого не было никаких звонков и всплесков какой-либо электронной активности, за исключением этого, около шести вечера. Я думаю, что это сообщение, которое Кейт также занесла в файл ".

Кейт вернула свои листы Сьюзи. Остальные последовали ее примеру, молча изучая их содержимое.

"Я бы также сказала, что Рав производит на меня впечатление слишком опытного и талантливого офицера, чтобы каким-либо существенным образом нарушать оперативную безопасность", - добавила Сьюзи.

- Возможно, за ним следили, - предположил Симпсон.

Кейт взглянула на Сьюзи, которая ждала ее ответа. ‘Такого рода наблюдение требует большого количества людей, мэм. И, как говорит Сьюзи, Рав был достаточно опытен, чтобы принять меры по борьбе со слежкой и сообщать нам о любой активности в Лондоне ".

‘ Значит, кто-то знал, чем он занимается в Женеве, и сообщил русским? - Что? - спросила Симпсон. Она смотрела прямо на Кейт.

- Да, похоже на то.

- И это не мог быть ваш муж?

- Совершенно верно, мэм.

‘ Честно говоря, я удивлена, что эти вопросы не были заданы раньше, ’ сказала Сьюзи. Все повернулись к ней. Даже Симпсон нахмурился от того, что казалось беспричинным поворотом ножа. - Я не имел в виду ... - Теперь настала ее очередь покраснеть.

‘ Кто знал достаточно о том, что делал Рав, чтобы насторожить русских? - Спросил Симпсон.

- В основном я, - ответила Кейт.

‘Я знал", - добавил сэр Алан. "Ян и Джули тоже".

-Вы только вчетвером?

-Я бы сказал, что да.

Кейт уставилась в пол. Боже мой, она хотела, чтобы операция "Сигма" никогда не затемняла ее дверь. Ничего хорошего из этого не вышло, совсем ничего. Кейт подумала, упомянет ли сэр Алан, что русских, похоже, предупредили и об Эстонии, но он, должно быть, решил, что осмотрительность - лучшая часть доблести, и она не собиралась с ним спорить.

"Ну, мы не можем притворяться, что это совсем не неудобно", - сказал Симпсон.

"Мои коллеги из Пятого отдела наверняка захотят узнать, почему эти вопросы не были заданы раньше", - сказала Сьюзи.

Сэр Алан посмотрел на нее. ‘ Вы очень умная и амбициозная женщина, мисс Спенсер, но вам грозит опасность переигрывать здесь, если я могу так выразиться. ’ Голос сэра Алана был максимально язвительным. ‘Мы не привлекали наших коллег из Five, потому что хотели защитить нашу операционную целостность и безопасность ее главного источника, Лены Сабич, помощницы по хозяйству, которую мы наняли для прослушивания суперяхты Игоря. Когда операция была завершена, у нас не было причин полагать, что Вайпером был кто-то, кроме Стюарта. Он взглянул на Мэг Симпсон, прежде чем повернуться к Сьюзи и податься вперед, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. ‘ Ваша логика совершает несколько довольно громадных скачков. Мы так и не установили, кто убил Рава и почему. Возможно, это были русские, но, возможно, это был кто-то совершенно другой, по мотивам, которые мы еще не раскрыли".

‘ Из досье ясно следует, что вы думали, что это были русские, ’ едко заметила Сьюзи. Не похоже было, чтобы она получала удовольствие от своего тиканья.

Предположение и факт - две совершенно разные вещи. Мы не знаем, чем занимался Рав. Он был вне сети и не выполнял ничьих приказов здесь. Возможно, он встретил кого-то, о ком мы не знаем, или позвонил по стационарному телефону. Или, возможно, русские просто держали адвоката или его помощника под наблюдением".

— Я признаю все эти возможности, но все же считаю, что нам следует...

‘ Немедленно закрой это. ’ сэр Алан снова улыбнулся ей. ‘ У нас есть дела поважнее. Нам потенциально предлагают доказательства того, что наш премьер-министр - предатель, который стремится подорвать наш ответ на российскую агрессию. Нет ничего более серьезного, чем это, и мы не можем позволить кому-либо встать на пути доведения этого вопроса до логического завершения в Берлине в течение следующих нескольких дней".

‘ Но если я прав, мы подвергнем Кейт и ее команду опасности, если позволим им продолжать. Вся их операция может быть скомпрометирована еще до того, как она начнется. Голос Сьюзи звучал почти жалобно.

Все трое посмотрели на Кейт. Она пожала плечами. ‘ Сьюзи, ты поднимаешь интересный вопрос по поводу убийства Рэва. Мы не должны и не будем легко отмахиваться от него. Но я абсолютно уверена, что моим мужем был Вайпер. И я согласна с сэром Аланом: ничто не может помешать этой операции. Кейт осознавала формальность своих выражений. Это звучало почти так, как будто они с шефом были на допросе в полиции, но, возможно, именно это и делало с тобой присутствие члена "Пятерки".

Министр иностранных дел кивнул. ‘ Хорошо, пока оставим это. Кейт, ты и твоя команда отправитесь в Берлин, и по твоему возвращению мы оценим наше положение. Но, повторяю, я хочу действовать шаг за шагом.

Было ясно, что аудиенция окончена. Кейт и Сьюзи обе встали, хотя сэр Алан не двинулся с места. Кейт обернулась у двери. - Вы хотите, чтобы мы подождали вас, сэр?

‘ Нет, спасибо. У нас есть другие дела. Он снова улыбнулся Кейт.

Она пожелала им обоим спокойной ночи и направилась к машине, ожидавшей у фонтана на подъездной дорожке. Сьюзи села рядом с ней. Некоторое время оба молчали, хотя даже водитель, должно быть, почувствовал напряжение в кузове. В конце концов, Кейт больше не могла сдерживать свое любопытство. - Откуда вы так хорошо знаете министра иностранных дел?

-Я не знаю.

- Тогда почему она назвала тебя “Сьюзи”?

‘ Не знаю. Я познакомился с ней только сегодня днем.

Сьюзи смотрела в окно, избегая взгляда Кейт, но она явно лгала. - Мне кажется, вы попытались зайти слишком далеко, если можно так выразиться, - предположила Кейт.

- Я не пытался заниматься ничем, кроме своей работы.

-Ты мог бы одурачить меня.

‘ Я задал вопрос, который вам, возможно, следовало задать. И я думаю, вы это знаете.

Ее ханжество подтолкнуло Кейт к ответу. - Разве в Школе очарования не включают заклинания в программу подготовки сотрудников Службы безопасности?

Сьюзи была явно расстроена. ‘ Мне действительно жаль, Кейт. Я знаю, что мое поведение может быть бестактным. Мой последний начальник в Службе безопасности говорил то же самое и не мог дождаться, когда одобрит мой перевод.

Если уязвимость в глазах Сьюзи не была искренней, то она была чертовски хорошей актрисой. ‘ Послушай, забудь об этом. Ты прав по обоим пунктам. Я должна была задать этот вопрос, и я знаю это. Сьюзи улыбнулась ей. - Давай поговорим об этом, когда я вернусь из Берлина.

— Я действительно думаю, что мне следует сопровождать вас в...

- Ты нужен мне здесь.

Я должен быть там. Я имею в виду, я хочу быть. Именно поэтому я попросил о переводе с другого берега реки. Пожалуйста.

Превращение Сьюзи из змеи в траве в уязвимую молодую женщину и обратно было ошеломляющим, но у Кейт больше не было сил бороться с этим. ‘Хорошо", - сказала она, но это не остановило ход ее мыслей. Если Сьюзи знала министра иностранных дел намного лучше, чем та показывала, тогда вопрос был в том, как? И была ли она глазами и ушами Симпсона на Службе? Не потому ли ее им навязали? Кейт решила обращаться с ней с еще большей осторожностью.

‘ Спасибо, ’ сказала Сьюзи. - Большое вам спасибо.

10


КЕЙТ ПОЧУВСТВОВАЛА ОБЛЕГЧЕНИЕ, что, когда она вернулась домой, дом все еще был пуст, дети еще не вернулись из Корнуолла с Розой и Саймоном. Передышка, которую она почувствовала во время встречи в Чивенинге, отступила вместе с навалившейся усталостью, и энергия снова покинула ее. Она поставила чайник, чтобы заварить чашку чая, потом передумала и вместо этого налила себе огромный бокал белого вина.

Она села за стол, чтобы выпить его, задаваясь вопросом, на что похоже быть алкоголиком. Она посмотрела на Нельсона, вполне возможно, самого ленивого бигля, которого она когда-либо встречала, который без особого энтузиазма взирал на нее из своей корзины в углу. Она опустилась на четвереньки, чтобы погладить его по голове и почесать животик, затем легла так, чтобы ее голова была рядом с его головой в корзинке. В последнее время он не очень любил путешествовать, поэтому она полагалась на соседку, которая присматривала за ним, когда она с детьми была в отъезде.

Боже милостивый, у него пахло изо рта. Возможно, именно это с тобой сделала старость. Она сменила позу, так что ее голова оказалась у него на спине, и закрыла глаза. На кафельном полу было не совсем удобно, но она могла заснуть здесь с такой же вероятностью, как и в любом другом месте.

Она лежала так до тех пор, пока его запах не стал слишком сильным, затем встала и прошла в гостиную. Она включила телевизор и несколько минут переключала каналы.

Она потратила целых полчаса на бессмысленный просмотр "Игры престолов", прежде чем раздался звонок в дверь. Она заглянула в замочную скважину, чтобы убедиться, что это Фиона и Гас, без сомнения, забывшие свои ключи, и увидела стоящую там Имоджен Конрад.

Черт, подумала Кейт. Самое последнее, что ей было нужно. Была ли эта женщина суровой, смотрящей с ума? Она ждала, притворяясь, что внутри никого нет, и надеясь, что ее нежеланный гость поймет намек и отвернется.

Верный шанс. Звонок прозвенел снова. Кейт стиснула зубы, открыла дверь и улыбнулась. Она была полна решимости не доставлять своей бывшей подруге удовольствия видеть, сколько боли она причинила.

Когда Имоджин говорила о политике, она редко переводила дыхание, и Кейт могла с уверенностью сказать, что сегодняшний вечер не станет исключением. ‘ Что думаешь? ’ спросила она, проходя через кухню в гостиную. ‘ О Боже, вино в воскресный вечер. Я не должен..."

Кейт не собиралась предлагать, но наполнила бокал более или менее доверху, поскольку давно поняла, что Имоджин действительно любит выпить, и вернулась в гостиную. - "Игра престолов"? - Спросила Имоджин, глядя на экран, остановившийся на драконе в полете.

"Лучше поздно, чем никогда".

‘ Я не могла смотреть. Слишком много насилия и энергичного секса просто напомнили мне о том, чего мне не хватает с Гарри. Имоджин сделала большой глоток вина. - Слишком много информации?

- Я бы так сказал.

‘ Прости. Полагаю, ты снова одинок.

-Полагаю, что да.

Молчание, последовавшее за этим упоминанием последствий предательства Стюарта, было достаточно неловким, чтобы они оба избегали смотреть друг другу в глаза. Сразу после признания Стюарта о его романе с Имоджин – или, скорее, об их эпизодических свиданиях, поскольку оба отрицали, что между ними когда–либо было нечто большее, - она засыпала Кейт телефонными сообщениями, содержащими все более пространные и униженные извинения. За ними последовали письма, затем необъявленные визиты.

Кейт знала тогда, как и сейчас, что ей следовало бы сильнее разозлиться на свою бывшую подругу, но она не могла полностью выразить горечь, которой, казалось, требовали обстоятельства. Имоджен была типичным политиком, о котором писали широко: обаятельной и занимательной, но неверной и ненадежной. Кейт никогда не питала никаких иллюзий относительно нее, но Стюарт был той скалой, на которой она сама построила свою жизнь. Поэтому она приберегла свой гнев для него и позволила его бывшему боссу силой заставить себя подчиниться, зная, что отчаянные попытки Имоджин сохранить хоть какие-то остатки их дружбы были не более чем попыткой успокоить ее собственную совесть. ‘ Итак, что ты думаешь? - Спросила Имоджин, все еще глядя на экран телевизора. Кейт быстро выключила его.

-О драконах?

‘ Нет! Что происходит в Эстонии.

-Ах, это.

‘ Что ты имеешь в виду, говоря “Ах, это”? О чем еще я мог бы говорить? Я удивлен, что ты не застрял за своим столом.

- Я только что вернулся после встречи с Мэг Симпсон.

- И что она хотела сказать?

-По поводу чего?

‘ Ответ премьер-министра, конечно же! Я имею в виду, что все, что мы сказали – вы сказали – во время выборов руководства, похоже на правду. Он русский шпион, не так ли? Как еще вы объясните его крайне странную реакцию, если только он действительно не работает на русских?"

- Врожденная осторожность?

‘ Но он не осторожный человек, не так ли? На самом деле, мы, вероятно, согласились бы, что он безрассуден по натуре – и довольно воинственен, когда это ему подходит.

‘ Полагаю, да. ’ Кейт хотела поскорее закончить этот разговор. Она с облегчением увидела, что вино исчезает со скоростью узлов.

- Что ты собираешься делать? - спросил я.

Не наполнить ли стакан, подумала она. "Об Эстонии?"

- Предположение, что он русский шпион!

Кейт присела на подлокотник дивана. Внезапно ей это стало необходимо. ‘ Мы ничего не можем сделать. У нас нет доказательств. Дело закрыто. В конце концов, он премьер-министр.

- Ты говорил об этом с Мэг?

- Нет. - Кейт избегала проницательного взгляда Имоджин.

‘ С тобой все в порядке? - Спросила Имоджин. - Ты неважно выглядишь.

- Просто устал.

- Прости. Я знаю, последние шесть месяцев были... очень тяжелыми.

Кейт слабо улыбнулась. Она забыла: у Имоджин тоже был дар преуменьшать. ‘ Мне, наверное, стоит немного отдохнуть. Я понимаю, о чем вы говорите, но, честно говоря, не думаю, что мы что-то можем с этим поделать.

Имоджин допила вино и уставилась в пол, глубоко задумавшись. Она начала размахивать бокалом по кругу, и Кейт забеспокоилась, что она попросит еще. Но она решительно поставила его на приставной столик. ‘ Я собираюсь сама поговорить с Мэг. Я не буду упоминать вас – не волнуйтесь, – но я думаю, что должен, по крайней мере, обсудить это с ней. И, возможно, с министром внутренних дел тоже.

-Почему?

- Потому что мы не можем позволить ему выйти сухим из воды.

‘ Как пожелаешь. Кейт не сомневалась в политических способностях своей бывшей подруги. В конце концов, она была одной из величайших выживших. Но она не собиралась бросать вызов лидерству так скоро после поражения в битве с Джеймсом Райаном за премьерство.

Имоджен замялась. ‘ Прости, Кейт. Мне действительно не нравится видеть тебя такой, и я знаю, что я... Она снова улыбнулась и направилась к выходу. Что еще, подумала Кейт, можно было сказать?

Кейт осушила свой бокал и поднялась наверх, чтобы прилечь на кровать в ожидании прихода детей. Было странно чувствовать собачью усталость, но совсем не хотелось спать, как будто она была опустошена изнутри.

Было чуть больше одиннадцати, когда она услышала, как хлопнула дверь. Ни Фиона, ни Гас не потрудились подойти и пожелать спокойной ночи, поэтому ей пришлось встать с кровати, чтобы сделать это. Сначала она подошла к Гасу. Он плюхнулся лицом вниз на свой матрас. - Как прошел сегодняшний день?

-Прекрасно.

-Долгое обратное путешествие?

- Все было прекрасно.

-Как Фиона? - спросил я.

-Прекрасно.

- У тебя все в порядке с завтрашним днем?

-Ага.

- Мне нужно уехать на пару дней, поэтому Роза сказала, что будет здесь.

- Я знаю.

- С тобой все будет в порядке?

-Ага.

Кейт позволила себе улыбнуться и поцеловала его в макушку. Она прошла в комнату дочери. Фиона лежала в постели, уставившись в свой телефон. - Знаешь, ты бы лучше спал, если бы не смотрел на это всю ночь.

- Потому что ты эксперт.

Кейт снова улыбнулась. Возможно, это было отчаяние. — Я должна уехать на несколько дней...

‘ Я знаю. - Сказала Роуз. На этой неделе я остаюсь с Джедом.

Кейт узнала зажигательное устройство, но все равно наступила на него. - Ты не можешь этого сделать, любимая.

- Э-э, вообще-то, я могу.

‘ Это твой дом. Ты не можешь просто уйти.

‘ Я еду к Джеду домой. Не в Москву, не в Пекин и не на Луну. Его родители оба врачи. Я абсолютно уверена, что со мной ничего не случится. Я все равно вернусь к тому времени, когда ты наконец доберешься домой, так что ты вряд ли заметишь разницу.

— Но на самом деле нечестно оставлять Гаса здесь наедине с его...

‘ Он тоже не заметит. Когда бы он ни выбрался из игровой норы, которую выберет на этой неделе, Роуз будет рядом, чтобы побаловать его. Он будет как свинья в дерьме.

Кейт так и подмывало продолжить, но на этот раз благоразумие взяло верх над ней. Фиона была права: родители Джеда были ответственными людьми, и ей вряд ли причинили бы какой-либо вред.

Она удалилась, не поцеловав дочь на ночь, отвела Нельсона отлить ночью - он не стал утруждать себя, – а затем вернулась в постель. Она приняла 15 мг любимого снотворного зопиклона – вдвое больше обычной дозы – и легла смотреть в потолок, пока химия, наконец, не успокоила ее встревоженный разум и не дала ей по крайней мере несколько часов беспокойного сна.

11


КОГДА ОНИ ПРИЕХАЛИ, в Берлине стоял унылый, серый, холодный мартовский день, город, который большую часть выходных пребывал в подростковом возрасте. Сьюзи проявила необычное пристрастие к роскоши, выбрав отель с видом на Тиргартен, с гигантской деревянной скульптурой челюстей крокодила на стойке регистрации, что указывало на близость берлинского зоопарка и, возможно, на ситуацию, в которой они собирались оказаться.

Она называлась Das Stue, что в переводе с датского означает ‘гостиная", и под большой раздельной лестницей в вестибюле располагалась зона регистрации, спроектированная таким образом, чтобы передать теплоту и интимность, заложенные в названии отеля. Все было очень по-берлински, от швейцара в котелке и туфлях доктора Мартенса до перевернутых светильников в стиле ар-деко, расположенных в форме рояля, свисающего с потолка.

Кейт показали ее комнату на пятом этаже, с длинным балконом, выходящим на верхушки деревьев Тиргартена. Она заказала чай и сидела на улице в своем зимнем пальто, попивая его , затем, когда начало смеркаться, отправилась через дорогу на прогулку в парк. Берлинцы спешили домой, глубоко засунув руки в карманы и низко надвинув шляпы, чтобы защититься от холода. И все же признаки весны были повсюду: распускались нарциссы, вечерний ветер развевал липовый цвет.

Здесь были бегуны трусцой и велосипедисты, любители выгуливать собак и влюбленные, вышедшие на вечернюю прогулку. И было так тихо. Берлин был единственной столицей в Европе, которая могла сойти за город или даже деревню, и Кейт всегда испытывала к нему особую привязанность.

Она дошла до Бранденбургских ворот, где толпы туристов все еще вспоминали те дни, когда этот памятник воинственному прошлому нации стоял сразу за стеной, разделявшей город, страну и континент. Кейт пришло в голову задуматься, не было ли немного легче для ее предшественников, когда угрозу с Востока можно было хотя бы частично сдерживать за этой стеной: дни, когда они могли приходить и уходить по своей воле во всех местах и во все времена, будь то убийство бывших шпионов в Солсбери или попытка фальсификации выборов по всему демократическому миру.

Обратный путь в отель занял больше времени, чем она ожидала, поэтому она пропустила душ, чтобы подправить макияж, а затем спустилась вниз, чтобы присоединиться к своим коллегам в баре.

Джули свернулась калачиком, поджав под себя ноги, на длинном диване цвета баклажана, напротив дверей, открытых во внутренний дворик. Там тоже было уютно, с низким потолком и черно-белыми фотографиями на всех стенах.

Девушка пела медленный джаз под аккомпанемент клавишника. Пара за соседним столиком, казалось, была благодарна за предлог избежать разговора, женщина была погружена в свой телефон. За ними двое молодых родителей также молча наблюдали за певцом, очевидно, не обращая внимания на то, что их маленький сын играет с ними в игру на своем iPad. Во внутреннем дворике болтали две девушки, укрыв ноги толстыми ковриками, а рядом с ними в ведерке со льдом стояла перевернутая вверх дном пустая бутылка из-под шампанского. Кейт присоединилась к Сьюзи у бара и попросила джин с легким тоником, затем вернулась и села рядом с Джули. - Где Дэнни? - спросила она.

"Не знаю". Для групп тайного наблюдения было стандартной практикой оставаться в другом месте для проведения подобной операции и избегать общения, кроме как согласованным способом.

Сьюзи вернулась с их напитками. Некоторое время они слушали певицу, и Кейт еще раз огляделась по сторонам. С коврами пастельных тонов, паркетным полом, барной стойкой из стекла и хрома этот салон напоминал храм современного Берлина: гладкий, стильный и сдержанный, как будто жестокое, бурное прошлое города принадлежало совершенно другому миру.

Полчаса спустя они поймали такси и поехали в ресторан под названием Borchardt, который, по словам Сьюзи, был "берлинским заведением’. Это был немецкий вариант французского пивного ресторана с высокими потолками, величественными колоннами, официантами в черных жилетах и белых рубашках, стульями и столами французского кафе, поставленными вплотную друг к другу, за исключением обитых бордовым бархатом кабинок вдоль дальней стены.

Официант принес меню, и Кейт огляделась по сторонам. Это было такое заведение, где люди проводят вечер, наблюдая за всеми остальными – и поедая венский шницель, который, казалось, был основным блюдом на каждом втором столе.

Они сделали заказ. Кейт остановила свой выбор на шницеле – когда была в Риме – и снова обвела взглядом зал, поскольку Сьюзи и Джули, казалось, ладили, как охваченный огнем дом, пока Сьюзи не перевела разговор на внутреннюю политику их собственной организации и не затронула плохо замаскированное стремление Йена сменить сэра Алана на посту К. "Как ты думаешь, у него это получится?’ Вопрос был адресован Джули.

- Понятия не имею.

- Но он очень этого хочет, верно?

‘ Думаю, да. Ты бы так не поступил, если бы был на его месте?

-Какой он из себя?

‘ С ним все в порядке. Иногда немного раздражителен.

‘ Я слышала, он немного игрок. Я имею в виду, на романтическом фронте. Кейт наблюдала за выражением лица Сьюзи. Либо она была поразительно плохо информирована - поскольку о романе Джули с Йеном теперь стало известно почти всем в здании и, вероятно, за его пределами, – либо она была провокационной, злонамеренной, или и то, и другое вместе.

Джули пожала плечами, показывая, что понятия не имеет или не хочет, чтобы ее втягивали. - Мне просто нужно сходить к Дамам, - сказала Сьюзи.

Джули подождала, пока не окажется вне пределов слышимости, прежде чем взорваться. – Она что - гребаная аутистка?

‘ Не думаю, что она может знать. Даже она не настолько глупа.

‘ Все знают. Это было сказано с безутешным пожатием плеч.

- Я не собираюсь говорить, что предупреждал тебя об этом.

‘ Хорошо! - Сказала Джули. ‘ Какой ужас. Мне следовало послушаться тебя. Он сделал мне предложение прошлой ночью.

- Что ты сказал? - спросил я.

‘ Нет! Конечно! Я сказала ему, что я не из тех, кто женится, и никогда не буду. Он разрыдался и сказал , что у него разбито сердце , и теперь он будет предоставлен самому себе до конца своей жизни , и … Боже мой, я думала, он никогда не уйдет. Он просто плакал, как ребенок".

- Мне не кажется, что это нормальная реакция.

‘ Ну, я же ненормальный, не так ли? Может быть, я подтолкнул его к этому.

- Это то, что он сказал?

‘ Нет. Он был скорее жалок, чем зол. Но от этого всегда становится только хуже. Джули кивнула в сторону Дам в углу. ‘Что с ней такое? В одну минуту она действительно привлекательная и веселая, а в следующую - чудовище".

- Возможно, это небольшое преувеличение.

‘ Она сказала мне, что ведет расследование в отношении вас. Кейт нахмурилась. ‘ Да, именно так, - продолжила Джули. ‘Нет ничего лучше, чем объявить, что ты змея в траве. Она сказала, что не думает, что Стюарт был Гадюкой, и что ей дали разрешение начать расследование. Она сказала, что сузила круг поисков до выбора между тобой, мной, Йеном и сэром Аланом. Я ответил, что, судя по карьерным стратегиям, она была на пути к гарантированному победителю – всем трем своим боссам и одному из младших сотрудников. Это должно привести к тому, что довольно скоро она будет плавать по Темзе.

- Мне кажется, она, возможно, увлеклась.

- Она действительно может помешать, это точно.

Вернулась Сьюзи. Некоторое время они сидели в неловком молчании. - Вы говорили обо мне?

- Конечно, нет, - ответила Джулия.

‘ Это правда, что у тебя роман с Иэном Грейнджером? - Спросила Сьюзи.

Джули выглядела так, словно ее ударили по лицу.

Кейт ахнула. — Я действительно не думаю...

- Учитывая работу, которую мне предстоит выполнить, - сказала Сьюзи, - мне было бы лучше знать.

‘ Это и есть расследование, которое вам только что поручил провести лидер нашей организации? - Спросила Кейт.

Просто я слышал, что он ушел от жены и поддерживал отношения с кем-то еще в организации. Один из моих коллег подумал, что это Джули. Я действительно чувствую, что это то, о чем я должен быть осведомлен".

‘ Ну, если тебе действительно отчаянно хочется знать, ’ сказала Джули, немного придя в себя, если не избавившись от гнева, ‘ тогда да, у нас был короткий роман. Это был просто секс. Его брак все равно разваливался. Сейчас он ушел от своей жены. Мы не собираемся быть вместе. Нашим отношениям пришел конец. Хотите знать, какие сексуальные позы мы предпочитали? Лицо Сьюзи покраснело. - Разве это не та информация, которую вы считаете важной в Службе безопасности?

‘ Не стоит так говорить. Это был законный вопрос.

В самый последний момент принесли еду, и после этого разговор действительно потек своим чередом.

Кейт была рада вернуться в свою комнату. Она почистила зубы, приняла еще двойную дозу зопиклона и забралась под простыни. Последнее, что она помнила о той ночи, было сообщение от Джули, в котором просто говорилось: Какая стерва.

12


НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРОКейт проснулась рано после короткого, беспокойного и не очень спокойного сна. Она заварила себе чашку чая из чайника, стоявшего в углу комнаты, и села на балкон, положив на колени толстое пальто большого размера.

Она посмотрела на свой телефон. Она открыла и закрыла WhatsApp, полистала Instagram, затем расстроилась, проведя несколько минут в Twitter. В основном она следила за политиками и политическими журналистами, и ярость в эти дни приводила в уныние. Казалось, что все пришли сюда, чтобы покричать друг на друга.

Она заставила себя положить телефон в карман и оставить его там, что всегда было на удивление трудно, когда она была одна. Небо над Тиргартеном было мрачным, зловеще-серым, с едва заметными проблесками рассветного света. Тишина казалась гнетущей. Когда–то давным–давно поездки за границу сопровождались регулярным жужжанием телефона в ее кармане, передававшего сообщения от Стюарта, просто повседневными разочарованиями - а иногда и удовольствиями - человека, оставшегося в одиночестве присматривать за своими детьми. И о любви. Впервые с момента его отъезда она осознала, что по-настоящему скучает по нему: по его смеху, улыбке, его эпизодической заботе о ней, не говоря уже о физической привязанности и тепле.

Она задавалась вопросом, когда в следующий раз займется сексом. Перед смертью? Когда ей будет восемьдесят?

Кейт допила чай и собиралась встать, когда зазвонил ее телефон. Это было сообщение в WhatsApp от Сергея. Как дела?

Она уставилась на него. Он был телепатом? Она ответила: "Все хорошо". Вы в Лондоне? Ее сердце забилось с той же силой, что и в те дни, когда они почти стали любовниками, будучи студентами в Санкт-Петербурге, за тридевять земель и через полжизни отсюда.

Нет, дома, в Санкт-Петербурге. Буду рад как-нибудь увидеться с тобой.

Кейт долго смотрела на это. Что он задумал? В чем дело? Она не могла собраться с мыслями. Она не видела его с тех пор, как встретилась на вечеринке у посла США в Лондоне в разгар операции "Сигма". И она ничего не слышала о нем с тех пор, как поехала на дачу его семьи в Финском заливе, к северу от Санкт–Петербурга, ожидая, что ей все объяснят - его роль в ГРУ, причину, по которой он сообщил ей о встрече элиты российской разведки на суперяхте Игоря, личность секретного агента Вайпера в МИ–6 - наряду с подтверждением того, что премьер-министр действительно работал на русских.

Вместо этого она обнаружила Стюарта, ожидающего на пляже, с подтверждением того, что он был Вайпером, и все было кончено.

За исключением того, что ничто не закончилось. В самые тревожные моменты она думала, что игра, в которую играли русские, возможно, только началась.

Она положила телефон в карман и тут же вынула его снова. Как? она напечатала. Где?

Но ответа не последовало. Она открыла фотографию, прикрепленную к его ленте. На нем он улыбался на фоне длинного пляжа и Финского залива, дача его семьи едва виднелась вдалеке. Она ждала и ждала – а потом больше не могла сдерживаться. Ты здесь? - спросила она.

Он не ответил.

В конце концов Кейт заставила себя подняться со стула и пошла в душ. Ей пришлось побороть искушение посмотреть на свой телефон, пока она одевалась, но когда она больше не могла сдерживаться, ответа от Сергея по-прежнему не было.

Чувство тревоги, даже страха окутало ее, но она заставила себя преодолеть это, словно в тумане, и оказалась первой за завтраком "шведский стол". Она наполнила свою тарелку и отошла к столику в дальнем углу. Она заказала кофе и выпила его слишком быстро. Ей не хотелось есть. Ей стало интересно, как Фиона и Гас ладят дома. Она позвонила Роуз на мобильный, но и там никто не ответил.

Ни Джули, ни Сьюзи не пришли на завтрак, поэтому они встретились в восемь сорок пять в вестибюле, как и договаривались. Кейт надела наушник и отправилась по маршруту, о котором они заранее договорились с Дэнни.

Она прошла через центр Тиргартена, обогнув Розовый сад, а затем под Бранденбургскими воротами, чтобы дать Дэнни и его команде время оценить, наблюдают ли за ней сотрудники какой-либо иностранной разведывательной службы, в первую очередь, конечно, русские.

Идея состояла в том, чтобы переходить из людных мест в открытые и обратно, в то время как полицейские на улицах работали позади нее, чтобы понять, с чем они могут столкнуться, а с чем нет. Дэнни, тем временем, отслеживал электронную активность в непосредственной близости от ее "прогресса", чтобы проверить наличие каких-либо всплесков, которые могли бы свидетельствовать о том, что враждебно настроенные офицеры общались друг с другом во время преследования.

Кейт была на полпути по Унтер-ден-Линден, когда крошечный микрофон в ее ухе ожил, и раздался спокойный, ровный голос Дэнни. "Сверни на Бебельплатц".

Она так и сделала, медленно пройдя к центру знаменитой площади, на которой нацисты сжигали книги, чтобы заглянуть в стеклянное окно в булыжной мостовой в центре, откуда открывался вид на мемориальную библиотеку, построенную внизу.

Она вернулась на Унтер-ден-Линден и продолжила путь мимо Музейного острова к Александерплац, которая все еще сохраняла унылый вид площади в восточном Берлине, какой она когда-то была.

Несмотря на свой неторопливый шаг, Кейт рано дошла до угла площади, и Дэнни велел ей идти дальше. - Нужно еще немного, чтобы быть уверенным, - сказал он.

Она прошла под станцией скоростной железной дороги и повернула налево, на Мюнцштрассе. На полпути она завернула в винтажный магазин, где на старом проигрывателе крутили ‘Итонские винтовки’ группы The Jam. Это был магазин для взвешивания, где ваш выбор измерялся килограммами, полный рваных джинсов, джинсовых шорт, кожаных ремней, сумок и курток, солнцезащитных очков и всевозможных шляп, которые могли быть модными в шестидесятые, семидесятые или восьмидесятые.

Когда она вышла обратно на Мюнцштрассе, у нее в ушах зазвучал голос Дэнни: ‘Чисто. Возвращайся к месту встречи".

Кейт пошла обратно, мимо бездомных, спящих под подземным переходом, пока не оказалась у автобусной остановки на углу Александерплац.

Она ждала. Перед выходом из отеля Джули сунула пачку сигарет в карман куртки и сейчас закурила, чтобы скоротать время.

Начался сильный дождь, поэтому она встала в очередь на автобус под навесом. Пожилая женщина впереди нее отмахнулась от дыма.

В ее кармане зазвонил телефон. Он был не ее собственный. Она достала старомодную "Нокию" и ответила на звонок. Она не почувствовала, чтобы кто-то клал ее туда. - Я сказал, приходи один, - сказал Михаил.

- Мы еще не на той стадии, когда я готов пойти на такой риск.

‘ Иди на станцию скоростной железной дороги. Езжай в Весткройц. Держи телефон при себе.

Кейт положила "нокиа" обратно в карман и перешла дорогу. ‘ Он попросил меня сесть на поезд скоростной железной дороги до Весткройца, - тихо прошептала она в микрофон, спрятанный за лацканом ее жакета. - Как, черт возьми, кому-то удалось заполучить телефон в мой карман?

‘ Извини, Кейт, ’ ответил Дэнни. - Мы ничего не видели.

Кейт купила билет и поднялась по лестнице на платформу этажом выше, которая была защищена от непогоды грандиозной полукруглой крышей из металла и стекла. Вокзал был переполнен для этого времени дня, по нему медленно двигалась большая группа французских школьников. Кейт прошла мимо них туда, где молодой человек кружил на потрепанном скутере.

Подошел поезд, и она села в него. Студенты сели вместе с ней, и она лениво прислушалась к бессмысленной болтовне чужих детей. Поезд тронулся. За забрызганным дождем окном проплывали серые здания. В кармане у нее зажужжал одноразовый телефон. Она сняла трубку. ‘ Выходи на следующей остановке. Не заканчивай разговор.

Поезд медленно подкатил к станции Хакешер-Маркт. Когда двери открылись, Кейт сделала, как ей было сказано. Голос на другом конце провода молчал. Она ждала. ‘ Ответьте снова. Завершите разговор.

Она так и сделала, как только двери закрылись. Поезд тронулся. - Не знаю, нравится ли мне это, - прошептала она в лацкан пиджака.

‘ Давайте остановимся на этом. ’ Это была Сьюзи, которую, должно быть, назначили в импровизированную диспетчерскую. "Мы остаемся с вами, не сильно отстаем".

‘ Тебе легко говорить, ’ пробормотала Кейт. Поезд покатил дальше, мимо Музейного острова и через канал. Зазвонил телефон. ‘ Выходите на Фридрихштрассе. На платформе есть кофейня под названием "Куччи". Купите кофе и ждите.

Кейт была на грани того, чтобы сказать голосу на другом конце провода, куда он может перенести встречу, но он закончил разговор прежде, чем у нее появилась такая возможность.

В кофейне она заказала черный кофе и стояла, прихлебывая его, пока платформа пустела, а затем медленно наполнялась снова.

Минутная стрелка станционных часов поползла по циферблату. Пять минут превратились в десять, затем в пятнадцать и, наконец, в двадцать. - Я завязываю, - сказала Кейт.

- Это вам решать, босс, - сказала Сьюзи, на что Кейт чуть было не ответила: "Конечно, это, черт возьми, мне решать". Но с тем же сверхъестественным чувством времени телефон зазвонил снова. "Спуститесь по лестнице, перейдите Фридрихштрассе и идите на восток".

‘ Это к чему-нибудь ведет? Я близок к тому, чтобы все отменить.

- За тобой следили.

Звонок закончился. Кейт стиснула зубы. Она сделала, как ей сказали, снова выйдя под проливной дождь на мощеной булыжником улице на дальней стороне Фридрихштрассе. Она проследовала по его направлению на восток, мимо ряда непритязательных кафе и ресторанов.

Она остановилась, чтобы опустить деньги в шляпу уличного музыканта. ‘ Поговори со мной, Дэнни, - попросила она. - Он говорит, что за мной следили.

‘ Мы не знаем, что он задумал, Кейт. Мы думаем, ты все еще чиста.

Кейт пошла дальше. Она дошла до конца улицы, где мост скоростной железной дороги пересекал канал. Она закурила еще одну сигарету и обернулась. Не было места, куда она могла бы разумно отправиться без дальнейших инструкций, поэтому она ходила взад и вперед и курила, задыхаясь от беспокойства. ‘ Черт возьми, ’ пробормотала она. - Это неправильно.

Зазвонил телефон. ‘ Убирайся оттуда, ’ сказал Михаил. ‘ Нас скомпрометировали. Убирайся оттуда сейчас же.

Кейт выбросила сигарету. Из тени моста скоростной железной дороги вышли двое мужчин. Один перекрывал дорогу, по которой она спустилась, второй - потенциальный путь к отступлению слева от нее. Она инстинктивно повернула направо, но тут же столкнулась с машиной, которая с визгом появилась в поле зрения и развернулась посреди улицы. Кейт была загнана в угол, спиной к каналу, оба мужчины были вооружены толстыми стальными прутьями. ‘ У меня неприятности, ’ прошептала она. - Большие, черт возьми, неприятности.

Кейт оглянулась. Плыть или попытаться бежать?

Она снова повернулась к мужчинам. Один был невысоким, коренастым и лысым, с татуировками, которые поднимались от шеи по обе стороны бритого черепа. Другой был на удивление худощавым, с тонкими усиками и жиденькой бородкой, которую обычно можно увидеть у подростка. Он был более опасным.

Коротышка вышел из строя, подошел слишком быстро и замахнулся со слишком большой силой. Кейт отступила в сторону, подставила ему подножку и размозжила череп о верхнюю перекладину забора у канала. Он рухнул с тихим стоном.

Из машины вышли еще двое мужчин и направились к ней. У одного был нож, но ее больше всего беспокоил парень, похожий на подростка-переростка. Он незаметно приблизился. Мгновение они кружили друг вокруг друга.

Он сделал ложный выпад в одну сторону, затем опустил прут по порочной дуге к ее черепу. Она вильнула, но как раз вовремя – почувствовала дрожь воздуха, когда он коснулся ее щеки.

Он попытался снова, слишком быстро, и на этот раз она поймала его за руку, блокировала ногу и использовала инерцию, чтобы сбросить его через перила прямо в канал.

Но двое других мужчин разделились, перекрыв любой реальный шанс на побег. Кроме того, один теперь был вооружен пистолетом. Кейт протиснулась вдоль забора, когда они приблизились. Мужчина, которого она отправила в канал, кричал на своих коллег по-русски.

Отсюда не было выхода. Кейт задавалась вопросом, как Роза справится с детьми и справится ли хрупкое душевное состояние Фионы со смертью ее матери так же, как и с потерей отца.

Бежать было некуда и негде спрятаться. И даже если каким–то чудом ей удастся обезоружить мужчину с ножом – в реальной жизни это в сто раз сложнее, чем когда-либо показывали в фильмах, - единственная пуля другого наступающего головореза положит конец этой схватке в мгновение ока.

Она уже почти сдалась и смирилась со своей судьбой, когда услышала единственный крик: "Кейт!"

Человек с пистолетом обернулся, но недостаточно быстро. Сьюзи толкнула его руку вверх так, что пуля безвредно отскочила от металлической стойки моста наверху, затем ударила тыльной стороной ладони по плечевому нерву сбоку от его шеи.

Дэнни и его коллеги отставали от нее всего на полшага, так что головорез с ножом, который всего несколько секунд назад казался таким угрожающим, теперь оказался в окружении четырех мужчин и женщины-офицера с пистолетом, направленным ему в грудь. Он не нуждался в дальнейших предупреждениях: он бежал, спасая свою жизнь.

Все смотрели ему вслед. Кейт прислонилась спиной к перилам. Внезапно она почувствовала сильную слабость. ‘ Спасибо, ’ пробормотала она. Казалось, никто ее не слышал. ‘ Спасибо тебе, Сьюзи, ’ сказала она. - Всем вам.

13


КЕЙТ ПРИНЯЛА решение быстро покинуть место происшествия, чтобы избежать каких-либо оперативных разногласий с немецкой полицией и их коллегами из разведки, которых они намеренно решили не информировать о своих планах.

Как только они вернулись в отель, она сразу пошла в свой номер, умылась и села на кровать. Она заметила, что у нее сильно дрожат руки. Зазвонил ее телефон: C. Она не ответила, но как только он повесил трубку, он позвонил снова. - Да, босс?

- Что случилось? - спросил я.

‘ На самом деле я не знаю. Мы придерживались плана. Дэнни и его команда выделили достаточно времени для скрытого наблюдения, и он был уверен, что со мной все ясно. Каким-то образом Михаил подсунул мне в карман одноразовый телефон. Я не знаю, где и как - я этого не заметил, как и оперативная группа. Он позвонил и сказал, что за мной следили. Он велел мне сесть на скоростную железную дорогу и снова выйти на Фридрихштрассе. Он указал мне место под мостом скоростной железной дороги, которое, как мне показалось, было специально предназначено для засады, а затем ... - Кейт взяла себя в руки. ‘ Честно говоря, я думала, что мне конец. Сьюзи выскочила из темноты и бросилась на них, как дикая кошка. Без нее меня бы здесь не было.

- Кто тебя предал?

- Я не знаю.

‘ Возвращайся сюда, и мы с этим разберемся. Сэр Алан закончил разговор. Через несколько секунд ее телефон снова загорелся. На этот раз это был Йен. Но выслушивать его укоризненный анализ было последним, в чем она нуждалась, поэтому она полностью проигнорировала его.

Она легла на кровать, но это не помогло. Она приготовила себе чашку чая, но это тоже не оказало положительного эффекта. В конце концов, она воспользовалась внутренним сервисом, чтобы отправить сообщение Джули и Сьюзи, проинструктировав их забронировать билеты на вечерний рейс для всех, включая оперативные группы.

Она вернулась в Тиргартен и быстро зашагала, прокручивая в голове утренние события и все их возможные последствия. Проходя мимо Розария во второй раз, она достала телефон и отправила Сергею еще одно сообщение. Ты там?

Ответа она так и не получила.

Кейт продолжала движение на автопилоте, пока не вышла из Тиргартена, расположенного прямо напротив Мемориала жертвам Холокоста. Она взяла за правило посещать его во время каждой поездки в Берлин, и, возможно, его бессознательное очарование сегодня заключалось в связи с чем-то большим, более важным.

На первый взгляд это казалось неприметным, не приводящим в восторг памятником многим миллионам евреев, убитых нацистами, но когда вы переходили от низких, похожих на могилы плит из гладкого серого бетона по периметру к плитам чудовищного масштаба внутри, ощущение устрашающей природы этого величайшего преступления, когда-либо совершенного против человечества, становилось сначала нервирующим, а в конце концов ошеломляющим.

Было два часа дня, когда она вернулась в свой гостиничный номер. Йен звонил еще три раза, но она предпочла посетить спа-салон и сауну, а не отвечать на его сообщения. Она сидела в сауне рядом с очень толстым, решительно настроенным мужчиной-немцем и плотно обматывалась полотенцем. После этого она поплавала и почувствовала себя немного спокойнее.

Она вернулась в свою комнату, но обнаружила, что там гораздо холоднее, чем она ожидала. Она завернула за угол и увидела, что окно открыто, мужчина сидит в шезлонге спиной к ней. Это был Михаил. В руке у него была бутылка пива. ‘ Надеюсь, ты не возражаешь. Я налил себе из мини-бара.

- Какого черта ты здесь делаешь?

- За тобой следили.

— Наша оперативная группа была уверена...

‘ Тогда им нужен пинок под зад. Мы наблюдали за вами с тех пор, как вы приземлились в Тегеле. Как и мои бывшие коллеги из СВР. Мне жаль, что у вас возникли неприятности, но это было не по моей вине.

Кейт почувствовала себя крайне уязвимой, стоя напротив него в халате. - Это невероятно непрофессионально.

‘ Расслабься. Со мной ты в безопасности, думаю, ты знаешь.

- Чего ты хочешь? - спросил я.

‘ Лечебница. Как мы и договаривались. Он поднял сумку с пола рядом с собой и вошел в комнату. Он закрыл двери на балкон, достал ноутбук и положил его на стол.

- Присаживайтесь.

Она так и сделала. Михаил открыл компьютер и вошел в систему с помощью touch ID. ‘ Вы, наверное, помните, что ваш премьер-министр когда-то был армейским офицером в Косово, в конце девяностых, прикомандированным к армейской разведке. Как вы уже догадались, его переводчик работал на нас. У него был с ней роман, который дал много полезной информации, но самым важным открытием был сам масштаб его жадности и сексуального аппетита. Последнее включало в себя склонность к молодым девушкам.

Михаил включил видео и нажал кнопку воспроизведения. Сразу стало очевидно, что в комнате было установлено более одной камеры высочайшего возможного качества – и она была освещена для обеспечения максимальной видимости. Казалось, не было абсолютно никаких сомнений в том, что человек, вошедший в комнату, был Джеймсом Райаном, ныне премьер-министром Соединенного Королевства и первым лордом казначейства. С ним была пожилая женщина, которая указала на трех девушек, быстро вскочивших на ноги у кофейного столика в углу. - Две девственницы, но третья тоже очень молода.

На вид девочкам было тринадцать–четырнадцать, максимум пятнадцать, и одеты они были в высокие кожаные сапоги и короткие мини-юбки. Их лица были покрыты запекшейся косметикой, которая не могла скрыть их возраст или беспокойство. Пожилая женщина ушла. Райан достал из кармана пакетик с белым порошком, высыпал его тонкой струйкой на стол, свернул двадцатидолларовую купюру и предложил девушкам принять участие. Он был последним, кто наклонился и нюхнул кокаин, прежде чем оргия – если это можно так назвать – началась всерьез.

Одно быстро стало очевидным: он не в первый раз оказывается в такой компании. Он точно знал, чего хочет за свои деньги, и руководил девушками со всей уверенностью мужчины, который делал это бесчисленное количество раз прежде. Сначала он только наблюдал, но в конце концов поднялся со стула в углу, расстегнул ремень и сбросил брюки и боксерские трусы. Он не потрудился снять рубашку или носки. "Тебе не обязательно смотреть все это целиком", - сказал Михаил.

- Боюсь, что да, учитывая, что поставлено на карту.

- Лучше не становится.

Поначалу Райан был доволен, позволив девушкам доставить ему удовольствие, но затем настоял на том, чтобы заняться сексом с каждой по очереди – в миссионерской позе, пока остальные ждали. Все три девушки заплакали, когда он вошел в них. "Просто перемотай до конца".

‘Конец - это самое худшее", - сказал Михаил, но сделал так, как ему было сказано. Дойдя до того места, где Джеймс Райан надевал брюки, он снова нажал на воспроизведение. Одна из девочек все еще плакала. ‘ Скажите ей, чтобы заткнулась, ’ проинструктировал Райан остальных. - По крайней мере, вы сегодня хорошо поешите.

Он надел куртку и вышел из комнаты. Михаил остановил видео. ‘ Все, - сказал он. - Неприятно, но вы же видите, что нет никаких сомнений в том, что это он.

- Как мы можем быть уверены, что вы не подстроили это?

-Не говори глупостей.

- Мы оба знаем, что это возможно.

‘ Не с таким качеством. Спросите своих экспертов.

Кейт кивнула. - Ты выглядишь так, словно увидела привидение, - сказал Михаил.

Она взглянула на него снизу вверх. - Все гораздо хуже, не так ли?

‘ Нет, это не так. На самом деле все очень просто. Я предлагаю вам быстрое и легкое решение. Никто не может сомневаться в том, что он тот человек, который изображен на этой записи, или в том, что ее содержание не является поводом для отставки, поэтому все, что вам нужно сделать, это доставить меня, мою семью и моего отца в Великобританию с этим неповрежденным компьютером, а затем вы сможете опубликовать фотографии, и все будет кончено ".

- Ты действительно думаешь, что все будет так просто?

‘ Почему бы и нет? Говорят, министр иностранных дел - честная женщина. До тех пор, пока вы не совершите ошибку, посоветовавшись с кем-нибудь еще, я не понимаю, почему это должно быть сложно.

-И как вы собираетесь действовать дальше?

- Вы обещали нам убежище?

Кейт колебалась слишком долго. - Да.

- Подписано министром иностранных дел и с учетом сделанных нами условий нам предоставляется ваша надежная защита и разрешается хранить все наши активы на Западе?

-Да.

- Где письмо? - спросил я.

‘ Я должен забрать его. Мы...

‘ Мы можем взять это дерьмо куда угодно! Напряжение, которое Михаил изо всех сил пытался скрыть, начало проявляться. - И при этом чертовски смутить тебя.

- Я сказал "да".

- Мне нужно письмо от министра иностранных дел.

- Я открою.

- Тебе следовало взять это с собой!

- Да ладно тебе, Михаил. Она никогда не собиралась давать на это разрешение, пока не убедится, что материал подлинный.

Он захлопнул компьютер и убрал его обратно в сумку. - Ну что ж, теперь ты его увидел.

Кейт встала. Она подошла к окну. Она достала из кармана куртки сигарету и протянула пачку Михаилу, который беззаботно отмахнулся от нее. Она закурила, хотя бы для того, чтобы дать себе несколько минут на размышление. ‘Мы договорились’, - сказала она. "Я хочу знать, как действовать дальше".

Он наблюдал за ней, глубоко засунув руки в карманы. - Не знаю, стоит ли тебе доверять.

‘ Да, хочешь. Именно поэтому ты и пришел ко мне в первую очередь.

-Не будь так уверен в себе.

‘Мы должны заполучить этот материал. Ты знаешь, что мы это делаем. Так что давай займемся этим".

Он смотрел, как она курит, не мигая. Ей не хотелось стоять перед ним в халате, с растрепанными волосами, но, возможно, это было частью его расчета.

Семья моего отца была родом из Грузии, как, я уверен, вы знаете. У нас до сих пор есть дом в Тбилиси и еще один в Казбеги, сразу за границей. Он думает, что сможет доставить туда себя, мою жену и сына. Так что там мы и встретимся. Русские прикрывают коммерческий аэропорт, так что вам понадобится частный самолет наготове, чтобы прилететь и забрать нас – или, что еще лучше, оставаться на земле, пока мы не будем готовы.

-Когда? -спросиля

- На этой неделе. Вы можете прислать мне письмо от вашего министра иностранных дел сегодня вечером – самое позднее завтра. Я найду способ показать его моему отцу. Вам нужно будет разморозить активы, на которые вы наложили арест в Великобритании, включая дом в Найтс-Бридж, где нам придется жить. Письмо должно будет подтвердить, что мы можем свободно передвигаться по Европе и Америке, как нам заблагорассудится".

- Как ты знаешь, это не входит в наши обязанности.

‘ Ты можешь доставить это. Мы представим это видео и неопровержимые доказательства того, что мы выплатили деньги вашему премьер–министру за то время, что он работал на нас, – всего более тридцати миллионов фунтов стерлингов, - а также глобальный бумажный след, который позволит вам изъять наличные и арестовать тех, кто помогал их отмывать ".

Они посмотрели друг на друга. ‘ Хорошо, ’ сказала Кейт. - Мы заключили сделку.

Михаил выдавил из себя улыбку. - И не думай о последствиях.

Он поднял свою сумку и перекинул ее через плечо. - Ты будешь самым известным британским офицером МИ-6 со времен Кима Филби.

- Именно то, чего я всегда хотел.

Он направился к двери. - Извините, что застал вас врасплох.

- Есть еще кое-что.

Он снова повернулся к ней лицом. - Ты получаешь более чем достаточно за свои деньги.

‘ Это касается нас обоих. Правда ли, что мой муж Стюарт был агентом под кодовым названием "Вайпер"?

Вспышка тревоги промелькнула на красивом лице Михаила, тем более заметная из-за скорости, с которой он попытался ее скрыть. - Что вы имеете в виду?

- Вы уверены, что Стюарт был Вайпером?

‘ Да. Почему? Теперь он смотрел ей в глаза. Возможно, чересчур настойчиво, как будто он был полон решимости скрыть мгновенную вспышку тревоги, свидетелем которой она стала несколько секунд назад.

Кейт прислонилась спиной к столу. - Ну, поскольку вы убили моего бывшего заместителя, я был вынужден нанять нового, и у нее есть несколько вопросов о нашей первоначальной операции, на которые, должен признаться, мне трудно ответить.

-Например?

-Стюарт ничего не знал о поездке Рава в Женеву.

-Итак...

-А Рав был слишком умен, чтобы привлекать к себе внимание, пока был там.

Михаил пожал плечами. ‘ Если я правильно помню, он ходил к адвокату Франсуа Бино. Возможно, кто-то из моих коллег держал его под наблюдением.

‘ Почему? Бино работал на вас.

‘ Совершенно верно. Возможно, это Бино предупредил нас.

‘Рав и близко не подошел бы к такому человеку, как Бино. И, кроме того, он бы сразу позвонил нам, если бы почувствовал, что за ним наблюдают.

‘ Я не знаю... Михаил выглядел раздраженным. - Почему это имеет значение?

- Это был Стюарт Вайпер?

-Да.

- Ты уверен? - спросил я

‘ Да. Его завербовал мой отец.

Было что-то в выражении лица Михаила, что выбило Кейт из колеи, не столько из–за того, что он мог солгать - что он, вероятно, сделал бы с непревзойденной легкостью, - сколько из-за ощущения, что она, в свою очередь, вывела его из себя. Но почему?

‘ Как Московский центр узнал, что задумал Рав? Потому что Стюарт не мог им рассказать.

-Кто сказал, что мы убили Рава?

- Ты это сделал.

-Если мы и сделали это, то без ведома моего отца.

Кейт задумалась об этом. Она не отрывала взгляда от лица Михаила. - Что вы имеете в виду, если? Вы должны знать.

‘ Ты начинаешь с теней, Кейт. Это была не наша работа. Именно это я и говорю.

- А что, если есть кто-то еще? - спросила она.

-Где? -спросиля

- В SIS, работает в Московском центре.

- Вы имеете в виду кого-то, о ком мой отец, глава нашей службы внешней разведки, до двухлетней давности ничего не знал?

‘ Возможно, он или она не работает на СВР. ’ Кейт подошла к окну и посмотрела на серые облака, освещенные заходящими лучами солнца. ‘ А как насчет человека, завербованного и управляемого ГРУ? Она снова повернулась к нему. "Мужчина или женщина, способные сообщить своим хозяевам в Москве, что Рав вращался рядом с Бино, юристом, имеющим тесные связи с российским президентом".

Она ждала. – Мужчина – или женщина - в состоянии предупредить своих хозяев, что мы прибыли в Берлин с целью убедить вас дезертировать.

- Ты думаешь, кого-нибудь в ГРУ волнует, что с нами будет?

- Полагаю, если им удастся отстранить вас, вашего отца и его преемника от власти в СВР, они будут весьма заинтересованы в том, чтобы унаследовать британского премьер-министра в качестве агента влияния.

‘ Стюарт был Вайпером, ’ сказал Михаил окончательно. ‘ Остальное - только предположения. Я не должен позволять этому мешать тебе спать по ночам.

Но когда он уходил, она с абсолютной уверенностью знала, что именно это предположение не даст им обоим уснуть еще много ночей подряд.

14


Си ХОТЕЛ увидеть их, как только они приземлятся в Хитроу, но возникло осложнение: его жена Элис умирала. Кейт позвонила ему напрямую, чтобы заверить, что это может подождать, и они поговорят с министром иностранных дел напрямую, если понадобится. Он и слышать об этом не хотел, поэтому машина доставила их под проливным дождем в больницу Листера, расположенную недалеко от Слоун-сквер. Им пришлось пересечь не более двадцати ярдов открытого пространства, но с них капало, когда они добрались до холла Листера.

Кейт было велено пройти прямо в палату 307, но она попросила Джули и Сьюзи подождать в приемной на третьем этаже.

Дверь в номер 307 была приоткрыта, и она могла видеть своего начальника, сидящего в кресле спиной к ней и тихо читающего что-то своей жене. Глаза Элис были закрыты, ее жемчужно-белое лицо повернуто к окну, на портативном CD-плеере в углу тихо играла классическая музыка. Какое-то мгновение Кейт наблюдала за происходящим, чувствуя себя вуайеристкой. Средний возраст наложил отпечаток на изящные черты лица Элис, но болезнь не лишила ее красоты.

Сэр Алан почувствовал присутствие Кейт и медленно повернулся, не нарушая ритма чтения. Он кивнул ей, давая понять, что скоро подойдет, и вернулся к своей жене.

Кейт вновь присоединяется к своим коллегам. ‘Как она?’ Джули спросила. Кейт пожала плечами. Она чувствовала себя невероятно неуютно, просто находясь там.

‘ А что у нее есть? - Спросила Сьюзи.

- Рак, - ответила Кейт.

-Какого рода?

"Первоначально грудка, но теперь вторично печень".

- Это плохо.

‘Да. Но, ради Бога, ничего не говори об этом." Кейт не очень-то верила в способность Сьюзи придерживаться социальных норм.

‘ У моей матери был рак печени, ’ добавила Сьюзи, убирая ноги из-под себя. – Доктор сказал, что она умрет через три недели, и он был прав - на тот момент.

Кейт пошла взять себе чашку кофе из автомата напротив. ‘ Хотите что-нибудь? - спросила она остальных. Они покачали головами.

- Это определенно поможет тебе уснуть, - сказала Джули, когда Кейт вернулась с пластиковым стаканчиком грязно-коричневой жидкости.

Через несколько минут появился сэр Алан. Он договорился, что они поговорят в пустой комнате в другом конце коридора. Кейт сидела в кресле в углу, сэр Алан стоял у окна, а Джули и Сьюзи примостились на пустой кровати, как дети, навещающие своих родителей.

‘ Как она? - Спросила Кейт.

- У нее инфекция горла и высокая температура. Она не может глотать и испытывает сильную боль. Врачи думают, что ей осталось несколько недель, поэтому я очень хочу вернуть ее домой, но на данный момент мы застряли здесь ".

- Сэр, я уверен, что мы можем поговорить с министром иностранных дел напрямую.

- Давай просто продолжим. Расскажи мне о видео.

Кейт не могла придумать худшего времени или места для обсуждения этого. ‘Я не эксперт, но для меня нет сомнений, что это он. Все это снято скрытыми камерами очень высокого качества. Он входит в комнату. Три очень молодо выглядящие девушки, одетые в высокие кожаные сапоги и короткие юбки, встают с дивана в углу. Пожилая женщина, которая явно является мадам, обещает ему, что две девушки девственницы, а другая еще очень молода. Он достает из кармана пакетик с чем-то, похожим на кокаин, и предлагает им сначала понюхать его, прежде чем сделать это самому с помощью свернутой двадцатидолларовой купюры. Он просит их раздеться и... ну, доставить удовольствие друг другу, что они делают не очень убедительно. Он явно не новичок в такого рода сценариях, и он приказывает им сделать ряд конкретных вещей друг с другом.

Затем он встает, расстегивает ремень и подходит к кровати. Он снял нижнее белье, но остался в рубашке и носках. Затем девушки доставляют ему удовольствие, прежде чем он вступает в половую связь с каждой из них по очереди - в миссионерской позе. Кажется, что все три девушки плачут, когда он входит в них. После этого одна из них все еще заливается слезами, и он приказывает остальным “сказать ей, чтобы она заткнулась”. Он добавляет, что все трое “хорошо поужинают сегодня вечером”, затем одевается и уходит.

Наступило долгое молчание. Сэр Алан стоял к ним спиной. Он смотрел на крыши, которые казались просто очертаниями в темноте. - Ты смотрел все это?

‘ Да, сэр. Это было невыносимо мерзко.

- И вы абсолютно на сто процентов уверены, что это был он?

‘ Да. Все дело было в том, как он говорил, как двигался...

- Это не могло быть подделкой?

Кейт колебалась. Не слишком ли быстро она поверила тому, что, казалось, видели ее собственные глаза? ‘Это реально – так должно быть", - сказала она. "И это определенно он".

Сэр Алан выглядел как человек, пытающийся скрыть разочарование, гнев или и то и другое вместе. - О чем вы договорились?

‘ Он и его отец хотят получить письмо от министра иностранных дел, гарантирующее защиту, бесплатные поездки по Европе и Америке и возможность беспрепятственно пользоваться своими активами на Западе, которые, как я обещал, они получат завтра. Они соберутся в Тбилиси, откуда родом семья Игоря, или в их доме в Казбеги, недалеко от границы, к концу недели. Они хотят, чтобы частный самолет доставил их прямо в Лондон, чтобы им не пришлось проходить через главный терминал аэропорта, за которым, по его словам, наблюдали русские. Они также пообещали привезти с собой доказательства того, что заплатили Райану наличными – всего более тридцати миллионов фунтов.

‘ Министр иностранных дел хочет видеть нас завтра утром в своем лондонском доме, - сказала Джули. - Только Кейт и я.

Сьюзи выглядела так, словно хотела возразить, но передумала, увидев выражение лица сэра Алана. Айс излучал больше тепла. ‘ Расскажи мне об операции, ’ попросил он. Он по-прежнему обращался к Кейт, как будто других здесь не было.

Кейт покачала головой. ‘ Я все еще в замешательстве. Дэнни и его команда были уверены, что к тому времени, как я прибыл на Александерплац, я был чист. Я не знаю, как Михаил заполучил одноразовый телефон в мой карман. И я понятия не имею, как им удалось устроить мне засаду в тот момент на Фридрихштрассе.

- Вы обсуждали это с Михаилом?

- Я спросил его, был ли Стюарт Вайпером.

- И каков был его ответ?

‘ Он сказал, что Стюарт определенно был Вайпером, но он казался менее уверенным в возможности появления другого "крота". Я предположил, что на ГРУ работает второй источник.

Сэр Алан по очереди смерил каждого из них пристальным взглядом, в его бледно-голубых глазах читалась меланхолия, которой Кейт никогда раньше не видела. - Кто знал о митинге на Александерплац? - спросил я.

Сьюзи встала, как будто это послужило ей сигналом. ‘ Та же группа. Ты, Кейт, Джули, Дэнни.

- И ты, - сказала Кейт Сьюзи.

- И я, да, хотя меня можно исключить, поскольку этот "крот", если он или она действительно существуют, был частью первоначальной операции "Сигма".

‘ Это всего лишь твое предположение, ’ сказала Кейт. Сьюзи покраснела. Для столь бестактной женщины она, казалось, испытывала странное отвращение к конфронтации.

‘ А как же Йен? - Спросила Джули.

‘ Я сообщил ему, ’ сказал сэр Алан. Кейт попыталась скрыть свое удивление. Йен не потрудился расспросить ее о деталях операции в Берлине – что, теперь, когда она задумалась об этом, было странно само по себе, – и сэру Алану было бы слишком легко скрыть их от него. Если существовала потенциальная утечка, то принцип "необходимо знать" должен был иметь первостепенное значение.

Ей пришла в голову непрошеная мысль, что действия сэра Алана могут быть истолкованы как преднамеренная попытка расширить круг знаний.

‘ А как же министр иностранных дел? - Спросила Джули.

Сэр Алан покачал головой. - Она не знала ни времени, ни места встречи.

‘ Она знала о времени, ’ тихо сказала Кейт. - И она знала, что это было в Берлине.

‘ Хорошо, ’ сказал сэр Алан, направляясь к двери. ‘ Мы ходим кругами. Вполне возможно, что они следили за Михаилом. Кейт и я обсудим это с министром иностранных дел утром. Сьюзи, я хочу, чтобы вы с Джули начали готовить почву в Тбилиси. Исходите из предположения, что мы получим одобрение на эвакуацию и разрешение нанять какой-нибудь частный самолет. И если вы считаете, что нам может понадобиться дополнительная охрана, удвоьте ее.

‘ Нам сообщить грузинам? - Спросила Сьюзи.

Сэр Алан посмотрел недоверчиво. - Конечно, нет, - сказал он, и Кейт увидела, что Сьюзи мысленно проклинает свою неопытность.

Когда они направились к двери, сэр Алан положил руку на плечо Кейт, чтобы остановить ее. ‘ Минутку, ’ сказал он. Остальные заколебались, но он жестом пригласил их продолжать. ‘Увидимся в офисе утром, - сказал он им, - и очень хорошо поработали. По всем вопросам мы получили то, за чем ездили в Берлин, и это главное для вас’. Это, казалось, предназначалось больше Сьюзи, чем всем остальным, и она улыбнулась впервые с тех пор, как они покинули Берлин.

Он подождал, пока закроется дверь, затем сел на кровать.

‘ С вами все в порядке, сэр? Как я уже сказал, я очень рад...

‘ Я в таком же порядке, как и ты, - сказал он, - что, черт возьми, совсем не в порядке. Но ни у кого из нас нет другого выбора, кроме как пахать дальше, не так ли? В любом случае, я не поэтому просил тебя остаться. У нас могут возникнуть проблемы с министром иностранных дел.

-В каком смысле?

- Она струсила.

‘ Почему? Кейт не могла в это поверить.

‘ Потому что это очень важный вызов, и она просто не привыкла его принимать. Она собирается санкционировать операцию по пресечению крупного дезертирства, что, несмотря на все наши рекомендации, по-прежнему является важным шагом для человека, новичка в такого рода принятии решений. Споры, которые это вызовет, вероятно, станут испытанием для самых смелых политиков, а Мег Симпсон не входит в их число ".

- Ты думаешь, она откажется отправить письмо?

‘ Я не знаю. Но все, что я хочу сказать, это то, что не факт, что она согласится на это завтра, и нам, возможно, придется потрудиться, чтобы убедить ее. Он снова встал. ‘ Я лучше вернусь к Элис. Поспи немного, Кейт. Похоже, тебе это необходимо.

К тому времени, когда Кейт проходила мимо палаты дальше по коридору, сэр Алан снова сидел у постели своей жены, склонив голову и читая ей вслух. Кейт некоторое время смотрела на него, завидуя его преданности. От этого она почувствовала себя еще более одинокой.

Она пошла домой пешком, несмотря на дождь, который перешел в мелкую морось. Она поймала себя на том, что жалеет, что сэр Алан оставил ее с этим прощальным наставлением насчет сна, которое становилось все более очевидным с каждым шагом, который она делала по направлению к дому. Она вспомнила те дни, когда дом в Баттерси олицетворял только комфорт, любовь и покой. Теперь он служил орудием ее пыток, и одно это заставляло ее чувствовать себя виноватой. Какая мать не хочет вернуться домой к своим детям?

Она проходила мимо дома престарелых своей матери и почувствовала знакомое чувство сыновнего долга. Она преодолела это и почти дошла до своей входной двери, когда чувство вины взяло верх, и она повернула назад. Почему она чувствовала хоть какую-то преданность женщине, которая всю жизнь клеветала и принижала ее? В этом не было никакого смысла.

Но сегодня Люси была лишь тенью самой себя. Она сидела в кресле лицом к окну, вглядываясь в темноту. - Привет, мам, - сказала Кейт, усаживаясь в уголке кресла у окна рядом с ней.

‘ Здравствуй, любовь моя. Ее улыбка была полна тихой теплоты. - Я как раз думала о тебе.

‘ Тогда рад, что зашел. Могу я предложить вам чашку чая?

‘ Нет, спасибо. И я рад, что ты пришел. Прости меня за то, что я наговорил в Корнуолле. Я не знаю, что на меня нашло.

Кейт уставилась в пол. Ее мать на протяжении многих лет решительно отказывалась обращаться за какой-либо психиатрической или психологической помощью, решив рассматривать даже предположение, что она могла бы это сделать, как признак – или, скорее, обвинение – в слабости. Невозможно было сказать наверняка, страдала ли она депрессией, биполярным расстройством или страдала каким-то другим психологическим расстройством, но от скорости, с которой она колебалась между двумя совершенно противоположными личностями, у Кейт до сих пор захватывало дух. И даже сейчас, по прошествии стольких лет, она не могла сдержать прилив тепла, который испытывала даже при малейшем проявлении любви или привязанности.

- Я знаю, что усложнил тебе жизнь, и мне жаль.

‘ Все в порядке, мам. ’ Конечно, это было не совсем так. Но что еще она могла сказать?

- Я думаю, твоя тетя Роуз пробуждает во мне самое худшее.

Это было неправдой: ее мать была способна быть такой же ядовитой в любое другое время, но она не обращала внимания и на это. - Я не знаю почему, - сказала Кейт.

- Она всегда хотела думать о тебе как о собственном ребенке.

"Она делает все возможное, чтобы заботиться обо мне". Если в этом и было обвинение, то оно было сделано для того, чтобы остановить ее мать.

Люси кивнула, как бы признавая это. ‘ Хорошо. Я не хочу затевать ссору. Я знаю, что она мать, которой у тебя никогда не было. Но она более склонна к соперничеству, чем показывает, и я никогда не был уверен, что она такая щедрая – или, возможно, я имею в виду, такая прямолинейная, – какой кажется.

Это было сказано без злобы, или горечи, или блеска в глазах, с которым Люси обычно отпускала свои злобные колкости, так что, если это было впечатление, с которым она не согласилась, Кейт не сомневалась, что на этот раз оно отражало искреннюю точку зрения ее матери. Люси смотрела на фотографию своего бывшего любовника, стоявшую на приставном столике. ‘ Я думаю, тебе лучше убрать это сейчас. Возможно, ты могла бы достать фотографию своего отца из ящика. Кейт так и сделала, и некоторое время они обе сидели молча, словно решив насладиться этим мимолетным удовольствием. Кейт с трудом могла оторвать взгляд от доброго, улыбающегося лица своего отца.

После этого они перешли к более безопасным темам: погоде, манере Фионы одеваться и игровым привычкам Гаса. Кейт ждала, что колесо повернется, что злоба снова закрадется в нее, но ее мать все это время сохраняла невозмутимость, и они расстались, обнявшись, гораздо позже, чем Кейт намеревалась. - Ты действительно выглядишь усталой, любимая, - сказала Люси, отпуская ее.

-Так и есть.

- Тебе, должно быть, тяжело без Стюарта.

‘ Да. ’ Кейт не смогла сдержаться. - Ничего такого, чего бы я не навлекла на себя, я уверена.

‘ Я не это имел в виду, и ты это знаешь. Я понимаю, что пытаться иметь все это – и делать все это - в одиночку, должно быть, невероятно сложно. Но ты должна поспать. И если тебе понадобится помощь, пожалуйста, попроси об этом – у кого угодно. Роза. Даже у меня.

Кейт ответила на это не сразу, но и не ушла.

Я знаю, что у нас были разногласия на протяжении многих лет, но я никогда не показывала детям ничего, кроме любви, и я не настолько сумасшедшая, чтобы не присматривать за ними время от времени".

‘ Я понимаю, мам. Спасибо тебе.

- Ты не сможешь ухаживать за ними, если сам нездоров.

-Я в порядке.

- Я так не думаю, но оставлю все как есть.

Кейт шла домой медленно, словно хотела продлить ощущение относительного тепла. Она пожалела, что не осталась подольше. Почему она не задержалась ненадолго?

Только после того, как она повернула ключ в двери, ее рациональный рассудок возродился. То, что двадцать пять минут относительной нормальности могли вызвать такую реакцию, несомненно, говорило о ее воспитании.

Роза прибралась на кухне, чтобы там было безукоризненно чисто. Она сидела за столом, читая старый номер журнала "Вог" и попивая травяной чай. Она встала, чтобы обнять Кейт. - Что я могу вам предложить?

"Валиум".

-Настолько плохо?

‘ В общем-то. День был долгий. Гас еще не спит?

- Может, и так.

Кейт бросила пальто на диван. ‘ Если быть до конца честной, я бы убила бокал белого вина. Она поднялась наверх и обнаружила, что Гас лежит ничком на кровати, а Нельсон рядом с ним. На этот раз ей не хотелось трогать их древнего пса.

- Не забирай его, - сказал он, когда она осторожно села на кровать.

- Не понимаю, как ты можешь выносить этот запах.

- Через некоторое время ты этого уже не замечаешь, хотя Роза угостила его рыбьей кожей на ужин.

"Фу".

Гас повернулся на спину и посмотрел на нее. - Как прошла поездка?

Кейт не могла вспомнить, когда он в последний раз задавал подобный вопрос. Это было в ту ночь, когда прибывали все ее корабли. - Сложно.

-Почему?

Она улыбнулась. - Государственная тайна.

- Ты видел папу? - спросил я.

‘ Нет. Я устрою ему еще одну встречу очень скоро. Кейт не могла не заметить тоску в глазах сына. - Ты скучаешь по нему?

-Иногда.

-Я тоже.

- Вы когда-нибудь снова будете вместе?

‘ Не понимаю, как. Если не считать эмоционального ущерба, это практически невозможно.

- Ты заведешь себе другого парня?

‘ Я искренне сомневаюсь в этом. - Она сжала его ногу под одеялом. ‘ Ты для меня на первом месте и всегда будешь. Ты говорила с Фи?

‘ Нет. Последовала долгая пауза, пока Гас гладил Нельсона за ухом. Кейт почувствовала, что ему есть что сказать. - Здесь без нее как-то странно.

- Это всего на несколько дней.

‘ Может быть. Она ведет себя очень странно.

-Как Роуз? - спросил я.

- Она замечательная. Она такая добрая. Думаю, такой и должна быть бабушка.

‘ У бабушки свои проблемы. Кейт наклонилась, чтобы поцеловать своего только что научившегося говорить сына, и взъерошила ему волосы. Впервые за очень долгое время он крепко обнял ее. Она встала и направилась к двери. - Увидимся утром, - сказала она.

- Ты оставишь Нельсона?

‘ Конечно. Она помолчала. "Возможно, в течение следующей недели или двух на работе будет немного напряженно, но после этого все успокоится".

- Как в прошлый раз?

Справедливое замечание. Я подумаю о том, чтобы попросить о временном отсутствии, чтобы проводить с тобой больше времени.

-Хорошо.

- А это было бы хорошей идеей?

‘ Решать тебе. ’ Она восприняла это как огромное одобрение. ‘ Почему на работе много народу? - спросил он. - Вопросы жизни и смерти?

- Возможно, политическая жизнь и смерть.

- Фиона сказала Джеду, что ты, по сути, Джеймс Бонд.

Кейт пришлось сдержать смех. Это превращалось в очень неожиданный разговор. "Предполагается, моя работа является секретной", - сказала она.

‘ Не семье. И я думаю, Джед теперь член семьи.

- Думаю, да.

‘ Это правда? - Настаивал Гас.

‘Никто не является Джеймсом Бондом. На самом деле он немного нелепый".

‘ Тогда Джейн Бонд. Это вроде как круто.

‘ Приятных снов, ’ пожелала Кейт. Она все еще улыбалась, когда вошла в кухню. "Я не знаю, что ты с ним сделала", - сказала она своей тете. ‘У меня только что состоялся внятный, нежный разговор с моим сыном-подростком’. Она взглянула на вино. - Тебе лучше заказать двойное.

- Он милый мальчик. Такой забавный.

Кейт села напротив своей тети. ‘ Кажется, он скучает по своей сестре, что еще большее чудо. С ней все в порядке? Я отправила ей сообщение ранее и не получила ответа. Кейт сделала большой глоток вина.

‘ С ней все в порядке. Думаю, она будет дома через день или два. Я чувствую, что изгнание из Джеда может немного сказаться на них обоих … Я не собираюсь читать проповедь, ’ продолжила Роуз, ‘ это было бы невероятно утомительно, но, Боже мой, ты выглядишь усталой. Кейт взглянула на свою тетю, чей взгляд излучал беспокойство. - Ты все еще принимаешь снотворное?

-Да.

‘ Зопиклон? Кейт кивнула. - Будь осторожна, - продолжала Роуз, - они вызывают сильное привыкание.

‘ Знаю, знаю. Со мной все будет в порядке. Сегодня мне выпивка не понадобится. Я смертельно устала. Она сделала еще глоток "Пино Гриджио". - У вас были тревога или депрессия?

"Одно имеет тенденцию вести к другому".

- Да, наверное, так.

-Но в основном первое.

- По какому именно поводу?

Я стала определять свою самооценку по способности стать матерью. Чем больше раз я терпела неудачу, тем больше беспокоилась о том, что никогда не добьюсь успеха. Но, как, я уверен, уже сказал вам доктор Вайзман, это редко бывает что-то одно.

Кейт кивнула. ‘ Вы сказали, что были очень заняты на работе? Вопрос был искренним: финансовый отдел всегда казался довольно спокойным местом.

‘ Это было в тот период, когда я была прикреплена к операционной. Кейт ошеломленно посмотрела на тетю. Роза позволила себе криво улыбнуться. - Я знаю, наверное, мне давно следовало рассказать тебе об этом.

‘ Когда– я имею в виду, как давно? Где? Чем занимался?

‘Я поступил на финансовую стажировку прямо из университета. Но в те дни вы могли выбрать перевод в операционную для прикрепления. Идея заключалась в том, чтобы дать тем из нас, кому предстояло провести жизнь, подсчитывая бобы, почувствовать, что жизнь на пределе. Я думаю, это было с девяносто второго по девяносто шестой год. Что-то в этом роде. В основном я работал в Боснии.

- С сэром Аланом?

‘ Да. И Йен в самом конце.

Роуз смотрела на свое вино, покачивая его в бокале, словно пытаясь вызвать в памяти старые воспоминания.

‘ Почему ты никогда не рассказывал мне об этом? Мне неловко, что я не знал...

Сразу после этого у меня случился нервный срыв, и мне пришлось взять четырехмесячный отпуск на работе.

- Ты знаешь, что толкнуло тебя через край?

‘ Все. Алан был в основном сосредоточен на Младиче и его друзьях-боснийских сербах. Йен сменил его. Я приходила и уходила, отчаянно пытаясь забеременеть в промежутках, и у меня неоднократно случались выкидыши. Я зашла слишком далеко и была очень глупа из-за этого. Я беспокоюсь, что ты не сделаешь того же.

- И что вы делали, когда вернулись на работу?

‘ Снова перешла в финансовую сферу, поставила во главу угла свой брак и психическое здоровье и попыталась стереть этот период из моей памяти. Кейт видела, что ее тетя теперь полна решимости сменить тему. - Как прошел Берлин?

В основном все шло по плану. Министру иностранных дел предстоит принять очень важное решение, которое, по прогнозам сэра Алана, ей не понравится".

Роуз знала, что лучше больше ничего не спрашивать. Она встала и пошла мыть свою кружку. Пока она это делала, ее телефон зазвонил. Кейт взглянула на экран. Это было сообщение от сэра Алана. В нем говорилось, чтоперезвоню тебе позже.

Роуз повернулась, заметила сообщение, взяла телефон и сунула его в карман, не встречаясь взглядом с Кейт. Она нежно поцеловала племянницу в макушку и направилась к лестнице. - Приятных снов, - пожелала она.

Кейт допила вино в меланхолическом молчании. Позвоню тебе позже... Что это было?

Почти наверняка это не ее дело.

На самом деле, это определенно не ее дело.

Но все же ...

Она умылась и последовала за Розой вверх по лестнице. Она сняла макияж, почистила зубы и рухнула в постель, уверенная, что сразу же уснет.

Но чем больше она приближалась к нему, тем сильнее ее разум снова начинал мучить ее. Долгое время ее терпение было на исходе. Просто отдохни, сказала она себе. Сон близок. Это произойдет. Но этого не произошло. Не совсем.

Ее пульс участился. Она распознала признаки и встала с кровати. Цифровой будильник сообщил ей, что было сразу после двух ночи: до того, как ей нужно будет вставать, оставалось четыре часа.

Она спустилась на кухню, включила торшер и села в кресло в углу, читая журнал "Вог". Через двадцать минут она уже не знала, устала или нет. Сон подкрадывался к ней незаметно? Мне так не казалось, но часы на стене показывали половину третьего, а это означало, что ее окно ко сну быстро закрывается.

Она вернулась в постель. Казалось, целую вечность она сохраняла самодисциплину, но по мере того, как проходили минуты, паника вернулась. Она попробовала заняться йогой, дыхание сразу выровнялось. Она почувствовала себя лучше и снова попыталась заснуть. Но в конечном итоге это всегда был один и тот же порог, который она не могла пересечь. Она поняла, что слишком сильно потеет, и попыталась погрузиться в свои мысли. Они возвращались, как собака к кости, к ее неспособности заснуть.

Рассвет снова принес облегчение, солнечные лучи медленно скользили по раскрашенным террасным домам напротив. Она приняла душ, оделась и нанесла макияж. Она встретила этот день, на мгновение воспрянув духом от того факта, что, по крайней мере, сейчас, она была примерно в состоянии функционировать.

15


ЕСЛИ Йен ИСКРЕННЕ считал себя следующим C, Кейт подумала, что он идет странным путем, добиваясь этого. Даже по его собственным стандартам его наряд для встречи за завтраком в роскошной оштукатуренной резиденции министра иностранных дел на Карлтон-Хаус-Террас был эксцентричным. Он отрастил длинные волосы, так что его светлые локоны ниспадали на воротник рубашки, которая могла бы подойти для вечера на Карибах. Его черные джинсы были разорваны выше колена, вездесущие замшевые ботинки "Челси" потерты и грязны, как будто он ходил там по полю. На нем был черный кардиган, наполовину застегнутый, чтобы придать его крику о внимании – или, возможно, помощи – вид смутной респектабельности.

Возможно, он считал себя Джеймсом Бондом. Это, безусловно, было посланием, которое он передавал министру иностранных дел, человеку слишком занятому, важному и, откровенно говоря, опасному, чтобы беспокоиться о традиционном дресс-коде Уайтхолла.

Что было еще более удивительным, так это то, как Сьюзи наблюдала за ним. Даже когда он разогревал их, пока они ждали министра иностранных дел, рассказом о своем последнем мероприятии Ironman – он провел много мероприятий и мог говорить о них очень долго, – она едва сводила с него глаз. "Боже мой, - подумала Кейт, - вкус здесь действительно ни при чем".

Сэр Алан стоял к ним спиной, глядя на Торговый центр. Кейт подумала, что он скрывал свою эмоциональную боль в верхней части тела, как будто это было физическое недомогание, как она и предполагала, в конце концов, так оно и было. Она попыталась придумать что-нибудь, что могло бы утешить или отвлечь его, но он казался далеким от всего окружающего, как будто готовился совершить путешествие на другую сторону со своей женой.

Как начальник, размышляла она, он всегда оказывал ей широкую поддержку: подбадривал, когда она все делала правильно, был непреклонен, когда она облажалась. Она была далека от желания доставить ему удовольствие. На мгновение она подумала о том, что было бы, если бы Йену удалось пробраться в кресло сэра Алана. Невыносимо, на самом деле. Невообразимо. Ей придется уволиться. Но теперь, когда ее семья содержалась только на ее зарплату, что именно она будет делать?

Их "завтрак", состоявший из круассанов и другой выпечки, фруктового салата, апельсинового сока и двух больших чашек кофе, лежал нетронутым в центре стола, и пока Йен без умолку бубнил о своем режиме тренировок ...Тебе придется кататься на велосипеде два часа до рассвета, иначе ты никогда не наедешься досыта", – Кейт с трудом сдержалась, чтобы не застрять. Вряд ли было научным открытием, что хроническое недосыпание делает человека абсолютно голодным.

Мэг Симпсон ворвалась в комнату, как грозовая туча. Она не потрудилась пожелать никому из них доброго утра. И что еще более важно, с точки зрения Кейт, она не выказывала ни малейшего желания потянуться за выпечкой или даже за кофе. Кейт взвесила социальную приемлемость открытия счета.

Си не потрудился присоединиться к ним за столом. ‘ Не хотите ли присоединиться к нам, сэр Алан? - Спросил Симпсон более резко, чем того требовала ситуация. Кейт подумала, знает ли она о болезни его жены. Он сделал, как его просили, посмотрел на Кейт и, словно прочитав ее мысли, потянулся за кофе и выпечкой. Она одними губами поблагодарила, и он позволил себе улыбнуться.

- Сэр Алан проинформировал меня, - сказал Симпсон.

— Это была превосходная операция, проведенная с высочайшим профессионализмом, - сказал Йен, - но я придерживаюсь своего первоначального мнения, что...

‘ Я прекрасно осведомлен о ваших взглядах, ’ парировал Симпсон. Лицо Йена покраснело. Кейт пришло в голову, что если Йен был Вайпером или каким-то другим агентом, работающим на СВР, или ГРУ, или любое другое подразделение российского государства, то он не был искусен в заметании следов. Симпсон неловко поерзала на стуле. Она уставилась на кофейник перед собой. "Я пока не нахожу в себе желания написать письмо, которое, по вашим словам, вам нужно, или подготовить действия, которые оно могло бы спровоцировать, или иметь дело с последствиями, которые могут возникнуть".

Они ждали, пока она уточнит.

‘ Возможно, вы склонны рассматривать это как политическую трусость. Я бы предпочел рассматривать это как осторожность.

‘Разница чисто академическая", - сказал сэр Алан. "Нас не интересуют мотивы, только выводы".

Теперь настала ее очередь выглядеть уязвленной. - Я понимаю, что это не то, что вы хотели услышать.

- У нас здесь есть прямая обязанность, которая, я думаю, не подлежит сомнению.

‘ Я не согласен. Наш величайший долг - сохранить целостность нашей демократии, которая, боюсь, включает в себя неотъемлемую веру в нее.

Трудно придумать что-либо, что разрушило бы это быстрее, чем мысль о том, что мы все сидели здесь, зная, что премьер-министр работал на нашего смертельного врага, не говоря уже о его прошлых действиях, и решили ничего с этим не предпринимать".

‘ Но именно тогда все это рушится для меня. Поразмыслив и приняв во внимание то, что вы мне рассказали, я не думаю, что все еще верю в это.

Кейт просмотрела видео во всех отвратительных подробностях, что само по себе является актом добросовестного исполнения долга. У нее нет никаких сомнений в том, что оно подлинное.

‘ Я понимаю это. Я всегда считал личную мораль нашего премьер-министра отвратительной, хотя даже я не верил, что он опустится так низко. Но тот факт, что он распутный прелюбодей – даже в таком отталкивающем виде – не де-факто доказывает, что он русский шпион. И если бы мы пошли дальше и приняли это отступничество, мы бы уничтожили его".

"У нас есть бывший глава СВР – или, по крайней мере, его сын – категорически заявляющий, что они завербовали Джеймса Райана для работы на российское правительство, когда он служил в Косово, и что они использовали это видео и огромные денежные выплаты, детали которых они привезут с собой, чтобы шантажировать и склонять его".

Кейт пришло в голову, что она никогда не спрашивала Михаила, было ли само по себе видео достаточным, чтобы обратить Джеймса Райана, но сейчас разговор развивался слишком быстро. ‘Вот к чему я клоню", - сказал Йен. "Что, если русские просто используют это, чтобы уничтожить премьер-министра и вызвать максимально возможный хаос и разрушение нашей политической системы?"

Обычно мастер самоконтроля, сэр Алан явно изо всех сил старался сохранить его. Он уставился на Йена с едва скрываемым презрением. Кейт взглянула на Сьюзи, у которой хватило здравого смысла промолчать. Теперь она смотрела на Йена уже не с таким восхищением.

‘Буду честен", - сказал Симпсон. "Что меня действительно беспокоит, так это контекст. В самой первой брифинговой записке для меня по этому вопросу вы предельно ясно дали понять, что вам ничего не известно о каком-либо путче в СВР, ГРУ или на вершине любой другой части российской политической системы. Эта новость появилась из ниоткуда.

- Это потому, что нам очень редко удается передохнуть на таком уровне. Нам предлагается беспрецедентная возможность, от которой мы, по совести говоря, не можем отказаться.

- Но разве это не слишком удобно? - Спросил Йен, снова изображая невинность.

Мы ничего не теряем, продолжая расследование. Мы должны предоставить убежище двум людям, которые ничего не значат для общества в целом. Как только они окажутся здесь, мы все сможем самостоятельно оценить видеозапись и доказательства банковских платежей. Если мы не верим в их подлинность, мы утверждаем, что они прибыли сюда под ложным предлогом, и действуем так, как считаем нужным.

‘ За исключением того, что у них будет письмо с моим именем. Как бы мы объяснили, почему я его написал, если бы решили, что это предложение не подлинное? Я бы выглядел в лучшем случае наивным, в худшем - откровенно глупым. Премьер-министр был бы в ярости от того, что у меня даже возникла такая идея, и я бы не стал его винить.’

Сэр Алан коротко покачал головой. - Боюсь, у вас нет выбора, мэм.

Настала очередь покраснеть Мег Симпсон. Ей не нравилось, когда кто-либо читал ей нотации, но она стояла на зыбкой почве и знала это. ‘ Я не говорю, что не напишу письмо и не санкционирую эту операцию, просто мне нужно больше. Если вы сможете найти дополнительные подробности о контексте, о том, что на самом деле происходит в Москве, тогда я почувствую себя намного увереннее. Действительно ли был путч? Если вы сможете подтвердить, что это так, без обиняков, тогда я гарантирую, что подпишу это письмо".

Кейт эта информация казалась в лучшем случае теоретической, в худшем - не относящейся к делу, и она видела, что сэр Алан чувствовал то же самое, хотя и предпочел сдержать свой гнев, по крайней мере, перед группой. Он остался, пока она, Сьюзи и Йен выходили гуськом.

Они не разговаривали, пока не оказались в Торговом центре. Сьюзи заказала такси, и Йен позволил ей сесть, прежде чем повернулся к Кейт. - Ты не хочешь вернуться пешком?

Ее голова была настолько парализована недосыпанием, кофе и странным напряжением этой встречи, что она уже приняла такое решение. Не то чтобы в обычной ситуации она была бы рада обществу Йена.

В то утро было намного теплее, в Сент-Джеймсском парке, более или менее пустынном, цвели нарциссы. Они поравнялись с огромным пространством парада Конной гвардии, когда Йен наконец выпалил то, что было у него на уме. - Ты говорил с ней? - спросил он.

-Кто?-спросиля

- Джули, конечно! - воскликнул я.

-По поводу чего?

- Не будь тупицей, Кейт.

Она попыталась придумать какую-нибудь тему, которую ей меньше всего хотелось обсуждать с ним. - Что все это значило? - спросила она, указывая на резиденцию министра иностранных дел позади них.

‘Вы знаете, о чем шла речь", - сказал он. ‘Русские любят играть в игры, и рано или поздно нам придется прекратить отвечать. Я просто не согласен с тобой и Аланом в этом, но это честное расхождение во мнениях, и я имею полное право выражать свои взгляды, удобно это или нет. Разве это не его мантра? “Мы здесь не для того, чтобы соглашаться”?’

- Это другое дело, и ты это знаешь.

‘ Вы оба так думаете. Но я менее уверен. Я не виню ее за осторожность. Ты, вероятно, получишь свое письмо, хорошая это идея или нет, но она просто прикрывает свою задницу. Я не вижу никакого вреда в том, чтобы заставить нас пройти через все испытания.

– У нас есть максимум неделя, прежде чем предложение исчезнет - возможно, к конкуренту, который может поставить нас в неловкое положение.

У всех остальных будут точно такие же оговорки, Кейт. Все, что нужно сделать Алану, - это написать умеренно убедительное резюме, и ты получишь свое письмо. И она права, когда ставит это под сомнение – даже вы не можете отрицать, что все это произошло как гром среди ясного неба. Слышали ли мы, чтобы еще хоть один источник говорил о перевороте в Центре Москвы? Вам не кажется, что мы увидели бы какие-нибудь другие репортажи об этом?"

‘ Не обязательно. Вы знаете, сколько времени требуется, чтобы просочились новости о любых изменениях в верхушке Москвы. Кроме того, я видел это видео.

- Если это реально.

Кейт поняла, что дальнейший спор бессмыслен. Она переключила свое внимание на группу японских туристов, кормивших уток. Энтузиазм их детей, их радость ненадолго отвлекли их внимание.

‘ Кроме того, - продолжил Йен, ‘ не меняй тему. Ты говорил с ней?

- По какому именно поводу?

‘ Мы, конечно! Господи, Кейт, иногда ты бываешь на редкость тупой.

- Какой аспект “нас” вы хотели бы обсудить?

‘ Она не отвечает на мои звонки. Йен остановился и посмотрел на нее. Кейт заметила, что волосы на груди, которые пучками выбивались из-под его рубашки с расстегнутым воротом, теперь поседели. Он внезапно тоже стал выглядеть старше. Не то чтобы она могла говорить. - Это серьезно, Кейт.

-Что именно?

- Я влюблен в нее, черт возьми.

Кейт не знала, смеяться ей или плакать. Она чувствовала себя так, словно ее опустошали изнутри от истощения и нервного напряжения, а здесь был этот абсурдный мужчина-ребенок, изливающий свое сердце – и именно ей, из всех людей. ‘ Тебе придется поговорить с ней, Йен. Я действительно ничем не могу тебе помочь.

‘ Но ты ее друг. Она тебе доверяет.

- Я также ее босс, а ты мой, так что этот разговор кажется неуместным с любой точки зрения.

‘ О, ради Бога! Не будь педантом. Я только что сказал тебе, что любил ее. Это не какая-то жалкая служебная интрижка. Мне не все равно..."

‘ Но именно так она это видит. Я почти уверен, что для нее это был просто секс. Она достаточно часто мне это говорила. Йен выглядел так, словно она влепила ему пощечину. ‘ Не делай такой удивленный вид. Разве не в этом заключается большинство внебрачных связей?

‘ Нет! Господи... ’ Йен был явно сбит с толку. - Что значит "просто секс"?

‘Да ладно тебе, Йен. Это все равно что разговаривать с одним из моих подростков’. "Слишком похоже", - хотела добавить Кейт. ‘Джули - очень жесткая и, если быть честными, несколько испорченная молодая женщина. Ей нужно победить многих демонов, и я уверен, что в свое время ей удастся это сделать. У нее был роман с тобой, потому что это произошло без багажа. Твое признание в вечной любви - последнее, что она хочет услышать.

-Поврежден?

‘ Ее мать! Вы должны знать, что ее мать бросила их, когда она была еще ребенком? Он казался озадаченным. ‘ А ее брат? Добавила Кейт.

- Да, его убили...

‘ В том автобусе 7/7. Они поссорились. Она была ему более или менее матерью и винит себя в том, что в тот день он прогулял школу.

‘ Но именно за это я ее и люблю. Она сложная... интересная.

- У тебя есть жена, Иэн.

‘ Имел! Я, должно быть, единственный мужчина в стране, чьи звонки отклоняют и жена, и любовница. Это абсурд!"

Кейт подумала, что это, вероятно, привело их к сути дела. Только Йен мог принять уязвленное эго за разбитое сердце. - Мне нужно возвращаться, - сказала она.

‘ Увидимся там. Я просто собираюсь утопиться в пруду.

‘ У тебя будет работа, ’ сказала Кейт. Она шла по Сент-Джеймс-парку, наслаждаясь ощущением солнечных лучей на лице. Было еще рано. Государственные служащие непрерывным потоком прибывали на работу к главному входу в здание Казначейства. Она обогнула Парламентскую площадь и направилась к Миллбанку мимо группы курдских протестующих, протестующих против разграбления турецкого государства у здания Палаты общин.

Она присоединилась к утренней толпе у постов безопасности космической эры у главного входа в здание SIS и обменивалась светскими репликами в лифте, пока не добралась до своего этажа. Джули уже ждала ее, и не успела Кейт рассказать о сути встречи с Мэг Симпсон, как Джули вернула ее к наименее любимой теме на данный момент. ‘ Что с ним не так? - Спросила Джули.

- Полагаю, вы имеете в виду нашего босса?

‘Он продолжает приставать ко мне днем и ночью. Мне придется сообщить о нем в отдел кадров, если так пойдет и дальше. И я действительно не хочу этого делать – ради нас обоих.

- Он только что признался мне в своей вечной любви к тебе в Сент-Джеймс-парке.

-К тебе?

- Постарайся, чтобы это не прозвучало как оскорбление.

‘ Не будь смешной, Кейт. Ты терпеть не можешь этого мужчину.

‘ Верно. Я могу представить людей, которым он более логично доверился бы.

Джули ушла, бросив на прощание в адрес своего бывшего любовника: ‘Он полный идиот’. Кейт чуть было не ответила, что могла бы рассказать об этом своей подруге, и сказала, но ей удалось проглотить свои слова. Она закрыла дверь и смотрела, как Джули идет к своему месту в другом конце офиса. Кейт задернула шторы, села за стол и подключилась к компьютеру. Она закрыла глаза, усталость захлестнула ее.

Зазвонил ее телефон, и на какой-то неожиданный момент ее сердце екнуло при мысли, что это мог быть Стюарт. Признание Йена в любви к Джулии напомнило ей о первых днях ухаживаний Стюарта в Кембридже, когда он отказывался принимать отказ в качестве ответа. Но это было около часа дня в ресторане Grumbles в Пимлико.

Это была не просьба, не говоря уже о приглашении. Он мог бы быть олимпийцем в своей отстраненности, хотя, ухаживая за своей женой в предсмертных муках, у него было более чем достаточно оправданий.

Кейт сунула телефон в карман. Почему она подумала, что это может быть Стюарт? И почему ее сердце екнуло при этой перспективе?

Спокойный, утешающий Стюарт: она снова почувствовала, что скучает по нему и по постоянному чередованию повседневных домашних дел. Но это оставило горький привкус у нее во рту. Почему он отказался от всего этого ради нескольких ночей в постели с Имоджен Конрад? До конца своих дней она будет чувствовать себя ростом в два фута.

16


ЭТО БЫЛ инстинкт, рожденный долгим опытом, но Кейт потребовалось некоторое время, чтобы убедиться.

Она прошла по Белгрейв-роуд, как и планировала, и свернула на Чертон-стрит. Она миновала синий навес Grumbles и направилась к дому Си на Чертон-плейс. Стало светло, небо было чистым и ярко-голубым. Посетители кафе под названием the Roasting сидели за маленькими металлическими столиками снаружи, повернув лица к солнцу.

Кейт остановилась у цветочного магазина сразу за ним и затерялась там на минуту или две, словно убивая время.

Она снова вышла и, не оглядываясь, прошла дальше по Чертон-Плейс и повернула налево, к уличному рынку в пешеходной зоне. Продавцы в основном продавали еду, и она прошла мимо их прилавков, взяв немного овощей и фруктов, чтобы проверить их качество, и наклонившись поближе, чтобы понюхать сыр, лежащий на прилавке в конце.

Она ускорила шаг, направляясь к Виктории, но ей потребовалось время, чтобы оказаться на другой стороне станции, чтобы окончательно убедиться в своей правоте. Она поднялась по эскалатору в небольшой торговый центр на втором этаже и теперь возвращалась обратно. Почти сразу же, поднимаясь по противоположному эскалатору, она увидела молодого индийца в серой футболке и кожаной куртке, которого впервые заметила, когда сворачивала с Люпус–стрит на Белгрейв–роуд.

Кейт зашла в магазин WHSmith и купила номер The Times.

Она пересекла вестибюль станции, затем быстро свернула направо, на Уилтон-роуд. Проходя мимо тайского кафе Розы – по необъяснимой причине еще одного из любимых местных ресторанов Си, – она увидела девушку в зеленых хлопчатобумажных брюках и коричневых туфлях-лодочках.

Кейт не сбавляла шага. Она зашла в кафе "Пимлико Фреш" в конце Уилтон-роуд и заказала латте. Она села на свободное место снаружи и посмотрела вверх и вниз по улице, чтобы увидеть, сможет ли она разглядеть еще кого-нибудь из своих наблюдателей.

У нее не было особых сомнений относительно того, кто они такие и что делают, но ей хотелось несколько минут подумать об этом. У нее мелькнула мысль, что мужчины и женщины, следующие за ней, могут быть русскими, но она отбросила ее. До тех пор, пока московские оперативные группы не добьются эпических успехов в своей способности убедительно ассимилироваться в лондонской обстановке, это было немыслимо. Кроме того, с какой стати русским захотелось пойти за ней на обед?

Кейт достала телефон и позвонила Сьюзи. Ее заместитель ответил сразу. - Когда ты собирался сообщить мне, что установил за мной слежку?

- Я ничего не сделал, Кейт.

‘ Хорошо, позвольте мне перефразировать вопрос. Когда ты собирался сообщить мне, что твои друзья из Службы безопасности установили за мной слежку?

- Думаю, я ясно дал понять, что на самом деле они мне не друзья.

- Ты можешь хотя бы отрицать это?

‘ Я же говорил тебе, что они начали расследование. Простой факт в том, что у тебя почти наверняка есть "крот". Это их работа - найти его или ее.

- Я думал, Си категорически запретил это?

Генеральный директор нанес визит вежливости. Си пытался заявить, что, если и была проблема, то это было внутреннее дело, и любое расследование нарушило бы оперативную безопасность, но честность всех правительственных учреждений - это дело МИ-5, как вы хорошо знаете. Я сообщил им о своих вопросах о Вайпере, но сейчас это не в моей власти. Честно говоря, это не в наших руках.

- Они приставили ко мне свою самую некомпетентную команду только для того, чтобы я знал, что они наблюдают?

‘ Сомневаюсь. На самом деле они так не думают.

- Чего они надеются добиться, преследуя меня до обеда?

Сьюзи вздохнула. ‘ На самом деле это никуда не приведет. Увидимся, когда ты вернешься. ’ Она закончила разговор, и Кейт с холодной яростью допила свой кофе. К тому времени, как она пришла на ланч с сэром Аланом, ее настроение ничуть не улучшилось.

Он сидел в угловой кабинке, которая, как она знала, была его постоянной, напротив вывески ‘Улица Моцарта’. Это было уютное заведение с деревянными панелями на стенах и эклектичным сочетанием уличных указателей и фотографий со всей Европы.

Кейт настолько привыкла к ауре властности, которую ее босс всегда носил с собой, сознательно, но и без усилий, что вид его, лишенного этой ауры, казался более шокирующим, чем должно было быть. Он выглядел усталым, его плечи были неловко ссутулены, а глаза прикрыты. ‘ Извините, ’ сказал он, указывая на окружающую обстановку. "Мне только что удалось отвезти Элис домой, так что это все, на что я хочу уйти от нее в данный момент".

- Мы могли бы пойти выпить кофе у тебя дома, если так будет проще.

‘Нет, на самом деле это облегчение - хоть на полчаса отвлечься от всего этого. Он взглянул на часы, словно желая еще раз убедиться, что это все, что могло произойти. - В надвигающейся трагедии не так уж много того, с чем может справиться любой человек. Он покачал головой. "Забавно, я полагаю, другие могли бы сказать, что мы лучше, чем кто-либо другой, знакомы с непрочной и временной природой человеческого существования, но даже это не мешает вам быть продырявленным ниже ватерлинии".

- Мне очень жаль.

‘ Все такие. И это не имеет ни малейшего значения. Сэр Алан указал на официанта, который только что подошел к столику напротив. ‘ Отчасти проблема в том, что она не хочет уезжать. Никто из нас никогда не испытывал особой необходимости задумываться о возможности загробной жизни, но сейчас она так близка к порогу, что кажется небольшой оплошностью.

Подошел официант. Сэр Алан заказал лосося, Кейт-треску. Он попросил бокал красного вина. "Я не могу вспомнить, когда в последний раз пил за обедом", - сказал он.

‘ На твоем месте я бы заказала бутылку. ’ Кейт серьезно посмотрела на него. Раньше ей и в голову не приходило, насколько сильно она к нему привязана. Если бы он ушел в отставку, ей, конечно, было бы не хватать его флегматичной мудрости и легкого темперамента, но также и доброты, которую он проявил после отъезда Стюарта в Москву. Ей хотелось бы больше, что она могла бы сказать или сделать. - Если это не дерзкий вопрос, сколько еще?

‘Меньше двух недель. Наш младший сын Джон возвращается из Южной Африки, так что она полна решимости продержаться, пока он не доберется до места.

"Как душераздирающе".

‘ За все эти годы, проведенные вместе, ты никогда по-настоящему не задумывался о том, каково это будет - сказать свое последнее прощание. И я не могу до конца решить, лучше ли этот медленный, устойчивый маршрут, в котором, по крайней мере, каждый может попрощаться так, как считает нужным, чем внезапный уход ".

Кейт поймала себя на том, что хочет, чтобы Стюарт умер, а не разводился с ней. Но она оставила эту мысль при себе.

‘ За вами здесь следили? - Спросил он.

‘ Да. Я позвонил Сьюзи, и она этого не отрицала.

‘ У нее есть кое-какие амбиции, у этой девчонки, если не сказать, что изрядная доля наглости. Официант принес красное вино, и он сделал изрядный глоток. - Что ж, возможно, вы будете воодушевлены, узнав, что они следили и за мной.

-Ты?’

‘ Не смотри так удивленно. Если ты подозреваемый, то и я, должно быть, тоже. Похоже, они выделили мне наименее опытную команду. Я заметил их, как только мы вышли из больницы, и заверил их, что моя жена умирает и я вряд ли уйду далеко от дома, пока она не отправится на другую сторону. ’ Он сделал еще глоток вина.

‘ Я бы с удовольствием закурила, ’ сказала Кейт. - Я не уверена, что со мной происходит.

‘ Ты видишь, что я чувствую, поэтому я не удивлен. Он еще раз взглянул на часы. ‘Сегодня утром я разговаривал с Эндрю Блейном в Москве, и у меня был долгий разговор с Иэном. Ни один из наших источников не подтвердил слухи о кончине Василия Дурова в Московском центре, хотя те, с кем нам удалось связаться, признают, что некоторое время лично его не видели ".

- Вряд ли это новость, учитывая, какой он затворник.

‘ Совершенно верно. Я снова разговаривал с министром иностранных дел. Она настаивает на своем, непреклонная, что не напишет это письмо, пока мы не сможем дать ей больше уверенности в том, что то, что Михаил говорит о смене караула в Москве, правда ".

- На это потребуется время, которого у нас нет.

- Ты что-нибудь слышал о своем друге Сергее?

Теперь голубые глаза сэра Алана были устремлены на нее. Она подумала, не солгать ли ему, но быстро передумала: сейчас было не время и не место. - И да, и нет, - ответила она.

-Чтоэтозначит?

‘ Он действительно связался со мной. Просто что-то очень невинное. Она достала телефон и нашла сообщения. ‘“Как у тебя дела?” Я ответил, что со мной все в порядке, и спросил, в Лондоне ли он? Он ответил: “Нет, дома, в Санкт-Петербурге. Рад был бы как-нибудь увидеться”. Я отправил ответное сообщение и так и не получил ответа.

Сэр Алан смотрел в окно. - Полагаю, вы получили сообщение в Берлине?

-Да.

- С тех пор вы с ним как-нибудь контактировали?

- Я попробовал еще пару раз и сдался, когда не получил ответа. У меня и так достаточно забот, чтобы думать о ком-то, кто мне раньше нравился. Кейт поняла, что это было больше информации, чем ей нужно было сообщить.

- Вы по-прежнему считаете, что его первые намеки о встрече на "Императрице" в Стамбуле были личными?

Кейт уставилась на свои руки. Как часто она задавала себе этот вопрос? Казалось, от этого зависело так много – и с каждым днем все больше. ‘Думаю, да, но невозможно быть уверенным, не проведя с ним немного времени. Я продолжаю дружбу, которая была полжизни назад, с человеком, которого я знала тогда. Но люди меняются. Так что … Я не знаю.

- Он поддерживал с вами связь после ухода Стюарта?

‘ До того обмена в Берлине - нет. Подошел официант с их едой. Сэр Алан принялся за свое, как будто не ел неделю. - Я могла бы попытаться снова установить контакт, - сказала Кейт.

- Мне показалось, ты сказал, что он не отвечает?

- Я знаю, где живут его родители в Санкт-Петербурге.

‘ Мы могли бы попросить Эндрю прислать кого-нибудь. Но это маловероятно.

- Я имел в виду, что поеду сам.

Он резко взглянул на нее, забыв про свой обед. - Я притворюсь, что ты этого не предлагала, Кейт.

- Просто выслушай меня.

‘ Нет. Это был бы смехотворный риск, на который я не мог пойти, да и вы не должны.

‘Это должна быть я’, - сказала она. ‘Они выросли в старом Советском Союзе. Им и в голову не пришло бы говорить с кем-то о своем сыне, если бы они не знали его или ее.

- Я поговорю с Эндрю, посмотрим, что он думает.

Это было сказано решительно, но Кейт не могла отказаться от этой идеи. Поездка старшего офицера под прикрытием в Россию в одиночку противоречила всем мыслимым действующим процедурам и протоколу. Но Си была права: все, что произошло, началось с Сергея, и они не продвинутся по-настоящему далеко, пока она не увидит его и не поймет, каковы на самом деле были его мотивы. Мег Симпсон сказала, что ей нужна определенность, и Кейт видела только один способ добиться этого.

Она принялась гонять еду по тарелке. Сэр Алан уставился в окно. - Было еще кое-что, - сказала она.

Он снова повернулся к ней. ‘ Продолжай. ’ Кейт доела остатки трески, хотя совсем не была голодна. "Неизвестность убивает меня", - сказал он.

- Я знаю, что ты собираешься сказать, но я действительно серьезно отношусь к этому.

- Неподходящая преамбула для успешных переговоров, но это неважно.

Когда я нанял Лену Сабич, чтобы она установила "жучок" на яхте Игоря, я посмотрел ей в глаза и поклялся, что, если она выполнит свою часть сделки, я позабочусь о том, чтобы мы спасли ее сестру Майю из Белграда и привезли ее в эту страну.

Сэр Алан и глазом не моргнул. - И мы, несомненно, сделали бы это, если бы Лена выжила.

‘ Но в том-то и дело. Лена заплатила за эту сделку своей жизнью, которая, с моей – с нашей – точки зрения, написана кровью".

- Интересное использование терминологии, которое я не уверен, что принимаю.

‘ Я дал обещание. Я не могу его нарушить.

-Чтоэтозначит?

- Ну, для начала, мне придется немедленно подать в отставку, если мы откажемся ее выполнять.

-Подразумевается, что вы не сможете переоценить это текущее дезертирство, что сделает его маловероятным?

-Я этого не говорил.

- Надеюсь, что нет, - сказал он, - потому что это было бы шантажом, на который я плохо реагирую, как, надеюсь, вы знаете.

‘Я не шантажирую ни тебя, ни кого-либо еще. Я просто пытаюсь сказать вам, что я очень сильно переживаю по этому поводу, до такой степени, что готов пожертвовать своей карьерой, если потребуется".

Кейт ожидала, что это будет нелегко, но глубина его раздражения застала ее врасплох. ‘Я восхищаюсь истинной природой твоего морального компаса, Кейт, но здесь мы должны отделять мечту от реальности. Конечно, мы все хотели бы выполнить это обещание, данное Лене, и я больше, чем кто-либо другой. Но “спасение” Майи, как вы могли бы это видеть, не может быть чем-то большим, чем фантазией. Оставим в стороне грандиозные расходы на длительный судебный процесс и ее переселение сюда, с кем она в конечном итоге останется теперь, когда Лена мертва?"

‘ Я. Потрясение на лице сэра Алана было неподдельным. - Я удочерю ее.

- Ты что, с ума сошел?

Кейт не задумывалась над таким исходом до того, как он сорвался с ее губ, но в мгновение ока перешла от инстинкта к уверенности. "Я чувствую, что владею им больше, чем когда-либо за последнее время".

- А что подумали бы Гас и Фиона?

- У меня есть предчувствие, что они бы от всего сердца поддержали это.

‘ Они теряют отца и обретают тяжело больную сестру-беженку? Вы уверены?

- Если это единственный способ, которым это может произойти, то пусть будет так.

Он откинулся назад и, наконец, улыбнулся. - Я приготовился к ссоре на эту тему, но даже я не ожидал, что ты зайдешь так далеко.

-Ты говорил об этом с Розой вчера вечером?

На самый краткий миг в его глазах промелькнуло что–то - возможно, удивление, или это было чувство вины? – прежде чем он восстановил самообладание. ‘ Я попросил ее подготовить отчет, так что да, мы совещались, если вы это имеете в виду. Он покачал головой. ‘ Послушайте, я обещаю подумать. Это все, что я могу сделать.

‘ Ты можешь пообещать, что сделаешь все, что в твоих силах, чтобы это произошло. И это цена за то, что я остаюсь на Службе.

Его взгляд был твердым, даже безжалостным. ‘ Ты жесткая женщина, Кейт. Вот почему я восхищаюсь тобой. Но это проверка лидерства. Я понимаю обещание, которое ты дал Лене, но обстоятельства меняются. Это финансовое и юридическое минное поле, и для всех нас было бы безрассудством вступать на него".

- Тем не менее, это цена, которую я назначил.

‘ Я всегда видел в тебе потенциального преемника, когда-нибудь. Я думаю, мы должны рассматривать это как проверку того, обладаете ли вы необходимой эмоциональной и аналитической ясностью для выполнения таких обязанностей ".

‘ Если это так, я провалю его. Охотно.

Он невольно улыбнулся, словно впечатленный. ‘ Справедливо. Он взял пальто. ‘ Мне лучше вернуться. У меня здесь счет, так что не нужно ждать оплаты. Спасибо, что нашли время встретиться со мной.

Кейт вышла вместе с ним и смотрела ему вслед всю дорогу до поворота на Чертон-Плейс. Он не оглянулся.

Она направилась к Воксхолл-Бридж, сопровождаемая своими наблюдателями из МИ-5, ее решимость укрепилась как в отношении удочерения Майи, так и в отношении того– что еще она могла честно сделать? – и идея отправиться на поиски Сергея в Санкт-Петербург. Хотя ей пришло в голову, что последнее могло быть попыткой избежать последствий первого. Она говорила себе, что поездка в Санкт-Петербург не имеет ничего общего с одиночеством, которое становилось ноющей пропастью внутри нее.

Вернувшись в офис, она закрыла дверь. Сэр Алан уволит ее. Конечно, уволит. Джули бы этого не советовала. Йен бы весело сплясал на ее могиле. Сьюзи, вероятно, восприняла бы это как явное доказательство того, что она действительно все это время работала на Москву.

Она и раньше пересекала границу с Финляндией. Какова была вероятность, что тамошние охранники будут разыскивать одинокого офицера разведки из Лондона, путешествующего под псевдонимом, которым она никогда раньше не пользовалась? Она посмотрела на фотографию Рава, стоявшую на краю ее стола. Он бы сказал ей, что она сумасшедшая. И это больше, чем что-либо другое, решило дело.

Она должна была уйти. Она была уверена, что, если бы не предательство премьер-министра, ее бывший заместитель и друг сидел бы здесь. Если ей пришлось пройти через ад, чтобы доказать это, пусть будет так. Раздался стук в дверь, и Кейт обернулась. Это была Джули. ‘ Я вижу, у тебя есть план, ’ сказала она. - Все дело в том, как ты держишь плечи.

-Закрой дверь.

Джули сделала, как было сказано. ‘ Тогда продолжай. Ударь меня этим.

- Я еду в Санкт-Петербург.

‘ Что? У тебя есть желание умереть?

- Мэг Симпсон не собирается писать это письмо. Только если мы не найдем подтверждения тому, что рассказал нам Михаил. Мы должны знать, что Василий определенно на свободе. У меня есть кое-кто, кто знает и мог бы мне рассказать.

‘ Ты имеешь в виду того же парня, который сообщил тебе о первоначальной встрече на суперяхте? Тот, в ком ты никогда толком не признавался?

-Да.

- Тот, который, по словам Йена, когда-то был твоим любовником?

- Он никогда не был моим любовником.

- Это не та история, которая ходит по кругу.

- Меня не интересует, какая история ходит по кругу.

‘ Си знает об этом? Или Ян?

‘ Ни то, ни другое. Я поделился этой идеей с сэром Аланом, и он категорически запретил это.

- Тебя уволят, добьешься ты успеха или нет.

‘ Возможно. Но я делаю это ради Рава и могу смириться с последствиями. Если я этого не сделаю, есть вполне реальный шанс, что нашему премьер-министру сойдет с рук убийство".

- Я пойду с тобой.

‘ Нет. Я пойду один. Это мой единственный шанс получить то, что мне нужно.

- Что ж, я поеду с тобой хотя бы до Финляндии, как в прошлый раз.

- Они и тебя уволят.

‘ Нет, не будут. Я пригрожу подать в суд на Йена за сексуальное домогательство. И вообще, мне наплевать.

‘ Я собираюсь забронировать себе билет на утренний рейс BA в Хельсинки. Никому не говори, Джули.

- Ты суровый, с безумным взглядом, но, возможно, именно поэтому ты мне нравишься.

Сьюзи вернулась в офис в конце этого разговора и вопросительно смотрела на них. Кейт обдумала, что они должны ей сказать, и решила, что "ничего" - единственный разумный ответ.

В конце концов Сьюзи больше не могла сдерживаться. Она постучала и вошла. - Я могу чем-нибудь помочь? - спросила она.

‘ Я обедала с Си, ’ сказала Кейт. ‘ Мы как раз говорили об этом. Он говорит, что Мэг Симпсон не склонна писать такое письмо. Так что этому придется вернуться в "высокую траву".

Сьюзи выглядела оскорбленной. - Конечно, она должна это написать.

"Политикам ничего не нужно делать".

- Какие у нее причины?

‘ Риск того, что нас разыгрывают. Она хочет больше доказательств того, что то, что Михаил говорит о смене караула в Центре Москвы, правда. Без этого она не станет рисковать.

- И как же мы этого добьемся?

‘Си" разговаривает непосредственно с Эндрю в Москве. Посмотрим, что он сможет выяснить, но время не на нашей стороне.

Возможно, это были последствия обеда, но Кейт чувствовала себя подавленной усталостью. Она села за свой стол и повернулась к компьютеру, что должно было послужить ясным сигналом Джули и Сьюзи о том, что аудиенция окончена. Они поняли намек.

Кейт изо всех сил пыталась ясно представить, что ей нужно сделать. Ее разум, казалось, был окутан туманом. Она закрыла глаза, но это не улучшило ситуацию. Все, о чем она могла думать, - это о непреодолимом желании прилечь в углу своего кабинета.

Она снова встала и прошла к дамам в конце своего этажа. Она взглянула на себя в зеркало. На вид ей было около шестидесяти.

Единственным частным местом во всем здании был душ в углу. Она вошла, заперла дверь и села на скамейку, где обычно переодевалась в те дни, когда забегала в офис. Ее сердце снова забилось, учащаясь по мере того, как страх и тревога угрожали захлестнуть ее. Она легла в раковину душевой кабины, закинув ноги на скамейку, пытаясь успокоить дыхание. Она чувствовала себя так, словно у нее сердечный приступ.

В конце концов паника утихла, но чувство полного истощения не исчезло. Она свернулась калачиком на дне поддона для душа, как собака в корзинке, и закрыла глаза. Она чувствовала влагу под собой, но ей было все равно. Все, чего она хотела, - это хоть какого-то освобождения. Этого не произошло, но когда она начала планировать, как ей добраться до России, она могла, по крайней мере, начать сосредотачиваться на чем-то другом.

В конце концов Кейт встала. Она вышла из кабинки и набрала в тазик холодной воды. Она плеснула немного на лицо и снова посмотрела на себя в зеркало. Она написала секретарше доктора Вайзмана и спросила, есть ли какая–нибудь возможность поговорить с ним - срочно.

Она вернулась к своему столу. Она достала из ящика стола два паспорта с новыми удостоверениями личности, ни одним из которых раньше не пользовалась, и подождала, пока Сьюзи выйдет из кабинета, затем достала из сейфа в углу толстую пачку долларов, евро и рублей. Она написала Джули по электронной почте, что встретит ее утром в Хитроу, надела кроссовки и отправилась домой пешком.

Было облегчением оказаться в доме одной, но это длилось недолго. Она пробыла дома всего десять минут – как раз достаточно времени, чтобы сесть за стол с чашкой травяного чая, – прежде чем позвонила ее мать. У Кейт был инстинкт, основанный на многолетнем опыте, что сегодня ей не следует отвечать, что все будет по-другому. Она подождала, пока прозвучат первые несколько звонков, но подняла трубку на пятом. - Да, мам, - сказала она.

- Они пытаются меня отравить.

Кейт глубоко вздохнула. По ее щеке поползла слеза при мысли о том, что впереди ее ждет знакомая нисходящая спираль. - Кто это? - тихо спросила она.

- Тот толстый черный.

- Ты имеешь в виду Лизу?

- Я не знаю, как ее зовут!

‘ Потому что зачем тебе это? - Прошептала Кейт.

- Что это было? - спросил я.

‘ Ничего. Я не знаю, сколько раз мы уже проходили через это, мам. И сколько еще раз нам придется проходить. Я познакомилась со всеми медсестрами в доме престарелых, и они, без исключения, милые и заботливые люди. Никто не пытается вас отравить".

- Возможно, это ты их подтолкнул к этому!

- Я собираюсь закончить разговор прямо сейчас.

‘ Звони в полицию! Я хочу заявить на черную сучку.

‘Мама! Не смей так говорить о Лизе. Это вопиющий расизм и, откровенно говоря, непростительный.

‘ Если бы только Дэвид был здесь. Он был единственным, кто когда-либо заботился обо мне. Кейт прикусила язык. Она не сомневалась, что фотография Дэвида в окровавленных трусах на пляже в его нелепо тесных плавках, натянутых высоко над талией, к настоящему времени заняла почетное место на приставном столике ее матери.

Кейт закончила разговор. Телефон тут же снова зазвонил. Она несколько раз нажала кнопку "Отклонить вызов", и они продолжили эту ужасную игру, пока каким-то образом звонок из дома не проскользнул между лихорадочными повторными наборами ее матери.

Это было от многострадального менеджера по уходу Джессики. Она сказала, что чувствует необходимость сообщить Кейт, что ее мать ударила Лайзу в тот день. Лиза была так расстроена, что вернулась домой больной. Джессика сказала, что дом престарелых больше не может терпеть такое поведение, и вскоре они попросят ее мать переехать в другое место, если ситуация быстро не улучшится.

Кейт ничего не могла сказать в защиту своей матери. Она пообещала зайти и поговорить с ней. Она задавалась вопросом, не будет ли однажды вынуждена заботиться о ней здесь, дома, на том основании, что больше ее никуда не возьмут.

Кейт повесила трубку и тут же нарушила свое обещание. Она никак не могла встретиться лицом к лицу с матерью и ее проблемами. Она пошла в гостиную и легла на диван. Роза содержала дом в безукоризненном порядке, и все было безупречно.

Она закрыла глаза и прикрыла лицо подушкой. Она оставила попытки заснуть. Телефон зазвонил снова, и она увидела, что это приемная доктора Вайзмана. Она сняла трубку. - Доктор Вайзман.

- Извините, что мне потребовалось некоторое время, чтобы перезвонить вам.

‘ Вообще никаких проблем. Спасибо, что взяли на себя труд позвонить. Кейт ждала, что он начнет диалог, но она уже поняла, что он использовал молчание, чтобы вывести своих пациентов из себя. ‘Я не знаю, что делать", - сказала она в конце концов. ‘Когда я покинул вашу клинику, я почувствовал некоторое облегчение, даже восторг, как будто кто-то наконец понял меня, как будто я мог понять даже самого себя. Я понял это так, что да, у меня были проблемы, но я видел возможность их решения, и это вселяло большую надежду.

Но если при свете дня я видел потенциальное решение, то глубокой ночью все, о чем я мог думать, - это о том, что у меня проблема. И мой разум просто не хотел – не мог – отключиться. Как—то ночью я приняла снотворное, потом забеспокоилась, что могу пристраститься к нему , поэтому прошлой ночью я решила задремать без него...

-Почему вы решили это сделать?

- Потому что я знаю, что они вызывают привыкание.

-Кто тебе это сказал?

‘ Друг. Ну, вообще-то, моя тетя. Так что я не сомкнул глаз в пятницу – или, может быть, в субботу вечером. Потом я принял зопиклон и действительно заснул, прежде чем я перестал принимать его и не заснул, если вы понимаете, что я имею в виду. … Итак, я подумал, что мне делать.’

‘ Прими лекарство. У тебя есть приличный запас?

‘ Да, да. Значит, я должен принимать их каждый вечер?

-Да.

-Каждую ночь?

-Да.

- Но я плохо сплю с ними. Я сплю всего три или четыре часа, а все равно чувствую себя ужасно. Я думаю, они мешают мне нормально спать.

"Вы плохо спите, потому что ваш разум и тело находятся в крайне возбужденном состоянии".

- Понятно. Значит. каждую ночь?

‘ Да, пока ты не придешь ко мне в следующий раз. Тогда мы сможем поговорить о переводе тебя на другое лечение.

-Какого рода?

‘ Есть разные варианты. Скорее всего, один из группы, известной как СИОЗС – ингибиторы обратного захвата серотонина.

- Антидепрессанты?

‘ Ты собираешься это погуглить? Это было сказано с легким укусом.

- Я мог бы.

‘Это лекарства, которые помогут справиться с вашим беспокойством, но также обладают сильным седативным действием, помогающим вам спать по ночам. Они не вызывают физического привыкания в долгосрочной перспективе, и в любом случае нет оснований полагать, что они будут требоваться в течение длительного периода ".

- Но если принять сильное успокоительное, я, конечно, не смогу нормально работать.

Принимайте их на ночь, чтобы лучше уснуть. Утром вы будете в порядке. Возможно, вас немного шатает, но в остальном вы будете вести себя как обычно. Однако, что касается этой “нормы”, я бы настоятельно посоветовал вам подумать о том, чтобы взять длительный отпуск на вашей работе.

‘ Я не могу этого сделать. ’ Последовало долгое молчание. ‘ Извините, доктор Вайзман, но я просто не могу. У меня запущено несколько очень важных операций.

- В котором вы незаменимы?

Кейт долго и упорно думала, прежде чем ответить. Она уже чувствовала, что победить этого человека невозможно. Не в логических рассуждениях. "Я знаю, это покажется эгоистичным, и в большинстве случаев вы были бы правы, задавая мне вопросы, но в данном конкретном случае нельзя отрицать, что я должен оставаться вовлеченным".

‘ Понятно. И стоит ли это твоего здоровья?

- В данном случае я должен был бы сказать "да".

- Даже если, подвергая риску свое собственное благополучие, вы можете поставить под угрозу здоровье своих детей?

Кейт об этом так не думала. Она никогда об этом так не думала.

- Это то, о чем ты думаешь по ночам, когда не можешь уснуть?

‘ Нет. Я имею в виду, да, иногда. Но в основном это просто безымянный страх. Что с одним из них что-нибудь случится. Кейт встала и уставилась сквозь щель в занавесках в темную ночь за окном. Смертельный враг, готовый ворваться в комнату. - И, я полагаю, да, страх быть брошенной, я думаю, вы могли бы сказать, что он стал намного сильнее с тех пор, как ушел мой муж.

- Вполне понятно.

‘ Да. ’ Кейт наблюдала за медленным продвижением мужчины с несколькими маленькими собачками на поводках. ‘ Каждый раз, когда я вижу свою мать, становится все хуже. Только за последние двадцать четыре часа она превратилась из доброй, рассудительной и вдумчивой в злобную и крайне ядовитую особу со здоровой дозой расизма".

- Твоя мать, судя по всему, очень испорченная женщина.

- Да, я это понимаю.

‘ Она не может заботиться о тебе, потому что слишком занята борьбой с собственными демонами. Это порочный круг, который ты должен разорвать. Как я уже говорил тебе на днях, ты должен научиться успокаивать себя.

‘ Но если я знаю, как это ядовито – видеть ее - а, поверьте мне, я знаю, – тогда почему я всегда хожу туда? Я не могу устоять перед этим.

‘Ваша мать всегда была критиком, когда вы хотели того, в чем нуждается любой ребенок, – это уверенность и поддержка. Такова парадигма. Чем больше она отказывала вам в похвале, любви и помощи, тем больше вы жаждали этого. В этом суть любого эмоционального насилия. Но это порочный круг, который мы должны разорвать".

- Почему бы мне просто не перестать с ней встречаться?

"Было бы разумно ограничить ваши визиты на некоторое время, но поскольку ваша мать вряд ли изменится, мы должны сосредоточиться на вашей психологии, чтобы вы увидели свою мать такой, какой она есть на самом деле, а не орудием ваших пыток".

- Дело в том, что я знаю это, - сказала Кейт, - но я не смогла изменить свои мысли и чувства по этому поводу.

Такова цель этого процесса. Я хотел бы, чтобы вы подумали о молитве безмятежности – неважно, придерживаетесь вы этой веры или нет. О Господь, дай мне безмятежность, чтобы принять то, что я не могу изменить, мужество, чтобы изменить то, что я могу, и мудрость, чтобы понять разницу. Вы не можете изменить свою мать или ее поведение, поэтому у вас нет другого выбора, кроме как принять это. Однако вы можете изменить то, как вы думаете и чувствуете по этому поводу, и, поступая таким образом, вы освободитесь из ментальной тюрьмы, которую для вас создало жестокое обращение ".

Кейт снова села. ‘ Я понимаю, - сказала она. - Я пыталась представить разговор, о котором вы говорили, и в нем действительно есть смысл. А что касается свободного от работы времени, я подумаю об этом".

- Делай, или это может быть вырвано у тебя из рук.

Кейт не понравилось, как это прозвучало. - Мне станет лучше?

‘ Боюсь, я не могу ответить на этот вопрос. Все, что я могу вам сказать, так это то, что многие люди так делают. Но вы должны посвятить себя процессу – выздоровлению – с той же решимостью, с какой вы подходили к своей трудовой жизни. Тогда, я думаю, есть высокие шансы на успех. Но никто другой не сможет выполнить эту работу за вас.

‘ Да, … Спасибо.

- Я уточню у Сары, когда у тебя будет следующая встреча, и тогда увидимся.

Кейт положила трубку. Она положила телефон, уткнулась лицом в колени и закрыла глаза.

17


ГАС ВЛЕТЕЛ в дверь с редкой болтливостью. "Меня назначили капитаном AS", - сказал он.

Кейт села, чувствуя себя ошеломленной. Если она и не спала, то, тем не менее, лежала на диване в каком-то трансе. Возможно, именно этим ты и кончил: постоянно находясь между бодрствованием и сном. - Что?

- "Ас". Мистер Дженкинс только что сказал мне. В следующем семестре. Он заметил ее замешательство. "Крикет, мам!"

‘ О, конечно. Да, извините. Поздравляю.

- Ты не возражаешь, если я позвоню папе?

"Эрммм..."

‘ Мне бы очень хотелось сказать ему. Он будет очень доволен.

Кейт не видела причин отказываться. Гас набрал номер со своего телефона, и для нее стало откровением, что у него есть новый номер Стюарта в Москве. - Меня назначили капитаном As, - сказал Гас без предисловий.

Какое-то время она наблюдала, как ее сын слушает, и его лицо сияло от удовольствия - его собственного и отцовского. Мистер Дженкинс сказал, что это касается только меня и Хорсингтона и что я проявил гораздо большую степень зрелости. Я все еще собираюсь открыться.

Гас рассмеялся чему-то, что сказал его отец. ‘Это круто’, - сказал он. ‘Спасибо, папа. Я бы хотел, чтобы ты пришел и посмотрел. Может быть, мы сможем совершить экскурсию в Венецию!"

Кейт чувствовала себя так, словно вторглась не в свое дело, но не могла заставить себя уйти. Она наблюдала, как ее сын вместе с отцом радовался новостям, прекрасно понимая, что они никогда не поделятся ими в игре. Впервые она задумалась, права ли была, так решительно настаивая на том, что у них со Стюартом не может быть совместного будущего. Гас посмотрел на нее и протянул свой телефон. - Папа хочет с тобой поговорить.

С этими словами Гас незаметно исчез на кухне. ‘ Привет, … Стюарт?

-Кейт ...

- Да, в чем дело? - спросил я.

‘ Разве это не здорово в Гасе? Он никогда бы не признался в этом никому из нас, но он сдерживался. Это будет значить для него очень много.

- Удовольствие на его лице было достойно внимания.

‘ Ему нужна небольшая поддержка. Им обоим нужна. Кейт не знала, что на это сказать. - Все, что мне сейчас нужно сделать, это убедить школу транслировать по телевидению все игры "А" для детей младше четырнадцати лет, и мы уедем.

‘ Я могу что-нибудь для тебя сделать, Стюарт? В ее тоне была холодность, которая, как ей показалось, не отражала того, что она чувствовала.

-Я просто хотел услышать твой голос.

Кейт закрыла глаза. - Пожалуйста, не делай этого.

‘ Я ничего не делаю, любимая. Я просто одинок, как никогда в жизни, и слышать тебя или детей по телефону - это все, ради чего я живу".

- Я уверена, что в Москве найдется много женщин, которые были бы только рады утешить вас.

‘ Это немного ниже твоего достоинства, если можно так выразиться. Я здесь не предаюсь жалости к себе, просто говорю тебе правду. У тебя есть какие-нибудь предположения, когда я смогу снова увидеть детей?

- Ты имеешь в виду, после того, как в прошлый раз все прошло так хорошо?

‘ Вряд ли в этом была моя вина. И, насколько я смог понять, это могло повлиять на твою карьеру.

Это было сказано с некоторой резкостью. Стюарт всегда обвинял Кейт в том, что она ставит свою работу выше семьи. - Мне нужно идти, - сказала она.

-Как Фиона? - спросил я.

‘ С ней все в порядке. Она остановилась у Джеда.

Черт возьми. Я удивлен, что ты это допускаешь.

‘ Возможно, тебя многое удивит. Но все изменилось в тот день, когда ты уехал.

‘ Ладно, достаточно справедливо. Полагаю, я это заслужил.

- До свидания, Стюарт.

- Прощай, любимая. Я скучаю по тебе, хотя и знаю, что ты не хочешь этого слышать.

‘ Нет. И если ты будешь продолжать это повторять, я не буду отвечать на твои звонки.

Кейт нажала кнопку отбоя и прошла на кухню, чтобы вернуть Гасу телефон.

-Каким он был? - спросил я.

- Он скучает по тебе, - сказала Кейт.

- Ты имеешь в виду всех нас?

Кейт посмотрела на сына, который иногда проявлял зрелость, удивлявшую ее. ‘ Ему там очень одиноко. Но...

- Он застелил свою постель и должен в ней лежать?

- Не думаю, что я бы выразился совсем так.

Гас поднял телефон. - В любом случае, спасибо, что позволили мне поговорить с ним. - Он направился к двери.

‘ Ты часто с ним разговариваешь? - Спросила Кейт.

Он обернулся с хитрым видом. Он определенно не был хорошим лжецом. - Думаю, да.

- Каждый день?

"Большинство".

Кейт заставила себя улыбнуться. ‘ Это хорошо. Я рада. Именно так и должно быть.

Гас улыбнулся ей в ответ, его лицо осветилось облегчением и теплотой. ‘ Спасибо, мам. Ты лучшая.

Он исчез, поднимаясь по лестнице. Кейт покормила Нельсона, который с презрением ковырялся в еде, и начала подумывать об ужине. Она включила музыку и постепенно почувствовала, как напряжение в ее плечах ослабло, настолько погрузившись в терапевтический процесс приготовления пищи, что пропустила ключ Розы во входной двери. - Извини, я опоздала, - сказала ее тетя, ставя сумку сбоку и вешая пальто.

Кейт резко обернулась. ‘ Ты меня шокировал. … Это не так. Я имею в виду, опоздал.

-Как прошел день?

- Э-э... - Кейт задумалась, что бы такое сказать, не выдавая своих истинных намерений. ‘ Я обедала с сэром Аланом, которому только что удалось доставить Элис домой. Он, похоже, был не в лучшей форме, как и следовало ожидать.

‘ Я знаю. Бедняга. Он водил тебя в Grumbles?

-Да.

- Должно быть, это было важно, раз ты потратил столько времени на такую неделю.

Кейт поняла, что это тонкий способ ее тети задать вопрос. - Да, но, полагаю, мне лучше не вдаваться в подробности. - Она подумала о том, чтобы поднять вопрос о высылке Майи из Белграда, но решила воздержаться и от этого.

- Вы слышали новости? - спросил я.

Кейт покачала головой.

- Немцы уже направили экспедиционный корпус в Эстонию. Французы говорят, что последуют их примеру. Министр иностранных дел назвал это разумным, премьер-министр - опрометчивым. Правительственная дисциплина, похоже, в этой стране полностью разрушена".

‘ Теперь, когда русские отступили, все это просто сигнал, ’ сказала Кейт. Она повернулась лицом к своей тете. ‘ Извините, что вынуждена просить вас еще об одном одолжении, - сказала она, - но мне нужно на несколько дней уехать в Финляндию. Сможешь ли ты выдержать оборону еще один раз?

‘ Финляндия? - Воскликнула Роуз. ‘ Наверное, мне не стоит спрашивать. ’ Она улыбнулась. ‘В какой-то момент мне лучше заново познакомиться со своим мужем, иначе Саймон разведется со мной. Ты уверена, что готова к этому?"

‘ Да. Я в порядке. Правда.

- Ты что, спал? - спросил я

‘ Да, ’ солгала Кейт. Она продолжала готовить. Роза налила два очень больших бокала белого вина.

За ужином Гас был сама словоохотливость, потчевая Роуз своими планами насчет "Комптон Хаус" для детей младше четырнадцати лет по крикету. Они ничего не значили для Кейт и, как она подозревала, не намного больше для Розы, но ни одна из них не сказала об этом.

В течение вечера Кейт неоднократно отправляла эсэмэски Фионе и не получала ответа, поэтому после ужина отправилась на короткую прогулку к дому Джеда. Она была удивлена, заметив у себя на хвосте машину . Конечно, ее наблюдатели в Службе безопасности не думали, что она настолько глупа, чтобы встретиться с русским агентом, когда знала, что находится под наблюдением. Но это было их дело.

Родители Джеда были очаровательной парой под пятьдесят, жившей в просторной квартире на верхнем этаже с видом на парк Баттерси на Принс-оф-Уэльс-драйв. Они предложили ей бокал вина и вежливо постарались не выказывать ни малейшего недоумения по поводу того, как дочь Кейт поселилась в их доме.

Фиона и Джед оба якобы были поглощены домашним заданием и не появлялись в течение получаса – и то, как подозревала Кейт, только по настоянию Джеда. Его застенчивые, добрые манеры скрывали стальной оттенок в душе, который она начинала очень любить.

Фиона поцеловала мать и села в угол, пока остальные вели вежливую светскую беседу. Они обсудили Национальное здравоохранение, политический раскол и крах государственной дисциплины. Кейт рассказала Фионе, что ее брата назначили капитаном "Комптон Хаус Ас", к чему она не проявила никакого интереса.

В конце концов родители Джеда вежливо удалились, а через несколько мгновений за ними последовал их сын. Кейт не могла не заметить, какой худой выглядела ее дочь. Понятно, что временно проживают в двух врачей не убедили ее польза для здоровья еды. - Чего ты хочешь?’ Фиона спросила.

‘ Ничего, ’ ответила Кейт. - Просто мне утром нужно уехать на несколько дней, вот я и хотел проверить, что с тобой все в порядке.

‘ Я в порядке. Куда ты идешь?

"Финляндия".

- Что вы собираетесь делать? Вторгнуться в Россию?

Кейт попыталась улыбнуться. Иногда ей приходилось признать, что юмор дочери ставит ее в тупик. Но, возможно, она должна быть благодарна Фионе за то, что она достаточно разбиралась в географии, чтобы понимать, что эти две страны соседи. ‘ Нет. Просто рутинное дело. Я не должен был уезжать надолго.

- Я буду дома на выходных, - сказала Фиона, протягивая оливковую ветвь.

‘ Отлично. Я действительно буду ждать этого с нетерпением. Не приготовить ли нам что-нибудь вместе?

-Хорошо.

- Вы бы выбрали что-нибудь особенное?

- Мне нравится та новая книга об индейцах, которую тебе подарила Роза.

Кейт снова улыбнулась. Ее дочь была прирожденной вегетарианкой. Она не могла не вспомнить дни, когда их разговоры текли так непринужденно. Что с ними стало? - Ты часто разговариваешь с папой? - спросила она.

-Почему?

Просто Гас сказал сегодня вечером, что они с папой разговаривали почти каждый день, и я подумала, что это было ... ну, очень хорошо. Я тоже на это надеялся.

Фиона почувствовала ловушку. - Да, я разговариваю с ним.

- Тогда это должно быть хорошо, не так ли?

-Конечно.

Кейт понимала, что сегодня вечером ей не удастся продвинуться дальше. Она встала, счастливая от того, что смогла добиться таких дополнительных успехов. Она хотела сказать дочери, как сильно любит ее, как скучает по той непринужденной фамильярности, которая была у них когда-то. Но кухня в доме родителей ее парня вряд ли казалась подходящим местом. Она обняла Фиону и была довольна, что получила в ответ хотя бы вялое объятие. - Спокойной ночи, любовь моя, - сказала она.

"Спокойнойночи".

- Я действительно буду с нетерпением ждать выходных.

‘ Я тоже. Наслаждайся Финляндией.

Кейт спустилась обратно на улицу, где хлестал дождь и за ней наблюдали вездесущие наблюдатели. Всю дорогу домой она обдумывала, как ей утром оторваться от "хвоста" так, чтобы преследователи не обнаружили ее побега, чтобы они объявили тревогу по всем имеющимся у нее в досье псевдонимам, что, безусловно, помешало бы ей проехать через Хитроу. Это было нелегко.

18


КЕЙТ ПРОСНУЛАСЬ РАНО и села за кухонный стол, попивая чай и обдумывая предварительный план, который она разработала накануне вечером с помощью старой лондонской азбуки, которую нашла на книжной полке Стюарта. В холодном свете рассвета это все еще казалось наиболее приемлемым вариантом.

Она предположила, что, если МИ–5 следит не только за ней, но и за главой Службы, они должны были получить от министра внутренних дел юридическое разрешение на применение ряда мер, включая электронный перехват – вот почему ей нужен был A-Z, а не Google Maps. Но это также давало ей возможность убаюкать их ложным чувством безопасности, особенно если они чувствовали, что она направляется куда-то ожидаемому и рутинному.

Итак, она начала день с раннего звонка секретарше доктора Вайзмана, попросив о срочной встрече. Она оставила сообщение, в котором объяснила, что провела еще одну бессонную ночь и сейчас приедет в Илинг в надежде, что он сможет ее приютить.

Затем она вышла из дома пешком, со спортивной сумкой через плечо. Последнее впечатление, которое она хотела бы оставить у своих наблюдателей, было впечатление женщины, отправляющейся в долгое путешествие.

Она пошла на север, обогнула парк Баттерси, пересекла реку, затем направилась на восток вместе с потоком пригородных поездов. Она петляла по Пимлико и, наконец, исчезла под землей, в метро на станции Виктория. По ее расчетам, команда состояла по меньшей мере из четырех человек, но, вероятно, не больше – ресурсов всегда было меньше, чем кто-либо мог себе представить, даже при поиске предателей, – и она заметила первого человека в группе наблюдения, когда в последнюю минуту отвернула от того, что казалось полным вагоном, и нырнула в следующий. Он был лыс, одет в синие джинсы и зеленую флисовую куртку Patagonia, но не рассчитал время для своего выпада и едва успел проскочить в двери. Один или двое пассажиров удивленно посмотрели на него, когда он уставился в пол. Кейт улыбнулась. Любительский.

Она выбрала второе место в соседнем вагоне, как только пересела на Центральную линию у Оксфорд-Серкус. Он стоял, прислонившись к борту, и читал "Таймс". На нем были коричневые кроссовки, серая уличная рубашка и куртка из гортекса. Но кто ходит на работу в час пик в такой одежде?

Во время пересадки между рядами на Оксфорд-Серкус она заметила, что лысый мужчина исчез из поля зрения. Очевидно, он почувствовал, что его заметили. Теперь она придвинулась ближе к мужчине в куртке из Гортекса, как бы давая ему понять, что и его она раскусила. Он не обратил на это внимания.

Одной из причин, по которой обращение к доктору Вайзману привлекло ее внимание, было то, что Илинг-Бродвей находился в конце линии. И поскольку она также выбрала самый последний вагон при пересадке на Оксфорд-Серкус, за пределами Уайт-Сити количество зрителей начало сокращаться. Мужчина в куртке из Гортекса сошел в Вест-Эктоне. Она видела, как он что-то бормотал в микрофон на лацкане, уходя по платформе.

Кейт присела, чтобы оглядеть остальных пассажиров. Конечно, в том, чтобы делать это незаметно, было целое искусство, что делало процесс медленным.

Когда поезд с грохотом приближался к конечному пункту назначения, она мысленно сказала оставшимся пассажирам, что все в порядке, но в последний момент передумала насчет пары в дальнем конце вагона. Они дружески болтали, сносно имитируя влюбленных, идущих на работу, но каковы были шансы двух человек лет двадцати с небольшим, направляющихся на работу на одной станции метро в одно и то же время?

Возможно, служебный роман. Но почему-то она сомневалась в этом. Их разговор был слишком напряженным, слишком последовательным. Пары, которые были такими словоохотливыми, также физически были поглощены друг другом в первом порыве любви. Она сделала мысленную пометку проверить, не появлялась ли эта пара где-нибудь по дороге за пределами кабинета доктора Вайзмана.

Она вышла из поезда на Илинг-Бродвей и направилась по платформе к барьерам. Она старалась держаться легко и непринужденно – инстинктивно замечать изменения в поведении подозреваемого долгое время было частью обучения слежке, - и через десять минут поспешила в приемную доктора Вайзмана, даже не взглянув по сторонам.

Секретарша доктора разговаривала по телефону, поэтому, не поздоровавшись и ничего не объяснив, Кейт прошла в ванную в задней части дома. Она закрыла дверь, открыла окно, вылезла наружу и бесшумно спрыгнула в пригородный сад за окном. Перелезть через забор с другой стороны без происшествий было сложнее – в итоге ей пришлось реквизировать тачку, – но, по ее расчетам, она оказалась на улице менее чем за тридцать секунд.

Она позволила себе оглянуться назад, затем быстро продолжила путь по маршруту, который выучила наизусть от Азбуки. Ее телефон, теперь выключенный – как и следовало ожидать от женщины, находящейся на приеме у своего психиатра, – больше не мог сообщать о ее прогрессе.

Единственная часть операции, которую она не смогла спланировать, заключалась в том, как именно она доберется оттуда до Хитроу, но в конце концов ей улыбнулась удача, и она поймала такси вскоре после того, как снова выехала на Мэдли-роуд в поисках автобуса.

Кейт ждала Джули, как и было условлено, в Pret A Manger по другую сторону контроля безопасности в Хитроу. Она сама забронировала билет на следующий рейс в Хельсинки, как только прилетела, проверив, есть ли свободное место для Джули. Ее сердце все еще сильно билось после выброса адреналина, вызванного избиением группы наблюдения. Кофе мало помог успокоить его ритм. Накануне вечером она приняла двойную дозу зопиклона, и четырехчасовой сон, который он ей дал, едва ли смягчил ее усталость. Она все еще чувствовала себя мертвой, и несколько коротких мгновений подумывала отменить поездку в Санкт–Петербург, но тут же передумала.

Джули пришла взволнованная, с номером "Таймс" под мышкой. - Извини, мне потребовалась целая вечность, чтобы отделаться от парней из Службы безопасности.

- Я думаю, они сменили команду.

‘ Логично. Сьюзи, должно быть, посоветовала им это. Эта девчонка - настоящая змея.

‘ Она нуждающаяся и неуверенная в себе, что не самое лучшее сочетание. Ты уверен, что потерял их всех?

‘ Да. Ты?

Кейт кивнула. ‘ Там была пара, которую я заметила только в самом конце, но я внимательно наблюдала. Они больше не появлялись. Ты хорошо забронировал билет?

‘ Да, судя по всему, рейс почти пустой. Хочешь еще кофе?

Кейт покачала головой, и Джули вернулась с двойным эспрессо. Она перевернула "Таймс" так, чтобы это было на первых полосах. В нем говорилось о расколе в альянсе НАТО между смелостью немцев и французов и осторожностью британского премьер-министра. ‘Я признаю, что у нас обоих есть сомнения относительно разумности этой поездки, но вы правы. У нас нет выбора. Джули указала на заголовок. ‘Я думала о жертвах, которые принесли все наши предки в последней войне. И ради этого мир, в котором наш лидер - аморальный предатель, вступивший в союз с нашим врагом? Мы неприятно привыкаем к тому, что все идет наперекосяк, но мы не должны этого делать".

Кейт пожала плечами. Что еще можно было сказать?

- Ты уверен, что не хочешь, чтобы я проделал весь путь с тобой?

- Мне понадобится поддержка здесь.

Джули кивнула и оставила это на потом. Это было правдой, и они оба это знали.

Джули допила свой кофе, и они направились к паспортному контролю и досмотру. Подходя к пограничному контролю, они переглянулись, но прошли его без происшествий и вздохнули с облегчением. К тому времени, когда МИ-5 осознает свою ошибку и догонит их, они, если повезет, будут уже далеко на пути к российской границе.


Рейс приземлился в Хельсинки под градом, самолет так сильно тряхнуло при заходе на посадку, что у Джули побелели костяшки пальцев, когда она вцепилась в подлокотники. Но к тому времени, как они взяли напрокат машину, солнце уже пробилось сквозь темные тучи. Покинув аэропорт, они поехали на восток под великолепной радугой. - Это знак, - сказала Джулия, улыбаясь.

Но риски, связанные с тем, что Кейт собиралась сделать, тяжело давили на них, и большую часть пути они прошли в молчании.

Они остановились в кафе в Котке, где расстались, когда Кейт совершила свое судьбоносное путешествие на дачу Сергея на берегу Финского залива шесть месяцев назад. Это место не вызывало приятных ассоциаций. Они заказали сэндвичи и кофе и посмотрели на высокий корабль, все еще стоявший у причала. Облака почти рассеялись, и солнце отражалось от воды. "Я не могу избавиться от ощущения, что это путешествие не приведет к счастливым результатам", - сказала Джули.

-Я тоже.

- Ты думаешь, нам следует повернуть назад?

-Я не могу.

- Я все равно предпочел бы пойти с тобой.

‘ Я знаю, что ты бы так и сделала, и я люблю тебя за это. Кейт улыбнулась подруге. - Что ты собираешься делать с Йеном?

- Разве это имеет значение?

- Я пытаюсь отвлечься от того, что подстерегает по ту сторону границы.

- Ну, я обязательно сообщу о нем в отдел кадров, если он хотя бы подумает уволить меня за это или тебя.

Кейт улыбнулась. Она размешала остатки кофе с молоком на дне чашки. ‘ Как насчет последней сигаретки? Они вышли на улицу, где с воды дул холодный ветер. Джули достала из кармана пачку "Мальборо" и протянула ее Кейт. - Как тебе спалось? - спрашиваю я.

"Химически индуцированный и совсем не успокаивающий".

‘ Ты действительно не в том состоянии, чтобы идти. Ты знаешь это? На самом деле, ты выглядишь так, словно тебе следовало бы поселиться на оздоровительной ферме до конца года.

"Я говорю себе, что делаю это ради Рава, и это заставляет меня чувствовать себя лучше".

Джули глубоко затянулась сигаретой и отвернулась, чтобы выпустить дым в чистое голубое небо. - Ты когда-нибудь думал, что Сьюзи права в том, что Стюарт не Вайпер? - спросила она.

‘ Стюарт был Гадюкой, я в этом уверен. Возможно, она права в том, что он не единственный человек, который нас предавал.

"Ты, я, Си, Дэнни или Йен: это не самая обнадеживающая подборка гребаных подозреваемых, не так ли?"

"Возможно также, как говорит Си, что больше никого нет и вопросы - не более чем догадки, совпадения и паранойя".

‘ Тебя никогда не беспокоило, что он и премьер-министр были близкими друзьями в школе? Джули сделала еще одну затяжку. "Я имею в виду, я надолго забываю об этом неудобном факте, а потом внезапно вспоминаю и думаю: "Черт возьми, это странно.

-Почему?

-Я не знаю. Просто, если бы они были друзьями, я имею в виду действительно друзьями, и Джеймс Райан был завербован русскими, разве не было бы естественным следующим шагом привлечь к делу его старого приятеля?"

‘ Вы, кажется, забываете, что сэр Алан поддерживал нас во всем, что мы пытались сделать. Это Ян занял позицию, которая, как можно предположить, полезна Москве".

- Ян не русский шпион, это я тебе точно могу сказать.

-Почему ты так уверен?

‘Он слишком слаб. Он бы не посмел, и последствия поимки привели бы его в такой ужас, что утром он не смог бы встать с постели".

- А что, если его шантажировали или подкупили?

‘ Как? Его жена богата, так что ему не нужны деньги. Я могу сказать вам, что он откровенный и энергичный гетеросексуал, и я не думаю, что у него есть какие-то особые наклонности, выходящие за рамки среднего уровня, и я не уверен, что даже доказательств измены или нескольких было бы достаточно, чтобы подтолкнуть его рискнуть работать на Москву. По сути, он всего лишь ребенок.

- Хотя это само по себе могло бы стать хорошим прикрытием.

Джули задумалась. ‘ Может быть. Но все же...

Кейт выбросила сигарету. Она улыбнулась. ‘ Спасибо за последний разговор. Это меня бесконечно воодушевило. Она обняла Джули. ‘ Подожди всего два дня, ’ сказала она, направляясь к машине. ‘ Если я к тому времени не вернусь, возвращайся в Лондон и признайся. Что ты будешь делать?

– Попытаюсь уйти от сети и посмотрю, смогу ли я уйти от преследователей из Службы безопасности, когда они нас догонят, - хотя бы для собственного развлечения.

‘ Выслеживать нас здесь потребует много сил и средств, ’ задумчиво произнесла Кейт. - Они могут просто сидеть тихо и ждать нашего возвращения.

- Ты думаешь, Йен или даже Си будут так расслаблены?

‘ Тебе следует позвонить им. Дай Яну заявление о задержании. Появилась зацепка. Мы должны были обеспечить оперативную безопасность, поэтому...

-Они никогда на это не купятся.

- Согласен, но они чертовски хорошо будут знать, зачем я уехал, и не захотят делать ничего, что поставило бы под угрозу мою безопасность.

"Демонстрируете большую веру в них обоих, - сказала Джули, - но как вам будет угодно".

Кейт поймала себя на том, что не сводит глаз с зеркала заднего вида, пока Джули не исчезла в лучах заходящего солнца. Прощание с безопасностью, по крайней мере, на ближайшее будущее.

Путешествие по бескрайним сосновым лесам пролетело незаметно, пока она прокручивала в голове последний разговор. Возможно, лучше было не гнаться за своим хвостом в состоянии сомнений и растерянности, постоянно выискивая все новых агентов врага: это свело на нет столько хорошей работы разведывательных агентств по всему миру, начиная со времен Джеймса Иисуса Энглтона из ЦРУ и далее. Но Джули была права, когда упомянула о школьной дружбе между сэром Аланом и премьер-министром. На каком-то уровне это ее тоже беспокоило.

Когда она добралась до пограничного перехода Ваалимаа, уже стемнело, и над ним на ветру с финской стороны развевались европейские и национальные флаги, пока она ждала за длинной вереницей грузовиков. Ветер дул с Балтики сильными порывами, налетая на арендованную машину и выбивая ее из колеи. Прошло полчаса или больше, прежде чем она предъявила ирландский паспорт на имя Кейт МакГиллис молодому человеку с каменным лицом в стеклянной будке на российской стороне перехода. -Добрый день, - сказала она.

Он не поднял глаз. Он пропустил паспорт через компьютер и просмотрел сопроводительные документы. Во всех ее паспортах – на данный момент у нее их было шесть – стояли действующие туристические визы в Россию.

Молодой человек с безупречной кожей и бесстрастным выражением лица смотрел на экран, казалось, целую вечность. ‘ Подрулите здесь направо и выйдите, ’ проинструктировал он ее по-английски. - С вами хочет поговорить мой коллега.

Кейт сделала, как ей сказали, с колотящимся сердцем. Когда она припарковалась, ее уже ждала женщина. Она тоже была молода, с туго зачесанными назад светлыми волосами и ярко-голубыми глазами. - Пожалуйста, пройдите сюда.

Она провела Кейт в комнату, по обе стороны от которой стояли стол и два стула. Женщина села, положив перед собой паспорт и сопроводительную форму для въезда. Она могла бы быть хорошенькой, если бы не угловатый подбородок и кожа, отмеченная детскими прыщами. - Какова цель вашего визита в Россию?

‘Я всегда хотел побывать в Санкт-Петербурге. Я пробуду здесь всего несколько дней".

- Где вы остановились? - спросил я.

‘ В отеле на Адмиралтейской набережной. Кейт указала на бланк, который на самом деле заполнила в лондонском офисе перед отъездом. Затем она достала подтверждение бронирования Expedia и пододвинула его к себе.

- У вас есть друзья в Санкт-Петербурге?

-Нет.

-Вы путешествуете один?

-Да.

- Когда вы прибыли в Финляндию?

- Во время ланча.

-Почему вы не полетели прямо в Санкт-Петербург?

‘ У меня был друг в Хельсинки, которого я хотел повидать. Мы вместе обедали.

-Где? -спросиля

Это застало Кейт врасплох, но она и глазом не моргнула. ‘ Ну, вообще-то она живет между столицей и Коткой, так что мы пообедали там, в кафе на набережной. Я не могу вспомнить его название.

Женщина уставилась на паспорт и листок бумаги рядом с ним, как будто и то, и другое было тайной, правда о которой скоро раскроется. - Чем вы занимаетесь?

Кейт снова указала на листок бумаги. - Я работаю в Oxfam.

-В Дублине?

- В Лондоне.

- Ты не похож на ирландца.

- Моя мать англичанка, и я вырос в Лондоне. Но мой отец все еще жив и живет в Дублине.

- Как его зовут? - спросил я.

-Дермот.

Еще одно молчание. На этот раз оно приобрело более угрожающий вид.

Это просто рутина, сказала себе Кейт. Откуда они могли что-то знать? Паспорта и предыстории сестры были легендарно эффективны. Они должны были быть такими. В Дублине был даже мужчина по имени Дермот Макгиллис, который согласился бы, что он ее отец, если бы его спросили, и у нее был его номер в телефоне.

‘ Что-то не так? - Спросила Кейт. Она позволила себе нотку раздражения в голосе. Настоящий турист уже был бы раздосадован задержкой.

‘ Подождите здесь, ’ сказала женщина. Она вышла из комнаты, осторожно прикрыв за собой дверь.

Кейт взглянула на настенные часы. Было семь, и ночь уже давно опустилась, ветер дребезжал в окнах и врывался под дверь. Ей было холодно, и ей ужасно захотелось сигареты.

Она ждала. Невозмутимое, медленное, преднамеренное запутывание российских официальных лиц было направлено на то, чтобы выбить виновных из колеи, и она пока не видела логических причин для беспокойства.

Время тянулось. Прошло пять минут, потом десять.

Пока женщина снова не встала перед ней. - Ты можешь идти, - резко сказала она.

Кейт поборола искушение спросить, в чем дело, и вернулась в машину. ‘ Спасибо, ’ сказала она, улыбаясь женщине. Она направилась в ночь.

Поездка в Санкт-Петербург была долгой, безликой и промокшей из-за дождя, который недавно залил постоянно изрытые дороги. Но по мере того, как она приближалась к старой российской столице, температура упала, и эпизодические порывы проливного дождя сменились постоянным снегопадом. Сначала он растаял на влажном асфальте, но к тому времени, как она добралась через промышленные окраины до грандиозного европейского центра города, он окутал его улицы волшебным зимним одеялом, которое Кейт так хорошо помнила.

Она припарковалась у главного входа в отель, который находился прямо на Адмиралтейской набережной, и зарегистрировалась в элегантной современной приемной. Она попросила парковщика позаботиться о парковке машины и направилась в свой номер на пятом этаже.

Обстановка была настоящим храмом праздничного безвкусицы современной России: буйство фиолетового, дорогой телевизор и кремовый диван, с которого можно было смотреть. Кейт отдернула сетчатую занавеску и посмотрела на реку Неву, почти скрытую в метели. Она оглядела набережную.

Она достала из мини-бара маленькую бутылочку виски и проглотила два зопиклона вместе с ее содержимым.

Все, что она ощущала, выключая свет, - это учащенное биение своего сердца.

19


КЕЙТ’ПОБЕСПОКОИЛАСЬ о завтраке. Она надела пальто и шапочку, которую засунула в карман, и вышла на улицу, в арктический зимний холод. Она встала с рассветом и с тех пор не отходила от окна, наблюдая, как солнце неуклонно ползет по Неве и величественным зданиям Васильевского острова напротив.

Кейт шла по Дворцовому мосту, остановившись посередине, чтобы перегнуться через борт. Шпиль Петропавловского собора блестел на ярком солнце, под ней размеренно текла река, еще не замерзшая, несмотря на пронизывающий холод. Дворцовая площадь была почти пустынна, туристы еще не вышли из своих дорогих отелей. Она закурила сигарету и втянула дым вместе с испарениями утреннего уличного движения. Это заставило ее почувствовать себя совершенно несчастной, но она справилась с половиной, прежде чем, наконец, выбросила остатки в реку внизу.

Она начала идти и тут же остановилась. Что она здесь делала? Тщательно выстроенные оперативные аргументы рухнули перед лицом грызущего ее одиночества. Она чертовски хорошо знала, почему на самом деле оказалась здесь, и это заставляло ее чувствовать себя глупой, нервной и наивной по очереди. Она снова стала четырнадцатилетней девочкой, готовящейся к своему первому свиданию с Питом Картером, анархистом-стажером.

Она взглянула на часы. Она прошла мимо Ростральных колонн – некогда примитивных маяков для речного сообщения на Неве, – огромного массива бывшей Фондовой биржи, медового цвета зданий университета и суровой серой красоты Академии наук. В этой части острова, недалеко от Стрелки, все еще сохранились признаки грандиозного административного центра, который когда-то задумывал основатель города Петр Великий. Но чем дальше вы отходили от Невы, тем больше ощущали торговое прошлое, которое было ее истинной судьбой. Сергею нравилось вызывать в памяти образ царского расцвета, когда летний воздух был наполнен свистом лебедок, криками чаек и возгласами экипажей кораблей, когда лавина разнообразных грузов разгружалась со всей Российской империи и далеко за ее пределами. "В дни великой России, - сказал он, - насколько иначе все могло бы быть, если бы не Революция".

Вот почему она всегда называла его мечтателем.

Остров был разбит на линии, и от Кадетц-кая до пятой линии он сохранял довольно благовоспитанный вид. Оттуда и до четырнадцатого был район среднего класса и торговли, а за ним - многоквартирные дома бедноты - и каждая часть острова все еще несла на себе отпечаток своей истории, несмотря на жестокие десятилетия советской власти, а возможно, и благодаря ей. Кейт обошла собор Святого Андрея и, убивая время, изучила элементарные продукты, которые предлагались на утреннем рынке.

Она проскользнула в кафе, существовавшее еще с царских времен, и заказала кофе. На стенах висели фотографии последних Романовых в Ливадии, их поместье в Крыму. Рядом с ними, на почетном месте рядом с дверью, висел портрет нынешнего российского президента в рамке, как будто его связь с бывшей королевской семьей была совершенно очевидна.

Когда терпение ее лопнуло, Кейт дошла до восьмой линии и все еще неряшливого многоквартирного дома, в котором располагалась квартира, когда-то принадлежавшая дедушке Сергея, важному чиновнику коммунистической партии и морскому отделу города, которому каким-то образом удалось сохранить голову и положение во время правления сталинского террора.

Она поднялась на верхний этаж и постучала. В воздухе чувствовалось ее дыхание. Она глубоко засунула руки в карманы.

Дверь чуть приоткрылась.

Либо память Кейт сильно обманула ее, либо мать Сергея, Ольга, сильно уменьшилась в размерах. Если она никогда не была полнокровной, то была хорошо сложенной, красивой женщиной, далекой от той сгорбленной, шаркающей фигуры, которая смотрела на Кейт сейчас сквозь туман времени. ‘ Да? ’ спросила она с сильным киевским акцентом, выдававшим ее происхождение. - Могу я вам помочь?

‘ Ольга, это Кейт. Она заговорила по-русски и отступила назад, в свет, льющийся из окна на лестничной площадке. - Друг-студент Сергея из Англии.

Лицо пожилой женщины просветлело. Она широко распахнула дверь. ‘ Кейт? В ее улыбке была вся прежняя приветливая теплота. ‘ Это действительно ты? После стольких лет? Заходи, заходи. - Кейт шагнула в полумрак. Ольга схватила ее за руки. - Дай-ка я посмотрю на тебя. ’ Теперь в этих старых глазах был свет. ‘ Как ты здоров, - сказала Ольга. - Что ты здесь делаешь?

‘ Просто проезжал мимо … по делам.

‘ Но после стольких лет! Ольга в замешательстве покачала головой. - Входи, - повторила она, приглашая ее пройти дальше в квартиру.

Кейт последовала за ней по коридору в гостиную. - Что я могу сделать для тебя?’ Ольга попросила.

- Все, что у тебя есть.

Ольга взяла пальто, положила его на стул в углу и исчезла на кухне, чтобы поставить чайник. Кейт села у старого газового камина. Эта комната была похожа на шаг назад в советское время: занавески и стулья серые с темно-красным, старомодный радиоприемник в бакелитовом корпусе. Кейт посмотрела на стены вокруг себя, все еще увешанные фотографиями хоккейной команды Санкт-Петербурга, стадионом которой руководил муж Ольги Петр, и фотографиями Сергея, единственного ребенка пары.

Ольга вернулась с двумя чашками черного чая и тарелкой домашнего пряника, разновидности плоского медового хлеба, к которому Кейт слишком пристрастилась в студенческие годы. Она улыбнулась, когда Ольга протянула ей тарелку. - Ты вспомнила.

-Конечно.

Ольга без вопросов положила ложку сахара в чай Кейт, затем наклонилась вперед, чтобы снова взять ее за руку, глаза ее сияли. ‘ Расскажи мне все! Сергей сказал, что вы женаты.

"Был".

‘ Ах, мне жаль. Но такое случается. О преданности Ольги и Петра друг другу ходили легенды. - Дети?

‘ Два. Фионе почти шестнадцать, а Гасу – сокращенное от Ангуса – тринадцать.

- У тебя есть фотографии? Кейт нащупала телефон и пролистала его, пока не нашла фотографию Гаса и Фионы. Снимок был сделан на террасе отеля в Венеции. Ольга одобрительно кивнула. ‘Такая хорошенькая девушка. Похожа на тебя".

- Ха, я не совсем уверен.

- Вы работаете в России?

‘ Нет. ’ Кейт поняла, что солгала слишком поспешно. - Очень редко.

Ольгины глазки-бусинки пристально смотрели на нее. Бывшую учительницу было трудно обмануть. Она могла переключаться и переключала с русского на английский и обратно, но Кейт продолжала говорить с ней по-русски. - Если бы только он завоевал твое сердце, - тяжело произнесла Ольга.

Кейт уставилась в пол. - Я не уверена, что он этого не делал.

- Я имею в виду правду.

- Возможно, если бы я уже не был связан обязательствами с кем-то другим ...

- А теперь, похоже, ты свободен.

- Да, полагаю, что так.

- Вы за этим пришли? - спросил я.

От прямоты вопроса Кейт внезапно потеряла дар речи. ‘ Нет, … Я так не думаю. Не специально, но, возможно, в надежде увидеть его. Он всегда был мне большим другом. Кейт посмотрела на фотографию мужа Ольги, стоявшую на темном комоде рядом с ней. Это была фотография тех дней, когда он служил в советской армии. - Как Пьетр? - спросил я.

- Только мертвые могут знать.

‘ О, … Мне так жаль. Кейт почувствовала, что краснеет. - Когда ты...

- Несколько месяцев назад.

‘ Прости, Ольга. Я знаю, как вы всегда были близки.

‘Сергей опустошен. Я думаю, что в каком-то смысле для него это еще хуже. Он боготворил своего отца".

Ольга погрузилась в свои мысли. Кейт отвернулась к окну. Дальнейшее вторжение казалось неделикатным. - Сергей здесь, в Санкт-Петербурге? - спросила она как можно невиннее.

- Вчера он приезжал навестить меня. Сейчас ему трудно проводить так много времени в Москве.

‘ Ты не знаешь, где я могу его найти? Было бы здорово выпить с тобой чашечку чая, хотя бы в память о старых добрых временах.

Выражение лица Ольги было непроницаемым. У Кейт возникло неприятное ощущение, что эта добрая пожилая женщина в некотором роде смеется над ней. ‘ Где вы остановились? ’ спросила она. - Я дам ему знать, что ты здесь.

‘ В отеле на Адмиралтейской набережной, ’ ответила Кейт. ‘ Но, пожалуйста, скажите ему. У него есть мой номер. Было бы здорово повидаться с ним, если у него найдется время перед возвращением в Москву. Слова прозвучали не так, как ее собственные. Она встала слишком поспешно, опрокинув чай на пол. - Ольга, мне так жаль.

Пожилая женщина отмахнулась от ее беспокойства, и когда Кейт отправилась на кухню за тряпкой, Ольга с неожиданной силой схватила ее за запястье. ‘ Все в порядке, ’ тихо сказала она, глядя прямо в глаза Кейт. - Все в порядке.

Кейт встала, но Ольга не отпустила ее. - Зачем ты на самом деле здесь, моя дорогая?

‘ Кое-какие дела. Я...

-Спустя столько времени?

- После стольких лет - да.

‘ Ты выглядишь … одинокой.

-Так и есть.

"У нас одна жизнь".

-А я сам все испортил.

‘ Еще не слишком поздно. Никогда не бывает слишком поздно. Ольга отпустила ее. ‘ Я скажу ему. Что он об этом думает, я не могу сказать.

Кейт взяла свое пальто. Ольга проводила ее до входной двери. - Будь осторожна, моя дорогая, ладно?

‘ Конечно. У Кейт не было желания спрашивать, в чем заключалось это предостережение.

Снаружи все еще дул пронизывающий ветер, и Кейт присела на пороге многоквартирного дома, чтобы выкурить сигарету. Она взглянула на часы. Не было еще и десяти часов.

Она снова пошла пешком, обратно к мосту и Адмиралтейской набережной. Она направилась к Невскому проспекту, полагая, что, по крайней мере, в это утреннее время там будет жизнь. Покупателей, казалось, было немного – российская экономика была очень тяжелой, если только у вас случайно не было банковского счета олигарха, – поэтому она устроилась в Литературном кафе, бывшем "Вольф и Беранже", ресторане, из которого Пушкин отправился на свою роковую дуэль в 1830-х годах. Она заказала кофе и блинчики с копченым лососем, которые подавались со сметаной, корнишонами и луком. Она без особого энтузиазма гоняла их по тарелке, думая, что превращается в свою дочь.

Она включила телефон впервые с тех пор, как уехала из Лондона. Единственные сообщения были от Сьюзи – последовательная череда сообщений с вопросом, где она была и что делала, предположительно отправленных по просьбе ее друзей из МИ-5. Молчание коллег из организации Кейт было зловещим. Она предположила, что сэр Алан и Йен, должно быть, догадались о ее намерениях. Когда она вернется, ей придется чертовски дорого заплатить.

Она не получила ни единого сообщения ни от кого другого, и она не могла не провести контраст с теми днями, когда Стюарт держал тыл, ее дни и ночи были перемежаемы постоянным потоком сообщений, чувства которых варьировались от удивления до раздражения. Никто не подготовил вас к тому, насколько одиноким стало воспитание после развода.

Она убила в кафе столько времени, сколько смогла, а затем продолжила свой променад по главной торговой улице Санкт-Петербурга. Она понимала, что усталость делает ее неряшливой, поэтому, хотя с тех пор, как она пересекла границу, не увидела и не почувствовала ничего, что могло бы вызвать у нее подозрения, она попыталась сделать элементарную химчистку. Русские были хороши в слежке на своей территории, и она должна была признать, что они вполне могли перехитрить ее.

Она миновала Строгановский дворец и не спеша прошлась по лютеранской церкви. Она перешла дорогу и побродила среди грандиозных коринфских колонн Казанского собора Пресвятой Богородицы, затем перешла канал Грибоедова и свернула в впечатляющую аркаду Гостиного двора, главного базара Санкт-Петербурга с середины восемнадцатого века. Магазины и киоски здесь были более изысканными, чем она помнила. Она купила несколько футболок советской эпохи в стиле ретро для Гаса, Фионы и Джеда, а затем снова пересекла Невский проспект и направилась к красивому зданию в современном стиле, в котором располагался гастроном "Елисеев".

Там она задержалась ненадолго, затем снова вынырнула, чтобы пересечь реку Фонтанку. Она прошлась по Московскому вокзалу, прежде чем вернуться в Гостиный двор и устроиться в одном из его угловых кафе. Она как раз боролась с искушением взглянуть на свой телефон, когда тот наконец зазвонил.

Это было сообщение в WhatsApp от Сергея. Привет, слышал, ты в Санкт-Петербурге. Отличные новости. Сегодня немного напряженно, и мне нужно успеть на ночной поезд до Москвы сегодня вечером. Хочешь поехать со мной?

Кейт смотрела на него, пока перед глазами не начало расплываться. Почему бы и нет? она ответила, прежде чем успела обдумать последствия.

Отлично, - отозвался он. Увидимся в центральном вестибюле вокзала в 11 часов вечера.

20


МОСКОВСКИЙвокзалСанкт-Петербурга заметно изменился со времени последнего визита Кейт; треугольный потолок советских времен, который когда-то казался таким мрачным, теперь смягчился современным освещением. Но карта железнодорожной сети старой Советской Империи по-прежнему занимала почетное место, и Кейт смотрела на нее, когда услышала знакомый голос позади себя: "Смотрите, кто это ..."

Она резко обернулась. Он стоял перед ней, каждый дюйм был тем студентом, которого она помнила. На нем были черные джинсы, темно-синяя футболка и черная кожаная куртка, на ногах - дорогие на вид замшевые мокасины. Он не брился, щетина на его красивом подбородке была такой же блестяще-черной, как и густые волнистые волосы на голове. Он впервые надел очки в черепаховой оправе. ‘ Красивые туфли, ’ сказала она, глядя на его ноги. Его любовь к дорогой обуви была их личной шуткой в студенческие годы, поскольку однажды он признался, что украл больше нескольких пар во время своих поездок на Запад.

‘ "У Тода", - сказал он, улыбаясь ей. ‘ И более того, я сам за них заплатил. Он взглянул на бар в углу. ‘Давай, отпразднуем’. Он подошел к стальному столику, бросил сумку на пол и перегнулся через стойку, чтобы заказать бутылку водки.

‘ Что мы празднуем? - Спросила Кейт.

‘ Наша встреча. Здесь, в России. Спустя столько времени. Он снова улыбнулся. - Ты, должно быть, сошла с ума, раз приехала сюда.

- Или отчаявшийся, - добавила она.

-За что?

- Давай не будем об этом.

Он налил два бокала. Они подняли тост друг за друга. -Ностровия, - сказали они хором, разом опрокидывая рюмки.

- Ты хорошо выглядишь, - сказал он.

- Я выгляжу измотанной и старой, но хорошая попытка.

- Ты не изменился.

"Лжец".

- Та же улыбка, те же острые скулы, тот же изящный носик.

"Больше очередей, больше сумок и чертовски много багажа".

- Значит, нас двое.

‘ Ах, да? У тебя есть бывший муж?

‘ Нет, в тебе есть что-то от меня. Он снова наполнил ее бокал. Они снова выпили.

- Мы собираемся продолжать в том же духе всю ночь? - спросила она.

‘ Почему бы и нет? Москва всегда выглядит лучше с похмелья.

Кейт взглянула на табло над собой. - Почему ты едешь на поезде?

- Вы летали "Аэрофлотом"? Кроме того, я люблю "Найт слипер". Это напоминает мне о детских каникулах в Ялте. Романтика долгого путешествия, ощущение свободы во подвешенном времени..."

‘ Ах да, ’ сказала она. - Я помню, ты меня приглашал.

‘ Чудесные ночи, неземной свет, волшебство старой России. Я был убежден, что ты в конце концов сдашься.

- Возможно, я бы так и сделал.

"Так близко и в то же время так далеко".

На этот раз Кейт снова наполнила бокалы. Внезапно у нее возникло непреодолимое желание дико, вслепую напиться. - Ты когда-нибудь думал о том, что могло бы быть? - спросила она.

‘ Не так часто, как раньше. Я имею в виду, не чаще раза в месяц.

- Мне очень жаль, - сказала она.

-За что?

‘ Обманываю тебя. У тебя были бы все основания ненавидеть меня.

‘ Но я любил тебя. И до сих пор люблю.’Его мегаваттная улыбка – ее очевидная искренность, то, как она, казалось, преобразила его лицо, – все еще была способна сразить ее наповал. ‘Но это было так давно. Я не говорю, что ждал тебя. Были и другие женщины. Просто ни одна не подошла.

Кейт уставилась в свой стакан. - Черт, - сказала она.

- Ты проделал весь этот путь, чтобы это услышать?

‘ Я не знаю, зачем я пришла. Она посмотрела на него. Его взгляд был прикован к ней. Она нырнула на более безопасную территорию. - Рада была повидать твою маму, - сказала она.

- Она была вне себя от радости. Она всегда считала, что я должен был сделать тебе предложение и уехать жить на Запад.

‘ Мне жаль твоего отца. Он был невероятно добрым человеком.

‘Вполне возможно. Особенно для незнакомых людей, которые могли бы быть о нем хорошего мнения."Отношения Сергея с отцом всегда были сложными, что, как однажды сказал Сергей, было следствием неудовлетворенных амбиций старика. Но он был добр и очарователен только с Кейт.

Она взглянула на часы на стене. Только что пробило четверть двенадцатого. ‘ Пойдем, - сказал он. ‘ Нам лучше сесть. Бутылку водки и стаканы он прихватил с собой.

Сергей вывел ее из вестибюля вокзала на платформу. Поезд "Красная стрела", направлявшийся в Москву, представлял собой длинную, изящную машину в красно-серой окраске, соответствующей ее названию. Женщины в красных пальто с черным фетром и меховых шляпах стояли на платформе, ожидая, когда их пассажиры сядут в первый класс, и Сергей, казалось, знал, куда они направляются. Он предъявил им билеты, поднялся на борт и повел ее по узкому коридору. ‘Не поймите меня неправильно, ‘ сказал он, - но я забронировал нам одну каюту. Я подумал, что после стольких лет мы все равно проведем за разговорами большую часть ночи.

Кейт не рискнула отвечать.

Каюты первого класса были окрашены в ослепительный насыщенный красный цвет, начиная с коек и заканчивая занавесками и бархатными спинками сидений. Сергей поставил свой чемодан, а Кейт - ее тонкую спортивную сумку, стараясь не задеть друг друга, и затем они сели на противоположные койки. Сергей налил еще две рюмки водки. ‘ Хорошо, ’ сказал он. ‘ Теперь мы действительно начинаем. Ностровия.

-Ностровия, ’ ответила она, и они снова выпили. У нее начала кружиться голова.

Поезд несколько раз дернулся вперед и назад. А затем он начал медленно удаляться от платформы, городская грязь за ним смягчалась тонким слоем свежего снега. "Мне было жаль услышать о Стюарте", - сказал он.

- А ты был?

‘ Да. Я знаю, как важна для тебя твоя семья.

- Вы его видели? - спросил я.

‘ В Москве? Он покачал головой. ‘ Судя по всему, он представляет собой печальную фигуру. У офицеров СВР плохая репутация в том, что касается слежки за своими агентами и перебежчиками.

В последовавшем долгом молчании она выдержала его взгляд. - На кого ты работаешь, Сергей?

- Ты знаешь ответ.

‘ Но в том-то и дело. Я не уверен, что понимаю.

- Я работаю на российское правительство.

-Из ГРУ?

Он не ответил, но в данном случае она восприняла его молчание как знак согласия.

- Почему вы сообщили мне, что Игорь, Василий и остальные будут на яхте в Стамбуле?

- Разве это имеет значение?

-Да.

- Чтобы помочь тебе.

-Почему?

- Потому что все это время я не мог выкинуть тебя из головы.

- Мои коллеги считают, что вы рассказали мне о том, что должно было произойти на яхте, в попытке дискредитировать ваших конкурентов в СВР.

‘ А ты? Что ты думаешь?

‘ Я ... не знаю. - И, произнося это, она осознала, что на самом деле не знает. Не совсем честно. - Я не верю, что вы могли бы цинично ввести меня в заблуждение.

- На что еще нам приходится полагаться в жизни, кроме своих инстинктов?

Теперь Кейт пожалела, что не стала пить водку помедленнее. - Тем не менее остается вероятность, что вы сказали мне правду, что также отвечало вашим интересам и интересам вашей организации. В этом не было бы ничего бесчестного.’Он смотрел в окно, на снег, падающий на призрачный пейзаж. "Мне нужно спросить тебя еще кое о чем", - сказала она. "Правда ли, что Василий Дуров был смещен с поста главы СВР и находится под домашним арестом?"

‘ Он не под домашним арестом. Пока нет.

- Но Кремль отвернулся от него?

‘Идет битва. Неясно, кто выйдет победителем".

Кейт заглянула в эти большие темные глаза. Она не была уверена, сколько еще сможет сохранять видимость профессиональной отстраненности. "Нам представили доказательства предательства нашего премьер-министра".

- Какого рода “доказательства”?

"Подробности о том, как и когда производились платежи, и копия секс-видео, которое использовалось для его поимки, снятого с несовершеннолетними девушками, когда он был армейским офицером, служившим в Косово".

Сергей кивнул, как будто совершенно не удивленный. ‘ Кто это предложил? Дуров?

Игорь и его сын. Они также чувствуют угрозу из-за своего союза с Дуровым и убеждены, что сеть приближается к ним здесь. Они готовы отдать его нам в обмен на убежище на Западе. Так видео настоящее или поддельное?"

‘ Я не знаю. Но тебе нужно быть осторожной, Кейт.

-От чего?

- Вы думаете, после стольких лет ваш муж был единственным активом российского государства в центре британской разведки?

-Кто же еще?

‘ Есть секреты, которых не знаю даже я. Но ты сильно рисковал, придя сюда. Это было храбро, но и глупо. Что, если они следили за тобой? Сергей сделал еще глоток водки и подошел, чтобы сесть рядом с ней, наполовину повернувшись на диванчике так, что его колено касалось ее бедра. Затем тихо добавил: ‘ Если ты продолжишь в том же духе, это может стоить тебе больше, чем твоя карьера. Ты должен это знать. Хотя, если я когда-либо слышал о такой причине, стоит жить ради сегодняшнего вечера. Он взял стакан из ее рук и поставил его на стол. Он протянул руку назад и щелкнул замком на двери.

Он повернулся к ней. У Кейт закружилась голова, сердце забилось, как тогда, когда она была студенткой на той даче и жаждала этого момента. Он коснулся ее волос, щеки, белой, усыпанной веснушками кожи на шее.

А потом он поцеловал ее.

Его запах, вкус и тепло его губ...

С тех пор, как она узнала о предательстве Стюарта, она не думала о сексе иначе, чем из академического любопытства, но теперь внутри нее взорвалось желание. Они двигались с настойчивостью приговоренного, его твердое, уверенное прикосновение к ее ноге, под юбкой, поднимая бедро, пока ее синее платье в горошек не задралось на талии, обнажив длинные стройные ноги над синими носками и потертыми кроссовками.

Он с отработанным мастерством расстегнул сзади ее лифчик и поцеловал живот, неуклонно продвигаясь вниз. Она выгнула спину, изнывая от желания, и он осторожно освободил ее, пока все, что она видела, это свое белое нижнее белье, обернутое вокруг одной ноги, прежде чем полностью раствориться в нем.


Такого раньше никогда не было, - вот все, о чем могла думать Кейт, лениво лежа в его объятиях после этого. Никогда со Стюартом – по правде говоря, не таким любящим, чудесным и веселым, каким это так часто было. И, конечно, не в первый раз с Питом Картером, который был болезненным и унизительным поочередно, или с молодыми парнями, которые эпизодически сопровождали его до того, как она встретила Стюарта.

Как будто каким-то странным образом этот секрет раскрылся в тот момент жизни, когда она больше всего в нем нуждалась.

Она была настолько погружена в свои мысли, что прошло много минут, прежде чем ее поразила полная неспособность найти какие-либо средства контрацепции. Она поспешно скатилась с койки, подобрала нижнее белье и привела в порядок платье и лифчик, придав им измятый вид.

-В чем дело? - спросил он.

-Мне просто нужно в туалет.

- Ты неисправимый романтик.

‘ Вернусь через секунду. Не уходи. Она дошла до двери, оглянулась на него. ‘ Это стоило ожидания. Это все, что я скажу.

Он улыбнулся ей. - Было приятно узнать, что тебе нравится заниматься любовью, не снимая туфель-лодочек.

- Я всегда знал, что ты извращенец.

Кейт вприпрыжку бежала по коридору и не думала о том, что может снова забеременеть, пока не просидела довольно долго на унитазе. Что она пыталась сделать – выбросить это из головы?

Она мысленно вернулась назад. У нее были последние месячные. … Черт, как давно? Может быть, месяц. Нет, два. Возможно, даже три. Она всегда была нерегулярна в периоды стресса, и потребовалось много времени, чтобы забеременеть сначала Фионой, а затем Гасом.

Она не могла быть беременна. Вероятно, у нее даже не было овуляции.

Но что, если это так? Она даже представить себе не могла, как объяснить детям обстоятельства. Что бы она сказала? Что у нее был роман на одну ночь со старым парнем во время поездки в Россию?

Она ни за что не смогла бы сделать аборт. Никогда. Не после той радости, которую принесли ей оба ребенка. И, вероятно, даже не до этого, если быть честной. Боже мой, о чем она только думала? Она уставилась на свое нижнее белье, валявшееся на полу, и на свои вызывающие синие кроссовки. Ей нужно было принять утреннюю таблетку. У аптекаря в Москве.

Да, почему бы и нет? В этом был смысл. Она попросит Сергея сводить ее на один из них. И, в любом случае, дополнительное время, проведенное вместе, могло бы даже оказаться полезным: это дало бы ей возможность выудить из него больше информации о том, что на самом деле происходит в Центре Москвы.

Она взяла себя в руки как физически, так и метафорически, вымыла руки и пошла обратно по коридору с приятной уверенностью в том, что, зачатие или нет, вряд ли это был последний раз, когда она занималась сексом с Сергеем в ту ночь.

‘ Вы готовы к десерту, сэр? ’ спросила она, приоткрывая дверь. Но зрелище, которое ее ожидало, уничтожило в ней все чувства, кроме инстинктивной, животной паники.

Обнаженный Сергей лежал на спине, его худое тело было залито кровью, горло перерезано от одной стороны до другой.

21


КЕЙТ СЕЛА на койку напротив него. Стены были забрызганы кровью из перерезанной артерии Сергея, которая растеклась по широкой дуге в его жестоких предсмертных судорогах. На окне была кровь, даже на бутылке из-под водки, поскольку он, очевидно, пытался достать какое-нибудь оружие, чтобы дать отпор.

Кто убил его? Где они были?

Она снова встала, рывком захлопнула дверь и заперла ее. Она села, пытаясь мыслить здраво, несмотря на слишком большую дозу водки. Ее сердце колотилось в груди, как отбойный молоток.

Где был убийца?

Ушел. Должно быть, он ждал, пока Кейт уйдет, прежде чем напасть. Если бы он хотел убить ее, то...

Он бы так и сделал. Он бы убил их обоих. Конечно. Нет, определенно. Но кто стоял за этим. ГРУ? Коллеги Сергея, взбешенные тем, что он может выдать их секреты? В таком случае, почему бы не убить и ее тоже?

СВР? Ее предположительно уходящий глава Василий Дуров? Игорь Бородин и его сын Михаил?

Русская мафия?

Но почему не убить и ее тоже? Зачем ждать, пока она уйдет, и убивать только его?

Кто-то прошел снаружи. Господи, а как же охрана? Что они будут делать, когда обнаружат это? Ее арестуют, будут судить, отправят в тюрьму более чем на всю жизнь...

Она должна была убираться отсюда. Сейчас же. Ее ДНК была повсюду – на каждом дюйме его тела и кареты. Никакие попытки навести порядок, скорее всего, не приведут к чему-либо большему, чем усилят подозрения относительно ее истинных намерений. Она взяла свою сумку с вешалки, открыла дверь и посмотрела вверх и вниз по коридору. Было темно, если не считать ночных фонарей и лунного света, отражавшегося от снежного пейзажа за ними.

Она плотно закрыла за собой дверь и пошла прочь по вагону. Она прошла через смежную дверь в следующий вагон. Было тихо, если не считать стука колес по рельсам внизу. В конце коридора она услышала, как двое служителей тихо переговариваются на камбузе, но она проскользнула мимо них в другой вагон. А потом еще в один, пока не смогла продвинуться дальше. Она поставила свою сумку у двери и просто ждала.

Она чуть опустила стекло и закурила сигарету. Она курила, глядя на бесконечную череду заснеженных сосен, полей и домов.

Кейт ждала, что последствия ужасной сцены, свидетелем которой она стала, примут свой естественный оборот, но самым странным во всем этом было то, что вообще ничего не произошло. Поезд не остановился внезапно на маленькой станции посреди ниоткуда. Ни одна полиция не ступила на борт. Ни одна охрана не прибежала.

Через час, а может быть, и два, охранник подошел к своему камбузу в дальнем конце поезда. Он заметил ее и высунул голову из-за борта, чтобы спросить, все ли с ней в порядке. Она пожала плечами, делая вид, что не понимает языка, и он оставил ее в покое.

Глубокой ночью ничто не шевелилось. Она курила сигарету за сигаретой, затем закрыла окно и села на пол, неудобно прислонив голову к стенке вагона.

Наступил рассвет. Поезд с грохотом проехал по грязным окраинам российской столицы и в конце концов остановился на Ленинградском вокзале.

Кейт вышла первой. Она не оглядывалась через плечо, потому что они знали, где ее найти, если таково было их намерение, хотя у нее хватило ясности ума поразмыслить о том, как мало она на самом деле имела представления о том, кто такие "они". Какой бы усталой, обезумевшей, потрясенной она ни была, все это не имело никакого смысла.

Она почти побежала через ярко освещенный вестибюль к пешеходной части Комсомольской площади. Она остановилась у ряда желтых такси и оглянулась через плечо на башню с часами над вокзалом. Было восемь тридцать. Она огляделась. Если они и наблюдали за ней, то она определенно была не в том состоянии, чтобы выделить их из огромной толпы ранним утром приезжих. Она на мгновение задумалась, не сесть ли в такси или отправиться прямо назад, чтобы успеть на обратный поезд в Санкт-Петербург.

Она открыла Google Maps. Ей нужно было где-нибудь посидеть, подумать. Она обнаружила, что парк Сокольники находится совсем недалеко, и быстро зашагала туда, не обращая внимания на окружающих ее людей.

Рядом с парком находилась православная церковь, поэтому она уселась на скамью в конце зала и закрыла глаза. В тот момент, когда она это сделала, она вызвала в воображении образ лица Сергея, его выпученных от боли и шока глаз, вызванных его внезапной смертью. Она не заметила никаких особых признаков борьбы: был ли это кто-то, кого он знал, даже ожидал?

Кто мог его убить? И почему?

Ее не было в списке пассажиров, но они, должно быть, видели, как они садились в поезд. Если так, то почему ее пощадили? Кейт попыталась взять себя в руки. Она оглядела пустую церковь.

Она подошла ко входу и выглянула наружу. Две женщины в длинных плащах прислонились к железной ограде у дороги, как будто ждали ее. Она снова отступила.

Повинуясь инстинкту, который она позже потратила много времени, пытаясь проанализировать, Кейт решила позвонить Стюарту. Он ответил после третьего гудка, как будто каким-то образом ожидал ее звонка. Этого было почти достаточно, чтобы побудить ее немедленно положить трубку, но не совсем: она была в отчаянии. - Привет, любимая, - сказал он, - как приятно тебя слышать.

- Где ты? - спросил я.

- Э-э, дома. Ну, если это можно так назвать. В моей московской квартире.

- Мне нужна ваша помощь.

Последовала секундная пауза. ‘ Конечно. Каким образом?

‘ Я в парке "Сокольники". Там есть православная церковь. Я сижу за ней. Пожалуйста, приезжай и забери меня".

-В Москве?

-Да.

‘ Господи, Кейт, что ты здесь делаешь? Если он действительно ожидал этого звонка, то его удивление было хорошо наигранным.

‘Мне просто срочно нужна твоя помощь. Я не знаю, доставит ли это тебе неприятности, и, что ж, я пойму, если ты захочешь мне отказать.

‘ Конечно, я помогу тебе. Я сейчас ухожу. Только не выключай телефон.

Кейт вернулась ко входу и заглянула в дверной проем. Две женщины ушли. Она вышла и оглядела улицу, но ни одного из них нигде не было видно.

Стюарту потребовался почти час, чтобы дозвониться до нее, и ее первой мыслью снова было о том, как невероятно хорошо он выглядит. На нем была темно-зеленая футболка, но те же черные джинсы и кожаная куртка, что и тогда, когда он встретил ее в Венеции всего несколько недель – или дней? – назад. ‘Прошу прощения", - сказал он. "В это время утра движение ужасное".

Это было все, что Кейт могла сделать, чтобы не обнять его. Он выглядел таким ... защищенным. Таким, каким он был всегда: ее Стюарт. Какое-то мгновение они не знали, целоваться им или обниматься. В конце концов, Кейт положила конец его страданиям, погладив его по щеке. ‘ Ты можешь отвезти меня к себе домой? ’ спросила она. - Мне просто нужно немного времени ...

-К чему?-спросиля

- Пожалуйста, не задавайте никаких вопросов.

-Конечно.

Он подвел ее к своей машине, старому белому "фиату". Мужчина в темном плаще North Face, джинсах и кроссовках стоял сразу за ним, курил, как будто ждал чего-то или кого-то. Она предположила.

Они сели в машину и влились в утренний поток машин. Кейт посмотрела в боковое зеркало. Она смотрела, как за ними выезжает черный BMW 5 серии седан. ‘ Все в порядке? - Спросил Стюарт.

- Прекрасно, - солгала она.

Продвигались они медленно. Возможно, со времени ее первого студенческого визита в начале девяностых на столичных дорогах появилось гораздо больше блестящих новых автомобилей, но они не стали двигаться быстрее. Кейт нервно поглядывала в боковое зеркало. "БМВ" сдал назад, но не исчез из виду. Она грызла ногти.

‘ Все в порядке? Снова спросил Стюарт.

‘ Да, ’ сказала она. - Прекрасно.

Квартира Стюарта находилась на Таганке, на двадцать третьем этаже бетонного дома, который выглядел неприветливо на фоне темно-серого московского неба. На лестничной площадке пахло мочой, и ветер занес мусор по углам. Кейт посмотрела через перила и увидела, что "БМВ" припарковался у дома напротив. Она отвела взгляд прежде, чем Стюарт успел это заметить.

Он впустил ее в маленькую квартирку, которая имела всю антисептическую привлекательность квартиры с обслуживанием. Она была чистой и недавно покрашенной, но спартанской и бесконечно унылой. Там была маленькая кухня с дешевыми пластиковыми шкафчиками и крошечным столиком, прижатым к окну, спальня с односпальной кроватью и небольшая гостиная в конце, с кремовым кожаным диваном и двумя креслами перед большим широкоэкранным телевизором. "Это не так уж много, - сказал он, - я знаю".

Кейт хотелось разрыдаться из-за него, из-за них, из-за того беспорядка, в который она попала. Но теплота его улыбки остановила ее. ‘ Но я могу протянуть до чая, ’ сказал он. - "Английский завтрак" или "Эрл Грей"?

‘Английский завтрак был бы великолепен, ’ сказала она. Она смотрела на деревянный комод, на котором было полно фотографий детей, а также их четверых как семьи и Кейт. Снимок в конце был его любимым, сделанный в день их выпуска, с видом на реку. Она была пьяна и счастлива, беззаботна так, как едва могла вспомнить. ‘ Я же говорил тебе, ’ сказал он, проследив за направлением ее взгляда. - Воспоминания - это все, что у меня есть.

Он отошел, чтобы приготовить чай. Кейт попыталась отвлечься от эмоционально нагруженного окружения, чтобы разобраться в том, что только что произошло.

Кто наблюдал за Сергеем? Почему они оставили ее в живых?

Что, черт возьми, ей теперь делать? Она подошла к окну и выглянула наружу. "БМВ" все еще был там.

Стюарт вернулся с двумя кружками дымящегося чая и тарелкой печенья. Он приготовил для нее крепкий чай, как она любила. - Как дети? - спросил я. - спросил он, садясь на диван напротив нее.

- У них все хорошо. Гас был в восторге от того, что его сделали капитаном "крикета".

‘ Я знаю. То, что я не смогу смотреть, разобьет мне сердце. Тебе придется прислать мне какое-нибудь видео. Он снова улыбнулся, явно сохраняя видимость жизнерадостности, чего бы это ни стоило. Кейт подумала о мужчинах в BMW внизу. Ждали ли они подкрепления, чтобы к ним присоединились другие? Была ли идея убить ее и Стюарта здесь, в этой квартире? Была бы решена двойная проблема? ‘ А как насчет Фи? - Спросил Стюарт.

Кейт попыталась сосредоточиться на разговоре. Не было смысла тревожить Стюарта. ‘ До нее все еще трудно дозвониться. Она проводит много времени с Джедом, но я не уверена, что это плохо. Он очень приятный молодой человек.

‘ Несмотря на татуировки и пирсинг? Он снова улыбался. Она слабо улыбнулась ему в ответ. - Не хочу совать нос не в свое дело, но, полагаю, у вас какие-то неприятности.

‘ Мне нужно поспать, ’ сказала она. - Тогда я подумаю, что делать.

‘ Конечно. Только допей свой чай. Боюсь, у меня только одна спальня, но, если вы не возражаете, можете спать в соседней комнате ...

"Я благодарен за то, что мне есть где преклонить голову прямо сейчас".

Они потягивали чай во время очередного долгого и сюрреалистичного молчания. ‘ Просто чтобы я знал. … Я имею в виду, я не возражаю, но предупрежден - значит вооружен и все такое. У меня будут неприятности? ’ спросил он.

‘ Сомневаюсь. Что-то только что произошло. Я не знаю, как, и еще меньше почему. Мне нужно время и пространство, чтобы подумать, прежде чем я решу, что делать дальше.

‘ Конечно. Я понимаю. Во-первых, что ты здесь делаешь?

- У меня была встреча кое с кем.

Стюарт не смог скрыть своей обиды. ‘ Думаю, я догадываюсь, кто. Что случилось?

‘ Мне правда жаль, мне просто нужно отдохнуть. Она поставила чай.

Он вскочил на ноги. ‘ Конечно, - сказал он. ‘ Конечно. Я понимаю.

Он провел ее в свою спальню по соседству, в которой была небольшая ванная комната с туалетом и душем. На книжной полке стояло еще несколько семейных фотографий, а у кровати стояла фотография Кейт в одиночестве, сделанная всего несколько лет назад в итальянских Доломитовых Альпах. Кейт не знала, что сказать. Она совсем не так представляла его себе живущим здесь. - Ты не возражаешь, если я приму душ? - спросила она.

‘ Конечно. Я оставляю тебя в покое. … Если захочешь чего-нибудь еще, просто крикни.

— Если тебе нужно на работу или...

‘ Мне некуда идти на работу. Я буду читать книгу по соседству. Я оставлю тебя спать столько, сколько ты захочешь.

Он отступил. Кейт разделась, встала под душ и попыталась избавиться от чувства вины, которое испытывала, смывая наследие другого мужчины любимым мятным гелем для душа своего мужа и австралийским шампунем.

Она вытерлась и почистила зубы его щеткой. Она сняла крышку с лосьона после бритья Acqua di Parma и понюхала его. Она подарила ему его первую бутылку в рождественском чулке почти десять лет назад, и с тех пор он свято хранил ее. Это был Стюарт, преданный до мозга костей. За исключением, как оказалось, единственного, что действительно имело значение. Кейт вытерлась, надела чистые трусики и футболку и села на его кровать. На этот раз она приняла половину дозы зопиклона, так как не была уверена, как долго ей следует спать.

Она отдернула занавеску и еще раз осмотрела улицу снаружи. "БМВ" по-прежнему был припаркован там, но к мужчинам внутри, похоже, больше никто не присоединился. Кто они, черт возьми, такие?

Она легла и попыталась не обращать внимания на свет, проникающий сквозь тонкие желтые занавески, и на свое собственное жизнерадостное лицо, смотрящее на нее со столика рядом с кроватью. Возможно ли, что Стюарт выложил эти фотографии после ее телефонного звонка, или они действительно все время были у него рядом с кроватью?

Ее мысли неумолимо возвращались к Сергею. Она не могла придумать причины, по которой они убили бы его и оставили ее в живых. Что он собирался ей сказать? Что бы она узнала? Она подумала о его последних словах: Если ты будешь продолжать в том же духе, это может стоить тебе больше, чем твоя карьера. Ты должен это знать.

Конечно, могло быть только два кандидата на его убийство: либо это ГРУ ликвидировало офицера-ренегата, у которого не было никаких мотивов, кроме как помочь женщине, которую он всегда любил. (Что же такое он ей сказал? Вы думаете, после стольких лет ваш муж был единственным активом российского государства в центре британской разведки?) Или это были Михаил, Игорь и те, кто близок к ним, пытающиеся защитить свою стратегию ухода.

Она снова и снова прокручивала это в уме. Следили ли они за Сергеем, или им сообщили, что она в пути, и следили за ней с того момента, как она пересекла границу?

Кейт перевернулась так, что оказалась лицом вниз; так она обычно спала. Она чувствовала запах своего мужа на простынях, и это ощущение было успокаивающим.

Они знали, что она придет. Это было то, к чему она постоянно возвращалась. И они убили Сергея прежде, чем он смог дать ей полный отчет о московских мужчинах – или женщинах – в Лондоне.

Но, возможно, он уже сделал это, и в таком случае почему бы не убить и ее тоже?

Потому что ее убийство создало бы им проблемы. Был бы международный резонанс: британский государственный служащий погиб в российском поезде. Возможно, слишком много проблем. Лучше отправить ее обратно растерянной и дезориентированной.

Они кого-то защищали. Им сообщили о ее приезде, и они закрыли ее источник.

Это многое казалось ей ясным. Сосредоточься, сказала она себе, на кусочках, которые ты можешь увидеть и понять, а не на множестве частей головоломки, которые ты не можешь знать и, возможно, никогда не узнаешь.

Кейт закрыла глаза. Она попыталась думать о чем-нибудь другом. Она снова тяжело вздохнула и попыталась перенестись в беззаботные дни своей жизни со Стюартом. Она переводила взгляд с одного его снимка на другой: прогулка по заливу Константин в Корнуолле позапрошлым летом; Стюарт, хохочущий во все горло, пьяный в стельку, в ту ночь, когда фотография рядом с ней была сделана в Доломитовых Альпах.

Через некоторое время она заметила, что простыня под ней промокла от слез.

Она сильнее прижалась лицом к земле, пытаясь прояснить мысли, и все ждала и ждала, когда придет сон.

В конце концов химикаты сделали свое дело, но, как всегда в наши дни, ненадолго. Когда она проснулась, часы на столике рядом с ней показали, что уже перевалило за полдень. Кейт встала и отдернула занавеску, чтобы показать осколки солнечного света, отражающиеся от рядов бетонных многоэтажек. Было светло. BMW исчез. Чуть дальше был припаркован белый фургон с работающим двигателем. Возможно, они планировали похитить ее.

Она села на кровать. Она чувствовала себя мрачной, но теперь ее охватила по крайней мере одна ясная мысль: она должна выбраться отсюда, немедленно, любыми возможными способами.

Она натянула джинсы и положила платье в сумку. Она еще раз почистила зубы и, выйдя, обнаружила Стюарта за соседней дверью, читающего книгу. - Ты спала? - спросил он.

‘ Немного. Спасибо.

- Ты выглядел так, словно тебе это было нужно.

- Я так и сделал.

- Чашечку чая?

‘ Почему бы и нет? На этот раз я, пожалуй, действительно выпью.

Он сходил на кухню и вернулся с сэндвичем и чаем. - Я подумал, что тебе, вероятно, нужно поесть.

Она была ужасно голодна, поэтому не стала с ним спорить. Он молча наблюдал, как она ест. Она закончила и отпила чаю. Она знала, что его глаза все еще не отрывались от ее лица. В них был голод, которого она не видела с первых дней их ухаживания. Она попыталась подавить волну удовольствия, которую это принесло. И в этот момент она поняла, что он сделает абсолютно все, о чем она попросит. ‘Я пойму, если ты не захочешь этого делать, и я бы не стала тебя винить. Но не могли бы вы отвезти меня до границы?"

-Где? -спросиля

‘ Финляндия. На самом деле, Санкт-Петербург, потому что мне нужно забрать взятую напрокат машину.

‘ Разве не было бы быстрее или проще улететь самолетом или сесть на поезд? Я могу пойти с вами, чтобы развеять подозрения, если дело в этом, но это очень долгий...

- Я бы предпочел поехать по дороге, и, как вы, наверное, понимаете, я не в том состоянии, чтобы ехать один.

Ему показалось, что он смотрел на нее целую вечность, очевидно, обдумывая этот странный поворот судьбы. ‘ Я бы сделал для тебя все, - сказал он. - Вообще все, что угодно.

Кейт подошла к окну и выглянула еще раз. Фургон уехал. Она внимательно осмотрела улицу снаружи, посмотрела в одну сторону, затем в другую. Если они все еще наблюдали за ней – а они должны были наблюдать, – она не могла понять, каким образом. ‘ Тогда ладно, - сказала она. - Пошли.

-Прямосейчас?

-Да.

22


ПЕРЕД ТЕМ, КАК ОНИ УЕХАЛИ Из Москвы, Кейт сказала, что ей нужно сходить в аптеку. Стюарт сопротивлялся: если она действительно в беде, разве они не должны были уехать сразу? Но Кейт была непреклонна и не назвала причины. В конце концов, он принял это в немом молчании, и она почти заподозрила, что он догадался, почему это было так срочно. Она купила бутылку воды и проглотила утреннюю таблетку, прежде чем вернуться к машине. Единственное, что ее беспокоило, так это то, что в последний раз, когда она прибегла к этому последнему средству защиты от нежелательной беременности – по иронии судьбы, в тот лыжный отпуск в Доломитовых Альпах, когда они предположительно пользовались презервативами, пока оба не напились в последнюю ночь, – у нее было обильное и долгое кровотечение. Она также купила две большие упаковки гигиенических полотенец.

Если бы Стюарт догадался об истине или о чем-то подобном, это могло бы объяснить длительный период молчания. Это было так, как будто он лелеял обиду и пытался найти способ затронуть эту тему. - Должно быть, была какая-то серьезная причина, чтобы рискнуть и приехать сюда, - сказал он наконец.

‘ Я действительно не могу говорить об этом, - сказала она. Она еще раз взглянула в боковое зеркало. "Фольксваген Гольф", который, как она думала, следовал за ними, свернул на последнем светофоре, и вместо этого ее подозрение пало на темный "Вольво", который, казалось, держался на постоянном расстоянии. - Расскажи мне о своей жизни в Москве, - попросила она.

‘ Это будет очень короткий разговор. Они уже достигли окраин столицы и ехали на север, навстречу зловещему, хмурому небу. - Что ты хочешь знать?

- Ты все еще ищешь работу?

‘ Да. ’ Он пожал плечами. ‘ Я встретил своего “куратора” – если его можно так назвать – на прошлой неделе и пожаловался ему на свою судьбу. Он казался весьма сочувствующим и пообещал посмотреть, что можно сделать. Они сказали, что собираются попросить меня прочитать новобранцам лекцию о том, как работает западная бюрократия. Я думаю, на вашем месте все было бы по-другому. Тогда, я думаю, они захотели бы использовать меня, но очень многое из того, чем занимается государственный служащий, им хорошо известно. Мой парень, похоже, очень заинтересовался моим чтением о премьер-министре, Имоджен и текущем состоянии британской политики, так что, возможно, из этого что-то получится ".

- У тебя здесь есть друзья?

- Ты имеешь в виду подружку?

‘ Нет. Я просто...

Что ж, мой ответ - нет и еще раз нет. Признаюсь, в основном я жалел себя. Это было очень угнетающе. Я провожу много времени в местном спортзале, и это, пожалуй, единственное, что сохраняет мне рассудок".

‘ Ты выглядишь подтянутым, ’ сказала она. Это была правда. Она обнаружила, что трудно не восхищаться рельефными мышцами его рук, когда он сидел в своей футболке в квартире. - Так чем ты занимаешься весь день?

- Я встаю. Я завтракаю. Я читаю британские газеты в Интернете и поздравляю себя с тем, что избежал безумной кучи дерьма, которой является наша политика, прежде чем почувствую невыносимую тошноту по дому. Я хожу в спортзал на пару часов. У меня туго с деньгами, поэтому я прихожу домой пообедать. … Вечером я смотрю телевизор, но вторую половину дня стараюсь проводить за чтением книги. В противном случае..."

‘ Они тебе совсем не помогли? Я имею в виду, в социальном плане или...

‘ Не совсем. Он выдавил из себя улыбку. ‘ Я как будто свалился с края земли. Я не жалуюсь. Я застелил свою кровать, так что мне приходится лежать в ней. Те две ночи, которые я провел с Имоджин, оказались едва ли не самыми дорогими в истории. Он печально покачал головой. ‘Я знаю, что пути назад нет. Каким-то образом я должен заставить это работать здесь. Мне нужно найти свою жизнь, друзей, что угодно. Я спросил, могу ли я присоединиться к футбольной команде SVR. Если нет, есть несколько других организаций для эмигрантов, в которые я, возможно, смогу вступить. Просто ... есть многое, от чего нужно отказаться, а я еще не там ".

Пошел дождь, сначала несколько капель, а затем огромные водяные шары. Дворники "Панды" с трудом поспевали за ним. Взгляд Кейт неумолимо возвращался к боковому зеркалу, но "Вольво" исчез из поля зрения, и она больше не могла быть уверена, что за ними действительно был хвост. Во всяком случае, это сбило ее с толку еще больше.

- Стоило ли ждать, - сказал Стюарт, решительно глядя прямо перед собой, - твоей ночи с Сергеем?

- У вас были свидания с Имоджин?

‘ Нет, ’ решительно сказал он. ‘ Не то чтобы это что-то изменило, но она хотела большего. Это я оборвал ее. Конечно, я чувствовал себя невыносимо виноватым, но в то же время это было просто ... второсортно, механически по сравнению с этим.

- Просто для справки, это не имеет никакого значения.

Он пригляделся к ветровому стеклу. Оно запотело, и он включил вентилятор на полную мощность. - Ты не ответила на мой вопрос, - сказал он.

- Мне это и не нужно, не так ли?

‘ И все же ты здесь, в моей машине. Думаю, я сильно рискую, везя тебя туда, куда ты на самом деле направляешься. Так что было бы вежливо, по крайней мере, попытаться побаловать меня честным...

- Сергей мертв.

Она увидела, как краска отхлынула от лица Стюарта. Он потянул себя за щетину на подбородке, верный признак того, что нервничал. ‘ Господи, ’ сказал он. - Господи Иисусе, Кейт.

‘ Я пришла сюда не для того, чтобы заниматься с ним сексом. Я пришла задать ему вопрос, на который, предположительно, только он мог дать мне ответ. Сегодня утром я нашел его с перерезанным горлом.

- После того, как ты...

Что это было с мужчинами? Подумала Кейт. Почему они были так одержимы половым актом? ‘ Ты имеешь в виду, после того, как мы занимались сексом? Он не ответил. ‘ Да, если ты хочешь мучить себя правдой, после того, как мы занимались сексом. Я не хотел, чтобы это произошло. Я не особенно этого хотел. Но я тоже одинок, и измотан, и лишен чего-либо, и сбит с толку. В водовороте всего этого я закончил то, что, возможно, не должен был начинать много лет назад. И, да, также, земля действительно сдвинулась для меня, не лучше и не хуже, чем заниматься с тобой любовью, просто по-другому.

Она увидела боль в его глазах и тут же пожалела, что не придержала язык. - Это то, что ты хотел услышать? - спросила она.

- Конечно, нет.

- Тогда не задавай вопросов, если на самом деле не хочешь знать ответ.

Последовало еще одно долгое молчание. ‘ Я действительно хотел знать, - сказал он. - Спасибо, что сказали мне правду.

- Чтобы ты мог мучить себя этим?

‘ Возможно, это освободит меня. ’ Он повернулся к ней. ‘ Твоя фотография у моей кровати была не для показухи, Кейт. Я никогда не переставал любить тебя, ни на одну секунду.

Сожаление затопило ее сейчас: за его предательство, за их отчуждение, за ту жизнь, которая у них была, и за будущее, которое могло бы быть, за грубую откровенность ее языка. ‘ Прости, ’ снова сказала она. - Мне следовало держать все это при себе.

- Думаю, я сам напросился на это.

‘ Лучше от этого не становится. Она подумала о квартире, которую они только что покинули, и о том окне, которое она открыла в его жизни здесь, такой, какой она была и какой могла бы стать. Бесплодная, безнадежная мрачность этого места охладила ее.

‘ А они не придут за вами, как только найдут тело? - спросил он. - Почему они еще не пришли?

- Это зависит от того, кого ты подразумеваешь под “ними”.

‘ Ну, … Я не знаю – полиция, мафия, СВР, кто бы там ни был замешан.

- Конечно, полиция, я бы предположил.

- Делает ли это меня соучастником убийства?

На это она ничего не ответила. Сидя там сейчас, преступления Стюарта, которые, по-видимому, сводились к паре ночей беспечного секса с Имоджен Конрад, казалось, не соответствовали наказанию, которому его подвергла Кейт. Независимо от того, выбралась она из страны или нет, существовал разумный шанс, что его заставят заплатить очень высокую цену.

Какой бы мрачной ни была его нынешняя жизнь в Москве, она едва ли шла в сравнение с перспективой долгого заключения в российской тюрьме. “Мне жаль", - снова сказала она. - Мне не следовало втягивать тебя в это.

‘ Прекрати извиняться. Я точно знал, на какой риск иду, садясь с тобой в эту машину. И я бы сделал это снова, сто раз. Он заставил себя еще раз улыбнуться. ‘ Кроме того, я тебе доверяю. Разве ты не Джеймс Бонд?

Кейт попыталась улыбнуться ему в ответ, но сомневалась, что у нее получилось что-то большее, чем неловкая гримаса. После этого они замолчали, но были всего в трех часах езды к северу от Москвы, когда начало сильного кровотечения вынудило ее попросить его остановиться у закусочной на стоянке для грузовиков.

Она исчезла в грязном туалете, и когда она вышла, он уже сидел за металлическим столом у окна с двумя кружками кофе и сэндвичем в каждой. ‘Ночь обещает быть долгой", - сказал он. "Я подумал, мы могли бы использовать это".

Кейт скользнула на потрепанную красную пластиковую скамейку напротив него. Предполагалось, что декор из хрома и стали создаст образ американской придорожной закусочной, но, как и многие имитации в современной России, это было далеко не так. Кейт потягивала кофе и смотрела на проезжающие мимо машины. Все еще лил сильный дождь, свет был сумрачным, а видимость ограниченной.

‘ Тебе нужно было принять утреннюю таблетку, - сказал он, указывая на упаковку гигиенических полотенец на сиденье рядом с ней. - Я помню, как ты возвращался домой из Доломитовых Альп с полной сумкой фруктов после той последней ночи в отеле.

- У тебя хорошая память.

‘ За все лучшие моменты. А их было чертовски много. - Он покрутил кофе в кружке. Кейт вдруг отчаянно захотелось сигареты, но они бросили курить вместе по меньшей мере десять лет назад, и она была слишком горда, чтобы признать, что сорвалась с катушек.

‘ Скажи мне честно, ’ сказал он, все еще глядя в свой бокал. ‘ Есть ли хоть малейший шанс, что ты когда-нибудь простишь меня, что мы могли бы … Я не знаю, быть друзьями или... Он замолчал, хотя она достаточно хорошо знала, о чем он спрашивает.

Если ты хочешь знать, сможем ли мы когда-нибудь снова стать парой, какими мы были, то ответ - нет. Ты предал меня, и ты знаешь, кто я и какая я. Ты понимаешь, почему это так важно для меня, каким бы черным или белым тебе это ни казалось. Но ты всегда будешь что-то значить для меня. Просто теперь по-другому. - Это был не тот ответ, на который он надеялся, она знала, и он безутешно уставился в стол, проводя кончиками пальцев туда-сюда. ‘ Я не могу дать тебе то, чего ты хочешь. Я не могу повернуть время вспять или изменить ход событий. Но я вижу, насколько уныла твоя жизнь здесь, и я хотел бы сделать что-нибудь, чтобы облегчить ее.

‘ О, да? И как ты собираешься это устроить?

‘ Пока не знаю. Служба очень рада, что вы в Москве. Последнее, чего бы они хотели, - это отдать вас под суд. Со временем, когда путь вперед станет более ясным, я думаю, мы сможем использовать это в наших интересах ".

-Какимобразом?

‘ Я могу привести это в качестве аргумента о благополучии детей. Они никогда не позволят тебе вернуться в Великобританию, но вполне возможно, что я смогу убедить их закрыть глаза на то, что ты живешь где–нибудь еще в Европе - возможно, во Франции или Испании, где ты сможешь построить для себя нормальную новую жизнь, а дети смогут регулярно навещать тебя ".

Теперь в глазах Стюарта стояли слезы. Он резко вытер их. "Я тебя не заслуживаю, это точно", - сказал он.

Она протянула руку и накрыла его ладонь своей. Он медленно поворачивал ее ладонь, пока их пальцы не переплелись. ‘ Но я ничего не могу поделать, если ты продолжаешь желать, чтобы это выходило за рамки дружбы, ’ сказала она, но при этом осознала, что окончательность ее слов противоречила эмоциям, охватившим ее. Она убрала руку.

Он вытер слезы со щек. ‘ Спасибо тебе, - сказал он. ‘ Спасибо. Я никогда не прощу себя за то, что сделал с тобой. Иногда я думаю, что было бы проще остаться здесь и наказать себя. Я просто не знаю, о чем я думал. Должно быть, я был не в своем уме".

Они допили кофе с бутербродами и снова отправились в путь. Кейт наполовину ожидала, что Стюарт попросит ее сесть за руль, но он, похоже, собирался настаивать. Дождь прекратился, и время от времени несколько лучей вечернего солнца отражались от лужи воды на асфальте.

И когда их наконец поглотила ночь, Кейт почувствовала, как усталость подкрадывается к ней, пока ее голова не оказалась неудобно зажатой между краем сиденья и прохладным стеклом окна. В какой-то момент Стюарт протянул руку и приложил свой свитер к ее щеке. - Где мы? - спросила она.

- Сразу за Тверью, - ответил он, и затем она снова погрузилась в унылый сон без сновидений, так что каждый раз, когда ее будили, она чувствовала себя еще более усталой, чем раньше.

Кейт смутно помнила, что где-то остановилось топливо, но было два часа ночи, когда Стюарт как следует встряхнул ее, разбудив снова. ‘ Извини, ’ сказал он. ‘ Я не могу держать глаза открытыми, и это становится немного опасно. Я только собираюсь выпить кофе и еще чего-нибудь перекусить. Ты хочешь остаться здесь или войти?

Его рука легко легла ей на плечи. - Я войду, - сказала она.

Длинное темное здание представляло собой кафе без излишеств, без вычурности предыдущей закусочной. В нем стояли металлические стулья и столы, а пол был покрыт потертым линолеумом. Хорошенькая темноволосая девушка облокотилась на стойку и показала, что им следует присесть. Мужчина намного старше – возможно, ее отец – спал, прислонившись к стене за стойкой.

‘ Что вам принести? - спросила она по-английски. Кейт попросила кофе и что-нибудь поесть по-русски. Девушка лениво указала на стойку у дальней стены, и Кейт достаточно хорошо поняла: в это время утра они не собирались никого приглашать готовить для них. Возможно, не в любое время утром.

Кейт подошла взглянуть. На завтрак подавали холодное мясо, сыры и корнишоны, которые выглядели так, словно пролежали здесь целую вечность. ‘Лучше ты, чем я", - сообщила она в ответ. Но Стюарт был сделан из более твердого материала. Он вернулся с полной тарелкой. Она наблюдала, как он справляется с этим.

‘ О чем ты думала? - спросил он.

‘Ничего. Ей определенно не хотелось признаваться, что она не могла выбросить из головы ощущение его пальцев, переплетенных с ее собственными.

‘ У тебя есть кое-что, от чего ты хочешь избавиться. Он положил мясо и сыр на ломоть хлеба и откусил огромный кусок. Он никогда не отличался изысканностью в еде. - В этом преимущество быть женатым на ком-то полжизни.

Кейт взвесила то, что собиралась сказать. Еще час назад она и представить себе этого не могла.

- Мы почти на месте, так что... - он улыбнулся ей, - ... говори сейчас или навсегда замолчи.

Несмотря на всю свою интуицию, он не собирался об этом догадываться. – А что, если я скажу, что есть шанс – очень, очень слабый, но, по крайней мере, проблеск чего-то, - что я смогу вернуться к тому, что чувствовала раньше?

Краска отхлынула от его лица. Потрясение было ощутимым. "Я сделаю все, - сказал он, - абсолютно все, о чем ты меня попросишь".

‘ Это потребовало бы, чтобы ты был честен кое в чем. Абсолютно честен. И я должен был бы быть уверен, что ты говоришь правду.

-Конечно.

‘ Даже в этом случае я не даю никаких гарантий. Дорога будет долгой и трудной, и мы, возможно, не доберемся туда, но ... это может открыть дверь. Он ждал, зачарованный таким неожиданным поворотом событий. Он нервно поскреб щетину на подбородке. Его страстное желание начать все сначала не вызывало сомнений. - Мне нужно знать, что вы сказали своим кураторам в Москве.

-По поводу чего?

-Все.

На мгновение она увидела, как что–то - вспышка негодования, предупреждение, момент сомнения – промелькнуло в его сознании, прежде чем он снова посмотрел на нее с неподдельным рвением, но что бы это ни было, это вызвало уравновешивающую реакцию в ее собственном сознании: было ли ее предложение реальным? Она говорила серьезно? Было ли это вообще возможно? Или она просто использовала его? Даже она не знала ответа на этот вопрос.

Тем не менее Кейт решилась на решительный шаг. Она кивнула. Он сделал последний глоток кофе и ответил ей. ‘ Я знаю, может показаться, что это не так уж много, но в основном я разговаривал с ними об Имоджен и британской политике. Их интересовали ее амбиции, особенно мое мнение о том, собирается ли она когда-нибудь их реализовать и, если да, то как, когда и почему это может произойти".

- У вас сложилось впечатление, что они хотели, чтобы ее повысили?

‘Они старались никогда не задавать наводящих вопросов. Казалось, их просто искренне интересовали мои взгляды на политическую сцену".

- Они просили документы?

‘ Иногда, да. Если бы я был в списке рассылки чего-нибудь необычного или интересного, я бы передал это другим. Я пытался сделать их счастливыми, ты же знаешь ... "

- Что вы рассказали им о Службе?

‘ Ничего. Он был явно ошеломлен. - Ради Бога, Кейт, я бы никогда так тебя не предал. - Кейт почти захотелось сказать, что трахнуть их подругу - гораздо большее предательство, но на этот раз она придержала язык.

- Должно быть, они спросили.

– Да, но я просто сказал, что ты никогда, ни разу не говорил о своей работе дома, и большую часть времени это было правдой.

- Они просили вас получить доступ к моему телефону или компьютеру?

‘ Да, но все они защищены паролем, и я сказал им об этом. Если быть до конца честными, они не казались такими невероятно заинтересованными.

- Что вы имеете в виду?

- Ну, они определенно спрашивали о тебе, но я не чувствовал, что должен сообщать какие-либо детали, которые они просили, иначе они разоблачат меня. Когда я сказал, что не знаю или не могу выяснить, они не стали давить на меня.

Кейт задумалась. Это было совсем не то, что она ожидала услышать. - Ты рассказала им об операции в Стамбуле?

‘ Какая операция? Если его замешательство не было искренним, Стюарт превратился в удивительно компетентного актера.

“Как все прошло в Италии?” вы спросили меня. “Стамбул”, - ответил я.

‘ Я не понимаю, о чем ты говоришь, Кейт. Я совсем этого не помню.

- А как насчет того, что через несколько дней я уехал в Грецию?

- А что насчет этого? - спросил я

- Ты рассказал им об этом?

‘ Нет! Зачем мне было это делать?

- Они спрашивали об этом?

-Нет.

- Вы сказали им, что у бывшего премьер-министра был рак простаты?

- Я даже не знал, что она у него есть, пока он не сделал это заявление на Даунинг-стрит.

Теперь он был явно сбит с толку. Но и вполовину не так дезориентирован, как Кейт. Даже когда он говорил, ее мысли путались. Если Стюарт не сообщил Москве об операции "Сигма", то кто, черт возьми, сообщил?

- Если быть до конца честным с вами, - продолжал он, - я иногда задавался вопросом, зачем они вообще хотели завербовать меня.

Она снова посмотрела на него. - Почему ты так говоришь?

‘Когда они загнали меня в угол – шантажировали – все это казалось невероятно срочным и элементарным. Они были жестоки. Они сказали, что покажут вам видео с Имоджин и мной и разрушат нашу любовь и брак. Я им абсолютно верил. Они казались безжалостными, решительными. Но почти сразу же, как они получили то, что хотели, их интерес как будто угас. Я имею в виду, что мы встречались – в среднем примерно раз в месяц, я полагаю, – но даже тогда они довольно регулярно откладывали то одно, то другое рандеву. Каждый раз я испытывала огромное облегчение и начинала убеждать себя, что они потеряли интерес.

‘ И даже когда мы все-таки встретились, казалось, их не очень заинтересовало то, что я хотел сказать. Это было все равно что пойти на обед с доброжелательным, но дальним родственником, который пытался изобразить интерес ко всему, что ты делаешь".

Кейт покачала головой. - Я не понимаю.

‘Это было почти так, как если бы целью моей вербовки было поставить галочку или достичь поставленной цели. Как я уже сказал, мы поговорили о политике и Имоджен, о том, кто был на высоте, а кто был в упадке. Я обсуждал политику в некоторых областях, над которыми я работал, но их это совершенно не интересовало. Они спрашивали о вас или о Службе очень редко, и когда я сказал, что ничего не знаю, они не стали давить на меня, чтобы я попытался разузнать больше. Я не сказал им ничего такого, чего они иначе не смогли бы уловить, просмотрев новости.

Кейт смотрела в окно. Подъехал грузовик, из него вышел невероятно толстый водитель и вразвалку направился к закусочной. Теперь она была почти уверена, что за ними нет слежки, но не могла понять, почему нет. Они собирались забрать ее ближе к границе? Возможно, у них было устройство слежения в машине Стюарта.

‘ Я что-то не то сказал? - Спросил он.

-В каком смысле?

"За шанс на искупление".

‘ Дело не в этом, ’ сказала она, хотя в каком-то смысле так оно и было: проверка, считает ли она, что он способен сказать ей правду. - То, что вы говорите, ... удивительно.

-Почему?

- Их незаинтересованность.

‘ Я знаю. Иногда я думаю, что было бы проще, если бы я передавал жизненно важные государственные секреты. По крайней мере, это казалось бы важным. Они напрасно разрушили мою – нашу– жизнь.

Каждый раз, когда Стюарт впадал в жалость к себе или самооправдание, она чувствовала, как у нее встают дыбом волосы. Она могла бы указать и почти сделала это, что именно его решение трахнуть Имоджен Конрад, а не то, что они воспользовались этим, разрушило их жизни, но какой в этом был смысл? Это заставляло ее звучать и чувствовать себя сварливой и озлобленной, и это был поток мыслей и эмоций, которые она пыталась подавить.

Вместо этого она попыталась осмыслить то, что он сказал. Ей пришло в голову, что Стюарт действительно мог быть уловкой или, что более тревожно, отвлекающим маневром для маскировки гораздо более важного агента где-то в Уайтхолле или, возможно, даже в МИ-6. Так что, возможно, Стюарт на самом деле не был Вайпером, в конце концов.

Что, конечно же, означало, что Гадюка все еще активна.

Как легко Москве было бросить Стюарта на растерзание волкам, когда начали возникать подозрения, что где-то в системе завелся "крот".

Но даже этот ход мыслей основывался на основной предпосылке: Стюарт говорил правду.

‘ Вы имели в виду то, что сказали, ’ спросил он, - или это был просто трюк, чтобы вытянуть из меня побольше информации? Я бы не винил вас, если бы это было так. Я заслуживаю этого. Но было бы полезно знать.

Последовало долгое молчание. Кейт пришлось подавить очередное сильное желание закурить сигарету, наблюдая, как молодая девушка за стойкой прикуривает сигарету и глубоко втягивает дым в легкие, прежде чем выпустить его в закопченный потолок. Водитель грузовика исчез, очевидно, в туалет. ‘ Я действительно это имел в виду. Как ни странно, несмотря на ужасные обстоятельства, эти несколько часов, которые мы провели вместе, были самым большим покоем, который я знала с того дня, как ты уехала.

-Для меня тоже.

‘ Но я не могу изменить тот факт, что ты глубоко ранил меня. Доверие, которое у нас было, уникальная связь разрушена. Навсегда. Мы не можем это исправить. Так что, по правде говоря, я не знаю, чего хочу. Я скучаю по тебе. Я скучаю по тому, что у нас было.

‘ Мое искрометное остроумие. Он улыбался ей.

‘ Все, кроме этого. Так что я... не знаю. Я открываю дверь. Отчасти ради детей. Я не уверен, что когда-нибудь смогу пройти через это. Я не могу дать тебе никаких обещаний. Возможно, мы сможем найти способ вернуться к дружбе. Я надеюсь, что это возможно. Я не хочу ненавидеть тебя. Я не хочу, чтобы в жизни детей были эта горечь и озлобленность. Но что касается того, разовьется ли когда—нибудь нечто большее, я действительно не могу...

‘ Пока достаточно. Я не хочу настаивать. ’ Он накрыл ее ладонь своей. - Я знаю, что это займет много времени.

Кейт убрала руку. Если раньше его прикосновение взволновало ее, то теперь она не могла этого вынести. ‘ Прости, ’ сказал он. - Что я такого сказал?

‘ Дело не в том, что ты сказал, а в том, что ты сделал. Я...

Он кивнул. ‘ Я понимаю. Мне жаль. Он уставился на свои руки. Она не могла не заметить, какие они красивые, что всегда было одной из самых привлекательных черт в нем. - Я здесь ради тебя, ’ сказал он. ‘ Всегда. Если когда-нибудь я тебе понадоблюсь. Это все, что тебе следует знать. У меня в жизни больше ничего нет, и если у меня никогда не будет ничего, кроме твоей случайной дружбы, для меня этого достаточно. ’ Он улыбнулся ей, и от неподдельной любви и тепла в его взгляде у нее на глаза навернулись слезы. Она нетерпеливо смахнула их.

‘Как бы это сработало?’ - спросил он. "Эта дружба, эта новая жизнь, просто чтобы дать мне хоть какую-то надежду на жизнь".

‘ Я не знаю. Мне нужно было бы немного подумать об этом. Мне нужно будет убедить Службу закрыть глаза на то, что вы переезжаете на постоянное жительство во Францию, или, возможно, в Испанию, или Италию.

‘ Франция. Это ближе.

‘ Ладно. Тебе придется решить, куда ты хочешь пойти. Тогда мы могли бы попытаться составить план, чтобы дети могли приходить раз или два в месяц. Может быть, иногда я мог бы составить тебе компанию.

‘ Звучит здорово. ’ Его улыбка была широкой. Она поймала себя на том, что улыбается в ответ, и тепло разлилось по ее телу. ‘ Давай, ’ сказала она. - Нам лучше идти.

В машине почти все оставалось по-прежнему: перемежающийся дождь, снег и град, плохая видимость, конденсат на ветровом стекле и мрак серой российской ночи.

Но что-то изменилось. Надежда изменила их поведение. Кейт могла услышать это в голосе Стюарта – мысленно он был далеко, но напевал старые песни восьмидесятых – и почувствовать это в себе. Она обнаружила, что ее разум перебирает возможности, которые она только что обрисовала. Куда он поедет? Что он будет делать? Она поймала себя на том, что уже радуется перспективе сесть в самолет с детьми, чтобы провести выходные с их отцом на юге Франции. Не для любви, не говоря уже о сексе. Но перспектива настоящей и достойной дружбы, что ж, за это стоило держаться.

Она думала о сексе. Она сменила гигиеническую салфетку в отвратительном туалете в последней закусочной, и, хотя кровотечение, безусловно, было, оно было не таким сильным, как в прошлый раз, когда она принимала утреннюю таблетку. Она позволила своему разуму беспокойно блуждать по возможности того, что это могло не сработать. Господи, что, если она действительно была беременна?

Все это вернуло ее к мысли о зарезанном теле Сергея в том вагоне. Мимолетное ощущение благополучия, охватившее ее, испарилось в одно мгновение.

Они почти не разговаривали на последнем отрезке пути, пока Кейт ломала голову над тем, что она скажет своему начальству дома.

Что все это изменило?

Они добрались до отеля Кейт на Адмиралтейской набережной. Погода испортилась до такой степени, что Васильевский остров был едва виден сквозь падающий снег. Они вышли из машины, и какое-то время никто из них не произносил ни слова. - Я провожу вас до границы, - сказал Стюарт.

-Почему?

‘ Просто на случай, если возникнут какие-то проблемы. В конце концов, у меня российский паспорт. Я официально гражданин. Может быть, это могло бы помочь.

- Все в порядке.

- Я бы с удовольствием, просто чтобы убедиться, что с тобой все в порядке.

Она кивнула. - Спасибо вам за вашу помощь.

Это были лучшие сутки, которые у меня были с тех пор, как я уехал. Я буду под кайфом еще несколько дней. Я вернусь домой и начну изучать, где можно пожить во Франции. Это захватывающе. Я имею в виду, действительно захватывающе. Это дает мне то, ради чего стоит жить, и я благодарен".

‘ Давай не будем забегать вперед. Как я уже сказал...

‘ Я знаю, что ты сказала, любимая. Но это спасет мне жизнь. Что будет дальше, зависит от богов. Я это понимаю.

- У тебя могут возникнуть некоторые проблемы, когда ты вернешься.

- Возможно, но мне все равно.

- Ты скажешь мне, если они придут тебя искать?

‘Скорее всего, нет. Они уже отняли у меня все, что мне дорого, так что мне все равно, что еще они со мной сделают, и они это знают".

Порыв ветра швырнул снег в лицо Кейт, и она смахнула его со щек, прежде чем наклонилась, чтобы поцеловать его. ‘ Тогда пока, ’ сказала она. Стюарт схватил ее, обхватив своими огромными руками и прижимая к своей груди. Это снова вызвало слезы на ее щеках, и, как только она освободилась от него, она смахнула их.

‘Я буду думать об этом путешествии неделями", - сказал он. "Довольно странный поворот событий".

Кейт попыталась улыбнуться ему. Не сказав больше ни слова, она подошла к своей машине, села и уехала. Она не оглянулась. И через несколько минут она плакала так сильно, что ей пришлось съехать на обочину и прижаться ноющим лбом к рулю. Она тихо выругалась, достала из сумки салфетку для чистки лица и вытерла глаза. Она посмотрела на себя в боковое зеркало и попыталась нанести немного помады и туши. Но никакие подкраски не могли волшебным образом избавиться от впечатления полного изнеможения.

Она взяла себя в руки и уехала, прежде чем Стюарт успел подойти и спросить, что случилось. Она была благодарна за успокаивающий свет его фар позади нее. Она по-прежнему не видела никаких признаков другого хвоста.

На пограничном переходе была небольшая очередь, но, продвигаясь к барьеру, Кейт думала только об одном: если бы они объявили о ней тревогу после обнаружения тела Сергея, то ее изображение уже висело бы на стене в каждом пункте выезда по всей России. С хвостом или без хвоста, был ли на самом деле хоть какой-то шанс, что они позволят ей уйти?

23


ПОГРАНИЧНИК либо обладал острым умом, либо вообще не обладал чувством иронии. "Почему вы хотите уехать из России?" - спросил он.

- Я уверена, что вернусь, - сказала Кейт, хотя и сомневалась в этом.

‘ Говорят, в Ирландии все время идут дожди. Это был мрачный мужчина лет сорока-пятидесяти, в больших очках и со щеками, как у ищейки. Он посмотрел на ее паспорт и отсканировал его в своем компьютере. Кейт смотрела, как снег кружится тугими вихрями по ту сторону барьера.

Она задавалась вопросом, что произойдет, если ей придется нажать на акселератор и мчаться за своей свободой. Она обернулась, чтобы посмотреть, был ли Стюарт все еще позади нее, но он исчез. - Ирландец? - спросил охранник, словно искренне оспаривая представленные ему доказательства.

-Да.

‘ Я однажды был в Дублине и Белфасте. - Его английский был на удивление хорош. - Я мало что помню об этом.

- Часто так и бывает.

Он уставился на экран рядом с собой. - Что вы делали в России? - спросил я.

- Я просто был в Санкт-Петербурге, осматривал достопримечательности.

- Вы поехали дальше, в Москву?

Кейт колебалась слишком долго. - Нет.

Последовало долгое молчание. Он, очевидно, ждал каких-то инструкций от своего компьютера. Кейт наклонилась ближе к ветровому стеклу и вгляделась в темноту впереди. Они открыли бы по ней огонь, если бы она поехала дальше, это точно, но это было самое большее в сотне ярдов. Она посмотрела на охранника у барьера, его штурмовая винтовка висела на холостом ходу у бедра.

‘ Вы свободны. Охранник улыбнулся ей. - Возвращайтесь поскорее.

‘ Я так и сделаю, ’ сказала Кейт. Шлагбаум поднялся, и она поехала дальше с тяжелым вздохом облегчения и еще большим количеством вопросов. Казалось, что охранник ждал конкретных инструкций, но если так, то зачем ему было отпускать ее?

Джули ждала ее в старом побитом салоне "Вольво" сразу за шлагбаумом. У Кейт не было возможности спросить, как долго она там пробыла, прежде чем Джули обняла ее. ‘ Черт возьми, Кейт. Она отпустила ее и подняла телефон. "Я буквально только что решил дать вам еще десять минут, прежде чем нажать ядерную кнопку".

- Прости. Это заняло гораздо больше времени, чем я думал.

‘ Из Лондона пришлось здорово поплатиться. Йен сразу догадался об истине, как и сэр Алан.

‘ Все в порядке. У меня достаточно денег, чтобы оно того стоило.

- Что, черт возьми, произошло? - спросил я.

- Я расскажу тебе в тепле.

Кейт взглянула на машину Джули. ‘ Я взяла ее напрокат за наличные у парня, с которым познакомилась в баре в Котке. Как оказалось, это подходящее место. Мне нужно занести его обратно, так что увидимся в кафе на набережной.

Кейт последовала за ней, и к тому времени, когда несколько лучей солнца наконец пробились сквозь утренние облака, они обе проскользнули за угловой столик, чтобы позавтракать. ‘ Тебе сначала кофеин или никотин? - Спросила Джули.

"Никотин".

Они вернулись на причал и смотрели, как длинная вереница студентов поднимается по сходням на высокий корабль. Солнце поблескивало сквозь снасти. Джули прикурила и передала сигарету Кейт, прежде чем достать еще одну для себя. Кейт глубоко втянула дым в легкие и выдохнула в небо. "Черт, какое приятное ощущение".

Джули наблюдала за ней. - Ты собираешься объяснить, или мне придется выпытывать это у тебя?

- Что произошло в Лондоне? - спросил я.

Йен утверждает, что держал собак в МИ-5 в узде, ссылаясь на оперативную службу безопасности. Но он говорит, что с удовольствием уволит тебя, когда ты вернешься. А теперь выкладывай начистоту. Ты познакомилась с Сергеем?

-Да.

-Где? -спросиля

‘ Он ехал в Москву, и я поехала с ним ночным поездом. Это был единственный способ увидеть его.

-Ичто?

‘ Мы поговорили. Я рассказал ему правду о том, что нам предложили и почему, и спросил его, считает ли он правдой то, что Михаил сказал нам о своем отце.

- И как он отреагировал?

‘ Так оно и было. - Кейт в последний раз затянулась сигаретой и затушила ее ботинком. С тех пор как они покинули Санкт-Петербург, она не думала ни о чем другом, кроме того, что скажет Джули, и ни разу за все время путешествия не пришла к твердому решению рассказать эту преувеличенную версию того, что на самом деле сказал Сергей, но какой цели послужит правда?

Либо видео и сопутствующие финансовые доказательства, которые представили Михаил и Игорь, были настоящими, либо это была невероятно убедительная подделка. Они никогда не узнают, пока не доставят его в Лондон и не проведут все соответствующие тесты.

Сергей, по правде говоря, не предложил ей ничего убедительного относительно политических взлетов и падений московской разведывательной элиты, только то, что шла своего рода внутренняя гражданская война. Так зачем обременять Джули, сэра Алана или, тем более, министра иностранных дел дальнейшими сомнениями? Чего они хотели, так это определенности. Поэтому в этот момент она инстинктивно решила подарить это им.

‘ Господи, ’ сказала Джули. ‘ Значит, все на уровне. Точно?

‘ Ни в чем нельзя быть уверенным. Я пересказал ему слова Михаила, и он согласился, что это соответствует слухам, которые он слышал. Это все, на что мы способны".

- Что вы скажете Лондону?

‘ Именно то, о чем мы договаривались. Я приехал сюда, в Котку, чтобы встретиться с Сергеем. Ему потребовалось несколько дней, чтобы пересечь границу, и я не выходил на связь, потому что не хотел ставить под угрозу его безопасность. Но он справился, я встречался с ним здесь в течение часа – и он рассказал нам то, что нам нужно было знать. Мы не обязаны признавать, что я ездил в Россию".

- Ты думаешь, этого будет достаточно?

Насколько я понимаю, со слов сэра Алана, проблема сейчас в основном в том, чтобы убрать оправдания министра иностранных дел. Мы должны выстроить все это за нее, чтобы у нее не было выбора. Это последний кусочек головоломки.

Джули выбросила сигарету, и они зашли в дом согреть озябшие руки горячим кофе. ‘ Что ты мне недоговариваешь? - спросила я. - Спросила Джули.

-По поводу чего?

‘ Я не знаю. Ты что-то скрываешь. Я бы предположил, что это связано с Сергеем. Случилось ли наконец то, о чем я думаю?"

Кейт не ответила. Во-первых, ей не нравилось лгать Джули, и она не хотела усугублять это дальнейшими увертками, полуправдой или откровенной ложью.

‘ Ты ждала достаточно долго, ’ продолжала Джули. - Так что, я полагаю, ты переспала с ним.

‘ За мной следили после того, как я сошла с поезда, ’ сказала Кейт, меняя тему. ‘ Мне удалось оторваться от "хвоста" в метро, но это напугало меня. Москва далеко от дома. Я взвесила все варианты и решила, что лучше всего позвонить Стюарту и попросить его отвезти меня прямо к границе.

- И он согласился.

"Чувство вины проходит долгий путь".

Джули пожала плечами. ‘ Я не уверена, что полностью верю тебе, но это твое дело, так что я оставлю это. ’ Она посмотрела прямо в глаза Кейт. - Просто до тех пор, пока ты будешь абсолютно откровенна с тем, что тебе сказал Сергей.

- Конечно, боюсь.

- Тогда почему ты не встречаешься со мной взглядом?

Кейт посмотрела подруге в глаза. Она почувствовала, как ее щеки заливаются краской. - Есть вещи, которых ты не знаешь, да и не нужно знать. На самом деле, для твоего же блага гораздо лучше, если ты этого не знаешь. Пойти туда было моим решением, и моим в одиночку. Я знал о рисках. Так что, если будут какие-то последствия, я справлюсь с ними один. Все, в чем вам нужно быть уверенным, - это в том, что у нас нет иного выбора, кроме как принять это отступничество и столкнуться с последствиями. Я не могу прожить остаток своей жизни, зная, что мы позволили кучке трусливых политиков увильнуть от последствий. Если мы собираемся это сделать, то с таким же успехом можем все собрать вещи и работать в Городе".

- Если эта речь должна была успокоить меня, я, вероятно, должен сказать вам, что это был полный провал.

‘ Я получил то, что мне было нужно. Это все, что тебе нужно знать.

‘ Ну, может быть, ’ сказала Джули. - Что бы там ни случилось, ты полный дурак, что держишь это при себе.

‘ Мы возвращаемся в Лондон с одним четким сообщением, как я уже изложил. Согласны?

Джули смотрела прямо на нее, эти большие зеленые глаза были полны сомнения, страха, возможно, даже подозрительности. Но, в конце концов, она кивнула. ‘Согласна, босс. К лучшему это или к худшему.

Всю оставшуюся дорогу до аэропорта Хельсинки они почти не разговаривали. Вернув взятую напрокат машину, Кейт предложила Джули связаться с сэром Аланом и Иэном, чтобы сообщить им в общих чертах о том, что произошло, и организовать необходимую встречу с министром иностранных дел, чтобы она могла незаметно улизнуть домой по их возвращении в Лондон.


Она нашла Фая и Гаса ужинающими с Роуз за кухонным столом. Казалось, все они были очень рады ее видеть.

Они лениво поболтали еще несколько мгновений, прежде чем Роза сказала, что ей нужно вернуться к Саймону, и тихо выскользнула. ‘ Мы скучали по тебе, ’ сказала Фиона, как только она ушла. "Я имею в виду, что Роуз прелестна, но мы действительно с нетерпением ждали твоего возвращения домой".

Этого было достаточно, чтобы Кейт еще раз задумалась о странных сменах подростковых эмоций, но теплота ее собственной реакции, возможно, объясняла ее спонтанное решение поделиться большим, чем она намеревалась. - Я видела папу, - сказала она.

‘ Боже мой, где? - Спросила Фиона.

Кейт теперь тоже пользовалась пристальным вниманием сына, и их очевидная преданность отцу затронула в ней еще одну струнку. - В Москве.

‘ Что ты там делал? - Спросил Гас.

Мне пришлось уехать в Россию по работе. Все пошло не совсем так, как я планировал, так что у меня было немного свободного времени. Я позвонила папе, и мы договорились встретиться.

‘ Где? - Спросил Фай.

‘Я поехал в его квартиру в Москве, которая, честно говоря, очень унылое место. Он крошечный, тесный, бездушный и находится на шестнадцатом этаже мрачного советского многоквартирного дома.

Гас уставился в стол, как будто вот-вот разрыдается. Но Фиона чувствовала, что ее матери есть чем поделиться.

- Я не хочу, чтобы ты тешил себя излишними надеждами, но мне было ясно, что ни для кого из нас это не разумный путь.

‘ Что ты имеешь в виду? - Спросил Гас.

‘ Ты скучаешь по нему. Если быть до конца честной, я тоже по нему скучаю. И он несчастен.

Наступило ошеломленное молчание, пока пара переваривала смысл сказанного. ‘ Так что ты хочешь сказать? В конце концов спросила Фиона.

– Что, в первую очередь, я хочу забрать его из этого ужасного места туда, где он мог бы быть намного счастливее, и ты – мы - могли бы навестить его.

-Например, где?

- Он предложил Францию.

Снова наступило молчание, пока они осмысливали ее слова. Кейт встала и пошла за бокалом вина. В холодильнике была наполовину открытая бутылка розового вина, поэтому она налила себе и вернулась к столу.

‘ Где во Франции? - Спросила Фиона.

‘ Это зависит от него. Где–нибудь, где он сможет найти работу и устроить свою жизнь, и куда легко добраться из Лондона.

‘ Значит, мы могли бы навещать его каждые выходные? - Спросил Гас.

Я думаю, что теперь каждые выходные будут истощать наши ресурсы. У него нет работы, и, возможно, ему будет трудно ее найти. Насколько я знаю, он не очень хорошо говорит по-французски. Но, возможно, каждые два выходных.

- Ты сказал “мы”, - вмешалась Фиона.

- Как я уже сказал, я тоже по нему скучаю.

Фиона и Гас в замешательстве посмотрели друг на друга, их надежды и страхи боролись друг с другом. ‘ Вы собираетесь снова быть вместе? - Спросил Гас.

Кейт беспокоилась, что зашла слишком далеко - намного дальше. Но, увидев надежду в его глазах – и, возможно, это, в конце концов, было всего лишь отражением ее собственных, – у нее не хватило ни смелости, ни желания грести обратно. ‘ Я бы предпочел этого не говорить, потому что, по правде говоря, я не знаю. Думаю, это маловероятно. Его предательство причинило мне ужасную боль, и я не уверен, что когда-нибудь смогу чувствовать себя так, как раньше. Она отпила немного вина. ‘ Но я скучаю по нему. Я хотела бы видеть его – не как жену или партнера в первую очередь, но, конечно, как твою мать. Я думаю, мы сможем найти способ вернуться к дружбе. Я пока не знаю, возможно ли нечто большее.

‘ Но дверь открыта? - Спросила Фиона.

Кейт колебалась. Так ли это? Это действительно было правдой? ‘ Да, ’ сказала она. - Может быть.

Как только она произнесла эти слова, Фиона разрыдалась и вышла из комнаты. ‘ Да, ’ сказал Гас, вставая и ударяя кулаком по воздуху. ‘ Да! Я, блядь, так и знал.

- Язык, - сказала Кейт, хотя изо всех сил пыталась стереть улыбку с лица.

Она последовала за Фионой наверх и тихонько постучала в дверь ее спальни. ‘Не сейчас", - ответила ее дочь, но Кейт подумала, что на этот раз ей, вероятно, сойдет с рук игнорирование ее. Она тихо проскользнула в комнату и села рядом с Фионой на кровать. - Все в порядке, мам.

Кейт положила руку ей на плечо. - Прости, любовь моя, - сказала Кейт.

‘ За что? Тебе не за что извиняться. Фиона выпрямилась и вытерла глаза рукавом своего мешковатого свитера. ‘ Ты даже не представляешь, как сильно мы с Гасом молились, чтобы услышать эти слова. Она посмотрела на мать. - Надеюсь, ты говорила серьезно. Никто из нас не смог бы смириться с тем, что нас снова подвели.

‘ Я сказал тебе, что я чувствовал. Это не то же самое, что обещать какой-либо исход. Я не могу сказать, что мы снова будем вместе как пара, не говоря уже о том, что мы сможем воссоздать то, что у нас было раньше. Но я думаю, что при достаточной доброй воле мы можем стать друзьями, и это значительно улучшило бы нашу жизнь, не так ли?

Очевидно, это было не то, что Фиона хотела услышать. Как и ее брат, она тосковала по тому, чем они когда-то обладали. ‘Этого достаточно", - сказала она. ‘ Пока. Но как это будет работать? Я думала, папа не мог оставаться в Европе, за исключением очень кратких визитов.

Кейт встала и направилась к двери. ‘ Папа виновен в государственной измене. Если он когда-нибудь снова переступит порог этой страны, его отдадут под суд, и он очень надолго сядет в тюрьму. Но это также привело бы к лавине негативной рекламы для Сервиса, которой хотелось бы избежать. Я договорился с ними о том, что они закроют глаза на ту поездку в Венецию. Возможно, я мог бы делать то же самое в течение более длительного периода – возможно, на неопределенный срок – при условии, что он согласится никогда не возвращаться в Великобританию".

- Значит, он никогда не сможет вернуться домой?

-Никогда.

Мрачность Фионы, казалось, вернулась при напоминании об этой фундаментальной истине, и она уставилась на свои руки.

‘ Мне нужно ненадолго заехать в офис, ’ сказала Кейт. - Не могли бы вы посидеть здесь с Гасом?

Фиона подняла глаза и широко улыбнулась ей. ‘ Конечно, нет. Спускаясь по лестнице, Кейт пыталась вспомнить, когда в последний раз видела, чтобы ее дочь так улыбалась. Давным-давно, это точно.

24


БЫЛО ТОЛЬКО начало девятого, когда Кейт добралась до штаб-квартиры SIS в Воксхолле, и на третьем этаже никого не было. Она прошла в свой кабинет в углу, включила настольную лампу, но не верхний свет, и включила компьютер. Она вошла в систему, открыла электронную версию файла операции "Сигма" и ввела пароль.

Она прочитала его медленно, методично, пытаясь взглянуть на него свежим взглядом. Если Стюарт говорил правду об относительной скудости материалов, которые он передал своим кураторам, это оставляло две возможности: либо русские наткнулись на присутствие Лены на яхте скорее по счастливой случайности, чем по здравому смыслу, либо Сергей был прав, и у них был гораздо более важный источник, чем Стюарт, в Лондонском центре или поблизости от него.

Кейт еще раз внимательно просмотрела хронологию событий. Возможно, кто-то в Афинах заметил, как она проезжала через аэропорт, и предупредил русских. Но зачем им было сразу же вызывать мокрую команду из Москвы?

Она снова вернулась к первоначальной операции по доставке Лены и электронного жучка на яхту в Стамбуле. Она уставилась на экран. Ее давно беспокоило, что "Императрица" покинула свой буй недалеко от отеля "Кемпински" посреди ночи. Зачем капитану было это делать, если только они не были предупреждены о чем-то неладном?

Она открыла телефонные журналы, которые Сьюзи прикрепила, и отследила свои собственные перемещения. Вернувшись из Стамбула, она вошла в здание SIS в тот день в 15.58. Она сразу отправилась на встречу с Йеном и сэром Аланом. В течение вечера было достаточно времени, чтобы кто-нибудь предупредил Москву.

Кейт уставилась в темноту за окном. Действительно ли она верила Стюарту или просто хотела ему верить?

Она вернулась к делу и продолжила его просматривать. Она прочитала отчет коронера о смерти Рава. Вердикт: самоубийство.

Не было обнаружено никаких признаков нечестной игры и никаких признаков того, что кто-то входил в его квартиру в ночь, когда он умер.

Это был вывод, который, казалось, устроил всех, включая его партнера Зака, который, казалось, был полон решимости винить себя. И хотя Кейт ни на секунду не поверила в этот вердикт, у нее возникло неприятное ощущение, что он мог бы подойти и ей, поскольку она боролась с распадом своего брака.

Она открыла отчет о передвижениях Рава, насколько их удалось установить, в Женеве за двадцать четыре часа до его смерти. Сьюзи также приложила запись с камер видеонаблюдения из газетного киоска напротив входа в офис юриста, с которым, по словам Рава, он собирался встретиться. Это подтверждало, что, кого бы он ни встретил, его там не было.

Она прочитала отчет Сьюзи о событиях в Берлине. Все закончилось простым выводом: исходя из баланса вероятностей, представляется вероятным, что российский аппарат государственной безопасности был предупрежден о том, что нас ожидают.

Кейт подумала о последней главе в этом досье, которую она не собиралась писать: о том, что каким-то образом они узнали, что она едет в Россию, чтобы встретиться с Сергеем.

- Можно сказать, они поджидали нас на каждом шагу, - сказала Сьюзи.

Кейт резко обернулась. - Господи, ты поверг меня в шок.

Сьюзи стояла у двери, скрестив руки на груди, не отрывая глаз от файла, открытого на компьютере. Ее миниатюрное, тонкое лицо становилось гораздо менее красивым, когда она злилась. ‘ Джули сказала, что ты была в Финляндии’ встречалась со связным. Кейт не подтвердила и не опровергла это. - Мне не нравится, когда меня держат в неведении, Кейт.

‘ Невероятно, но не все зависит от тебя. ’ Кейт снова повернулась к своему компьютеру. Вопросы, которые, казалось, постоянно задавали файлы, были предпочтительнее вопросов, исходивших от ее подчиненного.

‘ По крайней мере, было бы вежливо сообщить мне, что тебя не будет несколько дней. Я выглядел полным идиотом.

Кейт не потрудилась ответить. У нее было много проблем. Уязвленное самолюбие Сьюзи не было одной из них.

- В любом случае, - сказала Сьюзи, - это не меняет вопроса, который продолжают задавать эти файлы.

Последовало долгое молчание. - Мне просто нужно немного времени, чтобы подумать, - сказала Кейт.

Но потребовалось нечто большее, чтобы заставить Сьюзи отступить: она прислонилась спиной к картотечному шкафу, как будто готовясь к долгому путешествию. "Либо кто-то сообщает им о каждом твоем шаге, - сказала она, - либо они действительно следят за тобой".

- Возможно, они нашли способ ввести в меня микрочип.

- Случались и более странные вещи.

Кейт взглянула на нее. - Сьюзи, это реальная жизнь, а не кино.

- Вы когда-нибудь рассматривали возможность того, что это было подстроено с самого начала?

-Конечно.

Нет, я имею в виду, на самом деле, что они методично спланировали каждый этап: первоначальную информацию о встрече на яхте, новости о том, что у бывшего премьер-министра рак, что вполне соответствует действительности, идею о том, что ведущий кандидат на его замену работал на них, и теперь, внезапно, “доказательство” того, что это должно быть правдой, в виде секс-видео.

- Ты потратил слишком много времени, слушая Йена.

— Я имею в виду, я знаю, что у вас есть отличный источник и...

- Откуда ты это знаешь?

- Мне сказал Йен.

Ах, так вот оно что. Кейт не должно было удивлять, что Сьюзи решила связать свою судьбу с Йеном. Это, несомненно, было неизбежно.

‘ Тебе не кажется, что это похоже на классический московский лонг-плей? - Спросила Сьюзи. Теперь она использовала и некоторые из любимых выражений Йена.

‘ Я устал, Сьюзи. Ты не возражаешь, если мы обсудим это в другой раз?

- Я просто пытаюсь помочь.

Нет, это не так, подумала Кейт. ‘Я знаю’, - сказала она. "Спасибо".

‘ Что сказал вам источник, к которому вы обращались? Я предполагаю, что он или она был тем человеком, который предупредил вас в первую очередь.

‘ Наш агент сказал мне, что отчет Михаила о том, что случилось с его отцом, точен. Утром я проинформирую министра иностранных дел на этот счет.

Сьюзи слабо улыбнулась ей. - Полагаю, тебе решать.

Она скользнула в темноту. И это было все, что Кейт могла сделать, чтобы не ударить кулаком по компьютеру. Но она не могла заставить себя выйти из системы и пойти домой. Она смотрела на фотографии, на которых императрица посреди ночи покидала набережную Стамбула. Кто знал достаточно, чтобы предупредить их? Сэр Алан, Йен, Джули, Дэнни. Вот и все.

Но только Джули, предположительно, могла сообщить русским о своей поездке на встречу с Сергеем.

Если только сэр Алан не догадался, что она намеревалась сделать.

Кейт встала и спустилась в операционную, где Дэнни нес ночную вахту. Он положил ноги на стол, на груди у него стояла чашка с чаем. - А вот и неприятности, - непринужденно сказал он.

- Ты здесь один? - спросил я.

- Нет, у меня прикреплен кое-кто из GCHQ. Я послал его купить нам что-нибудь на вынос. Из северного Лондона.

Дэнни лениво подбрасывал фунтовую монету большим и указательным пальцами. Кейт сидела и наблюдала за ним. - Вы с Равом всегда жульничали в "Пародии"? - спросила она.

Дэнни подбросил монету еще раз. ‘ Конечно. Было чем–то вроде полевой традиции, когда оперативный персонал всегда играл в "Пародию" – игру, в которой нужно угадать, сколько монет у людей в руках - для оплаты счета за ужин.

В первый раз, когда она, Дэнни и Рав работали вместе, во время поездки в Турцию, северную Сирию, а затем в Мосул, Кейт почти каждый раз проигрывала. - Почему ты спрашиваешь?

‘ Я как раз думал об этом на днях. Как тебе это удалось?

‘ Секреты подчиненных, Кейт. Я тебе этого не скажу.

-Чья идея была с тележкой для стирки белья?

Он улыбнулся при этом воспоминании. - У Рава.

В последний вечер долгого, трудного и опасного путешествия Кейт обвинила их в мошенничестве в Spoof и оставила оплачивать счет в стамбульском ресторане. Они блокировали выход из ресторана, пока владелица не разозлилась, а затем засыпали ее звонками, когда она вернулась в свой номер. Когда она наконец выключила свой мобильный и отсоединила гостиничный телефон от розетки, они убедили портье открыть ей дверь, затем запихнули ее в корзину для белья и покатали по отелю. "Боже, я скучаю по нему", - сказала она.

-Я тоже.

-Вы были настоящим кошмаром вместе.

Дэнни подбросил монету в последний раз, поймал ее на ладони и сжал в кулак. Он тяжело вздохнул. Он часто называл Рава кровным братом и называл его семьей, которой у него никогда не было.

‘ Могу я попросить вас об одолжении? - Спросила Кейт.

- Зависит от того, что это такое.

‘ Мне нужны записи внутренних телефонных разговоров. Кейт назвала дату, а затем лист бумаги с именами, которые она хотела проверить. Он чуть не выплюнул свой чай. - Ты что, шутишь?

- Не совсем, нет.

Морщинки от смеха вокруг его глаз исчезли. - Я не могу начать копаться в записях телефонных разговоров шефа.

- Мне просто нужно отстранить его кое от чего.

‘ Ты ведь знаешь, что официально мы все подозреваемые, верно? Прошлой ночью в мою квартиру приходила команда из Пятого отдела.

- Да, я действительно знаю.

Дэнни долго смотрел на лежащий перед ним лист, как будто это могло чудесным образом решить проблему. Разочарованно хмыкнув, он подключился к компьютеру рядом с собой и принялся искать то, что она просила. Она смотрела, как электронные точки мечутся по экрану перед ним. ‘ В офисе до восьми вечера, потом дома, в Пимлико. Он приблизился к экрану. - Там вообще никакой активности, пока в одиннадцать вечера не зазвонил телефон.

- А как насчет Джули? - спросил я.

- Ты действительно собираешься это сделать, Кейт?

- Я должен.

Затем он проверил Джули. Экран оставался пустым всю ночь. ‘Телефон выключен’. Кейт кивнула. "Кто следующий?"

‘ Йен. ’ Он поднял журнал регистрации. "Занято с пяти до шести, - сказал он. - что-то происходит". Точка на экране четко указывала на Йена в его кабинете.

‘Затем...’ Точка переместилась через Лондон, и Дэнни приблизился к ее конечному пункту назначения. ‘Челси" … Это дом, верно?"

- Да, на Фрит-стрит.

‘ О'кей, ага, значит, домой. Еще один звонок в девять вечера, потом телефон отключен. Дэнни повернулся к ней. ‘ Ты не просила мой телефонный журнал. В его глазах появился странный блеск. Он понимающе улыбался кому-то через плечо Кейт.

Она резко обернулась и увидела удаляющиеся пряди каштановых волос Джули. Она обернулась. - Еще одно осложнение.

-Какого рода?

- Что-нибудь происходит между тобой и Джули? Я знаю этот взгляд.

-Нет! -воскликнуля.

- Ты уверен? - спросил я

- Думаю, я имею право заявить, что это не твое дело.

- Она только что порвала с Йеном.

- Ничего не происходит.

‘ Я не собираюсь спрашивать, понимаешь ли ты, что делаешь. Она улыбнулась ему и встала. - Спасибо за помощь.

"Вспомни обо мне, когда меня уволят", - сказал он.

Она была уже почти у двери, когда ей в голову пришла последняя мысль. Она обернулась. ‘ Не могли бы вы сделать еще одну вещь? Как насчет записей телефона Рава за выходные перед его смертью?

Дэнни поднял их. Телефон Рава постоянно находился у него дома в воскресенье, но в субботу он был выключен на весь день. - Это ... странно, - сказала Кейт.

Дэнни кивнул. - Наверное, да.

- Почему у него весь день был выключен телефон? - спросила она.

Он пожал плечами. ‘ Может, он просто хотел немного покоя. Может, у него был другой телефон.

Кейт еще раз поблагодарила его и пошла забрать свою сумку из офиса. Она выбежала под дождь и поймала такси до особняка в Фулхэме, который бывший партнер Рава, Зак, делил со своей женой. Они и их дети собрались за кухонным столом, олицетворяя семейное тепло в луже света в эту унылую ночь. Она почти потеряла самообладание, но позвонила в звонок, прежде чем успела передумать. Зак подошел к ответу, и выражение его красивого, юношеского, стройного лица сменилось с нейтрального любопытства на внутреннюю ненависть. - Ты, - сказал он.

- Прости, что беспокою тебя, Зак.

-Мне нечего тебе сказать.

‘ Я тебя не виню. Но есть кое-что, о чем мне действительно нужно спросить.

Она ожидала, что он захлопнет дверь у нее перед носом, но он сдержался. - Что? - спросил он.

- Вы не возражаете, если я войду?

Он отступил назад, пропуская ее внутрь. Он сунул голову в кухню, чтобы объяснить своей семье, что задержится на несколько минут, и провел ее в свой кабинет в задней части дома.

Это была пристройка из дерева и стекла, выходившая окнами в сад. Возможно, в ту мрачную дождливую ночь здесь было уныло и темно, но оформлено оно было в том же изысканном, но аскетичном стиле, что и весь остальной дом. Кейт сделала снимки их идеальной семьи, которые, казалось, покрывали каждый крошечный клочок свободного пространства. Фотографий его мертвого парня не было.

Зак закрыл дверь и сел напротив. Над его плечом маячила фотография его жены в купальнике на чем-то похожем на Юг Франции. Казалось, он не осознавал несоответствия. ‘ Чего ты хочешь? У него были длинные женственные ресницы и задумчивые темно-карие глаза. Но раздражительность ему не шла.

- Мне действительно жаль, - повторила она.

- Ты никогда не сможешь достаточно сожалеть.

Было так много вещей, которые Кейт могла бы ответить на это, не в последнюю очередь то, что никто не заставлял Зака возвращаться к его жене и разрушать отношения с ее старым другом. Но какой в этом был смысл? - Я сделаю это быстро, - сказала она.

-Хорошо.

- Мы все еще изучаем различные вопросы, связанные со смертью Рава.

-Какие,например?

Кейт пыталась не поддаваться его враждебности. - Как вам известно, его убили.

- Коронер не нашел никаких доказательств этого.

‘ Тот факт, что не было никаких улик, не меняет того факта, что это наиболее вероятное объяснение его смерти. Зак глубоко вздохнул. ‘ Возможно, он был расстроен из-за тебя, - продолжала она, - и из-за меня, если уж на то пошло, потому что я не должна была говорить ему, что ты оставался здесь со своей женой. Но он умер не из-за этого. Он не убивал себя. Рав никогда бы этого не сделал".

Зак покачал головой. ‘ Я проходил через это с полицией, с МИ-5, с вашими людьми. И меня это достало. Он мертв. Он все еще мертв. И "как" и "почему" просто больше не имеют для меня значения. Я пытаюсь двигаться дальше.

‘ Я понимаю это. У меня только один вопрос. Что он делал в субботу перед смертью? Его телефон был выключен весь день.

- Я сказал об этом полиции.

- Не могли бы вы объяснить это и мне, и тогда я смогу оставить вас в покое?

Зак уставился в пол. Кейт снова оглядела комнату. Отсутствие Рава здесь было тихо опустошающим, как будто его стерли с лица земли. Зак поднял глаза и, казалось, угадал направление ее мыслей. ‘ Я не могу, - сказал он. ‘ Я просто не могу. Она убьет меня.

- Я понимаю.

‘ Раньше у меня на столе стояла его фотография, но она расстроила моего старшего сына и... - Он уставился на свои руки. - Мне жаль. … Боже мой ..."

Он начал очень тихо всхлипывать. Кейт не знала, что делать. Она встала и подошла, чтобы утешить его, но он поднял руку, останавливая ее. Она смотрела, как он резко вытер слезы со щек. - Прости, - прошептала она.

‘ Извиняться не за что. Послушай, тут особо нечего сказать. Я действительно его видел. Он был очень зол на меня, когда я вернулась в квартиру в ту пятницу вечером, на что имел полное право. Мы поссорились. Я приехала сюда. На следующее утро он ждал, когда я выйду за газетой. Он был расстроен, весь в слезах. Он умолял меня выпить с ним кофе. Мы ходили в кафе вон там, на бродвее Фулхэм.

- Что вы обсуждали?

Он сказал, что понимает, что я была раздвоена, неуверенна. Я сказала ему, что не знаю, что и думать. Я была в замешательстве. Я любила его. Я сказала ему, что всегда буду, но я не хотела бросать и подводить свою семью, не только Эмили, но и детей. … Я была повсюду. На самом деле он был невероятно вдумчивым и добрым, как и следовало ожидать. Он продолжал говорить , что понимает и поддержит меня , будет моим другом , что бы я ни решила ... "

Зак все еще пытался сдержать слезы. Кейт подождала, пока он восстановит контроль над собой. - Вы знаете, чем он занимался до конца дня?

Он казался смущенным. ‘ Нет. Мы обнялись в дверях кафе. Я сказала, что мне нужно немного времени, пространства. Он сказал, что всегда будет любить меня, а потом ушел. Это было последнее, что я видела или слышала о нем.

- Он не сказал, что собирается делать?

‘ Он сказал, что ехал в Вест-Кантри. Он пытался разыскать там бывшего школьного учителя.

-В Шерборне?

‘ Я не знаю. Премьер-министр ходил в школу именно там.

- Он все еще вел расследование в отношении него?

‘ Не он. Другой, твой босс, сэр Алан, как там его. ’ Кейт ахнула. ‘ С тобой все в порядке? - спросил он.

- Я не понимаю.

-Что? -спросиля

‘ Просто … Почему вы так уверены, что он расследовал дело именно сэра Алана?

‘Он был немного одержим им. Я сказал ему, что это не очень хорошая стратегия карьерного роста".

- Что вы имеете в виду, говоря, что он был одержим им?

- Он всегда спрашивал меня о дружбе в государственной школе.

-В каком смысле?

У него было убеждение, что вы никак не можете стать лучшими друзьями в таком длительном и напряженном учебном заведении, как школа–интернат, - судя по моим описаниям, хотя Итон немного отличается во многих отношениях, – и вдруг перестать быть друзьями спустя годы. Он продолжал называть это нерушимой связью. Он разыскал хозяина дома и сказал, что собирается поговорить с ним о сэре Алане и его дружбе с премьер-министром … С вами все в порядке? Ты действительно неважно выглядишь.

Кейт настаивала, что с ней все в полном порядке. Она поблагодарила его и ушла. Она поймала Uber и попросила его остановиться примерно в полумиле от дома. Ей нужно было проветрить голову.

Начал моросить дождь. Она немного постояла в темноте и позволила прохладной воде упасть ей на щеки, а затем крошечными ручейками потекла по шее.

Те же мысли крутились у нее в голове, пока она не почувствовала головокружение.

Говорил ли Стюарт правду?

Что побудило Рава зациклиться на расследовании прошлого сэра Алана?

Она немного прошлась, затем остановилась под сенью бука, так как дождь усилился. Она смотрела, как он стучит по тротуару рядом с ней. Это напомнило ей все те дни детства, когда она сидела на кухне со своим отцом, ожидая, когда прекратится дождь, чтобы она могла выйти и залезть на бук в конце сада.

Как же она тосковала сейчас по утешающей и теплой уверенности в его любви, по его способности преумножать ее надежды и изгонять страхи. Она закрыла глаза и почти физически ощутила его руки, обнимающие ее, жесткость его щетины на своей щеке и успокаивающий запах его лосьона после бритья.

Боже, она чувствовала себя одинокой. Почему она сказала детям, что может снова подружиться со Стюартом, что это может сработать, намекнула, что даже подумает о том, чтобы пригласить его в супружескую постель в качестве своего любовника? Должно быть, она сошла с ума. - Возьми себя в руки, девочка, - пробормотала она себе под нос.

Она выпрямилась, направляясь домой за тем, что осталось от бутылочки розового вина – или, возможно, открыть вторую – и принять еще одну изрядную дозу снотворного.

Она бы выпила и то, и другое за двойную порцию, но Фиона ждала ее за кухонным столом, ее светлое лицо сияло от вновь обретенного удовлетворения. "Я говорила с папой!"

‘ Великолепно! ’ сказала Кейт, не подумав, направляясь к холодильнику. Она обнаружила, что чуть раньше допила почти половину бутылки и достала из буфета другую. Она наполнила бокал льдом и села напротив Фионы.

- С тобой все в порядке, мам?

-Я в порядке.

- Ты много пьешь и неважно выглядишь.

‘Работа - сложная штука", - сказала она. Но ей захотелось добавить, что она и близко не такая сложная, как жизнь.

‘ Мы достали карту и все такое. Он увлечен Дордонью во Франции. Достаточно далеко на юг, чтобы было немного теплее - что было бы здорово, – но достаточно близко, чтобы можно было проехать на машине, если бы мы захотели. Мы посмотрели рейсы, и мы с Гасом считаем, что легко сможем добраться до Бержерака или, может быть, Бордо.

- Это хорошие новости.

- Он не уверен, чем будет заниматься на работе. Он сказал, что, по его мнению, ему придется мыслить нестандартно.

- Не проще ли было бы уехать в Париж? Папа очень умный, и я почти уверена, что он нашел бы там работу.

‘ Ему нравится идея оказаться где-нибудь в более теплом месте. Нам тоже. Он сказал, что в Дордони много англичан, и они даже играют там в крикет, так что Гас был очень взволнован этим.

Кейт запила две таблетки снотворного большим глотком вина. - Загляни в будущее, - сказала она со всей искренностью, на какую была способна.

‘ Ты принимаешь их каждый вечер? - Спросила Фиона.

- Э-э-э... не каждую ночь, нет.

-Честно?

- Ладно, слишком часто, да.

- Я знаю, ты беспокоишься обо мне, но тебе нужно уделять внимание себе.

Иногда Фиона была способна проявлять мудрость не по годам, подумала Кейт. ‘ Ты права, ’ сказала она. - Но я не могу думать об этом прямо сейчас.

Она допила вино, поцеловала дочь и, оставив ее с чашкой чая на кухонном столе, пошла спать. В кои-то веки она заснула почти в тот момент, когда ее голова коснулась подушки.

25


КАК подтвердит ПОЧТИ КАЖДЫЙ,у кого когда-либо была даже легкая бессонница, четырех часов сна, вызванного приемом таблеток, недостаточно. Наблюдая, как лучи рассвета проникают сквозь ставни и падают на кухонный стол через несколько часов после того, как она встала, Кейт тихо пообещала себе, что, как только Михаила и его отца благополучно доставят в Великобританию, она попросит отгул на работе и предпримет согласованные попытки разобраться в себе. Она поняла, что работа ломает ее. И это, в свою очередь, могло повлиять на ее решение упростить утреннюю встречу с министром иностранных дел.

Поскольку жена сэра Алана сейчас находилась между жизнью и смертью, встреча состоялась на кухне его дома в Пимлико, этажом ниже спальни, в которой днем и ночью нянчились с Элис. Это придавало происходящему сюрреалистический и явно неуютный вид, от которого, было ясно, никто из них не был застрахован. Министр иностранных дел Мег Симпсон прибыла последней и не потрудилась снять свой длинный светло-коричневый плащ, как будто собиралась убежать при первом намеке на новости, которые не хотела слышать. Она села напротив своего постоянного секретаря, поразительно моложавого мужчины с волнистыми светлыми волосами и ярким галстуком. Ему, должно быть, было сорок, но выглядел он максимум на двадцать пять.

Напротив него сидели Йен и Кейт. Сэр Алан сидел в конце стола, под огромной акварелью, изображающей уличный рынок Каира. Кейт узнала художника, но не смогла точно вспомнить. Как и во многом другом в своей жизни, сэр Алан обладал изысканным вкусом в искусстве.

‘Мне очень жаль, что приходится заставлять вас встречаться подобным образом, ’ сказала Мег Симпсон. - Кейт, слово предоставляется тебе. - Как и все остальные, сэр Алан не хотел затягивать заседание ни на секунду дольше, чем это было необходимо.

‘ Вы просили предоставить больше доказательств, ’ сказала Кейт, повернувшись лицом к министру иностранных дел, ‘ поэтому я задействовала источник, которому, по моему мнению, можно доверять. Подвергая себя значительному личному риску, он согласился выехать из России, чтобы встретиться со мной недалеко от Хельсинки в Финляндии. Мы проговорили около часа, и он, по сути, подтвердил то, что Михаил, сын Игоря, рассказывал мне и в Венеции, и в Берлине".

‘ Что вы имеете в виду под "по существу”? - Спросил Симпсон.

Он был честен в том, чего не знал. Он не мог быть уверен в том, что именно произошло с точки зрения внутренней динамики самого высокого уровня лиц, близких к Кремлю. Но он подтвердил, что Василий Дуров и Игорь Бородин находятся под домашним арестом и что широко распространено мнение, согласно которому Кремль пришел к выводу, что и они, и СВР в целом становятся слишком высокомерными и всемогущими ". Кейт уставилась на безупречно чистый дубовый стол перед ней.

‘ Значит, он подтвердил, что ГРУ участвовало в каком-то перевороте против своих конкурентов в СВР? - Спросил Симпсон.

‘ Да. Эта ложь далась ей труднее, чем она предполагала. Кейт изучала свои руки. Наступило долгое молчание. Наконец она подняла голову и посмотрела на лица вокруг. Они, несомненно, были мрачной группой. Удивительно, а может, и нет, учитывая неумолимую природу его амбиций. – Ян был первым, кто сломал ряды. ‘Это действительно не оставляет нам выбора, министр иностранных дел. У меня были свои оговорки. Вы это знаете. Но это предельно ясно: надежный агент разговаривает с одним из наших самых опытных и способных офицеров. У нас нет другого выбора, кроме как довести это дело до логического завершения прямо сейчас.

Симпсон бросил на него испепеляющий взгляд, но не отступил. Если это должно было привести к краху премьер-министра, он хотел владеть этим. ‘Мой совет заключается в том, что мы должны действовать как можно быстрее’. Мой совет. В его устах это прозвучало как самая весомая и значительная вещь в мире. Тем временем сэр Алан смотрел в окно.

‘Это не развеивает ни малейших моих сомнений", - сказала Симпсон. Теперь она заметно ерзала. Она сняла очки, висевшие у нее на шее, и нервно постукивала ими по колену.

Они подождали, пока она выйдет. ‘Если видео поддельное, последствия ужасны. Ваш источник не может это подтвердить, не так ли?"

Йен закатал рукава. Он наклонился вперед, поставив локти на стол, намереваясь теперь взять инициативу в свои руки. ‘Правда в том, что мы сделали все, что могли, министр иностранных дел’. Он указал на Кейт. ‘Кейт проделала откровенно потрясающую работу, которую мы все должны признать. Если будет расследование ...’ Он оставил это без внимания. Это был его стандартный способ загнать в угол политиков. ‘... тогда от нас потребуется показать, что мы действовали на каждом шагу добросовестно. По-моему, это похоже на должную осмотрительность.

"Я полностью осознаю возможность расследования всех аспектов моей работы в любой момент, сейчас или в будущем", - едко сказал Симпсон.

‘Я понимаю это, министр иностранных дел, но речь, безусловно, идет о балансе рисков. Из-за хорошей работы Кейт ...’ Боже мой, подумала она, он все усложняет. Он следил за тем, чтобы игра в вину была хорошо развита, если впоследствии все пойдет не так. "... мы можем с уверенностью охарактеризовать худшее, что может случиться".

- Что именно?

‘Вы полностью правы насчет видео. Как мы обсуждали ранее, существует реальная вероятность того, что это “глубокая” подделка и что финансовая информация, которую, по их словам, они собираются предоставить, окажется долгим и вводящим в заблуждение путем в никуда. Но если мы придем к выводу, что они вводят нас в заблуждение, у нас будет выбор: просто оставить их в покое и игнорировать или выбросить вон".

‘За исключением того, что они наняли самых дорогих юристов в стране, чтобы сделать это невозможным", - сказал постоянный секретарь. У него был очень глубокий, стальной голос.

‘ Ладно. Худшее, что может случиться, - это то, что они получат неоправданный доступ к свободе и безопасности на Западе. Не идеально, но вряд ли их можно назвать общественными деятелями. Кто когда-нибудь узнает?"

- Вы знакомы с британской политикой и нашей прессой? - парировал постоянный секретарь.

Казалось, в комнате воцарилась тишина. Симпсон тоже стал смотреть в окно. "Это настолько чревато риском и осложнениями, - сказала она, - что все мои политические инстинкты восстают против того, чтобы давать добро".

- Возможно, тебе стоит обратить на них внимание, - пробормотала ей ее постоянная секретарша.

‘ Но ты не оставляешь мне выбора. Она посмотрела на Йена. "Как вы так любезно указали, любое последующее расследование выставит бездействие как сокрытие, или того хуже".

- Вы уверены? - спросил постоянный секретарь.

‘ К сожалению, да. Она встала, глядя прямо на Кейт. - Молю Бога, ты знаешь, что делаешь.

Симпсон и ее постоянный секретарь вышли, оставив Кейт с Йеном и шефом. Сэр Алан не сказал ни слова. - Хочешь кофе? - спросил он наконец.

- Я в порядке, - ответила Кейт.

Йен отказался. ‘ Сколько еще? - тихо спросил он сэра Алана.

‘ День. Два. Три. В любом случае, скоро.

‘ Мне так жаль. Это было сказано со спокойной искренностью.

‘ Я собираюсь предоставить это вам обоим, ’ сказал сэр Алан. "Я знаю, что прошу о многом, и при обычных обстоятельствах я был бы с тобой в окопе, но я больше не могу притворяться, что мы находимся в чем-то другом, кроме самой последней главы".

‘ Мы справимся с этим, ’ уверенно сказал Йен. - Нет причин думать, что это будет непросто.

- Ничто подобное никогда не бывает простым.

‘ Я понимаю. Но мы сделаем все, что в наших силах.

Они оставили его наедине с мрачными мыслями и обстоятельствами. Кейт поймала себя на том, что размышляет о том, что бы она почувствовала, если бы ей сказали, что у Стюарта рак на последней стадии и жить ему осталось всего несколько недель. Было трудно поддерживать разговор с Йеном, когда он начал пытаться обсудить каждый аспект операции. У него была пружинистая походка, и ей было трудно понять, почему именно. Был ли это его шанс проявить себя перед Мэг Симпсон, или он имел в виду какой-то другой исход?

Сьюзи и Джули ждали в офисе, и Кейт проинформировала их о принятом решении. Сьюзи казалась взволнованной, пока Кейт не сказала ей, что ей придется остаться в Лондоне. Она спорила по этому поводу до тех пор, пока Кейт не настояла на своем, после чего впала в едва скрываемую угрюмость.

Джули выскользнула вместе с ней. Кейт закрыла дверь и села к ней спиной, закрыв глаза и пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Боль в животе и центральной части спины снова усилилась. Она чувствовала себя примерно столетней старухой.

Йен ясно дал понять, что собирается руководить операцией, и уже настоял на том, чтобы отправиться с ней в Тбилиси, но Михаил был ее связным, так что ей было над чем поработать. Она достала свой телефон и отправила ему сообщение, на этот раз используя Сигнал, как советовали время от времени делать всем сотрудникам: Зеленый свет. Мы прибудем в Тбилиси завтра.

Она получила ответ через несколько секунд. Хорошо.

Кейт вошла в свой компьютер. Она начала исследовать Казбеги, расположенный глубоко в Кавказских горах, где, по словам Михаила, его отец должен был пересечь границу. Она полностью погрузилась в работу, когда в комнату ворвалась Джули. - Ты видела?

- Что теперь? - спросил я

‘ Зайдите на сайт ITV. Кто-то слил это.

‘ Что слила? - Раздраженно спросила Кейт, но Джули не осмелилась ответить, и, как только она открыла сайт, Кейт поняла почему. Она уставилась на заголовок, как будто он принадлежал совершенно другому миру: Российский перебежчик предлагает МИ-6 доказательства того, что премьер-министр -московский шпион.

Кейт встала, физически отступая от экрана. "Я считаю до взрыва твоего телефона", - сказала Джули.

Кейт с трудом осознавала, что произошло. Как давно она ушла со встречи? Полчаса назад? Максимум сорок минут. Кто мог поднять трубку, чтобы связаться с прессой? Министр иностранных дел? Нет, конечно, нет: казалось, этому было суждено положить конец ее карьере в течение нескольких минут. Ее постоянный секретарь? Но каковы могли быть его мотивы? ‘ Кто, черт возьми... Ее голос затих.

-Йен.

-Что? -спросиля

‘ Конечно. В любом случае он выигрывает. Он предупреждает премьер-министра. Он предупреждает прессу. Затем он сообщает людям премьер-министра, что утечка произошла из офиса министра иностранных дел. Она облажалась, сэр Алан смущен, премьер-министр благодарен.’

Кейт покачала головой. - Даже он не настолько наглый.

‘ Конечно, черт возьми! Ты можешь вспомнить кого-нибудь еще, у кого хватило бы наглости сделать что-то подобное в течение часа после вашей встречи?

У Кейт не было времени как следует подумать. Зазвонил ее телефон. Оказалось, что это коммутатор на Даунинг-стрит. - Миссис Хендерсон, у меня к вам разговор с премьер-министром. - Кейт ждала, ее сердце бешено колотилось.

‘ Добрый день, миссис Хендерсон, ’ сказал он. - Могу я вежливо спросить, что, черт возьми, происходит там, в Воксхолле?

— Премьер-министр...

‘ Я не собираюсь беспокоить вашего шефа. Я знаю, что его жена умирает, и я знаю его достаточно долго, чтобы быть уверенным, что это не его рук дело. Своим следующим звонком я намерен бесцеремонно уволить министра иностранных дел за вопиющую некомпетентность, если не сказать позорную нелояльность. Поэтому мне понадобится, чтобы кто-нибудь дал мне объяснение. И у меня есть предчувствие, что этот человек - ты.

— Премьер-министр...

‘ Тащи сюда свою хорошенькую попку прямо сейчас. Я в своем кабинете в Палате общин. Жду тебя через десять минут.’ Он положил трубку. Если бы можно было положить трубку мобильного телефона, это прозвучало бы так, как будто он непременно это сделал. ‘ Кто это был? - Спросила Джули.

"Премьер-министр".

- Срань господня.

Кейт села. Она закрыла глаза, пытаясь собраться. ‘ Мне нужно идти, - сказала она. Джули не стала спорить. - Я должна идти, - повторила она.

- Я знаю! - вырвалось у

Кейт встала, надела пальто, перекинула сумку через плечо и вышла из приемной. Сьюзи нигде не было видно, но Мэдди стояла перед экраном телевизора, как завороженная. Он был настроен на Sky News, и внизу на ленте было написано: ‘Министр иностранных дел уволен из-за фальшивого секс-видео’. Новости в наши дни распространяются так быстро.

26


КЕЙТ БЫЛА БЛАГОДАРНА за свежий воздух и решила прогуляться до Палаты общин. Полосы утреннего солнечного света пробивались сквозь толщу темных облаков и придавали Матери Парламентов золотистый оттенок. Она пересекла Ламбетский мост, проскользнула через Виктория-Гарденс и прошла через охрану, как любой другой посетитель, прежде чем направиться в Центральный вестибюль.

Ей навстречу вышла молчаливая, но симпатичная молодая женщина с прямыми черными волосами и проводила в кабинет премьер-министра за креслом спикера. ‘ Я не знаю, во что, черт возьми, вы там играете, ’ пробормотала она. Кейт снова удивилась той высочайшей – и раздражающей – самоуверенности, которую обычно излучали молодые специальные советники, прикрепленные к Даунинг-стрит, как будто они только что унаследовали землю.

Премьер-министр поднялся из-за стола, когда она вошла, и подвел ее к глубокому зеленому креслу у двери. Он не потрудился предложить ей чай или кофе. ‘ Ну? Он опустился на широкий диван напротив.

Он провел рукой по своим растрепанным волосам, когда его специальный советник свернулся калачиком на диване напротив, его длинные ноги и достаточно короткая юбка едва приоткрывали верхушки кружевных чулок. Она не назвала своего имени. ‘ Вы просили о встрече со мной, премьер-министр, ’ сказала Кейт, окидывая взглядом увесистые тома, выстроившиеся на книжных полках в старомодной комнате, обшитой деревянными панелями. Кейт подумала о гораздо более выдающихся мужчинах и женщинах, которые занимали этот офис до него. Как до этого дошло?

- Конечно, я, черт возьми, хотел тебя видеть.

Кейт не собиралась облегчать ему задачу. Если ее карьере суждено было завершиться, что казалось вероятным, если не сказать откровенно неизбежным, то было разумно лишь получить некоторое удовольствие от ее угасающих угольков. Она ждала. Он тоже ждал, но недолго. Он едва мог сдерживать свой гнев, и это был первый раз, когда она действительно была свидетелем этого. О его вспыльчивости ходили легенды. - Ну, так ты собираешься предложить мне объяснение или нет?

- О чем, премьер-министр?

‘Ты что, совсем спятила?’ - спросил премьер-министр, когда его специальный советник сердито посмотрела на Кейт, ерзая на стуле так, что ее юбка задралась еще на одну ступеньку. "Не может же быть, чтобы у него тоже был роман с ней", - лениво подумала она.

Кейт подумала о том ужасном видео. Настоящее или поддельное, правда или фальшивка? Казалось, так много зависело от ее суждений, от ее инстинктов. Верила ли она в его достоверность, потому что думала, что характер мужчины, которого она увидела в нем, в точности соответствует характеру того, кто был до нее? - Мы пытались выполнить свой долг, - тихо сказала она.

-Не говори глупостей, - выплюнул в ее сторону специальный советник.

Премьер-министр наклонился вперед, упершись локтями в колени, так что его глаза казались прищуренными и задумчивыми, пока он ждал ответа. Кейт подумала, что он быстро стареет. — Бывший руководитель российской СВР, московского аналога SIS...

‘ Да, да, ради Бога, я уже знаю, что такое чертово СВР. Это то, чего вы достигли в своей решимости сыграть главную роль в истории моей жизни".

- Он предложил дезертировать.

Премьер-министр просто уставился на нее. "И?"

‘Похоже, в самом сердце Кремля произошел какой-то переворот. Это невероятно необычно, если не сказать неслыханно, чтобы такой высокопоставленный чиновник предложил нам себя. Он привезет с собой сокровищницу материалов по всем аспектам их деятельности в Великобритании и во всем мире. По нашему мнению и мнению министра иностранных дел, это было предложение, которое мы должны были изучить".

- Чего хочет этот парень? - спросил я.

"Убежище".

- Итак, вы не хотите объяснить мне, откуда у ITV эта история сегодня и о чем она?

Человек, о котором идет речь, Игорь Бородин, был одним из самых влиятельных деятелей разведки в России за последнее десятилетие или больше. Я имел дело с его сыном. Именно он первым обратился ко мне, чтобы объяснить, что произошло в Москве, и предложить услуги своего отца в обмен на убежище для его ближайших родственников".

‘ И? Премьер-министр все еще выглядел так, словно вот-вот взорвется, нервно надувая щеки.

‘ Среди прочего, они сказали, что вы были завербованы к ним на службу много лет назад, когда служили армейским офицером в Косово. Сын, Михаил, прокрутил мне видео, на котором якобы показано, как ты занимаешься сексом с тремя несовершеннолетними девочками".

Премьер-министр выглядел так, словно был готов вскочить со своего места и придушить ее. ‘И вы поверили этой отвратительной болтовне?’ Специальный советник распрямилась и села прямо на диване, краска отхлынула от ее лица.

Видео было невероятно убедительным. Теперь, возможно, это то, что мы бы назвали “глубокой подделкой”. Поскольку технология захвата движения и искусственный интеллект настолько развиты, можно, например, заставить общественного деятеля говорить и делать то, чего на самом деле никогда не происходило. Но нет никакого способа оценить это, пока мы не сможем вернуть видео в наши лаборатории, чтобы протестировать его самым тщательным образом ".

‘ Вы говорите, миссис Хендерсон, так, словно меня здесь нет. Если я не ошибаюсь, на этой гротескной подделке изображен я.

Она пристально посмотрела на него. — Я понимаю, почему вы так расстроены и сердиты, премьер-министр...

‘ Сердишься? Я в ярости!

‘ Я понимаю это. И на твоем месте я чувствовал бы то же самое. Я просто пытаюсь объяснить реальность ситуации, в которой мы оказались, настолько беспристрастно, насколько могу.

- И вы с коллегами, проявив мудрость, решили отнестись к этому серьезно?

‘ Здесь много факторов. Возможно, мы могли бы проигнорировать видео...

- Кровь господня, это не от меня!

‘ — якобы от вас, и все другие доказательства, которые, как они предполагают, они привезут с собой, включая детали многочисленных финансовых выплат, произведенных за эти годы. Теперь он качал головой. ‘ Но, в конечном счете, ни одна из этих вещей не была существенной. Решающий факт заключается в том, что предложение дезертировать такого рода - бесценный бриллиант разведки. Мы должны были продолжать в том же духе.

-Без моего ведома?

- Министр иностранных дел был полностью проинформирован.

Его глаза впились в нее. - Честно говоря, это не та слащавая чушь, которую я от тебя ожидал.

- Мне жаль разочаровывать вас, премьер-министр.

‘ И это тоже! Ради бога, Кейт. Я думал, ты хорошая девочка. Это затея твоей подруги Имоджен Конрад?

- Она мне не подруга.

-Ты мог бы одурачить меня.

- Возможно, вы помните, что у нее был роман с моим мужем.

Он пожал плечами. ‘ Вполне справедливо. Он встал и прошелся за своим столом. Он взял мягкий стрессовый мячик и с силой покрутил его в пальцах.

Его специальный советник снова свернулась калачиком. ‘ Никто этому не поверит, ’ успокаивающе промурлыкала она. - Ты целую вечность хотел избавиться от Мэг.

- Она никогда не вернется. Никогда! Чертова сука.

Опыт работы Кейт в правительстве на самом высоком уровне был настолько преувеличенно формальным, что безжалостная сквернословие премьер-министра была шоком, если не неожиданностью. Это заставило ее задуматься о том, насколько хорошо он скрывал свою истинную натуру за этой непринужденной приветливой внешностью. ‘ Знаешь, что хуже всего? Он смотрел на Кейт, ожидая ответа.

- В этом деле есть немало аспектов, которые можно квалифицировать как “худшие из возможных”, премьер-министр.

‘ Ладно, брось нести чушь о “премьер-министре". Это не очень аутентично. ’ Он откинулся на спинку стола, подбросил стресс-мяч в воздух и поймал его. - Хуже всего то, что я чувствую, что ты в это поверил. Ты думал, что это правда. Он взял со стола еще два шарика и начал жонглировать. У него это неплохо получалось.

Верить в то, что ты видишь, - основной человеческий инстинкт. Но мне хотелось бы думать, что я умнее этого. В мои обязанности не входило формировать представление о том или ином виде на видео ’. Говоря это, Кейт подумала, что она это сделала, что, возможно, было ошибкой. ‘В конце концов, для нас это было просто: мы не могли отказаться от такого предложения. Все остальное несущественно".

- Только не для меня.

Послушайте, я чрезвычайно сожалею об этой утечке. Я не знаю, что произошло. Это произошло в течение часа после нашей встречи с министром иностранных дел сегодня утром, и тот факт, что это произошло, для меня абсолютно необъясним".

‘ Сомневаюсь. А если так, то ты недостаточно времени проводишь среди политиков.

— Не понимаю, какая выгода Мэг Симпсон...

‘ Пара надежных рук, если я упаду. Он положил мячи для тренировки. - Уверен, даже ты это видишь.

- Я не думаю, что это слила Мэг Симпсон.

‘ Правда? Она не такая уютная, как кажется.

Он снова сел напротив нее, приземлившись с глухим стуком. ‘ Хорошо, миссис Хендерсон, позвольте мне сказать вам вот что. Мы продолжаем вашу операцию. Мы примем Игоря, Как-Там-Его-Чертово- Имя, в этой стране с распростертыми объятиями. И мы точно раскроем, что замышляли наши друзья в Кремле".

Кейт уставилась на него. Если у него и была репутация непредсказуемого человека, она уж точно этого не ожидала.

- Ты выглядишь шокированной, - сказал он.

- Это был не совсем тот результат, которого я ожидал.

‘Вотименно. Потому что ваше мировоззрение, к сожалению, достаточно ограничено, чтобы смешивать тех мужчин, которым слишком нравится общество женщин, с теми, кто стремится надругаться над ними.

Кейт почувствовала, как краснеют ее щеки. В его случае это действительно было именно то, что она сделала.

Настоящим я уполномочиваю вас делать все, что вы сочтете нужным, чтобы ускорить это дезертирство. Но делайте это быстро. Я намерен подробно проинформировать прессу, как только этот человек прибудет в страну и мы, к вашему удовлетворению, установим, что то, что он может предложить, является такой же фальшивкой, как дневники Гитлера’. Он вернулся к своему столу и занял место за ним. - Вы свободны!

Кейт встала и вышла. Специальный советник повел ее по длинному коридору рядом с палатой общин. ‘Вы этого не ожидали, не так ли?’ - спросила она. ‘ Вы, люди, далеко не так умны, как вам кажется. Мне нравится, как он вас перехитряет.

Кейт с трудом удержалась от того, чтобы ударить ее. - Я сама найду дорогу отсюда, - ледяным тоном сказала она.

- Мне нужно проводить тебя.

- Я сам справлюсь, спасибо.

Женщина раздраженно отвернулась, а Кейт направилась к Центральному вестибюлю. Но в этот день, в котором и так их было слишком много, ее ждал еще один сюрприз. Имоджен Конрад стояла и ждала. - Мне сказали, что вы здесь, - сказала она, не прибегая к какой-либо другой форме приветствия.

Кейт не замедлила шага, и Имоджин пошла в ногу с ней, когда та направилась прямо ко входу.

‘Я только что получил сообщение от PM, приглашающее меня зайти. Что, черт возьми, происходит?"

- Я действительно не могу об этом говорить.

- Перестань, Кейт, ради бога...

- Если он написал тебе сообщение, возможно, было бы неплохо съездить и повидаться с ним.

Имоджин взяла Кейт за руку и резко подняла ее. Они стояли близко друг к другу. И уже не в первый раз оливковая кожа, полные губы и широко раскрытые глаза Имоджин раздражали ее: она была чертовски хорошенькой для своего – или чьего–либо еще - блага. - Он собирается предложить мне эту работу?

- Откуда, черт возьми, мне знать?

- Он говорил об этом?

-Нет.

- Но вы ведь встречались с ним, верно?

-Я не могу об этом говорить.

- Что ж, если я собираюсь стать вашим боссом, я могу дать вам соответствующие указания.

‘ Как только вы станете моим начальником, можете позвонить шефу или одному из его заместителей и запросить официальный брифинг по любому интересующему вас вопросу. Но пока мой ответ - без комментариев. Кейт направилась прочь.

– Ты просто приводишь в бешенство, – бросила ей вслед Имоджин, но без особой убежденности, и Кейт пришло в голову, что одной из наиболее привлекательных черт ее подруги - если ее можно так назвать - была ее абсолютная невосприимчивость к любой критике или оскорблениям.

Она выбежала из Палаты общин, протиснулась сквозь толпу туристов и с мрачной целеустремленностью зашагала прочь по Миллбэнк. Она понятия не имела, что и думать. Операции был дан зеленый свет, и Имоджен собирались назначить ее непосредственным начальником. Такое просто невозможно было выдумать. Она достала телефон и посмотрела на сообщение о новостях. Под заметкой о "так называемом секс-видео" и отъезде министра иностранных дел было сообщение о том, что президент США отменил государственный визит в Данию, потому что это не позволило бы продать ему Гренландию.

Весь мир смеялся над ней.

К тому времени, когда Кейт вернулась в офис, Имоджен Конрад была официально назначена министром иностранных дел, и она уже перестала быть шокированной: один политик, погрязший в скандале из-за секс-видео, назначает другого, ранее погрязшего в скандале из-за секс-видео. Возможно, они составили бы его вместе.

Кейт собрала Джули и Сьюзи. Она позвала Йена, который практически побежал по коридору. –Что происходит? – спросил он, врываясь в комнату, что более или менее подтвердило ее - или, по крайней мере, Джули - подозрение, что утечка произошла из-за него.

-Меня только что вызвали к премьер-министру.

Йен выглядел расстроенным. — Кейт, это действительно не твое дело...

‘Он не раздавал золотые звезды, Иэн". Кейт наслаждалась ощущением, что находится на пределе своих возможностей, и чувствовала себя лучше, чем когда-либо за долгое время. В какой-то момент на обратном пути она поняла, что приняла решение уволиться со службы в поисках более спокойной жизни, когда все это закончится. От облегчения у нее закружилась голова. - Он санкционировал эту операцию.

Воцарилось ошеломленное молчание. - Чтоон сделал? - Спросила Джули.

- Он сказал, что секс-видео - подделка, и теперь он должен это доказать.

Йен был впереди остальных. У него была сверхчеловеческая способность вынюхивать политические последствия во всех вещах. - Он все равно скажет, что это подделка.

‘ Что ты имеешь в виду? - Спросила Сьюзи.

"Если мы привлекем Игоря, премьер-министр будет настаивать, чтобы видео изучили назначенные им эксперты, и они придут к выводу, что это подделка. Он выйдет оттуда похожим на жертву коварного заговора, а не на жалкого предателя, которым он вполне может быть.

Это было опрометчиво со стороны Йена, и Кейт заметила удивление в глазах Джули, в частности.

- Это ловушка, - сказала Сьюзи.

‘ Конечно, ’ сказал Йен. ‘ Но у нас все еще есть все козыри. У нас будет Игорь. У нас будет видео и доказательства платежей, которые он получал. Если Даунинг-стрит хочет играть с этим в игры, они выбрали не тех людей. Игра начинается. Он кивнул им с энтузиазмом школьника и зашагал прочь по коридору. Сьюзи последовала за ним. Джули и Кейт смотрели им вслед.

‘ Что на него нашло? - Спросила Джули.

‘ Я не знаю, ’ сказала Кейт. И это было правдой. Обращение Йена к их делу было, пожалуй, самым тревожным поворотом из всех.

27


Рейс "ЭЙР ФРАНС" плавно накренился и выровнялся, следуя по течению реки Мтквари на пути в Тбилиси, древнюю столицу Грузии, которая на протяжении стольких веков служила перекрестком между Востоком и Западом и воротами на Кавказ и в Центральную Азию.

К тому времени, когда они приземлились, небо окрасилось в насыщенный темно-красный цвет за старым русским самолетом "Туполев", силуэт которого вырисовывался на дальней стороне взлетно-посадочной полосы. Там был и более новый "Боинг-747", выкрашенный в белый цвет, с надписью "Cargo" на боку ярко-оранжевого цвета. Это было похоже на какой-то учебный рейс. Возможно, подумала Кейт, это было уместно в данных обстоятельствах, хотя Служба, конечно, не стала нанимать "Боинг" для вывоза перебежчика.

Старый советский терминал был отгорожен забором из колючей проволоки поперек перрона, поэтому их отвезли на автобусе к блестящим новым воротам в Джорджию, которые выглядели как пара сложенных блинчиков. В зоне ожидания багажа не было ничего, кроме рекламы казино, но иммиграция прошла безболезненно – страна, которая на самом деле приветствует посетителей, подумала Кейт, – и их багаж прибыл достаточно быстро, чтобы через несколько минут его поместили в машину, которую Сьюзи организовала из отеля.

Их водитель был крупным, дородным мужчиной, возможно, моложе, чем выглядел. Йен немедленно заговорил с ним на беглом грузинском, на что тот настоял отвечать по-английски, к явному раздражению Йена. Он разразился неудержимой тирадой о величии своей страны, ее дружелюбных людях, ее разнообразном ландшафте – ‘Приезжие говорят, что в Грузии есть все, зачем вам уезжать?’ – и о ее мужестве: "Мы очень, очень старая страна", - сказал он. ‘Мы защищаем наши земли от турецкого народа, иранского народа. Много раз. Много раз."

Они были упакованы в новый минивэн, но он настоял на том, чтобы попробовать водить его как Ferrari, поэтому Кейт попыталась отвлечь его, спросив, откуда он. ‘Кахетия", - сказал он. ‘Лучший винодельческий регион Грузии’. Оказалось, что он вырос и получил образование в последние дни существования старого Советского Союза и, как многие мужчины и женщины его поколения, испытывал смешанные чувства к своим бывшим российским повелителям. С одной стороны, его раздражало их продолжающееся вмешательство в грузинские дела, но с другой - он понимал ценность российских туристов и вел проигранную битву, пытаясь убедить своих детей выучить грузинский язык. ‘ Французский, немецкий, испанский, английский, конечно. Они предпочли бы изучать что угодно, только не русский.

После этого его уже было невозможно остановить. Он говорил о своей любви к регби, но в основном, казалось, хотел проклинать свое правительство – фактически, все правительства, – а также турок и иранцев. Когда они с ревом неслись к центру города, ему пришлось свернуть, чтобы не столкнуться с парой, переходившей дорогу. На женщине был никаб, что вызвало еще одно невнятное оскорбление. ‘Мне жаль", - сказал он. - Они мне просто не нравятся.

Они проносились мимо старого города Тбилиси, и Кейт смотрела на ярко раскрашенные дома с их поразительными внешними балконами, многие из которых, казалось, висели в воздухе. Это дало Йену шанс сыграть роль, которую он взял на себя в качестве заботливого и вдумчивого гида Сьюзи, держа ее за руку во время ‘ее первого крупного зарубежного задания’, как он выразился, хотя это было не так, и она не нуждалась в том, чтобы ее держали за руку. Берлин доказал это. ‘Они действительно представляют собой нечто особенное", - сказал он, указывая на особенно впечатляющий образец местной архитектуры. "У меня был дом недалеко отсюда с самым невероятным внутренним двором".

Как прозрачная и не особенно тонкая попытка заставить Джули ревновать, этот флирт был заведомо обречен на провал – ‘Он идиот", - прошептала она Кейт во время перелета из Парижа. "Я не могу представить, что я в нем нашла", – но Сьюзи, казалось, упивалась этим.

‘Тбилиси был разрушен персами в 1795 году, - сказал ей Йен, - поэтому он обратился за защитой к императорской России. Они отказались от всего, о чем договорились, но сделали это место, с которым нужно считаться, настоящим перекрестком между Востоком и Западом. Большинство старых домов, которые вы видите, по сути, представляют собой смесь культур и стилей.’ Ему понравилась эта тема. "Получаются удивительные внешние лестницы, которые буквально каскадом спускаются с холма, повторяя естественные контуры склона".

‘Тбилиси очень старый, очень красивый", - подхватил водитель, не желая уступать место гиду. Они мчались прочь от площади Свободы по проспекту Руставели. ‘Вот здание парламента. Герои, убитые в 1989 году".

‘ Так Грузия всегда была частью Российской империи? Сьюзи спросила Йена. Возможно, это было ее воображение, но у Кейт возникло ощущение, что она уже прекрасно знала ответ на этот вопрос. Если она играла с ним, он заглотил наживку.

‘Нет, она провозгласила независимость в конце Первой мировой войны, после того как царь ушел в отставку. Но это продолжалось всего около года, прежде чем Ленин приказал войскам вернуть его обратно. Вот почему это была одна из первых советских республик, провозгласившая независимость, когда началасьгласность".

- Я думал, грузины неплохо управлялись с Советской империей?

‘ Они это сделали, если не обращать внимания на депортации, массовые расстрелы и ссылки в гулаг. Сталин, конечно, тоже был их человеком, так что сейчас они испытывают к нему довольно смешанные чувства. Они повсюду сохраняли довольно сильное чувство национальной идентичности, так что, возможно, неудивительно, что они были одними из первых, кто захотел уйти ".

Они подъехали к отелю. Сьюзи забронировала его через Туристический отдел, и Кейт подумала, что, должно быть, большую часть своей жизни проводит на веб-сайте Mr & Mrs Smith, поскольку Rooms Hotel Tbilisi поразительно напоминал Das Stue в Берлине и представлял собой еще один образец сдержанной роскоши. В центральном вестибюле с обеих сторон стояли книжные шкафы от пола до потолка, хотя все книги, судя по всему, были на английском – знак направления, в котором находился отель, а возможно, и страна. Они шли по полированной красной и кремовой плитке, мимо изогнутого дивана из зеленого бархата и дерева и люстр эпохи возрождения, пока коридорный в красной шляпе и куртке с золотой кисточкой на плече не схватил маленькую сумку Кейт и не настоял на том, чтобы проводить ее в номер.

Она порылась в кармане и достала двадцать лари чаевых.

Это была большая комната с отдельно стоящей ванной с железными когтями, роскошными зелеными бархатными занавесками и яркими обоями черного и мандаринового цветов. Освещение было тусклым, атмосфера унылой. Это было удобное, даже роскошное помещение, и настолько явно предназначенное для пар в первом порыве страсти, что Кейт меньше всего на свете хотелось находиться там. Она с болью думала о ночи, проведенной с Сергеем в поезде, и ей было трудно выбросить из головы образ его искаженного лица.

Она умылась и спустилась вниз, чтобы подождать Джули в баре. Она заказала какой–то лавандовый коктейль - с джином и кокосовой стружкой – и уселась под огромной картиной, изображающей женщину, сидящую задом наперед на зебре. Это был такой отель.

Принесли коктейль Кейт, вскоре за ним последовала Джули. - Что это? - спросила она.

Кейт отпила глоток. - Слишком сладкий для тебя.

Джули махнула официанту. ‘ Джин с тоником, пожалуйста. "Хендрикс", если есть выбор. Когда он снова исчез, Джули огляделась. ‘ Рай для наркоманов, - сказала она. - Ты говорила с Михаилом?

Кейт достала телефон, проверила, не подключен ли Wi-Fi к системе отеля, затем отправила ему сигнальное сообщение. Мы на месте.

Она сразу же получила ответ. Хорошо. Сообщу вам, где встретиться завтра в 10 утра, будьте готовы.

Кейт ответила: Лучше бы мы определили место проведения.

Но Михаил был непреклонен: Нет, это наш задний двор. Сделай, как мы просим.

- Держу пари на сотню фунтов, что он трахнет ее в этой поездке, - сказала Джули.

- Он просто пытается заставить тебя ревновать.

Возможно, таково было его первоначальное намерение, но ему нравится внимание. Он не сможет устоять. Ты знаешь, каково это - волнение перед твоим первым большим зарубежным концертом. Она будет вся в нем, как сыпь".

- Он не настолько глуп.

- Он абсолютно такой, и ты, как никто другой, это знаешь.

Кейт подумала о том, чтобы поговорить со Сьюзи и предостеречь ее. Но на самом деле ей было немного жаль их обеих. Их одиночество было таким очевидным. - Ты бы расстроилась? - спросила она Джули.

- Ни в малейшей степени.

- Ты уверен в этом?

‘ Уверена на сто процентов. Каждый раз, когда я смотрю на него, мне становится немного не по себе от того, что произошло между нами. Не могу представить, о чем я думала. Она видела скептицизм на лице подруги. - Искренне, честно.

Кейт была поражена способностью своего коллеги избавиться от нежелательных эмоций. Неудивительно, что Йен был так потрясен этим.

Йен и Сьюзи приехали вместе. Возможно, он продолжал свой экскурс по истории Джорджии всю дорогу до ее комнаты. Сьюзи заказала столик в ресторане в нескольких минутах ходьбы от отеля, и, поскольку вечер все еще был теплым, они заняли столик сразу за увитой розами беседкой на террасе. Йен потребовал меню на грузинском, а не на английском, и сделал заказ на всех. Еда – нежная зеленая фасоль с мягкой ореховой пастой, свекольный кнель и слегка обжаренный кукурузный хлеб, грузинское фирменное блюдо, – была лучше, чем беседа. Йен продолжал свой урок истории, яростно жестикулируя в сторону мерцающих огней города под ними. Он прибыл в 1990 году, став первым человеком в Службе – "невероятная возможность для амбициозного молодого офицера" – и он подробно рассказал Сьюзи о той эпохе, начиная с отъезда Гамсахурдиа в Армению и Чечню и заканчивая долгим правлением Эдуарда Шеварднадзе, министра иностранных дел при Горбачеве, чьим Яном был неисправимый поклонник.

Но как раз в тот момент, когда мысли Кейт неумолимо вернулись к потрясенному лицу Сергея, Йен повернулся к ней. - Ты связывалась с нашим человеком? - спросил Я. Он огляделся вокруг, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает.

‘ Да. Он здесь.

- А что насчет его отца? - спросил я.

- Полагаю, что да, но я не спрашивал.

- Где мы собираемся встретиться?

- Он сказал, что назначит место встречи, но должен быть готов к переезду в десять утра.

‘ Нет. Я этого не потерплю. Мы назначим место встречи.

- Я пыталась настоять, но он сказал, что это его задний двор и они сами выберут место проведения.

‘ Тогда скажи ему другое. У нас есть рука-хлыст.

Кейт могла сказать, что Йен пытался покрасоваться перед Сьюзи, но она была не в настроении потакать ему. ‘Мы должны быть осторожны. Мы не знаем, каковы их планы, мы не знаем, с чем они имеют дело со своей стороны, и мы не знаем, с кем еще они разговаривали...

- Что вы имеете в виду?

‘ Если бы вы были на их месте, разве вы не забросили бы сеть шире, чем только мы? Если мы будем медлить, или увиливать, или каким-либо образом обманывать их, есть шанс, что они убегут и нажмут на рычаг где-нибудь в другом месте.

- Разве это не очень похоже на операцию, которая так неудачно провалилась в Берлине?

- Да, но у нас нет выбора.

‘Мы не те, кто пытается избежать пожизненного заключения в российской тюрьме или чего похуже. Я бы чувствовал себя намного комфортнее, если бы мы устанавливали параметры’. Йен покачал головой, чтобы подчеркнуть свое неодобрение. - Ты обсуждал это с Дэнни?

‘ Пока нет. Я собирался поговорить с ним, когда мы вернемся в отель. Дэнни и его команда остановились в отеле Marriott, всего в нескольких минутах ходьбы по проспекту Руставели. Они приехали через Стамбул ранее в тот же день.

‘ Хорошо. Джули пойдет с тобой. ’ Он указал на Кейт. - Я хочу, чтобы были задействованы обе группы наблюдения. Я буду играть на позиции квотербека. Йен закатал рукава. ‘ А как насчет самолета? Это было адресовано Сьюзи.

Он прибудет послезавтра. Мы сообщили властям Тбилиси, что подбираем съемочную группу. Мы подали заявку на прямой рейс в Лондон на восемь вечера, но мы можем это изменить. Мы можем отложить полет примерно на двадцать четыре часа, но после этого у нас начнутся проблемы с пилотом.

- Что ты сказал Саре? - спросил я.

Это было адресовано Джули, которой было поручено поддерживать связь с Сарой Кривен, начальницей тбилисского отделения SIS. Она задержалась с ответом ровно настолько, чтобы дать почувствовать свою дерзость. "Что нам нужно кого-то эвакуировать, и вполне возможно, что могут возникнуть проблемы, но мы не хотели информировать грузин и надеялись, что все пройдет гладко".

- Она догадалась?

‘ Я не знаю. Я ее не спрашивала. Кейт толкнула Джули локтем под столом.

‘ Михаил знает, что в самолете ограничено время? Йен спросил Кейт.

-Пока нет.

- Тебе следует сказать ему.

Кейт не нравилось получать прямые инструкции о том, каким было ее шоу от начала до конца. ‘Они торопятся попасть в Лондон. Я не думаю, что им нужно говорить, что мы тоже хотим покончить с этим".

Йен кивнул. "Мы в хорошей форме", - сказал он, затем заказал еще вина и пустился в долгий монолог о том, как грузины готовят его по-другому.


Кейт приняла еще одну двойную дозу зопиклона, когда вернулась в свой номер в отеле, и быстро разделась. Она спрашивала себя, когда в следующий раз осмелится попытаться заснуть без химической помощи, но знала, что сейчас не время и не место.

Не прошло и пяти минут, как она опустила голову, как в коридоре вспыхнул спор. Она услышала голос Джули и вскочила с кровати, чтобы вмешаться.

Джулия стояла в дверях своей комнаты, прислонившись к косяку в черной прозрачной ночной рубашке. Йен стоял перед ней, все еще полностью одетый, наполовину проситель, наполовину слон в посудной лавке. ‘ Йен! - Йен! - крикнула Джули.

Он уже был в дверях. - Я просто хочу поговорить, - взмолился он.

‘ Привет, ’ сказала Кейт. ‘ Да ладно тебе ... Это было похоже на ее подругу - открывать дверь, не потрудившись надеть халат, просто чтобы спровоцировать его. Она почувствовала вспышку негодования из-за того, что ей приходится быть взрослой в этом уравнении.

‘ Я ему сто раз говорила, - сказала Джули. - Он просто не слушает.

- Мы обязаны поговорить друг с другом, - сказал Йен, полностью игнорируя Кейт.

Но Джули не сводила глаз со своей подруги. - Ты ему скажи!

‘ Говорите потише, вы оба, - сказала Кейт. — Сейчас не время и не место...

- Зачем она так открывает дверь, если не для того, чтобы подчеркнуть свою правоту?

‘Йен, ’ позвала Кейт. "Ни одна женщина не обязана одеваться так или иначе, когда вы стучите в ее дверь посреди ночи".

- Сейчас только начало одиннадцатого.

- Иди в свою комнату.

— После всего, что произошло между нами, просто странно, что она не согласится сесть и все обсудить в течение нескольких...

‘ Что ты имеешь в виду под “всем, что произошло между нами”? - Спросила Джули. - Ты имеешь в виду секс, обычно в миссионерской позе, которая, кажется, простирается настолько далеко, насколько может простираться твое воображение.

- Ради бога...

‘ Прекрати, Джули. Теперь в голосе Кейт звучала сталь. - Я серьезно.

- Вернувшись из этой поездки, я сразу пойду в отдел кадров. Я сто раз говорила ему, что больше никогда не желаю с ним об этом говорить. Я не знаю, какая часть его крошечного мозга не может уловить...

‘ Ты думаешь, мне не наплевать, если ты подашь на меня в суд? Можешь также прислать копию своей жалобы по почте на Кинг-Чарльз-стрит и Даунинг-стрит, мне все равно! Все, о чем я прошу, - это немного уважения. Нравится тебе это или нет, но мы состоим в отношениях больше года и...

- Это был просто гребаный секс, Йен, и притом паршивый.

Йен выглядел так, словно вот-вот взорвется. Или заплачет. Или и то, и другое. Но их спасло появление Сьюзи. Она небрежно смыла макияж, и на щеках у нее были пятна туши. - Все в порядке? - спросила она.

Последовало короткое молчание, прежде чем Йен молниеносно взял себя в руки. Возможно, дело было в потенциальной потере профессионального уважения со стороны новичка или в том, что он уже определил ее как свою следующую жертву, но ему удалось очень быстро переломить ситуацию. ‘Все в порядке. Все еще обсуждаем, кто назначит место встречи завтра. Мне было неловко из-за того, как мы все оставили, как ты знаешь, но … Я вижу, у нас нет выбора. Спокойной ночи.

Он пошел прочь по коридору. Сьюзи отступила в противоположном направлении. - Он шлюха, и она может быть с ним, - прошипела Джули так, чтобы они оба могли слышать, прежде чем без церемоний закрыть дверь.

28


КЕЙТ И ДЖУЛИ сидели на плюшевом бархатном диване в приемной отеля. - Ты нервничаешь? - спросил я. - Спросила ее Джули.

‘ Немного. ’ И она тоже. Но с другой стороны, когда ставки были выше?

Сообщение от Михаила пришло очень вовремя. Кейт показала его Джули, и они вышли из отеля. ‘Мост мира’, - тихо сказала она в микрофон на лацкане. - Мы пойдем пешком.

‘ Поймай такси, ’ рявкнул Йен. Но она проигнорировала его. Пешком она лучше разбиралась в вещах. Она предложила Джули немного жевательной резинки, и они легко зашагали по проспекту Руставели, мимо уличных музыкантов и попрошаек, ресторанов, открытых прямо на улицу, и рыночных прилавков, торгующих довольно изысканными туристическими сувенирами. Они спустились в подземный переход под площадью Свободы, где Джули с улыбкой указала на магазин, торгующий пистолетами, и вышли на углу старого города.

Джули отвечала за освоение топографии, поэтому Кейт позволила ей вести себя вниз, к реке. Трудно было не впечатлиться разрушающимся великолепием многовекового города, о котором Йен с таким энтузиазмом читал Сьюзи лекцию. Этот район был подобен микрокосму страны, где очаги изысканности, стиля и богатства соседствовали со свидетельствами запущенности и упадка советских лет. Крашеные балконы старых домов с изящными мавританскими решетками или арками в стиле османского ига соседствовали с крошащимися кирпичами и уродливыми русскими железными лестницами.

Начался дождь, и, добравшись до неуместного Моста мира из стекла и металла, они укрылись под вьющейся лозой на улице, полной бутик-отелей, магазинов и ресторанов, ориентированных на постоянно растущую туристическую торговлю Тбилиси. Джули закурила сигарету и поделилась ею с Кейт. Им не нужно было сообщать своим наблюдателям, где они находятся, или что ожидание затягивается. У Кейт зазвонил телефон. Она взглянула на него. Идите прочь по улице Эрекле II. Продолжайте идти. Она показала сообщение Джули, которая кивнула. ‘ Тебе нужно посмотреть? - Спросила Кейт. Джули покачала головой.

Они снова двинулись в путь, пройдя через автостоянку, затем под ряд кипарисов, миновав участок старой городской стены. Это было сердце туристического старого города с недавно выкрашенными домами и столиками в ресторанах, укрытыми растениями, свисающими с тенистых террас. Они миновали церковь и оказались на площади со знаменитой тбилисской часовой башней. Телефон Кейт снова запиликал: Спустись к реке, возьми такси до Сухого моста.

Кейт позвонила ему по сигналу. Он ответил немедленно. "Я больше не буду этого делать", - сказала она.

‘ Грузины следили за мной здесь, в Тбилиси. Я должен убедиться, что они не следят за тобой.

Кейт закончила разговор. ‘ Переезжаем на Сухой мост, ’ тихо сказала она. Джули все еще проверяла это на своем телефоне, пока Кейт передавала инструкцию водителю такси на набережной. Казалось, он понял.

Поездка была недолгой, и такси высадило их в помещении, похожем на блошиный рынок, раскинувшемся вдоль берега реки. Кейт и Джули рассматривали прилавки в лучах утреннего солнца. Казалось, что каждый житель столицы собрал все барахло, которое когда-либо было у них, чтобы продать туристам. Там был киоск, предлагающий вилки, переходники и всевозможные электрические принадлежности, в другом продавались старые инструменты. У старика на длинном столе был разложен огромный выбор ножей, а женщина рядом с ним в отделе шириной десять-пятнадцать футов торговала старинной посудой. Позади них обоих стояла старая "Лада", настолько заваленная мусором, что в нее не могла протиснуться даже кошка.

Кейт и Джули продолжили идти. Они наткнулись на старика, продававшего постеры советских фильмов, другой предлагал медали и советские значки. Джули задержалась у постеров. - Мне это нравится, - сказала она.

Взревела новая черная полноприводная Toyota Land Cruiser. Михаил сидел на пассажирском сиденье. ‘ Садись, - сказал он. ‘ Вы оба. ’ Они сделали, как им было сказано. Он наклонился к нему. ‘ Выключите свои рюкзаки, - сказал он. ‘ Они отключаются, кто бы их ни слушал. Мы знаем, где вы находитесь, и свяжемся с вами, когда будем готовы к отъезду.

- Мы не можем отключиться от сети, - сказала Кейт.

‘ Это было не предложение. Приказ моего отца. Я думаю, вы согласитесь, что он знает эту часть мира лучше, чем кто-либо из вас когда-либо узнает.

- Не соглашайтесь отключаться от сети, - проинструктировал их Йен в наушниках.

- Сейчас, - сказал Михаил.

Кейт взглянула на Джули. Она кивнула, и они обе выключили свои рюкзаки. ‘ И ваши телефоны. Они достали их и выключили. Михаил удовлетворенно кивнул, и Кейт не смогла подавить минутного удовольствия при мысли о реакции Йена. - Куда мы идем? - спросила она Михаила.

‘ Из города. Мой отец пересечет границу сегодня вечером. У нас дом неподалеку. Ты встретишься с ним. Утром мы отправимся в аэропорт.

- Как далеко от города?

- Недалеко.

Михаил кивнул водителю, и тот снова тронулся с места. Они погрузились в молчание, проходя мимо неопровержимых доказательств того, что этот древний город не избежал разграбления планировщиков брежневской эпохи, с бетонными домами, квартал за кварталом, оживленными лишь случайными всплесками цвета.

Если Советскому Союзу удалось лишь сделать каждого своего гражданина бедным, то независимость явно сделала богатым крошечное число грузин. Они миновали гараж Porsche и гараж Jaguar Land Rover, а также шикарно выглядящий торговый центр с французским супермаркетом Carrefour, рекламирующим свои товары гигантской вывеской на крыше, но общее впечатление производила бедность и запустение.

В конце концов жилые кварталы иссякли, их сменили ветхие одноэтажные жилища, а затем они и вовсе покинули город, следуя по пенящимся водам реки Терек. ‘ Как далеко мы едем? - Спросила Кейт.

‘ Несколько часов. Возможно, три. Это зависит.

- Куда мы направляемся? - спросил я.

‘ Расслабься. ’ Он повернулся и улыбнулся ей. - Ты когда-нибудь была на Кавказе?

- Мы здесь не для того, чтобы любоваться достопримечательностями.

‘ Я же сказал тебе, это наши земли. Здесь мы в большей безопасности.

Но более безопасная перспектива казалась отдаленной. Они ехали по Военно-грузинскому шоссе, длинной однопутной дороге, которая позволяла русским доминировать в этой южной республике в течение двух столетий. Она была полна выбоин и забита грузовиками, каждый из которых продвигался по ледниковой дороге, так что водитель чувствовал себя вынужденным рисковать жизнью на каждом повороте длинной и извилистой дороги.

К тому времени, когда они добрались до перевала Джвари, погода испортилась, и из-за проливного дождя видимость сократилась всего до сорока-пятидесяти ярдов. Это не удерживало водителя от произвольного превышения скорости, поэтому ему часто приходилось нырять назад, чтобы избежать столкновения с грузовиком, едущим в другую сторону, имея в запасе всего несколько дюймов. ‘ Он всегда так водит? - Пробормотала Кейт, но Михаил не ответил, как и Джули, которая смотрела в окно.

Они миновали горнолыжный курорт Гудаури, который выглядел как унылая строительная площадка, теряющаяся в тумане, а затем фреску российско-грузинской дружбы на самой высокой точке тропы, которая была сделана в 1983 году в честь долгих отношений между двумя странами и с тех пор игнорируется всеми грузинами.

Они снова начали снижаться, и прошло совсем немного времени, прежде чем они прорвались сквозь плотное облако в широкую, покрытую растительностью долину. Это был пейзаж, который так вдохновлял русских писателей от Лермонтова и Толстого до Пушкина и Горького: богатые зеленые долины, соединяющие скалистые горы, которые тянутся к впечатляющему кобальтовому небу.

Солнечные лучи отражались от близлежащего водохранилища, придавая пейзажу еще большую величественность. Кейт и Джули молча смотрели в окно всю дорогу до деревни Казбеги, или Степанцминда, как ее переименовали, которая напоминала современный Клондайк, где добывают новую золотую лихорадку, то есть международный туризм.

Они свернули с главной дороги, миновали гостевые дома, кафе и лачуги с жестяными крышами, окруженные огородами, и с ревом понеслись вверх по холму к длинному деревянному зданию, которое, казалось, было недавно отреставрировано. ‘ Регистрируйтесь здесь, ’ сказал Михаил, когда они остановились у входа. ‘ Я заеду за вами позже. Не включайте телефоны. Я найду тебя".

Кейт и Джули вышли из машины и направились в одно из самых странных мест, которые Кейт когда-либо видела. Оказалось, что это заведение-побратим тбилисского отеля, в котором они останавливались, бывшего объекта "Интурист", который подвергся драматической переделке, превратив его в своего рода дом в Сохо на Кавказе. Только плакат "Интуриста" у лифта – Добро пожаловать в Советский Союз – сохранил свое прошлое, поскольку интерьер представлял собой открытое, стильное пространство из дерева и кожи вплоть до бара в дальнем конце зала. Большие латунные бинокли на подставках у окон от пола до потолка давали гостям возможность полюбоваться чудесами горы Казбеги, которая высоко возвышалась над окрестностями на дальней стороне долины.

Кейт и Джули согласились поселиться в одном номере, но сразу же отправились заказывать кофе на широкую деревянную террасу перед отелем. Некоторое время они сидели в тишине, наблюдая за посетителями, которые, казалось, представляли радужную коалицию разных национальностей, от светловолосой норвежской семьи, сидевшей рядом с ними, до большой группы китайских туристов и двух иранских женщин в никабах. Если Грузия всегда была плавильным котлом, то, похоже, она была полна решимости превратить это наследие в максимально широкий поток посетителей и туристических долларов.

‘ Не слишком ли рано для коктейлей? - Спросила Джули.

-Да.

Они заказали диетическую колу и сели, греясь на солнышке. Свежий ветер разогнал последние остатки облаков, открыв взору вершину горы Казбеги, легендарного сердца Кавказа, к склонам которого якобы был прикован Прометей.

Троицкая церковь Гергети, расположенная на вершине холма прямо напротив, была залита солнечным светом, а пейзаж представлял собой буйство ярко-зеленых лугов. "Возможно, это самое красивое место, в котором я когда-либо была", - сказала Джули.

‘Это внушает благоговейный трепет", - согласилась Кейт. Они заказали еду, которую принесли незамедлительно. - Тебе не следует провоцировать Йена, - сказала она.

- Ты не моя мать. - Джули уплетала огромный кусок традиционного грузинского сырного хлеба с таким видом, словно это была ее последняя трапеза на земле.

- Нет, но я твой босс.

- Я не просила его приходить ко мне в комнату посреди ночи.

- И тебе определенно не следовало открывать дверь в прозрачной ночнушке.

- Если он собирается трахнуть Сьюзи, я могу напомнить ему, чего он лишается.

- Я думал, тебе все равно.

-Я не знаю.

- Ну, ты говоришь так, как будто знаешь.

‘ Нет, я просто придираюсь. Учитывая, какой он придурок, я имею право наказать его.

- Это ниже твоего достоинства.

‘ Это совсем не так, и ты это знаешь. Кроме того, разве ты не был бы рад возможности ткнуть в это носом Стюарта?

Кейт задумалась над этим. Сложность эмоционального ландшафта Джули была слишком сложной задачей для простодушного школьника Йена, хотя, возможно, именно поэтому он так сильно влюбился в нее. Она могла быть довольно жестокой, когда хотела, и Кейт стало интересно, понимает ли Дэнни, во что ввязывается.

Она смотрела, как Джули доедает сырный хлеб. - Мне нужен пудинг, - сказала она.

Она заказала советский торт, а Кейт откинулась на спинку стула, уставилась на гору и подумала о том, что ее подруга только что сказала о Стюарте. Из–за некоторого расстояния - географического и с течением времени – она начала сожалеть о своем недавнем обязательстве перед Стюартом и детьми. Она ни в коем случае не была уверена, что хочет попробовать свой брак еще раз или сможет это сделать. Она подумала о детской капризности Йена прошлой ночью, о жалобном коктейле из уязвленного эго и уязвленной гордости. Почему так много мужчин, казалось, не достигли эмоциональной зрелости маленьких мальчиков? Были ли они просто избалованы, изнежены, подавлены?

Ей стало интересно, не то же ли самое она делает со своим собственным сыном. Это было трудно представить, поскольку он редко подпускал ее достаточно близко, чтобы любить, не говоря уже о том, чтобы задушить его.

Принесли советский торт. Это был серый бисквит из сгущенного молока, такой сладкий, что Кейт чуть не подавилась. - Как ты вообще можешь это есть?

‘ Очень вкусно. Джули проглотила это.

После этого Кейт откинулась на спинку стула, подставив лицо солнцу. Официант велел ей убрать ноги со стола, который не обращал внимания на шумных грузинских ребят поблизости, громко игравших музыку из портативного динамика. - Дик, - сказала Джулия, когда он уходил.

Джули уставилась на детей рядом с ними с растущим раздражением. Они выглядели так, словно были под кайфом и смущенно танцевали вокруг стола. Кейт прикинула в уме, как долго продержится ее подруга, и угадала примерно через три минуты.

Джули подошла к ним. - Вы не хотите это выключить?

Они были поражены столь резким вызовом и немедленно подчинились, кроткие, как ягнята. Джули производила устрашающее впечатление.

Кейт загорала около часа. Джулии стало скучно, и она отправилась в город. Кейт позаимствовала в отеле купальный костюм и немного поплавала в бассейне на цокольном этаже. В нем были окна от пола до потолка, как будто дизайнер отеля был полон решимости ни в коем случае не лишать вас волшебства этого вида.

Они встретились выпить перед ужином, и Кейт настояла, чтобы они ограничились диетической колой. После ужина они вернулись на улицу и завернулись в пледы, оставленные специально для этой цели. Они смотрели на звездное ночное небо, на величественную снежную вершину горы Казбеги, даже светящуюся в кристально чистом воздухе.

Они оба задремали, когда Михаил осторожно встряхнул их, разбудив. ‘ Простите, спящие красавицы, ’ тихо прошептал он. - Пора идти.

29


НАСКОЛЬКО могла судить Кейт, позади них никого не было. Но водитель промчался через деревню Степанцминда, как будто все российское разведывательное сообщество преследовало его по горячим следам.

Они с ревом поднялись на холм мимо церкви Троицы в Гергети и углубились в долину позади.

Здесь был только один дом, горящий огнями высоко над Гергети, с подветренной стороны горы Казбеги. Они проехали через защитные ворота, которые казались совершенно неуместными в глуши, а затем Михаил повел их вверх по лестнице на террасу наверху.

Дом был оформлен в том же стиле, что и отель напротив – храм из дуба, меха и стекла - с ревущим огнем в гигантском приподнятом очаге. Женщина в черной юбке и белой рубашке поспешила вперед, чтобы предложить им выпить на беглом английском. Они оба отказались. Михаил погрел зад у огня. - Как прошел твой день? - спросил он Кейт.

‘ Приятное. Неплохое местечко.

- Мы часто приезжали сюда, когда я был ребенком.

- Когда вы построили этот дом?

-Шесть лет назад.

Они погрузились в молчание. Михаил выглядел нехарактерно взволнованным. Кейт вышла на деревянную веранду и оглянулась на заднюю часть церкви Троицы в Гергети. Рядом с ней появилась Джули и предложила сигарету. Кейт не смогла удержаться. - Я определенно сдамся, когда мы вернемся.

-Я тоже.

‘ Миссис Хендерсон. Кейт резко обернулась и увидела мужчину-быка, шагающего к ней через гостиную. На нем были синие джинсы, ковбойские сапоги и потертая кожаная куртка. Он выглядел как более жесткий и толстый Джордж У. Буш, его волосы поседели на висках. Он излучал целеустремленность, уверенность, как часто делали люди в его положении. "Спасибо, что проделали весь этот путь".

Игорь Бородин так долго был такой далекой и легендарной фигурой в темном мире шпионажа, что Кейт на мгновение потеряла дар речи. Ярко-голубые глаза изучали ее с едва скрываемым любопытством. - Тебе нужно выпить, - сказал он.

-Нет, спасибо.

‘ Это было не предложение. Он подошел к столу, налил четыре рюмки водки и принес их на подносе. Все послушно подняли тосты и выпили. ‘ Добро пожаловать на землю моих предков, ’ сказал он. Он вернулся к огню. ‘ Садись, - сказал он. Это тоже не было предложением. - Что произошло в Лондоне? - спросил я. - спросил он. Это было адресовано Кейт. Когда она не ответила сразу, он поставил ногу в ботинке на диван рядом с собой и оперся на колено. "Мы способны читать новости".

‘ Министр иностранных дел санкционировал эту операцию. Потом кто-то слил информацию.

-Кто?-спросиля

- Мы пока не знаем.

-А потом?

- Премьер-министр лично санкционировал проведение этого мероприятия.

Игоря, казалось, это удивило. Он плюхнулся на диван, поставил ботинок на длинный дубовый кофейный столик и уставился в огонь. - Почему?

- Он найдет способ взять под контроль аутентификацию видео и убедится, что оно признано подделкой.

- И что это значит для меня и моего сына?

‘ Ничего. В любом случае, твое дезертирство - огромная удача для SIS, так что ты будешь в безопасности. Никто из нас не может быть по-настоящему уверен, как в конце концов разыграется политическая ситуация, но для вас это не будет иметь никакого значения".

"Если это будет объявлено подделкой, давление с требованием отправить нас туда, откуда мы пришли, будет непреодолимым".

Кейт покачала головой. Иногда даже самые искушенные оппоненты имели обыкновение недооценивать строгости западной демократической системы, в которой никакой политике не разрешалось брать верх над законом. ‘ У тебя будут самые дорогие адвокаты, каких только можно купить за деньги, а это уже о чем-то говорит, и наши суды никогда не отправят тебя обратно в Москву. Она взглянула на Михаила. - Ты же знаешь это.

"Утечка ставит под угрозу работу".

‘ Странно, но это ставит премьер-министра в положение, когда он вынужден смириться с вашим уходом. Игорь повернулся к ней. ‘ Вы поступили очень глупо, разыскав своего друга Сергея Малинского. У ГРУ есть свои шпионы в Лондоне. Они знали, что вы приедете.

- Кто их шпионы?

- Если бы я знал секреты ГРУ, я бы здесь не сидел.

- Откуда ты знаешь, что я приехала встретиться с Сергеем?

-Все в Москве знают об этом.

-Почему они не убили и меня тоже?

‘ Потому что мы защищали тебя достаточно долго, чтобы вывезти из страны. Он одарил ее ледяной улыбкой. ‘ Ты наш пропуск на Запад. Мы просто не ожидали, что ты совершишь такую глупость.

Кейт избегала взгляда Джулии. Она встала и осторожно поставила бокал на стол. ‘ Самолет будет готов к вылету завтра в пять часов вечера. Я думаю, нам следует вылететь отсюда утром, чтобы быть готовыми на случай, если он прибудет раньше. У нас есть охраняемая комната в аэропорту.

Игорь кивнул. Теперь, когда она задумалась об этом, он обладал теплотой рептилии. - Михаил покажет вам ваши комнаты, - сказал он.

Михаил так и сделал и пожелал им спокойной ночи. Кейт не успела сесть на кровать, как в дверь ворвалась Джули. - Когда ты собиралась рассказать мне о Сергее?

Кейт приложила пальцы к губам, показывая, что есть все шансы, что комната прослушивается, но Джули только недоверчиво покачала головой. - Ты думаешь, это имеет значение?

- Я не сказал тебе, потому что это было бы бесполезно.

Джули была искренне взбешена. - Что случилось?

‘ Я же тебе говорила. Я поехала с ним на поезде в Москву.

- Да, но вы опустили не слишком важную часть истории.

Примерно в середине ночи я пошел в туалет. Когда я вернулся, он был мертв. Они перерезали ему горло. Особых следов борьбы не было, так что я думаю, что это был кто-то, кого он знал.

- Ты думаешь... - Джули указала на Игоря.

‘ Я не знаю. ’ Кейт села на кровать, усталость переполняла ее. ‘ Вот почему я позвонила Стюарту. Мне нужно было выбраться оттуда. Но я понятия не имею, кто убил Сергея и почему они пощадили меня и позволили сбежать.

‘ Может, все было так, как он сказал. Они защищали тебя.

‘ Кто знает? Возможно, они заметили мое приближение, как, очевидно, заметили в Андросе и Берлине. Я повторял это тысячу раз. Я просмотрел файлы. Сьюзи не ошибается: вопросов без ответов множество. Но такова природа нашего бизнеса. То, чего мы не понимаем, всегда будет важнее того, что мы делаем. Есть много вещей, которые мы не можем увидеть и, возможно, никогда не узнаем. Итак, я решил сосредоточиться только на основных моментах, стоящих перед нами.

Она встала. ‘ Это предложение о дезертирстве не имеет себе равных. Зачем Игорю понадобилось ехать на Запад, если история, которую он рассказывает, реальна, а его предложение о сотрудничестве - подлинное? Я видел видео. Они обещали предоставить доказательства многочисленных платежей. У нас нет выбора, кроме как продолжать".

– Что вы имеете в виду - они видели, как вы приближались?

Кейт покачала головой. ‘ Я не знаю, был ли Стюарт Вайпером или нет, а если был, то остался ли кто-то покрупнее и важнее. По дороге в Санкт-Петербург он поклялся мне, что никогда не разглашал никаких важных оперативных подробностей о моей работе.

-И вы ему поверили?

Кейт подошла к окну, раздвинула шторы и посмотрела на заснеженную вершину горы Казбеги. ‘ Я не знаю. Я хотел этого.

- Но он лгал тебе и изменял тебе раньше.

- Верно, но он отчаянно нуждается в примирении.

- Он так говорит.

‘ Он плохой актер. Кейт снова повернулась к подруге. ‘ Возможно, они просто нашли способ отслеживать мои передвижения, который мне еще предстоит отработать. Я не знаю. Возможно, мы никогда этого не узнаем. Если вы спрашиваете меня, я подозреваю, что Игорь или кто-то из его людей были предупреждены о моем присутствии в России, возможно, кем-то на границе, и решили устранить Сергея, чтобы он не подорвал их историю или каким-либо образом не испортил их план дезертировать. Все остальное не имеет для меня смысла.

Итак, я всегда возвращаюсь к одному и тому же. Я думаю, что это предложение перейти к нам настоящее. Видео выглядело правдоподобно. Политика того, что произойдет после этого, может оказаться очень сложной, и, как я чувствую, я, возможно, не захочу быть свидетелем этого. Но это битва для другого дня ".

- Что вы имеете в виду, говоря, что вас, возможно, не будет поблизости, чтобы стать свидетелем этого?

- Мне нужно поспать.

- Если ты уходишь в отставку, то и я тоже.

Кейт уже потянулась к сумочке за зопиклоном. Джули поняла намек и отошла.


Возможно, дело было в чистоте горного воздуха, но Кейт проспала примерно до восьми утра следующего дня. Игоря и Михаила нигде не было видно, поэтому она налила себе кофе и круассан из роскошного завтрака, накрытого на обеденном столе, и съела их на террасе. После этого она вышла через боковую калитку и направилась к церкви Троицы Гергети, которая даже в это утреннее время была переполнена туристами, монахи суетились вокруг полуодетых женщин, требуя, чтобы они прикрыли ноги и головы.

К тому времени, когда она вернулась, Игорь и Михаил стояли у внедорожника с женой Михаила и маленьким сыном. Еще один как раз подъезжал к нему. - Нам нужно идти, - сказал Михаил.

- К чему такая спешка?

Но он отмахнулся от необходимости отвечать. Джули вышла, все еще доедая круассан, и они сели на заднее сиденье второго внедорожника. ‘ Что происходит? - Спросила Джули у Кейт, когда за ними закрылись двери. Кейт пожала плечами.

Они выехали задним ходом на гравийную дорожку за воротами, затем последовали примеру Игоря и Михаила, направляясь ко дну долины. Погода улучшилась, но обратный путь был не менее ужасающим. Однако довольно скоро они вернулись в русло реки Терек, которая текла вниз по направлению к столице, и впечатляющий горный пейзаж сменился полуразрушенными домами, спрятанными за ясенями, тополями и другими деревьями, которые росли вдоль большей части дороги. Было сразу после полудня, когда они проехали через центр города и вскоре после этого подъехали к старому зданию аэровокзала советской эпохи, которое служило зоной ожидания частных рейсов. Йен и Сьюзи уже были там, и улыбка первого при виде поимки этой огромной рыбы-разведчика и похвала, на которую он, без сомнения, претендовал бы, сами по себе могли привести самолет в движение.

После того, как все были представлены друг другу, Игорь удалился со своей семьей в дальний конец комнаты, демонстративно показывая, что у него нет желания вести светскую беседу.

Йен подошел к Кейт. ‘ Я же говорил тебе не отключаться. Она не потрудилась ответить, да ей и не нужно было, его возбуждение пересиливало любой соблазн для дальнейших взаимных обвинений. ‘Это похоже на сон", - сказал он. - Какие-нибудь признаки проблем?

-Пока нет.

- У тебя на хвосте кто-нибудь есть?

- Сегодня утром он хотел переехать раньше, чем мы ожидали, но я бы не придавал этому большого значения.

‘ Превосходно. Он посмотрел на свой ценный улов. ‘Какая кровавая удача", - тихо сказал он себе, едва скрывая нотку самовосхваления. ‘ Самолет прилетает рано, ’ сказал он. - Будет здесь с минуты на минуту.

Так оно и было, приземлившись вдалеке и остановившись в пятидесяти ярдах от входа в терминал. Охраны, конечно, не было, единственное столкновение с официозом - ручной таможенник, которого Сара Кривен привела проверить их паспорта, включая фальшивые, которыми снабдили Игоря и его семью.

Кейт посплетничала с Сарой, с которой некоторое время работала в Лахоре, а потом все они направились к самолету. Они поднялись на борт, Йен опустился на потертое кожаное сиденье рядом с ней. Он огляделся по сторонам. ‘ Только лучшие сотрудники Секретной службы Ее Величества, ’ пробормотал он, затем выглянул в окно, чтобы убедиться, что никто не спешит им помешать. - Как чертовы часы, - повторил он.

У Кейт зазвонил телефон. Это было сообщение в WhatsApp от Фионы. Она с улыбкой открыла его и обнаружила видео своей дочери. Она надела наушники, подключила их к телефону и нажала кнопку воспроизведения. Фиона была привязана к стулу вместе со своим братом на каком-то складе, оба были раздеты до нижнего белья. Они выглядели перепуганными.

‘ Мама, ’ сказала Фиона, плача. ‘ Они похитили нас, завязали нам глаза, увезли куда-то за много миль отсюда ... - Фиона нервно отвела взгляд от камеры. ‘ Они говорят, что знают, что ты делаешь, и если самолет взлетит с истребителем ... - еще один испуганный взгляд. - ... с перебежчиками на борту, тогда они обезглавят нас обоих. Пожалуйста, мама... Они с Гасом заплакали. "Они отпустят нас, если ты оставишь перебежчиков там, в Джорджии..."

Экран потемнел.

30


МИНУТУ СПУСТЯКейт стояла напротив Йена на летном поле, послеполуденный ветерок трепал ее волосы. Двигатели уже работали, так что им пришлось отойти от трапа, чтобы иметь возможность поговорить. Иен покачал головой. - Мы не можем, - сказал он.

Паника в груди Кейт была такой сильной, что ей показалось, будто у нее вот-вот случится сердечный приступ. Йен остановил тираду, подняв руку. ‘Мы найдем их", - сказал он. "Мы бросим на это все силы, но эта операция - вопрос национальной безопасности".

- У них мои дети! - закричала она.

- И мы не остановимся ни перед чем, чтобы выследить их.

Она указала на самолет. - Мы должны оставить их здесь.

—Кейт...

‘ Ради Бога, Иэн. Операция сорвана. Кто-то сообщил Москве, когда, где и как мы намеревались их извлечь. Они угрожают убить..."

И мы остановим их прежде, чем у них появится шанс даже подумать об этом, но у нас нет абсолютно никаких указаний на то, что ваши дети будут в большей безопасности, если мы откажемся от этой операции. На самом деле, может быть верно обратное. Мы немедленно потеряем все рычаги воздействия".

- Мы должны оставить их!

‘Кейт, просто подумай об этом минутку. Если мы уйдем без них, у кого бы ни были ваши дети, у того не будет никакого стимула сохранять им жизнь.

- Я звоню сэру Алану.

‘Нет! Не делай этого. Я здесь отвечаю за операцию и категорически запрещаю...

Она отошла от него.

‘ Кейт! Я тебя предупреждаю!

Она нашла номер сэра Алана и набрала номер. Йен попытался отобрать у нее телефон, но она ткнулась плечом ему в грудь. - Ради бога! - завопил он.

Ответил сэр Алан. - Я исхожу из предположения, что это вопрос жизни и смерти.

- У них Фиона и Гас. Они только что прислали мне видео, на котором они оба раздеты до нижнего белья и привязаны к стульям в помещении, похожем на склад. Фиона говорит, что им отрубят головы, если мы взлетим с Игорем и Михаилом на борту.

Сэр Алан на мгновение замолчал. ‘Есть ли какая-либо вероятность, что видео, которое они вам прислали, было подделано? Вы пытались связаться с кем-нибудь из них?

Кейт даже не рассматривала такую возможность. У нее екнуло сердце. — Нет, я...

- Ты рассказала Йену? - спросила я.

‘ Да, он здесь. Он пытается настоять на продолжении операции.

‘ Подтвердите, что ваши дети пропали. Если это так, вам придется отменить операцию. Скажите Игорю и Михаилу, что мы вернемся за ними. Я позвоню в оперативный центр и нажму кнопку экстренного вызова.

Он повесил трубку. Поступил еще один звонок, на этот раз из школы Фионы и Гаса. ‘ Здравствуйте, миссис Хендерсон. Я надеюсь, что все в порядке. Мы просто проверяем, почему Фиона и Гас оба отсутствовали сегодня в школе.

Кейт не стала ждать, что еще она скажет. Она позвонила Роуз. Ее телефон сразу переключился на службу сообщений. Она позвонила в Финансовый отдел.

-Селин Джонс, - представилась женщина.

‘ Селин, это Кейт Хендерсон из российского отдела. Роуз там?

‘ Нет, миссис Хендерсон, это не она. Вообще-то я собирался позвонить вам, потому что знаю, что на этой неделе она гостила у вас. Сегодня она не вышла на работу, и ее мобильный телефон переключается сразу на автоответчик. Я хотел узнать, все ли в порядке.

Кейт закончила разговор. Она обернулась и увидела Игоря Бородина, шагающего к ней. Йен попытался прервать его продвижение, но Игорь отмахнулся от него, как от досадной помехи. - Что происходит, миссис Хендерсон?

- Они забрали моих детей. Они угрожают обезглавить их, если мы взлетим с тобой на борту.

‘ Мои бывшие коллеги, вероятно, передали эту работу сербским или албанским гангстерам по субподряду. Как только в Москве узнают, что им удалось предотвратить это дезертирство, гангстеры заметут свои следы. Единственный шанс, который есть у ваших детей, - это взять нас с вами в этот самолет.

-Мы сразу же вернемся за тобой.

Он пристально посмотрел на нее. Впервые она подумала, что то, что она увидела в этих глазах, было страхом. ‘Если самолет взлетит без нас, ’ сказал он, - нам конец. И вашим детям тоже".

- Я сказал ей то же самое, - сказал Йен, но Игорь Бородин продолжал игнорировать его, его взгляд был прикован к Кейт.

‘ Я поговорила с шефом, - сказала она, обращаясь скорее к Яну, чем к Игорю. - У меня есть полномочия принимать решение. Я не могу улететь с тобой на борту. Если вы сможете подождать здесь, в Тбилиси, или недалеко от границы, я даю вам слово, что мы вернемся за вами, как только я буду уверен, что мои дети в безопасности".

Игорь взял ее за руку и грубо повел прочь. Йен последовал за ним. ‘ Стой там! - рявкнул на него Игорь. Он потащил Кейт за угол здания аэровокзала, чтобы их не могли услышать. ‘ С нами на борту вашим детям будет безопаснее, - сказал он. - Поверьте мне.

- Я не могу так рисковать.

- У тебя нет выбора.

‘ Прости. Это мне решать. Ты бы сделал то же самое.

Взгляд Игоря не отрывался от ее лица. ‘ Ваш премьер-министр работает на нас, - сказал он. ‘ Я сам завербовал его в Косово. Если я не сяду в этот самолет, вы никогда не докажете этого, и правда умрет вместе со мной здесь, на Кавказе".

- Я это понимаю.

- Ваш долг перед вашей страной - взять нас с собой.

Кейт покачала головой. — Дай мне поговорить с Йеном, чтобы...

‘ Нет! Игорь снова яростно схватил ее за руку. ‘ Этот шутник. Хочешь знать, как мы были в курсе каждого твоего шага? Операция на Андросе? Ваш заместитель Рав в самолете, летящем в Женеву? Он презрительно указал на Йена, который переминался с ноги на ногу, пытаясь сдержаться. - Потому что этот полезный идиот так отчаянно хочет быть Си, что рассказывает вашему премьер-министру все и всегда, даже когда был министром иностранных дел. И то, что Йен сказал ему, Джеймс Райан передал нам. Он покачал головой. - Как вы и предполагали, другого источника не было, кроме неуемных амбиций вашего начальника и распущенного языка.

Кейт была ошеломлена. — Но я никогда не говорила Йену, что еду в Санкт-Петербург и...

‘ Давай, Кейт. Очнись! ГРУ давно знает, что твой русский любовник Сергей сливал материалы. Это было все, что мы могли сделать, чтобы вытащить тебя из поезда целым и невредимым. Я спас тебе жизнь. Теперь ты должен сделать то же самое для меня и моей семьи.

Кейт снова посмотрела на Йена. Конечно. Это многое объясняло. Как она могла не предположить, что он сделает что угодно – вообще что угодно, – чтобы занять кресло сэра Алана? - Я не могу.

Игорь наклонился ближе. Теперь его щеки были ярко-красными. - Это твой последний шанс, или правда умрет вместе со мной.

- Прости. Я не могу.

‘ Ты дура! Игорь отвернулся от нее.

‘ Мистер Бородин, ’ взмолился Йен, выбегая из комнаты. - Я позвоню премьер-министру...

Но Игорь больше не обращал на него внимания. Он направился к самолету, и через несколько мгновений он, Михаил и остальная часть их группы поспешили обратно к терминалу. ‘ Ради бога, Кейт, ’ сказал Йен. ‘ Мне нужно поговорить с премьер-министром. Это катастрофа.

Кейт позвонила Дэнни. ‘ Ты мне нужен, - сказала она. - Мы в частном терминале.

Кейт забралась обратно на борт. Она проигнорировала Йена, который был в состоянии крайней степени паники, дико колеблясь между яростью на нее, притворной заботой о ее детях и страхом перед влиянием этого фиаско на его карьеру.

Прибыл Дэнни, и с этого момента Кейт вошла в узкий туннель, сильный ужас, охвативший ее, придавал всему, что она говорила и делала, яркий фокус. Они начали с того, что подключили камеры видеонаблюдения по всему ее дому в Баттерси, когда самолет взлетал.

Дэнни взломал систему видеонаблюдения газетного киоска на углу, и все они смотрели, как Роуз, Фиону и Гаса запихивают в серый фургон. Джули и Йен, который перестал хлопать крыльями и теперь сидел на полу рядом с ними, открыв свой собственный ноутбук, начали отслеживать прогресс с помощью дорожных камер по всей стране. Сьюзи обратилась в столичную полицию, чтобы заручиться их поддержкой, и поддерживала открытую линию связи между их оперативным центром и штаб-квартирой SIS в Воксхолле.

Они доложили о ходе работ. "Вуд Грин", - сказала Джули.

‘ Энфилд, - добавил Йен. - Теперь Харлоу.

‘ Стивенедж, ’ крикнула в ответ Джули. - Куда, черт возьми, они направляются?

‘ Лутон, ’ ответил Йен. - Они в Лутоне.

Кейт не отрывала глаз от ноутбука Дэнни. Он приблизился к мужчинам, которые в предрассветных сумерках вели ее детей к фургону. У одного на тыльной стороне правой руки была вытатуирована змея.

Итак, теперь Дэнни просматривал все имеющиеся в его распоряжении базы данных, от тех, что были в SIS, до тех, что хранились в Met, MI5 и Национальном агентстве по борьбе с преступностью. Только в последнем случае он нашел совпадение, и файл, с которым они были связаны, вызвал у Кейт желание блевать.

Арлинд Садику, человек с татуировкой змеи, был албанским гангстером, известным своим контролем над лондонской торговлей кокаином и склонностью к крайнему насилию.

Последняя дорожная камера, мимо которой проехал фургон, была на пути в Лутон. Процесс отслеживания происходящего становился все более сложным, поскольку Дэнни был вынужден переключаться с одной частной системы видеонаблюдения на другую. Джули, Йен и Сьюзи присоединились к нему в работе, и в конце концов они нашли фургон на автостоянке возле невзрачного склада.

К настоящему времени вся машина и мощь британского государства были брошены на эту небольшую группу албанских головорезов. Сэр Алан сдержал свое слово, и им сказали, что команда из Херефорда находится в режиме ожидания.

Йен, взявший на себя роль ведущего внутри самолета, хотел знать, что у него есть разрешение Кейт на полет SAS. Она кивнула. Какой у них был выбор?

Они ждали. Йен и Дэнни отслеживали ход спасательной операции через оперативную комнату SIS, которая вела видеотрансляцию из штаб-квартиры SAS в Херефорде. - Вертолеты в воздухе, - сказал Йен.

- Три минуты, - сказал Дэнни.

А потом они начали обратный отсчет. Две. Одна. Тридцать секунд. Двадцать. Десять.

- Спускаюсь по веревке, - сказал Йен.

"Взрывающиеся двери", - добавил Дэнни несколько секунд спустя.

"Собаки внутри".

Наступила тишина. Сколько это длилось? Десять секунд, двадцать, минуту?

Казалось, что это никогда не кончится.

И затем, от Йена: ‘Там никого нет. Черт. Они улетели. Они улетели. Господи. Как им удалось сбежать?"

Времени на взаимные обвинения или сомнения не было. Они вернулись к усовершенствованию систем видеонаблюдения. Где-то, каким-то образом они что-то упустили.

В конце концов самолет приземлился в Нортхолте. Дэнни и Кейт все еще смотрели в его ноутбук, когда садились в вертолет на взлетно-посадочной полосе, направлявшийся на встречу Cobra в Лондон.

Именно МИ-5 в конце концов нашла недостающее звено: видеозапись с камер видеонаблюдения из химчистки показала, что бандиты просто заехали на несколько секунд на обочину, чтобы произвести очень плавную замену, загрузив свой груз – теперь распростертый в мешках для трупов – в кузов грузовика. - Они мертвы, - крикнула Кейт сквозь шум вертолета.

‘ Без сознания, ’ сказал Дэнни. - По-другому они бы их не перевезли.

Они снова начали процесс их отслеживания, на этот раз в промышленном парке на окраине Лутона. Именно Дэнни добрался туда первым, как раз перед тем, как они выбежали из вертолета к ожидавшей их машине на вертолетной площадке Баттерси.

Дэнни сел на заднее сиденье рядом с Кейт. Джули была впереди, Йен в машине сзади со Сьюзи. - Мы не можем рисковать спасателями, - прошептал Дэнни Кейт, когда машина с ревом умчалась прочь.

Она растерянно посмотрела на него.

- Как только они услышат шум винтов, они убьют их.

Телефон Кейт зазвонил. Она открыла видео из аккаунта Фионы в WhatsApp. На нем был показан испуганный взгляд ее дочери всего на мгновение, прежде чем ее лицо опустилось. Кто-то поднял огромный клинок и начал обезглавливать ее.

Кейт вскрикнула и выронила телефон.

Дэнни поднял трубку. ‘ Это подделка! ’ крикнул он, перекрывая шум винтов. Он схватил Кейт за плечи, посмотрел ей в глаза. ‘Они издеваются над нами. Это подделка!"

‘ Нет … Нет...

‘ Посмотри на это. Посмотри на качество снимков. Я же говорил тебе! У этих снимков какой-то странный блеск.

Кейт не могла заставить себя просмотреть запись. Джули повернулась. ‘ А как насчет канализации? Она положила компьютер на колени Дэнни. На нем была заявка на планирование, в которой подробно описывалось устройство канализации для огромного промышленного парка.

Дэнни кивнул. ‘ Они ожидают еще одну воздушную помощь. Вероятно, они оставили кого-нибудь посмотреть, что произошло в том месте, куда поехал другой фургон.

- Я напишу Йену.

Кейт была слишком парализована, чтобы мыслить здраво. - Я не знаю...

‘ Так будет лучше всего, Кейт. ’ Джули снова повернулась к ней, ее ярко-зеленые глаза смотрели в глаза Кейт: твердые, дружелюбные, уверенные. Она излучала сталь и уверенность. "Мы прикроем твою спину".

Они добрались до Уайтхолла, и их потащили вниз по лестнице к комнате Кобр в Кабинете министров. Но когда они достигли последнего барьера безопасности, Йен повернулся к ней. - Тебе нельзя входить, Кейт.

- Что вы имеете в виду?

‘ Это ваши дети. Мы не можем позволить вам присутствовать на собрании. Его поведение было добрым, обнадеживающим. - Мы сделаем все, что в наших силах. Идея Джули хорошая. Директор спецподразделений прямо сейчас изучает ее.

— Нет, я должен быть там...

‘ Не может быть. Ты это знаешь.

—Но...

‘Пожалуйста, доверьтесь нам’. Кейт никогда раньше не видела Йена таким. В его поведении была спокойная искренность, которая была совершенно неожиданной.

Но она все равно восстала против этого. - Я не могу просто сидеть здесь.

‘ Мы возьмем машину, чтобы отвезти тебя обратно в офис. Джули может поехать с тобой.

—Нет, нет...

- Или мы можем подвезти вас поближе к месту происшествия.

‘Я останусь здесь. Она кивнула. – Скажи мне, как только что-нибудь услышишь - хоть что-нибудь.

Йен еще раз сжал ее руку и передал свой телефон охраннику, который сверил его имя со списком и пропустил его.

Кейт прислонилась к стене и опустилась на пол. Она обхватила голову руками.

Через несколько минут она подняла глаза и увидела склонившегося над ней премьер-министра. - С тобой все в порядке, Кейт?

Она начала вставать. ‘ Оставайся на месте, ’ настаивал он, но она все равно встала. ‘ Мне очень жаль, ’ сказал он. ‘Это чертовски ужасный бизнес. Я просто хотел сказать, что мы делаем все, что в наших силах".

-Благодарю вас.

- Я знаю, как это, должно быть, ужасно.

-Да.

‘Сэр Алан, ребята из Спецназа, все очень уверены в себе, так что я не думаю, что есть о чем беспокоиться. Ты же знаешь, какие они все хорошие.

-Конечно.

Повисло неловкое молчание. ‘ Послушай, - сказал он наконец. ‘ Почему бы тебе не войти? Я знаю, что это противоречит всем протоколам, но, как премьер-министр, я, вероятно, могу это отменить".

Премьер-министр кивнул охраннику, который пропустил их обоих через заграждение.

Все были в приемной, сгруппировавшись вокруг экрана, на котором транслировалась видеотрансляция из Херефорда.

Ведущий солдат атаковал заднюю часть здания. Мужчина, стоявший рядом с ним, выбил замок патроном "Хаттон", и затем они оказались внутри похожего на пещеру склада, забитого поддонами с цементом и другими строительными материалами. Взволнованные предупреждения на албанском отскакивали от жестяной крыши и эхом разносились по зданию. Мужчина завернул за угол с "Узи", и его мгновенно заставили замолчать двумя выстрелами из скорострельной винтовки Sig 556.

Они оказались в коридоре. Кейт затаила дыхание, когда ведущий солдат – с камерой на голове – миновал одну открытую дверь, затем другую.

Они добрались до последней комнаты. Солдат двинулся вперед, пока он и мужчина рядом с ним "резали пирог", по дуге прикрывая комнату своим оружием, когда они проходили через дверной проем.

Гас и Роуз лежали на полу, связанные, с кляпами во рту, но в сознании, на их лицах застыла гримаса неподдельного ужаса. Но между Кейт и ее детьми стоял нервный молодой албанский гангстер с татуировками на руках, который использовал Фиону как живой щит. Ведущий солдат спецназа, не колеблясь, нанес мгновенный двойной удар – два выстрела – через нижнюю челюсть в ту часть мозга, которая контролирует спинной мозг. Гангстер немедленно упал.

И там, в середине экрана, было лицо ее связанной дочери с кляпом во рту, рот которой был широко открыт в беззвучном крике.

Эпилог


При ДРУГИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХКейт, возможно, улыбнулась бы явной иронии происходящего.

Сколько недель прошло с тех пор, как она сидела в том же угловом кабинете и брала интервью у Сьюзи Спенсер на должность своего заместителя? Четыре? Пять? И все же здесь ее допрашивали в ответ, их роли – даже места – аккуратно поменялись местами.

Рядом со Сьюзи маячила высокая, угловатая, мрачная Ширли Гроув, секретарь кабинета министров, женщина, настолько лишенная харизмы, что могла бы слиться с обоями. Кейт слишком поздно поняла, что это были самые опасные мандарины из всех.

‘ Итак, если бы мы могли резюмировать, ’ сказал Гроув. - Вначале вы думали, что Сергей предупредил вас о первоначальной встрече на суперяхте Игоря из... дружеских побуждений?

-Да.

- Хотя вы считали возможным, что он также действовал от имени своих боссов в ГРУ?

- Совершенно верно.

- В результате борьбы за власть в самом сердце Кремля, когда они пытались одержать верх над своими конкурентами во Внешней службе, СВР?

-Да.

‘ Другими словами, беспроигрышный вариант для Сергея. Он доставлял удовольствие своим боссам и женщине, которую любил?

-Что-то в этом роде.

- Следовательно, вы сочли разговор, который вы записали на суперяхте Игоря, подлинным?

-Да, конечно.

- И что Джеймс Райан был русским шпионом или агентом влияния?

-Да.

- Значит, когда вам позже сказали, что ГРУ одержало верх в этой борьбе за власть и что Игорь хотел дезертировать в обмен на предоставление вам неопровержимых доказательств предательства премьер-министра, это показалось вам вполне правдоподобным?

- Да. - Кейт стало интересно, как долго продлится этот урок истории.

- Вы также были убеждены, что Стюарт - это Вайпер, агент, упомянутый в первоначальном подслушанном разговоре?

- Я не думаю, что есть большие сомнения в том, что Стюарт работал на русских.

Гроув кивнул. Она перевернула страницу, двигаясь дальше. Вопрос о том, был ли в сердце Уайтхолла еще один русский "крот", был, конечно, гораздо более открытым вопросом, но Кейт не собиралась поднимать его сейчас. Ее приоритетом было убраться оттуда быстро, с минимальными шансами на отзыв.

‘ Министр иностранных дел не хотела принимать дезертирство Игоря Бородина за чистую монету, ’ продолжал Гроув. - Ей нужны были дополнительные доказательства. Именно поэтому вы отправились в Санкт-Петербург, а затем в Москву на поиски Сергея?

-Да.

- Он подтвердил ваше тогдашнее предположение, что Игорь проигрывает борьбу за власть и ему нужно убираться из России?

-Да.

- И вы верили, что Игорь Бородин убил Сергея, чтобы предотвратить любое потенциальное вмешательство в его запланированное дезертирство?

- Не сразу, но я пришел к такому выводу вскоре после того, как все пошло не так.

-Почему?

- Это было единственное объяснение, которое имело для меня смысл.

-В то время.

‘ В то время - да. Кейт бы очень хотелось найти способ заставить Игоря заплатить за убийство Сергея. Но было уже слишком поздно для этого.

Гроув перевернул еще одну страницу. - Когда мистер Бородин сказал вам на летном поле Тбилисского аэропорта, что премьер-министр определенно работал на Москву и что Ян невольно передавал информацию нашим врагам, информируя его на каждом шагу, вы тоже в это поверили в то время?

- Да, говорил.

- Короче говоря, когда вы вылетали из Тбилиси, вы твердо придерживались мнения, что премьер-министр - предатель, а Иэн Грейнджер в лучшем случае нескромный и амбициозный дурак, который невольно помог ему.

Кейт выглянула в окно на Йена, который мерил шагами коридор. - Да.

- Вы ничего не слышали об Игоре Бородине после того разговора на летном поле?

‘ Никто не видел. Ни мы, ни GCHQ. Он и его семья исчезли с лица земли.

- Как ты думаешь, куда они подевались?

- Я предположил, что, если ГРУ выиграло борьбу за власть и его поймали на месте дезертирства, он и его семья, вероятно, были в сибирском гулаге или уже мертвы.

‘ Понятно, ’ бесстрастно произнесла Ширли Гроув. Она перевернула еще одну страницу и откашлялась, приближаясь к кульминации этой шарады. - И все же сейчас вы утверждаете, что все, во что вы когда-то верили в связи с этим делом, было неверным?

‘ Совершенно верно. Кейт встретила суровый взгляд своего заместителя. Как медленно она осознавала, что истинная цель Сьюзи – по указанию Гроува и, без сомнения, ее хозяина, премьер–министра, и, конечно же, при содействии и подстрекательстве Йена - на самом деле заключалась не в том, чтобы открыть файл операции "Сигма", а в том, чтобы найти средства и метод, гарантирующие, что он останется закрытым. Навсегда.

‘ Итак, чтобы внести ясность, ’ продолжал Гроув, - вы сейчас утверждаете, что это была подстава с самого начала. Огромное поддельное яйцо Фаберже. Далекое от соперничества, ГРУ работало с СВР, чтобы продать нам – продать вас - мать и отца всех подставных лиц из разведки. Премьер-министр никогда не работал на русских, секс-видео было подделкой, Стюарт был единственным агентом, работавшим в Уайтхолле, – и им легко было пожертвовать в деле создания ужасного хаоса, неразберихи и недоверия в сердце нашей демократической системы?"

Прошло мгновение, прежде чем Кейт поняла, что Гроув ждет ответа. Она определенно требовала своего фунта плоти. ‘ Да, ’ сказала Кейт. - Совершенно верно.

Если ценой побега от всего этого было перевернуть все, во что она действительно верила, с ног на голову, она могла бы сделать это с уверенностью.

– Сергея убили на тот случай, если в поезде он выболтал вам настоящую правду - что вас с самого начала обманывали и манипулировали?

‘ Да, ’ повторила Кейт с преувеличенной убежденностью. - Это верно.

Гроув постучала ручкой по папке. ‘Циник мог бы отметить, миссис Хендерсон, что вы заявили о своем желании немедленно покинуть службу. Таким образом, дело удобно закрыто. Не будет ни комиссии по расследованию, ни мучительных, запутанных, изматывающих поисков истины. Просто закрытие. Премьер-министр восстанавливает свою репутацию, Служба может двигаться дальше, а вы ... ну, вы уходите, сохранив свою репутацию и рекомендации в неприкосновенности. Можно сказать, свободны как птица.’

‘Я не циник", - сказала Кейт. И когда она поняла, что у Гроува действительно нет чувства юмора, она продолжила: ‘Йен был прав с самого начала. Нелегко это признать, но это правда.

По крайней мере, подумала она, она становится гораздо лучшей чертовской лгуньей.

‘ Мы ни в коем случае не должны винить Кейт, ’ вмешалась Сьюзи. ‘ Все это было так правдоподобно. Кто бы не ухватился за такую сенсационную историю? Если бы это было правдой, это был бы самый удивительный переворот в разведке современной эпохи, достаточный, чтобы сделать карьеру любому человеку".

Кейт не удостоила это ответом.

Гроув наклонилась вперед, ее очки для чтения задели планшет. Теперь в ее контрольном списке было много галочек. "После всего этого, - сказала она, - ты вдруг однажды просыпаешься и решаешь, что Йен Грейнджер с самого начала был прав, а тебя were одурачили?"

-Да.

- Вы ни с кем не встречались, никого не видели, не получали никакой новой информации до того, как пережили это дамасское обращение?

‘ Нет, но когда у меня было время подумать, это было единственное объяснение, которое имело смысл. Она заставила себя еще раз улыбнуться. Учитывая, что все они знали, что единственной целью Гроув здесь было спрятать это досье в самом темном уголке хранилищ Службы, ее демонстрация честности начинала раздражать. ‘ Вы не хуже меня знаете, миссис Гроув, что в нашем мире мы никогда не получаем однозначных ответов. Здесь нет черного и белого. Когда вы исключаете все другие возможные объяснения, остается только правда, какой бы маловероятной она ни была. Поразмыслив, я решила, что Йен был прав. Мне не стыдно в этом признаться.

- Значит, вы признаете, что этот вопрос закрыт?

-Совершенноверно.

‘ Хорошо. Хорошо. Гроув глубокомысленно кивнул. ‘ Мы ценим ваше сотрудничество, миссис Хендерсон. Я знаю, это было трудное время для тебя.

‘ И премьер-министр. Гроув выглядел смущенным. ‘ Я имею в виду, что его ложно обвинили таким образом, - сказала Кейт. Теперь она накладывала его по-настоящему густо, но почему бы и нет? С таким же успехом она могла наслаждаться этим.

Она взглянула на лампочку над собой, в которой, как она подозревала, был спрятан микрофон. Кто бы ни слушал – конечно, МИ–5, возможно, даже сам премьер-министр, - она надеялась, что они оценили усилия, которые она прилагала, изображая раскаяние.

‘ Да, да. Чудовищно. Очень трудно. Гроув встал. ‘ Спасибо, миссис Хендерсон. Она протянула руку. - Я уверен, для всех нас большое облегчение, что этот вопрос наконец решен.

Кейт взяла протянутую руку. Она даже поцеловала Сьюзи, хотя и не удостоила Йена ответом, когда он спросил ее в коридоре, как все прошло. Пусть его честолюбие потеет еще немного.

‘ Кейт, - сказал он, когда она повернулась к нему спиной. - Спасибо тебе за твой вклад.

Она повернулась к нему лицом. - К чему?

‘ Это расследование. И Служба, конечно.

- Это что, какая-то шутка?

‘ Нет, нет. Я хотел поблагодарить вас за все, что вы сделали.

Кейт взяла свою сумку и ушла, не потрудившись ответить ему.

Она обнаружила Джули, ожидавшую ее у лифта. - Не надо, - сказала Кейт, поднимая руку, чтобы предотвратить любое проявление эмоций, на которое у нее больше не хватало духу.

‘ Я не собираюсь плакать, ’ ответила Джули. - Во всяком случае, не сейчас.

‘Скоро мы встретимся и очень, очень разозлимся. И мы никогда больше не будем говорить ни о чем из этого".

- Ты поступила правильно, Кейт.

‘ Ты так не думаешь. И я не уверен, что сам так думаю. Так что мне нужно убираться отсюда, пока я не передумал.

- Вообще-то, я так и думаю.

Джули бросилась в объятия Кейт. Они держали друг друга, пока Кейт не высвободилась и не побежала к лестнице, прежде чем эмоции, бушевавшие внутри нее, смогли найти выражение. Будь она проклята, если в последний раз увидит, как она выходит из здания в слезах.

Сэр Алан стоял у последнего барьера безопасности, готовясь к отъезду, чтобы вернуться в больницу. Рядом с ним стояла Роуз, ее рука все еще была на перевязи после похищения. Врачи ясно дали им всем понять, что заживление душевных шрамов займет гораздо больше времени.

Роуз прикоснулась к плечу Кейт в знак поддержки. Сэр Алан, казалось, не знал, что ему делать. - Я подумал, что лучше отключу тебя, - сказал он.

‘ Выключен, я думаю. Он выглядел смущенным. ‘ Вы никого не отключаете? Это военно-морской термин.

‘ Да, да, возможно, так. ’ Он уставился в пол. - Мне жаль, что все так закончилось, Кейт.

‘ Нет. Мне следовало принять это решение давным-давно.

‘ Вы уверены, что поступаете правильно? Я уверен, что мой преемник...

-Ваш преемник?

Он взглянул на Роуз, как будто это было решение, к которому они пришли сообща. Не в первый раз Кейт задалась вопросом, насколько далеко простирается дружба между ее тетей и их начальницей. Но она прервала ход мыслей. Не ее дело. ‘Я принял решение уйти в отставку", - сказал сэр Алан. - Поиски моей замены уже начались.

На мгновение Кейт перестала быть уверенной в своем решении. Возможно, это был старый дух соперничества или, как она предпочла бы видеть, ее совесть. - Итак, Йен получил то, что хотел.

Сэр Алан снова взглянул на Роуз. - Мы можем быть уверены, что здесь у тебя есть будущее, Кейт.

Она колебалась еще мгновение. ‘ Нет, ’ твердо сказала она. "Отвечая на вопрос, который однажды задал мне Стюарт, я не думаю, что, в конце концов, возможно быть воином за правду и матерью, которой я хотела бы быть. И если я должен выбирать, то я знаю, каким он должен быть.

Кейт могла бы сказать сэру Алану – и, конечно, Роуз, – что соглашение о том, чтобы позволить Стюарту беспрепятственно приезжать и уезжать в континентальную Европу, было явной услугой за услугу с Ширли Гроув за то, что она несколько минут назад солгала сквозь зубы или, как выразилась сама Гроув, "рассказала полную правду обо всем этом деле". Но они, без сомнения, догадались бы об этом.

Кейт поцеловала сэра Алана. - Удачи, черт возьми, друг мой, - сказал он.

Она обняла свою тетю, которая только прошептала: "Увидимся дома".

Она кивнула охраннику, который в последний раз выпустил ее из здания.

Она повернула направо и под моросящим дождем направилась на запад, в сторону Баттерси.

Ночь выдалась мрачной, но теплее, чем казалось, высокая влажность окутала столицу своими удушающими объятиями. Кейт сбросила пальто, перекинула его через руку и оглянулась на организацию, которой посвятила большую часть своей взрослой жизни.

Она пошла дальше, быстрее и с большей целеустремленностью. Сегодня вечером у нее была своя версия правды или, скорее, своей роли в этой вселенной.

Она собиралась домой.

Где ей самое место.

Она ускорила шаг и ворвалась в парадную дверь дома, где обнаружила Фиону и Гаса, ожидающих на кухне.

Кейт обняла их, и их теплые руки крепко обняли ее. ‘ Все кончено, ’ прошептала она. - Теперь все кончено.

Благодарность

Моя главная благодарность, как всегда, моей невероятной жене Клаудии, моему партнеру по жизни и работе. Я также хотел бы поблагодарить моего блестящего агента Марка Лукаса и замечательного редактора Билла Скотт-Керра, а также Элоизу Клегг и всю фантастическую команду Transworld. Спасибо также Райхан Демитри за ее помощь в Тбилиси. И спасибо тем сотрудникам Служб безопасности, которые помогали, но предпочли бы остаться "на заднем плане".


ЭТО ТОЛЬКО НАЧАЛО


Найдите нас в Сети и присоединяйтесь к разговору

Подписывайтесь на нас в Twitter twitter.com/penguinukbooks

Поставьте нам лайк на Facebook facebook.com/penguinbooks

Поделись любовью в Instagram instagram.com/penguinukbooks

Следите за нашими авторами на YouTube youtube.com/penguinbooks

Прикрепляйте книги с пингвинами к себе на Pinterest pinterest.com/penguinukbooks

Слушайте отрывки из аудиокниг на сайте soundcloud.com/penguin-books


Узнайте больше об авторе и подготовьтесь к

следующему чтению на странице penguin.co.uk


ИЗДАТЕЛЬСТВО TRANSWORLD

penguin.co.uk

Transworld входит в группу компаний Penguin Random House, адреса которых можно найти по адресу global.penguinrandomhouse.com.


Впервые опубликовано в Великобритании в 2020 году издательством Bantam Press издательства Transworld Publishers

Авторские права (C) Master of Rain Ltd 2020

Автор дизайна обложки www.headdesign.co.uk; изображения обложки (C) Getty Images и Shutterstock

Том Брэдби заявил о своем праве в соответствии с Законом об авторском праве, промышленных образцах и патентах 1988 года быть идентифицированным как автор этой работы.

Эта книга - художественное произведение, и, за исключением исторических фактов, любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, является чисто случайным.

Было приложено все усилия для получения необходимых разрешений на использование материалов, защищенных авторским правом, как иллюстративных, так и цитируемых. Мы приносим извинения за любые упущения в этом отношении и будем рады внести соответствующие коррективы в любое будущее издание.

Запись CIP-каталога для этой книги доступна в Британской библиотеке

ISBN 9781473559493

Эта электронная книга защищена авторским правом и не должна копироваться, воспроизводиться, передаваться, распространяться, сдаваться в аренду, лицензироваться или публично исполняться или использоваться каким-либо образом, за исключением случаев, специально разрешенных в письменной форме издателями, как разрешено условиями, на которых она была приобретена, или как строго разрешено применимым законодательством об авторском праве. Любое несанкционированное распространение или использование этого текста может быть прямым нарушением прав автора и издателя, и виновные могут понести соответствующую ответственность по закону.

Содержание

Титульный лист

Об авторе

Также Том Брэдби

Посвящение

Пролог

## Глава 1


## Глава 2


## Глава 3


## Глава 4


## Глава 5


## Глава 6


## Глава 7


## Глава 8


## Глава 9


## Глава 10


## Глава 11


## Глава 12


## Глава 13


## Глава 14


## Глава 15


## Глава 16


## Глава 17


## Глава 18


## Глава 19


## Глава 20


## Глава 21


## Глава 22


## Глава 23


## Глава 24


## Глава 25


## Глава 26


## Глава 27


## Глава 28


## Глава 29


## Глава 30


Эпилог

Благодарность Авторские права