# Злобное повествование

Холли С Робертс

Алессандро

Академия Мафии

Холли С. Робертс

Злобное повествование

OceanofPDF.com

Авторские права (C) 2022 Холли С. Робертс

Все права защищены

Персонажи и события, описанные в этой книге, вымышлены. Любое сходство с реальными людьми, живыми или умершими, является случайным и не было преднамеренным со стороны автора.

Никакая часть этой книги не может быть воспроизведена, сохранена в поисковой системе или передана в любой форме или любыми средствами, электронными, механическими, путем фотокопирования, записи или иным способом, без прямого письменного разрешения издателя.

Напечатано в Соединенных Штатах Америки

OceanofPDF.com

Лауре Рандаццо

Это твои книги, моя подруга. Дружба с соседями по комнате, конечно же, это мы. Ты принесла много смеха. И любовь в моей жизни, когда она была действительно нужна, а теперь ты застряла со мной.

OceanofPDF.com

Глоссарий

Bacha ma culo – поцелуй мою задницу

Кагаказзо – тупой идиот

Капеш – понятно

Cazzo – член, как американцы используют слово «fuck» Che palle – какие яйца любимая фраза Марии Che te pozzino ammazza – тебя зарежут Chi non va non vede, chi non vede non sa e chi non sa se lo prende semper in culo - если не пойдешь, не увидишь, если не увидишь, не узнаешь, если не знаешь, всегда получишь по заднице. Cretino – идиот

Cuando l'amico chiede, non v'è domani - когда друг спрашивает, завтра не наступает

Cuore Mio – мое сердце

Dio cane – черт возьми

Dio santo – о боже мой

Il mio tesoro – my treasure

Ма' Дон - сюрприз

Манаш – о, чёрт!

Mannaggia tua – shit damn

Mia figlia – моя дочь

Mi amica – моя сестра

Mi raccomando – послушай меня

Mi stai uccidendo – ты меня убиваешь

Porca troia – чертовски адский

Путтана – шлюха

Vita mia – Моя жизнь

OceanofPDF.com

Глава первая

OceanofPDF.com

Алессандро

Алессандро Брамбилла, будущий дон семьи Брамбилла, был моим наследником по рождению. Мои друзья, если можно так выразиться, называли меня Сан. Алессандро, никогда не сокращаемый, — так меня называл отец. Он отправил меня в частную среднюю школу-академию под названием «Рочестер». Он говорил, что я буду в безопасности в священных стенах самого почитаемого учреждения, которое служило семьям. На самом деле, опасным был я, и никто не был в безопасности от меня. Отец наслаждался своим контролем и объяснял, что именно в Рочестере меня, черт возьми, научат.

Рочестерская академия была частной школой для потомков мафии. Существует целая история о том, как возникла эта академия. Вкратце, она начинается с двух враждующих семей. Вскоре война распространилась на все родословные в Америке и Европе. Никто не был в безопасности. Женщины и дети погибали, а вопрос о преемственности в семье оставался открытым. Чтобы остановить кровопролитие и уничтожение будущих лидеров, Рочестерская академия открыла свои двери. Мой ребенок был пятым поколением, дошедшим до выпускного класса.

Семьи поклялись, что Рочестер — безопасное место для тех, кто учился и проходил подготовку для работы или управления семейным бизнесом. В каждой семье правитель избирался по праву рождения. Я — старший наследник Брамбиллы, и будущее в моих руках, или, если говорить точнее, в моем члене. Моя задача — также родить наследника, предпочтительно мужчину, родившегося первым.

Я не мог изменить судьбу, да и плевать, если бы захотел. Позвольте мне внести ясность: не хочу. Я нарушил золотые правила Рочестера и получил от этого удовольствие. Здесь множество правил, но только за два из них можно быть исключенным из академии.

Первое: в Рочестере никто не погибает и никто не получает необратимых увечий.

Два: Принцессам вход воспрещен.

Первое правило я немного обработал, и репутация ухудшилась, что, впрочем, не сильно повлияло на ситуацию. За последнее избиение меня ждали серьёзные последствия, и меня чуть не отстранили от занятий на год. Признаю, это нарушило мои планы. После того, как я узнал, что могу остаться в Рочестере, меня перевезли самолётом.

Приехать домой на выходные, чтобы выслушать бесконечные нравоучения отца о позоре фамилии. Я бы старался избегать этого как можно дольше. Старшекурсник, который хотел занять мое место, портил мне шанс закончить учебу. В команду приходил Латерца, первокурсник, и мне сказали следить и за ним. Если мне удастся сохранить лидерские качества в этом году, следующий год будет интересным, и мне совершенно все равно, победит ли Латерца.

Сейчас шансы на получение диплома разделились поровну: пятьдесят на пятьдесят. Ситуация ухудшалась, и мне пришлось всё закрыть. Это было бы ужасно.

Перевод в другую школу был невозможен. Наша специализированная учебная программа делала это невозможным. Мне нужно было закончить школу вовремя, чтобы угодить отцу. Если бы об этом узнал кто-нибудь из учеников Рочестера, это стало бы для него смертельным приговором.

Никогда не показывайте свои слабости, а мой отец был одной из моих слабостей.

Моё любимое правило, которое я нарушала, было связано со всеми принцессами.

«Банда гумбахов», как я любил называть главные семьи, стоящие за Рочестером, учла наши члены, когда устанавливала правила. Какая же это чертовски внимательная забота.

Семья защищалась семьей. Кровь значила всё и устанавливала традиционные связи. Заместитель моего отца, Джолли Риччи, был прекрасным тому примером. Его семья служила моей на протяжении поколений. Его сын и дочь учились со мной в Рочестере. Дочь, Глория, без статуса принцессы, была для меня всего лишь пристанищем. Марино, его сын, прикрывал мою спину. Марино также был моим лучшим другом и однажды займет место своего отца, проявив ко мне верность.

С его сестрой была совсем другая история. Глория была лесбиянкой, и мы держали это в секрете. Гомосексуальность в семье была просто недопустима. Если бы обстоятельства сложились иначе, я бы с удовольствием переспал с ней. Я играл с ней и ее братом с самого детства. Глория была сексуальной дикой кошкой с подросткового возраста, а может, и раньше. Я мечтал вонзить свой член в ее узкую вагину. Моя возлюбленная была очень смущена, когда я узнал ее секрет, но она не хотела этого терпеть.

«Если ты перестанешь вести себя так странно, я тебя из милосердия трахну, чтобы ты выкинул меня из твоей головы», — сказала она много лет назад.

«Минет может помочь», — ответил я.

Она сделала мне минет, и я перестал вести себя странно. Вот такая она, извращенная мафиозная жизнь.

С первого по третий курс я переспал со многими девушками, и многие из них были запретными принцессами. Принуждать девушку было не в моем стиле.

Они умоляли об этом. Для большинства отказ от девственности был необходимостью. После окончания учёбы они фактически оказывались запертыми до замужества.

Это был последний год учёбы, и у меня на примете была одна особенная принцесса. Я ненавидел её с такой яростью, которой не было равных. В этом году ей предстояло показать себя во всей красе. Не имело значения, что в её глазах читалось отвращение, а насмешка выражала презрение.

Я был в кровном долгу перед её семьёй, и она первая заплатит.

Однажды моего отца не станет, и я буду главным. Это было частью моего плана. Джиаванна Росси будет смотреть на мой член с похотливой улыбкой и дрожащим от страха взглядом, потому что она будет знать, что я иду за её отцом.

OceanofPDF.com

Глава вторая

OceanofPDF.com

Джиа

«Mi raccomando!» — отчитала меня Мария, моя лучшая подруга, из-за закрытой двери. «Я оставлю тебя, если часы пробьют еще минуту, а твоей никчемной задницы здесь не будет».

Я вышла из ванной, и выражение моего лица и слова в миллионный раз ясно выражали мои чувства.

«Оставь меня. Я не хочу уходить. Mannaggia tua !» Черт возьми, это было моим любимым выражением, и если Мария так явно демонстрировала свой итальянский акцент, то и я могла. Я скрестила руки и сдержала желание топнуть ногой.

«Ты обещал», — проныла она, размахивая руками так, словно хотела выколоть себе глаз, выражая свое недовольство в подобающей итальянской манере.

Я окинула взглядом её необычный, сексуальный наряд. Это был настоящий стиль Марии Греко с яркими красными полосами на чёрной ткани. Платье, скроенное по косой (что бы это ни значило), идеально облегало её фигуру, дерзко расширяясь к низу. Она точно знала, как подчеркнуть свою невысокую, пышную фигуру и дать ей все преимущества. Её тёмно-каштановые волосы были коротко подстрижены вокруг лица. Глаза казались больше благодаря эффектной стрижке.

Мария была сногсшибательной красавицей, и она это знала.

Мои каштановые волосы оставались длинными, как того требовал мой отец. Мой будущий муж, кем бы он ни был, хотел бы длинные, шелковистые и соблазнительные волосы, а также минимум макияжа, подчеркивающего мои большие карие глаза, пухлые губы и, прежде всего, семейные черты. Мой муж никогда не должен забывать о крови, текущей в моих жилах.

Я была принцессой Росси.

Жизнь Марии не была распланирована. У неё был выбор, и я ненавидела её за каждый из этих выборов.

Эта ненависть не была проблемой между нами. Мария понимала, почему я так чувствовала. Я любила её гораздо больше, чем ненавидела её безграничные возможности. Наша дружба была в затруднительном положении, и сейчас она доставляла мне больше хлопот, чем обычно, а это о многом говорило.

Я перекинула волосы через одно плечо и прислонилась бедром к дверному косяку ванной комнаты, готовясь к бою.

«Ты жульничала, и ты это знаешь», — сказал я, напомнив ей о колоде карт, которую она подтасовала, пока я отвлекся.

« Che palle », — простонала она, используя свой любимый итальянский язык, что означало…

«Какая наглость!» — не отрицая, что она жульничала. «Я выиграла, ты пойдешь со мной. Ты выиграл, я останусь дома и буду скучать с тобой».

Карты выпали в её пользу. Игра длилась до двух побед из трёх. Она выиграла две игры подряд. Только когда она вышла из комнаты, я задумался, что же произошло. Я просмотрел колоду, и оказалось, что она подтасована. Меня обманули.

Она закатила глаза, когда я продолжал смотреть ей в глаза с вызовом, и ничего не сказала.

«Конечно, я сжульничала, моя подруга ». Она не была моей сестрой, но знала, что эти слова смягчают меня. Мария добавила жалкую улыбку и невинно моргнула. Клянусь, она работала над этим выражением лица перед зеркалом, наряду со своими сексуальными взглядами. «Ты никуда не ходишь, кроме как на занятия или в кофейню для ботаников».

Под словом «ботаник» она подразумевала кофейню для первокурсников и второкурсников, Wired Youth. В академии существовало «Общество для старшекурсников» для студентов предпоследнего и четвёртого курсов.

Первокурсники и второкурсники считали местную кофейню своим любимым местом. Мне нравилось их тусовочное заведение, даже если оно было меньше и далеко не таким роскошным, как UCD. Студенты младших курсов меня не беспокоили, и я легко игнорировала их перешептывания. Усевшись на свое любимое место и открыв книгу, я могла расслабиться и насладиться дорогим кофе, притворяясь обычной девушкой-подростком.

Чего я не был.

Нормальность мне недоступна. Я Росси, и я настолько выше нормы, что мне больно даже думать об этом. Семья Марии служила моей семье восемь поколений. Как женщина, она имела выбор, которого у меня нет. Мой брак объединит другую семью с нашей. Эта практика архаична, и я выполню свой долг, потому что… и вот опять… Я Росси.

Мария хочет стать дизайнером одежды. Я не сомневаюсь, что у нее это получится; она уже потрясающая и талантливая, что и отразилось в сегодняшнем наряде. Проблема в том, что Мария не любит быть незаметной, а мой наряд она сшила так, что мне пришлось бы раскрыться, просто надев его.

«Тебе отсюда не выбраться». Она уперла руки в бока, и взгляд ее глаз меня поразил.

Там говорилось, что она потащит меня силой, даже если это потребуется.

«Я тебя ненавижу», — сказал я, смиренно застонав.

«Я тоже тебя ненавижу!» — закричала она, когда я захлопнул дверь перед ее лицом.

Я сердито посмотрела на едва заметное платье, висевшее на штанге в душевой кабине. Оно было сексуальным и восхитительным, полной противоположностью мне. Я была красива. Просто красива, и мне это нравилось.

Вампирский образ был не для меня. Мое сердце замерло, когда рука Марии с громким стуком ударилась о дверь .

«Надень его, чтобы я могла видеть. Он будет идеальным, обещаю. Я прикрыла все твои части тела, и я знаю, что ты будешь в нем великолепна. Он создан специально для тебя».

Её уклончивые предложения подталкивали меня к тому, чтобы «попробовать». Я закрыла глаза и глубоко вздохнула.

Я никогда не хотела такой жизни и никогда не хотела быть принцессой мафии.

Академия была создана для нас. Элита мафии, следующее поколение смерти, продолжение тьмы, которая становится только ужаснее. Я родился в этом мире и ненавидел его. Ни одна женщина не должна быть продана в брак, но расскажите об этом моему отцу. Я не был тем сыном, которого он хотел видеть в качестве жениха после рождения моего старшего брата, но у меня было другое предназначение. Я обеспечивал безопасность. Он и моя скромная мать воспитывали меня тихой и бдительной, чтобы я мог передавать отцу информацию о семье, в которую я вошел после замужества.

Меня воспитали так, чтобы я раздвигала ноги для того, кто больше заплатит, когда придёт время. До тех пор мои ноги оставались сомкнутыми, а девственность — нетронутой, как приказал мой отец. Он никогда не стеснялся в выражениях и не обращал внимания на то, как смущение окрашивало моё лицо до шока, когда он мне это говорил.

Затем он, как всегда, напомнил мне о моем происхождении от Росси.

«Вы выполните свой долг как Росси», — произнес он резким голосом, а затем махнул левой рукой, приглашая меня покинуть его кабинет.

Посмешище в том, что он и другие отцы, которые считают, что контролируют юных девственных принцесс, оказались в проигрыше. Большинству здесь было совершенно наплевать на их девственность.

Секс происходил в каждом темном уголке священных стен Рочестера.

Нас, детей убийц, защищали, даже от собственных семей. Персонал понимал, с кем имеет дело, и хранил молчание.

Тайны Рочестера навсегда остались за его стенами.

Брат Марии окончил университет за год до нашего поступления в Рочестер. Он ни слова не сказал о случившемся, хотя мы бесконечно донимали его вопросами перед первым днем. Это было довольно странно, потому что он любил сплетничать так же, как и Мария, но ничего не рассказал. Нам лишь сообщили...

Академия была создана для того, чтобы дать нам четыре года на рост и понимание своего места в семье.

В первый же день нам открылись глаза. Мы оказались на практическом занятии по жизни, где жестокость считалась добродетелью. Единственное, что было под запретом, — это смерть и лишение девственности принцессы. Студенты спокойно соблюдали половину правил. Никто не хотел умирать, потому что никто не хотел страдать от последствий нарушения этого правила или предстать перед человеком, который решал твою судьбу, если ты убьешь или причинишь вред студенту навсегда. Было несколько опасных моментов. По крайней мере, так говорит Мария, мой личный источник слухов. Я держалась в тени и старалась оставаться вне поля зрения окружающих. В тех редких случаях, когда кто-то переступал черту, академия запирала нас.

С чувством негодования я снял рубашку и спустил джинсы с длинных ног, которым Мария завидовала.

«Я надену это, но если будет видно слишком много кожи, я не выйду».

«Че палле! Я могу тебя убить за то, что ты назвал моё произведение искусства „вещью“».

«Поторопись». В ее голосе по-прежнему слышалось сильное разочарование, и я понимал, что мне не удастся избежать этой ужасной ночи.

У Марии и так было мало терпения, а я зашла слишком далеко.

Сдавленным стоном, который она услышала, я стянула ткань через голову и позволила ей сползти вниз. Черный шелк или похожая на шелк ткань с прозрачной сеткой, сквозь которую просвечивала кожа. Много кожи. Я взглянула в зеркало, застонала громче и сняла нижнее белье, потому что оно было видно.

«Прекрасно, правда?» — раздался голос из-за двери.

«Я тебя ненавижу», — повторил я.

Платье было не моим, но оно было безупречным, или, по крайней мере, таким бы было, если бы я собиралась выступать в стриптиз-клубе. Прозрачные части отрывались от шелка от малейшего рывка, или так мне казалось. Я чувствовала себя неприлично и не могла его надеть.

«Да, можешь», — возразила Мария, потому что знала мои мысли, как настоящая стильная ведьма. «Поживи немного. Оторвись по полной. Я тебя поддержу, и ты это знаешь. Я не оставлю тебя ни на шаг, и я надеру задницу любому парню, который попытается прижать тебя к стене, а поверь мне, они попытаются».

«Ты ничем не помогаешь». Я открыла дверь и вышла.

«Черт возьми, девчонка», — сказала она, затем свистнула, ее руки стали ужасно волосатыми, и она стала угрожать мне тем, что мне могут выколоть глаз.

«Ты носишь его так, будто оно создано для тебя». Она посмотрела мне в глаза и подмигнула.

«Так и было». Она повернула указательный палец, чтобы я обернулась. «Беру свои слова обратно», — сказала она, когда поворот завершился. «Носите это так, будто это на вас нарисовано». Она достала из-за спины пару черных кожаных сапог на шнуровке и черные стринги. «Я не заставляю вас ходить без нижнего белья, а сапоги поднимут ваш сногсшибательный наряд на новый уровень».

«Немного короче помогло бы», — пожаловалась я, сердито глядя на эти нелепые четырехдюймовые каблуки.

Мой рост 173 см, а на каблуках я бы был ростом 183 см. Я бы висел выше большинства старших парней. Я рад, что стринги вернулись, и не хочу, чтобы она их забрала, поэтому я замолчал.

Мария закатила глаза и снова подмигнула. Подмигивание — её фирменный жест, который она ещё и тренировала перед зеркалом.

«Джиа, не смотри на этих людей свысока. Они ниже тебя».

Она умело покачивала головой, волосы развевались из стороны в сторону, а затем снова укладывались в идеальную короткую стрижку. Губы были цвета засахаренной вишни, а макияж придавал глазам соблазнительный вид, идеально дополняющий ее наряд.

Я схватила стринги, быстро вернулась в ванную, надела их и немного накрасила ресницы тушью. Заметила несколько лишних бровей, которые так и норовили образовать итальянскую монобровь, и выщипала их. Добавила немного румян, больше ничего не наносила, прежде чем выйти из ванной и пройти в гостиную.

Наш номер был очень похож на пентхаус. У каждого из нас была отдельная спальня с зоной отдыха и ванной комнатой, гардеробная размером с большинство обычных комнат в общежитии и полностью оборудованная современная кухня, которой мы делили на двоих.

Это было общежитие для старшекурсников. На первом курсе мы жили по четыре человека в комнате, и на двоих была всего одна ванная комната. Это был сущий ад. С каждым годом, когда мы переходили на следующий курс, наше окружение становилось все роскошнее. Точно так же, как и наша жизнь после окончания университета.

Я отодвинула в сторону бесконечные куски ткани Марии, покрывавшие все свободные поверхности. Мы приехали всего накануне, а они уже всё загромоздили. Мы заселимся в общежитие на этих выходных, но к следующей неделе её ткань снова будет разбросана повсюду. Меня это не беспокоило.

Я села и надела сапоги. От них исходил сексуальный запах, как от дорогой проститутки. Мой отец, увидев меня, вылез бы из своего костюма. По словам

Ему бы следовало всегда носить бриллианты и длинные платья, которые стоят больше, чем годовая зарплата большинства людей. У него случился бы инфаркт, и меня бы отправили домой быстрее, чем я успела бы закричать, что моя девственность еще не утрачена.

Мария возилась со своими ногтями, пока у меня случился очередной внутренний срыв.

Все ее наряды кричали о безудержной сексуальности без всяких ограничений. Это была не я. Но перед началом этого года я провела небольшой разговор сама с собой. Я понятия не имела, когда мой будущий муж вдруг появится из ниоткуда. Он мог быть уже выбран, и я могла бы войти на свадьбу, вернувшись домой после окончания учебы. А могла быть и старой, и ее сексуальная жизнь могла быть уже не в лучшей форме. Я хотела немного пожить, а может, и много. Я бросила себе вызов, и вот теперь пытаюсь отступить.

Этот год был моим последним шансом. Если бы меня не выбрали, меня бы выставляли напоказ, когда нужно было бы произвести впечатление на кого-то другого. Как семейная жемчужина, я была бы под наблюдением и контролем. По сути, моя жизнь превратилась бы в скучный ад.

Эта мысль вызывала у меня отвращение.

«Хочешь немного взбодриться?» — спросила Мария, одновременно доставая пинту элитной текилы.

Она попыталась схватить стаканы, но я вскочила, чуть не сломав шею каблуками, и бросилась к ней, вырвав бутылку из ее руки. Я подняла ее и запрокинула голову назад. Это была моя гарантия «немного пожить спокойно».

«Вот принцесса, которую я знаю и люблю», — сказала Мария с самой искренней улыбкой, которую я сегодня видела.

Я сделал ещё один глоток и показал средний палец. Её улыбка стала ещё шире. Я протянул ей бутылку, и она залпом её выпила.

«Нам очень не хватало лаймов, но, эй, я справлюсь». Ее рот исказился, превратившись в полуторнадо из текилы, и она закашлялась. «Ух ты», — воскликнула она, придя в себя. — «Как это делается?»

«Что?» — спросил я, пока алкоголь успокаивал мои нервы.

«Ты даже гримасу не морщишь», — пожаловалась она.

Я впервые за вечер улыбнулась. «Мне нравится вкус».

«Ты довольно странный для плюшевой собачки».

«Ненавижу это слово», — произнес я в сотый раз с первого курса.

«Ну же», — она легонько толкнула меня бедром. — «Ты могла бы быть принцессой в этой школе. Это наш год, наше время. Жизнь ждет нас за дверью, и мы больше никогда не будем выпускниками». Она помахала бутылкой в сторону коридора за нашей дверью.

От её слов меня пронзила грусть.

«Ты даже не успеешь оглянуться, как уже станешь старшекурсником. А я вот уже никогда не буду старшекурсником».

В ее глазах мелькнула тоска, и мне стало жаль, что я это сказала.

«Со мной не будет моей лучшей подруги, так что это не будет считаться», — сказала она, и я поняла, что она говорит это искренне.

Я не говорю ей, что у неё появится новая лучшая подруга, а я выйду замуж. Скорее всего, к последнему курсу колледжа у меня уже будет второй ребёнок. Старший брат Марии продолжит семейную традицию верности Росси. Я перестану быть Росси, и верность мне исчезнет.

Что бы ни случилось, мы останемся друзьями, но всё будет по-другому.

Не хотелось себя жалеть. Это была моя жизнь, и я её приняла. Мне оставался год жизни, прежде чем стены школы Росси сомкнутся. Я хотела, чтобы моя девственность осталась в прошлом; я просто не знала, как это сделать, и ни за что не расскажу Марии о своём плане. Она всё время рассуждала о том, какой парень лучше всего подойдёт для этого. Мне нужен был кто-то, с кем я чувствовала бы себя в безопасности, а в этой школе это было слишком многого требовать. Однако я отказалась сдаваться и сегодня вечером поищу подходящий вариант.

Мы выпили еще по рюмке из бутылки, прежде чем выйти на улицу и пройти небольшое расстояние до вечеринки.

Пришло время стать Росси .

OceanofPDF.com

Глава третья

OceanofPDF.com

Алессандро

Ходили слухи, что эта сучка, тыкавшая мне лицом в колени, любила использовать зубы. Ее маркеры держались подальше от моего самого ценного сокровища. Я оттолкнул ее и даже не стал пытаться вспомнить ее имя. Ее прямые волосы, крашеные в блондин, большая грудь после пластической операции, возможно, ринопластика (хотя она снова начала лапать мой член, и я этого не видел) — вот что она предлагала. Я отказался.

Публичные проявления чувств были не в моем вкусе.

Сделав чуть более сильный толчок, она упала на пол.

Она была своего рода «приемником», сокращенно от «контейнером». Она была здесь, чтобы облегчить нагрузку, когда нашим членам требовалось облегчение. Я понятия не имел, почему эта мысль казалась мне сегодня отвратительной. Она не была вынуждена быть доступной. Я в полной мере пользовался готовностью «приемников», когда принцессы были заперты.

Введение режима изоляции произошло, когда на территории кампуса всё пошло наперекосяк. Защитите принцесс любой ценой.

Мои мысли помрачнели, и я покачал головой, чтобы прояснить их. Девушка снова наполовину забралась ко мне на колени, отказываясь принять мой грубый отказ.

«Кто-нибудь, снимите с меня эту суку!» — сказал я всей группе.

Это была моя команда, парни, которые потом и кровью доказали, что всегда меня поддержат. Эта дружба и договоренность пригодились мне, когда я стал Брамбиллой.

«Подойди сюда, милая, и приложи свой рот к делу», — сказал Марино, расставив ноги и слегка постукивая себя по коленям.

Он выпустил дым, а затем протянул мне свою электронную сигарету.

«Она кусается», — сказал я ему с ленивой улыбкой, глубоко вдохнул и выдохнул дым.

«Только если она хочет потерять зубы», — предупредил Марино, строго глядя на нее, когда она подползла к нему.

Если он хотел, чтобы ему отсосали, я не тот человек, который мог бы ему помешать.

Марино был сексуальным извращенцем и, вероятно, получил бы от этого удовольствие. Каждому своё, и всё такое прочее.

Мы собрались здесь, чтобы оценить нынешний состав и, надеюсь, пристрелить этого самозванца, который думал, что сможет занять моё первое место. Я следил за его острым языком и глупым мозгом ещё с прошлого года. Он был Романо и думал, что сможет победить меня и мою команду. Он ошибался. Я пристрелю его, когда придёт время, и оставлю ему напоминание о том, что Брамбилла никогда не склонится перед Романо.

Я взглянул на Марино, который, запрокинув голову и закрыв глаза, наслаждался своим сувениром. Один из сотрудников академии прошел мимо, проигнорировав его и приветствие. Их работа заключалась в том, чтобы никто не пострадал, а контроль над нашей сексуальной жизнью выходил далеко за рамки их оплачиваемых обязанностей. Они также не обратили внимания на электронную сигарету. Мы были старшекурсниками.

Мы с друзьями пробыли на вечеринке лишь достаточно долго, чтобы оценить Романо, так что Марино, пожалуй, тоже получит от этого удовольствие.

Из двойных стеклянных дверей в начале ротонды раздался противный смех, и вошел главный панк дня, Маттео Романо, с шестью членами своей команды. За последние три года я не раз оставлял их всех плачущими или валяющимися без сознания на полу. Теперь они объединились с Романо и снова встретились со мной взглядом. Я проигнорировал их, повернулся спиной и одним словом предупредил свою команду.

"Бизнес."

Глаза Марино широко распахнулись, и его ленивый, сексуальный взгляд стал острым. Остальные последовали моему кивку подбородком.

«Прости, куколка», — сказал Марино и, слегка поморщившись, отстранился от нее.

Он внезапно резко дернул ее за волосы, так сильно, что они вырвались, и она издала пронзительный крик. Она успела укусить его.

«Сумасшедшая сука», — пробормотал он, затем повернулся к группе у двери, когда они двинулись дальше в коридор для старшекурсников.

Команда Романо тоже посмотрела на нас с презрением. Может быть, сегодня всё изменится. Хотелось бы начать последний год обучения, не беспокоясь о том, когда Романо меня предаст.

Честно говоря, мне надоело играть в игры академии, и я захотел реальной жизни. Три полных года я должен был зарекомендовать себя как настоящий мерзавец. Для этого мне понадобились кулаки и готовность сразиться с любым, кто захочет со мной подраться. Я отлично разбирался в стратегии, обладал убийственным чутьём и мог выдержать сильную боль, не дрогнув. В середине второго курса я начал действовать.

Высшее место занимал человек старшего возраста, и я его занял. Будучи самым молодым человеком, когда-либо занимавшим эту должность, я с тех пор отстаивал её.

Мне надоело мириться с этим европейским отбросом Романо, наплевав на школьные правила и мое образование. Трава говорила сама за себя. Я не разочарую своего отца. Я также не хотел, чтобы страдала моя компания. Я не видел выхода из этой передряги и ненавидел сам факт, что рассматривал другой способ решения проблемы.

Сегодня вечером больше всего на свете мне хотелось погрузиться в сильное опьянение, вызванное чем-то более крепким, чем алкоголь или марихуана. Сотрудники академии неодобрительно относились к тяжелым наркотикам и не одобрили бы ночной поезд, на котором я хотел прокатиться в эти выходные.

Как же это ужасно.

Понедельник был первым официальным днем нашего выпускного года. Меня это ужасно раздражало, и я не хотел об этом думать.

Эта школа занималась не только обеспечением нашей безопасности.

В общежитиях Рочестера мы обосновались. Здесь зародились наши будущие партнерские отношения и преданность. После окончания учебы мы вступили в жизнь, полную насилия и смерти. И все по одной причине.

Семья.

Что касается меня, отец снова дышал мне в затылок.

После окончания учёбы я буду стоять слева от него. Джолли, отец Марино, будет справа. Я буду в курсе всех семейных скелетов, хотя большинство из них мне уже были известны. Примерно через десять лет я стану Брамбиллой, и семейный бизнес будет моим. Этот путь был предопределён с моего рождения, а скорее ещё раньше. Чёрт возьми, мой отец уже намекал на брак и внуков. Да мне всего два месяца назад исполнилось восемнадцать. Пусть он поцелует меня в задницу, потому что я собираюсь посвятить этот год жизни, которой у меня больше никогда не будет. Смысл моего решения поступить иначе в этом году заключался в том, чтобы не думать об ответственности, которая ждёт меня после окончания учёбы.

Я был готов к этой ответственности. На самом деле, я жаждал её. Я также знал, что как только я окажусь рядом с отцом, каждое моё действие будет анализироваться и критиковаться, чтобы подготовить меня к лидерству. У меня был последний год свободы, и я планировал использовать его на полную катушку. Сейчас или никогда.

Мой отец оставался холостяком и изменял своей жене до двадцати двух лет.

Он сказал, что понял, что его холостяцкая жизнь закончилась, когда впервые увидел мою мать.

Ему также повезло, что она происходила из уважаемой семьи, которая была готова вести переговоры и стать союзником Брамбиллы.

Но правда заключалась в том, что мой отец изменил мне после женитьбы на моей матери.

Узнав о его измене, когда мне было десять лет, я испытала горький осадок. Я также понимала, что буду в точности такой же, как мой отец.

Это было ожидаемо.

В зале воцарилась тишина, вырвав меня из размышлений. Атмосфера изменилась. Несколько человек взглянули в мою сторону, затем снова на двойные стеклянные двери, ведущие наружу.

Я знал только одного человека, который мог бы вызвать такой ажиотаж.

Росси.

Она шагнула вперед, и студенты расступились.

Ещё один шаг, и я смог рассмотреть её досконально.

Её слишком много, блядь.

Я приберег эту сучку на последний год обучения и позаботился о том, чтобы вся школа об этом знала. Никто другой не стал бы раздвигать передо мной эти ноги. Черт, я даже не был уверен, что ее ноги заслуживают того, чтобы их раздвигать, так что, возможно, я все-таки займусь с ней сексом сзади в первый раз. Это также убережет меня от того, чтобы смотреть в ее лживые глаза, как у Росси.

Я перевел взгляд на свою команду. От них исходила похоть, хотя они изредка бросали на меня взгляды. Росси никогда не приходила на эти мероприятия. Мы редко оказывались в одной комнате, и наблюдать за ней с другого конца кампуса было для меня самым близким вариантом.

Мрачные мысли наполняли меня, пока я смотрел на неё, и в голове плелась жажда мести. Отец ясно дал понять, что я должен держаться подальше и оставить месть ему. До этого года я делал всё, как он требовал, но ожидание закончилось. Я планировал отнять у её семьи то, что они никогда не вернут, так же как и у меня. Думаю, девственность одной принцессы против жизни моей матери — невыгодный обмен, но это было в рамках мести, которую я мог себе позволить.

Мой отец не стал преследовать Росси из-за смерти моей матери, что меня ужасно разозлило. Когда настанет моя очередь руководить семьей, я сам разберусь с Росси. Его дочь была просто предысторией.

В тот момент, когда Романо попал в поле моего зрения, я не сводил с нее глаз.

«О нет, он этого не сделал», — пробормотала я себе под нос, когда поняла, на кого он нацелился.

Бросив ручку на стол, я не успел и глазом моргнуть, как вскочил с дивана. Шорох позади меня дал мне понять, что со мной кто-то из команды.

Меня прикрывали спиной, когда я шел к врагу. Легкое головокружение не способствовало тому, что произошло дальше.

OceanofPDF.com

Глава четвёртая

OceanofPDF.com

Джиа

Старший корпус представлял собой верх показной мерзости с его антиквариатом и произведениями искусства. Даже викторианские обои кричали о богатстве и мерзавцах. Он был соединен с главным корпусом школы, в то время как для младших классов было более современное отдельно стоящее здание на главном кампусе, спрятанное в деревьях за большими постройками. Это чудовище с его высокими потолками и колоннами как бы говорило: «Добро пожаловать в ваше королевство, старшекурсники».

Мне не нравилось в каждом уголке этого места.

В творении Марии я чувствовала себя полной идиоткой, и мое сердце бешено колотилось. Она быстро сжала мою руку и успокоила меня, прежде чем я вошла в свою роль.

«Ты — сучка Росси, и никогда об этом не забывай».

Образ стервы Росси мне очень пригодился. Когда ты была застенчивой и красивой, ты казалась высокомерной. Это раздувало страсти. Я перестала быть застенчивой, потому что освоила искусство ролевой игры и могла стать кем угодно. Образ стервы Росси был лишь одним из многих моих образов, и я позаимствовала его у персонажа ситкома. Она владела своим миром, и когда я вошла в её роль, я стала владеть своим.

Мария тоже меня поддерживала. Она с самого начала дала понять, что никому не позволит себя унижать. Она не из тех, кто будет дергать за волосы в драке.

Она обучалась у своего отца и брата. Другие считали, что она абсолютная преданность мне из-за наших семей. Но дело было не в этом. Мария знала, что я не та крутая девчонка, какой меня видели другие. Хотя я и избавилась от застенчивости, я не могла преодолеть своё мягкосердечие. Всё, что оно мне принесёт в жизни, — это быстрая смерть.

Благодаря защите Марии и моей фамилии, большинство оставили меня в покое, и именно этого я и хотел.

Мария была моей лучшей и единственной подругой. С самого раннего возраста я делилась с ней своими мечтами, и только с ней, и она никогда не смеялась. Мы обе знали, что я выполню свой семейный долг, когда придёт время, но она не считала меня сумасшедшей из-за фантастического мира, который жил в моей голове.

Другие девочки в школе меня совсем не интересовали. Я никогда не хотела играть в их социальные игры или знать, что они спят с моим будущим мужем или с кем-то еще. Я приехала сюда, чтобы приспособиться к своей жизни, и игнорирование других учениц было простым актом бунта против моего отца, который заставил меня поехать в Рочестер. Если я покажусь слишком хорошей для всех здесь, пусть так и будет.

В те дни, когда держать голову принцессы Росси было слишком тяжело, мои мечты помогали мне справиться. Я часами в свободное время изучала кино и подражала актерам. Сегодня вечером я играла роль стервы Росси.

В комнате воцарилась мгновенная тишина из-за моего появления на вечеринке. Я не ходила на вечеринки, даже когда Мария устраивала. Последовал шепот, и взгляд переместился с меня на кого-то в другом конце комнаты. Мне даже не нужно было смотреть, чтобы увидеть, кто это. Меня пробрала дрожь. Этого было достаточно.

Почему я не подумала о том, что он мог бы Будет ли он здесь? Конечно, будет.

Я выпрямила плечи и изогнула губы в идеальную снисходительную улыбку. Моё стервозное лицо. Я сдвинула ногу вперёд, так что ткань соскользнула, обнажив километры голой кожи. Даже если бы я никогда не стала актрисой, я была здесь лучшей, потому что никто, кроме Марии, не знал, что я дрожу на своих четырёхдюймовых каблуках. Она также знала, что меня сегодня вечером хотя бы раз вырвет из-за стресса. Надеюсь, к тому времени я достаточно напьюсь, и все сошлись бы на мысли: «Джиа не умеет пить».

Я поняла, когда его взгляд остановился на мне. Тяжесть его первобытной ненависти чуть не сбила меня с ног. Я мысленно сопротивлялась. Он мог запугать Джию, но не эту стерву Росси. Моя спина едва заметно выпрямилась.

Алессандро Брамбилла никогда бы не увидел, как я потею, плачу или, тем более, ломаюсь.

«Приближается», — прошипела Мария рядом со мной.

Я посмотрела в ту сторону, куда она повернулась, и увидела, как Маттео Романо, важно шагая к нам, направился в его сторону. Он мне не нравился. Он был из тех парней, которые вызывали у меня отвращение. Он был бесчеловечно жесток, и я знала это еще с первого курса.

Маттео и его друзья мучили собаку, и я нашла их с уликами. Помочь собаке было уже поздно. Парни посмотрели на меня с презрением, и по моей щеке скатилась слеза. Мария задержалась в классе допоздна, чтобы поговорить с учителем, и я осталась одна.

Она вышла из-за угла и всё оглядела на части.

«Ты убил собаку?» — громко закричала она.

Меня это удивило даже до того момента, как она начала безудержно плакать и не могла замолчать из-за собаки. Это была игра, чтобы защитить меня. Марии было все равно, что она талантлива в актерском мастерстве, но я видела в ней потенциал.

К сожалению, это не было её мечтой, и я не мог прожить её жизнь через неё.

Театрализованное представление спасло меня от участи хуже смерти. Никто не помнил о моей мокрой щеке. Однако все помнили о неприятностях, которые устроила Мария. Маттео и его команда были заперты на две недели. Мы с Марией строили планы на случай последствий, которые так и не произошли.

Маттео делал вид, что это уже в прошлом, но мы знали правду. Однажды Мария за это заплатит. Его жутковатая аура отпугивала нас, даже когда он говорил, что прошлое осталось в прошлом. До сегодняшнего вечера нам удавалось держаться от него подальше.

Его отец и мой были дружественными врагами, а Маттео был старшим в роду. Он был бы подходящим супругом, и от одной мысли об этом меня тошнило. Я думала, что больше не выдержу.

Его взгляд встретился с моим, и я увидела то, чего не ожидала, но должна была увидеть.

Похоть.

Его язык тела и напористый подход сразу же давали о себе знать.

Маттео внезапно замер и уставился на что-то за моей спиной, с противоположной стороны от Марии. Теплый голос прошептал мне на ухо.

«Что привело эту стерву на вечеринку?»

Я с громким вздохом вдохнула, но всё ещё чувствовала, будто в комнате закончился кислород.

Алессандро Брамбилла стоял так близко, что я чувствовала резкий мускусный запах его одеколона. Меня пронзила дрожь. Нет, это был леденящий душу ужас.

«Че палле! Отвали!» — резко прошептала Мария за моей спиной и презрительно посмотрела на Алессандро.

Моя голова оставалась повернутой к Маттео, а взгляд скользил в стороны, пытаясь поймать её взгляд. Я слегка приподняла подбородок и встретилась взглядом с Маттео. В его глазах читались ненависть и похоть. Но дело было не только во мне. Маттео проигнорировал двойной ураган за моей спиной и медленно перевел взгляд на моё тело. По коже пробежала жуткая дрожь. Что-то с ним было не так.

Его темные глаза снова устремились на место позади меня.

«Я переспал с ней прошлой ночью, и она была не очень хороша. Я сказал своей команде, что они могут взять её сегодня вечером на небольшую тренировку».

Мария ахнула и выругалась себе под нос. Обычно она бы вышла из себя, но сейчас происходило слишком много всего, и я, например, не понимал. Она перестраховывалась, потому что у нее не было выбора. Насколько я мог судить, мы приземлились посреди драки между экипажами.

Какого черта Маттео сказал то, что сказал?

Твердая, теплая рука вцепилась мне в предплечье, и на этот раз мне пришлось повернуться.

«Ты с ним переспала?» — резко спросил Алессандро, его полный ненависти взгляд прожигал меня насквозь.

«Стоп!» — возразила Мария и попыталась встать между нами.

Алессандро оттащил меня назад, и его команда обошла нас, отрезав Марию и Маттео. Его хватка не ослабевала. Пульс бился у основания его горла, и его хватка оставляла синяки.

«Что ты делаешь?» — прошипела я и попыталась вырваться.

Я оказался в ловушке.

Алессандро больше не смотрел на меня. То, что я видела в его глазах, не сравнилось с этим. В его взгляде читалась смерть, и он был прикован к Маттео.

Я вспомнил их соперника с первого курса и понял, что это еще не конец.

Имя Алессандро было под запретом для сплетен Марии, поэтому, если это как-то было связано с ним, я держалась в неведении и мне это нравилось. Мне никогда не приходило в голову, что Брамбилла может ненавидеть кого угодно больше, чем меня.

«Ты хочешь это сделать?» — потребовал Алессандро своим жестким, низким мужским голосом.

«Твое время придет, Брамбилла», — пообещал Маттео своим высоким, характерным акцентом.

«Сейчас моё время». Алессандро не отступил.

Конечно, он бы этого не сделал. Это была его школа. Я уже видел, как выстраиваются очереди к каждому из них. Студенты расступились в разные стороны, ясно давая понять о своей принадлежности к той или иной группировке. Казалось, что посередине расстановка сил была равной, что меня удивило. Я никогда не задумывался о том, что Алессандро не держит свою позицию под строгим контролем. Его последняя драка была кровавой бойней, едва нарушившей правила академии, запрещающие убийства и увечья. Его и его команду заперли на месяц, что является самым суровым наказанием, которое я видел в академии. Для меня это был месяц удовольствия. Мне не нужно было избегать определенных мест на территории кампуса, и это было приятной переменой.

Даже Мария не удержалась и сказала мне, что заметила мистера.

Ксавье входит в комнату Алессандро в общежитии. Он был для нас тем, кто помогал нам преодолевать трудности.

Это случилось в кампусе, и он меня до смерти напугал. Я видела его дважды, второй раз вблизи. Для мужчины в возрасте он был привлекательным, но глаза его были ледяными. Он посмотрел на меня, и мне показалось, что он знает все мои сокровенные мысли. Я застыла на месте, и сейчас я не могла этого допустить.

Высокомерное поведение Алессандро не изменилось, и он меня не отпустил. Я не понимала, зачем он это делает. Марии предстояло многое объяснить. В академии я всегда была начеку. Что касается фамилии Росси, то Брамбиллы хотели нашей смерти. Мне следовало быть внимательнее.

До сегодняшнего вечера мы держались друг от друга подальше.

Маттео и его команда незаметно проскользнули в толпу студентов, стоявших у него за спиной.

Давление на мою руку усилилось, и я наконец позволила себе по-настоящему рассмотреть Алессандро. Его ангельское лицо, квадратный подбородок и высокие скулы подчеркивали глубокие карие глаза, на оттенок светлее, чем у Марии, но этот светлый оттенок ничуть не смягчал их. Наоборот, они отражали свет сверху и напоминали дикого тигра, готового к прыжку. На нем были черные рваные джинсы и синий дизайнерский пуловер с длинными рукавами, который подчеркивал его мускулы, которые вблизи выглядели крупнее, чем при тех украдкой, что я видела через весь кампус.

«Ты мой. Держись подальше от Романо, к черту!»

Он наклонился ближе к моему уху, и его теплое дыхание вызвало мурашки по коже. Что за чертовщина?

Давление в моей руке исчезло вместе с Алессандро.

«Что за чертовщина?» — прошептала Мария, когда оказалась на моем боку.

«Ты украл мою фразу».

OceanofPDF.com

Глава пятая

OceanofPDF.com

Алессандро

Я понятия не имела, был ли шок на лице Джии вызван тем, что Маттео выдал их секрет, или же это было следствием того, что Маттео нес всякую чушь.

Я ясно дал понять всем ученикам, что Джиа Росси — неприкосновенна. Даже она это знала, хотя её лживые глаза говорили об обратном. Я правил этой академией, и оставить её девственность на одну жаркую ночь было моим правом.

Чёртов Маттео. Он не хотел отступать, а мне не хотелось тех проблем, которые он создавал. Это означало, что мне нужно было действовать быстро и засунуть его уродливое лицо в грязь, пока он не согласится, что дышать важнее, чем издеваться надо мной.

Я знал, что у него численное превосходство. У нас был менталитет "зверь пожирает собаку", и наша жизнь останется именно такой, когда мы отсюда уедем. Те, кто был на его стороне, хотели борьбы и им было все равно, кто победит. Если бы им было не все равно, они бы не поддержали Маттео.

После последнего конфликта с компанией, который втянул меня и моих близких в слишком большие неприятности, я немного сбавил обороты. Теперь акулы стояли у моей двери, и если я хотел удержаться на вершине, мне нужно было бороться за это место.

Маттео собрал свою новую команду из самых отъявленных задир в кампусе. Как я уже говорил, я сам с каждым из них в начале их карьеры сталкивался из-за некоторых их выходок. Теперь же они ограничивали свои издевательства младшими курсантами. Если я ничего не знал об этом, они оставались предоставлены сами себе. Я помню первый курс. Он либо закалял, либо ломал. Им приходилось разбираться во всем самим. К тому времени, как студенты дошли до второго курса, они поняли, кто главный. Именно тогда они начали обращаться ко мне за помощью. Что бы я ни делал, это не нравилось ни одной из сторон.

Спустя три года эта сторона теперь была под контролем Маттео.

Они бы пожалели об этом и вернулись бы, поджав хвосты. Он был подонком, а если ты умный, то стерилизуешь подонков.

Мы с моей командой ушли, как только я убедился, что Маттео ушел. Ни за что не оставлю его в коридоре с Джией. Кроме того, что она переспит со мной в первый раз и влюбится в меня, мне было все равно, что она будет делать, и у меня не было времени беспокоиться о ней. Наш день приближался, как и конфронтация.

С Маттео. Единственная разница заключалась в том, что с ней моему члену было бы гораздо приятнее.

Гейб и Лоренцо остались, чтобы присмотреть за вечеринкой.

Помимо Марино, я по-настоящему доверял только им двоим. Они предупреждали меня, когда Джиа уезжала, и если Маттео возвращался.

Моя цель на выходные началась с нескольких дорожек цистита. Я использовал алкоголь и травку, чтобы дополнить поездку.

«Сан, — сказал Марино. — Нам нужно разобраться с Романо». Он сделал затяжку из одного из своих бесконечных косяков.

Он редко брал что-нибудь покрепче и никогда не пил так много, как я. Когда же я стремился к полному блаженству, я ещё мог нормально функционировать.

Марино стал как слон в посудной лавке и просто хотел драться. Я слышал слухи, что его отец был таким же. Я ни разу не видел, чтобы он даже выпил. Марино знал, какая жизнь его ждет, и я желал, чтобы он оторвался по полной и не позволил этому году пройти даром.

Если уж на то пошло, он воспринимал свою ответственность более лично, и его более светлую сторону было сложнее обнаружить. Меня это беспокоило, потому что Марино совсем не был похож на этих придурков. Он хорошо играл, но я знал его секреты и оберегал их.

«Мы скоро позаботимся о Маттео», — ответил я ему.

«Какой план?» — спросил он, зная, что мой мозг сейчас работает.

«Убейте его».

«Именно таков план». По выражению его глаз было ясно, что он согласен с моей первоначальной оценкой.

«Только я и Маттео. Я ему должен».

«Мне следует выбрать тебя».

Я слегка повернулся, но тут же дернулся обратно. «Маттео — моя чертова проблема, и он воспринял это как личное оскорбление».

«Сука Росси?»

«Сука Росси», — сказал я с непреклонностью.

Он дважды хлопнул меня по спине. Он понял. Он знал, что я за ней слежу, и знал, почему я приберег её вагину до выпускного года.

Она стала старше и теперь представляла собой гораздо большую проблему, чем в начале. Ее большие, как у лани, глаза сводили меня с ума на первом курсе и только усиливали ненависть, которую мне было необходимо испытывать. Я видела ее проклятый страх.

Она быстро изменилась. Акулы учуяли кровь в воде, а Рочестер состоял исключительно из акул. У акул существовала иерархия, и тех, кто находился внизу, съедали. Постепенно я наблюдал, как Джиа превращается в ту женщину, которой она однажды станет. Если мой отец не отомстит ей, она, возможно, доживёт до совершеннолетия. У меня были свои планы на ледяную принцессу. Немного мести, много горячего секса и один особый подарок, чтобы она знала, что однажды я приду за её отцом.

«Мы что, будем отрываться по полной или ты хочешь найти пару репетиторов, чтобы снять стресс?» — с надеждой спросил Марино.

Он ненавидел мои угрюмые выходные, когда я просто хотела сбежать от всего этого.

«Вечеринки снимают стресс, но продолжайте в том же духе. Я не выйду из общежития, если только мне не понадобится позаботиться о Маттео».

Марино подошел к игровой приставке и принес наушники и контроллеры. Его ухмылка дала мне понять, что мне не удастся от этого отлынивать.

«Нам нужно повысить ваши показатели соотношения убийств и смертей».

«То, что у тебя всё отлично, не значит, что у меня должно быть лучше». На этот раз это я ныл.

« Бача ма куло , докажи свои слова делом, ублюдок».

Как будто я когда-нибудь стала бы ему подлизываться.

Он пнул моего. Это бы мало что значило для него как для моего будущего телохранителя, если бы он этого не сделал. Ни Маттео, ни Джиа не испортили мне выходные, полные безделья. Они пролетели чертовски быстро.


****

В понедельник утром мне не нужен был будильник. Хотя я и не хотела, чтобы выходные заканчивались, я никогда так не наслаждалась днем, как в этот раз. Мои планы потребовали некоторой уговорщённости и большой доли удачи. Сотрудники школы знали, что всё дело в позиции, и каждый наш ход перемещал шахматные фигуры по доске, чтобы выбрать наилучшую стратегию.


Даже наша учебная программа включала в себя смертельно опасные жизненные уроки, необходимые для выживания, наряду с обязательными курсами по финансам и бизнесу. Я не могу представить себе другую среднюю школу в стране с такими предметами, которые мы изучали.

«Основы убийства», «Машинный класс» и «Укладка ковров» — так студенты называли скучные курсы, которые были внесены в наше расписание. Плюсом было то, что занятия были совсем не скучными.

На первом уроке у меня был курс «Бизнес-финансы», или, как его еще называют, «Машинный класс». Мы так его называли, потому что изучали все, что связано с финансами, включая...

Методы отмывания денег. Мы также называли это «укладкой ковров», потому что курс включал в себя управление борделем. Я всегда знала, что мне придётся запачкать руки, и я должна быть готова ко всему. Понимание бизнеса, требований к безопасности женщин и постоянно меняющихся законов Невады означало, что мне предстояло много работы, если я хотела оставаться на вершине и иметь возможность управлять бизнесом, когда придёт моё время.

Вероятность того, что после своего двадцать первого дня рождения я проведу время в Неваде, была высока. Семья Брамбилла владела двумя казино и полудюжиной борделей. Мой отец много лет назад устал от этого штата и нанял хороших людей. Эти люди старели, как и он, и он был рад моему появлению. Я мог справиться с Вегасом, и это было хорошо, потому что моей страстью был бизнес.

Мафиозные семьи изменились. Уклонение от уплаты налогов, отмывание денег и электронные браслеты остались в прошлом, или, по крайней мере, нам так казалось. Мы стали более технологичными и лучше понимали законы RICO, которые использовали, чтобы нас уничтожить.

У федералов были свои специалисты по финансовым компьютерам, но мы платили лучше и освоили законные способы обхода их правил. Общественность перестала видеть наши имена и лица в СМИ как имена мафиози и забыла об опасной проблеме, как мы и хотели.

Уроки машиностроения мне нравились, но настоящее развлечение сегодня начинается на четвёртом уроке, прямо перед обедом.

Гражданское образование.

Или, как мы это называли, «Основы убийства». Всё, что необходимо, чтобы быть хорошим гражданином в нашем мире насилия и смерти. Даже наши уроки физкультуры отражали то, кто мы есть. Студенты и студентки с первого дня обучения в университете изучали практические навыки боя и самообороны.

По слухам, последний год обучения был больше посвящен убийствам.

Забавно, что в Рочестере ходили слухи, как правило, о том, что происходит в наши дни. Студенты и их семьи не обсуждали подготовку, которую мы проходили в академии, и старшекурсники никогда нас об этом не предупреждали.

Это был школьный кодекс молчания, который понимала каждая мафиозная семья. Мы пришли сюда с чистым листом, некоторые, как я, с запятнанной репутацией, но поддающиеся изменению. Никаких преимуществ. Студентки не были исключением. Дни, когда приходилось прятать голову в песок, закончились. Им нужно было знать, что происходит за кулисами, чтобы содержать семью.

У нас было несколько отдельных групп. Жена мафиози вынашивала будущего наследника, и это была её первостепенная задача. Девушки изучили всё, что только можно.

Нам рассказывали, что они узнают о воспитании детей или о том, как нанимать нянь для этого. Некоторые из студентов, в зависимости от своего происхождения, и становились такими нянями. Все они имели семейные связи. Они также узнавали о благотворительности и о том, как поддерживать репутацию семьи в глазах нужных СМИ.

Мои мысли обратились к четвёртому уроку. Ко мне кто-то присоединится; она просто об этом не знала. Моё убийственное обаяние смягчило характер той сварливой сотрудницы приёмной комиссии, которая занималась расписанием старшеклассников. Я моргнула глазами и включила своё убийственное обаяние, которое отточила именно для этой цели. Как только я добьюсь своего, я поняла, что сегодняшний день будет незабываемым.

В планах также было начать драку с Маттео. У него было несколько возможностей бросить мне вызов, в том числе и в пятницу вечером. Эта трусиха меня не убедила, и я устал ждать.

Я впервые свистнула, надевая школьную форму. Могло быть и хуже. Цвета Рочестера были чёрно-белыми, как в Хогвартсе.

Девочки могли носить черные юбки и комбинезоны с белыми блузками с логотипом.

На мальчиках были черные брюки с галстуками и рубашки с воротником.

Здесь не было гендерного равенства. Девочки показывали ноги, мальчики — нет, и мы знали свои роли. Конечно, сестра Марино, лесбиянка, немного нарушала это. Я сомневался, что смогу возглавить семью, пока она не совершила каминг-аут и всё не пошло наперекосяк. Жаль. Я любил её, но мало что мог сделать с реакцией её отца или моей собственной.

Глория была крепким орешком и знала правила игры. Она была убийцей в самообороне и ничем не уступала своему брату. Если бы в семье что-то пошло не так, когда я бы взял всё в свои руки, я бы вернул её, если бы она захотела. С ней и Марино рядом я был бы непобедим.

Я поправил галстук и поднял рюкзак. Настало время для чертовски крутого дня.

OceanofPDF.com

Глава шестая

OceanofPDF.com

Джиа

«Ты запретила мне рассказать хоть одну деталь об Алессандро», — раздраженно проворчала Мария, буквально дергая себя за волосы с обеих сторон.

Мы наконец-то ушли с вечеринки и вернулись прямо в общежитие, где я мог прийти в себя, вырвать и спланировать свои будущие похороны.

«Я знаю, что так и было». Мое раздражение по отношению к себе достигло апогея.

«Он угрожает, и Маттео в этом замешан, а я этого не ожидал».

Что происходит?"

Пора было вытащить голову из задницы Марии. Я думал, лучше всего будет избегать её. Я ошибался. То, что произошло сегодня вечером, я никак не ожидал и не был к этому готов. Мафиозная принцесса всегда готова, и мне нужно было найти свою сучку Росси. К сожалению, она скрывалась и подумывала о том, чтобы сесть в постели. Мог ли я быть ещё более жалким?

«За последние три года Алессандро переспал с половиной принцесс. В этом году ты попала в поле его зрения».

При её словах я резко подняла голову. Я знала, что некоторые девушки нарушают это священное правило, но не думала, что это общеизвестно или что таких много.

«Почему именно я?» В моем голосе отчетливо слышалось удивление по поводу того, что я попала в поле зрения Алессандро.

Шок врос в меня, словно колючие лозы. Ни за что. Ненависть Алессандро Брамбиллы должна была удержать его подальше.

«Он предупредил остальных парней держаться подальше», — воскликнула Мария. «Я не знала, как тебе сказать и сдержать обещание, что никогда не буду о нем рассказывать».

Я перестала прислушиваться, потому что мой разум и кишечник начали общаться, и меня охватило непреодолимое желание вырвать.

«Зачем ему со мной спать? Он меня ненавидит», — возразила я, надеясь, что Мария прояснит ситуацию, которая не имела для меня никакого смысла.

Взгляд Марии скользнул по моему свернувшемуся калачиком телу на диване. Тот небольшой макияж, с которым я начала вечер, давно исчез. На мне была моя любимая удобная ночная рубашка с надписью «Итальянцы делают это лучше», чего я в тот момент не делала.

Поверь. Я устала, и меньше всего мне хотелось заснуть.

Сегодняшний эпизод снова прокрутился у меня в голове, и я запаниковала. Сон превращал мои ужасные мысли в кошмары.

«Во-первых, — начала Мария, — любовь и ненависть не имеют никакого отношения к мужскому члену. Ему всё равно». Она закатила глаза. «Во-вторых, ты просто не поверишь, какая ты красотка. Каждый парень в этой школе хочет тебя заполучить. Они держатся подальше, потому что твой и мой отец — страшные парни. В нашем мире страшных парней наш заслуживает уважения».

«Я не красавица», — возразила я, игнорируя ее утешения по поводу того, что она якобы страшный тип, потому что это была правда.

«В этом и заключается главная проблема. Ты не видишь себя так, как видят тебя парни».

Если у меня случится слишком сильная гипервентиляция, я могу умереть? Это может быть самым простым выходом. Алессандро должен был держаться от меня подальше. Я действительно с нетерпением ждала этого года, а теперь он всё испортил своим членом. И местью. Не имело значения, как хорошо он выглядел или пах. Я никогда не забуду, почему он меня ненавидел.

В отчаянии я сменил тему разговора.

«Почему ты ничего не сказал о Маттео?» Теперь, когда я знала о заявлении Алессандро, его действия стали понятны, но дело было не только в этом.

Это была настоящая война за территорию, если можно так выразиться. Они боролись за первенство, а я был посередине. К сожалению, Мария решила всё рассказать, и это нисколько не помогло моему тонущему кораблю.

«Десять лет назад юниор занял первое место и удерживал его до последнего года обучения. Алессандро побил рекорд и занял его на втором курсе, и с тех пор борется за то, чтобы его сохранить. Маттео тоже хочет победить, и он поступил умно. Никто не знает, как всё закончится и кто победит. Я не могу сказать вам ничего, не упомянув того, кого не следует называть. И помни, сука, ты даже эту фразу сделала недопустимой».

Да, так и было. Я был ужасен.

В итоге все свелось к тому, что я учился в одной школе с парнем, чью мать убил мой отец. Я не мог поверить, когда отец сказал мне, что я поеду в Рочестер с наследником Брамбиллы и что я буду в безопасности. Первый курс был кошмаром, и я ожидал, что меня вот-вот ударят в спину. Второй курс был легче, а на третьем я, наконец, успокоился.

Почему всё не могло остаться как прежде? Это был последний год учёбы, и на этом всё. Было очевидно, что я не избегу возмездия, которое Алессандро мне должен был отомстить. У Марии была та же проблема с Маттео, хотя причины были совершенно другими. Мы оба знали, что наше время придёт, и лишь надеялись пережить это возмездие.

Я ворвался в ванную, меня вырвало, и я лег спать, а жалкие глаза Марии следили за мной. Мне нужен был план действий.

Наши выходные пролетели как в тумане, наполненные подготовкой к предстоящему году. Мы распаковали чемоданы и превратили нашу комнату в общежитии в дом этого года. У Марии был особый вкус в стиле, который проявлялся в её одежде. Через несколько лет я бы заплатила больше, чем некоторые люди зарабатывают за год, чтобы купить одно из её творений.

Она направлялась к вершине.

В воскресенье вечером мы вместе готовили ужин, но я не смогла есть.

«Всё будет не так уж плохо», — пообещала Мария.

У меня не было четкого плана, и я был в состоянии крайнего тревожного напряжения.

«Нет, будет еще хуже, я это чувствую».


****

" Боже мой !" — прокричал я дрожащими пальцами.


Я ненавидела первый день нового учебного года, и этот был худшим из всех.

«Ты готова?» — позвала Мария с другой стороны двери.

Мои рубашки и юбки каждую неделю сдавались в химчистку и появлялись словно по волшебству. Волшебство не распространялось на Марию, пока я не настояла на своем. Теперь мы вообще не тратили время на стирку школьной одежды, что дало нам больше времени на то, что нам нравится.

Моя белая рубашка с воротником была чистой и начищенной до блеска, а складки юбки были аккуратно отглажены. Это была всё та же я. На мне был медальон, подаренный мне матерью, который принадлежал моей бабушке, но это было моё единственное украшение.

В выпускном классе нам разрешалось использовать лак для ногтей, отличный от нейтрального или розового цвета.

Мария накрасила нам ногти насыщенным кроваво-красным лаком, который подчеркивал наш старший статус. Я полюбовалась ее работой, прежде чем войти в дверь.

«Повернитесь», — приказала она.

Я выполнила приказ. Туалетная бумага не прилипла ни к моим туфлям, ни к юбке.

Всё было как всегда просто и скучно.

«Подойдет», — сказала она и медленно повернулась сама.

Она хорошо выглядела в этой ужасной одежде и добавила изюминку шелковым шейным платком. Это было совершенно против правил, но, будучи старшекурсницей, она могла получить наказание.

Прочь от этого.

Я чувствовала себя самозванкой. В пижамных штанах и свободной футболке мне было комфортнее. Форма ничего не подчеркивала, и даже требуемая длина не выделяла мою лучшую черту — ноги. Наши юбки измеряли. Я бы смирилась, если бы они измерили пенисы парней и публично обнародовали эти данные.

Девочек ругали за нарушения правил ношения формы, а мальчиков — крайне редко.

Таков был уклад жизни в нашем мире, и школа была создана для того, чтобы дать нам идеальное образование, необходимое для жизни в мафии. Меня удивило, что у студенток не было курсов о том, как справляться с неверными супругами. Наверное, это был бы быстрый курс после того, как нам бы сказали закрывать на это глаза. В некоторые дни я ненавидела эту жизнь больше, чем в другие.

«Давайте прогуляемся», — сказала Мария.

Это был для неё сигнал к уходу. Мы всегда ходили пешком, потому что машины на территории кампуса были запрещены. Видимо, задолго до нашего приезда произошла смертельная авария с участием нескольких студентов, двое из которых погибли. С тех пор въезд машин на территорию кампуса был запрещён. Школа предоставляла нам личные автомобили с водителями, если нам нужно было поехать в город. Как и моя одежда из химчистки, личные автомобили предоставлялись для представителей мафиозной элиты.

Мария и я подняли свои сумки, накинули их на плечи и вышли из номера.

Наше занятие начиналось на час позже, чем у младших классов, и это было единственным хорошим событием сегодняшнего дня. К тому времени, как мы вышли на улицу, старшекурсники высыпали из своих комнат и смешались с нами.

Оживлённые разговоры и дурачества парней почти заставили меня улыбнуться. Я переживу этот день, и это было единственное, что имело значение. Завтра я проведу с собой ту же самую лекцию и буду продолжать это делать, пока не сформируется план и я не смогу снова вздохнуть с облегчением.

Территория поместья Рочестер была прекрасна: старинная архитектура, бескрайние зеленые лужайки, раскидистые ивы, пихты и ели. Там пахло чистотой, в отличие от городского воздуха в Нью-Джерси, к которому я привыкла.

Да, я была девушкой из Нью-Джерси, но без сильного акцента и навязчивого характера, если только я сама не хотела играть эту роль. Высадите меня на любой улице Нью-Джерси, и я слиюсь с толпой. Это был мой особый дар.

Я тихонько рассмеялась. Наши черно-белые школьные формы сливались с формой других учеников, и, как я догадалась, в этом и заключался смысл. Наше положение в обществе проявлялось более тонким образом. Например, химчистка и личные автомобили. Особые привилегии давались благодаря деньгам и влиянию нашей семьи. На мой взгляд,

Униформа была нелепой и не выполняла своей цели. Мы все знали, кто есть кто. Никакая одинаковая одежда не могла это изменить.

По пути в холл я еще раз проверила расписание. Расписание занятий было неплохим, и мне нравились преподаватели. Но самое главное, расписание гарантировало, что я никогда не окажусь в одной аудитории с Брамбиллой. Конечно, мне все равно приходилось быть начеку, но, по крайней мере, я не была совершенно разбита на каждом занятии.

Высокое, похожее на гору здание перед нами простояло десятилетиями. Когда-то это была аббатская церковь, затем её перестроили в частный колледж, а несколько поколений назад её выкупили семьи, и она стала Рочестером. Пристанищем для подростков-изгоев из мафии.

Любимая мной кофейня для бедных и магазины в маленьком городке рядом со школой тоже принадлежали семьям. Здесь мы были в безопасности. За нами не следили телохранители. Для таких девушек, как я, это был последний раз в жизни, когда мы могли позволить себе такую роскошь.

Команда моей матери работала с ней с моего рождения. Даже моя няня была обучена убивать, если это потребуется для безопасности меня и моей мамы.

Новые члены команды приходили, когда другие уходили на пенсию или, в худших случаях, жертвовали собой ради меня и моей матери. Это случилось, когда мне было пять лет. Это был последний раз, когда я сблизился с телохранителем.

В Каннаина выстрелили возле парикмахерской, пока мы с мамой, как она любила говорить, «украшали волосы». Пуля пролетела сквозь витрину и привлекла мое внимание, после чего начался настоящий ад. Я видела, как Каннаин получил ранение и упал. Ребенку моего возраста было трудно это понять, потому что он был моим другом и всегда носил в кармане конфету, чтобы успокоить меня, когда я устраивала истерики.

Находиться рядом со мной было небезопасно, и это всегда не давало мне покоя. Почему люди должны умирать из-за меня? Да, мое доброе сердце. Мне не было места в этом мире.

Свежескошенная трава и запах ранней осени помогли мне успокоить волнение первого дня в школе. Я расправила плечи и вошла в двойные двери, которые мне придержали сотрудники. Они с радостью улыбнулись. Будучи старшеклассниками, мы были священной землей академии. Наш последний год обучения сделал нас королями и королевами даже для персонала. Через десять лет мы возьмем бразды правления школой в свои руки, и они это знали.

Мария обняла меня у наших шкафчиков, которые стояли рядом, и практически в подпрыгивании побежала на свой первый урок. Она обожала школу. Думаю, ей даже нравилось проводить время вдали от меня. У нас было мало совместных уроков, это было запланировано.

Иногда нам приходилось самим себя защищать, и время занятий было одним из таких случаев.

После окончания университета Мария не осталась в моей жизни. Мы сохраним дружбу и будем время от времени созваниваться, но всё уже никогда не будет как прежде.

Меня охватил ужас, когда захлопнулись шкафчики и раздался смех учеников. В своих классах я чувствовала себя в безопасности, поэтому я расправила плечи и мысленно подбодрила себя.

«Я был Росси, а школа была моей стихией».

Это не помогло. Мне нужно было вывести Лулу на первый план. Она была крепким орешком с холодным сердцем и моей любимицей на роль стервы Росси. Обычно я легко вживалась в её образ. Я много раз наблюдала за собой в зеркале и вспоминала об этом. По мере того, как появлялась Лулу, на моём лице происходили едва заметные изменения. Весь её характер разрастался внутри меня, пока я не стала ею.

Убедившись, что моя Росси твердо стоит на ногах, я снова взглянула на расписание. Английский на первом уроке — не мой выбор. Мне нужно было быть немного внимательнее к существительным и местоимениям, но я ничего не меняла. Каждое небольшое изменение в нашем расписании имело волновой эффект, и я доверяла тем, кто был у власти, зная, где и когда мне нужно быть.

Я еле добиралась до занятий в своих черных балетках, которые стоили дороже, чем три пары ботинок на четырехдюймовых каблуках от Марии. Я выдержала английский, физкультуру и курс «Бизнес-финансы». На первом занятии в этом году решили подойти к делу серьезно, и наш преподаватель открыто говорил о выгодных схемах отмывания денег.

Утро пролетело незаметно и прошло гладко, пока я не зашла на четвертый урок домоводства. Да, домоводства, наш устаревший урок для жен. Учительница проверила свой список и сказала, что меня нет на занятиях. Я показала ей свое расписание, но она и глазом не моргнула.

Я пошла в кабинет директора, чтобы узнать, что происходит, зная, что опоздаю на любой урок, на который меня направят. Победителем стал урок обществознания, который перенесли, так что у меня теперь шестой урок домоводства. Мария, которая всегда сплетничала, предупредила меня, что в этом году урок обществознания будет сложным. Я справлюсь, даже если сама мысль об этом уроке вызывает у меня отвращение.

Я не стала бежать, потому что прозвенел звонок, когда я вошла в кабинет, и теперь я опаздывала на десять минут. Я училась у мистера Калеба на втором курсе, и он не будет против моего опоздания, если я объясню.

Когда я вошла, он уже читал лекцию. Наши аудитории были обычными, ничего особенного. Когда я вошла, все подняли головы. Шепот...

Быстро перешло к определению, которое казалось неправильным.

«Мисс Росси, сзади справа есть одно свободное место». Он указал на стол.

Мистер Калеб не был непривлекательным. Он просто ничем не выделялся, и обычно мне было бы неловко так думать, но нельзя было отрицать, что он был крутым парнем. К тому же, он легко сливался с окружающей обстановкой, даже в классе.

Он выглядел как обычный учитель, и это не имело значения. Мы все знали, что он опасен.

Мистер Калеб носил одежду, одобренную учителями Рочестера, — костюм и галстук. Учительницы носили юбки или платья длиной до колен, как у бабушек.

Цвета не были черно-белыми, но всегда представляли собой унылые земляные тона.

Только мисс Бьянки, учительница домоводства, время от времени нарушала правила, выбирая сногсшибательные каблуки. Мистер Калеб же не нарушал правила. С ним лучше было не связываться. Иногда, с некоторыми людьми, это было негласным правилом, и все равно все знали. Я называл это "убийственной аурой".

Задолго до моего приезда в Рочестер студенты прозвали курс «Граждановедение» «Убийственный 101». Благодаря инсайдерской информации Марии, в течение следующих нескольких месяцев я узнал, почему мистер Калеб преподавал этот курс. Я не был уверен, что хочу это знать.

Я сделала первый шаг в сторону задней части комнаты, понимая, что застряну там до конца семестра. Обычно я занимала место в первом ряду. Черт бы побрал того, кто испортил мое расписание. Мой следующий шаг не удался.

Алессандро, с самодовольной ухмылкой, сел за пустое сиденье.

Он небрежно выставил ногу и слегка толкнул стол, так что тот слегка наклонился. Студенты тихонько захихикали, и мистер Калеб вернулся к своей лекции.

Я не мог пошевелиться.

Ни за что. Я бы этого не сделал.

«Мисс Росси, в чем проблема?» — на этот раз голос мистера Калеба звучал резче.

«Нет, сэр», — сказал я и прошел зеленую милю до стола.

Я сел напротив Алессандро Брамбиллы и смотрел прямо перед собой.

Всё моё тело задрожало. Я ожидала ножа в спину, но вместо этого получила удар рывком за волосы. Я проигнорировала его. В следующий раз рывок был сильнее, и девушка за соседним столиком, Стефи, захихикала.

Стефи никогда меня не беспокоила, и у нее была своя небольшая компания девушек, которые остановили издевательства над первокурсницей. Я ее не знала, но оценила то, что она защитила кого-то помоложе. Для ресепшена у нее был...

Хорошая репутация. Я не хотела наживать себе врагов, но Лулу, которая до этого отошла на второй план при виде Брамбиллы, вырвалась вперед. Бедная Стефи имела дело с настоящей стервой Росси. Она это поняла и быстро отвернулась. Ее очень заинтересовал мистер Калеб.

Ещё один придурок, на этот раз посильнее, заставил меня обернуться. Я посмотрела на него ледяным взглядом принцессы Лулу.

«Когда мы займемся сексом?» — прошептал он, совершенно не обращая внимания на мой убийственный взгляд.

«Никогда, ваффанкуло », — сказал я, добавив по-итальянски «отвали», потому что был уже изрядно взволнован.

Я ненавидела это слово и теперь должна была признаться в этом на исповеди. Внутри меня переполняли слёзы от мысли о том, сколько молитв «Аве Мария» мне придётся прочитать. Даже произнести её по-итальянски означало бы попасть в неприятности, а ведь я уже произнесла её по-английски в пятницу вечером, так что неприятности умножились.

Стиснув зубы, я чуть не получила головную боль. Эта задница. Хуже того, он пользовался тем же чертовым одеколоном, который так приятно пах. Даже резко повернувшись, я заметила, как хорошо сидит на нем форма. Боже, даже галстук был на нем сексуальным. Да, я замечала это и раньше. Просто не с близкого расстояния. И никогда прежде вид его не вызывал у меня потливость, но именно это и произошло. Нервы. Мне нужно было собраться с силами и пережить этот кошмар.

«Хочешь поспорить, Росси?» — спросил он, уткнувшись мне в волосы.

У меня словно лампочка загорелась в голове. Причина, по которой я сидел в этом кресле, стала совершенно ясна. Алессандро Брамбилла меня подставил.

OceanofPDF.com

Глава седьмая

OceanofPDF.com

Алессандро

Мой план сработал идеально, и Джиа Росси была моей. Я не был уверен, как поступить теперь, когда она там, где я хотел, но я что-нибудь придумаю. Ей нравятся придурки? Это было проще всего осуществить, потому что я сам придурок. Или ей нужен мужчина, который будет угощать, водить меня в ресторан и заниматься со мной сексом? Я мог бы сделать и это.

План состоял не только в том, чтобы лишить эту высокомерную особу девственности; он заключался в том, чтобы заставить её влюбиться по уши. Как только она признается ему в вечной любви — да, меня аж тошнит…

Я подарю ей свой подарок и уйду. Она никогда меня не забудет, в этом я был уверен.

Мистер Калеб монотонно продолжал. Да, избавиться от трупа было непросто, но я это и так знал. Меня больше интересовал зловещий блеск в глазах Джии. Я начал постукивать карандашом, как мальчишка.

Нажмите, нажмите, нажмите . Пауза. Нажмите, нажмите, нажмите .

Она выдержала пять циклов, прежде чем я получил эту ужасную вспышку.

«Я сейчас кончу тебе на грудь», — сказал я ей.

"Вы омерзительны."

«Так и будет, обещаю». Мой взгляд стал напряженным. «Я держу свои обещания».

Маначе , мой член встал. Мне хотелось сделать с Джией Росси очень мерзкие вещи. Я думал об этом три года, начиная с того дня, как впервые увидел её. До этого я просто хотел её смерти. Моим подарком ей было оставить её напоследок. Изнасиловать её было моим дипломным проектом.

Всё в ней сводило меня с ума и влияло на мой член. Её длинные ноги так и хотелось обхватить вокруг моих бёдер или поддержать её на коленях.

В её больших тёмных глазах читалась страсть и неутолимая жажда, она кричала. С её груди капала сперма, и я играл в ней.

Да, Джиа Росси пробудила во мне темную сторону, и она все это увидела еще до конца года.

После нашего разговора не имело значения, что я делал; она не кусалась.

Когда она встала, чтобы уйти, я, как пятилетний ребенок, схватил ее за юбку сзади.

«Не опаздывай завтра. Моему члену нравится твое присутствие».

Она не смотрела на меня и, высоко подняв голову, направилась к двери. Мистер Калеб остановил её и что-то прошептал. Она коротко покачала головой и вышла. Мне было бы интересно узнать, что он сказал.

«Ты — придурок», — фыркнул Андре, член моей команды, подойдя к моему столу.

Он тоже был на этом занятии. Я вытолкнул его со стула передо мной и отправил через всю комнату к другой парте.

«И вы тоже», — сказал я, потому что это было требованием съемочной группы.

"Ага."

Видите? Без споров. Мы отправились на обед. Еда здесь была неплохой, и мы даже могли заказать блюда по меню или что-нибудь специальное заранее, если делали это до восьми вечера накануне. Еда была единственным, что не изменилось с первого курса. Нас всех хорошо кормили.

Мисс Росси не было в кафетерии, да и я этого не ожидал.

Мы взяли блюда из меню и собрались за нашим столиком. Нас было восемь человек. Сидеть рядом с тобой означало, что ты для меня важна. Это была честь, которой мисс Росси никогда не удостоится.

Мы болтали и смеялись над нашими первыми занятиями, вели себя круто и как идиоты. Я говорил, когда взгляды за столом устремились за мою спину. У меня были кошачьи инстинкты, но я не успел увернуться от перевернутого подноса, летевшего мне в голову, вместо этого он попал мне в плечо, горячая еда впилась в рубашку и кожу. Мой стул отлетел назад, и я выпрямился, готовый убить.

Мой нос чуть не задел нос Джии.

«Переведи меня обратно в мой класс, чёрт возьми!» — потребовала она.

Она стиснула зубы и сжала кулаки вдоль тела.

От одного её дыхания её грудь набухала, а у меня слюнки текли. Чёрт возьми, эта сучка была в ярости. Я не ожидал от неё такого. Я не был глуп. Я знал, что она притворяется. Я знал это, потому что видел, как она общается со своей лучшей подругой Марией, а потом наблюдал, как она ведёт себя с другими. Джиа Росси многое скрывала.

Возможно, она избегала меня три года, но я не следовал этому правилу. Я знал о ней всё. Это было частью моей стратегии. Я бы никогда не стал навязываться Росси. Нет, это было не в моём стиле. Я бы заставил её умолять об этом.

Она не ожидала моего хода. Я сделал шаг в её сторону, схватил её за руку и резко притянул к себе. Мой рот прижался к её губам на глазах у всей столовой. Она прикусила мою губу, но я не остановился. Вкус крови наполнил мой рот, и я знал, что он наполнил и её рот.

Я отпустил её. Шум в комнате стих, но тут же вернулся с новой силой.

«Найдите себе номер!» — крикнул кто-то.

Я повернулся и ушёл, оставив Джию с ошеломлённым выражением лица.

После того, как мой член делал своё дело, у неё была похожая реакция.

Я помчалась в общежитие, чтобы принять душ и переодеться, и всю дорогу насвистывала. Студенты косо смотрели на мою одежду, испачканную едой, а мне было наплевать. Я опоздаю на физкультуру, и мне это совершенно безразлично.

Игра Джии Росси складывалась лучше, чем я ожидал.

Вблизи она была намного сексуальнее. Забавно, чего не замечаешь, когда кого-то ненавидишь. На первом курсе она так и не превратилась в ту секс-бомбу, какой была сейчас. Ее черты лица казались слишком крупными для ее внешности, а теперь все это сошлось воедино и чуть не ударило меня под дых.

Джиа, моя последняя победа в этой чертовой школе, стоила того, чтобы ее подождать.

Месть окутала меня неожиданным жгучим желанием. Это только усилило игру. Я хотел отнестись к этому серьезно. Я не переспал со всеми девственными принцессами Рочестера. Я брал тех, кто был к этому готов. Я никогда не тратил время на охоту. Либо девушка хотела того, что я мог ей предложить, либо нет. Была целая группа принцесс, которые считали за честь отдать свою девственность тому, за кого выйдут замуж. Я бы и близко не прикоснулся к их образу Девы Марии.

Росси не получила такого же внимания. Принять её в свой класс было лишь первым шагом, и у меня было ещё много других в запасе. Куда бы она ни повернулась, я её ждал.

Я выкурил косяк в своей комнате перед тем, как отправиться на физкультуру. Сегодняшний урок сразу же перешёл к защите от ножей. К счастью, я пропустил повторение прошлогоднего урока и тоже присоединился к веселью.

Марино вел занятия вместе со мной.

« Путтана », — вызывающе сказал он. — «Ты собираешься забрать у меня этот нож?»

«Только чтобы отрезать тебе яйца», — пригрозил я с ухмылкой.

Ножи были из твердой резины и оставляли синяки при ударе. Я повалил Марино на пол и, держа его за другую руку с ножом, поставил ногу ему на руку.

Вниз. Это была моя единственная месть за то, что он назвал меня шлюхой. Я редко одерживала над ним верх, и он без проблем заставлял меня расплачиваться за это на протяжении всего урока.

Остаток дня прошел на ура, и я так и не увидел эту высокомерную особу. Ее лучшая подруга без проблем бросила на меня презрительный взгляд, и это было мило. Она понятия не имела, с кем связывается, и ее фамилия ничего не значила. Однажды у меня будет достаточно сил, чтобы расправиться с Росси, а это значит, что мне придется иметь дело еще и с отцом Марии.

Три года в Рочестере я посвятил тому, чтобы научиться этому. В этом году я решил усовершенствовать эти навыки и вывести их на новый уровень.

Моя банда встретила меня после школы. Я их предупредил. Мы двинулись, вернее, важничали, к группе головорезов Маттео. Они увидели нас и рассредоточились. Моя банда сделала то же самое. Маттео и я одновременно шагнули вперед.

«Ты не будешь бросать вызов, я буду. В пятницу вечером — ты и я». Я больше не шутил.

Если бы я хорошенько надрала задницу Маттео, мы, возможно, избежали бы кровавой бойни, из-за которой меня бы выгнали из школы. Хотя я в этом сомневалась.

Латерца, первокурсник, и его друзья остались и наблюдали за соревнованием. Я не знал, собрал ли он уже команду, но с его фамилией это меня бы не удивило. Это будет отличный год, если я смогу остаться в университете.

«В пятницу вечером», — сказал Маттео.

Он не мог из этого выбраться.

Соревнования представляли собой кулачные бои, которые продолжались до тех пор, пока кто-нибудь не сдавался или не терял сознание. Присутствие учителя было обязательным.

Теперь задача по организации работы учителя легла на плечи Маттео, поскольку именно ему предстояло решить эту проблему.

Если бы я проиграл, об этом бы сообщили отцу. Если бы я выиграл, все бы продолжалось как обычно. Таковы были правила жизни в Рочестере.

OceanofPDF.com

Глава восьмая

OceanofPDF.com

Джиа

Я не удивился, когда мистер Калеб остановил меня перед тем, как выйти из класса. Я подумал, что он хочет объяснить, почему я опоздал. Я ошибался.

«Я знаю, что здесь происходит. Если вам нужна помощь, обращайтесь».

Учителя знали о ненависти Брамбиллы и причинах этой ненависти, но, насколько мне известно, это был первый раз, когда кто-либо из них меня поддержал.

«Спасибо, мистер Калеб».

«Не благодарите меня. Я предложил вам помощь, и вам нужно ею воспользоваться, если это потребуется. Я не собираюсь менять вам место».

Единственное, что могло бы помочь, было мне недоступно, но я это уже знал. Большинство учителей и сотрудников боялись моего отца. Даже Брамбилла боялся. Его сын не пользовался таким же уважением, а Алессандро сблизился с влиятельными людьми, что делало его еще более опасным.

Я вышла из класса и направилась к своему шкафчику. Мария была у своего.

Увидев выражение моего лица, она подняла руки ладонями наружу.

"Что случилось?"

Ученики направлялись к своим шкафчикам и к обеденному столу. Я быстро прошептала Марии ужасную правду.

«Чёрт возьми!» — в сердцах воскликнула она. — «Он не остановится».

«Я знаю. Мистер Калеб сказал мне обратиться к нему, если мне понадобится помощь, но что он не станет пересаживать меня с места на место».

«Мы — пожилые люди. Персонал будет менее склонен помогать. Алессандро это знал. Возможно, именно поэтому он так долго ждал своей мести».

Рука Марии потянулась к карману юбки. «Мне нужна сигарета. Ты идёшь в столовую?»

Мария редко курила. Желание курить у неё возникало только в стрессовых ситуациях.

Мы могли бы поесть в общежитии, но сначала мне нужно было кое-что сделать. Возможно, мне придётся обедать в комнате до конца года. Как эта стерва из семьи Росси, я должна была дать отпор.

Когда я сказала, что мне нужно в кафетерий, Мария вопросительно посмотрела на меня. Я заказала неаппетитный стандартный набор еды. Она пошла следом, когда я несла его Алессандро, и за несколько секунд до того, как я опрокинула поднос, она разгадала мой план.

«Че палле». Она тихо кашлянула позади меня, когда я поднял поднос.

Для этого потребовалась смелость, и если бы Алессандро не догадался, что мои яички защищены внутри моего тела и тверды как камень, он бы это сделал.

Судя по выражению его лица сразу после того, как поднос опрокинулся, можно было ожидать сломанной челюсти или чего-то похуже. Поцелуй потряс меня, и я поняла, что, с мягкими яичками или без, я не смогу сравниться с Алессандро Брамбиллой. От его вкуса у меня подкосились колени. Я сильно укусила его. Кровь заполнила наши рты, а он все еще не отпускал. Когда поцелуй закончился, я была в отчаянии. В отчаянии от парня, который меня ненавидел.

«У вас проблемы», — сказала Мария после того, как мы выбрались из столовой.

«Знаю», — пробормотал я, сдавшись.


****

На следующее утро я решила зайти в Wired Youth, успокоиться карамельным маккиато и расслабиться перед началом дня. Я не спала. Мой наряд был точно таким же, как и накануне. Единственное отличие заключалось в персонаже, которого я выбрала для игры. На этот раз это была Дарла, заклятая врагиня Лулу и одна из самых приятных девушек в сериале. После того, как я вжилась в образ Дарлы, я выглядела энергичной, с легкой улыбкой и дополнительной бодростью.


Погода была хорошая, поэтому я прошел пешком полтора мили до города.

В некоторые дни я бегала трусцой, но это означало, что мне нужно было успеть принять душ до первого звонка, а сегодня я хотела отдохнуть до начала занятий.

Лениво раскинувшиеся деревья склонялись над дорогой, их листья начинали менять цвет. Мне здесь очень нравилось. Я любила природу и наслаждалась свежим воздухом. В городке был паб, небольшой продуктовый магазин, почта и несколько сувенирных лавок, а также рестораны. Перед праздниками студенты толпами стекались в сувенирные магазины.

В ресторанах также проводились общественные мероприятия. Город поддерживал школу и предоставлял ученикам место, где они могли расслабиться и отдохнуть, включая охрану.

Создатели Рочестера продумали всё до мелочей.

Это был мой первый визит в бар для младших курсантов с тех пор, как я вернулся в академию. Первокурсники понятия не имели, зачем я там, но второкурсники уже привыкли ко мне. Я хотел произвести хорошее впечатление, чтобы меня не беспокоили в магазине в последующие недели.

Мне не нравилось ставить первокурсников на место.

Мне также нужно было расслабиться и привести мысли в порядок перед сегодняшней битвой с Алессандро.

Мой обычный столик стоял в глубине зала, как можно дальше от окна. Я пришла рано, и в магазине было всего несколько второкурсников. Они меня проигнорировали. Я сделала заказ и подождала несколько минут, пока его не принесут. Я отнесла его за угол и замерла на месте.

Этого не может быть.

Брамбилла ждал.

Темно-серая рубашка облегала его грудь, а короткие рукава подчеркивали мускулистые руки. Он был не в форме, и это ставило меня в еще более невыгодное положение. В его карих глазах читалось презрение, а также понимание того, что он выиграл этот раунд.

«Даже не думай об этом», — сказал он, когда я поставил ногу под углом и повернулся.

Я остановился и повернулся к нему лицом.

«Зачем ты это делаешь?» — потребовал я объяснений.

Персонаж Дарлы исчез, и я остался ни с чем.

«Ты знаешь почему». Его глаза были ледяными, как глыбы льда.

«Что бы ты ни собиралась делать, просто покончи с этим». Я не выдержала бы целого года такого.

Он использовал свою демоническую улыбку для максимального эффекта. Моя симпатическая нервная система взяла верх, и мне оставалось только бороться или бежать. Его следующие слова положили этому конец.

«Присаживайтесь, и мы поговорим».

Он сказал это так дружелюбно, тон был лживым, а глаза говорили правду. Что еще я могла сделать? Он ногой отодвинул стул напротив, как делал это накануне на занятии. Перед ним стоял кофе. Я села и подняла голову, так что наши взгляды встретились.

«И что?» — спокойно спросила я, хотя чувствовала себя совершенно иначе.

«Чего ты хочешь от этого года?» — так же небрежно спросил он.

Что за чертовщина? Как я мог на это ответить? Он меня подставлял, и я понятия не имел, как выбраться из этой ситуации.

«Это честный вопрос, и ваш ответ определит мой дальнейший курс».

«Если я скажу: "Выпускной"», — я пристально посмотрела ему в глаза, — «ты сделаешь всё возможное, чтобы этому помешать, так как же именно ты хочешь, чтобы я ответила?»

Он был великолепен. Находиться так близко к нему было слишком тяжело. Воспоминание о нашем поцелуе смешивалось с отвращением в моей голове. Мне нужно было помнить, что Бог дал Люциферу это имя, и оно означает «Сияющий». Вот кем был Алессандро. Кости его лица формировались, превращаясь в того человека, которым он станет. Ангельская красота, почти невыносимая.

Он был в долгу перед моим отцом. Я был возмездием.

«Чего ты хочешь от этого года?» — повторил он, ничуть не уступая.

Какая разница? Мне конец.

«Я хочу чувствовать себя в безопасности».

Вот. Он меня уничтожит. Я призналась в своем страхе.

«Что могло бы заставить вас чувствовать себя в безопасности?» — он не сдавался.

«Твоя смерть». Это вырвалось прежде, чем я успел это остановить.

Он засмеялся, и этот смех пробежал по моей спине, вызвав странное чувство. Мои мысли запутались, и все, о чем я могла думать, была моя проклятая девственность. Я только что решила не сохранять ее до замужества, и теперь у меня никогда не будет шанса от нее избавиться. Ситуацию усугубляло то, что парни меня практически игнорировали.

«Свяжись со мной, и я тебя защищу».

Клянусь, он знал мои мысли.

«Займешься с тобой сексом, и ты меня защитишь?» — возразила я, в моих словах нарастала злость, хотя я и хотела его.

Вот. Я призналась себе. Я наблюдала за ним каждый год. Он внушал мне ужас и заставлял меня хотеть быть обычной девушкой, которая могла бы быть с ним в нормальных отношениях. Я ненавидела то, что сделал мой отец. Если бы я могла отменить смерть матери Алессандро, я бы это сделала.

Тогда мне пришло в голову, что, возможно, это единственный выход. Это была бы лучшая месть моему отцу. Брамбилла мог бы получить то, что мой отец так высоко ценил. Если бы эти пытки прекратились, я была бы готова отомстить Брамбилле своей девственностью, невзирая на последствия.

Его взгляд скользнул к моей груди, а затем снова поднялся вверх, на его лице была чистая ухмылка.

«Это не та сделка, которую я хотел, но твоя заслуживает внимания». Тревога сжала мои плечи. «Я же объявил, что в этом году лишу тебя девственности. По понятным причинам, она мне, блядь, не нужна».

Мне было больно, хотя это было первое, что он сказал по существу. Я понимала. Кто в здравом уме захочет переспать с членом семьи?

о человеке, убившем их мать?

«Расскажи всё до конца», — потребовал я, скрывая свою боль.

«Мы сделаем вид, что у нас роман. Это не должно быть сложно; я видел твои актерские способности. Ты будешь выполнять мои приказы и, по сути, притворяться, что ты моя».

«Что ты от этого получаешь?»

Это не имело никакого смысла. Я всерьез не могла рассматривать возможность союза с Брамбиллой. Я не думала, что у меня есть другой выбор. Я сомневалась, что отец заберет меня из Рочестера. Принцесса без аттестата о среднем образовании выглядела не очень хорошо. Я сомневалась, что даже мистер Ксавье поверил бы, что моей жизни угрожает опасность, если бы у меня хватило смелости связаться с ним или с кем-то, кто предупредил бы его.

«Теперь я могу сосредоточиться на Маттео и всех остальных, кто претендует на мой трон. Мне не нужно терпеть представителей, которые хотят того, чего ты, притворяясь, не хочешь».

Придурок. Какая наглость. Я взглянула на его член так же, как он на мои груди.

«Ты мне не нужен, придурок, и это чистая правда», — солгала я, когда наши взгляды встретились.

Я ненавидела себя за то, что хотела его. Эти чувства возникли из-за многолетнего осознания того, что он никогда не посмотрит на меня? Или же они были вызваны чувством вины и желанием всё исправить, хотя смерть уже не исправить?

Алессандро рассмеялся, и этот смех пробежал по моей коже.

«Разве ты до сих пор не знаешь, — сказал он, склонив голову и сверкнув демоническими глазами, — что если тебе нужно говорить кому-то, что ты честен, ты никогда его не убедишь».

Я проигнорировал его наглый ответ.

«А если я скажу нет?»

«Мне это в тебе нравится». Его ухмылка стала ещё более зловещей. «Тебе нужны факты, я тебе их дам». Он схватил мою левую руку, прежде чем я понял, что он задумал. Я попытался вырваться, но он сжал её так сильно, что мне стало больно. «Я превратил твою жизнь в сущий ад за два дня. Ты сможешь выдержать это целый учебный год? Эта сделка может обернуться в твою пользу. Возможно, мне надоест этот фарс. Вся школа подумает, что я жульничаю, когда моему члену понадобится разрядка. Я уйду, оставив тебя с разбитым сердцем. А что мне от этого?»

«Унижение».

«Ты права; такова твоя участь в этой ситуации. Если я не буду добиваться тебя, я смогу заниматься важными делами. Наша договоренность такова: я не буду прикасаться к тебе наедине, если ты сама об этом не попросишь».

Я попыталась взбунтоваться, выдернув руку, но его хватка усилилась, и он остановил меня. Но он еще не закончил.

«На публике ты моя, и ты будешь вести себя соответственно».

«Я не останусь с тобой наедине».

Даже в немноголюдном кафе было слишком многолюдно. Я никогда не могла остаться наедине с Алессандро Брамбиллой.

«Так и будет. Ты будешь учиться и проводить со мной время, когда тебя позовут. Я дам тебе пару выходных в неделю, чтобы я мог разрядить обстановку, но ты будешь той самой одержимой девушкой, которая не хочет, чтобы я исчезал из ее поля зрения. На публике я буду прикасаться к тебе и целовать тебя».

Я не мог этого сделать.

«Что я от этого получаю? Ведь весь год я вижу только страдания».

Он смотрел на меня несколько долгих секунд.

«Ты меня получишь, и пока я с тобой, никто другой тебя не побеспокоит». Он поднял подбородок.

«Ты меня ненавидишь».

«Да. Между нами нет лжи. Остальные в академии подумают, что мы занимаемся сексом, и мне этого достаточно. Ты можешь сыграть эту роль?»

Я бы заслужила премию «Оскар». Мария собиралась меня убить. Я протянула другую руку. Алессандро на мгновение посмотрел на нее. Он отпустил мою левую руку и пожал правую. Он не отпустил ее, встал и обнял меня.

Всё моё тело напряглось.

«Лучше поработай над своим актёрским мастерством», — саркастически заметил он.

Он поцеловал меня и лишил меня дара речи. Он также забрал у меня последний год обучения в школе, и впервые я тоже его возненавидела.

OceanofPDF.com

Глава девять

OceanofPDF.com

Алессандро

Преследование этой сучки Росси прошло лучше, чем я надеялся, и она попалась на мою дурацкую уловку. Я всю ночь думал, как с ней поступить. Она удивила меня, когда опрокинула поднос на меня. Я ошеломил нас обоих поцелуем. У меня был идеальный план мести, и ей ничего не оставалось, как подыграть. Она упадет мне на член через неделю.

Я ушла из кофейни раньше неё. Это дало бы ей время с ужасом ожидать предстоящего дня. А я наслаждалась каждой минутой.

Когда я выходил из кофейни, я случайно встретил сестру Марино, Глорию.

Она выглядела несчастной. Я обнял её за плечи и притянул к себе для нежного поцелуя.

«Кто пнул твоего щенка?» — спросил я с улыбкой.

«Ты, ты придурок».

«Я?» Я был в шоке.

Я увидела её впервые с тех пор, как нас высадили три дня назад.

«Оставь Росси в покое». В ее глазах читалось то же упрямство, что и в глазах Марино, когда он был чем-то недоволен.

И тут меня осенило. Глория и Джиа? Черт возьми.

«Ей не нравятся девушки, придурок», — сказала она и разрушила мои фантазии о лесбийских отношениях.

«Тогда почему тебя это волнует?» — с любопытством спросил я.

«Для вас это ничего не значит, но она хорошая. Она хорошо относится к младшекурсницам, и так было с самого первого дня. Другие девушки это тоже видят. Мы все за ней присматриваем».

«В этом нет необходимости; у неё есть своя змея, Мария».

«И она вызывает у вас ненависть. Просто оставьте её в покое. Играйте в свои игры с виновными. Джиа невиновна».

Я откидывала ей волосы, как делала это, чтобы ее раздражать, когда мы были маленькими.

«Эти два слова не подходят той Джии, которую я знаю. Она всех вас обманула. А теперь беги и найди кого-нибудь другого, кого можно раздражать. Мне нужно переодеться».

перед началом занятий.

Она в последний раз бросила на него гневный взгляд, затем резко развернулась и удалилась. У нее все еще была красивая попа, даже если ни один мужчина не хотел ее заполучить.

«Что тебя так обрадовало?» — спросил Марино, когда я вошла в нашу комнату в общежитии.

Он спал, когда я ушла сегодня утром.

«Увидишь, когда доберешься до школы. Только не выронь свой член, когда это произойдет».

Он рассмеялся. «Ты вообще когда-нибудь перестаешь разрабатывать стратегию?»

"Никогда."

Мы разошлись по своим комнатам и приняли душ. Было ужасно вставать так рано, чтобы найти Росси, и уж точно не собирался принимать душ первым.

Ей лучше привыкнуть к моему запаху, потому что я собирался оставить его на ней повсюду.

Я кончил дважды в душе. Фантазия о первой близости с Джией нуждалась в дополнительной дозе разрядки. Прошлой ночью я думал только о том, как залезть в штаны Джии Росси, а у меня были проблемы поважнее.

И тут меня осенило: я могу использовать Джию напрямую, и она даже не догадается о настоящей мести.

Я увидела её у шкафчика, разговаривающую с Марией. Эта стерва была начеку и заметила меня раньше, чем Джиа. Я подошла и обняла Джию за талию сзади.

«Доброе утро, принцесса», — прошептал я и потёр свою небритовую челюсть о её щеку.

Я просто сделал это, потому что знал, что это её разозлит.

«Фу», — пробормотала Мария.

Она бы знала правду. Я не стала просить Джию не рассказывать ей.

Это была бы пустая трата времени.

«Посмотрим, смогу ли я заткнуть рот этой высокомерной госпоже», — сказал я Марии.

Я повернул Джию и поцеловал её в губы. Кажется, я не помнил наш первый поцелуй таким, каким он был раньше. В предыдущем поцелуе чувствовалась злость. На этот раз, даже после двойного ласки, бушевало желание. Её губы были на вкус как мёд, если это не было самым глупым поступком. Я положил руку ей на бедро и притянул её к своему быстро возбуждающемуся члену. Она отстранила губы, как и подобает избалованной девчонке.

«Осторожно!» — прошипела она.

«Играй в игру», — прорычал я низким голосом.

В ее глазах горел огонь, и она сделала именно это. Она подошла ближе, обняла меня за талию и засунула руки мне в задние карманы.

Она буквально обхватывала мою попу руками. У нее всегда был какой-нибудь сюрприз.

«Вот это уже лучше», — сказал я и быстро поцеловал её, после чего отстранился.

Я взъерошил ей волосы и ушел с улыбкой и возбуждением, которое мне было безразлично, увидит ли кто-нибудь. Все взгляды были прикованы ко мне и Джии. Я улыбнулся группе незнакомых девушек и окинул их взглядом. Это были первокурсницы, и никогда не помешает взглянуть на новеньких.

Они захихикали, и я знала, что Джиа наблюдает, что делало это еще приятнее. Надеюсь, в пятницу я улажу все дела с Маттео и у меня будет больше времени, чтобы поиздеваться над своей новой жертвой.

«Что, чёрт возьми, я пропустил?» — потребовал ответа Марино после того, как мы отпустили девушек.

Он был свидетелем всего происходящего вместе с Джией.

«Что ты думаешь? Я добился своего, блядь».

«Бастардо».

«Абсолютно, блять, абсолютно».

Марино было все равно. Он тоже любил мою мать. Все любили ее, и больше всего меня. Я не винила ее в случившемся. Мой отец был суровым человеком. Суровым со мной, и с моей матерью тоже. Он изменил ей первым. Нет, я не винила свою мать в случившемся. Я винила Росси.

Мой отец должен был вывести его из дома.

Да, власть Росси превосходила нашу, но мой отец мог бы заключить союзы. Он выглядел слабым, потому что не убил человека, убившего мою мать. Я любил его, но я не был слабым. Мой день придёт, и наша семья будет на вершине. Я потратил три чёртовых года в этой дерьмовой школе, чтобы это произошло.

Я увидел Джию только на четвёртом уроке. Она сыграла свою роль безупречно, и если бы я не знал, что она меня ненавидит, я бы не оценил её выступление. Она поставила свой рюкзак на стол, потом села мне на колени и начала играть с моими волосами, глядя мне прямо в глаза. Она была хороша.

«Что тебя так задержало, Росси?» Черт возьми, я бы ни за что не назвала ее Джией в лицо.

"Скучай по мне?"

Я ущипнула её за бедро, и она тихонько взвизгнула, что было чистой воды притворством. Мне нужно было внимательно за ней следить. Она была из тех, с кем мне ещё предстояло столкнуться, потому что никогда не делала того, чего я от неё ожидала.

Не дожидаясь моего ответа, она поцеловала меня в губы, затем сползла с моих колен и села. Она играла со мной.

«Я знаю, что вы делаете», — сказал я после того, как мистер Калеб начал перекличку.

«Хорошо. Я хочу, чтобы ты это сделал».

Это был отличный урок, который стал еще лучше благодаря тому, что Джиа сверкала на меня взглядом при каждом удобном случае. Мне нужно было поставить ее на место, но это могло подождать до обеда.

Когда мы выходили из класса, я взяла её за руку и убедилась, что мистер Калеб это видел. Его взгляд оставался неподвижным, пока я вела её за собой.

«Беги к своему шкафчику, увидимся в столовой», — сказала я ей.

«Я ем в своей комнате в общежитии», — сказала она.

«Нет, ты не такая». Я ушла, не дожидаясь ее ответа.

Я бы вытащил её из этой проклятой комнаты, если бы пришлось. Я хотел, чтобы все видели, что я контролирую ситуацию.

Марино сел на свой обычный стул напротив меня за обеденным столом. Андре сел рядом со мной, пока я не пересадила его на одно место дальше. Его взгляд был вопросительным, но он не стал спорить на публике. Джиа встала в очередь, а затем подошла. Мария осталась за своим обычным столиком. Джиа села рядом со мной.

«Я тебе, блять, никогда не говорил, что ты можешь здесь сидеть». Я произнес это достаточно громко, чтобы все вокруг услышали, мои глаза были как каменные глыбы цемента.

Кровь прилила к шее Джии и залила ее щеки. Сохраняя спокойствие, она встала и отнесла поднос Марии. Ее лучшая подруга посмотрела на меня испепеляющим взглядом. Я бы никогда не оказал Джии должного уважения, пригласив ее за свой столик, и ей нужно было знать свое место. Она бы этого не забыла. Каждый день она сидела в кафетерии и наблюдала, как моя команда наслаждается обедом.

Я обещал унижение и собирался насладиться каждой секундой. Я решил, что этот курс также поможет мне залезть ей в постель. Она будет ненавидеть меня, но любить.

OceanofPDF.com

Глава десятая

OceanofPDF.com

Джиа

Он снова меня подставил. Мне следовало догадаться, что у него что-то на уме. Часть меня хотела бороться с ним на каждом шагу. Часть меня хотела втоптать его лицо в грязь. Вся я хотела вытрахать ему мозги. У меня были влюбленности. Черт возьми, я даже фантазировала о нынешнем звездном красавчике с Марией. Но я не влюбилась и не испытывала похоти. Я знала, как доставить себе удовольствие, и решила, что в зависимости от того, за кого выйду замуж, эта практика мне пригодится.

Я не была совсем бесплодной, просто жила одна. Я хотела отдать Брамбилле свою девственность, чтобы отомстить ему, но знала, что этого никогда не произойдет. Он слишком сильно меня ненавидел.

Вся академия видела мое унижение, и мне было все равно. Да, это было больно, но если Брамбилла думал, что я сбегу или запугаюсь, он ошибался.

«Че палле! Не позволяйте ему сойти с рук это. Это полная чушь!» — рявкнула Мария, ее глаза были полны ярости.

«Это всего лишь игра», — сказала я, зная, что мои слова были грустными. «Просто его игра».

«Заставь его влюбиться в тебя», — резко сказала она.

В её плане были задатки, но в конечном итоге Алессандро был мне должен, и почему-то его расплата не оправдала моих ожиданий.

В этой школе все за ним следовали. Парень, который руководил школой на первом курсе, был полным придурком. После того, как Брамбилла занял его место на втором курсе, все успокоилось. Ученики не просто так на него равнялись, и я знал, что не все они плохие. Он был известен как справедливый мерзавец.

Я справлюсь с его местью.

Мне было совершенно всё равно, что обо мне думают другие студенты.

Следующий день я пережил с минимальным унижением.

В среду вечером состоялось изучение катехизиса, на котором присутствовали все ученики. Мы были разделены на группы в алфавитном порядке по фамилиям, вместе для всех классов.

В течение девяноста минут мы терпели ироничный голос монахини. К счастью, Брамбиллы не было в моей группе, и я могла расслабиться и подумать.

Студенты стали внимательнее ко мне прислушиваться, и я знала причину. Ситуацию усугубляло то, что у Брамбиллы никогда открыто не было девушки. Он спал со всеми, кто был свободен, а теперь публично заявил о своих правах на меня. Его заявление в

В кафетерии я оказался не совсем в пределах досягаемости девушки, что вызвало у меня сильное замешательство.

Я никогда не хотела оказаться в центре сплетен.

Я думала, что моя девственность — это игра Брамбиллы, и я ошибалась. Ему доставляло удовольствие унижение.

«Любопытные умы хотят знать, как вы познакомились с Брамбиллой».

Это что, чушь?

Стефи училась в моем классе и заняла место рядом с моим. Все взгляды обратились ко мне после ее вопроса.

«Всякое случается», — сказал я и пожал плечами.

«Ты его не боишься?» — осторожно спросила она.

Я впервые внимательно посмотрела на неё. Она была красива и, как я уже говорила, имела безупречную репутацию. В академии была группа злых девчонок, и она никогда не была с ними связана. Но я ей не доверяла. Я доверяла Марии. Это не означало, что я не могла быть доброй.

«Почему я должен бояться? Мы уже уладили наши разногласия».

Она никогда бы не сказала вслух, что мой отец убил свою мать. Она не могла это оспаривать. У меня всё ещё была фамилия, которая меня защищала.

«Твоя смерть», — пробормотала она, когда монахиня начала полтора часа скучной проповеди.

Студенты не были глупыми и не верили в мои и Брамбиллы выдуманные отношения. Меня это не должно удивлять. Я старался внимательно слушать преподавателя.

Было ужасно, что не было мобильного телефона, чтобы скоротать время. Наши телефоны были бесполезны в интернете, за исключением вечеров и выходных. Мы могли звонить и писать сообщения вне учебных часов. Телефоны никогда не разрешались на занятиях и должны были оставаться в общежитиях. Второго шанса не было, и даже студенты с такими фамилиями, как у меня, лишились права пользоваться телефоном на целый год.

Религиоведение было просто не для меня. Я не была очень хорошей итальянской принцессой. Занятие продолжалось, и наконец мы смогли уйти. Конечно же, мой мнимый парень ждал нас со своей компанией.

«Мы идём в студенческое общежитие, и ты пойдёшь со мной». Он взял меня за руку.

«Опять унизить меня?» — тихо прошипела я.

« Il mio tesoro ». Он шепнул мне в волосы. « Именно».

Если бы он действительно называл меня своим сокровищем, у меня бы, наверное, началось сердцебиение. А так, я была вынуждена делать то, чего боялась, и

проводить время с тем, кто наслаждался бы каждой минутой моих страданий.

Леди Кастилья из плохого зарубежного фильма, который я смотрел, сыграла лучшую роль, и хотя другим актерам не хватало глубины, она исполнила свою роль блестяще. Она была немного старше меня, но я мог бы сыграть эту роль, и я бы это сделал.

Я мысленно проговорил несколько её реплик, выпрямился и изменил свой образ. Мария подошла ближе, когда я это делал, и её губы скривились. Она не знала, какую именно часть я выбрал, но знала, как я справляюсь с ситуацией. Она подскочила, чтобы догнать меня.

Она посмотрела на руку Брамбиллы, которая тянула меня за собой, и хрипло рассмеялась.

«Это должно быть весело».

Я постараюсь оправдать её ожидания.

В «Логове» было многолюдно. По средам вечером там всегда было многолюдно.

Благодаря занятиям по катехизису, это был единственный школьный вечер, когда у нас не было домашнего задания. Я редко бывала в «Клинике», но знала, что это место, где можно расслабиться и отдохнуть до конца вечера.

Я приходил туда только тогда, когда Брамбилла был на карантине. Когда его время вышло, я избегал его как чумы. Сегодня вечером заведение было битком набито, но было два свободных столика. Они принадлежали Алессандро и его команде. Он проводил меня к ним.

«Принесите мне эспрессо», — сказал он Марино, который кивнул и обошел очередь.

Человек, стоявший впереди, отступил назад, увидев, кто занял его место.

Меня посадили на колени к Брамбилле, когда он сел на стул.

«Я возьму твой обычный заказ», — сказала Мария и направилась в конец очереди.

«Довольна?» — спросила я, на мгновение забыв о своей роли.

«Я бы тоже так поступил, если бы вы убрали кислое выражение с лица и начали играть в игру».

Леди Кастилья хотела неприятностей, и я тоже. Я не могла позволить себя унизить, если сама этого не допускала. Леди Кастилья была вампиршей с игривым характером. Я немного поерзала, пока Брамбилла не позволил мне встать. Я шагнула между его ног и запустила пальцы в его волосы, одновременно откидывая его голову назад. Его глаза бросали мне вызов. Это был мой первый поцелуй, и мне было все равно, что половина студентов Рочестера это видела.

Его губы казались мягкими, но я знала, что это не так. Они были восхитительны.

Алессандро был на вкус таким, каким я его помнила, и я закрыла глаза на то, насколько он мне нравился. Леди Кастилья дразнила его языком и давала обещания, которые никогда не сбудутся. Его руки обхватили мою попу, и у меня подкосились колени.

Нет, у леди Кастильи никогда не подкосятся ноги. Брамбилла прервал поцелуй и на секунду прижался головой к моему животу, после чего отстранился.

Его знаменитая ухмылка застыла на губах, когда он поднял взгляд. Он уже собирался что-то сказать, но Марино протянул ему эспрессо. Студенты смотрели на него, и я почувствовала, как покраснели мои щеки.

«Это была какая-то актерская игра», — тихо сказал он, снова посадив меня к себе на колени и обняв за плечи так, что его рука едва коснулась верхней части моей груди.

Мне казалось, что он меня ласкает, а я знала, что это не так. Жар от его прикосновений не утихал. Mannaggia tua.

«Это ещё не всё», — пообещал я, мастерски и с придыханием имитируя своего персонажа.

Он поднял брови и на мгновение уставился на меня. Я не знала, о чём он думает, но ничего хорошего это не предвещало. Он привёл меня сюда не просто так, мне оставалось только переждать.

К нам присоединилась его команда, и Мария принесла мне кофе. Брамбилла кивнул парню рядом с нами, и тот уступил место Марии.

«Che palle», — сказала она без видимой причины, а затем подмигнула мне.

У меня хватило смелости, и она меня похвалила.

Пальцы Брамбиллы ласкали верхнюю часть моей груди, пока он разговаривал со своей командой. Моя рука скользнула ближе к его промежности, и он остановился. Это была забавная маленькая игра. Леди Кастилья получила удовольствие.

«Его команда не будет уважать вызов», — услышала я слова Марино, отвлеклась от мыслей о промежности Брамбиллы и покалывающей груди и прислушалась к разговору.

«Это не будет иметь значения», — ответил Брамбилла. «Если мы думаем, что этот бой положит конец стремлениям Маттео, вы ошибаетесь. Он вернется, как мухи на дерьмо».

«Не если ты покончишь с этим решительно», — уговаривал Марино.

«Я бы хотел получить диплом».

«Ты правда думаешь, что это происходит?» — спросил Марино.

«Ни за что на свете!»

«Тогда покончи с этим».

Из этого разговора я получил больше информации, чем от Марии. Брамбилла заметил мой интерес и прервал разговор, бросив на Марино острый взгляд. Планировалась драка между Алессандро и Маттео. Меня это не должно удивлять. Маттео был трусливым подонком, но у него была команда за спиной.

Пока студенты собирали свои рюкзаки, я прятался. Это было несправедливо и по отношению к Марии. У нас не было никакой защиты. Хотя Алессандро сказал, что мне нечего бояться, кроме унижения, война между командами меня беспокоила.

«Ты выполнил свой долг», — прошептал мне на ухо Брамбилла. «Беги обратно в свою комнату в общежитии».

Меня отпустили. Я взяла кофе и поднялась с его колен. Он меня не унизил, но я и не рассчитывала на это, пока мы не освободим магазин.

«Ты должна заставить его влюбиться в тебя», — произнесла Мария, как только мы отошли достаточно далеко от толпящихся на улице студентов.

«Сомневаюсь, что смог бы».

«Возможно, у вас бы не получилось, но идеально подобранный персонаж вполне мог бы это осуществить. Я заметил сегодня вечером леди Кастилью».

Это меня рассмешило. Ей нравилось наблюдать за моими репетициями разных партий, и она всегда пыталась понять, кто я. Часто у неё это получалось.

А что, если Брамбилла влюбится в меня? Я не могла сказать Марии, что хочу, чтобы он лишил меня девственности. У неё самой её не было, но она всё равно бы запаниковала. К тому же, она бы не поняла. Эта мысль всё глубже закрадывалась в мою голову. Мой отец был бы убит, когда узнал бы об этом, и, возможно, я этого хотела. А отец стал бы преследовать его? Я понятия не имела. Это были игры мафии, и я, к сожалению, была вне их лиги.

«А что, если бы я могла?» — сказала я вслух. — «Заставить его влюбиться в меня?»

Может быть, он будет рад моей девственности, а может, и нет. Он говорил, что не хочет меня, но его член говорил об обратном. А что, если мой первый раз может стать чем-то настоящим? Чем-то особенным?

«Что ты знаешь об этом испытании?» — спросил я Марию.

«В пятницу вечером. Кажется, это будет учитель мистер Калеб. Ты пойдешь?»

Я не смог сдержать кислого смеха.

«Я буду там, где меня хочет Брамбилла, и он сообщит мне за несколько минут до этого, так что я не смогу ничего планировать».

«Вам не нужно это брать». Она остановилась, и я тоже остановился. «Идите к мистеру Калебу и скажите ему, что хотите поговорить с мистером Ксавьером».

Она говорила серьезно. Меньше всего я бы стала разговаривать с мистером Ксавьером, даже если бы думала, что он мне поможет. Брамбилла меня нервировала, не давала спать и вызывала нездоровые желания, но мистер Ксавьер меня ужасно пугал, и мне было все равно, насколько он красив.

«Мне больше нравится твой первый план, — сказала я. — Заставить его влюбиться в меня. Ты правда думаешь, что у меня это получится?»

«Думаю, тебе не придётся сильно стараться. Любовь и ненависть тесно переплетены, и Брамбилла постоянно за тобой наблюдает. Я это заметил на первом курсе; я просто путал ненависть с похотью».

«Похоть, ненависть, любовь — я не вижу между ними никакой разницы. Мужчины управляют нашей жизнью, и у них есть выбор».

Эти слова оставили неприятный осадок.

Я бы отдал всё на свете за возможность выбора.

OceanofPDF.com

Глава одиннадцатая

OceanofPDF.com

Алессандро

Она просто думала, что я её отпустил. Когда Джиа ушла, я заметил, что Стефи наблюдает за мной, и решил, что пора немного пошалить. Эта девушка не славилась частыми интрижками, и она была ничуть не хуже любой другой для того, что мне было нужно. Я с важным видом подошёл, взял свободный стул и сел.

«Чего ты хочешь, Брамбилла?»

Её тон был совсем не таким, как я ожидал. Честно говоря, мне было всё равно, с кем я пересплю, а Стефи дала мне знать на третьем курсе, что она свободна. Я наклонился ближе и прошептал ей на ухо: «У меня есть кое-что, что тебе нужно, в моей комнате в общежитии».

Она откинула голову назад на несколько сантиметров, и ее глаза расширились.

«Так вот в чём твоя игра. Оставь меня в покое, к чёрту».

Что за хрень?

«У нас односторонние открытые отношения, и Джиа знает правила», — небрежно поддразнил я.

«Правила, которые ты установила», — отчитала она его и закатила глаза.

По какой-то причине её стервозное поведение заставило меня присмотреться повнимательнее.

Ее каштановые волосы были довольно редкими и доходили до плеч. Лицо у нее было ничем особенным, но каким-то образом ее большие глаза гармонично сочетались с огромным носом и ртом. В ее глазах также читался ум. Забавно, но именно ярость в них сейчас ставила ее выше просто красивой внешности. Стефи превращалась в красавицу.

Жаль, что её фамилия не понравится некоторым здесь, включая моего собственного отца.

«Когда ты на вершине, ты устанавливаешь правила. Ничего не изменилось».

Я сказал ей это, демонстрируя свою самоуверенность во всей красе.

«Я установила свои собственные правила, и вы в них не включены», — сказала она с окончательностью.

Я ушла. То, что меня заблокировали, не входило в мои планы, так что к черту эту будущую красавицу и метлу, на которой она въехала.

Марино догнал меня на полпути обратно в общежитие.

«Ты дурак. Ты же это знаешь, правда?»

Мы с Марино никогда не стеснялись в выражениях. На самом деле, за эти годы мы несколько раз оставляли друг другу синяки под глазами, чтобы поделиться своими противоположными мнениями. В каком-то смысле он был злее меня. Самое забавное в нем было то, что у него было сердце, даже если он пытался его скрыть. Не мягкотелый, как трус, но я никогда не знал, когда он встанет на защиту слабых.

Он мало что говорил о моих планах относительно Джии. Он не знал о моей конечной цели, но знал, что у меня есть план.

«Мисс Росси справится», — сказал я, пожав плечами.

"Не могли бы вы?"

Я остановился и повернулся.

«Что это значит?» — рявкнул я, не обращая внимания на то, кто услышит.

Студенты обошли нас стороной и продолжили идти после того, как мы бросили на некоторых из них презрительный взгляд.

«Это значит, что если ты будешь с ней связываться, тебя могут убить. Ты думаешь, что её отец или отец Марии позволят тебе сойти с рук то, что ты лишил их принцессу девственности? Ты ошибаешься».

«Зачем ее отцу это знать?» — резко ответил я.

Он рассмеялся.

«Если ты не собираешься, чтобы он узнал, то в чём, чёрт возьми, твоя игра? Где твоя месть?»

Теперь мы были одни. Я огляделся, а затем снова посмотрел на своего друга.

«Залезть ей в штаны, заставить её влюбиться, а потом бросить её к черту».

«И это всё?» — недоверчиво спросил он.

«Вот и всё», — сказал я ему.

«Это ваши яйца», — сказал он, усмехнувшись, и напряжение спало. «Я готов поспорить, отрезают ли их или просто перетащат в кучу, когда Росси об этом узнает».

«Сделайте это сами».

Никто, кроме Джии, не трогал мои яички; она просто об этом не знала.

Стефи разрушила мои планы, но я всё равно не очень-то хотел с ней переспать.

Девушки в Рочестере, к моему удивлению, оставили Джию в покое. Единственная причина, которая мне пришла в голову, — они знали репутацию ее отца. Отец Марии только подпитывал эту легенду. Все это давало мисс Росси некоторую защиту в академии.

Если бы всё сложилось иначе, Джиа, возможно, мне бы понравилась. Она оказалась совсем не такой, какой я её себе представлял. С её актёрским талантом она была бы идеальной женой мафиози. Что-то сжалось у меня в животе, когда я подумал о её будущем. Мне нравилось мечтать о мести и видеть её каждый день в школе, чтобы она помогала мне воплощать эти мечты.

На первом курсе я просто смотрела на неё с ненавистью. Ко второму курсу всё изменилось, и наблюдение за Джией Росси и её многочисленными ролями стало захватывающим.

Когда я понял, что она меня заинтриговала, я выплеснул свою ненависть наружу.

Добрые чувства к Джии были вредны для мести.

Я однажды наблюдала, как она помогала первокурснице поднять книги после того, как какой-то придурок пробежал мимо и выхватил их из её рук. Девушка была в ужасе, пока Джиа не вмешалась и спокойно не помогла ей с мягкой улыбкой и добрыми словами, которые я не расслышала. Другие студенты последовали примеру Джии и тоже начали помогать. Я наблюдала за всем этим издалека.

Как только девочка взяла свои книги, Джиа быстро отошла, не оглядываясь. Именно тогда я понял, почему Мария держалась так близко. Джиа была не той, за кого себя выдавала. Как и Марино, у неё было сердце. В нашем мире такое сердце могло бы привести к смерти. Марино это знал и мог отключить эту «мягкую кнопку», когда это было необходимо. Но время от времени он приходил в ярость по самой странной причине.

У меня не было никакого мнения о Марии Греко, кроме того, что она была чертовски сексуальна. У неё было несколько подруг помимо отношений с Джией. Если она с кем-то встречалась, это держалось в строжайшем секрете в кампусе. Мария была невысокого роста, но бойкая и умела драться. Она всегда прикрывала Джию и держала более властных девушек подальше от своей принцессы.

«Ты готов к пятничному вечеру?» — спросил Марино.

Я хорошо справился со сменой темы. Я слишком много времени, блин, думал о Росси. Я держал её в своих руках и должен был расслабиться и насладиться её унижением.

«Я понял», — сказал я, потому что понял.

Все мои мысли обратились к Маттео, и мы поговорили о том, как видели его драку на уроке физкультуры и с чем мне предстоит столкнуться. Я легко могла бы победить Маттео и не понимала беспокойства Марино.

«Не доверяй ни ему, ни его команде», — сказал Марино после того, как я назвал его трусом.

«Думаешь, он нам доверяет?» — рассмеялась я.

«Я знаю, на что ты способен. Я знаю, что тебе не составляет труда жульничать, если это поможет тебе добиться желаемого. Для тебя это часть игры. Для тебя у игры тоже есть правила. Ты будешь соблюдать негласные правила. Он — нет».

«Киска», — повторила я и легонько толкнула его в плечо.

Марино всегда волновался. Такова была его судьба, как и судьба его отца.

Четверг и пятница пролетели быстро. Маттео и его команда оба дня входили в кафетерий с высоко поднятой головой. Джиа наблюдала за всем этим своими большими карими глазами. Меня забавляло, что она выглядела нервной. Лучше всего для нее было бы, если бы Маттео полностью вывел меня из игры. Задача мистера Калеба заключалась в том, чтобы этого не допустить. Однако всегда находились способы обойти это, и мы отточили их в Рочестере. У меня не было проблем с нечестной игрой, но мне очень хотелось посмотреть, на что способен Маттео.

Как я и говорил Марино, всё не закончится так просто.

Джиа ничего не сказала о драке. Я застала её врасплох после школы в пятницу.

«Бой начнётся в девять, за спортзалом. Приходите».

Ее глаза вспыхнули, как я и ожидала, а губы слегка поджались. Это был один из ее характерных признаков, и я их все постепенно усваивала. Сегодня она вела себя весело и хихикала. Но сегодня вечером она будет совсем другим человеком. Мне стало интересно, что ею движет. Ладит ли она со своим отцом? Любит ли она его и свою мать? Я мало что слышала о миссис Росси.

У неё не было никакой личной жизни. Это я знала. Знала ли она, что её муж убил мою мать? Волновало ли её это?

Мне не нравились эти мысли о Джии и ее матери. Они не годились для мести. Они делали ее семью слишком человечной.

Мы с Марино скоротали время легкой тренировкой. Он курил травку, я — нет. Перед уходом он дал мне сигарету, и я сделал долгую затяжку. Он знал, что я взволнован, и понимал, что в этом нет ничего плохого.

«Прекрати свою материнскую заботу, трусиха», — сказала я перед тем, как мы ушли.

«Берегите спину», — сказал он совершенно серьезно.

Я был одет в темно-серые спортивные штаны и темно-синюю футболку. У меня были спортивные кроссовки, и я мог не снимать их, но предпочитал бои в стиле додзё без обуви.

Моя команда ждала у входа в общежитие. Они вошли следом за мной, никто не разговаривал. Мы приехали рано, и я не ожидал Джию ещё минут тридцать. Мистер Калеб ждал. Маттео и его команда тоже были там.

«Да уж, — сказал мистер Калеб. — Всё будет честно. Если ты сдашься или потеряешь сознание, бой немедленно прекратится. Пусть твои красивые лица остаются красивыми, и ничего страшного».

Я заметила кольца Маттео, как только мы подошли. Я могла бы что-нибудь сказать, но не стала. Я развернула плечи, растопырила руки и сжала их в кулаки. Увидев, что Маттео наблюдает за мной, я повторила то же самое. Мои руки были голыми, и я всё равно надеру ему задницу.

Ученики начали прибывать и образовали свободный круг. Круг расширялся по мере того, как подходили всё новые дети. Единственные источники света находились в верхнем углу спортивного зала, и в целом вокруг было темно. Джиа подошла к нам сзади, рядом с ней — Мария.

«Ты переспишь со мной, если я выиграю?» — спросил я, уткнувшись ей в волосы после того, как обнял её, чтобы встряхнуть Маттео.

Он был без ума от Росси. Ему не стоило показывать это, но я видела выражение его лица, когда он смотрел на неё. Я воспользуюсь этим, чтобы насолить им обоим.

«Если проиграешь, устроишь мне публичное расставание и прекратишь этот фарс?» — спросила она, нервно посмеиваясь.

Сегодня вечером я не смогла определить её характер. Он был другим и не таким ярко выраженным. Возможно, немного настоящей Джии всё же просочилось, но я бы не стала строить свою жизнь на этом факте.

«Ни за что». Я глубоко вздохнула и позволила ее шампуню со сладким фруктовым ароматом успокоить нервы, в которых я никогда бы не призналась.

Джиа всегда умела ответить. Всегда держала меня в тонусе. Да, она мне бы понравилась, если бы обстоятельства сложились иначе.

Мистер Калеб позвал нас к себе.

Маттео и я вошли в центр ринга, сформированного из учеников. Это был бой за лидерство в школе. Старшеклассники образовали внутренний круг, а младшеклассники пытались занять выгодную позицию позади них. Деньги должны были перейти из рук в руки после боя, потому что какой смысл всем остальным, если этого не произойдет? Мистер Калеб повторил правила, а затем отправил нас в наши команды.

«Лучше намажь меня побольше, ублюдок», — сказал я Марино, вставая на носки и разминаясь.

Студенты никогда не видели моего волнения. Я хорошо его скрывал, но отец Марино научил меня, что страх — это хорошо, а самоуверенность приведет лишь к поражению.

«Никогда не недооценивайте своего противника. Это может привести к вашей гибели». Я поверил отцу Марино и принял эти слова близко к сердцу.

Я знал своего противника, и после этого боя он узнает меня.

«Я люблю свои деньги», — сказал Марино с усмешкой, не ответив, на кого он поставил.

Мистер Калеб окликнул, и началась драка.

Мы немного потанцевали, сделав несколько взмахов, чтобы проверить, насколько хорошо мы можем танцевать. Нас обеих тренировали одни и те же люди с первого курса.

Летом мы с Марино посещали другие занятия по боевым искусствам, которые не преподавались в Рочестере.

То, что Маттео был евротрешем, было недостатком. Я понятия не имел, как он проводит лето.

Мой кулак первым попал в цель. Он оглушил его, но не оказал никакого другого эффекта, и он мгновенно пришел в себя. Он умел держать удар. Когда рядом был противник, который не мог этого сделать, бой уже был окончен. Маттео улыбнулся и быстро приблизился. Я увернулся от удара, направленного в бок моей головы, и почти не почувствовал его замаха ладонью на моем плече.

Мы кружили, и потребовалась минута, чтобы осознать всю боль. Я не прикасалась к плечу и не выдавала, что мне больно. У Маттео в руке было что-то острое. Я избежала колец, но не избежала настоящей опасности. Это меня взбесило, и мне пришлось сдержать свою ярость. Ему следовало перерезать мне горло, когда у него был шанс, потому что он был готов пасть замертво.

Я сделал обманный маневр вправо и нанес апперкот прямо в челюсть левой рукой. Он этого не ожидал, и в этом была вся прелесть удара. Я отскочил назад, оставаясь на носках и наблюдая за его руками. Кровь капала на пальцы, и я понял, что рана на плече глубокая.

Я услышала, как Джиа ахнула сквозь рёв других студентов. Словно мои уши были запрограммированы на её голос. Маттео снова напал на меня. У него была не очень хорошая техника, но с оружием он и не был нужен. Я заблокировала его левый кулак и обрушилась на его правый, когда он попытался нанести мощный удар. Ладонь ударила меня по бедру, и на этот раз я приготовилась к боли. Когда это случилось, я рассмеялась.

«Ты никуда не уйдешь», — пообещала я ему.

«Докажите это», — сказал он и снова ударил.

Я надеялся, что порез был незначительным. Трудно было сказать наверняка. Я предположил, что у него было какое-то лезвие бритвы.

Этот ублюдок планировал изрезать меня в клочья. Вся сторона моей рубашки теперь была мокрой, но в темноте кровь было трудно разглядеть. Я шагнул под его следующий удар и подсек ему ноги, сбив его с ног. Он попыталась вырваться и схватить меня правой рукой с лезвием. Моя нога наступила ему на запястье, и я упал, так что мое колено из положения стоя вошло ему в живот. Это перекрыло ему доступ воздуха. Мои кулаки попали ему в лицо, пока я продолжал держать колено в его животе и ногу на противоположном запястье. Он не сдался, и я продолжал бить его, пока мистер Калеб не оттащил меня.

«С ним покончено!» — крикнул Калеб, перекрикивая рев учеников.

Меня затошнило, и я упал на четвереньки.

«Он истекает кровью!» — закричала Джиа откуда-то издалека.

Я улыбнулся.

«Что за хрень?» — воскликнул мистер Калеб.

«У него был какой-то нож», — выдавил я из себя.

Мне не было больно, просто немного закружилась голова.

Начался настоящий ад. Марино и моя команда услышали меня и бросились за Маттео. Забавно, но мне было все равно. В поле зрения появилось лицо Джии, когда она наклонилась надо мной. Она поморщилась и напряглась. Ее кто-то из драки пнул. Это меня взбесило. Мы были в самом разгаре командной войны.

«Убирайся отсюда к черту!» — процедил я сквозь головокружение.

"Нет."

«Сумасшедшая сука».

«Я веду себя как девушка. Это были твои правила».

Джиа защитила меня от самой ожесточенной драки. Наконец прибыли учителя и охрана и разняли всех. У мистера Калеба распух глаз, который завтра будет весь в синяках. Моя компания поплатилась бы за это, но не так, как Маттео. У этого ублюдка были яйца, и ему было наплевать на выпуск. У него было преимущество.

Бригада скорой помощи уложила меня на чертову каталку, хотя я ругался как сапожник.

«Перестань вести себя как ребенок», — сказала Джиа, и я наконец перестала сопротивляться этим чертовым ремням.

«Ты пойдешь со мной», — сказала я ей.

Она не спорила, и это еще одно, что мне в ней нравилось. Не имело значения, каким бы придурком я ни был, она это терпела.

С нами были отправлены охранники, потому что мы покидали безопасную территорию академии. В больницу также приехал мистер Калеб.

Мне наложили двенадцать швов. Десять на плечо и два на бедро. Было несколько царапин, но их аккуратно разгладили, и я был готов к выписке. Мне понадобилась внутривенная инфузия, но, к счастью, не переливание. Даже с головокружением я мог бы пролить еще пол-литра крови и все равно бы выздоровел.

Мистер Калеб вошел в комнату после того, как мне зашили рану.

«К задней части его кольца был прикреплен клинок». Мистер Калеб внимательно наблюдал за мной. «Вам следовало немедленно остановить драку».

Я молчала. Джиа переводила взгляд с нас на меня и обратно.

«Он бы тебя убил», — сердито пробормотал Калеб.

Я слышала беспокойство в его голосе, но он понимал, с чем я столкнулась. Он окончил Рочестер много лет назад, имея хорошую репутацию. На последнем курсе он был лучшим. Я не могла понять, что опустило его до такой степени, что он вернулся в это адское место и стал преподавать.

Я встретила его взгляд и поняла, что он видит мое презрение.

«Я не умер».

«Ты ведь тоже не тот проклятый бог, каким себя считаешь», — раздраженно сказал он.

«Что будет с Маттео?» — спросила Джиа, и Калеб перевел на нее внимание.

«Это решение примут другие. Обещаю, это произойдет быстро».

Он вышел после долгого взгляда, от которого мне захотелось назвать его трусом.

«Ты осёл, ты же знаешь?» — сказала Джиа.

Я одарила её своей самой лучшей улыбкой.

«Я тебя ненавижу», — добавила она.

Я схватил её за шею неповрежденной рукой и притянул к себе. Вместо поцелуя она положила голову мне на плечо.

«Я победил. Ты мне кое-что должен».

"Все в порядке."

Я резко откинул голову назад, и ее взгляд говорил, что я ее правильно понял. Первая же неделя, блин, в школе, и эта сучка Росси теперь моя. Я даже особо не старался.

Меня отпустили через час. Меня и мою команду поместили под стражу до завершения расследования драки. Мне сказали, что Маттео вывели с территории, но я понятия не имел, куда его увезли. Я также знал, что наших отцов проинформировали. Мой отец немного подшучивал надо мной, но на этом всё. Меня не отстраняли от занятий. Он никогда не стал бы мешать мне отстаивать свои права в школе.

Болело всё, что было нормально после драки. К тому времени, как действие местной анестезии закончилось, стало только хуже. Я устал и стал ещё большим придурком.

Большие глаза Джии окинули взглядом мою комнату. На ней были черные джинсы и черная футболка с низким округлым вырезом, который подчеркивал пышность ее груди.

Темная одежда подчеркивала ее бледную кожу. Я уже раньше замечала ожерелье у нее на шее. Это было единственное украшение, которое я видела на ней. Ее туфли были...

Ничего особенного, каблуков не было, но с такими ногами они ей и не были нужны. От Джии Росси исходила сексуальная энергия, потому что она понятия не имела, как выглядит в глазах других. Ее взгляд продолжал блуждать.

У меня была игровая приставка, несколько фильмов и пара стеклянных бонгов, которые стояли на полке. Я знал, что девочки любят приводить в порядок свои комнаты в общежитии. Мне же нужно было только самое необходимое. Она подняла несколько моих вещей, которые я оставил разбросанными по полу, затем принесла мне стакан воды и обезболивающее, которое мне дали в больнице.

«Куда ты идёшь?» — устало спросила я, когда она повернулась, чтобы уйти.

«Тебе нужен сон. Мы договорились, но мысль о сексе, когда ты слишком слаба, чтобы делать что-то большее, чем просто лежать, меня совсем не привлекает. Отдохни, и мы устроим свидание, когда тебе станет лучше».

«Вот». Я похлопала по месту рядом с собой на кровати.

Она застонала, и я понял, что не готов её трахнуть, потому что мой член никак не отреагировал.

«Ляг рядом со мной». Я снова похлопала по этому месту.

«Я говорю серьёзно. Ты не в том состоянии, чтобы шутить».

«Нет», — согласился я.

Она придвинулась ко мне, и я притянул её к себе так, что её голова оказалась под моим подбородком. Это положение немного напрягало мои швы, но мне было всё равно. Мне нравился запах её волос, и он успокаивал меня, помогая заснуть.

Когда я проснулся несколько часов спустя, её уже не было.

OceanofPDF.com

Глава двенадцатая

OceanofPDF.com

Джиа

Брамбилла был явно не в себе. Я оставался рядом с ним, пока он не уснул. На нем не было одеколона. Он не мылся со дня драки, и из-за швов пройдет несколько дней, прежде чем он сможет полностью отмыться. Возможно, я лизнул немного соленой кожи. А может, и нет.

Марино подошел к нему и, увидев, что я свернулась калачиком рядом с ним в постели, показал мне большой палец вверх. Он тихо закрыл дверь и ушел.

Алессандро вздрогнул и снова погрузился в глубокий сон. Было трудно не смотреть на его безупречные черты лица. Без его неизменной ухмылки, когда он смотрел на меня, мне хотелось облизать каждый сантиметр. Я отстранилась и вышла из комнаты, прежде чем совершить какую-нибудь очень глупую ошибку.

«Я иду в общежитие», — сказал я Марино, когда он оторвался от игры.

Он кивнул. На нём были спортивные штаны и школьная футболка, босые ноги, а между пальцами он держал косяк, управляя контроллером так, словно тот был продолжением его тела. Всё в нём говорило о том, что он бандит, от его позы до мускулов, которые он накачивал. Я никогда не был в нём уверен, кроме того, что он меня ненавидит. Может, не так сильно, как Брамбиллу, но это чувство было. Сегодня же его не было. Я ушёл. Это показалось странным. Это показалось нормальным. Моя жизнь никогда не была нормальной, и этот сценарий даже не должен был рассматриваться.

Мария ждала меня, собирая каждую крупицу сплетен. Я никогда не видела, чтобы она так энергично размахивала руками, а это о многом говорило. Она была одета сногсшибательно: джинсы и шикарная прозрачная персиковая блузка собственного дизайна. Браслеты на ее запястьях звенели, когда она возбужденно говорила.

«Мистер Ксавье явился и вывел Маттео с территории кампуса. Его команда пока находится под строгим контролем. Если их поймают вне своих комнат, им автоматически назначат годичную дисквалификацию».

«А как же Алессандро?»

Она странно посмотрела на меня, а затем выражение ее лица изменилось, став таким, каким я и ожидал.

«Его команда отделается легко за последующий бой. Оружие было только у Маттео. Ходили слухи, что это была бритва, намертво прикрепленная к одному из его колец».

Меня пробрала дрожь. Алессандро получил ранение в самом начале боя и продолжил драться.

Он мог бы что-то сказать, но не сказал. Я заметил разрыв на его рубашке во время драки и понял, что что-то не так. В условиях недостаточного освещения я понятия не имел, насколько всё серьёзно.

Наша жизнь была посвящена хранению секретов, но когда дело касалось событий в кампусе, у Рочестера всегда находились ответы. Это было странно, но это обеспечивало безопасность студентов, и все семьи были с этим согласны. И всё же Алессандро продолжал бороться, хотя мог бы сдать Маттео властям.

Я спала беспокойно и проснулась, когда кто-то забрался ко мне в постель. Я подумала, что это Мария, пока меня не окутал запах Алессандро.

«О Боже», — простонал я. — «Убирайся отсюда».

Он не мог видеть меня в таком виде. Мне приходилось восковать усы каждые несколько дней, и сегодня утром это было именно сегодня. Мои брови, наверное, тоже срослись за ночь в одну линию. Итальянскую принцессу в спальне просто не удивишь.

«Когда я проснулся, тебя уже не было», — тихо сказал он, в его голосе звучала притворная боль.

Я бы не стал слушать его жалкие, нытье про "беднягу".

«Я не почистила зубы и не приняла душ. Уходи». Я накрылась одеялом с головой.

«Мы договорились вчера вечером. Вы отказываетесь от своих слов?»

«Ах. Я тебя ненавижу. Я приму душ, почищу зубы, а потом вытрахаю тебе мозги. Обещаю. Просто уходи».

Он засмеялся и начал оттягивать одеяло от меня. Я вскрикнула и попыталась его остановить. Мы оба смеялись, когда он наконец открыл мне лицо.

«Не целуй меня», — сказала я.

Он так и сделал. Поцелуй был не таким долгим, как предыдущие, но он дал понять, что ему всё равно, почистила я зубы или нет. Мерзко и сексуально одновременно.

«Как твоё плечо?» — спросила я, когда он отстранился.

«Я не хочу говорить о своем плече. Скажите, мисс Росси. Вас когда-нибудь трахали?»

Я старалась не перенапрягаться, хотя мои бедра были плотно сжаты от желания.

«Меня обманывали, но никогда не обманывали по-настоящему», — сказал я, продолжая читать молитвы «Аве Мария».

Он заслуживал той правды, которую я никогда не собиралась ему рассказывать, даже если бы мы дошли до этого момента.

«Ты уверена, что хочешь это сделать?» — спросил он, и, если бы я не знала его лучше, в его голосе звучала настоящая забота.

Хотя я и не могла ему доверять, взгляд его глаз подсказывал мне, что он уйдёт, если я этого захочу. А я не хотела. Сам факт его просьбы тронул моё сердце. А взгляд его мягких карих глаз — ещё сильнее. Я была такой наивной.

«Бери, что хочешь», — сказал я ему.

«Я этого не потерплю». Он посмотрел на меня с такой напряженностью, что у меня защемило сердце.

Почему он так усложнял мне жизнь? Ему нужно было вести себя как придурок именно сейчас, чтобы я могла удержаться на ногах.

«Ты хочешь, чтобы я умоляла?» — спросила я, в голосе прозвучала нотка гнева.

Он мне сказал, что я смогу. Смогу ли я? Скорее всего, да.

Он прикрыл мои губы пальцем.

«Я хочу, чтобы ты сказала мне, что ты этого хочешь».

Я покачал головой.

«Мне это не нужно. Мне нужна ты».

Он сел и попытался снять рубашку. Перевязанное плечо не помогало, поэтому я тоже сел, с растрепанными волосами и, вероятно, сросшейся бровью.

«Прекратите сопротивляться, и я смогу поднять это над вами».

Он наклонился вперед, и я потянула его за собой, не вставая и не становясь на колени. На нем были капли засохшей крови.

«Я не принимал душ». Он смущенно посмотрел на меня, увидев кровь.

«А как насчет мытья в постели?» — спросила я, потому что даже засохшая кровь напугала меня, когда я поняла, что он мог умереть прошлой ночью.

Он рассмеялся и упал на мой матрас своим здоровым плечом.

«Сделай это быстро, иначе я не успею», — сказал он со стоном, который звучал искренне.

Я бросился в ванную и наполнил небольшую раковину водой из-под крана, которую использовал для ванночек для ног. На безрыбье и рак рыба, а здесь было чисто. Я быстро почистил зубы и проверил подмышки, которые нуждались в быстром умывании. Мои усы оказались не такими ужасными, как я ожидал, а две отдельные брови были четко очерчены, хотя и нуждались в небольшой коррекции.

На это не хватило времени. Я схватила полотенце и мочалку и вернулась в спальню.

Он раскинул руки и ноги. Ноги все еще были покрыты спортивным бельем, эрекция выпирала спереди, грудь была удивительно обнажена. Я видела, как он тренировался в спортзале без рубашки на первом курсе, и тут же ушла. Тогда это было приятно, а сейчас — чертовски сексуально. Прядь темных волос обрамляла его соски. Я облизнула губы. Когда я подняла взгляд, он жадно смотрел на меня.

«Поторопись», — сказал он с болью в голосе.

Я снова взглянула на его промежность и улыбнулась. Взгляд его говорил сам за себя. Я начала с его плеча и вытерла кровь, прежде чем спуститься тряпкой вниз по его торсу.

«Черт», — снова простонал он.

Моя улыбка стала шире. Он быстро сполз с кровати и сбросил спортивные штаны.

«Я хочу увидеть твою грудь, Росси».

Я смотрела на его рост и комплекцию. Я видела фотографии, которые не передавали всей красоты этого момента. Некоторые парни, напившись в кампусе, раздевались и бегали как дураки. Это никак не подготовило меня к встрече с Алессандро.

Я стояла на коленях на матрасе. Я сняла ночную рубашку и бросила её на пол. Это была единственная одежда, которую я когда-либо надевала в постель. Он уставился на мою грудь, и его зрачки расширились. Он подошёл ближе и притянул меня к себе в объятия. Наши губы встретились.

Этот поцелуй был идеальным.

Этот поцелуй был другим.

Он обнял меня и прижался к кровати, поставив колено между моих ног. Его взгляд не отрывался от моей груди. Она не была ни слишком большой, ни слишком маленькой. Его взгляд говорил, что она идеальна.

«Il mio tesoro», — сказал он.

Моё сокровище. Ничто другое не значило бы для меня так много, как эти слова. В его ангельском лице читалось благоговение, и я влюбилась в него целиком и полностью. Он уложил меня на спину и следовал за мной, пока его предплечья не приняли на себя весь его вес, и он полностью оказался на мне, наши ноги переплелись.

"Вы уверены?"

Вчера вечером ему наложили двенадцать швов, и я должна спросить его об этом.

"Я уверен."

Сначала его губы коснулись моего соска, он слегка пососал его, а затем легонько коснулся влажного кончика языком. Желание захлестнуло меня между ног, и я жадно глотала воздух. Он перешёл к другой груди и довёл меня до исступления. Он останавливался и просто смотрел на результат своего внимания. Мои соски были натянутыми бутонами, нуждающимися в дальнейшем внимании. Да, теперь я знала, что буду умолять.

«Сан», — прошептала я, потому что не смогла сдержаться.

Я никогда даже не думала о нем как об Алессандро. Он всегда был Брамбиллой. Пососи мои соски, и он стал Саном. Я совсем сошла с ума, и мне было все равно.

Он поцеловал мою грудь, затем медленно поднялся к шее, прежде чем снова поцеловать меня в губы. Я очнулась от почти коматозного состояния, в которое он меня погрузил, когда он вскочил и схватил с пола свои спортивные штаны. Я думала, он оставит меня в таком состоянии, но он нашел презерватив и вытащил его из кармана.

«Не хочу этого забывать», — хрипло произнес он и снова начал меня целовать.

Я никогда не мечтала, что мой первый раз будет с Алессандро. Я никогда не думала, что мой первый раз может быть таким. Он скользил вниз по моему телу, целуя меня повсюду. Его язык скользил вокруг моего пупка, и я извивалась.

«Щекотно», — я слегка рассмеялась.

«Ничего подобного». Его хриплый голос соответствовал выражению его глаз.

Он поцеловал меня ниже, и его большой палец нежно погладил меня. Мои бедра выгнулись, и из меня вырвался вздох.

«Росси», — сказал он, когда я закрыла глаза.

Я открыла глаза. Наблюдая за мной, он высунул язык и провел им по моей щели. Он улыбнулся, когда мои ноги непроизвольно попытались сомкнуться. Палец скользнул внутрь, и я изо всех сил старалась не закрывать глаза. Я извивалась, пока он ласкал и лизал меня. Он не давал мне того, что мне действительно было нужно, но это было чертовски приятно.

«Джиа. Скажи «да».»

В его глазах тоже читался вопрос. Из них хлынуло желание. Я не думала о вине или мести. Я не думала о тех трех годах, что избегала его из-за страха. Я думала о своей потребности. Она горела внутри меня, и моя рука между бедрами никогда не чувствовала ничего подобного.

«Да, пожалуйста».

Он быстро поднялся по моему телу и занял удобную позицию.

Я, честно говоря, не ожидала боли, и её не было. Из-за его размеров я чувствовала некоторый дискомфорт, но мой организм быстро адаптировался. Он был осторожен, и я...

Я совсем не ожидала, что он такой. Если бы он подошел ко мне в первый день в школе и сказал, что хочет отомстить за мою девственность, я бы, наверное, отдала ему ее. Чувство вины перед его матерью было настолько сильным.

Он был медлительным и нежным, пока не перестал им быть. Ритм изменился, и мышцы его шеи напряглись, когда он входил и выходил с большей скоростью. Я подняла ноги и обхватила его, наклоняя таз, попадая точно в нужное место. Моя тихая, скромная мать говорила мне всегда находить удовольствие самостоятельно и никогда не полагаться на мужчину. Как только Алессандро понял, что мне нужно, его руки обхватили мои ягодицы, и он продолжал в этом положении.

Моя голова металась из стороны в сторону, и в комнате всё расплывалось. Тело Алессандро стало частью моего. Все ощущения сосредоточились между моих ног — между мной и Саном.

Он застонал, и мои руки потянулись к его вспотевшей груди. Мои пальцы коснулись уголка бинта, но ему было все равно. Я схватила его за здоровое плечо и положила другую ладонь на его сердце. Мое тело напряглось, и все дрожало до самых кончиков пальцев ног. Он пошевелился, и мне хотелось его убить. Я была так близка к этому. Он поднял меня и подставил колени под мои ягодицы.

Он поцеловал меня с широко открытыми глазами.

Я пришла с открытыми глазами. Алессандро Брамбилла наблюдал.

Он позволил мне откинуться на кровать, прежде чем набрал скорость и занял мою позицию. Его голова оказалась рядом с моей, а тело наполовину лежало на мне.

«Я перееду, как только смогу», — простонал он.

«Я буду дышать, когда ты будешь дышать», — сказала я задыхаясь, и дело было не только в его весе.

Он перевернулся на бок и подсунул руку мне под голову, не глядя на меня, но поддерживая контакт. Я оценил это. Эйфория быстро прошла, и я понял, что Брамбилла держит меня именно там, где хотел. Это был его момент. Выбросить мои вещи и отомстить ему до конца.

Я ждал.

«Можно мне сегодня здесь переночевать?» — спросил он.

Карантин.

«Как ты выбрался из своей комнаты и попал сюда? Мы на карантине».

«Если я тебе расскажу, мне придётся тебя убить». Его ухмылка говорила о том, что он сохранит свои секреты.

«Вы не можете здесь оставаться. Если вас поймают, вас отстранят от работы до конца года».

«Эй, притормози», — сказал он, заметив нарастающую панику. — «У меня нет ни малейшего шанса закончить учёбу».

«У тебя хорошие оценки!» — практически крикнула я.

«Откуда вы знаете, что у меня хорошие оценки?»

Я покраснела, а он засмеялся.

«Я знаю и ваши оценки. Это никак не связано с оценками, а касается только моей должности. Я нахожусь на испытательном сроке, и следующее нарушение лишит меня возможности выйти на свободу».

«Так что не совершайте следующего нарушения. Убирайтесь из моей комнаты и возвращайтесь в свою».

Он несколько секунд смотрел на меня, затем положил руку мне на подбородок и большим пальцем погладил щеку.

«Если бы я не знал тебя лучше, я бы подумал, что тебе не всё равно, Росси».

У меня не было никакого ответа. Мне было не всё равно. Возможно, он мне даже немного нравится.

Завибрировал телефон, и он огляделся. Он лежал в спортивных штанах. Он небрежно встал с кровати, весь обнаженный, и вытащил телефон из кармана.

Я прикрыла грудь простынёй, а он, ухмыляясь, ответил на звонок.

Он помолчал немного, просто слушал.

«Я буду там через пять минут». Он посмотрел на меня. «Мистер Ксавье скоро будет допрашивать мою команду. Я вернусь, когда всё закончится. Придержи для меня постель».

Он натянул спортивные штаны, рубашку и ботинки, поцеловал меня в щеку и неторопливо вышел. Я не знала, как реагировать, но решила, что принять душ и привести себя в порядок — хорошая идея. Перед тем, как снова лечь в постель, я сделаю эпиляцию и выщипаю волосы.

OceanofPDF.com

Глава тринадцатая

OceanofPDF.com

Алессандро

Я добралась до своей комнаты в общежитии достаточно быстро, чтобы смыть с себя запах секса. Затем я легла в постель и, обессилев, закрыла глаза. У меня ужасно болело плечо. Я услышала стук в дверь и приготовилась к худшему.

Марино впустил его. Я не расслышал, что было сказано, но стук в дверь моей спальни подсказал мне, что разговор был очень коротким.

Я слегка приподнялся.

"Войдите."

В комнату вошел мистер Ксавье. Он был здесь и в прошлый раз, когда я натворил дел. Надеюсь, на этот раз все пройдет лучше. Я никогда не обманывал себя насчет его способностей. Откуда у него такая власть, я понятия не имел.

Ксавье всегда носил идеально сшитые, дорогие темные костюмы. Его мускулы не выпирали, но их присутствие было очевидно. Он был крупным мужчиной, и его присутствие в комнате казалось тесным. На его лице всегда было то же выражение, которое я видел каждый раз, когда встречался с ним.

Я знаю, о чём вы думаете.

Клянусь, он это сделал. Я солгала во время нашей предыдущей встречи, и он тут же меня разоблачил. Выражение его лица и голос ничуть не изменились. Было трудно не задаться вопросом, кто он, черт возьми, такой. Он не выглядел итальянцем…

Возможно, он был латиноамериканцем. Разбирательство с ним стало для нас следствием.

Студенты, которых навсегда отчислили из кампуса, никогда не говорили о том, что случилось с Ксавьером. Не было ни одного слуха об этом человеке, который я мог бы подтвердить. Даже отец Марино сказал мне отвалить, когда я пытался получить ответы. Мистер Ксавьер был настоящим хранителем молчания в Рочестере.

«Я надеялся, что вам не предстоит еще один разговор», — спокойно сказал он, закрыв дверь.

Он никогда не говорил ничего лишнего. Его тон никогда не менялся. Его задача заключалась в том, чтобы вселять в нас страх Божий, и он справлялся с этим. Но меня это тоже бесило.

«Думаю, тебе просто нравится приходить ко мне в спальню», — сказала я грубым тоном.

Его брови взлетели вверх, и это была первая заметная реакция с его стороны за три года. Он оглядел комнату, подошел, взял стул у моего стола и отнес его к моей кровати. Он устроился поудобнее, все время наблюдая за мной.

«Мистер Брамбилла, — начал он. — Давайте прекратим эту чушь. Вы провели утро с Джованной Росси. Я не буду спрашивать, чем вы там занимались».

Я, может, и не глотал, но мои чертовы яйца подкосились.

Я ждал.

«Вы знали, что у Маттео Романо было оружие до начала драки?»

«Кольца».

«А вы знали, что к одному из колец у него было прикреплено лезвие бритвы?»

«Когда у меня началось кровотечение».

«У вас было оружие?»

«Мне он не был нужен». Мои глаза прожигали его насквозь, и я слегка повернулась, чтобы опереться на предплечье.

«Не создаст ли возвращение г-на Романо проблем в школе?»

Мне пришлось об этом подумать.

"Нет."

«Этот спор улажен?»

«С моей стороны».

«У вас нет другого шанса, и у господина Романо его тоже не будет. Вы это поняли?»

«Я вас в прошлый раз слышал».

Прежде чем я успела сделать еще один вдох, он уже схватил меня за горло. Его холодное выражение лица ничуть не изменилось.

«Вы умник, мистер Брамбилла. Не будьте идиотом».

Его хватка была каменной. Я не могла дышать. Черт бы я ни за что не стала пытаться его остановить. Я просто смотрела, как в моих легких нарастала потребность в кислороде. Он отпустил меня, и я откинулась на матрас, жадно вдыхая воздух.

Он ушёл. Почему я всегда выдвигала свою чушь? Мой отец не играл в высшей лиге, но он был на вершине своего мастерства, на ступеньку ниже. У моей семьи были привилегии, богатство и власть. Но этого было недостаточно. Положение в семье значило всё, и вместе с ним приходила и власть, которую я хотела. Я не буду вечно молодой.

Мои мысли обратились к Джии. Я откатился от двери и уставился на эту чертову стену. Я лишил её девственности, и это было совсем не так, как раньше.

Это было запланировано. Каждый раз её взгляд меня покорял. Ей это нравилось. Чёрт, она этого хотела. Я даже не заставлял её умолять.

Может быть, мне нужен был новый план для мисс Росси. Конечная цель осталась бы той же, но наслаждение её сексуальным телом возбуждало мой член. Она была наполовину влюблена и не понимала этого. Да, целый год заниматься с ней сексом звучало заманчиво. Я бы знал, где она большую часть времени, и мог бы сосредоточиться на других вещах. Одна из них — отомстить Маттео за всю эту чушь. Мне было совершенно всё равно на шрам, который останется. Меня волновало лишь то, чтобы заявить о себе.

Я снова задумался над словами Ксавье. Как, черт возьми, он узнал, что я в комнате Росси? Мы с Марино обнаружили этот выход на крышу на втором курсе. Прыжок с высоты шести футов открывал доступ на крышу женского общежития, а затем на следующую и еще на одну. Первая была самой сложной. Падение убило бы нас, если бы мы не ударились о другую крышу.

Мы всё равно, блин, прыгнули.

Мы никогда не рассказывали об этом нашей команде. Чем меньше людей знало, тем меньше шансов было попасться. Это позволяло нам получать доступ в комнаты девушек, не подкупая дежурных в общежитии, что было, мягко говоря, непросто. На первом этаже каждого общежития были камеры. На этажах с комнатами камер не было. Теперь я думаю, а не были ли мы все это время простаками и не следили ли за нами.

Я не обманывал себя, думая, что мы первыми нашли путь к так называемой "женщине", но я так и не увидел на крыше ни одного другого студента.

Марино постучал, а затем вошел, не дожидаясь моего приветствия.

«Насколько всё было плохо?» — спросил он.

«Всё не так плохо, как могло бы быть. Что он тебе сказал?»

«То, что ваши шансы на окончание учёбы повлияли на мои».

«Черт возьми», — сказал я.

«Ты трус. Думаешь, ты меня бросишь?»

Это меня рассмешило.

«Наш старик нас убьёт», — усмехнулся я.

«Скорее всего», — усмехнулся он. «Готов поиграть в Halo? Тебе бы хорошенько навалять после того, как ты наплакался как ребенок из-за нескольких швов».

«Ублюдок». Я бросил в него подушку, но он легко увернулся.

Мне бы не помешал день, проведенный вдали от мисс Росси. Когда я уходил, в ее глазах горел теплый блеск, который сейчас, вероятно, начнет угасать.

Джиа нуждалась в небольшой встряске. Устроить ей день, который запомнится ей навсегда, и узнать, кто лишил ее девственности, было хорошим способом поставить ее на место.

«Договорились. Ставлю 100 центов на мою победу». Я бы проиграл, и мне было все равно.

«Я возьму твои деньги и буду смотреть, как ты плачешь».

OceanofPDF.com

Глава четырнадцатая

OceanofPDF.com

Джиа

Я ждала весь день, аккуратно приведя в порядок свои интимные части тела. Спустя несколько часов я пришла к выводу, что он и не собирался возвращаться. Я попалась на его уловку и поняла, что была полной идиоткой.

Мария несколько раз навещала меня.

«Моя девственность принадлежит ему», — наконец сказала я ей, поняв, что он не вернется, и впала в уныние.

«Вы думаете, я этого не знала?»

Конечно, она так и сделала. Она не была глупой. Слезы навернулись на глаза, но я не позволила им пролиться.

«Было здорово», — сказала я ей.

«Почему же ты расстроен?»

«Он сказал, что проведет здесь весь день».

«Возможно, он не сможет. Мы на карантине».

Меня удивило, что она вообще нашла ему какое-либо оправдание. Мария не испытывала того чувства вины, которое я испытывала из-за матери Алессандро. Она не считала, что я должна нести ответственность за ее смерть. Это была цена за мир, в котором мы жили, и главная причина, по которой она планировала покинуть его после окончания школы.

«Он мог бы позвонить».

Ее губы слегка исказились. Он мог бы позвонить.

Мы решили провести карантин за просмотром романтических фильмов, поедая попкорн и шоколад. Мое сердце замерло, когда кто-то постучал в нашу дверь ранним вечером. Мария ушла в ванную, и мне повезло открыть дверь.

Я чуть не обмочился. Это был не Алессандро, даже близко. Мистер...

Ксавье стоял у моей двери.

«Мисс Росси. Не могли бы вы поговорить с нами наедине?»

Я не подумала, что это вопрос. Я отступила назад. Мария вышла из своей комнаты, но, увидев, кто это, повернулась и закрыла дверь. Мне тоже хотелось спрятаться. Я никогда не была так близко к нему. Его аура была не просто опасной, она была тревожной. Девушки фантазировали об этом.

Мужчина. Я так и не поняла почему. Он меня ужасно пугал. Когда он был так близко, я чувствовала себя уязвимой.

Он сел на стул в нашей гостиной, а я — на диван, нервно поджав ноги. Он молчал, пока я не устроилась поудобнее, и просто наблюдал.

«Какие у вас отношения с Алессандро Брамбиллой?» Я покачала головой, но что-то в его взгляде помешало мне возразить вслух. «Он может оказаться для тебя слишком сложным человеком».

«Это не так», — возразил я.

«Всё именно так».

Его взгляд впился в мой, его тяжесть прижала меня к себе. Я не знала, что делать. Он протянул руку и положил карту на стол между нами.

Г-н Ксавье

518-555-5185

«Используйте его, если это необходимо, и вы будете защищены».

Я потянулся за карточкой и держал её между слегка дрожащими пальцами.

Он встал и вышел из общежития. Я же, не постучав, забежала в комнату Марии.

«О боже», — сказала я, приложив руку к груди.

«У тебя проблемы?» — спросила она.

«У меня такое чувство, что он знает, что Алессандро приходил ко мне в комнату сегодня утром».

«Он это сказал?»

Я покачал головой, мой мозг все еще пытался осмыслить произошедшее.

Он посмотрел на меня с уважением, хотя я и почувствовала в его взгляде нотку неодобрения. Я легла рядом с Марией и уставилась в потолок.

«Возможно, я влюбилась в Алессандро Брамбиллу», — сказала я ей и сделала все возможное, чтобы скрыть свое отчаяние.

«Конечно, ты такая. Всё, что ему нужно было сделать, это быть милым. Этот придурок не мог удержаться от миловидности, но он заманил тебя именно таким образом. Ты влюблена в него уже много лет».

«Я не знала, что это была влюбленность».

Она повернулась ко мне лицом. Я продолжал смотреть вверх.

«Джиа, — сказала она искренне. — У тебя есть сердце. Ты приняла вину своего отца на себя. Это не так. Ты также жалела Брамбиллу, потому что

Его матери не стало. Не обязательно было учиться в этой школе, чтобы испытывать подобные чувства.

Может быть, она была права. Я никогда не хотела знать сплетни об Алессандро, потому что это причиняло боль. Больно было от того, что я не могла просто расслабиться и быть студенткой. Я была той девушкой, чей отец убил мать Алессандро. Не имело значения имя моего отца. Я каждый день расплачивалась за его поступки.

Я также тайно создала в своей голове фантазию, о которой никогда не рассказывала Марии. Это была высшая расплата моему отцу, и хотя я любила его, он этого заслуживал.

Моя мать страдала из-за его измен. Алессандро страдал из-за своей матери. Его отец тоже. Мой отец никогда бы не позволил мне выйти замуж ни за одного из Брамбилла, тем более за Алессандро. Но что, если? Я играла в эту игру последние три года и никому не рассказывала. Я даже не могла связать эти мысли воедино, пока Алессандро не посмотрел на меня.

«Что мне делать?» — спросил я своего друга.

Она взяла меня за руку и сжала мои пальцы.

«Никогда не позволяйте ему об этом узнать».


****

В воскресенье утром нас отпустили из общежития. Мария пошла выпить кофе и поболтать. Я листала телефон и чуть не уронила его, когда он зазвонил у меня в руке.


« Vita mia », — ответил мне отец.

Я была смыслом его жизни. Моя мать никогда не рожала ему сына. У его брата был наследник мужского пола, и однажды он возглавит нашу семью.

«Папа», — тихо прошептала я, и слезы снова навернулись на глаза.

«Вы были на мессе?» — спросил он.

Я бы никогда не солгала ему о церкви.

«Нет, папа. Я буду просить прощения».

«Мне позвонили из школы. Как вы себя чувствуете?»

«Да, папа, обещаю».

Он на мгновение замолчал. Я не хотела, чтобы он спрашивал об Алессандро. Мне начинало казаться, что весь мир знает, что я отдала свою девственность. Это убило бы моего отца. Он не понимал, что девственность — это мужской конструкт и полная чушь. Не все занятия в Рочестере учили девочек быть покорными. Мы были вооружены знаниями.

«Я люблю тебя, моя дочь », — сказал он, и связь оборвалась.

Это был мой отец. Он зашёл навестить меня. Он любил меня. Он убил мать Алессандро.

Это было чувство вины, которое воспринималось как любовь к Алессандро?

Брамбилла отомстил. Я был побежден. Я забрался обратно в постель и ждал Марию и кофе, борясь с настоящей депрессией, что было глупо. Я знал, чего он хочет, и я дал ему это.

Я никогда не ожидал многого от своего первого раза. С моей стороны было много неловкости, смущения и мало удовольствия. Марии нравился секс, но её первый раз был именно таким. В конце концов, мы посмеялись над этим.

Отношения с Алессандро оказались совсем не такими, как я ожидала. Не было неловких моментов, лишь несколько смешков и хихиканья, много чертовски приятных ощущений, и у меня случился оргазм. Неужели он действительно отомстил? В моем тайном мире фантазий было и счастливое будущее с ним. А еще я мечтала переехать в Голливуд и стать актрисой. Но это все было лишь фантазией, и мне нужно было повзрослеть.

«Моя подруга», — сказала Мария из дверного проема моей спальни.

Когда дела шли совсем плохо, она называла меня сестрой, что вызывало у меня легкую улыбку. Я убрала предплечье от лица и посмотрела на нее.

«Ты не плачешь». Она протянула мне кофе и села на кровать.

«Возможно, вам это необходимо».

«Ты плакала из-за Майкла?»

«Он был дураком и не знал, что делать с кончиком, основанием или яичками, прикрепленными к его члену».

«Он был твоим первым».

«Че палле, я ещё больший дурак.»

«Судя по вашему описанию, у Майкла ничего подобного не было».

Она бросила в меня подушку, и, отцепив её от лица, я широко улыбнулась. Я бы не пережила эти годы без неё. Я мешала ей завести крепкую дружбу и наслаждаться всеми радостями, которые у неё могли бы быть. Она никогда не жаловалась.

«В постели Майкл был скучным, но он старался», — засмеялась она.

«Алессандро был великолепен, и я даже не знаю, старался ли он этого на самом деле».

Хорошая новость в том, что я больше не девственница. Я выйду замуж за того, кому меня накажут; я буду делать все, что от меня потребуется, но у меня есть это. Это был мой выбор, и я благодарна Алессандро за то, что он дал мне это, даже если он тот еще мерзавец.

«Имейте в виду. Он влюблен в тебя больше, чем сам думает. Я видела, как он за тобой наблюдает».

«С ненавистью», — решительно заявил я.

«Иногда. В другое время кажется, что он задает себе вопросы и находится в замешательстве. С ним происходит больше, чем он показывает».

Студенты ему доверяют, и даже несмотря на всю эту чушь с Маттео, больше тех, кто хочет, чтобы Брамбилла был на вершине, чем тех, кто хочет, чтобы он проиграл. На это есть причина, и я не думаю, что он совсем плохой человек».

Я пожала плечами. Может быть. А может и нет. Вся школа узнает, что я переспала с ним в понедельник. Он устроит скандал и публично положит конец всему этому, причинив мне как можно больше унижения. Я была достаточно хорошей актрисой, чтобы заплакать и выглядеть совершенно сломленной. После этого мы будем квиты. Я была ему должна это. Мои чувства останутся невредимыми.

OceanofPDF.com

Глава пятнадцатая

OceanofPDF.com

Алессандро

Я не планировала держаться подальше от Джии все выходные, но так получилось, и это пошло ей на пользу. Она, конечно, злилась, но потом успокаивалась. Моя компания приехала ко мне в общежитие, как только сняли карантин, и мы провели время, разрабатывая стратегию. Мы знали, что конфликт с Маттео еще не закончился.

«А как насчет проживания за пределами кампуса и совсем за городом?» — спросил Андре.

«Если никто не будет говорить, они никогда не смогут это доказать».

«Вы доверяете его команде, что они будут молчать, если я его убью? Каждый из них почти так же плох, как и он».

«Это командная драка», — вмешался Марино. «Мы закончим её командной дракой».

«Не все причастные к этому смогут закончить учёбу, по крайней мере, в этом году. Я не вернусь, так что для меня это смертный приговор, но меня уже тошнит от этого ублюдка».

«Каждый из вас должен принять решение». Такова была моя позиция, и если бы моя команда меня не поддержала, я бы действовал в одиночку.

«Как будто нас здесь нет, ублюдок», — сказал Лоренцо. «Выпускной — это всего лишь лист бумаги, и он ничего не изменит, когда я уйду».

«Я согласен».

"Согласованный."

«Я тебя поддержу».

Я оглядел свою команду. Наши отношения выйдут далеко за рамки того, что мы здесь установили. Они будут в списке тех, кому я доверяю, до определённой степени. Именно для этого и была создана школа. Это даст нам более прочную опору в мире, который мы захватим.

«Сколько отцов нас убьют?» — спросил Марино, потому что он был наглым.

Мы все подняли руки, как чертовы маленькие дети, а потом начали смеяться. Когда смех утих, мы вернулись к разработке стратегии.

«А как же тут замешана эта сучка Росси?» — спросил Лоренцо. «Эй, эй»,

— сказал он и поднял руки, заметив мой взгляд.

«Джиа моя. Она неприкосновенна, и я разберусь с мисс Росси. Она здесь ни при чем».

«Понял», — сказал он, опуская руки.

Я понятия не имел, что делать с Джией. Мне хотелось немедленно задушить Лоренцо за то, что он назвал её сукой Росси, и я едва скрывал это от своей команды. Месть затмевали мысли о бесконечном сексе, и мне нужно было сосредоточиться на более важных вещах.

«Парами», — сказал Марино.

«Да, мы выходим парами», — добавил я к его комментарию. «Никто не один. Я не знаю, когда Маттео вернется в школу, но нам нужно быть готовыми к встрече с его командой сейчас, а также к встрече с Маттео, когда он вернется».

«Оружие?» — спросил Андрей.

«Монеты, лезвия, всё, что попадётся под руку. Использовать только если они вооружены», — сказал я им.

Я встал и повернулся лицом к своей команде. Им нужно было понять суровую правду.

«О событиях двадцатилетней давности ходят лишь слухи, и мы никогда не узнаем наверняка. Семьи Дамиано, которая стала причиной всех этих неприятностей, больше нет. Это факт. Мы не можем нападать, пока они сами не придут за нами. Мы не можем усиливать применение оружия. Это ужасно, но последствия гораздо серьезнее, чем просто встреча с отцами. Если кто-то погибнет, наши семьи заплатят. Понятно?»

«Да», — согласились они.


****

Джиа вошла в Wired Youth на несколько минут позже обычного. Я подождал у нашего столика. Увидев меня, она снова остановилась. Затем подошла ближе и села напротив меня.


«Я удивлена вас видеть», — сказала она.

«Почему?» — я постарался сохранить в голосе наглый оттенок.

Сегодня утром она выглядела просто потрясающе. Меня не волновало, что на ней форма. Мне нравилось, как она ей идет. С ее чертами лица слово «милая» даже не ассоциировалось бы с ней. Форма добавила ей очарования, и ей бы это ужасно не понравилось, если бы я ей об этом сказала.

Она огляделась. Студентов было немного больше, чем в то утро. Они украдкой поглядывали на нас, не глядя прямо в глаза.

Она снова посмотрела мне в глаза, и я заметил перемену. Ее лицо слегка изменилось, челюсть расслабилась, а брови нахмурились. Если не присматриваться к ее глазам, она становилась совершенно другим человеком. А еще она была чертовски потрясающей.

«Ну, вы же знаете», — наконец ответила она, пожав плечами. — «Унижение гораздо приятнее, когда его устраивает большая аудитория».

«Иди сюда». Я положил руку на сиденье рядом со мной.

«Пошёл ты нахуй». Её глаза оставались мягкими, безразличными, и даже тон её голоса был другим.

«Джиа. Иди сюда». Я смягчила голос, чувствуя себя неловко, и если это не было проявлением слабости, то я не знала, что это такое.

Я подумал, что мне придётся поднять её, чтобы посадить на стул рядом со своим. Я взял её за руку, которая лежала на столе.

Она улыбнулась. Улыбка выглядела искренней, без тени враждебности. Она встала, моя рука была в её, и мы поменялись местами. Я подождал две секунды, прежде чем обнять её и поцеловать. Она не смогла скрыть удивления и продолжила играть свою роль. Мой язык скользнул по её губам, и она ответила взаимностью.

Поцелуи с Джией оказались совсем не тем, чего я ожидал. Ей нравилось целоваться, и если бы мы не были на стыке первокурсников и второкурсников, я бы, возможно, дал ей больше того, чего она хотела. Я обманывал себя. Даже с третьекурсниками и старшекурсниками я хотел, чтобы Джиа Росси была только моей, без посторонних глаз. Я отстранился.

«Мы пара, и все в Рочестере об этом знают. Это подвергает тебя опасности. Марино проследил за тобой сегодня утром. С этого дня ты никуда не пойдешь один. Понятно ?»

Она посмотрела на меня, ее мысли были полны неуверенности. Я не хотела ее расстраивать, и это меня очень огорчало. К тому же, я понятия не имела, откуда взялось это защитное отношение.

«Отпусти меня. Я дала тебе то, что ты хотела». В ее глазах читалась отчаянная мольба, и я не собиралась сдаваться, потому что не могла.

Я прижал её грудь к своей ещё сильнее и посмотрел на неё сверху вниз.

«Если бы мне нужна была только твоя девственность, я бы забрал её в первый же день». Это была отвратительная фраза, и замешательство на её лице сменилось гневом, как я и предвидел. «Ты никуда не пойдёшь один, даже с девочками».

ванная комната.

Она перестала пытаться быстро выкрутиться. Это то, что я в ней восхищала. Она взвесила все варианты и составила план, которого придерживалась. Теперь на меня смотрели глаза Джии, а не тот образ, который ей был нужен, чтобы пережить эту встречу.

Теперь в ее глазах читалась боль. Ее слова изменили то, что, как мне казалось, я видел.

«Я не влюблюсь в тебя, Алессандро Брамбилла, но ты можешь влюбиться в меня, так что береги своё сердце».

«Il mio tesoro, you should have been know by now, I don't have a heart. I'll see you at school.»

Я оставил ей кофе и вышел.

Возможно, я испытываю к мисс Росси наполовину симпатию, а наполовину — страсть. Но она никогда об этом не узнает. Она ожидала моего холодного сердца, и я оправдал её ожидания. Так ей будет безопаснее, и это было единственное, что имело значение.

Изменение моих чувств к мисс Росси было совершенно непонятным, и, как всегда, мне было все равно. Наша близость пробудила во мне защитные инстинкты, и, вероятно, так было бы с любой девушкой, оказавшейся в опасности из-за моих отношений.

Я бы повторял себе это до тех пор, пока у меня не отвалились бы яички, потому что в противном случае я бы сошел с ума.

Марино остался и дождался, пока Джиа уйдет, последовав за ней в общежитие.

«Тебе действительно нужно продолжать с ней издеваться?» — спросил Марино, вернувшись.

Меня охватило неприятное чувство в животе. Мне нужно было быстро привести мысли в порядок. Марино никогда не осмелится вторгнуться на мою территорию. Он просто питал к ней слабость. Черт возьми, он питал слабость ко всем неудачникам в этой проклятой школе.

«Теперь Маттео придет за ней. Она не сможет противостоять ему в одиночку».

«Вы делаете это, чтобы обеспечить её безопасность?» — скептически спросил он.

Я фыркнул от смеха.

«И чтобы трахнуть её до потери сознания. Не забудьте про этот побочный эффект».

«Ты проживешь всю жизнь, когда ее отец узнает об этом».

Мои мысли обратились к мисс Росси, обнаженной и стонущей. Я улыбнулся.

«До этого момента я буду наслаждаться каждой секундой».

Когда я вошел в главное здание с Марино за спиной, я не увидел Джию. Я подошел к ее шкафчику и увидел, как она разговаривает с Марией. Увидев выражение лица Марии, Джия повернулась, я обхватил ее шею и быстро поцеловал, но мне бы хотелось, чтобы поцелуй длился час или около того. Мне нужно было как можно скорее возбудиться в мисс Росси. Одного глотка определенно было недостаточно, и я был дураком, что не навестил ее вчера.

«С этого момента вы с Марией будете обедать за моим столиком. Не злите меня».

Я ушёл, не дождавшись её ответа. Мне нравилось держать её в напряжении. Чёрт возьми, мне нравилось держать в таком состоянии всю чёртову школу.

Команды Маттео здесь не было. Их отстранили на неделю за поддержку. Зато за мной наблюдал Латерца. У него были огромные яйца для первокурсника. А ещё у него была большая команда. Хотя он был ещё совсем молод, я не горела желанием с ним связываться. Он не был таким глупым, как Маттео. Нет, Латерца разрабатывал стратегии так же, как и я. Он следил за всем происходящим и обдумывал свои планы, прежде чем их реализовывать.

У него был ещё и чокнутый сосед по комнате, который мог бы посоперничать с Марино. Этот ублюдок напоминал мне кровожадного тигра-людоеда. Он и Латерца были опасны, но у меня было больше лет, чтобы отточить своё мастерство в создании опасностей, и они падут, если встанут против меня.

Джиа вошла в зал на четвёртый урок, демонстрируя свой образ роковой женщины во всей красе.

Перед началом урока она села мне на колени и поиграла с моими волосами. Я позволил ей это, хотя это было немного нелепо. Наблюдать за её игрой было интереснее, чем выводить её из роли. Когда начался урок, она нежно поцеловала меня в губы и села на стул. Мистер Калеб бросил на меня суровый взгляд.

Я немного извивался только из-за своего чертовски стоячего члена.

Джиа выполнила все указания во время обеда, оставаясь в том же образе, хотя я так и не смогла понять, кто она сегодня.

Данте Латерца держался подальше, и на этой неделе все было спокойно. Джиа отказалась от секса из-за менструальных болей, и я ее простил. Были ли это боли? Я не знал, но будь я проклят, если буду вмешиваться в менструальный цикл девушки или указывать ей на это. Я был идиотом, но знал, что никогда не переступлю эту черту.

Одна из сотрудниц ресепшена в пятницу утром внесла сумятицу. Она была симпатичная и совсем не похожа на Джию. Во-первых, она слишком много хихикала. Джия подошла, когда та девушка приглашала меня на вечеринку. Она трогала мою рубашку, как будто я принадлежал ей, и я уже собирался убрать её руку и поставить её на место. Но ради Джии я не сделал ни того, ни другого.

«Простите», — сказала Джиа жестким голосом, ее взгляд прожигал глаза рецепторши. «Если вы хотите сохранить свои пальцы, уберите их от моего парня».

Джиа стояла на своем и в полной мере одарила бедную девушку своим стервозным взглядом в стиле Росси.

Девушка отступила назад, ее взгляд метался между нами.

Я с трудом сдержала улыбку. Джиа ушла, не глядя мне в глаза, сжав кулаки, словно ей хотелось ударить себя, меня или, может быть, нас обеих.

«Приведи её, если хочешь», — дрожащим голосом сказала девушка и поспешно ушла.

Да, мисс Росси сделала жизнь интересной.

OceanofPDF.com

Глава шестнадцатая

OceanofPDF.com

Джиа

Маттео разрешили вернуться на следующие выходные. Мария пришла в воскресенье утром с сплетнями и кофе. Это был приятный перерыв, пока он и его команда находились на самоизоляции. Мария понятия не имела, куда увезли Маттео, и казалось маловероятным, что его через неделю увезли обратно в Италию, а затем в школу. Как и в случае с другими секретами Рочестера, мы бы ничего не узнали, если бы Маттео не рассказал, а это было маловероятно. Даже для такого придурка, как он, здесь действовал строгий кодекс молчания.

Алессандро был одновременно приятным и полным придурком. Я держала его подальше, говоря правду, но продлила встречу на два дня, чтобы избежать выходных.

Когда придёт время, и я больше никогда не буду с ним спать, я с этим справлюсь. Возможно, я не выдержу ещё одного секса, даже зная, что мне не удастся от него убежать.

«Пойдешь сегодня вечером ко мне в комнату?» — прошептал он, прежде чем я после обеда отправился на следующее занятие.

В его голосе звучали обещания, а другая его рука скользнула по моей груди. Я была не такой уж и сильной, и вдобавок ко всему, после месячных меня всегда охватывало сильное сексуальное возбуждение.

Я постучала в его дверь, и Марино открыл. Его компания курила травку и просто наблюдала, как Марино впустил меня. Алессандро, похожий на греческого бога — и простите меня всем итальянцам, но это так. Его джинсы висели низко, а обтягивающая черная водолазка прилегала к его мускулам. Он был босиком и сексуальнее, чем я помнила. Не сказав ни слова своим друзьям, он схватил меня за руку и повел в свою комнату.

Это было неловко, и ему было все равно. Я принадлежала ему, и его команда это знала. Может, это я опоздала на вечеринку.

Оказавшись в его комнате, он отпустил мою руку и прижал меня к себе, его губы были всего в одном шаге от моих.

«Надеюсь, вы планируете остаться на ночь», — сказал он и просунул руку мне под рубашку.

«Сейчас будний вечер, и ты же знаешь, что я не могу. У меня есть два часа». Да, это прозвучало сдавленно.

Другой рукой он расстегнул мои джинсы и оттеснил меня назад, пока мои ноги не коснулись кровати, и я не упала. Он просто стоял надо мной с горящими глазами и выражением лица, которое говорило, что я — всё, чего он хочет. Так было и в первый раз. Наверное, единственный раз, и я хотела этого так же сильно, как и тогда.

«Сними рубашку, оставь бюстгальтер».

Я сглотнула и слегка приподнялась, чтобы снять его через голову. Его руки сняли с меня туфли и носки, а затем джинсы. На мне было белое нижнее белье с маленькими черными бантиками, которые сочетались с бантиками на бюстгальтере. Судя по его рычанию, он одобрил это. Он резко взмахнул рубашкой над головой и сбросил джинсы.

«Ты уверена, что еще не влюбилась в меня?» — удивленно спросил он.

Я покачала головой, слишком возбужденная, чтобы ответить сразу.

«Тогда мне нужно будет немного больше поработать».

Он схватил меня за ноги и перевернул. Всё произошло так быстро, что я тихонько взвизгнула. Он поцеловал меня в заднюю часть колена, и я чуть не умерла от умиления. Его губы ласкали меня медленными, нежными поцелуями, его руки мягко скользили по моему телу. Он зубами потянул за пояс трусиков и отпустил их, не снимая. Он поцеловал меня в спину и провел руками по бокам. Мое дыхание участилось, пока я ждала следующего поцелуя, следующего прикосновения.

Иногда я получала то, чего хотела, а иногда меня обдувал теплый воздух.

Алессандро Брамбилла должен быть незаконным.

Он расстегнул мой бюстгальтер еще одним поцелуем, затем спустил мои трусики до колен. Я попыталась перевернуться, но он не позволил. Он схватил меня за волосы и поднял, я отвернулась от него и встала на четвереньки. Его тело оказалось поверх моего, и его член коснулся моего входа. Он надел презертив, отодвинул меня назад, немного изменив положение, и вошел внутрь.

Я ахнула.

Он вытащил, не залезая до конца, и снова залез.

Я застонала.

Он двигался медленно и размеренно, не отдавая мне всего себя, что сводило меня с ума, и когда я пыталась его ускорить, он не позволял. Я сдалась и просто приняла это. Это было восхитительно. Я была так близка к оргазму, но он вытащил член и тихонько усмехнулся, когда я громко застонала в его одеяло. Он снова начал, эти долгие скольжения, от которых меня трясло.

В конце концов, он не смог себя контролировать и жестко меня трахнул. Я оттолкнулась от него, наслаждаясь тем, что он делал с моим телом. Его дыхание участилось.

Он ущипнул меня за соски, после того как сорвал с меня бюстгальтер, зацепившийся за руку. Я не знала, что такое может случиться, и наконец поняла, почему мне было невозможно держаться от него подальше.

Он схватил меня за волосы, прижался грудью к моей спине со стоном, покусывая шею и не отпуская. Я закричала, и мне было все равно, услышит ли это кто-нибудь. Как он мог так легко это сделать? Я была разбита. Каждое ощущение вибрировало по моей коже, сосредоточившись между бедрами.

Я рухнула вперед, Алессандро оказался сверху, и я, не в силах дышать, постучала рукой по матрасу. Он скатился вниз и положил руку мне на ягодицы, пока его дыхание не нормализовалось.

«Никогда не думал, что скажу это, но я скучал по тебе». В его голосе звучало настоящее удивление.

«У тебя самые лучшие разговоры после секса; надеюсь, ты это знаешь?» — лениво спросила я.

Он шлёпнул меня по ягодицам и начал щекотать.

«Прекрати!» — закричала я, смеясь, потому что он не хотел останавливаться.

Наконец его взгляд встретился с моим, и он поцеловал меня. Как я могла не влюбиться в него? Неужели он так обращался со всеми девушками, с которыми спал?

Мария сказала мне, что слухов о нем и рецепсах, да и о принцессах в целом, было немного. Казалось, все знали, с кем он спал, но сплетни исходили от девушек, а не от его хвастовства. Мне это показалось странным.

Я не знала, как реагировать. Он постоянно меня сбивал с толку. Неужели я действительно его девушка? Сегодня я высказала это той стерве, которая стояла слишком близко и трогала его. Ей повезло, что я не повалила её на землю и не разбила ей губы. Алессандро ничего об этом не сказал и не запретил мне называть его своим парнем. Он держал меня в постоянном состоянии неопределенности.

Было ли это всё частью его плана мести? Я просто не знала, да и волновало ли меня это на самом деле?

У нас снова был секс. Каждый раз было лучше и по-разному. Он ласкал меня и трахал меня жестко в равной степени. Я заснула в его постели, в его объятиях. Проснулась через несколько часов и бросилась искать свою одежду.

«Вернись сюда», — сонно произнес он.

«У меня большие проблемы. Вы даже не представляете».

«Ты не пойдешь обратно в общежитие одна».

Он встал и схватил свою одежду. Сделает ли он когда-нибудь то, чего я от него ожидала?

Мы вышли из комнаты, и он огляделся.

«Я подумал, что ребята сегодня переночуют здесь», — сказал он и подошёл к двери комнаты, принадлежавшей Марино. Дверь была приоткрыта, он заглянул внутрь и покачал головой. «Моя команда затеяла что-то недоброе и ушла без меня». Он сказал это с улыбкой, ничуть не сердясь.

Он подошёл и поцеловал меня.

«С тобой мне было гораздо приятнее».

Что я мог сделать? Как я отреагировал на доброго Сана?

Он держал меня за руку, пока мы шли. Это казалось таким естественным. Я знала, что там камеры, и персонал поймет, что я нахожусь вне дома после комендантского часа.

Сан, казалось, не был обеспокоен. Он поцеловал меня у двери и, как только я вошла, неторопливо удалился.

Я не хотела будить Марию, поэтому не включала свет, пока не споткнулась о что-то по дороге в свою комнату. Ничего не должно было лежать посреди пола. Я споткнулась и попыталась разглядеть, что это в темноте.

«Черт возьми», — прошептал я и нашел выключатель света.

«О боже мой», — воскликнула я, прикрыла рот руками и подбежала к Марии.

Я споткнулся о её туфлю, которой не было на ноге. Она лежала в нескольких футах от меня, перед диваном. Она была вся в крови и не двигалась.

Я оглядел комнату. Тот, кто это сделал, вполне мог быть здесь.

Мария не издала ни звука, и я понял, что она, возможно, не дышит.

Я тут же забыл о том, что кто-то еще здесь. Я упал на колени и схватил ее за руку. Ее пальцы были опухшими и деформированными. Наконец я увидел, как поднялась ее грудь, или мне показалось, что поднялась. Она была вся в крови, и я боялся дотронуться до нее. В голове крутилась мысль о мобильном телефоне. Мне следовало уже позвонить за помощью.

Я забежала в свою комнату и схватила карточку с тумбочки. Дрожащими пальцами я нажала на цифры и ошиблась. Потребовалось три попытки, и к тому моменту, когда звонок наконец состоялся, я уже рыдала.

«Мне нужна помощь. То есть, моей подруге нужна помощь; ей больно», — отчаянно сказала я, когда мистер Ксавье ответил.

«Ей нужна скорая помощь?» — спросил он.

«Да». Я заплакала еще сильнее.

«Где вы находитесь и в безопасности ли вы?»

Я огляделась, потом снова посмотрела на свою подругу. У нее было опухшее лицо, и она совсем не была похожа на Марию.

«Я в своей комнате в общежитии и не уверена».

«Открывайте дверь только мистеру Калебу, понятно?»

"Да."

Связь оборвалась, и я легла рядом со своей подругой. Я была всего в нескольких сантиметрах от нее и боялась прикоснуться. Каждый ее вдох я делала вместе с ней. Наша дружба и прошлое заполнили мои мысли. Я не могла потерять ее. Она была солнцем в моем темном мире. Она никогда меня не подводила и не заставляла чувствовать себя виноватой за то, что я старалась держать ее при себе. Она была моей спасительной нитью с тех пор, как я приехала сюда. Мои секреты были ее секретами, и она была единственным человеком в мире, которому я по-настоящему доверяла. Даже мой отец был ниже Марии в этом списке. Я была его стеклянной принцессой, и он всегда относился ко мне соответственно, никогда не считал меня сильной. С Марией я была на равных. Слезы текли по моему лицу, и все, что я могла делать, это молиться, чтобы она выжила.

OceanofPDF.com

Глава семнадцатая

OceanofPDF.com

Джиа

Раздался стук. Прошло, наверное, не больше десяти минут, но Мария не двигалась, и я не знала, что делать. Она всё ещё дышала.

«Мисс Росси», — сказал мистер Калеб с другой стороны двери, и я вскочила.

Он вошел, а за ним следовала школьная медсестра с сумкой. Я осталась позади, когда медсестра опустилась на колени, чтобы осмотреть Марию.

«Вы проверили свои комнаты?»

"Нет."

С тех пор как я закончил разговор с мистером Ксавьером, я ни разу не подумал об опасности. Глупо, да и сейчас мне было все равно.

Мистер Калеб ушел и проверил общежитие. Я даже слышала, как он открывал наши шкафы и ванные. Мария все еще не двигалась. Медсестра достала из сумки картонную конструкцию и начала сгибать ее, пока она не приняла форму опоры для шеи. Она надела ее на Марию.

«Скорая помощь уже в пути», — сказала она мне. «Я стабилизировала ей шею и собираюсь начать внутривенное введение жидкости. Вы нашли её в таком состоянии?»

«Да, мэм. Я был…» Я замолчал и понял, что неважно, в какие неприятности я попаду, я должен сказать правду.

Мистер Калеб вернулся в комнату, и это тоже не имело значения.

«Я была с Алессандро в его комнате в общежитии. Он проводил меня до дома, а потом ушел».

Мои мысли метались. Кто мог это сделать?

Медсестра поставила капельницу, пока мы ждали скорую помощь.

Мистер Калеб ничего не сказал. Наконец приехали медики, и всё произошло очень быстро. Марию вывезли на каталке, и к этому времени студенты уже выглядывали из своих комнат, чтобы посмотреть, что происходит. Я хотел пойти с ней, но мистер Калеб сказал, что я не могу.

Я сидела на диване, совершенно обессиленная. Слезы текли по моим щекам, и я даже не стала их вытирать. В дверь постучали, и мистер Калеб открыл. Вошёл мистер Ксавье, а мистер Калеб вышел.

Я смотрела на него, мои губы дрожали.

Он подошел и обнял меня своими большими руками, притянув к себе в укрытие своего темного пиджака. Их тепло дало мне чувство защищенности, которого я никогда не ожидала. Я расплакалась. Когда я всхлипнула, он достал платок и протянул мне. Его руки были крепкими и поддерживающими. Я никогда не связывала эти два чувства с ним, но я приняла предложенное им утешение.

«Важно, чтобы я задавал вам вопросы, и важно, чтобы вы говорили мне правду».

«Не буду врать», — пообещал я.

«Где вы были, когда на мисс Греко напали?»

Я этого ожидала и заранее решила рассказать всю правду. Это убило бы моего отца, но кто-то причинил боль Марии, и мне было все равно.

«Я был с Алессандро Брамбиллой в его комнате в общежитии».

Он даже бровью не поднял.

«Кто ещё там был?»

«Его команда была там, когда я приехал». Я покраснел и всё равно это сказал.

«Я всё это время жил в комнате Алессандро».

«Они были там, когда вы уходили?»

Черт, Марино и команда исчезли. Я не знал, что сказать.

Мог ли Марино это сделать? Действительно ли это была моя месть? Он бы сделал все ради Алессандро.

«Мисс Росси?»

«Когда мы вышли из комнаты, Марино и остальные уже ушли».

Алессандро сказал, что без него они затевают что-то нехорошее. О Боже. Алессандро меня ненавидит». Я заплакала еще сильнее.

Он меня не ненавидел, или, по крайней мере, я так думала. Кто знает? Мария пострадала из-за меня. Это была моя вина.

«Мне нужно позвонить, а тебе нужно оставаться в своей комнате».

Мобильная связь отключена, чтобы замедлить распространение информации, пока мы не убедимся в безопасности всех студентов. Это полная блокировка. Один из преподавателей останется с вами в комнате, а в течение часа у вашего общежития будет дежурить охранник. Оставайтесь на месте, и я скоро вернусь.

Он запер входную дверь, а затем закрыл её за собой. Я не могла позвонить Алессандро. Я даже не могла позвонить отцу. Меня начало трясти, и это не прекращалось. Я подошла к двери, когда кто-то постучал, но не открыла, пока не заговорил мой любимый учитель.

«Это мисс Бьянки».

Я впустил её, и она тоже обняла меня.

«Прости, что плакала», — наконец сказала я, и она проводила меня к дивану.

«Вы слышали что-нибудь новое о Марии?» — спросил я, сев.

«Пока никаких новостей. Возможно, пройдет некоторое время. Полагаю, ее эвакуировали по воздуху». Мы были в двух часах езды от города. Это было логично. «Она дышала».

Это же хорошо, правда?

«Да, это хорошо», — сказала она, чтобы успокоить меня.

Я знала, что это не так. Мой друг серьёзно пострадал.

«Почему бы тебе не принять душ? Я постучу в твою дверь, если узнаю что-нибудь».

Душ. Наверное, от меня пахло сексом, и мне было все равно, но кому-то это могло быть важно. Душ был хорошим местом, чтобы продолжить плакать. Неужели Алессандро действительно отомстит Марии за мою ошибку? Я просто не представляла себе этого. Если план состоял в том, чтобы Марино причинил ей вред, зачем Алессандро упоминал о его отсутствии? Он бы обеспечил своему другу безупречное алиби. Но тогда и его команда поступила бы так же. Они могли бы сказать, что были в одном из своих общежитий.

Я был измотан и одновременно бодрствовал. Это была бы идеальная месть, потому что причинить боль другу было хуже, чем причинить боль себе.

Дверь не хлопнула, и я вышла в удобной пижаме и с подушкой в руках. Мне не хотелось оставаться в своей комнате одной.

Мисс Бьянки пользовалась телефоном, а это означало, что у персонала был доступ. Я понятия не имею, как им это удалось, но им это удалось.

Завершив разговор, мисс Бьянки внимательно посмотрела на меня.

«Мисс Греко была доставлена вертолетом в городской центр неотложной помощи».

Были вызваны эксперты, и с ее отцом связались, а также с вашим отцом.

«Отец меня заберет?»

Она покачала головой.

«Никто не будет приходить на территорию кампуса или покидать его до завершения расследования. Ваш отец знает об этом, и ему гарантировано, что вы в надежных руках. Если хотите позвонить ему, можете воспользоваться моим телефоном».

«Он знает об Алессандро?» — спросил я.

По выражению её лица я понял ответ ещё до того, как она его произнесла.

«Ваш отец располагает всей необходимой информацией. Мне очень жаль».

Что бы он сделал с Алессандро?

Что бы я без него делала?

OceanofPDF.com

Глава восемнадцатая

OceanofPDF.com

Алессандро

Когда я вернулась в свою комнату, мне стало одиноко, и если это не было влечением к женщинам, то я не знала, что это. Дверь Марино была закрыта, поэтому я собиралась расспросить его о его злоключениях по утрам. Измученная, я рухнула в постель и продолжила думать о Джии.

Я отказался играть в игру «а что если». Я не мог насытиться ею, и меня бесило, что я потратил впустую три чертовых года. У меня были к ней чувства, и это тоже меня бесило. Мои мысли путались между местью, похотью и чем-то еще, что я не мог определить. Это было плохо. У нас двоих не было будущего. Это я знал наверняка.

Спустя некоторое время раздался стук в дверь, и я, спотыкаясь, выскочил из своей комнаты и распахнул дверь.

Мистер Ксавье стоял там. Я мгновенно проснулся. Это был не дружеский визит, и я насторожился.

«Я здесь ради господина Риччи», — сказал господин Ксавье.

Ксавье был в своем обычном костюме, его взгляд был жестким, бесстрастным. Я заметил, что он не сказал «поговори с Марино».

«Я не смогу тебя остановить», — сказал я и отступил назад.

Чёртов Марино сам навлёк на себя неприятности без моего участия, и приводить сюда Ксавье в такое время утра было ужасно. Мне буквально ничего не оставалось, кроме как молчать.

«Мистер Брамбилла, идите в свою комнату и оставайтесь там, пока я вас не допрошу».

«Что за хрень?»

Ксавье подошел ближе. Его взгляд изменился. В нем читалась ярость, которая не предвещала ничего хорошего, и, признаюсь, это было чертовски страшно. До сих пор я не понимал, о чем думает этот человек. Он хотел кого-то убить.

Я зашёл в свою комнату и захлопнул, блядь, дверь.

Черт возьми, Марино. Я попробовал позвонить по телефону. Нас полностью заперли, и я швырнул его через всю комнату.

Я ходил взад-вперед.

Я пришла в ярость.

Я ударил кулаком по дверце своего шкафа, отчего только ушиб руку.

Прошёл целый час, прежде чем мистер Ксавье постучал в мою дверь.

Я распахнул его.

«Давно пора», — прорычал я.

Я последовал за ним в нашу гостиную. Дверь Марино была закрыта.

«Его здесь нет», — сказал Ксавье.

"Где он?"

«Пока это вас не касается. У меня есть вопросы».

«К черту ваши вопросы!» Я встал, и он тоже.

«Я ничего не скажу, пока не поговорю с Марино».

Я не видела, чтобы он двигался, но, возможно, моргнула. Я посмотрела на Ксавье с пола, и у меня заболела челюсть. Он использовал какой-то приём, чтобы сбить меня с ног, и нанёс хороший удар, который меня тоже оглушил.

«У меня нет времени на пустую болтовню, мистер Брамбилла. Я нужен в другом месте. У меня есть вопросы, и вы на них ответите».

Трахни меня.

Я встал и снова сел на диван.

«Где вы были прошлой ночью, между восемью и двумя часами утра?»

"Здесь."

«Кто был здесь с вами?»

Ебать.

«Марино и моя команда», — я быстро перечислил их имена.

Он смотрел на меня и ждал. Я не назвала ему имя, которое он явно хотел.

«Ты хоть раз выходила из общежития?» — спросил он минуту спустя, заставив меня понервничать все шестьдесят секунд.

Это была полная чушь. Он знал ответы на эти вопросы. Он, блядь, знал, и я не помогал ни ей, ни Марино.

«Я проводил Джию Росси до её комнаты в общежитии в два часа. Она играла со мной и парнями в видеоигры и уснула». Я не понимал, почему я её защищаю.

«Мистер Брамбилла, хватит нести чушь. Где вы и мисс Росси были весь вечер?»

«Моя комната». К чёрту его и ту чушь, на которую он наехал.

«Мистер Риччи был здесь в два часа, когда вы провожали мисс Росси домой?»

«Нет». Это прозвучало так же агрессивно, как и мои чувства.

Я бы прикончил этого ублюдка, если бы у меня была такая возможность.

«Вы знаете, где он был в два часа?»

Я глубоко вздохнула. Мой настрой не работал. Я была известна своими стратегическими способностями, но так и не применила их на практике.

«Послушай», — сказала я, раскинув руки в стороны, когда в моем голосе уже не было агрессии. — «Я знаю, что что бы ни случилось, это ужасно. Я понятия не имею, что это, и ты зря тратишь время. Я совершенно ничего не знаю. Я бы хотела позвонить отцу».

Si dice sempre il lupo più grande che non è, подумал я про себя. Фактический перевод не имел смысла, но я выучил это по-итальянски ещё в детстве, когда мой отец был у меня на коленях. Немного соврать, возможно, сделает историю лучше .

Ничего не вышло, и я сдался, Джиа. Эта сволочь всегда была на шаг впереди меня.

«Ваш отец сейчас недоступен для общения с вами. Академия полностью закрыта. Родители уведомлены. Я провожу расследование, а вы не отвечаете на мои вопросы».

Это было плохо.

Очень плохо.

«Вы знаете, где был мистер Риччи сегодня утром, когда вы провожали мисс Росси домой?»

«Я понятия не имею. Не могли бы вы объяснить, что происходит?»

Я чувствовала себя беспомощной, и такого чувства я не испытывала с тех пор, как потеряла мать.

«Несколько часов назад Мария Греко подверглась нападению и получила серьезные травмы».

Она находится на операции.

У меня остановилось сердце.

«Где Джиа?»

«Мисс Росси в безопасности. Речь идёт о мистере Риччи».

«Он бы ей не причинил вреда. Он никогда бы не причинил вреда женщине. Я знаю его лучше, чем кто-либо другой. Он бы этого не сделал».

Я была в отчаянии. Они думали, что Марино действительно избил Марию. Ксавье просто смотрел, и ни капли враждебности не исчезло с его лица.

«А как же моя команда?» — отчаянно спросил я.

«Затем я допрошу их».

«Ты забрала Марино, не спросив их предварительно? У него будет алиби». Теперь я волновалась.

Мистер Ксавье оглядел меня, выражение его лица слегка изменилось, и мне стало неловко.

«Вы бы солгали, чтобы защитить своего друга?»

Он меня заполучил.

«Да», — резко ответил я.

«Разве ваша команда стала бы лгать?»

"Да."

«Господин Риччи в безопасности. Если он не причастен, то не понесет никаких последствий. Мне известно о том, что произошло между вашей матерью и господином Риччи».

Росси.

Я злобно рассмеялась. У меня скрутило живот.

«Тогда ты единственный, кто это знает», — сказал я. «Моя мать была в машине с мистером Росси и погибла. На этом всё».

«Это ещё не конец».

«Мне плевать, понятно?» Какого черта он вообще заговорил об этом сейчас?

«Вы отомстили мисс Росси, организовав нападение на её подругу?»

«Пошёл ты нахуй, нет». Я посмотрел ему прямо в глаза.

«Спасибо, мистер Брамбилла». Он встал. «Уверен, у меня возникнут ещё вопросы. Ваш доступ на крышу перекрыт. Вы останетесь в своей комнате. Одежда и улики изъяты из комнаты мистера Риччи, и вы можете свободно войти туда. Если вы хотите, чтобы кто-то из персонала переждал с вами период блокировки, это можно организовать».

«Мне совершенно не нужно, чтобы кто-то держал меня за руку».

Он подошел к двери, и мне кое-что пришло в голову.

«Есть ли у кого-нибудь Джиа?»

Он повернулся.

«Да, она не одна». Его глаза слегка прищурились от эмоции, которую я не понимала.

OceanofPDF.com

Глава девятнадцатая

OceanofPDF.com

Алессандро

Я продержалась два часа. Я сходила с ума от беспокойства за Джию. Она подумает, что это сделала я. Она подумает, что моя подруга способна на такое со своими зубами. Мне нужно было ее увидеть.

Я даже не стал пытаться забраться на крышу. Если Ксавье говорил, что она заперта, значит, она была заперта. То, что я сделал, было сложнее, но мы с командой уже делали это раньше на спор. Тогда я не сломал себе шею, и сейчас я буду стараться этого избегать.

В старых зданиях под окнами были трехдюймовые выступы. Надев спортивную обувь, я вылез из окна и огляделся. Солнце еще не показалось над горизонтом, но скоро должно было появиться. Номера для старшекурсников находились на четвертом этаже главного общежития. Мне не нужно было подниматься или спускаться на этажи, достаточно было просто пересечь два здания, каждое со своими проблемами.

Первый переход был через старое дерево. Там была главная ветка, за которую мне пришлось прыгнуть, а затем, используя более слабые ветки, забраться на выступ следующего здания. Кора дерева въедалась в ладони, когда я цеплялся за ветку и раскачивался вверх. Я следовал за веткой, насколько мог, используя более слабые ветки для устойчивости. Я не мог прыгнуть на трехдюймовый выступ, не упав. Мне пришлось сделать боковой прыжок и скользнуть по стене.

Я крепко сжала в кулаке маленькую веточку с листьями и резко вытянула ногу к выступу. Я покачнулась и рванулась вперед, отпустив дерево и прижав руки к зданию.

Следующий переход оказался сложнее. Мне пришлось медленно обходить решетку, раскачиваться на ней и хвататься за решетку с другой стороны. Я надеялся, что умру, если упаду, а не останусь овощем. У моего отца не хватило бы смелости отключить меня от аппарата жизнеобеспечения.

Сейчас или никогда.

Я схватился за решетку у угла здания и, свободно свесившись, опустился вниз. Я медленно скользил по холодному металлу, держась пальцами. Слегка покачиваясь взад-вперед у угла, я отпустил одну руку, пытаясь схватиться за решетку другого здания, но промахнулся и чуть не упал.

Упал. Повиснув на одной руке, я сделал еще один вдох и снова раскачался, на этот раз коснувшись земли и схватившись изо всех сил.

Через секунду я отпустила другую руку и схватила решетку. Она держала, и я подтянулась к подоконнику и медленно обошла окно Джии. Я достаточно часто смотрела на него ночью, когда никого не было рядом, и знала, какое именно. Я легонько постучала, а затем еще раз, когда она не отреагировала. Возможно, ее здесь нет или она не в своей комнате. Я останусь здесь до восхода солнца, чтобы разобраться.

Занавеска отодвинулась, и Джиа уставилась в окно, ее глаза были полны потрясения. Она быстро открыла окно, и я помог ей снять сетку, после чего она запрыгнула внутрь.

«Что ты сделал?» — спросила она, как только я выпрямился.

«Мне нужно было знать, что с тобой всё в порядке». Я не понимал, спрашивает ли она о том, как она сюда добралась, или о том, пострадала ли Мария. «Марино не причинил Марии вреда. Я бы никогда не позволил ему это сделать, и даже если бы позволил, он бы не стал».

Она покачала головой, и у меня сердце упало в пятки.

«Я знаю, что это не так. Это был Маттео», — сказала она самым печальным голосом, который я когда-либо слышала. «Он давно жаждал мести. Я сказала мистеру Ксавьеру, что это, скорее всего, был Маттео, а не Марино или вы».

Черт. Я недооценил ее, и это не первый раз.

«Как дела у Марии?»

Она сломалась, и я обняла её, где ей и место.

«Тсс, всё будет хорошо», — прошептала я, хотя понятия не имела, произойдёт ли это когда-нибудь, чёрт возьми, хоть раз.

Джиа помещалась у меня на руках. Она помещалась в моей жизни. Я просто не принимал её в своё сердце. Теперь принял. С её отцом и моим это было фантазией, но я буду держаться за неё, пока вся эта хрень не уладится.

Пока я держала её на руках, она рассказала мне о том, что случилось с Маттео на первом курсе. Она говорила шёпотом, поэтому я подумала, что кто-то есть в гостиной. Она начала плакать, когда рассказывала о том, как нашла Марию и обо всём, что произошло дальше.

«Мария всегда была рядом со мной, даже когда мы были детьми», — всхлипнула она.

Я понял, потому что у меня был Марино.

«Она заступается за меня и берет на себя столько ответственности, чтобы обеспечить мою безопасность».

Я домосед, а она здесь не получает той жизни, которую должна была бы иметь.

Это из-за меня. Она единственная подруга, которая у меня когда-либо была, и она мне скорее сестра, чем кто-либо ещё.

Всё это было слышно в её голосе. Её боль была всем, что я когда-либо хотел увидеть, и она разбивала мне сердце, а не ожесточала его. Её опухшие красные глаза не приносили мне радости. Её душевная боль была такой же, как и моя.

Меня ужасно расстроило, что я не проводила её внутрь. Надо было это сделать.

Раздался стук, и она подняла палец. Я отошла в сторону, и Джиа слегка приоткрыла дверь.

«Мисс Росси, мистер Брамбилла в вашем номере?» — спросила мисс Бьянки.

Черт. Эта проклятая школа все знала. Я ушел, чтобы Джиа не соврала.

«Поймала меня». Я взяла Джию за руку и заметила Ксавье за спиной учителя.

Он выглядел несчастным.

«Мистер Брамбилла», — сказал он тихим голосом, который убедил меня, что он в ярости.

«Заприте меня, или я найду способ вернуться. Я не чувствую, что Джиа в безопасности, и я никуда не уйду».

Джиа взяла меня за руку, ее рука дрожала, и уставилась на Ксавье. Я не доверяла Маттео и его команде. Он причинил бы вред Джиа, чтобы добраться до меня, а я была для него врагом номер один.

«Как думаешь, кто это сделал?» — удивил меня его вопрос.

«Я согласна с Джией; Маттео бы так поступил, но у меня нет доказательств. Марино мне как девушка, и у него такое сердце, что его просто убьют. Он бы не причинил вреда Марии, даже если бы я ему приказала. Он бы перестал быть моим другом, если бы я попросила его об этом. Да, моя команда защитила бы меня и солгала бы. Я бы тоже солгала, чтобы защитить их, и убила бы, чтобы защитить Марино».

«Мистер Росси не одобрил бы ваше пребывание в этой комнате», — сказал Ксавье, не изменив ни выражения лица, ни тона.

«Тогда позвони ему». Джиа ахнула, и я повернулась к ней и слегка сжала её руку. «Твой друг мог погибнуть. Ты в опасности. Я проникла в твою комнату. Твой отец должен быть в курсе».

Ксавье достал из кармана пиджака свой мобильный, набрал номер на экране и протянул мне. Я никогда раньше не слышал голоса мистера Росси, и когда он ответил, я приготовился и заговорил первым.

«Мистер Росси, это Алессандро Брамбилла. Я с вашей дочерью; сейчас она в безопасности, и мистер Ксавье с нами». Я не хотел, чтобы он подумал, что я звоню с угрозой. «Я не верю, что ваша дочь останется в безопасности. Я не допускал нападения на её подругу, и моя команда тоже бы этого не сделала. Если вы дорожите жизнью своей дочери, вы вернёте её домой. Если вы этого не сделаете, я прошу разрешения остаться в её комнате в общежитии с моей командой, чтобы обеспечить её безопасность».

«Передайте трубку моей дочери». Слова были произнесены тихо, и я понятия не имела, о чём он думает.

Я передала телефон Джии. Ее глаза были такими большими, а пальцы еще сильнее дрожали.

«Привет, папа», — сказала она.

Слезы потекли ручьем, но в ее голосе этого не было слышно.

«Да, папа», — сказала она затем, а потом прислушалась. «Да, папа», — повторила она еще раз, а затем передала телефон Ксавьеру.

Он отошел и вошел в комнату Марии, после чего заговорил.

«Почему бы вам обеим не пройти в гостиную, а я сейчас сварю кофе?» — сказала мисс Бьянки.

Я ходила взад-вперед, а Джиа помогала учительнице найти все необходимое на кухне. Они несли четыре чашки кофе, когда из комнаты Марии вышел Ксавье.

Он сел в кресло напротив дивана, и хотя мне совсем не хотелось садиться, я всё же села. Джиа принесла мне кофе и заняла свободное место рядом со мной. Мисс Бьянки подала Ксавье кофе, и он меня ужасно удивил, сделав глоток перед тем, как заговорить. Я и не думала, что этот человек вообще когда-либо ел, пил или ходил в туалет.

«Отец мисс Росси согласился на ваше присутствие здесь и присутствие вашей команды, хотя и просит вас не оставаться с ней наедине. Мисс Бьянки не останется, и вы будете действовать честно». Он посмотрел на Джию. «И вы тоже. Я не сообщил вашему отцу о его беспокойстве, но уже слишком поздно».

Джиа покраснела.

«Спасибо», — прошептала она.

«Мистер Калеб сейчас же привезет сюда вашу команду. Марино не будет освобожден, пока мы не докажем, что мисс Греко не пострадала от его действий».

Ваша съемочная группа сообщила, что он ушел от них около половины двенадцатого, чтобы вернуться в общежитие. Нам не удалось установить его местонахождение, и он не разговаривает с нами.

В моей голове пронеслось множество мыслей. Что я упустила с Марино? Наверное, он переспал с какой-нибудь собеседницей и...

защищать её. Или принцессу. Это было бы логичнее. Хорошо для Марино, но плохо и для него самого.

Я бы ничего этого не сказала Ксавьеру. Хотя, наверное, он бы и сам догадался. Не думаю, что что-то ускользнуло от его внимания. Он знал меня с самого первого дня, и это чертовски раздражало.

Джиа расслабила руку и глубоко вздохнула рядом со мной.

«Спасибо», — сказала она ему. «Пожалуйста, сообщите нам, как только что-нибудь узнаете».

«Конечно, мисс Росси».

Он ушёл, когда прибыла моя съёмочная группа.

«От этого мужчины у меня яйца сжимаются и катятся к чертям», — сказал Лоренцо после того, как Ксавье ушел.

Даже Джиа рассмеялась.

«Нам нужен план действий», — сказал я команде. «Мне плевать, какое наказание получит Маттео; мы ему отомстим».

Джиа снова улыбнулась.

OceanofPDF.com

Глава двадцатая

OceanofPDF.com

Джиа

Отец был разочарован во мне, и мне было всё равно. С Саном и мистером...

Ксавье стоял там, а я не сказала того, что хотела. Я хотела знать, что случилось с матерью Сана и почему она умерла. Я хотела знать всё, и мне надоело жить с грехами моего отца. Алессандро показал мне, что я не виновата в смерти его матери.

Было странно, что всё происходило на виду у всех. Команда Сана приняла меня как одного из себя, или, по крайней мере, так они это представили. Их забота о Марино была потрясающей. Они мне понравились, хотя я никогда не думал, что они мне понравятся.

«Джиа», — прошептал Сан.

Я не знала, что он подошел ко мне на кухне, где я брала закуски. Я повернулась к нему в объятия.

«Спасибо, что вы здесь», — прошептала я в ответ.

«Когда парни успокоятся, мы с тобой можем пойти в твою комнату. Тебе нужно поспать».

«Я не смогу спать. С тех пор, как Марию отправили на операцию, я ничего о ней не слышала».

«Хорошо, спать тебе не обязательно, но нам, наверное, стоит поговорить».

Нам это было необходимо. Алессандро оказался совсем не таким, каким я его себе представлял. Я бы не сказал, что он был хорошим парнем, но и не совсем плохим. Он заботился о своем друге и своей команде. Он заботился обо мне.

Он помог мне отнести закуски его ребятам.

«Джиа больше не собирается вас обслуживать, придурки. Если вам что-то нужно, найдите это сами. Джиа нужен отдых».

Я догадалась, что мы не будем ждать, пока они успокоятся. Я едва сдержала улыбку. Он взял меня за руку, и я последовала за ним в свою комнату. Забавно, на этот раз мне было совершенно все равно, что они подумают. Сан, поправив одеяло, потянул меня на кровать и обнял.

«Сомневаюсь, что мой отец одобрил бы это».

Он даже усмехнулся.

«И моя тоже». Его пальцы нежно скользнули по коже моей руки. «Мой отец никогда не рассказывал мне, что случилось с моей матерью, кроме того, что это был несчастный случай».

И то, что она была в машине твоего отца. Мое воображение — это все, что у меня есть с десяти лет. Я злилась, что мой отец не поехал за твоим. Я хотела отомстить».

Я не знала, что сказать. Правда была лучшим вариантом.

«Отец мне этого почти ничего не рассказывал, а вот мать рассказывала. Она сказала, чтобы я не держала на него зла, но не объяснила почему. Я люблю её, но чувствовала, что она типичная жена мафиози, которая закрывает на всё глаза».

Алессандро поправил меня так, что мы сидели на кровати, скрестив ноги, лицом друг к другу. Он полез рукой в карман и что-то достал. Две вещи.

Пули, их золотые гильзы блестят.

Меня охватил ужас. Пальцы Сана повернули одну из пуль, и я увидел гравировку.

Джованна .

Пуля, предназначенная для меня.

Мне хотелось убежать. Мне хотелось закричать. Я застыла на месте, мысли метались.

Мне никогда не приходило в голову, что Алессандро меня убьет. Это было глупо. Я жил в мире, где пули ежедневно заливали полы кровью. Убийства были обычным явлением.

Сан показал мне другую пулю.

На могиле было выгравировано полное имя моего отца.

«Твоя пуля не предназначалась для того, чтобы причинить тебе вред». Он уставился на свою руку, его голос звучал отстраненно. «Я уже спланировал месть и мне нужно было лишь, чтобы ты влюбилась в меня и отдала мне свою девственность. Вот тогда я бы и ушел».

Он снова покрутил между пальцами пулю с моим именем, затем положил её и взял другую.

«Это было задумано для твоего отца, и после того, как я передал тебе твою пулю и показал тебе его, я планировал лично всадить ему его пулю между глаз».

Неизвестно, когда именно, но точно известно, что однажды я это сделаю.

Зачем он мне это рассказывал? Это было всё то, чего я боялась с первого дня, как первокурсница, оказавшись в кампусе. Меня дважды вырвало, прежде чем я добралась из общежития до первого занятия. Я даже плакала перед сном за несколько недель до того, как ступила на территорию кампуса. Я ненавидела свою мать за то, что она не стала противостоять моему отцу из-за моего поступления в Рочестер. Страх был настолько реальным. Теперь он стал реальным.

Алессандро продолжал обводить пальцами пулю моего отца. Я не могла понять его выражения лица, когда он смотрел, как имя появляется, а затем исчезает. Я отдала ему свою девственность и влюблялась в него.

Его месть была завершена.

Он взял меня за руку и положил обе пули мне на ладонь, сжав мои пальцы.

«Они ваши».

Мое сердце бешено колотилось, ладони вспотели. Выражение его лица говорило о том, чего я не ожидала.

Ему было не всё равно.

«Нам нужны ответы, Джиа. Эти пули ничего не решат».

Я слишком боялась надеяться.

«Почему вы передумали?» — спросил я.

Он схватил мой кулак с пулями, поднёс его к губам и поцеловал мои костяшки пальцев.

«Возможно, я совсем немного в тебя влюблена».

Я была в полном замешательстве по поводу всего, кроме этого.

«Возможно, я тоже немного в тебя влюблен».

Было приятно чувствовать себя свободным.

Мы лежали вместе, Сан просто обнимал меня. В какой-то момент я задремал, но проснулся от громкого стука в дверь нашей комнаты в общежитии. Алессандро встал и открыл дверь спальни.

Он обернулся, и я увидел его ухмылку.

«Марино». Он вышел из комнаты.

Я слышала, как парни смеялись и шутили. Мне стало грустно. Я ничего не слышала о Марии. Я хотела рассказать ей о том, что только что случилось с Алессандро. Я хотела показать ей пули и доверить все своей лучшей подруге. Я не знала, будет ли у меня когда-нибудь шанс, и мне хотелось обнять ее и сказать, как она важна для меня.

Марино заглянул в комнату.

«Мы можем поговорить?» — спросил он.

Я приподнялась и убрала ноги с кровати, чтобы не лежать.

«Конечно». Я вытерла слезы.

Он сидел на краю кровати. Я слышал, как Сан разговаривал с парнями в соседней комнате.

«Мне очень жаль, что с Марией случилось. Обещаю, это был не я».

Я грустно улыбнулась ему. «Я знаю, что это был не ты».

«Мистер Ксавье велел мне передать вам, что она вышла из операционной и ее состояние стабильно. Она дала ему показания. Это был Маттео».

Мои прежние слезы были вытеснены новыми. Я так боялась, что она умрет. Это случилось потому, что она защитила меня от Маттео на первом курсе. Она всегда была на моей стороне, даже несмотря на то, что эта жизнь была не для нее.

У неё было потрясающее будущее, и отношения со мной могли бы привести к её гибели, как это случилось с моим телохранителем, когда мне было пять лет.

Пришло время мне повзрослеть и стать принцессой, которой я родилась. Мне нужно было встать на ноги и встретить мир лицом к лицу с Росси. Слёзы не переставали литься.

«Сан», — позвал Марино, обняв меня и позволив мне поплакать у него на плече. — «Кажется, твоя девушка без ума от меня, и тебе нужно помочь другу».

Я рассмеялся, отпрянул и ударил его по плечу.

«Ты — придурок».

«Это он. Придурок, который украл мою девушку», — сказал Алессандро из дверного проема, широко улыбаясь.

«Не стоило оставлять меня с ней наедине. Женщины не могут себя контролировать. Это дар, и, к сожалению, у Сан его нет».

Я ударил его подушкой, а он бросил её в Сана.

«С Марией все будет в порядке», — сказала я Сану сквозь затуманенное зрение.

После того, как последнему сказали убираться, он и Марино поменялись местами. Я смогла поплакать в объятиях Алессандро. Когда я наконец успокоилась, он рассказал мне о Маттео.

«Ваша подруга так сильно пнула его в пах, что он не смог её изнасиловать, хотя она сказала, что это был его план. После этого он её избил, и в какой-то момент она потеряла сознание. Это всё, что она помнила. Он сказал ей, что собирается её убить, и она подумала, что всё кончено».

Бедная Мария. Она была совсем одна и, должно быть, очень боялась. Зная ее, она была рада, что меня там нет и он не сможет причинить мне вреда. Мы так долго ждали мести, и он не наносил удара, пока мы не ослабили бдительность.

Маттео был больным ублюдком.

«Что с ним будет?» — спросила я, желая, чтобы это случилось так ужасно, чтобы его крики были слышны за много миль.

«Никто не знает. Вся его команда выдворена из школы».

Они не вернутся.

«Так что отныне он будет лишь слухом».

«Я не буду этому препятствовать. Исключение навсегда — это для него слишком мягкое наказание».

Меня устраивало, что у Сана не будет шанса отомстить. Но одно только это слово вызывало у меня тошноту. Он приподнял мой подбородок.

«Ты моя», — тихо сказал он. «Ни твой отец, ни мой не разлучат нас. Я планирую закончить учёбу и пройти с тобой через церемонию вручения дипломов. Я больше не собираюсь идти по стопам отца. Однажды я займу его место, но мне ещё многому предстоит научиться. Мы докопаемся до истины и разберёмся со всем остальным».

Режим самоизоляции был снят, но мы оставались в моем общежитии. Он заказал пиццу. Марино и компания пробыли там несколько часов, наслаждаясь пиццей и закусками, которые мы с Марией запасли. Они ушли до наступления темноты. Сан остался со мной. Наши телефоны снова были включены, но я не смотрела на свой. Я не была готова общаться с отцом.

Сан обнимал меня всю ночь.

Воскресенье прошло почти так же, пока в полдень мисс Бьянки не постучала в дверь.

«Вы не отвечали на телефонные звонки, и я подумал, что вам может быть интересно узнать новости о мисс Греко».

«Спасибо. Я не знала, к кому обратиться».

«Ее перевели в отдельную палату, и за ночь ее состояние значительно улучшилось. Она пробудет в больнице несколько дней. Вы сможете позвонить ей завтра».

С ней всё будет в порядке.

«Спасибо. Хотите еще пиццы, которая осталась?» У меня больше ничего не было, и я чувствовала, что должна ей что-то.

Она улыбнулась и покачала головой.

«Приятного вам дня», — сказала она перед уходом.

Алессандро прижал меня спиной к своей груди.

«Правила держаться подальше от твоей вагины отменены. Я только об этом и думаю».

То, как он тёрся о мою задницу, это подтвердило. Я рассмеялась и повернулась.

«Думаю, вы неправильно истолковали правила. Мой отец всё равно бы умер, если бы узнал, что мы спим вместе».

«Поверь мне, он знает». В его глазах не было и следа страха, и я не хотела думать о последствиях того, что мы делали.

«Ты ничем не помогаешь», — сказал я ему с лукавой улыбкой.

Он поцеловал меня, и примерно через тридцать секунд у меня перехватило дыхание. Я была слишком доступной.

«Это помогло?» — хрипло спросил он.

«Возможно, тебе стоит попробовать ещё раз. Чувства пока не совсем подходящие». На этот раз я опустилась на цыпочки и поцеловала его.

глухим стуком ударилась о боковую часть двери, что нас рассмешило. Он бросил меня на кровать, когда оказался достаточно близко.

«Я причинил тебе боль, и теперь у меня пропало настроение», — сказал он, глядя на меня щенячьими глазами, отчего я рассмеялась еще больше.

Сан совсем не умел изображать щенка, и это было действительно смешно. Он улыбнулся, прежде чем снять с меня тапочки. Он поцеловал меня в подъем стопы.

«Алессандро?» — спросил я, задыхаясь.

«Джиа», — сказал он, но это был не вопрос, а скорее поцелуй, когда он начал ласкать мою ногу.

«Я хочу сделать тебе минет».

Он об этом не просил. Я не понимал почему, кроме полного отсутствия опыта.

«У меня снова появилось настроение», — сказал он и опустился на колени на кровать.

У него была эрекция, если это вообще возможно. Мне, честно говоря, не с кем было его сравнить, кроме как по фотографиям, но он произвел на меня впечатление.

«Не завышай свои ожидания. Я сама не знаю, что делаю», — нервно сказала я ему.

Сан взял меня за руку и помог встать с кровати. Он разделся на моих глазах.

«Ты точно не прогадаешь, если обхватишь мой член губами», — заверил он меня с хриплым смехом.

"Покажите мне."

Он застонал, а затем сел на край кровати.

«Сними рубашку. Черт возьми, сними все».

Он наблюдал, как я раздевалась. Не имело значения, что на мне была пижама; он заставлял меня чувствовать себя сексуальной. Я опустилась на колени перед ним. Я посмотрела на его член, затем на его лицо.

«Покажи мне», — повторил я.

«Используй свой язык». Его голос звучал сдавленно, и я почувствовала себя хоть немного могущественной.

Держа его за основание, я едва коснулась его. Кожа была шелковисто-гладкой, и даже простое прикосновение не подготовило меня к ощущениям.

Мои губы. На вкус он был как Алессандро. Я наблюдала за его выражением лица, когда снова лизнула его. Его глаза закрылись, и голова откинулась назад. Я сделала так мало. Я слегка сжала его.

«Сильнее», — простонал он.

Я сжала его сильнее. Я провела языком по его телу, чтобы понять, что тронет его больше всего. Я обхватила его ртом, и ему это очень понравилось. Он смотрел мне в глаза, когда мог. Его веки опустились, и на его лице застыло выражение экстаза, и я подарила ему это.

«Не останавливайся», — умолял он, быстрее толкаясь бедрами в мой рот, мои губы скользили по нему, а язык сплетался в танце.

Я осознал свою силу.

Алессандро Брамбилла был моим.

« Боже мой !» — простонал он.

Для этого ему понадобилась бы целая куча молитв "Аве Мария". Я сделала минет, и его бедра снова выгнулись. Я обвела его языком, и он застонал громче.

«Довольно», — наконец сказал он, и это меня поразило.

«Нет». Я снова лизнула его.

Я чувствовала, как он возбуждается, и мне хотелось попробовать это на вкус, но он отстранился от моих губ и кончил мне на грудь, не отрывая взгляда.

Его пальцы опустились вниз и размазали его сперму по моим соскам.

«Я всегда держу свои обещания», — сказал он с озорной, соблазнительной улыбкой, которая заставила меня вспомнить об этом обещании.

Он сказал, что это будет отвратительно, и это была ложь.

Я приложила палец к груди и провела им по соску. Поднесла его ко рту и высосала его вкус.

«Вам нравится пошлость, мисс Росси?»

«Только если это ты».

«Трахни меня», — простонал он, словно испытывая боль.

"Пожалуйста."

OceanofPDF.com

Глава двадцать первая

OceanofPDF.com

Алессандро

Я ушла от Джии поздно вечером, после того как она заверила меня, что не выйдет из своей комнаты. Я провела картой, которую ей дал мистер Ксавье, предварительно введя данные в ее телефон, пока она не смотрела. У меня были с ним дела.

Я позвонила из своей комнаты.

Он был недоволен, но, с другой стороны, я тоже. Я понимал, что играю с огнём, но мне было всё равно. Маттео Романо заслужил возмездие. Выиграть этот спор было непросто.

«Я посмотрю, что смогу сделать, мистер Брамбилла. Если это произойдет, я не буду вмешиваться, независимо от исхода».

«Мне так больше нравится», — сказал я ему.

Разговор закончился. Я подожду. Я был в долгу перед мистером Росси, и мне никогда не удастся его выплатить. Романо так не повезёт.

В понедельник утром я ждала Джию возле её общежития. Перед тем как выйти из своего, я написала ей сообщение, сообщив, что буду ждать, затем оставила телефон и вышла. Она не пойдёт одна, и я останусь рядом с ней, пока Мария не вернётся.

Ученики наблюдали за нами и перешептывались. Спина Джии выпрямилась, и я заметил едва заметные изменения в её поведении. Она посмотрела на меня и улыбнулась. Это была не её улыбка, но она защищалась. Я поцеловал её в щёку у двери, где проходил её первый урок, а затем пошёл в свой класс.

Лоренцо из моей команды сидел рядом со мной. Это был один из двух классов, которые мы делили.

«Как дела у Джии?» — спросил он.

«Лучше. Она сможет поговорить с Марией сегодня вечером».

Занятие началось.

Я незаметно вышла на несколько минут раньше и подождала Джию, когда она выйдет из своей комнаты.

«Со мной все в порядке», — прошептала она.

«Нет, ты моя, и ты не одна».

У нее от удивления отвисла челюсть, а затем она закрыла ее.

Я подождала её после второго и третьего уроков, а затем мы, держась за руки, пошли на четвёртый урок. Мы пришли раньше, но большинство учеников были на месте, за исключением мистера Калеба. Джиа села передо мной, и прежде чем она успела обернуться, Стефи встала и подвинула свою парту ближе к Джии.

«Если кто-нибудь не расскажет мне, что происходит, мне, возможно, придётся похитить учителя и взять его или её в заложники». В её глазах читалась серьёзность.

Насколько мне было известно, она никогда не упоминала Джии о нашем общении или его отсутствии.

«Марию избили, и она в больнице. Это сделал Маттео Романо, и его вместе с сообщниками отстранили от учебы. Обо всем остальном я говорить не могу», — сказала Джиа.

« Porca troia », — сказала она и прикрыла рот рукой. «С Марией все в порядке?»

«Она будет».

"Ты в порядке?"

Стефи оглядела Джию, и Джия кивнула.

«Мне станет лучше, когда Мария вернется в школу».

Стефи повернула голову и посмотрела на меня.

«Мы в хороших отношениях?» — спросила она.

«Просто потрясающе», — сказала я ей.

«Позаботьтесь о Джии, иначе вам не понравится то, что с ней произойдёт».

Я усмехнулся.

«Угрожать?» — самодовольно спросил я.

«Можете мне поверить, блять».

Черт, я совсем упустила из виду Стефи.

Она повернулась к Джии.

«Если он доставит тебе неприятности, мы с моей командой тебя поддержим. Не терпи его выходок».

Она подняла свой стол и оттащила его обратно на место.

Мне нужно было предупредить Марино, чтобы он, если сможет, ухватился за её внимание. Черт. Я посмотрел на Джию. Стефи и рядом с ней не стояла, а у Джии было ещё больше высокомерия.

Джиа сидела с нами за обедом. Парням она нравилась, и, глядя на нее грустными глазами, они изо всех сил старались заставить ее улыбнуться и посмеяться. Было приятно за этим наблюдать. Если бы все зависело от меня, остаток года был бы таким же, только без грустных глаз. Это был бы долгий год, и проблем было бы больше. Я бы оставил Джию рядом с собой, если бы она осталась.

Наши послеобеденные занятия пролетели быстро. Я нашла Джию сразу после школы, потому что не могла уйти с последнего урока пораньше.

«В моём общежитии или в твоём?» — спросил я её.

«Твоя. Меня очень расстраивает, что Мария не вернулась. Можем быстренько зайти ко мне в комнату, чтобы я могла переодеться?»

Когда мы вошли, мистер Ксавье сидел на ее диване. Затем он встал.

«Мисс Росси. Господин Брамбилла, — сказал он. — Господин Романо-старший согласился с вашими условиями. Вы абсолютно уверены?»

«О чём?» — спросила Джиа, повышая голос.

«Я буду драться с Маттео. На этот раз это будет честный бой, и я его хорошенько отделаю».

"Хорошо."

Она удивила нас обоих, и брови Ксавье поднялись. Джиа без проблем рассказала ему о своих мыслях.

«Я бы бросила ему вызов, если бы могла», — заявила Джиа, ее взгляд стал жестким. «У Марии нет никого, кто мог бы ее защитить, и подобное никогда больше не должно повториться, иначе студенты окажутся в опасности. К этому нужно отнестись как к семейному делу, и отец Маттео это знает».

Впервые я увидел настоящую стерву Росси, и Джиа не играла роль. Мой член бы встал, если бы передо мной не стоял самый страшный парень в кампусе.

«В четверг вечером, мистер Брамбилла, — сказал этот страшный тип. — Я буду следить за безопасностью. Никакого оружия, и уверяю вас, Романо не будет вооружен».

Это был первый случай, когда он убрал титул из имени какого-либо студента.

Маттео попал в черный список Ксавье, и я рад, что на этот раз это был не я.

«Никакого оружия», — сказала я. Я взглянула на Джию. «Оно мне не понадобится, обещаю».

Ксавье ушел.

«Почему мне каждый раз хочется замереть на месте, когда я его вижу?» — спросила Джиа, когда дверь закрылась.

«Вероятно, по той же причине, по которой у меня отступают яички. Он очень страшный тип».

Казалось бы, с нашими отцами и их заместителями нас ничто не должно было бы смутить.

Джиа улыбнулась.

«Я защищу ваши яйца, мистер Брамбилла. Они мне очень нравятся».

«Беги», — сказал я ей. «Мне хочется вытрахать тебе мозги».

Она убежала в свою комнату, и я погнался за ней.

Я застал её врасплох, и мы, смеясь, упали на кровать. Признаю, я её трахнул до потери сознания, но было одно, чего я не делал. Я никогда не делал этого ни с одной девушкой. Я убрал пряди волос с лица Джии и заправил их за ухо.

Мои пальцы скользнули по нежной коже ее щеки, а затем я поцеловал ее.

Неопределенность, которую мы пережили за последние тридцать шесть часов, заставила меня хотеть чего-то грубого и откровенного, но Джиа этого не нуждалась.

Я медленно снимал с неё одежду, превращая каждый снятый предмет в чувственное произведение искусства. Я потянул её рубашку так, чтобы её руки вышли из рукавов, и она собралась складками над грудью у шеи. Я потянул ткань вперёд, приподнимая её к своим губам, моя рука скручивала ткань и затягивала её. Когда я закончил поцелуй, её лицо покраснело, и она дышала еле дыша. Я разжал ткань и резко снял её с неё.

Я посмотрел на её грудь, затем наклонился вперёд и попробовал на вкус каждый сосок. Я подул на оставшуюся влагу и наблюдал, как они сжимаются. Я ласково водил языком то по одному, то по другому, не торопясь и стараясь, чтобы Джиа почувствовала всё, что я хотел, чтобы она почувствовала.

Я лелеял её. Я боготворил её тело. Когда она была готова, я надел презертив и вставил свой член. Тихие стоны, которые она издавала, чуть не свели меня с ума. Её ноги обхватили мои бёдра, и я снова опустился на колени, поддерживая её ягодицы, чтобы наблюдать за выражением её лица. Её бёдра выгибались; её глаза были дикими.

«Пожалуйста», — прохрипела она, издав еще один стон.

«Нет, вот так», — сказал я ей и продолжил медленно и уверенно проникать в её узкую вагину, не позволяя ей добиться своего.

Мы оба смотрели в место соединения наших тел, мой член был влажным от ее вагины.

«Сан», — выдохнула она.

«Иди ко мне, Джиа. Я хочу посмотреть».

Ее глаза приоткрылись чуть шире, затем она откинула голову назад, и мое внимание привлекло шея. Было почти невозможно не пометить ее как свою, но я этого не сделал. Речь шла о Джии и о том, что она значила для меня, а не о том, что мне нужно было показать миру.

«Алессандро». Она назвала мое полное имя, когда пришла.

Я был близок к цели, но не собирался идти лёгким путём. Я продолжал размеренно скользить внутри её тепла, пока не перестал контролировать происходящее.

Я переспал с Джией Росси, и пусть мир катится к черту.

Час спустя мы собрали ей вещи и отвезли в мою комнату в общежитии. Она останется там, пока Мария не вернется, и к черту персонал Рочестера и мистера...

Росси. Мне предстояло разобраться со своим отцом.

OceanofPDF.com

Глава двадцать вторая

OceanofPDF.com

Джиа

Мария вернулась в среду, за день до испытания, хотя это и не было настоящим испытанием, потому что Маттео не вернулся бы, даже если бы ему каким-то образом удалось победить. Я боялся, что Алессандро убьет его. Мистер...

Ксавье этого не допустит, по крайней мере, так я себя убеждал.

Мария выглядела ужасно. Верхняя половина её лица была так сильно покрыта синяками, что это были не синяки под глазами, потому что они сливались с носом и щеками, делая черты лица трудноразличимыми. Ей пришлось вставить пластину в щеку, но шрам был на уровне линии роста волос. Три пальца левой руки были сломаны и зафиксированы шинами, а запястье было в съёмном бандаже. Оно не было сломано, но были повреждены связки, что также потребовало хирургического вмешательства. Большая часть отёка спала во всех местах, по крайней мере, так она меня заверила. Я не мог представить, как она выглядела до возвращения в кампус.

«Че палле», — сказала она, откинувшись на спинку дивана. — «Я ужасно устала». Она придвинула поближе одну из маленьких подушек и оперлась ею, чтобы приподняться. «Я ничего не знаю. Скажите, что я, черт возьми, пропустила? Даже мой отец хранил свой проклятый кодекс молчания».

Мне потребовался час, чтобы рассказать ей всё.

«Ты жил в комнате Брамбиллы прямо под носом у персонала, и они ничего не делали?» — с удивлением спросила она.

«Мне это тоже кажется странным. Вам иногда не кажется, что нас подставляют?»

Имена выпускниц попадают в какой-то аквариум, где нас анализируют, а затем обменивают на карточки, выбирая в качестве потенциальных жен?

Она громко застонала и подняла руки. Она махала ими, не обращая внимания на шину.

«Сплошная драма. Оставляю тебя одну на несколько дней, и вот что получаю».

Мы обе рассмеялись. Вот что она мне дала. С ней я всегда могла быть собой.

Я протрезвел, мне хотелось спросить, и одновременно мне было не хочется этого делать.

«Я не знаю, что с тобой случилось. Если ты не хочешь об этом говорить, я понимаю».

Ее губы на мгновение задрожали, а глаза наполнились слезами. Я не торопил ее.

«Мне нужно кому-нибудь рассказать. Мисс Бьянки пришла в больницу и сказала, что она дипломированный психотерапевт. Я не могла с ней разговаривать. Я сказала правду только мистеру Ксавьеру».

У него был талант выведывать информацию, и меня не удивило, что Мария рассказала ему всё. Я не думала, что снова буду оспаривать его вопросы. Если бы он спросил мой размер бюстгальтера, я бы просто сама его назвала, потому что он и так всё знал.

«Можно нам лечь на твою кровать?» — спросила Мария, явно уставшая.

«Конечно. Я возьму нам что-нибудь перекусить, и мы устроим девичник».

«Днём и вечером. Ты избавишь меня от занятий по катехизису». Я улыбнулся и увидел, как задрожали её губы.

«Вы не возражаете, если я переночую в вашей комнате?» — осторожно спросила она.

«Сука. Я буду спать в твоей постели или ты в моей. Я не отпущу тебя ни на шаг».

Она улыбнулась, и я видела, как ей стало легче. Мария была сильной, и то, о чем она просила, свидетельствовало о ее слабости. Она терпела меня все эти годы, и на этот раз мне нужно было быть сильной ради нее.

Устроившись поудобнее, Мария перевернулась на спину и прикрыла глаза предплечьем.

«Он постучал в дверь, а я не подумала проверить; просто открыла. Если бы я проверила, я бы все равно открыла, так что это моя вина. Он оттолкнул меня и захлопнул дверь. Он был зол. Я начала кричать на него, и он ударил меня по лицу. Я упала на пол, и он пнул меня».

В тот момент я поняла, что всё будет плохо. Он пытался оттащить меня в спальню, но я сопротивлялась.

Она на мгновение остановилась, а я молча ждал.

«Он поднял меня с пола и снова ударил. Я вспомнил что-то, что сказал мой отец, и замахнулся кулаком. Маттео заблокировал удар, но я собирался ударить его коленом в пах, и он увидел только мою руку. Я вспомнил, как прорвался сквозь защиту, и изо всех сил ударил его коленом в пах. Он упал, и я подумал, что смогу убежать. Я попытался убежать».

Но он схватил меня за ногу и повалил на землю. После этого я мало что помню. Он начал бить меня кулаками и не останавливался. В больнице мне сказали, что сексуального насилия не было. Мистер Ксавье сказал, что пенис и яички Маттео должны быть осмотрены врачом и упакованы во льду, прежде чем его заберут». Она улыбнулась.

«Он возвращается. Алессандро будет драться с ним завтра вечером», — сказала я ей.

Мария перевернулась и посмотрела на меня.

«Г-н Ксавье руководит процессом, и это будет честная борьба. Маттео будет немедленно отстранен от учебы в университете, независимо от того, победит он или проиграет. Он не победит».

«Маттео не помешало бы ответить тем же, и мне плевать, если Алессандро принесет нож».

«Алессандро не понадобится оружие. Он сражается, чтобы защитить вас, и он сражается, потому что подобное никогда больше не должно повториться».

Она сжала мои пальцы.

«Как у тебя дела с твоим объектом симпатии?» — спросила она.

«Крушьер».

Это её рассмешило, отчего у неё аж лицо скривилось, а потом мы обе рассмеялись.

Я так по ней скучал. Я не знал, что буду делать после окончания учёбы, когда её не станет. Но я точно знал, что отпущу её, и она не поймет, как мне будет тяжело. Я был ей должен.

«Я не знала его тактики, но думаю, что она изменилась, или он сам изменился», — вопросительно сказала Мария, не будучи уверенной, что окончательно определилась, но склоняясь к тому, чтобы дать ему шанс.

Я перевернулся, достал две пули из ящика комода и показал ей. Она крутила их в руке, пока не прочитала названия. Наши взгляды встретились.

«Он дал мне это, потому что изменился, но на самом деле я не думаю, что он был плохим парнем с самого начала, или что он был не настолько плох, как я его выставлял». Я понял, что в нашем мире я слишком переоценивал Сана.

«Хорошо, опасно, но не страшно. На самом деле мы хотим узнать, что случилось с его матерью. Правду. Нам нужно это знать».

«Он тебе подойдёт».

Я прижала подушку к груди. Он был мне полезен, и я была полезна ему. Мы заботились друг о друге.

«Думаю, да», — мечтательно произнесла я.

«Это уже становится отвратительно, поэтому я просто хочу добавить, что он чертовски привлекательный».

«Он мой», — сказала я с притворной злостью. «Даже не думай об этом».

Она легонько толкнула меня локтем в бок, и я крякнул.

«Это противоречит кодексу лучших подруг, и мне и в голову не придет увести у тебя парня».

«Мечтаешь. Даже если бы попыталась, ты бы его у меня не отняла».

Она уставилась на меня.

«Мне нравится эта новая Джиа. Это ты, а не одна из твоих многочисленных маскировок».

«Мне тоже нравится эта Джиа. Она круче, чем предыдущая. И она не так часто использует маскировку. Думаю, Алессандро это заметил. Когда я вживаюсь в роль, он смотрит на меня странно».

Мы снова посмеялись и принялись за тарелку M&M's, которую Стефи дала мне на уроке. Я добавила туда пакетик чипсов. Если уж мы решили устроить девичник, то почему бы не сделать это со вкусом?

«Я больна», — сказала Мария несколько часов спустя. Мы только что досмотрели фильм «Принцесса-невеста» , который мне много лет назад посоветовала мама.

«Я тоже. Завтра я не влезу в свою форму». Я погладила живот, чтобы справиться с тошнотой.

«Хорошо. Я не хочу быть одна. Можешь остаться здесь со мной. Алессандро точно не захочет увидеть этот живот».

Прежняя Мария возвращалась.

«Ты не будешь одна», — пообещала я. «Слишком толстая для моей формы — это вполне достаточное оправдание».

Я отправляю Алессандро сообщение, чтобы сообщить ему о своих планах.

«Вы будете участвовать в соревновании?» — спросил он.

Впервые он сказал мне, что я буду там. Иногда я задавалась вопросом, понимает ли он, насколько сильно изменились наши отношения.

«Я буду с вашей командой, если они позволят мне стоять рядом с ними».

Он усмехнулся.

«Как будто вам нужно спрашивать. Они, вероятно, предпочтут вас мне».

Вы обеспечите им более захватывающий игровой процесс за те же деньги.

Было так приятно посмеяться, а с возвращением Марии смех стал искренним.

«Я буду скучать по тебе», — прошептал он.

"Я тоже."

Как выразилась Мария, разговор вот-вот станет слишком сентиментальным, и мы обе это понимали, поэтому звонок закончился, и я застенчиво улыбнулась своей подруге, которая всё это слышала.

обмен.

«У тебя серьёзные проблемы».

«У меня серьёзные проблемы».

OceanofPDF.com

Глава двадцать третья

OceanofPDF.com

Алессандро

Школа была ужасна без Джии. Парни дразнили меня, называя трусихой, пока я мысленно готовилась к драке тем вечером. Надрать задницу Маттео не должно было быть сложно, но я не была глупой и не собиралась терять бдительность. Я хотела его убить; наплевать на школьные правила.

Без Джии день тянулся бесконечно. Марино вел себя странно, и я не понимала, что у него в голове. У него был секрет, и меня начинало раздражать, что он им не делился.

После школы я позвонила Джии, но разговор был коротким. С Марией был физиотерапевт, а Джия изучала, что нужно делать. После разговора у меня было время подумать.

Мое будущее казалось запутанным. Я знала свою роль в семье с самого рождения. Моя мать была для меня всем, когда умерла. Отец неодобрительно относился к тому, что она иногда меня баловала, но он действительно не вмешивался. У меня был своенравный характер, который он умело сдерживал. Отец Марино поступал так же с нами обоими. Око за око. Меня так воспитали, а потом умерла моя мать.

Я до сих пор не понимаю, почему мой отец не стал преследовать Росси, и мне надоело быть в неведении. Нам с Джией обеим надоело.

Мои чувства к Джии совсем не были запутанными. Она была частью моей жизни, и пока она хотела быть её частью, она принадлежала ей. Я не обманывал себя, думая, что мы поженимся и будем жить долго и счастливо. Мы учились в старшей школе, и впереди нас ждал долгий путь, включая учебу в Рочестере до окончания школы. Были и другие испытания. Мы едва начали первый семестр.

В мою дверь постучали.

«Залезай сюда, засранец». Это был Марино. «Мне нужно тебя откусить».

«Давно пора», — сказала я, бросив на него взгляд, который говорил, что ему осталось всего день-два до того, как ему надерут задницу. «Ты расхаживаешь на цыпочках, как балерина, выставляя напоказ свою вагину».

В ответ на это заявление Марино лишь закатил глаза.

«Я переспал со Стефи».

«Стефи?»

"Да."

«Вы были там в ночь нападения на Марию?»

«Вот где я был. Я не хотел, чтобы школа знала, и ничего не говорил. Ксавье изменил мое мнение. Они, черт возьми, всё знают, и мы были дураками, думая, что они этого не знают».

«Полагаю, Стефи нравится твоё уродливое лицо?»

У него распухла грудь, и мне с трудом удалось сдержать закатывание глаз.

«Мне кажется, что это так», — самодовольно заметил он.

Если бы он переспал со Стефи и вернулся к ней снова, значит, эта девушка явно увлекалась извращениями. То, чего я не знала, потому что смотрела только на поверхность, нужно было изменить. Я также была благодарна ей за отказ. Эта история с моим другом была мне совсем не нужна.

«Я к ней подкатывал», — сказал я ему, чтобы все было ясно.

«Она мне сказала: ублюдок, больше так не делай, и можешь оставить себе своё красивое личико».

Я потерла челюсть.

«Ты считаешь меня красивой?» — я хлопнула глазами.

Он ударил меня по плечу, и всё было хорошо.

«Давай поспаррингуем. Мне нужно сбросить энергию», — сказал я ему.

Мы направились в гостиную и отодвинули мебель. Мы делали это много раз. Марино знал, что мне нужно. Я не могла успокоиться, и это помогло бы на короткое время. Все, что я представляла, это как я вонзаю кулак Маттео в лицо, и эта картина уже надоела. Мне нужно было, чтобы этот вечер закончился.

Мы обменивались ударами, пока оба не вспотели и не начали тяжело дышать.

Мы съели лёгкий обед, приготовленный сотрудниками кухни, который нам принесли, даже не сделав заказа. Я бы не стала есть, но еда выглядела аппетитно, и мне это было необходимо.

«Они всё знают», — повторил Марино, пока мы ели.

«Я тоже начинаю так думать», — согласился я. «Единственный способ это узнать — если кто-нибудь из нас в итоге окажется в школьном совете. Я выдвигаю твою кандидатуру. Не могу придумать более скучного способа провести время».

«Ублюдок. Я же не в школьном совете сижу. Кто тебя поддержит?»

«Ладно, решено. Мы выберем Лоренцо. Вы же знаете, что он окажется скучным ублюдком, когда возьмет на себя управление семьей».

Марино поднял свой бокал.

«Лоренцо. Лучший, блядь, член школьного совета, которого когда-либо знала эта школа».

Марино был счастлив. Было приятно видеть его таким. Мне понравилось, что Стефи поддержала Джию. У нас была отличная команда, включая женщин. Возможно, Глория теперь будет проводить с нами больше времени, раз месть за Джию больше не входит в мои планы. Команда, в которой она сейчас состоит, больше соответствует её образу жизни.

Она хорошо подготовилась к тому, что будет после того, как мы с Марино закончим учёбу. Она пришла в университет без кого-либо, кого нужно было бы защищать или поддерживать. Она была настоящей задирой и могла бы занять место в моей команде, если бы захотела, но не захотела.

И ей всяческих успехов!

Мы доели еду и разошлись по душам. Я включил музыку и увеличила напор горячей воды, чтобы в комнате появился пар и расслабились мышцы.

Как и в прошлой драке, моя команда ждала меня и Марино внизу, и мы пошли вместе. Это была настоящая расправа, и Маттео это заслужил. Мы были не в том весёлом настроении, как обычно перед кровопролитием, и это было видно по каждому нашему движению.

Это был семейный бизнес.

Там ждали люди. Я их не ожидал.

Мой отец.

Отец Джии и её мать.

Отец Марино.

Мистер Ксавье и мужчина, которого я не узнал.

«Позади нас», — сказал Марино.

Джиа и Мария подошли к нам, и я наблюдал, как Джиа поняла, что её мама и папа здесь. Она направилась прямо ко мне, и во мне переполнилась гордость, как бы по-женски это ни звучало.

«Сегодня вечером мы узнаем правду», — прошептала она, подойдя достаточно близко.

Мне удалось хорошенько рассмотреть Марию. Ее волосы были собраны назад, а синяки резко выделялись на бледной коже, если, конечно, удавалось найти неповрежденные участки.

Наконец поняв ту Марию, о которой мне рассказывала Джиа, Мария хотела, чтобы весь мир увидел, что сделал Маттео. Она была величественна, даже несмотря на синяки. Если бы я могла удержать Маттео, чтобы она могла избить его до полусмерти, я бы это сделала, но так это не работало. Я бы отомстила ему так, как это делают мужчины в нашем мире. Если бы мы были не в кампусе, у нас были бы ножи, и я бы все равно победила. Эта расправа была за Марию, Джиа и всех остальных девушек в Рочестере.

Я обернулся и стал искать Маттео. Человек, которого я не узнал, теперь стоял рядом с ним. Это должен был быть его отец. Эта драка собрала «Донов» даже по ту сторону океана. Мне было плевать, увидит ли весь мир то, что я собираюсь сделать.

Ксавье кивнул мне. Я повернулся, поцеловал Джию и вышел в центр. У Латерцы и его компании были места в первом ряду, а это означало, что скоро мне придётся иметь дело с ним. Ну давай, подумал я, прежде чем полностью сосредоточиться на Маттео.

Я посмотрела в его суровые глаза. В них не было страха, только ненависть. До сих пор он умел сдерживаться. В его выражении лица читалось безумие, и я поняла, что оно всегда было в нём. Наш мир жесток, но тот, кто получает удовольствие от пыток собак и женщин, не должен находиться рядом с Джией.

«Вытяните руки и слегка разведите ноги; вас проверяют на наличие оружия».

Двое мужчин вышли вперед. Я их не знала. Они провели чрезвычайно тщательную проверку, и после ручного обыска наши тела были обследованы металлодетектором.

«Я остановлю бой, если кто-то сдастся или потеряет сознание», — сказал Ксавье именно так, как меня предупреждали перед каждым вызовом.

Я посмотрел на Маттео, и он заговорил раньше меня.

«Никто не сдастся».

Мы вернулись к своим командам, и через несколько минут Ксавье дал команду начать бой. На этот раз никаких шуток не было. Мне не нужна была его чертова сила удара. Хотелось бы сказать, что это действительно был бой. Но его не было.

Я увернулся от его кулака, и мой удар попал в цель с первой же попытки.

В течение шестидесяти секунд я повалил Маттео на спину. Еще через шестьдесят секунд Ксавье помешал мне убить его.

Когда я очнулась от своего безумия и увидела его подо мной, я не узнала его лица. Ксавье помог мне подняться и отвел меня на несколько шагов.

Отец Маттео подошел к нему. Мой отец подошел ближе к отцу Маттео, и они посмотрели друг на друга. Отец Маттео кивнул, и мой тоже.

Всё кончено. Теперь вся ответственность за позор, который причинил Маттео, лежит на его семье.

Джиа подошла ко мне, и я обнял её за плечо.

«Мистер Росси, его жена и я будем ждать вас в вашей комнате в общежитии».

— сказал мой отец, подойдя с другой стороны.

Он ушёл, и когда я искала родителей Джии, я их больше не видела.

Ксавье подошел. «Все кончено. Он и его команда больше не вернутся в кампус».

«Готово», — согласился я.

Он ушёл.

«Ты готова к этому?» — спросил я Джию, убирая руку с ее плеч и беря ее за руку.

"Да."

Взгляд её говорил обо всём. Она одновременно нервничала и была храброй.

Возможно, она думала, что хоть немного меня любит, но мы оба обманывали себя. Она пробралась в мое черное итальянское сердце, и я никогда не хотел ее отпускать.

«Брамбилла», — сказала Латерца и шагнула перед нами.

Я отпустил руку Джии и сжал свою. Они были покрыты кровью Маттео, и этот ублюдок решил, что сейчас самое подходящее время бросить вызов? Я бы убил этого мерзавца.

Он посмотрел на мои руки и увидел ярость в моих глазах. Он протянул ладони.

«Не то, о чём ты думаешь. В этом году я не буду тебя бросать вызов. Мы с моей командой тебя поддержим. Но в следующем году школа будет моей».

Да, он всё ещё был тем ещё придурком, и у меня было плохое настроение из-за моих родителей и родителей Джии.

«Не думаешь, что сможешь меня сейчас одолеть?» — спросил я, потому что, если понадобится, я его одолею.

Он ухмыльнулся.

«Я думал, что смогу, но это решение было принято еще до сегодняшнего боя».

Я бы сказал, что сейчас соотношение пятьдесят на пятьдесят.

Я фыркнула от смеха. У него были яйца.

«У меня дела. Поговори с Марино и уладь их», — сказала я и снова схватила Джию за руку.

Марино подошел ближе. Он и моя команда шли позади нас. Джиа и я ушли.

«Это было круто», — прошептала она.

Я сжала её руку и поморщилась.

«Мы оба крутые».

Правда была перед нами, и я не могла отрицать свой страх. Мои отношения с Джией были хрупкими, и я это знала.

Когда мы вошли, родители Джии сидели с моим отцом в гостиной. Затем они встали.

«Я сейчас отмою кровь с рук, и Джиа пойдет со мной», — сказала я им.

Отец Джии посмотрел на нее и кивнул.

Пока я умывалась, мы молчали. Я обняла её и быстро поцеловала, прежде чем мы снова вошли в гробницу.

В конце дивана нашлось место, чтобы мы с Джией могли сесть вместе. Мы сели как можно ближе друг к другу. Первым заговорил мой отец.

«Мы имеем право вам это рассказать. То, что мы скажем, не покинет эту комнату».

Его взгляд был жёстким. Он был смертельно опасен. Я просто забыла об этом, потому что в моей голове крутились мысли о том, что случилось с моей матерью. Меня удивило, что Росси не говорил, а смотрел на моего отца с неподдельным уважением.

«Мы учились в Рочестере в одни и те же годы. Джон, — он посмотрел на отца Джии, обращаясь к нему по имени, — и Арора. Мы были в одной компании».

Арора была моей матерью. Я знала, что мой отец должен был быть в Рочестере, но мне никогда не приходило в голову, что он может быть здесь с моей матерью или отцом Джии.

Он дал нам немного времени, чтобы осмыслить это, прежде чем продолжить.

«Эти стены, — он поднял руки, — хранят больше секретов, чем вы можете себе представить. Школа — это безопасное место для наших детей и место, где они могут узнать свою роль в нашем мире. Все, что здесь делается, имеет свою причину, хотя нам потребовались годы, чтобы понять их все. У нас был мистер…»

Талконе, похожий на вашего мистера Ксавье. Они не связаны с семьями и имеют абсолютный контроль над наказаниями, назначаемыми школой. Например, сын мистера Романо. У него есть свои преимущества, и это было определено здесь, в Рочестере. Он никогда не станет главой семьи, и его младший брат займет его место, когда придет время. Однако он не потерян, и у семей есть связи с военными и другими агентами, чтобы такие люди, как он, могли работать на них.

И снова он позволил нам попытаться во всем разобраться, прежде чем продолжить.

«Джон и Арора любили друг друга и были вместе большую часть наших предпоследнего и последнего года обучения. Когда наш последний год почти закончился, Росси, отец Джона, ясно дал понять, что брака между Джоном и Аророй не будет. Мы только что пережили четыре трудных года и завязали отношения, которые, как нам казалось, продлятся вечно. Росси это не волновало». Мой отец посмотрел на своего друга, и я все еще видела их связь. Он повернулся ко мне. «Мы разработали план. Вероятно, он был не очень хорошим, но мы согласились». Он посмотрел на мать Джии, Роуз, затем снова на меня, прежде чем продолжить. «Росси одобрили брак Роуз с Джоном, но она не хотела выходить замуж ни за кого. Джон не хотел лгать и сказал ей правду. Она согласилась на это. Я уже женился на Ароре, и ее единственной задачей было родить наследника мужского пола. После этого она и Джон могли быть вместе».

У меня под ногами ничего не осталось. Вся эта ложь.

Джиа сжала мою руку, а отец не переставал говорить.

«Когда ты покидаешь Рочестер, ты уезжаешь навсегда. Академия не последует за тобой, но узы останутся, если ты позволишь им это. Наши дети пострадали за наши проступки». Взгляд моего отца пронзил меня насквозь. «Авария была трагической, и твоя мать должна быть здесь с нами. Это не вина Джона, и он пострадал не меньше, чем мы».

Росси шагнул вперед, посмотрел на моего отца, а затем повернулся к нам.

«Я любила Арору. Она любила тебя. Мы все думали, что у нас всё получится, пока не разочаровались. Мы отправили вас обоих сюда, чтобы вы, возможно, поняли, что с нами произошло за этими стенами. Мы позаботились о том, чтобы у каждого из вас был кто-то, кто вас поддержит, и чтобы у вас одновременно были дети. Мы понимали, через что вам придётся пройти здесь и насколько это необходимо».

«Мама?» — спросила Джиа, и мы все повернулись к миссис Росси.

«Они правы. Это произошло не в одночасье, но после смерти Ароры я влюбилась в твоего отца». Она улыбнулась. «Это хорошо». Она повернулась ко мне.

«Твоя мать была замечательной и приняла меня без ревности. У нас были наследники, и мы смирились со своей жизнью. Всегда всё было ради любви, и мы никогда не хотели никому причинить боль, особенно нашим детям».

«Теперь ты знаешь правду», — сказал отец Джии. «Тебе ещё предстоит закончить последний год обучения. Мы не можем тебе помочь, но и не думаем, что твоя помощь тебе нужна». Он посмотрел на меня. «Я доверяю тебе жизнь своей дочери».

Я кивнула, еще не совсем понимая, что чувствую. Я считала своего отца слабым, но то, что он сделал для друга, никак не было связано со слабостью.

Мама Джии подошла, и мы встали, чтобы она могла обнять свою дочь.

«Будьте счастливы. Наслаждайтесь этим временем. Не отпускайте Марию, потому что в вашей жизни есть Брамбилла».

«Нет, мама», — прошептала она в ответ.

Они отошли в сторону и тихо заговорили.

Ее отец обнял меня, и я не знала, как ответить.

«Позаботьтесь о моей дочери».

«Да, сэр».

OceanofPDF.com

Глава двадцать четвёртая

OceanofPDF.com

Джиа

Мы с Алессандро переночевали в его номере и не выходили, даже когда приехали Марино и его команда. Нам нужно было побыть наедине. С ними были Мария, Стефи и некоторые члены её команды. Нас уведомили по СМС, и Сан сказал Марино, что нас не будет. Никто нас не беспокоил.

«Это очень печально», — сказала я вслух, когда мы устроились. «Мне очень жаль».

«Почему вы сожалеете? Вся ситуация ужасна, но их решения никак с нами не связаны».

«Они были к этому причастны», — упрямо сказала она. «Отец и мать Марии родили ее одновременно со мной. Родители Марино — тоже. Все было подстроено. Больше всего мне жаль твоего отца. Любил ли он когда-нибудь женщину?»

«Он изменял моей маме, и я узнала об этом довольно рано. Я ненавидела его за это, а потом она умерла. Я не понимала и считала его слабаком, когда он не попытался добиться расположения твоего отца».

Она обняла меня крепче.

«Ты собираешься рассказать Марино?» — наконец спросила она.

«Нет. Это останется с нами. Мы не должны шутить с той секретностью, которая окружает всё это».

«Согласна. Я видела, как Марино обнял Стефи перед тем, как мы ушли сегодня вечером. Он был с ней, когда на Марию напали?»

«Кодекс братства».

Я улыбнулась. У нас с Марией был сестринский кодекс, поэтому я понимала. Это были приемлемые секреты.

«Теперь, когда мы знаем, что тебе не нужно меня ненавидеть, а мне не нужно тебя бояться, не хочешь ли мы немного поразвлечься?» — робко спросила я, что в тот момент казалось глупым, но я просила о сексе, и это действительно меня смущало.

Он возбудился почти сразу, как только мы легли в постель, и обнял меня.

«Я думал, ты никогда не спросишь», — сказал он и нежно покусал мое ухо, пока я не захихикала.

«Я хочу, чтобы было грязно», — сказала я с большей смелостью, чем могла себе представить, не играя роль.

«Конечно, хочешь. Я хочу делать с тобой гадости, и всегда хотел».

Он отпустил меня и схватил за волосы, резко притянув мое лицо к своему. Я приоткрыла губы, но он только рассмеялся. Он раздел меня и через минуту снял свою одежду. Он поставил меня на четвереньки и шлепнул по ягодицам.

«Я хочу тебя», — хрипло произнес он.

Я стонала, потому что это было всё, чего я хотела, и я была готова.

«Возьми меня», — снова простонала я, надеясь, что он сделает это быстро.

Он вошёл и дал мне то, что мне было нужно. Я была узкая, не такая влажная, как ожидала, но он двигался медленно, пока не заполнил меня. Он целовал мою спину, и его язык скользил по позвоночнику везде, куда мог дотянуться. Один палец обвёл мою попу, и я застонала громче.

«Мы устроим настоящий беспредел, но ты к этому не готова, принцесса».

Я чуть не кончил.

Он схватил меня за бедра и удерживал на месте, когда ускорил темп. Я была почти на грани, и он перевернул меня. Он снова вошел в меня, глядя мне в глаза. Наши пальцы переплелись, и он поднял наши руки над моей головой. Он снова начал медленно, наблюдая за мной.

«Я люблю тебя», — прошептала я, понимая, что, вероятно, испортила весь момент.

Его взгляд стал смертельно серьезным, а затем посветлел.

«Я полюбил тебя первым».

Это было великолепно. Всё было прекрасно. Особенно Алессандро.

Я никогда не позволяла себе мечтать об этом. Мне не нужно было играть какую-то роль перед Саном. Он знал, кто я, и любил меня такой, какая я есть.

Мы проговорили всю ночь. Это была пятница, выходной, и у нас были трехдневные выходные. Утром мы выспались. Я думала, что все наши секреты раскрыты, а потом Сан наконец спросил меня, чего я так боялась.

«Расскажи мне о тех людях, за которых ты себя выдаешь. Я пока не совсем понял».

Я нервно рассмеялась, чувствуя неловкость от того, что мне приходится притворяться кем-то другим, чтобы хоть как-то скрасить жизнь. Но мне нужно было объяснить. Сан этого заслуживал.

Я сказала ему правду и доверила ей свою часть.

«Я мысленно проигрываю отрывки из сериалов, которые смотрю. Я подражаю актеру, и делаю это с самого детства. Это мой способ отвлечься». Я пожала плечами, чувствуя, как жар заливает мое лицо.

«Всё ваше тело меняется. Выражение лица, манеры, всё».

«Вы заметили?»

«Как я мог не согласиться? Ты хорош. Чертовски хорош. Ты хочешь стать актером?»

Мой смех был не очень приятным.

«Я — принцесса мафии. Моя жизнь распланирована».

«А что, если бы это было не так? Что, если бы мы изменили свое будущее?»

«Вы говорите о том, чтобы покинуть наши семьи?» — спросил я, ошеломленный.

«Нет. Я говорю о том, чтобы сделать всё лучше. Не следовать тому, чему нас учили в жизни, а использовать больше уроков, усвоенных здесь. Следование правилам ни к чему не привело наших родителей».

«Мне нравится. А какой у тебя план?»

«У меня его пока нет.»

Нам предстояло закончить последний год обучения; на сегодня этого достаточно.

OceanofPDF.com

Глава двадцать пятая

OceanofPDF.com

Алессандро

На пути встречались препятствия. Но после того, как Латерца отступил, а его команда поддержала меня, дальнейших трудностей не возникло. Решительная победа над Маттео тоже сыграла свою роль. Я укрепил свою репутацию и доказал, насколько я действительно опасен.

В академии по-прежнему продолжались школьные занятия и другие перипетии.

Стефи и ее команда присоединились к нашей, а также Мария, которая официально оформила отношения, начав встречаться с Андре.

Занятия у мистера Калеба стали интересными. Несмотря на его тихий нрав, даже я признал, что он был крутым парнем. Год пролетел быстро, и я начал бояться выпускного и того, что произойдет между мной и Джией. Мы были молоды и влюблены. Мы не были готовы к браку. Джия придумала план, и с помощью Марино и Марии мы воплотили его в жизнь. Стефи и Андре тоже были включены в план, если их родители согласятся.

За два часа до выпускного у старшекурсников было собрание, и им сказали прийти в спортзал с полностью заряженными ноутбуками. Это было странно, но многое за четыре года было странным, и мы ходили туда, куда нам говорили, и тогда, когда нам говорили.

Мистер Калеб выступил перед выпускниками.

«Откройте свои ноутбуки и введите в браузере следующий адрес, за которым следует обратная косая черта и ваше полное имя. После загрузки введите свой школьный пароль».

Мы сделали, как нам было сказано.

Строка за строкой прокручивалась передо мной по мере заполнения данными.

«Что. За. Хрень?»

В начале первого курса все мои проступки, которые, как мне казалось, мне сошли с рук, были зафиксированы. Каждое окно в общежитии, через которое я проникал, каждая драка, которая осталась без внимания персонала. Всё было там. Я продолжил читать отчёты за второй, третий и четвёртый курсы. Я нашёл письмо к

Мистер Ксавье из той самой занудной компании, которая составляла наши расписания, подробно объяснил, чего я хотела, и что она изменила расписание занятий Джии.

Я перешёл по видеосвязи и увидел себя висящим между зданиями в ту ночь, когда я, выбравшись из окна, добрался до комнаты Джии.

У них было всё. Чёрт возьми.

«У нас есть обширная система видеонаблюдения с программным обеспечением для распознавания лиц. Несколько студентов раздвинули границы возможного, и в систему были добавлены новые камеры».

Да, Калеб посмотрел прямо на меня, когда это сказал.

«В конце вашего дела вы заметите надпись «удалить запись». Как только вы нажмете эту кнопку, вся ваша запись исчезнет. Вас никогда не существовало в Рочестере. Если ваше изображение появится в деле студента младших курсов, ваше лицо будет размыто, а вместо вашего имени будет использовано случайное число. Ваши комнаты в общежитии были единственным местом, которое не отслеживалось. Студентам младших курсов эта информация не нужна. Вы покинете это место как полноправный член своей семьи. Вы больше не будете студентами. После сегодняшнего ухода вы будете говорить о Рочестере только между собой. Каждый студент заслуживает тех уроков, которые вы усвоили».

Он сделал паузу, и мы стали ждать.

«Удалите свои записи».

Я посмотрела на Джию, на лице которой было такое же шокированное выражение, какое, как я знала, было и у меня. У других студентов было то же самое. Я нажала кнопку «Удалить» и увидела, как мой файл исчез.

«Маннаггия туа», — сказала Джиа, когда и у нее все закончилось. «У тебя было длинно».

«Ваш текст был слишком коротким. Надеемся, мы сможем это исправить».

У нас был план, и мы собирались поговорить с родителями позже вечером.

Мы вышли из спортзала в мантиях. Выпускная церемония проходила в большой ротонде, хранящей свою историю. Наша история собралась здесь в этот последний вечер.

Произнесли речи. Наши родители наблюдали, как объявляли наши имена, и каждый из нас получил свой диплом.

Когда всё закончилось, мы подбросили свои шапки, как обычный выпускной класс.

Перед ужином у нас было несколько часов, чтобы попрощаться. Все, кроме меня, Джии, Марии и Марино. Мы встретились с родителями.

«Мы поступаем в колледж, — сказала я им. — Будем учиться под вымышленными именами. Мы хотим четыре обычных года и проведем их. Джиа хочет...»

Я изучаю актёрское мастерство, и понятия не имею, чего хочу, но это единственная нормальная жизнь, которая у нас будет. Когда закончу, мы полностью войдем в семью.

Мы все пришли к согласию.

«Джия?» — спросил её отец.

«Да, папа. Я хочу изучать актёрское мастерство. У меня это хорошо получается, и это принесёт пользу моей семье».

В будущем я стану её семьёй, хотя мы этого и не обсуждали.

Она станет ценным приобретением.

Наши родители согласились.

Это оказалось совсем не тем испытанием, на которое мы рассчитывали. Мы не знали, куда будем поступать, но знали, что будем вместе. Я, наверное, выберу бизнес в качестве основной специальности, потому что мне это нравится. С Джией рядом мы будем сильной семьей.

Мать Джии поговорила с ней наедине. Она расскажет мне об этом разговоре позже.

До того, как в нашу жизнь войдет реальность, оставалось еще четыре года. Я с нетерпением ждал этого. Мой отец оказался совсем другим человеком, чем я думал, и у меня больше не было желания так быстро взять на себя семейные обязанности.

У меня были Джиа и мои друзья.

Да, женщина действительно создает вагину. Я улыбнулся про себя.

Она тоже очень много отдавала, и мне невероятно повезло.

OceanofPDF.com

Глава двадцать шестая

OceanofPDF.com

Джиа

Это был странный новый мир. Я испытывала невероятное чувство свободы. Моя мать дала мне еще больше.

«В твоих жилах течет кровь твоего отца, но никогда не забывай, что в моих тоже. У тебя есть выбор, который ты можешь сделать только как женщина. Я была с твоим отцом в самые тяжелые времена. Я любила его и в лучшие. Это не имеет значения в твоей жизни, важно то, что ты знаешь, что я самостоятельная женщина. Твой отец дорого заплатил за смерть матери Алессандро. Он так и не простил себя. Он хороший человек, и я знала это, когда он женился на мне, из-за его честности».

Это была сторона моей натуры, которую я никогда не видела ни у одного из своих родителей. В нашей жизни сострадание не одобрялось, но теперь я знала, что оно всегда было во мне.

Моя связь с матерью и отцом была крепче, чем когда-либо. Я гордился тем, что я Росси.

Алессандро уехал с родителями, а я написала Марии, что опасность миновала.

Было много вещей, которыми я не могла с ней поделиться, но она не спрашивала, потому что знала. Я оглядела наше общежитие, которое мы наконец-то заслужили, просто став старшекурсниками. Никогда не думала, что это случится.

«Как ты относишься к отъезду?» — спросил я её.

"Странный."

Я обняла её, и мы закончили собирать вещи в моей комнате, хотя в её комнате мы закончили раньше.

«Как грустно», — сказала она, когда мы вышли из общежития и спустились вниз. — «Я не хочу уезжать».

Как ни странно, я тоже этого не знала. Четыре года я испытывала страх каждый раз, когда приезжала сюда, а потом Сан всё изменил. Это было место, где я выросла, и мне было грустно уезжать. Я также понимала, какая неопределенность меня ждет впереди. После стольких лет, когда я думала, что моя судьба предрешена, у меня появились варианты. Это само по себе было страшно, но у меня также был Сан, который облегчил ситуацию.

Я увидела, как Алессандро идёт ко мне навстречу. Мы уже запланировали месяц на Гавайях этим летом со всей компанией. Никто не сможет разлучить нас или нашу компанию. Моё сердце наполнилось радостью.

Он обхватил мою шею и притянул к себе. На вкус его губы напоминали тот грех, которого я теперь жаждала.

Пришло время начать новую жизнь и оставить детство позади.

Именно так мы и поступили.

OceanofPDF.com

Глава двадцать седьмая

OceanofPDF.com

Г-н Ксавье

Я немного подвинулся и устроился поудобнее, жена была у меня на руках, наши руки лежали у нее на животе, где наш ребенок пинался и кувыркался. Мы уложили дочь спать, почитав ей сказку и одарив дюжиной поцелуев.

«Вы будете скучать по этому занятию так же сильно, как и по предыдущему».

— тихо сказала Мэдисон, понимая мое мрачное настроение.

«В этом году мы удвоили количество камер, и я до сих пор не уверен, что нам удалось всё снять».

«И было бы ужасно, если бы кто-нибудь из них перехитрил страшного мистера...»

«Ксавье?» Она понятия не имела, что говорит.

«Они были мелкими мерзавцами, и слава богу, что от них избавились. Если бы вы видели, как Брамбилла висел на кончиках пальцев на высоте четырех этажей, вы бы поняли».

Как только мы принимаем меры безопасности, какой-нибудь наглый хулиган обязательно их обходит.

Она ни единому слову не поверила и рассмеялась, полностью разоблачив мой блеф.

«Следующий год наступит быстро, и вы забудете об этих цыплятах».

Я ущипнула её за бедро, и мы обе улыбнулись, когда мой сын снова пнул меня.

«Наши сын и дочь будут ещё большими сорванцами», — сказала я ей. «Я благодарна, что меня не будет здесь, когда они будут учиться в Рочестере».

«Вы отправите наших детей куда угодно только после долгих обсуждений, и я с этим согласен».

«Конечно». Я не был глупцом и, если бы мог, не стал бы спорить с Мэдисон, пока она беременна.

«Я тебя знаю. Ты уже всё продумал».

«Ты меня слишком хорошо знаешь. Алекс, Остин и Дакс будут частью их жизни, пусть даже в небольшой степени. Ты думаешь, наши дети займутся каким-нибудь скучным бизнесом, заведут семью и будут жить долго и счастливо?»

«Когда ты был их отцом, мне это и в голову не приходило».

«Поначалу ты не была в восторге от мысли стать мамой».

Это вам подходит.

«Раньше я не была толстой, но потом мне это понравилось, и после рождения Брайтли у меня не осталось сомнений. Теперь я снова поправилась и готова, чтобы этот увесистый член наконец-то появился на свет».

«Теперь мой сын — болван?»

«Совсем как его отец».

«Я люблю вас, миссис Ксавье».

«Я люблю вас, мистер Ксавье, и я буду занимать всё ваше время всё лето». Теперь её руки коснулись моего пресса.

«Возможно, возникнет небольшая проблема, и у нас будет гость», — хрипло сказала я, пока её руки продолжали двигаться. «Мы можем обсудить это позже. Я потерплю всё, что вы мне предложите, лишь бы не думать о следующем году».


****

Вторая книга серии «Данте: Академия мафии» выйдет 1 марта 2022 года, оформить предзаказ можно здесь.


∞∞∞

Уважаемый читатель!

мистер Ксавье — главный герой серии « Горячее, чем ад» . Однако я должна упомянуть, что он — эксклюзивный книжный бойфренд Аманды Вермаак. Она — сумасшедшая южноафриканка, и я бы с ней не связывалась, так что никаких публичных проявлений нежности, пожалуйста. Рэка также забрала Лори Мартинсон Сайплс, и вы должны знать, что эти дамы очень чувствительны к своим мужчинам! Предупреждаю, есть еще несколько замечательных парней, если вы захотите забрать своего. В моем писательском мире книжные бойфренды — это очень серьезно.

Выпускной закончился, но впереди ещё два. Книга о Данте выйдет в следующем месяце, 1 марта 2022 года, а затем книга о Габриэль, 5 апреля 2022 года, с которой вы познакомитесь в истории Данте.

Мне доставило огромное удовольствие писать об Алессандро и Джии и создавать мир Рочестерской академии. Вдохновением для книги послужила моя подруга Лаура Рандаццо, самая безумная итальянка, которую я знаю. Она также вычитывает все мои книги и добавляет свою особую изюминку. Она сняла с меня столько забот, связанных с выпуском книги. Я постоянно ухаживаю за своей матерью, и иногда...

Это непросто. Лаура облегчает задачу. Но, как и в случае с Амандой, лучше с ней не связываться, у нее есть связи.

Впервые за долгое время я создала доску на Pinterest с персонажами.

Если хотите увидеть, как Алессандро и все его друзья выглядят в моем воображении, взгляните.

С самого начала работы над этой серией я планировал написать три книги, каждая из которых будет посвящена выпускному году в школе. Я был охвачен безумным писательским марафоном, чтобы успеть их выпустить, и это было весело, утомительно и порой раздражающе, когда персонажи отказывались делать то, что мне нужно. Это потребовало от меня огромной переработки истории Габриэля, но об этом я расскажу в конце его книги.

Я включила первую главу о Данте. Он такой интересный мерзавец. Думаю, он вам понравится, и я не могу раскрыть секрет Чейни, потому что интереснее, если вы подождете и увидите сами. Релиз 1 марта 2022 года.

Особая благодарность медицинскому сообществу за вашу неустанную борьбу за спасение жизней. Мое сердце с вами, хотя я понимаю, что это слабое утешение. Я вакцинирован и сделаю все, что в моих силах.

Спасибо, что прочитали мою работу. Готовьтесь к встрече с Данте.

Холли

OceanofPDF.com

Глава первая (без редактирования)

Данте

Наконец-то наступила великая обетованная земля, называемая выпускным курсом. Я никогда не думал, что проживу так долго. Второй курс был полон хаоса, слишком много организаций пытались заявить о себе. В прошлом году каждый месяц были испытания, и времени на заживление ран почти не оставалось. Боль меня не беспокоила, но я устал от этих придурков, которые думали, что могут отнять у меня то, что принадлежит мне.

Некоторым не нравился мой стиль управления, и им нужно было проверить мои способности. Гарантирую, результат их не порадовал. Некоторые даже поссорились со всей моей командой. И для них это тоже закончилось плохо.

В этом году будет еще хуже.

Я переплела пальцы, похрустела костяшками и оглядела ротонду. Вечеринка в честь выпускников была в самом разгаре, и это было последнее место, где мне хотелось бы находиться.

Две девушки остановились передо мной. Их одежда открывала столько груди, что половина парней в этой комнате осталась бы довольна. Может, они и были симпатичными, но грим на лицах меня не впечатлил. Добавьте к этому их парфюм, и вы получите именно то, что меня сегодня вечером совсем не интересовало. Их нерешительность была смешной. Они хотели что-то сказать. Немного похихикали. Я смотрел на них, ни улыбки, ни приглашения. Что, черт возьми, они делали? Я бы подошел к девушке, если бы она меня заинтересовала, а не наоборот.

Выражение моего лица соответствовало моим мыслям.

Они приняли правильное решение и двинулись дальше.

Из другого конца комнаты я заметил мелькнувшие зубы. Кейн, мой лучший друг, сосед по комнате и тот, кто всегда меня поддерживал, стоял у стены, наблюдая за происходящим вокруг и стараясь не зевать, слушая, что ему говорят рецепты. Возможно, сегодня вечером он переспит с кем-нибудь. А может, и нет. Кейн был странным в этом плане. Женщины его не привлекали. Он брал, когда хотел, и уходил, когда не хотел. Ему было восемнадцать, но он вел себя как восьмидесятилетний, и в нем не было ни капли подросткового задора, включая эрекцию.

Обычно это я получал удовольствие от ласк. Достаточно было одного взгляда и кивка в сторону ближайшего темного угла, и всё происходило. Но сегодня вечером меня не тянуло к сексу. За всё лето я его почти не чувствовал. Если бы моя компания узнала об этом, они бы подсыпали мне виагру в напитки. Я бы оставил это в секрете и не стал бы терпеть их бесконечные выходки.

Я продолжил наблюдение и заметил остальных членов своей команды. Они отлично проводили время. И правильно делали. Мы заслужили эту ночь как обряд посвящения.

Последний год обучения в университете предоставил нам множество возможностей, и мы с моей командой были на пике своих возможностей.

В Рочестере команды были нашей опорой. Обычно это были небольшие группы от шести до десяти человек. Ребята, которые шли за мной, заслужили свои места на первом курсе благодаря преданности. Это было трудное время, и мы все изо всех сил старались, но ребята держались стойко, и мы вышли победителями.

Мы были разношерстной компанией неудачников. Мы приехали в Рочестер, зная только свои имена. Мы никого не знали. Мне повезло, когда Кейну назначили соседом по комнате. Поначалу я не был уверен в нем. Вскоре я понял, что у нас с Кейном разные амбиции. Он предпочитал действовать незаметно, контролируя свой мир, в то время как я хотел всего: власти, денег и женщин. Очень скоро я понял, что с Кейном лучше не связываться. Он стал первым в моей компании, хотя официально так и не принял это решение. Таким был Кейн.

В Рочестере ребята объединялись в банды по разным причинам. У меня была только одна. Меня не воспитывали так, чтобы я никому не уступал место. Кейн любил оставаться в тени, разгадывая общую картину. Он видел ясность там, где другие видели хаос. Его инстинкты были убийственными, и я научился слушать его и терпеть его выходки, когда он был прав, а это случалось в большинстве случаев. Кейн умел драться. Он доказал это на первом курсе, когда на меня напали трое парней. Насколько я знаю, он сразился со всеми тремя, и они не просто ушли. Три машины скорой помощи приехали в кампус, и Кейна чуть не выгнали из Рочестера. Все это произошло, пока я лежал с треснувшими ребрами. Он не сказал ни слова, и я узнал правду только когда вернулся на занятия. Он был моим чертовым соседом по комнате и не произнес ни слова. Опять же, это был Кейн.

У многих студентов уже были сформированы определенные привязанности, когда они поступили на первый курс. Тот факт, что у моей команды их не было, только усиливал наше стремление к победе. Я планировал занять первое место на первом курсе и не думал, что что-либо или кто-либо сможет меня остановить. Кейн был здравомыслящим человеком, и да, это был оксюморон. Он сказал...

Подожди, понаблюдай и учись. Возможно, мне это и не нравилось, но он был прав. Я не был готов к встрече с Брамбиллой, хотя моя юношеская самоуверенность говорила об обратном. Здравый смысл возобладал, и я сделал в точности так, как посоветовал Кейн. Это позволило нам занять наилучшее положение для противостояния нескольким старшекурсникам в следующем году. Мы зарекомендовали себя как сильнейшая команда академии, и мы сохраняли этот статус до самого нашего ухода.

Я и понятия не имел, сколько же дерьма мне придётся терпеть, когда моя команда останется последней. От бредовых жалоб из-за того, что кто-то косо посмотрел на кого-то, до толчка плечом в коридоре — мелочная чушь не прекращалась. Сейчас я изо всех сил пытался понять, есть ли что-то хорошее в том, чтобы быть на вершине.

О да, столько кисок, сколько я хотел.

В прошлом году я мысленно сложил воедино все кусочки головоломки вокруг Рочестера. Академией управляла объединенная семейная структура, о которой мало кто знал, кроме того, что она работала. Если бы она не работала, все происходящее здесь не имело бы смысла. Академия дала нам связи, которые семьи потеряли за годы внутренней борьбы. RICCO, самое грязное слово, используемое в любой мафиозной семье, позаботилась обо всем остальном. Наш образ жизни был под серьезной угрозой, и Рочестер хранил ключ к нашему выживанию. Думаю, все было подготовлено именно к тому, с чем мы столкнулись сейчас.

Мой отец никогда сознательно не говорил о том времени, что он здесь провел. Однако, когда боль была сильной и медсестра давала ему лекарства, он начинал болтать без умолку. Мне до сих пор трудно собрать воедино обрывки этих редких вспышек. В те времена у него были какие-то дела в Рочестере. В то время, когда мой отец там учился, мой дед не занимал высокого положения в семье.

После того, как мой отец окончил учёбу, дела пошли на поправку. Когда он наконец взял всё в свои руки, семья Латерца стала внушать страх. Многое из того, что я знал, не сходилось.

Возьмем, к примеру, Кейна. Его отец не был верен моему, и мой — его. Мы стали партнерами в первые же недели совместной жизни в одной комнате. Странно, что нас вообще поставили в пару. Что касается интеллекта, Кейн превосходил всех, кого я знал. Он был компьютерным гением и почти хакером. На первом курсе ему удалось взломать экзаменационный бланк преподавателя, и всю работу пришлось пересдавать. Его не поймали, но он сказал мне, что там происходит какая-то жуткая и страшная работа по обеспечению безопасности. Если это впечатляло Кейна, я верил ему на слово.

Рочестерская академия подарила нам связь на всю жизнь, которая укрепит наши семьи после нашего отъезда.

Я оглядел старшеклассниц, надеясь, что какая-нибудь из них возбудит меня. Их накрашенные лица и хихикающие улыбки сегодня меня не впечатлили.

Да ну всё. Пока Кейн занят, я выскользну. Я редко ходил один. Кампус мог казаться безопасным, но мы знали реальные риски. Сейчас мысль о том, что кто-то стоит у меня за спиной, заставляла меня чувствовать себя в ловушке, и я должен был сбежать.

Я вышел через боковую дверь ротонды, проскользнув мимо нескольких своих друзей, которые слишком веселились, чтобы обращать внимание. Внешняя дверь с глухим стуком закрылась и заперлась за мной. Кампус был хорошо освещен, но были и темные места, которые я хорошо знал, учитывая количество минетов, которые я получал в этих тенях. Даже эта мысль не заставила мой член сегодня вечером встать.

Я шла вдоль главного здания. Опавшие листья мягко хрустели во влажном воздухе под ногами. Лето закончилось, и осень здесь была коротким сезоном. Я перешла к первому общежитию для старшекурсников, расположенному под сенью нескольких деревьев. Мне нужно было подумать и привести мысли в порядок.

Состояние моего отца стремительно ухудшалось. Максимум, что он мог выдержать, это несколько часов в день вне своего домашнего офиса. Если бы люди знали, насколько плохое у него здоровье, они бы окружили его со всех сторон, чтобы воспользоваться первой каплей крови и напасть на него.

Если бы я был рядом с ним, я бы смог сдержать шакалов и быть готовым занять своё законное место, когда моего отца не станет. Трудно было представить, что такой человек может погибнуть, но мне пришлось столкнуться с этим прошлым летом. Врачи сделали всё, что могли. Он спрятал кислородный баллон в своей палате, и об этом знали только ближайшие сотрудники.

Даже несмотря на слабое здоровье, мой отец был умным человеком. Его девизом было никогда не показывать слабость. Груз его здоровья и нашей семьи лег на мои плечи. Рочестер был не там, где я был нужен.

Перед возвращением в академию у меня произошла крупная ссора с отцом. Он нуждался во мне, но не хотел этого признавать. Он отправил меня обратно в Рочестер под нелепым предлогом, что мне нужен диплом.

Что, блять, вообще происходит?

Аттестат об окончании средней школы никогда бы не повесили на стену ни одного из моих кабинетов. Это был всего лишь клочок бумаги. Отец наконец-то бросил на меня этот взгляд, и я понял, что проиграл битву, и вот я, черт возьми, в самом худшем месте.

Меня даже не заинтересовала ни ресепшн, ни принцесса.

Рецепты — это девушки без влиятельных фамилий. Они жили в нашем мире и имели место в семьях, если хотели. Многие оставались благодаря преданности, потому что так всегда поступали их семьи. Рецепты, сокращенно от «рецепты» (я понятия не имею, кто придумал этот термин), были здесь также ради наших членов. Конечно, добровольно, и большинство были более чем готовы. Священнобольстительные принцессы — это совсем другая история. Они были неприкосновенны. Жаль, что им нравились члены так же сильно, как и репетам. Если принцесса покидала Рочестер, сохранив девственность, она, скорее всего, проводила четыре года на коленях в университетской церкви. И ей всячески сочувствую.

Мне все это надоело.

Мне здесь не хотелось находиться. Я обошла второе общежитие, и мой взгляд привлек слабый звук. Из чистого любопытства я направилась в ту сторону, пробираясь сквозь тень.

Когда мои глаза привыкли к слабому свету в том месте, где они стояли, отчетливо раздался девичий голос.

«Тебе, сука, конец».

Группа из пяти человек окружила одну из них. Я узнала Стеллу Берлускони как девушку, которая говорила. Это была крупная девушка, которая любила демонстрировать свою силу и управляла своей командой кулаками. Я никогда не знала, что о них думать. Ни одна из них не была принцессой, но все производили впечатление властной и стервозной особы. Девушку, которую они загнали в угол, вот-вот должны были избить.

«Сделай это, придурок, тебе нужны четыре девчонки за спиной, чтобы справиться со мной, тогда просто, блять, сделай это».

Я не знала этого голоса, но меня поразило, что кто-то, столкнувшись с такими трудностями, осмелился противостоять Стелле. Назвать её придурком было бы только усугубить ситуацию. Тот факт, что это было отчасти правдой, не помог ей. До сих пор я не слышала, чтобы у кого-то хватило смелости сказать это вслух.

Это отняло у меня слишком много времени. Меня совсем не интересовала драка с участием девушек, и я чуть было не ушла.

«Кем ты себя возомнил?» — потребовала ответа Стелла.

Меня это тоже интересовало. Я не узнала голос девушки, а её лицо то появлялось, то исчезало в свете, и было трудно что-либо разглядеть.

На территории кампуса не было ни одной студентки, которую бы я не узнала, и я не могла вспомнить, кто она.

Я остался посмотреть. Это было лучше, чем возвращаться на вечеринку. Я стоял примерно в шести метрах от них, но потом переместился в другую группу людей поближе.

тени. Внимание съемочной группы было приковано к девушке, стоявшей в центре.

Я видела, как она энергично размахивала кулаками, давая понять, что готова к атаке. Девушки рассредоточились вокруг нее, освободив себе пространство. У них было численное преимущество, и у этой девушки не было ни единого шанса.

«Твоя тупая башка никуда не уйдёт», — резко сказала Стелла.

«Я не склонюсь перед собакой, так что давай, надрал бы мне задницу. Ты всего лишь трусливый задира с придурком на лице. Я получил это сообщение вчера, когда приехал в кампус. Фотографировать не удалось, потому что камера бы сломалась».

Мне хотелось рассмеяться. Она говорила как ребенок из детского сада. Кому-то нужно поработать над ее манерой говорить.

«Сука!» — крикнула Стелла и толкнула эту сумасшедшую девчонку.

Она пошатнулась назад, но тут же выпрямилась. Одна из других девушек толкнула её за спину.

«Хватайте её!» — крикнула Стелла своей команде.

Банда вмешалась. Сумасшедшая девчонка нанесла несколько ударов, но они повалили её на землю, и Стелла перешагнула через неё.

«Помни, ты сам напросился. Если я тебе что-то скажу, ты, блять, это сделай».

Стелла достала что-то из кармана. Когда она открыла складной нож, свет упал на лезвие.

«Что, блять, происходит?»

Рочестер либо закалил тебя, либо сломил. Я многое закрывал глаза на проступки членов команды.

Если какая-то команда была связана с моей, у них было больше свободы, чтобы заниматься своими делами. Команда Стеллы была одной из немногих, о которых я слышал, которые ни с кем не были связаны. Хотя она знала правила академии, и я не мог поверить, что она действительно отчислила эту девушку.

Стелла схватила свою рубашку и разорвала ткань ножом. После того, как ее рубашка была отодвинута в сторону, сумасшедшая девушка перестала сопротивляться.

«Лучше убей меня, потому что ты за это заплатишь». Она говорила тихо, и я поверил, что она говорила серьезно.

Стелла приставила нож к коже прямо над грудью. Сумасшедшая девчонка поморщилась, и я понял, что это не попытка запугать. Стелла пустила кровь.

«Я и не знал, что настоящая вечеринка проходит здесь», — громко сказал я, выходя из тени.

Они подпрыгнули, что было довольно забавно, и все взгляды, огромные от света, обратились ко мне. Они оказались не такими умными, как думали. Кто-то должен был следить за их спиной. Плохое планирование со стороны Стеллы.

«Это тебя не касается», — прорычала Стелла через несколько секунд после того, как пришла в себя после моего появления.

«Меня беспокоит нож в твоей руке. Так не пойдёт, и ты это прекрасно знаешь».

«Я же сказала, что это тебя не касается». Стелла встала и повернулась ко мне лицом.

Я сделала шаг вперёд. Двое из команды Стеллы выпустили «сумасшедшую девчонку» и тоже повернулись в мою сторону.

Ну-ну-ну.

«Девочки, вы действительно хотите со мной подраться?»

Я стояла непринужденно, ничего не выдавая. Они переводили взгляд с меня на Стеллу и обратно.

Сумасшедшая девчонка решила пошалить на земле, перекатилась и, размахивая ногами, ударила одну из девушек по ноге. Она вскочила на ноги и повернулась лицом к Стелле, края ее рубашки были расстегнуты.

«Ты хочешь это сделать, Стелла?» — спокойно спросила я, еще больше замедлив дыхание. Ни мои руки, ни выражение лица не выдавали готовности оторвать кому-нибудь голову.

«Ты ввязалась в то, в чём не должна была участвовать. Ты всё испортила». Стелла отступила на шаг назад, и её команда сделала то же самое.

«Кажется, ты забыл, кто здесь главный, придурок». Да уж, "отличница-сумасшедшая" звучало неплохо.

«Ты только думаешь, что управляешь школой. Наслаждайся, пока это длится». Она подала знак своим дочерям, и они незаметно скрылись в тени.

Я наблюдал, как они растворяются в темноте, и убедился, что они исчезли, прежде чем превратиться в безумную девчонку. Плотная копна светло-каштановых кудрявых волос закрывала часть ее лица. Она нетерпеливо откинула их с глаз и подняла взгляд. Ее рост был не больше пяти футов. Свет падал на ее кожу и блеск ее глаз, хотя я не мог определить их цвет. Ее лицо поразило меня своей неповторимой красотой. Она точно не была чистокровной итальянкой. Она не поправила рубашку, и хотя мне больше всего на свете хотелось смотреть на ее грудь, кровавый след остановил меня.

«Ты в порядке?» — спросила я, хотя выражение её лица совсем не отражало ожидаемого мной облегчения.

Она выпрямилась, и казалось, что на этот раз готова со мной сразиться. Я изо всех сил старался не рассмеяться. Встреча один на один со Стеллой была бы для неё невозможна. У неё не было ни единого шанса против меня.

«Я и так могу сама бороться за себя и мне не нужно ваше вмешательство».

Я понятия не имел, кто она. Клянусь, я никогда раньше ее не видел. Новые студенты приходили сюда только на первом курсе. Она была первокурсницей? Если да, то у нее была шикарная фигура. Я заметил размер ее груди одновременно с тем, как заметил кровь.

Она тяжело дышала, и ее крошечные ручки снова сжались в кулачки. Она бросилась вперед, словно собиралась напасть.

«Ого», — сказал я, отступая на шаг назад.

Она остановилась, дыхание стало прерывистым. Наконец, она опустила взгляд и натянула ткань поверх кружевного бюстгальтера, который едва прикрывал их.

Ее руки дрожали, и я видел нерешительность на ее лице. С досадой она повернулась и ушла. Она направилась к первому общежитию для старшекурсников. Я поспешил ее догнать.

Она остановилась и посмотрела на меня взглядом, который говорил: «Отойди». Она продолжила идти, и я тоже.

«Уходите, пожалуйста», — потребовала она, повернувшись ко мне спиной.

Возможно, в этих словах звучали слезы. Она схватила дверную ручку.

«Сумасшедшая девчонка», — тихо сказала я, и она резко обернулась. Ее большие, теперь уже зеленые, глаза выглядели загнанными в угол. «Не ходи в Рочестер одна».

Она быстро вошла в здание и захлопнула за собой большую дверь, словно та могла остановить меня, если бы я захотел войти. Я неторопливо удалился, чувствуя себя уже не тем, кем был раньше, и заметил вдалеке кого-то, направляющегося к зданию, где жила эта сумасшедшая девчонка.

Г-н Ксавье.

Странный.

Он вошёл внутрь.

Даже самый страшный мужик, которого я когда-либо встречал, не смог избавить меня от эрекции. Наконец-то мой член вернулся.


OceanofPDF.com

Об авторе

Холли С. Робертс

Холли — автор бестселлера «Play» по версии USA TODAY, разошедшего миллионный тираж. Она живет высоко в горах со своими двумя избалованными собаками в окружении деревьев и природы. Больше информации о Холли и ее книгах вы можете найти на сайте wickedstorytelling.com.

OceanofPDF.com

Книги из этой серии

Академия Мафии

Войдите в коридоры Рочестерской академии, обители потомков мафии. Их руки будут в крови еще до окончания учебы.

Алессандро

Алессандро и Джиа. Ее отец убил его мать. Он хочет получить ответы и то, что причинит принцессе мафии наибольшую боль. Она станет его.

Данте

Данте рано или поздно станет главой своей семьи. Чейни — загадка, которую ему предстоит разгадать. Сможет ли Рочестер сдержать надвигающуюся войну, когда столкнутся враждующие семьи?

Габриэль

Они были помолвлены с рождения и ненавидят друг друга. Габриэль должен обеспечить безопасность своей будущей невесты, и единственная брешь в его плане — это её привлекательная соседка по комнате.

OceanofPDF.com

Книги этого автора

Серия "Жарче ада"

Антигерои мафии. Иногда для борьбы с настоящим злом нужен очень плохой человек.

Страстный роман, в котором враги становятся возлюбленными.

Академия Мафии

Их руки будут в крови ещё до окончания учёбы. Страстный роман о взаимоотношениях хулигана и врага, перерастающего в любовь.

Серия «Завершение спортивных соревнований»

Футбол, бейсбол и регби нагреют постель и наполнят вашу комнату паром. Страстные спортивные романы, переход от вражды к любви и любовь к спорту не обязательны.

Марина и Кинг

Апокалипсис адских псов начался. Марине нужен монстр, чтобы выиграть войну, а Кингу нужен герой, он просто об этом не знает. Захватывающий, постепенно нарастающий сюжет с элементами паранормального!

Клуб Эль Диабло

Добро пожаловать в секс-клуб для богатых и знаменитых. Эротические романы с властными мужчинами и женщинами, которые их любят.

Огненные хроники (оборотни-драконы)

Страстные оборотни-драконы в мире, построенном на душевной боли. Проклятие, которое может снять только безусловная любовь. Полное смеха и слез.

OceanofPDF.com