# Обитель бога. Сводный файл

Николь, Рун Ирга

Иногда легенды оживают. Иногда они выглядят яркой, красивой и доброй сказкой. А иногда и не очень. Но в любой сказке к героям приходит на помощь или бог или волшебник. Но хорошая ли это затея, ввязываться в игры и тех, и других? И главное, приходится понять, что бог, даже самый всемогущий, не сможет спасти ни мир, ни страну, ни даже тебя самого. И там, где не смогут пройти сильные, придётся идти обычным людям. Вот только самая добрая сказка станет страшной, если ты сам ничего не будешь делать.

## Часть 1


## Пролог


- Довёл?

- А как жа? В целостити и неприкасанности, сё как угаворено. И Ахудемику ихниму прям в руки и отдал. Рыжаки слово держут!

Вождь синеголовых закивал, дипломатично соглашаясь с утверждением своего огненно-рыжего собеседника, но всё-таки не преминул уточнить:

- Ничего по дороге не случилось?

- Да чаго там на болотях-то могло случиться? - почти искренне удивился рыжак. - Разве от лещака струханули по-маленькому. И говорять чуднако. Ты воть слыхал чтоб жопУ жОпой называли? А молодой ихний так и сказал ить, когда испужался: аж жОпа, грить, взмокла. Ан ничо, крепкия оне, сказал стой, так и стояли. И зверуха иха тоже стояла. Учёная. Да и лещак тот не нас, а маленовых скрадал, так что жути густо не нагонял. Так, рыкнул, шобы не мешались, и потрусил дале.

- Так просто взял и потрусил?

- А чаво ж там сложного? Мы за маленовыми, маленовые за лещаком, а лещак за нами. Так и ходели кружалом. А потом мы в сторонку шасть, и сдрыснули. А они и дале ходели. Лещак-то за неми рыскнул, их-та больше. А яще мы-та соком пихторынги оптерлися, а лещак его дюжа нехаит.

- Храмовники на болотах были? - неприятно удивился вождь. - Носит их... Далековато зашли что-то. Ладно, рыжий, это твоя плата от Академика.

- Сам-та рыжий. А чот насчёт угодий?

- Траву собирайте. Сколько надо. И пусть ваш шаман к нашему на грибочки зайдет, там и договорятся. Да и другие дела перетрут.

- Ага, пасиб. Должными будем. Но только вот шо... - рыжак чуть запнулся. - Передай вашим старшИм, что молодой ихний не жилец. Если упустють.

- Что?

- Хворька в него въелась. Я ж вижу... Недельки две и волоса бледнеть начнут. Жалко же, юнак справный. В обчем... Скажи.

***

- Ну, и когда я, наконец, получу отчёт от этого... Граса, кажется?

Его Просветленность Великий Князь Астольд Лунный старательно пытался изобразить голосом презрительное равнодушие, а лицом безмятежность, но безбожно переигрывал. Да и с руками не совладал.

Дрожали ручонки-то у княжонка, как насмешливо отметил про себя тысячник Лютаранг Оттега. Мог себе позволить, кстати, стоять не на вытяжку, хоть этикет и не одобрял такую вольность. Капризы Астольда тысячника сильно не волновали, а гнев не пугал - ещё вопрос, кто кому нужнее и кто кого скорее напугает, если что, но тысячник всегда строго придерживался правил игры. Но сейчас его раздражало то, что ответа на поставленный вопрос он не знал. К огромному его сожалению, он хотел бы и сам знать, когда от Граса придёт хоть какое-то известие. Правда, кое-что Лютеранг таки знал, но этим своим знанием со вздорным княжонком делиться не собирался.

Например, тем, что в отличии от прижимистой княжьей казны, он мог позволить себе снабдить Граса артефактом небесной связи ауков. Да, стоило это целое состояние, но в заначке у тысячника всегда имелся один для сопровождения особенно важных миссий. И жаль, что один. Потому что на этот раз связь, кажется, подвела.

Хотя, почему связь? Лютаранг никогда не обманывал себя: там не связь, похоже, накрылась, там случилось что-то гораздо худшее. Небесная связь Ауков славилась своей надежностью. Иногда попадали в зону, где сигнал глох, но в Горном Стане с этим всё было замечательно. И если артефакт внезапно и необъяснимо замолчал и не подавал никаких признаков жизни, стало быть, дело не в этом.

А ведь буквально за пару часов перед тем, как замолкнуть, Грас доложился, что всё идет по плану и даже лучше, чем они вначале рассчитывали. И что женщины в городе, в гостинице, а Крысёныш полностью контролирует варнаков. А потом он куда-то отвлёкся и больше на связь не выходил. И сигнал маячка от артефакта оборвался.

Уничтожен? Интересно, как? Артефакты ауков, а тем более встроенные в них маячки, неистребимы, как клопы-кровососы. Их можно со скалы уронить и под водой несколько месяцев продержать, а тут... Скотозавр, что ли его там сожрал? Нет, всё-таки надо было дать передатчик Крысолову. Несмотря на все сомнения на его счет, молодой сотник его точно не пролюбил бы. Ну, пока сам жив, само собой... Но у него своя задача и свой артефакт, нельзя всё складывать в одну корзину.

Так, интересно, а с чего это княжонок копытом бьёт? Он-то про передатчик ауков не знает, а ждать известий из Предгорья без него сейчас ещё рано. Но Астольд явно нервничает... Вот это уже интересно. Затягивать с ответом не стоило, княжонок, как и его братец, умом не блещет, но вот подозрительности и хитрости там отмерено на пятерых. Отцу их покойному при всей его мудрости последнее в своё время не помешало бы, глядишь, и выжил бы...

- Так точно, лэрр Грас, Ваша Просветленность. - Лютаранг слегка наклонил голову, но тут же снова со спокойным вниманием взглянул в мутноватые глаза сюзерена. - Смею напомнить, что именно вы настояли на его кандидатуре, когда решался вопрос о том, кому можно доверить столь деликатное поручение.

- Да? - деланно удивился Астольд, нервно дернув себя за кружево на манжете так, что чуть его не оторвал. - Может быть, я не помню... Наверное, его лицо мне тогда показалось достойным доверия. "Ага, доверия", - хмыкнул про себя Лютаранг, не меняя выражения собственного лица, вернее отсутствия всякого его выражения. - "И не лицо, а задница... Зря что ли я всех твоих любимчиков заранее оптом скупил... Дай-то всесущий, чтобы дело было только в беспокойстве о долгом отсутствии очередной подстилки... Ха, а не было ли у этого хлыща при себе маячка и от княжонка? На артефакт Аука он бы не раскошелился и для фаворита, на всех не напасешься, а вот на маячок слежения мог..."

- В любом случае лэрр Грас вполне подходил для той миссии, которую мы на него возложили. И я уверен, что выполнит её со всей присущей ему ответственностью, - глубокомысленно изрёк тысячник, с наиболее серьёзным выражением физиономии, которое смог изобразить, не пересолив по части идиотизма. - Но позволю себе заметить, по всем расчётам, лэрр Грас ещё только-только добрался в Горный Стан. И даже если бы он, едва переночевав в городе, на следующее же утро отправился назад, то вряд ли успел бы вернуться, даже если бы безжалостно загонял коней и менял их в каждом городе на свежих.

- Вероятно, да... - немного удивленно согласился с Лютарангом княжонок, словно эта мысль стала для него откровением.

- Так чем же вызвано ваше беспокойство? - осторожно поинтересовался Лютаранг, подпустив в голос как можно больше прямо-таки отеческого участия.

Этот взбрык Астольда ему очень не нравился и заставлял насторожиться. Ох, не сам Его Просветлённость вдруг о фаворите вспомнил и взгрустнул, ох не сам... Кто-то его явно накрутил... Надо полагать, тот же, кто надоумил артефакт Предгорного в столицу притащить. Стало быть, он уже тоже что-то такое знает и это плохо, очень плохо...

Если у Лютаранга ещё оставались сомнения в том, что обрыв связи случайность, то теперь стало совершенно ясно - что-то там пошло не так... И, главное, знает ли тот, кто стоит за княжонком, про амазонок? Не должен... Никто не должен.

Этер умер молча, иначе бы и Лютаранг головы не сносил, а Грасу вообще ничего про них известно не было. Про двух баб, которых придётся прихватить в Горном Стане и доставить в имение тысячника, ему было сказано уже на подъезде к городу, так что проболтаться при всём своём желании, он никому не успел бы. Крысолов? Неужели мальчишка всё-таки продался?.. Но теперь и это не важно, если там что-то пошло не так, то остаётся только принять бой. Что ж, Оттегам не впервой. Хуже всего, что в игру в последний момент влез Ульф... Это противник как бы не посерьезней всех прочих... Тем временем княжонок капризно надул губы:

- Ах, мне казалось, что прошла уже вечность... И сон сегодня приснился... Странный и тревожный, - из-под приопущенных век он томно взглянул на тысячника.

Лютаранг мысленно поморщился: кто-то сказал Его Просветленности, что такой вот сонный взгляд делает его загадочным и неотразимым. Вот и елозит им всех подряд.

- Лэрр Оттега, вы уж будьте любезны, наведите справки... У вас же есть какие-то агенты там, поблизости? Через банк в ближайшем городе, в конце концов, можно связаться... Где там ближайшее отделение с действующим алтарём связи? Город Ветров, кажется?

"Оппаньки! Банкиры засуетились? То есть Северяне... Ну, это хотя бы ожидаемо, могло быть и хуже. А самое плохое, что хуже всё ещё может быть."

- Непременно, Ваша Просветленность. Если это вас так тревожит, то я не считаю себя вправе перепоручить такое важное дело, кому-либо и почту своим долгом исполнить ваш приказ и лично отправиться в Горный Стан. Выясню, что там происходит и немедленно доложу по возвращении.

И коротко поклонившись, Лютаранг вышел из кабинета, не дав Астольду прийти в себя и сообразить, что он, собственно, никакого приказа и не давал. Насколько Лютаранг его знал, сам он это сообразит ещё не скоро. Если вообще сообразит. Что ж, теперь есть отличный повод, чтобы отправиться к Красным Скалам, не вызывая подозрений. Каприз княжонка - это вам не жук начхал.

***

Сотник Гедарин Оттега соскочил с седла, похлопал по шее своего единорога, швырнул повод почтительно ожидавшему его у ворот конюху и приветливо кивнул старику-дворецкому, вышедшему встречать молодого господина.

- Привет, Свеган. Не знаешь, что за срочность была, гнать всю ночь? Вот и тебя чуть свет подняли...

- Благодарю за заботу, лэрр Гедар. Но мы ещё не ложились. Отец ждёт вас в Немой башне.

Старик, помнящий этого гиганта ещё младенцем, позволил себе улыбнуться. Единственный сын хозяина был и для него, как родной... Единственный выживший.

Гедарин стремительно и с удивительной для его медвежьей грации лёгкостью взбежал по широким ступенькам извилистой лестницы замка на самый верх центральной башенки, носившей наименование Немой. Туда, где, словно в скворечнике, впрочем очень комфортабельном и просторном скворечнике с отличным видом на округу, его ждал отец. Сам факт того, что разговор отца и сына должен был состояться в этом месте снимал все вопросы о срочности вызова.

В конце концов, обойдутся и без него на этом приёме у виконтов Кастэллов. Чего он там не видел-то? Даже на дуэль никого не вызовешь, давно дураков нет с ним связываться. Разве что завтрашний турнир жаль пропускать, но и то ничего интересного, так себе призы заявлены. А тут, похоже, что-то серьёзное. Причем такое, о чём говорить можно только в защищенном от любого возможного прослушивания месте.

- Что случилось?

- Пока ничего такого, что может помешать тебе меня поприветствовать, - усмехнулся Лютаранг, не без удовольствия разглядывая сына. Настоящий воин. Всё же не смогла его мать испортить мальчишку... Жаль, что за это ей пришлось заплатить жизнью. Он не хотел, честно не хотел. Но поступить иначе не мог: после жуткой смерти в бою старшего сына, тысячник отказался забирать из войска младшего, Гедарина. Хотя кто бы знал, чего ему самому это стоило. А Кларисс это убило...

Зато сын получил свой артефакт сотника по праву, а не потому, что он наследник одного из древнейших родов, а его отец - тысячник. И в легионе его уважали все, от простых конюхов до сотников меча, а у этих уважение стоит подороже иных княжеских наград. Жаль только, что придворный из него так себе. И политик тоже. Некогда на войне было учиться. Ну да ладно, на это у них ещё время будет. Если выживут.

- Знаешь, Гедар, я вот тут подумал, хватит тебе по этим балам мотаться... Одному хватит. Невместно. Все твои ровесники уже женаты, и только мы с этим затянули. Так что пришло время съездить за невестой. Правда, для начала надо будет кое-кого убить. Никому кроме тебя я поручить это не могу, сам понимаешь... - и не удержавшись, хмыкнул: таким ошарашенным лицо неустрашимого Гедарина по прозвищу Бешеный Носорог не видел ещё никто.

***

..На второй день пути, ближе к вечеру, путники, наконец-то добрались до небольшой церкви Аука, стоявшей на окраине маленького старинного городка. Первой остановки на их длинном пути в северные долины. Как сказал Старший наставник, дальше они поедут на подводе с караваном, развозившим по часовням, молельням и церквям артефакты на продажу. Главный храм, где учились будущие жрецы, сам артефактами не торговал, и подъехать к нему на подводе было нельзя, только дойти по извилистой горной тропке, снабженной ловушками и засадными гнездами на случай нападения. Да и саму тропинку без проводника так просто не отыскать. Храм Аука дорожил своими тайнами. Особенно после того, как в Первую имперскую потерял свой замок.

Мальчишки, впервые попавшие за стены храмового приюта с тех пор, когда их туда отдали, были немало потрясены внезапно обрушившимся на них внешним миром, о котором они много лет знали только по рассказам наставников. Свою жизнь до храма юные воспитанники помнили смутно, если помнили вообще, слишком мало им тогда было лет. И ещё пару дней назад они не особенно рассчитывали в обозримом будущем туда вернуться.

По крайней мере эти трое, нацелившиеся на судьбу посвященных. Это храмовые служки уходили в мир сравнительно рано, а те, кто собирался познать тайны Связи Богов, должны были забыть о самой возможности покинуть Храм. Так бы оно, разумеется и случилось, если бы не Голос Прибывших, сделавший их одномоментно Избранными.

Так что, по древней, проложенной ещё богами дороге, мальчишки двигались в совершеннейшем обалдении от новых впечатлений. Густая растительность от бледно-зелёных до тёмно-синих тонов, нависающая над ними аркой, птичьи голоса, звуки и запахи гор, розовые облака, похожие на взбитый пух цветущих эотол, приникшие к самой тропе и будто приглашающие попробовать наступить на них - всё это потрясало и восторгало.

Правда, наставник и два бородатых и хмурых послушника-проводника, встретившие их у выхода из храма и подробно проинструктировавшие перед дорогой, не позволяли расслабиться. А вскоре мальчишкам и вовсе стало не до восторгов - дорога оказалась очень трудной. И то, что они спускались вниз, а не поднимались вверх на гору, дело никак не облегчало. Даже наоборот, как пояснил им один из проводников на привале, в горах спускаться иногда тяжелее, чем подниматься. Вирки ему сразу же и поверил. Во всяком случае он сильно на это понадеялся, так как мысль о том, что придётся же когда-то этой же дорогой и возвращаться, его откровенно не вдохновляла.

Но гора, наконец, закончилась, и пройдя ещё несколько километров по пыльной и скучной, но зато ровной дороге, они подошли к городу, миновали городские ворота, где стражники почтительно приветствовали и проводников, и наставника, и "юных мудрейших", как они обратились к мальчишкам, повергнув тех в некоторое смущение.

Вступили на улицы городка и обалдели ещё раз. От суеты и толкотни на узких улочках, от множества голосов и женского смеха, от запахов, доносившихся из всех дверей и вообще от всей этой обыденной, но совершенно непривычной отшельникам жизни.

- У них что, праздник сегодня? - шёпотом спросил конопатый Вирки, ни к кому особо не обращаясь, но наставник услышал и улыбнулся.

- Нет. Это просто жизнь такая.

- Жизнь, как праздник? - потрясённо уточнил Тарки, провожая глазами бегущего куда-то вприпрыжку с огромной корзиной на перевес чумазого мальца одних с ним лет. - Вот здорово...

- Не особо, - вздохнул Байди, оглядевшись повнимательнее. - Как-то не очень они радуются, и вообще... - и как будто подтверждая его слова из-за угла, куда свернул тот самый мальчишка, раздался какой-то шум, глухой звук удара и грубая мужская ругань:

- Ты что сделал тварь босоногая? Запорю, угрёбыш! Ноги переломаю!

И ответный мальчишеский писк:

- Я не нарочно, дяденька! А-а-а-а!

У ворот городского храма их встречали, выстроившись полукругом и почтительно кланяясь, почти все тамошние служители, уже предупреждённые о прибытии паломников из верхнего храма. Путников отвели в баню, сытно накормили и устроили отдыхать. Наставнику выделили отдельную келью, а мальчишкам одну на троих, но для них и такое было запредельной роскошью.

В храме юные послушники жили в большом общем на сто человек зале. И сейчас, уставшие в горах за два дня, как вьючные мулы, они откровенно млели от такой невиданной роскоши. К тому же, к ним приставили послушника для разных услуг и помощи, что и вовсе повергло непривычных к подобному приятелей в лёгкий шок. Тем более, что этим послушником оказался хорошо им знакомый Юдек, который выпустился из храма два года назад, большой любитель погонять взашей малолеток.

Он отбыл на служение под вздохи облегчения всех младших, и с тех пор они не виделись. Но сейчас подросший и сильно посерьёзневший Юдек почтительно осведомился у "юных мудрейших" не будет ли у них каких-либо пожеланий и тихонько устроился у входа. Это было уже слишком. Ну, ладно, стражник на воротах, может он так всех храмовых приветствовал, но этот-то что?

- Юдек, ты что, не узнал нас? - потрясенно спросил Байди, разглядывая когда-то вредного и заносчивого старшака, с которым у него было особенно много конфликтов в вопросах мальчишеской чести.

Юдек с какой-то тоской оглядел мальчишек, выряженных в новенькие, с иголочки, хламиды служителей Лабиринта, сглотнул, опасливо оглянулся на дверь и признался:

- Как не узнать, узнал, конечно, пэрр Байдар, - облизнул сухие губы и добавил. - Ты того... Извини за прошлое, если чего. Дурак был...

- Уже все что ли знают? Ну, про Голос, - осторожно спросил Вирки.

- Ауки все знают, - кивнул Юдек. И, понизив голос, сообщил. - Теперь вообще непонятно, что будет... Говорят, по преданию, когда настанут последние времена, спасение придет через Избранных. И, знаете... Я рад что делил с вами кубрик. Хоть и...

***

- Почему мы оставили Жемчужину? Если без традиционной толики пропаганды?

Вопрос, наконец был задан, и Вальдир откинулся в кресле ожидая ответа. Человек, сидящий перед ним, задумчиво покатал напиток на дне большого хрустального бокала.

"Размышляет, что можно сказать, а что не стоит", - решил Вальдир и потянулся за своим напитком.

Нет, вопрос доверия перед его собеседником не стоял, если бы не доверял, волшебник вообще не затеял бы эту беседу. Просто, сидящий перед Вальдиром с виду спортивный и молодой, пожалуй, немного моложе тридцати лет, мужчина был одним из самых старых, и самых лучших в мире Реки учителей. И он всегда тщательно выбирал то, что можно сказать ученику, чтобы дать ему максимум для начала работы и не перекрыть возможные варианты своим мнением. Очень авторитетным, надо сказать, мнением.

- Ну, если без пропаганды... Несколько причин. Первая, это чистая биология. Вот то, что у тебя в бокале, эликсир Токи. Лучший коньяк, придуманный человечеством. И даже не очень редкий.

"Ага, не очень", - ухмыльнулся про себя Вальдир. - "То, что налил мне ты, то, что могу найти я, и то что продают всем - ну, прям таки, одно и то же."

- Его основа, это цветы секвойи Токи и древесина из неё же, которая идет на изготовление бочек. Но вот беда. Правильно растет это дерево только в родном мире Токи, и ещё они умудряются поддерживать рощи на берегах Реки, где у них поселения. Во всех остальных мирах они вырождаются в обычную секвойю, а напиток из неё отдает плинтусом и живущими за ним тараканами. Провал попытки вырастить что-то вне их селений признал даже принц Сансара. Видишь ли, изменение - это мутация, а любая мутация со значительно большей вероятностью ухудшит работу организма, особенно мозга, чем улучшит.

Вальдир напрягся. Вот теперь пошла информация.

- Изменённые Жемчужины начали вырождаться?

- Не только они. У нас уже больше двух сотен одичавших миров. Что до Жемчужины, наши наблюдения, пока они там ещё велись, показывали, что у изменённых этот процесс уже начался и стремительно набирает силу. С небольшой, но не нулевой вероятностью там может появиться устойчивая разумная раса, но для того, чтобы обрести право на собственное будущее, им придётся вкалывать неимоверно. И отказаться от многих вещей, которые мы квалифицируем, как человеческое начало. То есть первая причина - это просто подождать.

- Ясно. Ещё?

- Мы никому не закрывали выбор. Они его сделали. Всем желающим была предоставлена возможность уйти. Это толика пропаганды, - усмехнулся учитель, заметив легкую тень, непроизвольно промелькнувшую в глазах Вальдира. - Правда же жизни заключается в особенностях нашей расы. Если мы будем заставлять людей оставаться людьми силой, мы очень быстро деградируем. На Жемчужине наметилась тенденция упрощения существования человека ещё до Изменения.

- Поясни, - напрягся Вальдир, отставляя свой бокал. - Это связано с моим заданием в этом мире?

- У тебя... Очень комплексное задание. Давай-ка я тебе обрисую ситуацию. Вкратце. Особенность нашего вида состоит в колебаниях массы нашего мозга. Мозг штука затратная, она потребляет до четверти ресурсов организма. Предки выделились из дикого состояния как раз потому, что наращивали массу мозга. И это стало возможно, так как делало их конкурентоспособными с теми, кто имел преимущество по части наращивания зубов, когтей и панцирей. И когда они перешли критическую массу, появился разум. Не у одного нашего вида, между прочим. Нас было семь разумных рас на планете. Хоть и произошли от общего предка, но... Мы даже не скрещивались. Выжили только мы. И получив лучший из всех разум, мы получили и громадное преимущество, став доминирующим видом. И начали строить стадное общество.

- Стадо как-то плохо звучит, - скривился Вальдир.

- Стая звучит ещё хуже, - качнул головой волшебник. - Общество можно строить разными способами. Так или иначе, но как любой другой разумный вид, мы начали строить общество и начали его усложнять. А в сложном обществе зачем сложные мозги каждому индивидууму? Садовник растит цветы, художник рисует картину, инженер делает деталь машины... Всё общество усложняется, но отдельному человеку-то зачем сверхсложные и затратные мозги? И тогда естественный отбор начинает эти мозги уменьшать. А когда масса падает ниже критической, то мы дичаем. Стремительно. Так уже было.

- То есть мы бросили жителей мира дичать?

- Почти. Это "почти" заключается в том, что дичать они начали до того, как мы их оставили. У них обнаружился уникальный ресурс.

- Нейрит?

- Нейрит. Сверхчистый нейропластик с уникальными свойствами. Мы можем его делать, и очень дорого. А они его могут копать. И очень дёшево. А для накопать смолки из болота особо крупный мозг не нужен. И для продать его, тоже.

- Их мозг начал усыхать? - изумился Вальдир. - Но это же длительный процесс.

- Десятки тысяч лет, - кивнул волшебник. - Но одичание начинается существенно быстрее биологического вырождения. Вначале падает уровень образования. Зачем готовить умных, если можно готовить специалистов? Как только мир выбирает этот путь, он делает первый шаг к бездне. А если есть уникальный ресурс, позволяющий сохранять приличный уровень жизни без особых умственных затрат, то падение в бездну неизбежно. Потомственного умного нам вывести не удалось. И потомственного одаренного тоже. Зато потомственного президента или директора прииска вывели очень просто.

- Он пошли по пути наследственной передачи власти?

- Там есть несколько групп с разным уровнем... нет, не развития. Скажем так - деградации. Первая группа, цивилизационная. В неё входят две империи и одно княжество.

- Империи?

- Именно так. По нашим меркам они, конечно, совсем микроскопические, но все признаки классических империй там присутствуют. После нашего ухода они не продержались и ста лет. Сложная структура высокоразвитого общества им стала просто не по карману. Ещё до исхода наметилось её упрощение, они даже пытались навязывать свою гегемонию соседям по кластеру и превратить их в классических сателлитов, обслуживающих их общество.

- Соседям это не понравилось, - кивнул головой Вальдир.

- Соседи поставили перед нами вопрос об исключения Жемчужины из их кластера. А после исхода они и вовсе упростили социум до псевдо-феодализма. Северная империя образовалась там, где располагался Пригород. Она подала пример, первой учредив институт аристо из изменённых. Их вариант изменения нестабилен, точнее рецессивен, его надо поддерживать в поколениях. Так что биологически аристо оправданы, но они потеряли, а точнее уничтожили пассионарность основной массы населения.

Волшебник чуть помолчал.

- Таким образом демографическая подушка, откуда и появляется основная масса одарённых, была разрушена, - продолжил он. - Вернее, загнана в такие условия, что у одарённых нет ни малейшего шанса даже узнать о наличии у себя дара. Сейчас Северяне и вовсе скатываются к абсолютизму, причем в его самой агрессивной форме. Именно из-за этой тенденции Жемчужину в своё время исключили из кластера.

- Ясно. Теперь понятно, почему ты туда именно меня отправляешь.

- Нужен спец по деградирующим веткам развития, - согласно кивнул волшебник. - Лечить саморазрушающиеся миры мы пока не умеем, приходится довольствоваться профилактикой. Лучшее, что придумано для этого, это институт Предтеч. Дает хороший импульс пассионарности, но и эту ветку они потеряли. Ты в этом направлении наш самый лучший специалист, и решение просить тебя отправиться на Жемчужину лично, мы приняли с тяжёлым сердцем.

- Полевой опыт у меня есть. И при нашей экипировке мне мало что может там угрожать.

- Против угрозы, что обнаружена нами в том мире, экипировка мало помогает. Пойдешь к Сансаре, он введёт тебя в курс дела лучше меня. Пока что скажу, что и он еле унес от неё ноги.

- Принц Сансара? Еле ноги унес? Да он же мелкий планетоид в полплевка разносит, даром что зелёный! - поперхнулся эликсиром Вальдир.

- Загадка Южной империи. У них изменение пошли чуть иначе, чем у северян. Они вырождаются до потери способности самостоятельно размножаться. Но при рухнувшей системе высшего образования, силами только одной талантливой девочки и выученных ею жрецов, они умудряются проводить изменения, которые поддерживают этот вид на плаву больше семи ста лет.

И вот именно там, перед самым уходом, Сансара отловил одно живое существо непонятного происхождения. Во всяком случае, среди фауны планеты ранее ничего подобного замечено не было. Паразита, который опутывает мозг человека и создает дубликат нервной системы. Зараженный имеет несколько стадий преобразования. Пойманный экземпляр уже начал превращать разумного во что-то инородное, причем наделённое странной силой.

- В чем странность?

- Его сила в чем-то сродни нашей.

- Волшебников?

- Да. Основа нашей силы - ПИФы. Мы умеем создавать небольшие пространства с измененной физикой. Но для нас это наука. Мы создаём устройство, рассчитываем параметры ПИФа, изучаем... Это нейропластик я формирую по собственному желанию, а ПИФ... Это кусочек Вселенной с другими законами. И этот кусочек ограничен пространством прибора. А паразит заставлял плыть законы физики вокруг него. И эта штука пыталась подсадить свои споры самому Сансаре.

- Них!... Заразить принца Зелёного дома? - от удивления Вальдир чуть было не выплеснул эксклюзивный коньяк, бутылка которого стоила, как участок земли в столице кластера.

- И у этой твари почти получилось, - кивнул волшебник. - Поэтому этот мир нам пришлось поставить на карантин. Да и самим несколько изолироваться от мира Реки. Ну, во всяком случае, пока не поймем, что это такое и как этому можно противостоять.

- Вот значит как. То есть то, что волшебники отстранились от прочих миров, не просто так? - Вальдир собрался. - Что ещё по югу?

- Рабство. Они упростились ещё больше. Из цивилизационных проектов осталось разве что Княжество. Бывшая корпорация Синтия со столицей в Киенне. Власть там взяли специалисты. Изменение под запретом, это даже прописано в вычислителях. Производственный комплекс измененному подчиняться не будет.

Но власть и там передается по наследству. Образование доступно исключительно элитам, научные школы сохранились только при храмах. Благодаря жрецам, которые набирают своих последователей среди простолюдинов, были сохранены начальные школы. Но после большой войны и массовом разорении населения их становится всё меньше и меньше. Длительное обучение детей просто не по карману их родителям, так как в семье нужны рабочие руки, а кое-как читать и писать ребёнка можно научить и за год. Так что наука сакрализованна и знания передаются в виде ритуала. Таким образом приток одаренных к управлению технологиями оказался перекрыт, и на данный момент от всего производственного комплекса остались одни обломки.

- Получается, этот мир безнадёжен?

- Нет. Есть королевства. Условное и очень мягкое технологическое средневековье. Могли бы выжить и дать начало новой ветке развития, но их вот-вот снесут сцепившиеся в драке империи. Ещё Синие, точнее, кластер в Синих горах. Бывший исследовательский центр. Но их исчезающе мало, и так как они очень дорожат своим уровнем жизни, сознательно встали на путь самоизоляции. Сохранили науку, но с технологиями туго, машинный парк изнашивается, а мощностей для его восстановления нет.

- Ясно. Тут ничего нового, живы до первого катаклизма. Правят, небось, академики. Ещё?

- Ещё есть дички. Ушли в леса ещё во время первых имперских войн, потеряли почти все технологии, зато живут только за счёт ресурсов планеты и, вероятно, они единственные, кто имеет шанс выжить, когда накроются остатки нашего наследия.

- То есть, перспективная группа у нас есть?

- По сути это уже местные. Шансы есть, и они развиваются. Охотно учатся у Синих. Есть ещё одна группа местных - сорные.

- Как?

- Сорные тролли. Так они зовутся в местной традиции. Те, у кого изменение пошло вразнос. В основном отбраковка изменённых юга, те у кого пошло дикое изменение. По сути, уже не люди. О них данных мало. Возможно, из них возникнет устойчивая группа изменённых, которых можно будет трактовать, как полноценную инопланетную расу. Но , как я уже говорил, для этого им придется сильно повкалывать. И это всё лишь в том случае, если щиты климат-контроля останутся рабочими хотя бы триста-четыреста лет.

- Ясно. В чём конкретно моё задание?

- Во-первых, оценить обстановку на планете. Докладов искинов Часовых городов стало недостаточно, связь там почти легла, а наблюдатель перестал выходить на связь.

- Давно?

- Лет двести. Во-вторых, и это главное, зафиксирована попытка проникновения на планету цивилизацией Похода. Есть основания полагать, что такие попытки будут повторяться. Они нашли Жемчужину и теперь так просто не отстанут. Нам нужно понять обстановку. Там по соседству есть мир с нестабильной звездой, они ищут убежище. Но наш источник указывает на интерес именно к Жемчужине. В-третьих, требуется оценить общее состояние цивилизационного проекта. Если есть шансы на возрождение мира силами аборигенов, проверить состояние критической инфраструктуры. Падение погодных щитов может уничтожить всё и всех, включая завезённые виды и гибриды на их основе.

Волшебник поболтал содержимое бокала, отчего по комнате поплыл изумительный пряный запах.

- И последнее, отправляйся к Сансаре. Он даст ту информацию, которая засекречена его домом, но они согласились раскрыть её тебе в виде исключения. Кстати, у него на Жемчужине любимый внук оставался. Он жил в закрытой долине, изолированной от местных. На первое время сможешь обосноваться там. Сансара ключи передаст.

Вальдир хмыкнул.

- Что не веришь, что у почти бессмертных волшебников могут быть любимые внуки? - правильно понял его ухмылку волшебник.

- Почему же, верю, - рассмеялся Вальдир. - Хотя бы потому, что никогда в них не состоял, дед.

- Много ты понимаешь в любимчиках, - буркнул тот. - Ладно, двигай, давай. Часовой пояс Жемчужины будет включен в течение Реки через сутки. Ты должен быть готов. -----------------------------------------

## Глава 1 - Между мирами.


Вельд не чувствовал ни своего тела, ни рук, ни ног, ни опоры, на которой лежал. Не лежал - плыл. Парил в полупрозрачном облаке. Боли не было. Совсем. Даже старые раны не напоминали о себе. Он вообще ничего не чувствовал. Осталось только ощущение чего-то невесомого и обволакивающего, словно его завернули в тончайшее шёлковое покрывало и пустили плыть между небом и землёй... Может, он и впрямь уже где-то между мирами? Проклятый медведь всё-таки убил его... Последнее, что помнил, это то, как Сава вёз его куда-то, рядом всхлипывал Робин. Боль тогда почти стёрла сознание, заполнив собой всё вокруг. Темнело в глазах при каждом движении, и длилось это, казалось, вечность, пока не навалилось спасительное беспамятство.

Сейчас же от боли и следа не осталось. Так не бывает. Обычно, она наваливалась душной волной вместе с сознанием и требовалось много, много терпения, чтобы дождаться пока уйдёт совсем. Жизнь - это и есть боль, а если у тебя ничего не болит, значит, ты помер. Так говорил его первый десятник...

Так это и есть загробный мир? Хм... тут хорошо и покойно. Хочется лежать и ни о чем не думать... Но нарастающий внутри глухой протест, не дал полностью отдаться блаженному отрешению от всего земного и в полной мере насладиться покоем. Не привык сотник Везуха чувствовать себя беспомощным, как младенец в люльке. Он сделал над собой усилие и попробовал собрать растёкшееся киселём сознание в кучку. Да ну его на! Грустно, если легендарный край Вечного Заоблачного Блаженства, это когда плаваешь, как муха в пиве.

От этой мысли Вельд дёрнулся, но тут же увяз в липком полупрозрачном тумане, словно в болоте. Вздохнуть тоже не удалось. Гадский туман тянулся в легкие с трудом, как кисель, а насчет выругаться от души, так и вообще лучше не вспоминать...

И вдруг сквозь пелену облака проявились, словно сквозь морок, две вполне себе реальные физиономии, с интересом рассматривающие его откуда-то сверху и чуть сбоку. И сразу полегчало. Точно не помер! Эти не дадут. Особенно вот та, кудлатая башка. Побратим Сава, кто ж ещё-то. А рядом с ним мелкий, и слава всем богам, тоже живой. Мёртвые так не лыбятся, аж уши в стороны разъехались.

Сава что-то радостно проревел. Вельд не расслышал ни звука, но был уверен, что побратим именно ревёт, нормально говорить в таком состоянии он просто не умеет, а Робик помахал рукой.

Вскоре туман стал рассеиваться и только тут Вельд понял, что он и правда плавает в какой-то жидкости, наполняющей прозрачный кокон. Так что про муху он очень правильно подумал. И дышал он всё это время не воздухом, а вот этой самой жидкостью, которая сейчас то ли испарялась, то ли вытекала куда-то. И по мере того, как она уходила, уходили и остатки расслабленности. От состояния блаженного покоя, что обволакивало его и мешало сопротивляться колдовскому туману, не осталось и следа. Душу до краев заполняло что-то, чему и название сразу подобрать не получалось. Восторг, переходящий в буйное желание вскочить и выплеснуть невесть откуда взявшуюся и забившую ключом энергию. Бежать, сражаться, крушить всё вокруг... Да хоть что-то сделать!

Вельд упёрся руками в прозрачную крышку и попытался отбросить её в сторону. Крышка на этот порыв души не отреагировала никак, но это почему-то даже не испортило его настроения. Тем временем жидкости в его обиталище совсем не осталось, и воин с облегчением ощутил под собой вполне себе материальную основу, а не зыбкое непойми что. Он лежал на какой-то влажной подстилке из материала, похожего на мягкую замшу.

Купол пошёл радужными пятнами и просто растворился в воздухе, как мыльный пузырь. Теперь между Вельдом и радостно лыбящимися Савой и Робиком не было никакой преграды. Воин вскочил рывком на ноги, готовый то ли драться, то ли бежать куда-то, чтобы выплеснуть эту самую энергию и чуть было не сбил с ног хохочущего побратима.

- Э, командир! Сдай назад, пока с орбиты не слетел, как Робик говорит, - загудел Сава, притормаживая друга и протягивая ему простыню. - Ты хоть срам прикрой, а потом уже воюй! Перед мелким неудобно. Говорил Герн, что главное - в первый момент не дать тебе тут всё разнести...

- Дядь Вельд, погоди... Сейчас оно само пройдёт, - радостно встрял мелкий, выныривая из-под руки у Савы. - Это гормональный удар после купели Сансары. Ты в ней почти сутки проплавал.

Вельд потряс головой и понял, что непреодолимое стремление немедленно кого-то или обнять или убить, начало спадать, хотя ощущение силы и лёгкости во всём теле осталось. Он уже сам не понимал с чего это его так разобрало и понесло на подвиги без штанов. Действительно, одеться надо, а перед тем ополоснуться или хотя бы чем-то обтереться, а то весь словно в мыле.

Вельд обернул бёдра полотенцем, оглядел себя и аж присвистнул. От страшных ран не осталось и следа. Мало того, исчезли и старые шрамы и рубцы, честно полученные им в боях, а дубленная в походах кожа потеряла привычную грубость и заскорузлость. Она аж светилась и казалась шелковой на ощупь. Даже старая храмовая татуировка, так неожиданно пригодившаяся ему с артефактом, стала совершенно незаметна, хотя вроде как-то неясно ощущалась.

Вспомнив о татуировке, Вельд напрягся - что с ней? Столько лет была бесполезным украшением, а только-только от неё какой-то прок обнаружился, как вот вам - свели... Но с татушкой, как выяснилось, всё было в полном порядке и даже лучше: как только Вельд на ней сосредоточился, она проявилась и аж засияла золотом, переливаясь в лучах странного света, заполнявшего комнату.

- И где мои шмотки? - поинтересовался Вельд. - Ну и может хоть ведро воды принесёте? А то я весь в этом дерьмище...

- Это не дерьмище, а сансарин! - даже немного обиделся Робик. - Крутая штука! Я сам в таком пол дня провалялся перед выходом, ни одной царапины не осталось. А тебя медведь жрал. Хорошо, что у наставника медкапсула с сансарином есть, и вы с Савой мне поверили...

- А шмотки твои швыром запахли, - махнул рукой Сава. - И даже завоняли. Куртку со смолкой я приберёг, ей ничего не будет, а вот остальное и на тряпье не годно. Эта сволочь мохнатая постаралась. Мне тоже перепало, весь в его крови и кишках вывалялся, пока тебя выволакивал. Вот, - чуть смущенно похлопал Сава себя по бокам. - Одёжку Герн подогнал, наставник Робиков, а то и в медблок не пускали, а кто б тогда тебя сюда допёр?

Вельд, видимо, всё же ещё не до конца пришёл в себя, так как только сейчас обратил внимание на новый Савин прикид и аж поперхнулся - это что, рыцарский доспех?! Не орденский. Похож на северный, но точно не он. Даже у высших лэрров Чертога победнее и попроще.

- Это что?!

- Говорю же, подарочек. От мелкого и его наставника. И тебе сейчас будет... - Давай, мелкий, - Сава подтолкнул мальчишку вперёд. - Одевай дядьку.

- Стоп! - Вельд выставил вперед ладонь и жёстко глянул на побратима. - Сава, ты понимаешь, сколько стоит то, что на тебе? Знаю, что понимаешь. За просто так даже говна на поля не наберёшь, за навоз платить надо. Кто такой наставник Робика? Темнейший Герн? Колдун Серебряного короля? Какое ему до нас дело, и что мы будем должны? Такое за всю жизнь не отработаешь и не отслужишь. Душу, и то взамен не отдашь. На хрена кому сдались наши с тобой дурные души? Не говоря уже, что без рыцарского посвящения такое не то что носить, в руки брать стрёмно.

- Ну, и на том спасибо, - обиженно буркнул Сава. - Только за то, чтобы твою дурью башку спасти, я бы и в рабство Древней Нежити запродался. Слово за нас двоих я уже дал. С посвящением тут всё немного не так... Герн сам тебе объяснит. Но в одном ты прав, души наши и впрямь никому не сдались. Да и мы сами, если честно. Главное не мы, а он, - Сава мотнул головой на Робика. - То, что он не простой малец, уже и так понятно. Ты глаза жрицы видел? Ну, когда он её драгоценный алтарь, на который она дыхнуть боялась, чуть не левой пяткой запустил? Вот то-то и оно...

- Ты прям как нестроевой, - поморщился Вельд. И отрывисто скомандовал. - Сотник Борзята! Докладывай обстановку по порядку. Где мы, что происходит, какие вводные... И, кстати, это не её алтарь, а мой. Барон я или где?

- Сейчас ты в долине Предвечного, вот где, - сообщил Сава, не слишком-то впечатленный напором своего бывшего командира. - Мелкий провел по Пропащей тропе. Ну да, когда мы под водопад входили, ты уже отключился, - покивал Сава. - А я как руну увидел, так и офигел... Я-то все эти байки ваши местные мимо ушей пропускал, а оно всё правда, оказывается. Или почти всё. Тропа-то, и впрямь, пропащая. Как и долина. Все её искали, а она на глазах прямо, прикинь? Но если секрета не знать, сроду не найдёшь. Мир тут таки потусторонний. По ту сторону Исхода. Долина сохранилась, как её изначально боги построили. Людей здесь с самого Исхода нет. Потом я ещё с Герном поговорил. Ничего, нормальный мужик в общем, встретишься, сам увидишь. Только не спрашивай, как тут всё устроено. Вернее, не меня спрашивай, а мелкого. А вот какие вводные...

Сава чуть задумался.

- Ну, а в остальном всё просто: Герн эту долину много лет хранит, и то что в ней, тоже. И нас он тут не ждал, кстати, а твоё баронство для него и вовсе новостью оказалось. Похоже, приятной. И то, что на мне, и то, что тебе сейчас выдадут, - Сава хлопнул рукой по своему доспеху, - нам дают не как подарок и не как плату. Это экипировка и средства, которыми мы можем распоряжаться, чтоб сохранить наставнику вот этого мелкого.

- Охрана? - нахмурился Вельд.

- Типа того. Раз так вышло, что мы сюда припёрлись раньше, чем человек Герна. Кстати, тому, что барон Предгорный появился, Темнейший рад. И что замок ожил, тоже не огорчился. Не в деревенской же хибаре мальцу жить. Так что станешь теперь опекуном Робина. А Герн будет его учить. Ну, а остальное он тебе сам расскажет. И покажет. Приемлемо? - Понятно, - задумчиво кивнул головой Вельд. - То есть, пока не очень понятно, но раз ты уже дал слово, значит дал. Да и... - усмехнулся он, взглянув на замершего в стороне Робика. - Куда ж я теперь малого брошу? Я ему тоже, вроде как должен. Сначала замок, теперь жизнь. Так что охрана, пожалуй, маловато будет. Тем более, если нас в рыцарей посвятят. Считай, шансы подросли.

- Ну и не хрен тогда хопляк плясать. Давай, Робик, удивляй дядьку дальше.

- Значит так, - Робик, заныкав поглубже радостную улыбку, был ну прям из себя деловитость. - Сначала поддёвка... Не, - тут же перебил он сам себя, скептически оглядев Вельда. - Сначала, вон там душ, а потом уже поддёвка. Идём, покажу, как пользоваться, а то некоторые там свариться попытались, - даванул он косяка на слегка смутившегося при этих словах Саву.

П

ридирчиво оглядев свежепомытого и завёрнутого в полотенце Вельда, Робик протянул ему серебристый шар, размером с кулак.

- Возьми в руки, закрой глаза, представь себе, что он светится, всё равно каким цветом. Каким придумаешь, - проинструктировал мальчишка. - Ого!

Вельд открыл глаза и с удивлением обнаружил, что шар в его руке стал прозрачным, а внутри северным сиянием переливался белый свет.

- И что это значит?

- Дар у тебя есть. Только он уже запечатанный, но поддёвка всё равно его слышит, а значит будет выполнять команды, - пояснил Робик. - А вот у дядь Савы дара нет, так что ему свой экзоскелет.. э... доспех, долго тренировать придётся.

Вельд удивился необходимости тренировать доспех, но спросил о другом:

- А у тебя?

Робик отобрал у воина шар, отошел на пару шагов зажмурился... И вокруг спокойно стоящего мальчишки вдруг потекло пространство. Воздух заколебался, как мираж над раскаленной скалой, отчего и сам Робик, и всё вокруг него задрожало, как отражение в текущем ручье.

Мальчик открыл глаза и свечение пропало.

- Есть дар волшебника, и он пока не запечатался, - Робик вздохнул. - Но и не инициирован. И ещё, наставник говорит, что такого дара, как у меня, не бывает, но он почему-то есть.

И протянул шар обратно Вельду.

- Возьми двумя руками. Закрой глаза, представь себе, что шар нагревается, становится тёплым, а потом плавится. Как масло на солнце.

Воин сделал, что было велено, и вдруг почувствовал, что шар стал таять у него в руках и, превратившись в вязкую жидкость, потёк по коже, поднимаясь по локтям, к плечам... Вельд от удивления открыл глаза. Серебристая как ртуть плёнка расползалась по его телу.

Робик удовлетворённо кивнул:

- Хорошо получилось. А то дядя Сава поддёвку на себя полчаса натягивал.

- Настоящая поддёвка? Офигеть...

- Нейрит. А чего фигеть-то? Считай, нижнее бельё, но специализированное. Базовый слой одежды, - пояснил Робик. - В ней не холодно и не жарко. Даже загорать можно. Ещё защищает. Тебя пока нет, меня немного, минуты на две от того медведя хватило бы. Но наставник говорит, что у меня защита сама будет расти. Как мышцы. А вот тебе надо экзо... Доспех, короче надо. Как у дядь Савы. А посвящение - это всё фигня. Главное, к поддёвке через татушку привязаться. И тренировать.

- И как ты предлагаешь тренировать доспех? - голос Вельда мог показаться чуть насмешливым, но в самом деле к словам мальчишки он относился очень серьёзно.

- Тренировать надо поддёвку. Она к коже прилегает и сейчас она снимает с кожи и нервной системы сигналы. Короче, тебя слушает и учится. Как ты ходишь, бегаешь, дерёшься, какие у тебя реакции. А ещё она учится слушать твою татуировку. На это примерно месяц уйдёт. А потом она сама начнёт управлять доспе... экзоскелетом. Он потому так и называется, что это как кости и мышцы, только снаружи. Вот захочешь ты поднять бревно, но своих сил не хватает. Ну так экзоскелет и усилит. Твои мышцы будут только показывать, как поднять то бревно, а вот таскать его будет доспех. Только его надо этому научить.

- Ну и где этот экзоскелет брать?

Мелкий кивнул на коробку с шариками.

- Берёшь нейропластик, вон те шарики, по одному и лепишь на костюм, - мальчишка сам достал шар и с размаху прилепил его к Вельдовой поддёвке. - Программа уже заложена.

Вельд брал из коробки шарики и изумленно наблюдал, как они сами растекались по телу, формируя самый настоящий рыцарский доспех. Причём, таких навороченных он и у рыцарей Ордена не видел!

Робик, кстати, смотрел на всё это действо с не меньшим, чем взрослые, восторгом. Когда последний шарик переплавился в пластину темно-вишнёвого, с золотистым отливом доспеха, он только восхищенно вздохнул:

- Круто! Целых шесть шариков. У меня только три. И доспех мне такой пока не светит, только вот это вот... - он с плохо скрываемым отвращением осмотрел себя.

Вельд посмотрелся в зеркало, а затем оглядел мальчишку.

- Знаешь, когда я был таким как ты, то тоже мечтал про волшебный костюм. Такой, как у тебя. Все мальчишки мечтали стать колдунами. А из чего это сделано? - Вельд кивнул на свою обновку.

- Вообще-то, всё это нейропластик. Конкретно этот - нано-трикс. Сейчас он имитирует кожу болотного носорога. Наставник говорит, редкая штука, особенно если её какие-то красноголовые мастера выделывают. В Королевствах такой доспех дорого ценится.

- Ну, да, из настоящего носорога оно стоило бы, как мои четверть замка, наверное, - усмехнулся Вельд. - Такой и тысячник себе позволить не мог... Наш, во всяком случае. А нано-трикс, это что такое?

- Очень чистый нейропластик с высоко-организованной структурой. Большая вычислительная мощность, плюс хорошая физика. Искусственная мышца, бронь, ПИФ, ну и всё такое, - Робин посмотрел на слегка прибалдевшего Вельда и пояснил. - Нейропластик из смолистого нейрометаморфита делают. Наставник сказал, у вас его смолкой называют...

- Что?! Из смолки? - Вельд аж поперхнулся. - Весь, целиком? Да за него стадо тех носорогов купить можно! Выделанных.

- А на фига нам стадо носорогов? - пожал плечами мальчик. - И не из смолки, а из нейропластика. Смолка вон лежит, - Робин кивнул на мутные непрозрачные шарики в другой коробке. - Если метаморфит в нано-трикс перерабатывать, то получается чуть ли не четверть от сырца. Наставник тебя очень высоко оценил. Сказал, если дар есть, надо одеть по полной программе. У тебя есть. А вот у дяди Савы экзоскелет из обогащенного метаморфита. Обычный нейропластик. Он не одаренный, нано-трикс ему просто ни к чему. Он с ним не сладит.

- Ну, пыль-то в глаза я теперь тоже могут пустить, - ухмыльнулся гигант, показывая тыльную сторону ладони, на которой под кожей светилась затейливая печать. - Татушку-то и мне сделали. Наножопами управлять.

- Наноботами, - поправил мальчик и пояснил. - У меня в крови, у дяди Савы, и у тебя теперь, есть маленькие такие роботы... ну, механизмы. Они проверяют кровь на всякую заразу, на рак, ну, вообще на всякое. И, если надо, глушат всякую дрянь. Это называется универсальная прививка. И ещё она жизнь сильно продлевает. Кстати, вот...

Робик подошел к столу, достал из небольшой коробки капсулу, налил в стакан воды и протянул Вельду.

- Это коллоидный раствор нейрита. Надо неделю попить раз в день. Наноботы заместят им материал твоей татуировки. Ну и починят коё-что. Наставник просил передать, что метастазы... Ну, нити от твоей татушки, по всему телу тянутся, и даже куда-то в пах ушли, а это не дело. Жрицы любви, конечно, затейницы, но давать им управлять такими штуками, это перебор. А это он про что?

- Что? - Вельд поперхнулся, глянул на скалящегося Саву, отвёл глаза и сменил тему. - А нейрит, это что?

- Ну тоже, в общем, нейропластик... Только нано-трикс для одежды, а нейрит медицинский, для имплантов.

- А его сколько из смолки получается? - подозрительно спросил Вельд, с недоверием глядя на предложенное ему питьё.

- Кило на дозу, - пожал плечами Робик. - Наставник говорил, муторная работа, так чтоб не пропало.

- Ты представляешь, сколько это стоит?!

- А как ещё? - округлил глаза Робик. - По-другому имплант не поправить.

- Да сколько бы это всё ни стоило, оно уже твоё, - ухмыльнулся Сава. - Ну, хоть теперь аж целыми рыцарями помрём. Эт тебе не липовый барон.

Но Вельд трёп приятеля не поддержал:

- И во что мы вляпались, а Сава?

- А в то самое, командир. Этот сопляк, точнее его наставник, взял наши задницы и пересадил в высшую лигу. И приключения у нас тоже будут по высшему разряду, не сомневайся. Так что всё всерьёз.

- Да понял уже, что шутки кончились... Ладно, парень, тогда к тебе ещё несколько вопросов, - обернулся он к Робику. - Первый, как это всё счастье потом снимать? Не жить же мне в нём.

- Поддёвку пока лучше совсем не снимать, даже мыться в ней, если надо там что-то, потом покажу как... А экзоскелет обыкновенно, как обычный доспех снимаешь, он сам в шарик скатается, а потом назад налепишь, он сразу примет форму. Всё равно кроме тебя, его никто уже не наденет. Индивидуальный пошив такой...

- Ага, - кивнул Вельд. - Рыцарская незамарайка... Но если экзо... скелет настолько крут, то почему ты без доспеха? Про одёжку пажей много чудес рассказывают, но по мне в хорошем бою доспех всё же понадежнее кружева, даже если оно из смолки. Хотя... кажется, Галла что-то говорила про доспехи бога... Мне не до того было, но вроде, на тебе тогда, у озера, почему-то доспех оказался?

- Угу, - Робик вздохнул и смутился. - Он сам вдруг превратился... Не в тот, что тут могло быть заложено, а в такой, какой у меня на корабле остался. Только он от медведя бы всё равно не помог... А назад я потом сам не смог его трансформировать. Только тут, с монитором, - мальчишка помедлил, а затем развернулся к висящему на стене зеркалу и отвесил своему отражению щелбан.

В зеркале, кроме самого Робика, тут же проявились какие-то надписи. Мальчишка их смахнул, потом пролистал ещё несколько картинок и... зеркало отразило того же Робика, но уже в другой одежде. На отражении переливался и светился внутренним светом невиданный доспех, состоящий из многих, почти прозрачных, непонятно как скрепленных между собой, но остающихся подвижными тонких пластин, с капюшоном, больше напоминающим боевой шлем.

- Угу, он самый, - обрадовался Сава. - Галла аж кипятком плевалась. Доспехи бога...

Мальчишка покрутился, отражение повторило все его движения, и Робик ещё раз щёлкнул по зеркалу. Одежда на мальчике поплыла... И стала в точности такой как у отражения.

- Лихо, - прокомментировал Сава. - И что, ты так любую одёжу поменять можешь?

Робик же ещё раз щёлкнул по зеркалу, вернув на место костюм пажа:

- Как она выглядит, не суть. Но суть я подчинить и не могу, пока не получу инициацию. А переодеваться могу только через зеркало. Или, как оно получилось в тот раз, с медведем... Наставник, вроде, как даже доволен был, правда теперь говорит, что нельзя меня из долины выпускать, пока я полностью эти превращения не контролирую. Это называется тяжёлая боевая форма волшебника. Там главное - структура, а выглядеть может по-разному. А если сделать обычный экзоскелет, как у тебя, то... Обучение может пойти неправильно. Я могу потерять Шанс.

- Шанс стать настоящим волшебником?

Мальчишка кивнул.

- А если не станешь?

- После четырнадцати дар запечатается, будет как у тебя. Стану тем, кем научат. Может воином, а может колдуном, - Робик вздохнул. - Не хотелось бы. Очень надо.

- Ладно, последний вопрос на сегодня. А зачем ты вообще выбрался в замок, раз мог отсидеться здесь?

- За мной должны были прийти. Сегодня или завтра. А может, уже приходили, - и мальчишка вскинул на Вельда вопросительный взгляд. - Но теперь ты меня не отдашь? Нет?

- Ты чем слушал, парень? - весело подмигнул Савва Робику. - Куда ж теперь мы без тебя?

Но Робик продолжал серьёзно смотреть на Вельда, ожидая ответа именно от него.

- Не отдам, - так же серьёзно произнес воин, взглянул в глаза парнишки и неожиданно для себя понял, что и правда - не отдаст. И дело не только в слове, которое Сава дал за них двоих наставнику мальчика. А просто не отдаст и всё. И самому наставнику тоже не отдаст. Учить, пусть учит. А там - посмотрим.

Перед тем, как войти в кабинет, где ждал его таинственный хозяин закрытой долины, Вельд слегка замешкался. Не от волнения или смущения, разумеется. Просто он не знал, как приветствовать этого человека. К тому же и не человека вовсе, а лишь его изображение, голограмму, как назвал это Робик, объясняя здешние чудесатости.

Не то чтобы Вельд совсем ничего не понимал в этикете и не знал никаких форм приветствия вообще, но вот как-то так сложилось, что в основном приветствовать ему приходилось воинов. Не важно, младше или старше его по званию, уважаемых или не очень, в боевой обстановке, в штабе, или в момент отдыха. С гражданскими он до этого не то, чтобы не общался. Взаимодействовал. Нанимался к купцам в охрану, обламывал слишком борзых или торговался в лавках. Но никогда не возникало необходимости приветствовать кого-то не принадлежавшего к воинскому сословию, а тем более благодарить.

Вельд вообще не привык ничем одалживаться у чужаков, и жизнь в этот список входила первым номером. А теперь, выходит, придётся... Но, как говорил его первый десятник Черота: "Не знаешь, что делать, иди вперёд и делай хоть что-нибудь, а там война план покажет". Так что новоявленный барон решительно открыл дверь и шагнул вперёд...

Сидевший за столом человек Вельду скорее понравился. Взгляд прямой, открытый. Не воин, разумеется, слишком холёный, хотя и не производит впечатления напомаженных придворных кривляк. Таких, как тот же Грас, против него и десятка не поставишь, спокойная уверенность в себе и внутренняя сила сразу чувствуются. Из благородных, ну да это и понятно, при дворе Серебряного короля, Темнейший шишка не последняя.

Светлые длинные волосы схвачены сзади черной с серебром лентой, в этих цветах и весь его костюм. Наверное, тоже из этого самого пластика, хотя с виду сказал бы, что из натурального бархата и парчи. Тоже не дёшево вообще-то, хотя со смолкой не сравнить. И наверняка аристократы сразу одно от другого отличат, это Вельду всё едино. Глаза цепкие, тёмные, но какого-то непонятного цвета, то просто непроницаемо-чёрные, и тут же вроде светлые, с зеленоватым блеском, как у большого кота. Хотя, возможно, это из-за того, что он тут не сам, а только изображение, голограмма, как Робик это называет.

Смотрит немного удивлённо. Интересно, с чего бы? Ждал увидеть кого-то другого? А кто тут ещё может быть? Сам же за ним Робика посылал. Стало быть, представлял себе его как-то иначе. А как его можно ещё представить? Они, бывшие легионеры, все сейчас на одно лицо: потрёпанные и покоцанные войной, простые, как ношеные сапоги. Впрочем, с покоцанностью теперь засада, после лечения ни одного рубца или шрама не осталось, кожа, как у девицы на выданье, аж светится. Но тут, извините, сами виноваты. Вельд себя охорашивать и омолаживать не просил...

- Пэрр Герн? - вместо приветствия, которое так и не сумел придумать, Вельд ограничился тем, что добавил перед именем колдуна уважительное "пэрр" и решил обращаться на "вы". В устах сотника Везухи и то и другое уже было немало. - Так это вам я обязан своим исцелением? - и изобразил самую дружелюбную улыбку, на которую был способен. - Признаться, даже не знаю, как выразить вам свою благодарность. На свете есть ещё несколько человек, которым я обязан жизнью, но, обычно, мы оставались квиты. А вот в долг ещё ни разу...

Бровь Герна удивленно приподнялась, он с нескрываемым интересом ещё раз оглядел Вельда и хмыкнул:

- Ну, это не ко мне, жизнь вам спас мальчик. А учитывая, что перед этим вы пытались отдать её, спасая его самого, то, наверное, вы квиты.

- Не совсем, - серьёзно покачал головой Вельд. - Моя жизнь давно мало чего стоит. То, что я вообще дожил до сегодняшнего дня, уже чудо, это вам любой в двух легионах подтвердит. А малой перед этим оказал мне не менее ценную услугу. С алтарём в замке. Я и так с этим баронством, чтоб оно было неладно, вляпался, приходится впрягаться, чтоб народ не подвести, а без мелкого, похоже, замок мне обломался бы по всей морде.

- Что ж, тем лучше, - удовлетворенно кивнул Герн. - У вас будет возможность вернуть мальчику долг. И помочь выжить в нашем мире. Должен заметить, что для него это дело очень непростое. Но сначала, если позволите, пара вопросов? Кстати... Чего вы стоите, садитесь. Я в силу технических причин, могу только сидеть в этом кресле и чувствую себя неуютно, когда приходится задирать голову.

- Да, Робик сказал, - Вельд уселся напротив Иргена и усмехнулся. - Тогда услуга за услугу: прекратите мне выкать. Наш тысячник обычно переходил на "вы" исключительно перед сеансом уестествления облажавшевшегося в говно личного состава. Ну, или перед приказом повесить идиота на ближайшей берёзе.

- А ты мне нравишься, барон! - неожиданно хмыкнул Герн. - Ты и правда похож на своего предка... Но тогда со взаимностью. Собственно, выкать ты первый начал. Какие могут быть церемонии между двумя Предтечами?

- А можно о предках чуть подробнее? - Вельд устроился в кресле. - Робик сказал, что ключ меня признал. Но я так и не могу понять, каким боком я к Предгорным.

- Можно. Скорей всего можно, а что именно можно, тебе придётся выбирать самому, - Герн так аккуратно вернул себе инициативу в разговоре, что Вельд даже улыбнулся. - Прежде всего, что ты решил с баронством?

- А чего тут решать? - Вельд почесал макушку. - Во-первых, отказаться уже нельзя, слишком многих людей подставлю. Во-вторых, городу нужна защита, ставленник и воевода не справятся. В-третьих, за убийство княжьего ближника барону даже на вид не поставят, на своей земле я в своём праве, а простолюдина самое меньшее, повесят. Ну, недобарону меча, может быть, голову отрубят. Это если повезёт. И ещё чьих-то нужных людей я в лучший мир отправил. Опять же на своей земле вправе, но даже так не простят, если люди серьёзные, а судя по размаху, так и есть. И ладно бы только мне не простят, но ведь и всему городу. Наконец, Робин баронский алтарь ко мне уже привязал. Если откажусь, прибьют только для того, чтоб не передумал. Баронство придётся брать и за него драться... А Предгорные точно мои предки?

- Точно. Образец крови имеется, анализ подтвердил родство. Тут занятная картинка вырисовывается. Ключ оказался привязан к тебе, но вот алтарь связь с ключом уже потерял. То есть, вполне можно было создать новый ключ, или в старый перепрописать нового хозяина и подчинить замок.

- И ты отправил Робина именно так и сделать?

- Нет, он попытался, но это была его собственная инициатива. И совершенно не для того, чтобы присвоить баронство. Ему, кажется, это и в голову не пришло. Похоже, что взламывать такие устройства у него какая-то навязчивая идея. Я всего-то попросил его разблокировать вход в мою долину с вашей стороны.

- А почему тогда он ко мне алтарь привязал?

Ирген покачал головой.

- Не знаю. Для меня это тоже загадка, а сам он ничего внятного сказать не может. Не то, что я против, мне просто интересно, как он делает выбор... Он будет ещё много подобных решений принимать, и не стоит ему в этом мешать. Ты ведь заметил, что он необычный ребёнок?

- Да как-то трудно было не заметить, - хмыкнул Вельд. - Причём, как я понимаю, он необычен даже для такого могущественного колдуна, как Темнейший Герн? У меня только один вопрос: он вообще откуда?

- С неба свалился, - совсем по-мальчишечьи ухмыльнулся Герн. - Это пусть лучше он сам тебе расскажет, ты имеешь право узнать всё из первых рук. Передай ему, пусть шаттл покажет. - Что покажет?

- Увидишь. Это просто нужно увидеть, рассказывать слишком долго. Но теперь другой вопрос, - Герн внимательно поглядел на воина. - Как ты относишься к Робину?

- Я так понял, ты хочешь забрать его к себе в королевство?

- Хотел. Но с этим вдруг возникли серьёзные сложности. И, что весьма неожиданно для меня, Робик очень привязался к тебе. Сможешь ли ты взять над ним опеку? Хотя бы временно.

Вельд ответил наставнику столь же внимательным взглядом.

- А что за сложности с ним возникли?

- Во-первых, его ищут. Вчера узнал от своего человека. Ищут... Серьёзные люди, так что переправить его ко мне сложнее и опаснее, чем я полагал. Во-вторых, он пока не контролирует свой костюм. Если обратится на людях, то сразу привлечёт к себе внимание, пойдут разговоры. Охотники сразу же встанут на след. Везти его через весь континент нельзя, а значит, он должен оставаться здесь. В-третьих... - Герн улыбнулся. - Он согласился считать меня своим наставником, но вот старшим, который для него безоговорочный авторитет, он, видимо, выбрал тебя. Так что у меня, по сравнению с тобой и Савой, шансов нет.

- Вот как? - изумился Вельд. - Выбрать наставником Темнейшего Герна, это его выбор, не твой? Всё же, можно поинтересоваться кто он, и кто его родители?

Наставник откинулся на спинку кресла и задумался.

- Вот что, - произнес он, присмотревшись к чему-то невидимому в стороне. - Со мной пытается связаться мой человек. И это срочно. Давай-ка поступим так: Робик отвезёт вас с Савой в одно место... Тем более, что ему там тоже надо побывать. Там вы получите сразу и ответы, и доказательства, а после этого продолжим.

А ещё через несколько часов Вельд прислонился спиной к странного вида гигантскому дереву, у подножья которого он чувствовал себя муравьём и меланхолично жевал травинку, наблюдая как приятель наматывает уже третий круг вокруг гигантской железной птицы, что расселась на толстых лапах в поле, на краю леса. Наконец Сава выдохся и подошёл к командиру. - Это что?

- Это называется шаттл. Шлюпка с небесного корабля. Слышал же, что мелкий в Некрополе объяснял. И этот, Хранитель...

- Да про шлюпку и корабль слышал, - отмахнулся приятель. - И про город Богов тоже... Я вообще про всё это. Это что?!

- Чего-то поздно тебя накрыло. Меня так вроде и отпустило уже, а тебя только...

- Да я уж думал, ничему не удивлюсь...

- Да я сам не удивляться задолбался...

И правда, слишком большому для лодки, но маленькому для полноценного корабля самоходному судёнышку, без всяких вёсел и паруса домчавшему их от замка до озера, Вельд не удивился. Летяжке-переростку, с очень даже острыми зубами, тоже. Даже когда Сава с ней заговорил, и, получив разрешение дружелюбным шевелением хвоста, устроился в мягком и удобном кресле, Вельд с невозмутимым лицом просто молча расположился рядом с приятелем. Он решил не удивляться и стене воды, которая, казалось, падала с самого неба, когда они подошли к Большому Каскаду. На фоне других чудес, этот водопад по-крайней мере был хотя бы похож на нечто ранее виденное сотниками. Было трудно, но он не удивился, когда самоходный кораблик человеческим голосом порекомендовал ему крепче держаться, и Вельд аж зажмурился, но всё же не удивился, когда над чёрной пластиной, которую Робик установил возле штурвала, вдруг появился буквально из воздуха ещё один шкет, почти точная копия самого Робина, но размером в две ладони, и, панибратски обозвав его дядей Вельдом, попросил встать за жёстко закреплённую на корме кораблика удочку и помочь вытащить, как клюнет:

- Потому что тут один наглый рыбец появился, он ещё в прошлый раз задолбал.

А потом они уже вместе с Савой устали не удивляться, когда после короткого разговора Робика с отрешенно-мрачным Хранителем Некрополя над пустой могилой вдруг словно из ниоткуда возникли молчаливые люди в доспехах богов. Робик назвал их родителями и братом. Воины просто молча им поклонились. И искренне уже не удивились, когда те только вежливо улыбнулись в ответ на их поклон: тут все покойники так делали.

И детям, один из которых скорее всего выжил и стал предком Вельда, друзья не удивились. А тому, что род баронов Предгорных пресёкся, потому что вся семья была жестоко вырезана, как сообщил им призрачный Хранитель, и удивляться было нечего, они и не такое повидали за войну. А то, что замок и лес вокруг него пользовались в округе дурной славой даже спустя сто лет с того времени, хотя никто толком и не помнил, почему, но страх остался, Вельд и без хранителя прекрасно знал. Они с отцом и братьями единственные из деревни там охотились. Вот теперь, кажется, понятно, почему... Но они сильно удивились, когда остановились перед кенотафом, над которым стерёг свои опавшие крылья легендарный Предвечный бог Ирген. Хозяин долины. Наставник Робина Герн...

Вельд и не менее него обалдевший Сава замерли перед изображением, стараясь осознать увиденное. В отличие от мальчика, им имя Иргена говорило очень много... Наконец, Вельд, не отрывая взгляда от лица Герна-Иргена сформулировал вопрос:

- Так он всё-таки жив?

- Разумеется, - ответил ему мрачноватый страж Некрополя. - Ирген Предвечный выжил, потому, что вовремя успел умереть. Двум его друзьям, Отшельнику и Безумному Художнику так не повезло. Хотя, кто возьмётся судить о том, чего на самом деле они хотели, - философски заметил он.

- Главное, чтобы они сами это знали. А то не понятно почему пришли, хрен знает почему ушли, а мы тут гребись потом... - буркнул Сава. И ещё раз посмотрел на Предвечного. - Ну и как ему теперь молиться?

- Можно подумать, ты молишься, - хмыкнул Вельд.

- Я-то нет, а Наянка постоянно. Все бабы в Предгорье ему молятся. И пастухи с охотниками.

- Не надо ему молиться, - покачал головой Робик. - Он всё равно этого не слышит. Он же не бог из сказки, - и пояснил. - В обитаемых мирах их называют волшебниками. Ну, тех, кого вы зовете богами. И, да, от нас они тоже когда-то ушли. Но наставник сказал, потому, что мы сами этого хотели. И вы тоже. Волшебники никого не делают счастливыми насильно.

- Мда... - Вельд оглядел кенотаф родителям Робика и парящие над ним фигуры в доспехах Богов. - У вас, судя по всему, получилось без них лучше, чем у нас... А где твой мир?

- Вон там, - Робик пошарил глазами по сияющим куполом раскинувшемуся над ними звездному небу и указал куда-то рукой.

Смотритель понимающе кивнул, и участок неба, на который указывал мальчик, вдруг начал стремительно падать прямо им на головы. Сава сквозь зубы выругался, по привычке хватаясь за рукоять своего меча. А Вельд, выпрямившись, как на параде и упрямо сжав зубы смотрел на летящую на них косматую жёлто-оранжевую звезду и изо всех сил старался не удивляться. Получалось, правда плохо. Звезда, превратившись в огромный пылающий и подрагивающий рыжими щупальцами шар, наконец затормозила и зависла прямо над их головами, слегка покачиваясь, как огромная болотная медуза.

- Звезда КМР-1045685-632. Подобно нашей, являлась промежуточной базой для транспортировки осколков планеты Магов к Сумеречному миру. По меркам космоса, мы почти соседи. Звездная система была исследована поисковыми командами Реки одновременно с системой Жемчужины. Согласно отчета поисковой команды, имеется пригодная для колонизации планета, почти не требующая терраморфирования. Очень сходная по своим параметрам с Жемчужиной. Она тоже могла бы стать очень перспективной для колонизации.

Тихий голос Смотрителя звучал непонятно откуда, заполняя собой всё пространство под куполом и одновременно, словно шептал на ухо каждому слушателю:

- Однако от этого проекта отказались, поскольку к ней движется компактное, но плотное водородное облако. Оно слишком большое, чтобы оставаться рассеянным, но слишком маленькое, чтобы быстро собраться в звезду. По расчетам астрономов Реки, оно должно пересечь пути Атлантиса, а затем и Жемчужины примерно через семьсот лет... То есть, сейчас. Но до Жемчужины оно не доберётся, солнце Атлантиса соберёт его вокруг себя. Взрыв самой звезды от попадания в него такого количества дополнительного топлива не очень вероятен, но пригодная для колонизации планета будет выжжена... - бесстрастно вещал Смотритель.

Робик сосредоточенно старался не всхлипнуть, когда вдруг огромная рука Вельда легла ему на плечо. Мальчик вздохнул и подвинулся поближе к воину. Почему-то рядом с ним плакать уже хотелось не так сильно. А Смотритель, совершенно не способный оценить то, как его слова могут подействовать на слушателей, ровным голосом продолжил рассказывать, комментируя картинку перед ними:

- Так выглядел мир Робина на момент его открытия. В мире очень много воды, есть моря, пригодные для создания подводных поселений. За это мир и получил имя Атлантис.

Вельд чуть охнул, когда картинка пылающей звезды сменилась на виды планеты, а затем он словно бы понесся над поверхностью сделанного из воды и камня мира.

- Не-е-е, - протянул Робик. - Мы зовем его Атланта... Там сейчас красиво. Не так как здесь, в долине, но всё равно классно.

- Насколько мне известно, сообщение об опасности заселения этого мира было отправлено в Лигу Миров Похода, но, судя по тому, что это родной мир Робина, на это не обратили внимания, или от поселенцев скрыли этот факт.

Робик хлопнул глазами.

- Так они знали?!!

- Название мира практически совпадает с тем, что значится в архивах Звёздного флота. Так что, с большой вероятностью, да, - подтвердил Смотритель. - Но знали ли это те, кто заселял мир, мне не известно.

- Пригодный к заселению мир немереных деньжищ стоит, - буркнул Робин куда-то в пол. - И нам его за такие деньжищи и продали.

- А как выглядел наш мир, до того, как сюда пришли люди? - попытался разрядить обстановку Сава, и тут же об этом пожалел.

Мир, который понёсся на них вместо каменистых берегов Атланты, был страшен. Ураганы, вздымающиеся до неба волны, смерчи, сдирающие поверхность до скального основания.

- Вот это да, - прошептал Робин, глядя на то, как ураган невероятной силы роет котлован посреди громадного острова.

- Чаша Ветра, - сообщил им Смотритель. - Психованный Ветер, так назвали этот ураган первые поселенцы. Сейчас так называют ураганы, которые с началом зимы приходят из океана и, как сквозняк, бушуют в Северном проливе. Но они уже в разы слабее тех, что были изначально. До начала терраморфирования этот ветер поднимался здесь на протяжении, по крайней мере, последних десяти тысяч лет. Именно этот ураган сформировал долину на Северном острове.

- Теперь ясно, почему она так называется, - прошипел Вельд, попытавшись увернуться от летящего на них призрачного обломка скалы. - Вон, те горы... Там сейчас столица Северной империи. Я туда нашего тысячника как-то сопровождал...

Тем не менее, на неспокойной планете была жизнь. Вырытый ураганом котлован быстро зарастал яркой, преимущественно синеватой растительностью, и в ней начала появляться всяческая летающая, бегающая, ползающая и водоплавающая живность жутковатого вида.

- А с биосферой что сделали? - тоном бывалого покорителя чужих миров поинтересовался Робик, наблюдая как стая жутеньких, но тем не менее грациозно двигающихся, словно сделанных из костей и жил, созданий потрошила громадного лохматого копытного с крокодильими зубами.

- Лещаки загнали протоскотозавра, - прокомментировал Смотритель. - С биосферой не делали почти ничего, как оказалось, она вполне... Кхм... Мирно уживается с биологией, завезённой поселенцами. Более того, даже скрещивается. На планете присутствует вирус, возбудитель синей хвори. Он очень активно выполняет перенос фрагментов генокода между разными живыми существами, так что местная живность вполне себе лояльно кушает нашу. А мы, в свою очередь, начали выводить такую, которая может питаться местными. Ну и жить рядом друг с другом, тоже. Этим, собственно, и занимались учёные, обитавшие в этой долине. Побродите по округе и обнаружите здесь много любопытных созданий, которые отлично себя чувствуют и в синем лесу, и в зелёном.

- Вот же срань! - искренне оценил виденное Сава, и поинтересовался. - Это что, везде так было?

- Почти. В пустынях чуть иначе, на других материках тоже, - Смотритель вежливо не обратил внимание на ругательство. - Острова местной жизни, это болота, прикрытые горами. Ну и приспособляемость у местных организмов невероятная. Хворь заботится о том, чтобы постоянно появлялись новые виды.

- И зачем им оно надо было с этой жутью возиться, обживать, тратиться? Нашли бы какую планету попроще...

- Да ты что, дядь Сава, - встрял Робик. - Это ж идеальные условия! Атмосфера пригодная для дыхания, беспроблемная жизнь, ну разве что чуток хищная. И никаких тебе кислотных рек и метеоритных дождей. Всё остальное - фигня вопрос, такую планету на аукционе с руками оторвут. Лучше, чем эта, почти и не бывает. А если и бывает, то там скорей всего уже кто-то живёт. У нас вон, тоже сейчас прямо райская планета, а первые поселенцы сто лет жили под куполами и из атмосферы серу выводили.

Тем временем, повинуясь жесту Смотрителя, изображение сменилось, и они оказались на краю столь высокого обрыва, что Робик даже пискнул, непроизвольно сделав шаг назад. А там, в центре Чаши Ветров, нацеливаясь своим черенком точно в шахту, диаметром километров, наверное, сто пятьдесят, совершенно беззвучно на волне свистящего вокруг ветра опускался Звездный Город. Похожий то ли на шишку, то ли на невероятный распустившийся цветок, с куполами, переливающимися перламутром силовых полей, сказочный город выше любой горы, почти такой же, как на картинках в храмовых книгах. Город светился мерцающим золотистым светом в лучах заходящего на фоне глубокого синего, даже чуть фиолетового неба.

- Небесная Жемчужина, - тихо проговорил Смотритель. - Этот город уже трижды приземлялся в разных мирах, и именно он дал жизнь трём пустынным планетам. Жемчужиной Реки этот мир назвали и в его честь тоже. Все трое смотрели на разворачивающееся действо посадки города-звездолёта и боялись дышать. Нет, в вирте что-то подобное Робик уже видел, но вот так, как сейчас, с высоты скалы, когда ещё и ветер в спину толкает, неся с собой то ли настоящие, то ли выдуманные запахи... Это ни в какое сравнение даже со здешним виртом не шло!

- Это же какая мощь... - одними губами прошептал Сава. - Это же какая сила людей, которые могут такое. И мы что, сами от этого отказались?!

- В те времена, в эпоху Исхода, жители нашей планеты могли очень многое. Для них это не было удивительным. Вот взгляните, это же место, но через двести лет.

И снова картинка изменилась, но уже мягко, наплывом, показывая тот же город в лучах рассвета.

Ветер стих, и уже не теребил одежду, а легко, казалось, улыбаясь, нёс чистую прохладу. На Городе исчезли жемчужные купола силовых щитов, разве где-то там, вверху, на высоте нескольких десятков километров что-то мягко светилось. Вокруг Города же, сверкая серебром и зеркалами окон, раскинулся во всей Чаше другой, уже наземный город.

- Это Пригород? - выдохнул Робик. - Так они выглядят?

- Аррис, сияние Севера, так его назвали. Самый красивый вид на Пригород - вот так, на рассвете, когда кажется, что это не город, а выпавшая в Чаше ветров хрустальная роса. А ещё он очень красив во время праздника Светодара... Люминус Светодар был главным климатологом планеты времен первых поселенцев, именно он настроил щиты так, что на исходе года северное сияние на всю ночь охватывает большую часть планеты и переливается всеми цветами радуги, - пояснил Смотритель. - Очень красиво, хотя Люминус думал не столько о красоте, сколько о надёжности силовой установки на полюсах, регулирующий климат на планете. Это сияние результат какого-то его технического решения. Но эффект так понравился всем, что даже учредили праздник в его честь.

Небо над ними вдруг изменилось, потемнело, окутывая город мягкими сумерками, а затем вспыхнуло, озарив мир потоками жидкого призрачного огня, опадающего волнами на приглушивший свои огни город.

- Мы верили в детстве, что когда огни святого Люминуса коснутся земли, боги вернутся, - неожиданно проговорил Вельд. - Каждый раз ждали, на скалы лазили, чтоб лучше видно было. Но они никогда не опускались так низко.

Огни погасли, и площадка, на которой находились зрители, устремилась вниз, к городу. И главным шоком для Савы и Вельда в этом мире оказались не ровные, красивые дорожки, не удивительные дома, словно парящие в воздухе, даже не многочисленные самоходные кареты, снующие по светлым широким дорогам, а люди...

Много людей. Одетые в странные одежды, настолько странные, что Сава аж крякнул при виде женщин в коротких, едва прикрывающих задницы платьях, обтягивающих штанах или вовсе ни на что не похожих узких полосках ткани, едва державшихся на бедрах. Вельд только хмыкнул и отмахнулся от приятеля. Его поразило другое. Эти люди ничего не боялись. Они не прятались за высокими заборами, не ощетинивались оружием, дети стайками носились, где хотели, играли в мяч или ещё какие-то свои игры. И не только дети, взрослые тоже.

- Они что, не работают вообще? - тихо спросил он Робика. Тот удивлёно вскинул брови:

- Работают, конечно... Но тут они дома, а места, где работают, за пределами жилых зон. А так они много чего наработали, например, построили Убежища в Красных горах...

- Убежища? У нас? - изумился Сава.

- Начало освоения любого мира строится, как правило, по единому образцу, - начал новую экскурсию Смотритель, и картинка вновь поменялась. - Вначале на планету сажают Звездный город. Затем строят атмосферные щиты, - указал он на грандиозные сооружения где-то на берегу океана. - Они успокаивают атмосферу и сбрасывают излишки влаги в океан, если нужно. После этого разворачивается Пригород, там и живут участники проекта по освоению в первое время. Позже это место становится столицей планеты.

Но это всё ещё не поселение. Колонизация планеты начинается с того времени, когда на её поверхности разворачивается стартовое хозяйство. Как правило в горах вырезаются долины, которые могут прокормить первых поселенцев, живущих под открытым небом вне Пригорода. На Жемчужине они были развернуты здесь, в Красных горах. Горы обрезаются террасами, проводится мелиорация, разворачивается энергетика, и строятся наземные поселки.

Долины защищаются погодными куполами на случай катаклизма, но включаются эти купола редко, обычно ограничиваются станционарной защитой над центральным поселением, имеющим вход в подземное убежище, и туда собираются люди со всей округи. Долинные купола задействуют только в случае глобальных катастроф, вроде пробоя озонового слоя в атмосфере планеты, и на сколько мне известно, таких случаев за всю историю освоения было всего два.

Убежища, это стандартные городские блок-платформы звёздных городов. Они монтируются под землей в единый комплекс. Шестиугольная плита диаметром в двадцать пять километров, на которой расположены все необходимые для выживания во время критической ситуации службы. Поначалу такая структура бывает очень важна, только на моей памяти она использовалась трижды, но по мере освоения мира необходимость в ней становится всё меньше.

- А как попасть в ближайший подземный город? - осведомился Вельд.

Смотритель покачал головой.

- Когда-то такая информация у меня была, но во время последнего техобслуживания, когда Планетарий перестроили в Некрополь, вся она была изъята. Я не знаю где её сейчас можно найти.

## Глава 2 - Бог с ведром


- Стало быть, ты бог? - Сава требовательно смотрел на Герна. Или, скорее, Иргена.

- А кто такой бог? - чуть ехидно улыбнувшись, поинтересовался тот, и пока Сава озадаченно вращал глазами, прифигев от тупого вопроса, продолжил. - Княжеский Акваримус видел когда-нибудь?

- Это с рыбами который? Пятое чудо света? - пришёл в себя воин. - Да. Во дворце во время награждения видели. Огромадный, во всю стену в центральной зале...

- Тот самый. Так вот рассказывают такую историю. Во времена Первого Князя, жил при том акваримусе смотритель, который рыбий язык понимал.

- Что, правда, что ли понимал? - изумился Сава.

- Не знаю, - опять улыбнулся наставник. - Но история такая. И вот приходит он однажды кормить рыб и видит, что акваримус неспокоен. Рыбки мечутся, собираются в стайки, которые быстро распадаются и собираются в новые. Прислушался смотритель, но ничего в их бормотании разобрать не смог. Но вот одна рыбёшка, которая просто сидела в своем углу и о чём-то размышляла, подплыла к остальным и громко спросила: "Хорошо, если бога нет, то кто меняет воду?"

Вельд хмыкнул, а Сава пошкрябал макушку и уточнил:

- И чё?

- Да то, что поразмыслив, смотритель вполне резонно решил, что так оно и есть, и обнаружил у себя очевидные признаки божественности. Во-первых, он обитает за пределами рыбьей вселенной. Во-вторых, жизнь и смерть их мирка целиком и полностью зависит от его воли. В-третьих, он всегда делает для рыб то, чего сам считает нужным, иногда, что они просят, и никогда того, чего они требуют. И тут же сообщил об этом всем окружающим.

- И что, ему начали почести воскурять? - хмыкнул Вельд.

- Почести Безумному Художнику воскуряли и без того. Было за что. Взять хотя бы тот акваримус. Он таки добился того, что ухаживать за ним почти не нужно. Я так полагаю, потому он и дожил до наших дней. Стоит фильтр, чтоб нечистоты убирать, компрессор для насыщения воды кислородом, да корм не забывать подсыпать в специальную ёмкость. Он потом сам подаётся строго по необходимости. Плюс тупенький искин, но не он главный. Там отлажена идеальная, саморегулирующееся экосистема: всё живое балансирует друг друга, даже хищники не вырастают настолько, чтобы сожрать остальную рыбу, зато подъедают икру, чтобы остальные сильно не расплодились, и не дают выживать слабым и нерасторопным малькам.

Ирген чему-то улыбнулся.

- Но разговор-то не о рыбах. Люди от них отличаются тем, что им не нужен бог с ведёрком, но вот придумать себе такого и потом требовать, чтоб он выгребал за ними, они любят. Волшебники от такой чести отказались сразу, но люди в разных мирах с завидным упорством называют их богами. Так что до некоторой степени я бог. С маленькой буквы. Я могу такие вещи, которые за пределами твоего понимания. Ты, скорей всего, и слов таких не знаешь, а я вырос с этими понятиями. Но это всего лишь вопрос знаний. Научись, будешь знать, а если сильно постараешься, то и уметь. Но создавал этот мир не я. Законы его придумывал тоже не я.

- Значит, ты бог? - ещё раз уточнил Сава.

- Мне больше нравится название "волшебник". Только я - нет, мой дед волшебник. Я просто одарённый. Хотя, смею заметить, сильный одарённый.

- А кто твой дед? - подозрительно поинтересовался Сава.

- Айдерис.

- Что?! - вот тут уже вскинулись оба. Вельд подрастерял часть своей демонстративной невозмутимости, а Сава потрясённо уточнил. - Бог Сансара? Дарующий жизнь? - и хлопнул себя по лбу. - То есть, этот самый сансарин, в котором Вельда оживляли?..

- Хранитель младшего принципа Айдерис Сансара из Изумрудного дома, если быть точным, - поправил Саву Ирген. - Один из самых первых волшебников, которые появились ещё на Терране. Да, он изобретатель сансарина, жидкости для медицинской капсулы, в которой мы лечили Вельда.

- Ну, охренеть! Дед - младший принц зелёных. Значит ты всё-таки бог, - определится с понятиями Сава. - Поэтому и живёшь тысячу лет?

- Продолжительность жизни, это была наша с дедом тема. Нормально, в хороших условиях человек живёт в среднем около семидесяти-восьмидесяти лет. Уже на заре эпохи волшебников, среднюю продолжительность жизни неодаренного удалось поднять до ста пятидесяти. Ванна Сансара потолок жизни не сильно увеличила, зато сильно уменьшила смертность, так что тут мы с дедом смогли поднять среднюю продолжительность до двухсот. А потом мои работы с возбудителем синей хвори повысили планку до трёхсот. И это для неодарённого. Уже после Исхода я научился продлевать жизнь... Не знаю даже сколько. Биологического предела я не вижу. Сейчас предел жизни тех, кому я проводил подобную процедуру, чисто психологический. Усталость жизни. Потеря интереса к ней. Этому эффекту не подвержены только волшебники. Те, кто пользуется продлением жизни, не умирают. Они уходят.

- А ты?

- Мне больше семисот. Отшельник ушёл в четыреста с лишком. Художник чуть менее чем в пятьсот. Очень любил жить, но и он устал.

- Но ты тоже умер, - обвинил Вельд.

- Умер, - согласился Ирген. - Но не ушёл. У меня есть цель.

- Всё равно, - упрямо покачал головой Сава. - Если богу приходится умереть, значит хреновая семья у этого бога. Она не должна была такого допустить.

Ирген, удивленно взглянул на, казалось бы, грубого и непробиваемого вояку.

Вельд, непроницаемо глядя на собеседника, поинтересовался.

- А с Робиком что?

- С ним всё сложно. Прежде всего, я не знаю, что он из себя представляет.

- Не бо... в смысле, не волшебник? - деловито уточнил Сава.

- Определённо, нет. Прозрачных домов не бывает. Десять Великих домов, десять Камней Судьбы, десять старших принцев, точнее, принципов. Две тысячи лет пытались вычислить возможность появления одиннадцатого дома, ничего не вышло. Но все признаки волшебника у него есть. Например, он уже слышит свою поддёвку. Пока что его подсознание воспринимает это, как разговор, но так поначалу всегда и бывает. Тут сам факт того, что мальчик десяти лет от роду, когда у других дар только-только начинает проявляться, использует нейропластик, в который не загружен ни искин, ни даже какая-то управляющая программа. Это говорит о том, что перед нами именно волшебник, причём, уже инициированный. О чём, кстати, знать ему прямо сейчас не следует. Просто он ещё не осознал свои силы и совершенно не умеет ими пользоваться. Но так не бывает, это против всех известных законов. И это ставит перед нами ещё ряд проблем.

- Например? - Вельд поднял бровь.

- Самая главная, - устало продолжил Ирген, - это семья. Робику нужны не просто друзья, а по-настоящему близкие люди. Потребность в семье у юных волшебников больше и глубже, чем у обычных детей. Поэтому даже начинающие волшебники очень быстро налаживают ментальный контакт с остальными. Мыслей читать, конечно, не могут, зато умеют их передавать друг другу. Такой связи на Жемчужине он установить не сможет. Для этого он должен быть подключен к одному из Камней Судьбы. Прозрачного волшебника ни к одному из существующих артефактов подключить невозможно, а своего у него нет. Именно ментальная связь делает волшебный дом семьёй. Но Робин остаётся без общения с подобными ему, и как пойдёт его развитие, трудно даже предположить. Единственное, что можно тут сделать, компенсировать отсутствие ментальной связи родственными. Но его родители и брат погибли. Нам нужно не просто взять его под опеку, а стать его семьёй или...

- У меня нет никакого "или", колдун, - голос Вельда клацнул, как брошенный в ножны клинок. - Робик станет моим приёмным сыном. Если сам согласится. Но я хочу знать, как ты его собираешься использовать для достижения твоей цели. И что это за цель? Мальчик-волшебник, да ещё со Звезды, это не просто ребенок-сирота, это ресурс. И его уже ищут. Причем ищут, как я понимаю, не для того, чтобы торжественно поприветствовать и вручить горшочек варенья. Видимо, у всех на него имеются виды. Так вот, для чего он тебе?

- А вот тут наша вторая проблема. Такого, как он невозможно использовать. Знаешь, чем характерен Снежный дом?

- Белые боги?

- Они самые. Твой дар, кстати, белый. Ты мог бы стать одним из них, если бы тебя вовремя инициировали... Так вот, они просто идут по избранному ими пути и не смотрят по сторонам. Хочешь, иди рядом, если твои и их цели совпадают. Не хочешь, ну, как хочешь. Робин не совсем такой, он выбирает своих сам, это безусловно, он выясняет их интересы, но действует он строго сам. Если ты вспомнишь, как он тебе замок Предгорного подарил, поймёшь.

- А в чём тут проблема?

- В том, что те, кто его ищет, этого не понимают. Они будут стараться принудить его действовать в своих интересах и под своим контролем. В первую очередь устраняя тех, кто им мешает. А когда поймут, что мальчик не станет выполнять их хотения, то...

- То его уничтожат, хотя бы для того, чтоб им не воспользовался кто-то другой, - задумчиво кивнул Вельд. - Ну что ж, уничтожить ученика Темнейшего Герна сложно, но не настолько, как ученика Герна и сына барона Предгорного замка. Те, кто его ищет, знают, кого надо искать?

- Судя по всему, нет. Ищут взрослых.

- Стало быть, у нас есть фора. Но об усыновлении тогда речи нет, - произнёс Вельд и пояснил. - Принятый непонятно почему в баронскую семью ученик колдуна вызовет вопросы. Мне лучше признать его сыном, который обучался у тебя, пока я воевал. В то, что я стал бароном совершенно случайно и за мной никто не стоит, вряд ли поверят. Уже не верят. Ну и ладно, пусть считают, что я твой человек. Колдун ты или где? Это даже говорить никому не надо, сами придумают.

Бывший сотник усмехнулся.

- Причём, чем больше мы будем это отрицать, тем сильнее в этом уверятся. И всё же, - Вельд упрямо уставился в глаза Иргену. - Ты не ответил мне на вопрос. У тебя-то какая цель, интерес твой в чём? Потому как не поверю, что ты просто так ввязался в эту историю.

Ирген потянулся куда-то в сторону, и в его руках оказался хрустальный бокал с янтарным напитком.

- "Солнечный Лотос", - прокомментировал он. - Лучшее произведение искусства Пивных королей. Если не ошибаюсь, вон там, за полкой с книгами, хранится некоторый запас. Просто поверните полку.

Пока Сава, довольно похмыкивая, ходил за выпивкой, наставник изучал Вельда.

- Ты уверен, что не хочешь быть рыбкой из акваримуса? Так ведь проще. Есть командир, он отдаёт приказ, ты выполняешь. И план отставки вполне приличный. К баронству можно добавить... Много чего. Если решишь быть самостоятельным бароном, то вполне можешь им стать. Но Робика придётся отдать, когда придёт время. Ты просто не сможешь сделать его кем-то больше, чем сын барона, ну, может быть, в перспективе, бароном. Тебя может и устроит, а его нет. Ну, а если хочешь знать мои цели, то всё будет сложнее. Никакой надежды на божественную волю, провидение и высший разум. Придётся самому отвечать за всё, что сделаешь.

- Перед кем?

- Перед теми, кого похоронишь. Моё кладбище ты видел. Твоё будет не меньше.

- Да ну, - наморщил лоб Сава, осторожно разливая янтарную жидкость по бокалам. - Стало быть, вот он так и выглядит, этот твой Шанс?

- Так что? - Ирген поднял бокал и чуть пригубил. - Ваше решение.

- От Шансов не отказываются, особенно от таких, что если упустишь, то обязательно удавят, - Вельд повторил жест Иргена, и тоже сделал небольшой глоток вина. - А моё кладбище уже и так не маленькое. Набрал, пока в своём акваримусе рыбкой плавал.

- А я что? Я как командир, - Сава в ответ на вопросительный взгляд Иргена только пожал плечами и опрокинул всё содержимое своего бокала в рот, и тут же выпучил глаза, не в силах ни вздохнуть, ни выдохнуть.

- Ну... - Ирген с улыбкой смотрел на воина, не способного ни проглотить напиток, ни избавиться от него. - Тогда добро пожаловать в семью.

- А... Кха... Ну... - Сава наконец проглотил свою порцию и отдышавшись заявил. - Вот теперь я точно верю, что ты бог. Не боись, мы хорошая семья. Надо, так и сдохнем. Не впервой...

- Пей понемногу, и раскрывай вкус на боках языка, - коротко рассмеялся Ирген, но тут же снова посерьёзнел. - Сдохнуть не вариант. Сдохнем - проиграем. v- А что надо сделать? - поинтересовался Вельд.

- Да сущий пустяк, - усмехнулся Ирген. - Поменять воду в акваримусе.

- Э, не... - тут же возмутился слегка захмелевший Сава. - Менять воду, это работа бога, не надо на нас её сваливать. Нам-то что делать?

- А после Исхода я тоже не бог с ведром. Сейчас я в том же акваримусе, - пожал плечами Наставник. - Чем я отличаюсь вот хотя бы от Вельда? Такой же, как и он, хозяин долины. Считай, Предтеча. Можно считать, что барон. Ну, немножечко, колдун... Бог, нырнувший в воду, становится всего лишь большой рыбой. Проиграем, навернётся всё. И акваримус, и рыба, и мы не выскочим.

- Хорошо, - Вельд, глядя в глаза Иргена, решительно кивнул. - Мальчишку я не оставлю, а всё остальное вообще не вариант. Я так понимаю, спрыгнуть уже в любом случае не получится?

- Спрыгнуть, нет, - Ирген поболтал жидкость в бокале. - Можно будет только... Уйти. Но, в общем и целом, у нас одна основная проблема. Наш мир посыпался. И дело даже не в общем упадке. Всё гораздо хуже.

Он вздохнул и уселся на своем кресле поудобней, явно готовясь к долгой беседе.

- Как заселяются миры, вы сегодня видели. Вопрос теперь в том, как они развиваются. Бывает, что созданный Предтечами проект оказывается нежизнеспособным. Погода не стабилизируется, живность не приживается, терраморфирование пошло наперекосяк. Тогда всё, что создаётся, очень быстро разрушается. В таком случае говорят, что мир посыпался и сворачивают проект. Наш проект уже так просто не свернёшь. Но наш мир начал сыпаться после Исхода, и виноваты в этом его обитатели.

- Северяне? - понимающе хмыкнул Сава.

- Все. Империй тогда ещё и близко не было. На тот момент, когда я изобрел Изменение...

- Ты? - не удержался от возгласа Вельд.

- Я, - невесело усмехнулся Ирген. - Так вот, на тот момент Жемчужина развивалась семимильными шагами. Переселенцы сюда в очередь стояли. Долг перед Рекой мы выплатили, средств было навалом, жить стало лучше, легче и дольше. И замаячила реальная возможность продлить жизнь настолько...

- Пока не надоест, - хмыкнул Сава.

- Именно. Пока не надоест, - согласился Ирген. - Можно было продолжать осваивать планету. Если вы не в курсе, то мы заселили только один материк и то, не полностью, на четырех остальных всё ещё синяя сельва. Здесь действительно мог быть волшебный сад. Но вот только зачем напрягаться, когда и так неплохо кормят? Можно ведь не самим развивать дикие территории, а подмять под себя кластер.

- Кластер? - уточнил Вельд.

- Великая Река очень длинная. Пока доберёшься, куда надо, заблудиться можно. Для удобства схожие по интересам дружественные миры объединяются в что-то подобное заводи. Создается внутреннее море для группы миров, и попасть из одного в другой там можно просто переплыв на другой берег. Вход в кластер из нашего мира был через наш звёздный город. С нами заключили союзный договор ещё шесть миров, и все, благодаря смолке с Жемчужины, очень быстро развивались. Наши политики и решили: зачем кормить всех остальных просто так? Мы им смолку и целый ряд уникальных продуктов из неё, а они пусть нам мир достроят. И ещё должны останутся.

- То есть, наши тогдашние правители решили превратить этот самый кластер в империю? - уточнил Вельд. - А остальные миры сделать своими колониями?

- Верно. Надо понимать, что переселиться с планеты на планету в мире Реки очень просто. Грубо говоря, берёшь чемодан с труселями... М-м-м... Вещмешок с подштанниками, и едешь. Вся твоя собственность, кроме личной, остаётся на планете.

- А почему так? - искренне возмутился Сава. - Своё же, нажитое...

- А потому что так справедливо. Как бы богат ты ни был, ты не сам своё богатство создавал. Работала вся планета. И ресурсы ты использовал общие. И если ты считаешь, что можешь всё, иди и делай. Сам.

- И кто тогда согласится на переезд? - покачал головой Сава. - Брось всё и начинай жизнь сначала...

- А это как посмотреть. Это здесь сейчас народу мало, а земель много. А в старых мирах наоборот. Людей, умных, деятельных и готовых упереться рогом ради результата, много. А все места для приложения их сил на старых планетах заняты. Признаюсь, я несколько упростил, хотя суть именно та. Ну и собственно, нищебродом с голой задницей, ты в любом случае не останешься, да и вернуться всегда можно, если что-то не так пошло, есть законы, регулирующие все эти вопросы. Потому и собирались вместе большие команды с разных миров, которые отправлялись осваивать новые планеты.

- Предтечи?

- Именно они. Так называли первопроходцев, берущих ответственность на себя. Они собирали проект, под него брали у Звездного флота кредит, набирали переселенцев. И после того, как на планету сажали звездный город, начинали её заселение. С Жемчужиной сыграло злую шутку богатство, внезапно свалившееся нам на голову.

- Смолка?

- Она, - кивнул Ирген. - Она окупила всё гораздо быстрее, чем это происходит на других планетах. Мы заселили половину материка, а потом решили, а зачем напрягаться? В смысле, самим. У нас в руках и так несметное богатство. Пускай приезжает... Кто-то, кто опоздал к началу заселения, и вкалывает. На нас. А мы дадим им за это сытную, а главное, долгую жизнь, пусть работают. За право получить гражданство. А ещё пообещаем им одарённость.

- Одаренность нельзя подарить, - возразил Сава.

- Можно. Оказалось, что можно. Ключ нашелся в синей хвори. Что такое ДНК вы знаете?

- Спираль Творящего бога почитай во всех храмах южан есть, - кивнул Сава. - А что она означает, нам один ихний жрец рассказывал. Выпивали вместе как-то.

- Представляю, что он вам там рассказывал... Ну, хоть общее представление дал. Тогда поясню, это важно. Синяя хворь сама по себе страшная штука. После Первой Имперской войны, когда всеобщая вакцинация и бесплатная медицина приказали долго жить, люди стали вымирать целыми посёлками. Смертность выросла из-за того, что вирус подменяет собой целые фрагменты ДНК человека или животного. И может спать в таком состоянии несколько поколений. А потом просто на ровном, казалось бы, месте опять развивается эпидемия. До появления первых цветноволосых, то есть до выработки коллективного иммунитета, вымерла почти половина населения планеты. В то время я уже решил, что спастись от полного вымирания нам не удастся, и приготовился к худшему, но в конце концов, ситуация стабилизировалась, хоть и ценой многих и многих жизней. Хворь вообще с самого начала заселения была бичом первых поселенцев, одно время проект Жемчужины даже закрыть хотели, её вроде победили тогда, но оказалось, что просто загнали глубоко внутрь.

- Ну да, - кивнул Сава. - Волосной колер от синьки самое первое дело. На болотах у народа, говорят, волос что у твоих попугайлов, аж гавкает. И с возрастом не выцветает, как у нас...

- Фермент плесени Пироцельса. Кроме яркого окраса, который тут у всей местной живности, вырабатывает ещё и антибиотик, который эту хворь и давит, - пояснил Ирген кивающему со знающим видом Саве. - Собственно говоря, именно синюю хворь мы тогда и изучали. Оказалось, можно создать такой вариант болезни, что человек болеет ей... Как простудой. Но в результате вирус встраивает в ДНК взрослого человека специально подготовленную цепочку генов. С генами и ДНК давно работают. И управлять наследственностью умеют. Вплоть до подбора у ребенка цвета глаз, формы носа и способностей к математике. Не говоря уж о наследственных заболеваниях. Но только на стадии эмбриона. И на одарённость никакая генетика не влияла. Одаренность вообще с наследственностью не связывали. Дар божий. А тут открывалась возможность исправить генокод у уже взрослого человека. Полностью перестроить его организм, вылечить... Те штаммы хвори, над которым работали мы с дедом, наращивает на ДНК теломеры, усиливает сопротивляемость раку, и вообще всё, что как раз и продлевает жизнь. Механизм очень сложный, но не невозможный, - Ирген, обратил внимание на выражение лиц собеседников, слегка оглушенных обилием незнакомых слов, хмыкнул и счёл за лучшее спрыгнуть с любимой темы, - Но, главное, особая комбинация генов включала механизм одарённости. То есть, возможность взаимодействовать с нейропластиком, - завершил он объяснение. - Очень сложно, часто с непредсказуемыми последствиями, иногда с жуткими побочными эффектами, но что-то наподобие дара появлялось.

- Это и есть Изменение?

- Да.

- И почему это плохо?

- Это не плохо и не хорошо, это данность. Никакое открытие само по себе не несёт угрозы, а только открывает перед нами тайны мироздания. А вот как им распорядиться, уже вопрос другой. Изначально предполагалось использовать этот способ для лечения тяжелых врожденных болезней, вмешиваться в генетику обычных людей не планировалось. Технология была очень сырой, а побочные эффекты непредсказуемы. Но политики увидели в ней возможность продать остальным в кластере идею Изменения, как очень дорогостоящий и уникальный товар. Это должно было стать ресурсом покруче смолки. Им очень хотелось протолкнуть возможность перемещения капитала внутри кластера минуя обычные механизмы миров Реки. Это в свою очередь давало возможность скупить ресурсы соседей, и поставить их в зависимое от Жемчужины положение. vЗаметно было, что Иргену явно не доставляют удовольствия эти воспоминания, но тем не менее, он продолжил.

- Но уже следующее поколение политиков, выросшее на собственной пропаганде, в Изменение поверили, как в данность, и яростно подталкивали народ к требованию его начать. Народу же хотелось всего и сразу. На нестабильность результата никто не смотрел и слышать о том, что испытания только начаты, не желали, все доводы разбивались об неубиваемый аргумент популистов: "они не хотят продлевать нам жизнь и делать нас волшебниками". При этом волшебниками эта чудо-технология никого не делала ни разу.

- А одаренность получалась настоящая?

- Нет. У меня ничего подобного нет. И у вас тоже. Механизм взаимодействия с нейропластиком другой. Одарённость Измененных как правило высокая, в смысле использования готовых артефактов. А вот создание, а тем более разработка новых... И у южан, и у северян артефактчикам являютсяя только природные одарённые. А в Нумбии, центре производства обработанного нейропластика, Изменение карается смертью и потерей статуса всего рода. Да и цена за Изменение была очень высокой, вероятность разрушения человечества, как расы, сразу же резко возрастала, и в конечном итоге мы бы разделились на множество различных, часто не смешивающихся между собой видов. Слышали про поселения сорных?

- Слышали, - хмуро буркнул Вельд. - И видели как-то. Уже умирающего. Жуть. Говорят, они даже разумны.

- Они вполне разумны. - вздохнул Ирген. - И почти все рождены людьми. А вот в период полового созревания начинается... Это результат ранних Изменений. Проявляется в третьем и далее поколениях. Вначале женщин, родивших уродцев, убивали. Они убегали с детьми, а иногда и с мужьями, в болота. Тех, кто начинал меняться во время взросления, тоже не жаловали. Кто успевал, бежали туда же. А сейчас обе просвещенные империи просто скидывают несчастных на Сорный берег. Никто никого не убивает. Гуманно.

- Но Изменение всё-таки запустили?

- Говорю же, политикам не терпелось. Они, в отличие от меня, рассматривали его не как научную задачу, а как ресурс для увеличения власти и контроля, и понесли флаг Изменения в массы. А когда я отказался экспериментировать даже на добровольцах до окончания всех тестов, они нашли тех, кто согласился вместо меня. В будущей Южной империи, на базе Научного центра биологических исследований создали секретный отдел генетики человека. В него ушла часть моей команды из тех, кто работал в моей лаборатории. А я, как дурак, ещё и радовался тому, что они получили самостоятельный проект.

Ирген хмыкнул.

- Делалось всё в тайне, так как Совет Реки запретил этот эксперимент отдельным постановлением. Тем временем, наши политики купили часть элит кластера. Те и у себя двигали Изменение, и двигали агрессивно. Но народы кластера, к счастью, проявили мудрость и с ними не согласились, а Совет Реки наложил строгий запрет уже на все работы с Изменением, причем под угрозой межзвездного суда. Мой дед это инициировал, а я поддержал его обращение к Совету.

- Помогло? - скептически поднял бровь Сава. Ирген покачал головой.

- Нет, конечно. Только хуже стало. Политики, которые сделали на Изменение ставку, закусили удила и двинулись поднимать массы на священную борьбу. Они обвинили нас с дедом, да и всех волшебников скопом, в том, что мы хотим скрыть от людей своё открытие, чтобы самим жить вечно и не дать прочим возможности сравниться с богами. И люди Жемчужины вышли на площади протестовать и требовать Изменений для народа. Политики только того и ждали, и быстренько собрав чрезвычайный съезд, приняли закон о суверенитете Жемчужины от остальной Реки. Соседям эта подрывная деятельность надоела, и нас выкинули из кластера. Но на этом не успокоилось, власти Жемчужины понесли идеологию Изменений и призывы к свободе и равенству вдоль всей Реки. Под девизом всеобщего равенства они требовали свержения власти волшебников, скрывающих от простого народа возможность сравняться с избранными.

- За это нас и отрезали от Реки? - задал вопрос Сава.

- Не только. Понимаете, вся история с недоделанным Изменением выглядела так, как будто её двигала чья-то воля. И этому кому-то было важно в том числе и то, чтобы Изменение начало распространяться именно в таком, недоделанном виде. И то, чтобы Река стала распадаться на отдельные миры и разрушаться изнутри. Во что это могло вылиться, предсказать было невозможно. И это работало. Привлекательность лозунга "Свобода, Равенство, Одарённость и Вечная жизнь каждому" многих захватила.

Ирген выдержал паузу.

- Вот как раз тогда на планете и обнаружилось существо, которое паразитировало на нервной системе человека. Здесь, среди изменённых... Легенды про Древнее Зло слышали? Аватар. Вот оно и есть. Мы предположили, что именно Изменение как-то спровоцировало его развитие, но это была только теория, подтвердить или опровергнуть её так и не удалось. Вначале оно было одно, и как оно появилось, какова его природа, не знал никто. Мой дед сумел его поймать, изолировать и вывезти с планеты. Но даже это не заставило политиков остановиться и допустить на планету отряд зачистки. Вот тогда Жемчужину и закрыли на карантин. В конечном итоге, нам был оставлен выбор: или по прошествии тысячи лет отказаться от Изменения, или полностью идти своим путём и развиваться, как отдельная раса. Либо на Реке, либо вне её. Волшебники никогда никого не гонят насильно к счастью. Хотите идти своим путём, пожалуйста. Но и позволить погубить созданный ими Мир Реки ради каприза одной планеты, они не собирались. Тогда мы получили долгожданную свободу и до сих пор ей наслаждаемся, - невесело усмехнулся Ирген. Он помолчал и вздохнул. - Судя по рассказам Робина, по Реке эта дрянь не распространилась. Карантин помог.

- Ты мог уйти с дедом? - Вельд пристально смотрел на Иргена. - Он же не остался?

- Он не мог остаться, он волшебник. А они отвечают за всю Реку. С волшебниками ушли все, кто пожелал. Остаться, это был выбор ваших предков. Как и мой. Я не мог уйти... Хотя дед звал. Но понял.

- Ясно, - серьёзно кивнул Вельд.- И предки приняли решение стать другой расой?

- Предки очень быстро потеряли способность как-то на это влиять, - скривился Ирген. - Во время Исхода, когда звёздный город покинул планету, ушли и очень многие специалисты, в особенности пришлые с других миров. Оставшиеся стали работать на корпорацию. Тогда всем здесь заправлял концерн Синтия.

- Княжество? - удивился Вельд.

- Не было тогда княжества. И империй не было. Был единый мир. Синтия - основной производственный центр, который должен был обеспечивать самостоятельное развитие планеты. Там, внизу, под Красными горами есть и убежища, целые города, которые способны защитить население от внезапного катаклизма. Там же расположены три генератора, которые питают всю населенную часть планеты.

- Генераторы? - переспросил Сава.

- Камни силы. Вроде тех, что сейчас продают в храмах для обслуживания техники, которую они называют артефактами. Но больше, чем ты можешь представить. Большой Каскад создан для охлаждения одного из них.

- Ничего себе, - присвистнул Сава. - Это ж какие деньжищи можно зарабатывать.

- Между прочим, и зарабатывали, - усмехнулся Ирген. - Бароны Предгорные. И, кстати, сейчас на их счет по-прежнему должна начисляться плата за энергию. Производство, где оно ещё есть, от чего работает? Те же замки, которые не умерли? Там же свет и водопроводы, да и в домах тех аристо, кто в старых городах живёт. Да хоть бы и системы полива на террасах, колодцы в городах, мельницы в долинах.

- Так оно ж дождями наливается? - удивился Сава. - А мельницы от ветра... Само по себе... Или... Ветер и дождь тоже того? - подозрительно насупился сотник. - От генераторов?

- Ну... Не на столько. Но частично, да, - улыбнулся Ирген, глядя на вытянувшиеся лица своих собеседников, внезапно обнаруживших, что привычные и, как бы сами по себе существующие вещи, о которых раньше и не задумывались, оказывается, не есть законы природы, а вполне рукотворные чудеса. - На планете атмосфера регулируется именно генераторами. Правда, это уже бесплатно. А то бы снесло всех... Но вот с ветром и прочей погодой получается всё хуже и хуже. Потому есть и засуха, и безветрие, и, наоборот, ураганы... С этим ещё придётся разбираться.

- Так вот за что моих предков вырезали?! - осенило Вельда.

- И за это в том числе. Главное, генераторы можно было отключить. А это очень сильное оружие. Единственное оставшееся оружие массового поражения. Другое уничтожено... - Предвечный поставил бокал на стол и откинулся на спинку кресла. - Две крупные силы Изменённых, союз образовавшихся уже после исхода корпораций Севера и Юга, мало чего стоили против Синтии, и это их не устраивало. Но вначале никто и представить себе не мог, что они решатся на вооруженный захват. Оружия на планете почти что не было. Только полицейские средства. И ещё тяжелое вооружение для планетарной обороны, космовойска, совершенно не предназначенные для участия в наземных операциях. Но северяне несколько лет собирали и вооружали своих бойцов под предлогом создания собственной службы безопасности.

Ирген откинулся на своём кресле и задумчиво вертел в руках свой бокал. Было видно, что ему не очень приятно вспоминать. Бывшие сотники, сами пережившие войну, его хорошо понимали.

- Война началась очень неожиданно. Ещё вчера вечером и мысли о чем-то подобном не было, а утром в Красные горы вошли войска. Это был... шок. Мир опрокинулся, человеческая жизнь, до того всё ещё считавшаяся наивысшей ценностью, так что даже для маньяка смертная казнь казалась немыслимым зверством, вдруг стала совершенной безделицей... Первым была уничтожена долина ничего не подозревающего Брана Предсмертного. Он отвечал за планетарную оборону, никто не думал, что в спину ударят те, кто по привычке считался своими. Но он был воин, и дорого продал свою жизнь. Самое главное, он заблокировал доступ к военным складам и уничтожил... Скажем, очень мощные боевые артефакты, к которым рвались северяне.

- Все уничтожил? - деловито уточнил Вельд.

- Те, до которых можно добраться без чего-то похожего на шаттл. Остались базы планетарной обороны, но их вычислитель заблокирован. Ну и планетарная защита Часовых городов, они уничтожат любого, кто попробует к нему приблизиться хоть по земле, хоть по небу. Собственно, это и стало причиной гибели корабля Робика. И да, именно из-за этого все летающие аппараты сразу стали бесполезными. Все они сбивались Городом при превышении допустимой высоты.

- Замок Брана заблокирован так же, как замок Предвечного? - опять уточнил Вельд. - А не собирает ли кто-то ключи от других мертвых замков, не в курсе?

- Вот как? - Ирген замер, покрутил жидкость в бокале. - А ведь может быть и так. Я эту возможность не допускал, хотя в храмах сохранились остатки библиотек,- он задумался. - С одной стороны, если бы кто-то мог добраться до оружия, его использовали бы уже во вторую Имперскую. Но, с другой стороны, раз обнулились ключи Предгорного, то обнулились и все остальные. Если у кого-то сохранился хотя бы один ключ военных, то если перепривязать его... Н-да, и с этим тоже надо что-то делать.

- А такой ключ мог сохраниться?

- Ключ Брана пропал вместе с ним. Предсмертный спас нас всех от очень большой беды... Служба безопасности концерна ничего не могла сделать против воссозданной будущими империями регулярной армии. Колонна северян осадила Киенну, которая потом стала столицей Княжества, но защитный купол не дал им даже приблизиться к стенам города. Горожане отсиделись. А южане двинулись сюда, в долину Предгорного. И вот тогда Предгорные отключили от генераторов восток Южного альянса и часть Северного. Как результат, между нами и южанами образовалась пустыня, а северяне потеряли порт, выходящий прямо в пролив. Предгорный пообещал отключить и остальные кластеры, если захватчики не успокоятся. Война откатилась, но очень многое уже было разрушено. А потом начался Тёмный век.

- То есть, считаем, что ключей пока ни у кого нет, - заключил Вельд.

- Не скажи, - не согласился Сава. - Если оказалось, что замок Предвечного можно оживить, то все кинутся искать способы открыть и другие.

- А вообще с этими замками можно что-то сделать? И как случилось, что мой замок остался бесхозным? При такой-то защите...

- Насчет первого вопроса отвечу сразу: не знаю. Я не программист-системщик, как Художник или Робин с Кванем. Нужно спрашивать у них. Что до твоего замка, то Ромиэна Предгорного предал собственный брат. На тот момент Вторая имперская, когда отключили второй генератор, давно отгремела и никто не хотел Третьей. Гарантом как раз и выступал Предгорный. При попытке захвата Княжества достаточно было отключить последний генератор. И всё. Если падут погодные щиты, история человечества на Жемчужине закончится.

- То есть, после Второй имперской все успокоились? - спросил Вельд.

- Не совсем, - покачал головой Ирген.- К тому времени мир был давно поделен, Предтечи стали баронами, президент корпорации - князем, директора предприятий внешнего пояса - королями. Изменённые империй создали собственную аристократию. После разрушения замка Предслышащих, бароны привязали вычислители замков по крови, что сделало их захват бессмысленным. Война стала никому не нужна.

- Простому народу война никогда не нужна, - буркнул Сава. - Только когда это останавливало правителей?

- Тут ты не совсем прав. Народ имеет собственные амбиции и собственные интересы. В нашем случае амбиции северян простирались на остатки промзоны Синтии. Они считали что являются наследниками Звёздного города, и не понимали, с чего это вся промышленность досталась баронам. Увы, но население империи Севера войну поддержало, и император вторгся в Княжество. Но после войны все действительно успокоились. Почти. Противостояние никуда не делось, и имперцы ждали ошибок баронов.

- Дождались?

- А как же. Имперцы сумели сохранить кое-какие науки и университеты и принимали туда детей со всего мира. Вот Предгорные младшенького туда и отправили... Но северяне пустой благотворительностью никогда не страдали, и чужаков принимали с дальним прицелом. Они не забыли ни свои амбиции, ни того, кто может вмиг закончить любую войну, оставив их без энергии. И, заполучив младших детей баронов, провели очень тонкую работу. Их воспитанники попытались захватить замки, считая их по праву своими.

- Большая смута? - переспросил Сава.

- Да, - кивнул Ирген. - И если бы она не прекратилась почти не начавшись, то её назвали бы Третьей имперской. Северяне сделали выводы из первых двух и решили действовать иначе. Брат Предгорного, как многие другие младшие, вернулся чужим и для своей семьи, и для княжества. Был бунт Младшей ветви, одновременно с ним выступили Имперцы. Генераторы на тот момент давно работали под управлением искинов, так как компетентных инженеров не осталось. Вмешаться в их работу и отключить их было бы равносильно гибели для всех.

- То есть, северяне всё-таки послали войска в княжество? - удивился Вельд. - Никогда об этом не слышал. Была Смута, а про северян никто не говорил.

- Этот факт тогда скрыли. Северяне рассчитывали на то, что Предгорный не решится отключить последний генератор. Действовали через человека, которому барон безгранично доверял, а ещё надеялись на свою гвардию, которой предатель и командовал. Вот она однажды ночью и подошла к замку. И младший брат барона снял защитный купол. Барон закрылся в подземельях, и попытался организовать побег семьи сюда, в мою долину, но не сумел. Тогда все на Жемчужине затаили дыхание - отключит Предгорный генератор или нет. Не отключил. Но вход в замок закрыл. Должен был открыть его наследник, Но... Наследника так и не нашли, хотя искали все.

Тогда в Замковой долине погибли многие, говорят, река долго выносила к берегу изуродованные тела, да и в замке трупы лежали навалом. Предгорный отключил связь через башни Аука в своих долинах, и запустил станцию РЭБ... Глушилку небесной связи в Замковой, - пояснил Ирген, заметив непонимание на лицах собеседников. - Вероятно, чтобы отрезать её северянам, потому я тоже не мог с ним связаться. А когда добрался сюда, уже всё было кончено. Мы решили, что дети не спаслись в той бойне, но сейчас, глядя на тебя, понимаю, что они каким-то чудом выжили.

- А про то, что это была взбунтовавшаяся гвардия барона, а не северяне, объявили, чтобы не начинать Третью имперскую? Лэрры промеж себя договорились? - нахмурился Вельд.

- Именно так. Был заключён очень невыгодный для Северян торговый договор, в качестве компенсации за нападение. Вот, чтобы отменить его, и была затеяна Странная война. Что до Предгорной долины, то, насколько я знаю, барон уничтожил Обводной путь, по которому имперцы вели в его долину войска, а сам попытался обеспечить проход семьи под водопадом. Но там уже ждала засада. Северяне и рассчитывали на такой ход. Им нужен был проход в мою долину.

- Зачем?

- Установок, пригодных для проведения Изменения и продления жизни в нашем мире всего две. Первая у меня, а вторая на Юге, у императрицы. И она не собирается с северянами ничем делиться. Так что император Севера остался без бессмертия, и ему обидно.

- Стоп, - Вельд прищурился. - То есть, все слухи про южную императрицу, что она бессмертна, правда? Но тогда...

- Майрана была у меня лаборанткой, - просто ответил Ирген. - Очень перспективной девочкой, кстати, даже я бы сказал, талантливой, хотя полностью лишенной дара... Она могла многого добиться в науке, но захотела всего и сразу. И власти, и славы, и денег, а, главное, одаренности и бессмертия... А сейчас... Сейчас я даже не уверен, что она всё ещё человек. - Ирген говорил спокойно, даже слишком спокойно.

- Почему?

- Изменение. У южан оно зашло так далеко, что обычное, двуполое размножение им уже недоступно. Судя по тому, что она пытается делать, это пошло именно от неё, и теперь поразило всю южную аристократию. Живучий ген. Наши княжата не дадут соврать. По большому счету южные измененные уже не человеческая раса.

- Я слышал разговоры про то, что у южан что-то странное происходит, но всегда считал это сказками. Похоже, на этот раз всё даже хуже... - Вельд кивнул и сменил тему.

- Стало быть, дети спрятаться у тебя не смогли.

- Не смогли. Мы их долго искали, но безрезультатно. Большая Смута без захвата замка Предгорного потеряла для северян смысл, и поэтому она относительно быстро затухла. Предателей без поддержки империи перебили, хотя и потеряли на этом ещё несколько родов Предтеч. Я создал для детей барона кенотаф, а сам окончательно перебрался в Королевства. Но, судя по всему, я ошибся.

- Скорей всего, - согласился Вельд. - Мой род считался потомственными старостами Долины. Старший сын всегда принимал у отца это место. Мой отец был старостой, и старший брат должен был стать... Не знаю, знал ли отец историю наших предков, теперь это и спросить не у кого... Но выходит, под баронским замком всё-таки есть подземелья?

- Ты даже не представляешь, какие. Белый Лабиринт пронизывает все Красные горы. Есть пещеры размером с твою долину.

- Такие здоровенные? - деловито поинтересовался Сава. - И баронский клад, который все местные мальцы лет с десяти до пятнадцати ищут, тоже там?

- Там внизу целый город. И почти в каждом здании клад. И первое, что тебе нужно, это взять всё это под контроль. Тогда, возможно, нам удастся всё-таки спасти наш несчастный мир. Собственно, это и есть первый этап "замены воды в акваримусе", - хмыкнул Ирген. - Если удастся, то будем чистить отложения на дне...

- Ну и что скажешь, командир? - Сава задумчиво смотрел на выписывающего пируэты в воздухе дракончика, домашнюю зверушку Робика, но Вельд не мог отделаться от ощущения, что приятель требовательно уставился ему прямо в глаза, ожидая объяснений и приказов, словно на совещании десятников перед началом тяжелого похода, в который сотню отправили внезапно, без предупреждения сорвав с уже присмотренного и обустроенного для давно обещанного отдыха в тылу места.

- Воевать будем... - отвечая больше на свои эти мысли, чем на вопрос Савы, задумчиво проговорил Вельд. - В покое нас всё равно не оставят. Да и неспокойно мне что-то... Ты ту жуть, что здесь творилась до колонизации, видел? Так что, выбора особого и нет...

- Да это-то понятно, - отмахнулся Сава. - Ты этому недобогу веришь?

- В то, что он сказал нам всю правду? Нет, конечно.

- Но готов ввязаться в эту историю?

- Сава, нас уже в неё втащило. За подштаники. Или как там её... Поддёвку. Ты что, не заметил? - усмехнулся Вельд. - Выбора особого и нет. Кроме одного: самому решать, за что стоит умирать и убивать, а за что нет. Если я пойму, что всё это большой развод ради... Ну, не знаю, чего, войны между колдунами королевств и Империями за право сожрать наше княжество, например, я тормозну сам и мальца у них заберу... Без него у колдуна, похоже, ничего не срастается. Ему нужен тот Лабиринт. Да и в алтарях Робик разбирается лучше всех наших жрецов. А мне на алтари и лабиринты плевать. А на Робика - нет.

- Прикипел? - Сава смотрел на то, как мальчишка гоняется по пляжу за своим дракончиком.

- А ты думаешь, только ему семья нужна? - В голосе Вельда Сава уловил что-то такое, что заставило его оторваться от наблюдения за полетом дракончика.

- Командир?

- Что командир? - передразнил его Вельд. - Нормально всё. Вот ты зачем воевать тогда пошёл?

- А то ты не знаешь... - насупился Сава.

- Значит, мстить... Как и я. Отомстил?

- Не знаю... - Сава вздохнул и снова уставился в небо. Помолчав с минуту, всё же решил. - Наверное, отомстил. Хотя тех самых не встретил, а так-то счёт в мою пользу.

- Легче стало?

- А сам не знаешь? Ты же тоже...

- Угу, - кивнул Вельд. - Я тоже. В том-то и дело. Поэтому, когда счёт стал в мою пользу, я никуда не ушёл. Вот так нас и стравили... - с горечью проговорил он. - И просто ведь как. Вначале одна банда отморозков под одними знаменами прошлась, потом она же, но под другими. Помнишь, что воевода сказал тогда? Легион Луны под стенами города стоял. А тех, кто вырезал деревню, никто и не видел, штандарты только. И понеслось.... И кровники, которые пошли воевать, даже ещё и благодарны были, что им позволили стать в строй и сдохнуть. И вот за что мы воевали? За то, выходит, чтобы две империи княжество поимели, так?

- Ну, хрен-то им, - не слишком уверенно проговорил Сава.

- Да ладно, сам знаешь, что княжество сейчас только ленивый не добьёт. Легионы по слову княжат больше не соберутся. Лучшие выбиты. Если враг попрёт, то может, и встанем все, но... За кого воевать? За двух придурков и их светлое будущее?

- А у нас выбор есть?

- Выбор, он всегда есть. - вздохнул Вельд. - Я вот всё не мог понять, что меня так ушибло, когда в Некрополе нас резко в космос подняли и показали планету и её окрестности, а потом и дальний космос с орбиты. Не испугался, нет, я уже к тому времени понял, что мы там не взаправду летим, а стоим на месте и только смотрим, как сон наяву. Но ощущение было... Как кувалдой по башке.

А с Иргеном про рыбок поговорили и дошло, мы ж, как те рыбки. Только и видели то, во что нас носом упёрли. И считали, что это стена. А от чего эта стена, даже не догадываемся. То ли скала, то ли ракушка, то ли вообще рука бога, который влез, чтобы камешки со дна собрать. Мы, оказывается, всю жизнь на шарике вертимся, хоть и считаем, что он и есть весь мир. А он даже не самый большой и главный во вселенной. И вот как мы можем из своего акваримуса тех же богов судить? Потому они и есть для нас боги, загадочные и непостижимые. И кажутся всемогущими. И так хорошо и удобно им служить и надеяться, что если вера твоя истинная, то вот они придут и всё решат...

- С ведёрком? - ехидно поинтересовался Сава.

- Ага... И с совком, - серьезно кивнул Вельд. - И воду поменяют, и дерьмо за нами уберут, а если кого из воды вытащили и унесли, так непременно в самый что ни на есть лучший мир, а не на кухню. Но дело в том, когда ты уже над этим один раз поднялся, увидел, что там происходит, то развидеть уже не сможешь, придётся с этим жить. И самим учиться воду менять.

- А княжата?..

- А княжата-то во всем этом дерьме даже не рыбы, а так... Опарыши мелкие. Они ничего не решают.

## Глава 3 - Тайны тайной стражи


По дороге из долины Предвечного в замок Робик, сияющий, как бляха у стражника на торгу, тарахтел, не останавливаясь. Видимо, скидывал так остатки напряжения. Ни о чем в общем-то, просто обо всём сразу. О том, что никогда раньше не видел живых лошадей. Нет, разных зверей видел в зоопарке, а вот лошадей только в галанете. И какие они, оказывается, прикольные. А вот медведей как раз видел. Правда, в зоопарке, за силовым полем и не таких огромных.

Ещё рассказывал, как прошлый раз шёл через водопад один и даже ни капельки не боялся. Тогда пришлось всё тащить на себе, потому взял самое необходимое и то не всё. А сейчас и батареи нормальные, и аптечку захватили. И вообще, замок он тогда даже не сразу разглядел из-за деревьев и прочей заросли...

Сава и Вельд слушали его несколько рассеянно: после знакомства с долиной Предвечного бога и самим богом лично, хоть и оказавшимся не совсем богом, им тоже надо было немного прийти в себя и уложить в голове новую реальность, которую, как сказал Вельд, уже фиг развидишь, даже если захочешь.

- Ой, а что там? - Робик замер сусликом и приподнялся на цыпочки, разглядывая скачущие на фоне крепостной стены тени и рассыпающиеся на ветру искры от факела в руках у одной из фигур, что столпились возле ворот замка. - Нас встречают? А чего их так много?

- Наставник, вроде, говорил, что прийти за тобой должны. Не они? - Вельд всмотрелся в происходящее у ворот и нахмурился.

- Так вот, как ловчая сеть действует! - захохотал Сава. - Да, хотел бы я на того медведя в таком виде посмотреть... Но тут добыча будет ещё и покруче. Не, Вельд, как по мне, но на посланцев колдуна эти что-то не похожи, хотя тоже звери опасные...

Вельд согласно кивнул и окликнул стоящую перед костром жрицу:

- Эй, Галла, давно они тут?... - И вдруг заорал, меняясь в лице. - Слышь, срань ведьмачья! Ясина! Факел убери! Галла, останови её... Вот же бешеная девка! - и чуть не бегом рванул к воротам, где, покачиваясь под дуновением лёгкого летнего ветерка, зависли в воздухе на локоть от земли пятеро совершенно обездвиженных неведомой и невидимой силой воинов. Возле них стояла, с интересом их разглядывая, Галла, а её дочь пыталась горящим факелом поджарить одному из пленников то место, где спина теряет свой благородный титул.

Следом за Вельдом скачками мчался радостный Сава. Он, в отличии от побратима, считал, что тот совершенно зря останавливает рыжую. Можно так не спешить, а то и подсказать девчонке ещё пару мест, куда хорошо потыкать огнём. Робик плёлся сзади, искренне сожалея, что не может поучаствовать в забеге.

Он вёл в поводу лошадей. Сам выпросил разрешение. Лошади, это было то, чем в самое сердце поразил его этот мир. Настоящие, живые и тёплые! И очень умные, почти как Саламандрик, который, как и в прошлый раз, проводил их до самого водопада и остался ждать возвращения. Почему-то он не хотел покидать долину. Наставник сказал, пока сил не набрался. Зато, если повезёт, у Робика будет своя... Или свой. Боевой конь.

Увидев и услышав Вельда, живого, здорового, да ещё скачущего лосем через лужи, оставшиеся от позавчерашнего дождя, даже невозмутимая жрица едва не свалилась с камня, на котором стояла, обозревая окрестности. А Ясина уронила в лужу свой факел и совсем по девчачьи ойкнула, широко распахнув глаза.

- Ве-ельд?! Са-ава?! - хором чуть ли не пропели женщины, разглядывая прибывших, словно привидения. Ну да, внезапное преображение простых воинов, вчерашних простолюдинов, в рыцарей, пусть и непонятно какого ордена, это чудо не менее потрясающее, чем исцеление того, кого они уже считали покойником. Рыцарские доспехи просто так не наденешь, ритуал посвящения жрецы орденов охраняют чуть ли не лучше казны, да и стоят они целое состояние. - Но как?!

- Кваком кверху, - отмахнулся Вельд, с интересом разглядывая висящих в воздухе пленников, особенно того, кого спас своим появлением то ли от членовредительства, то ли от вредительства члена факелом Ясины. - О, какие люди! Привет, Сегода! За каким дерьмом лещачьим тебя-то сюда занесло? Ты же вроде варнаков искал? Ясина, а ну-ка приведи их лошадок, чего это они там одни на дороге нерассёдланные скучают.

- Да вот, решил тебя в замке навестить, - усмехнулся умудрившийся не утратить живость характера несмотря на весьма незавидное положение Сегода, с неподдельным интересом разглядывая Вельдов доспех. - Вот сразу, ещё в столице, как тебя увидел, стрельнуло в ягодицу, что не простой ты малый. Даже для сотника меча непростой. И, вроде, опасности от тебя нет. Прямой, как арбалетный болт на взлёте, а чесалось... Не зря, стало быть, чесалось, - посетовал он со вздохом. - А варнаков теперь ищи-не ищи, а хрен догонишь. Так что похоронили мы его светлость, и сюда, в гости к лэрру барону. Не прогонишь? Освободил бы ты нас, а? - попросил он. - Руки затекли. Аж до пяток...

- И чего это ты по мне соскучился? - поинтересовался Вельд, не спеша выполнять его просьбу. - А-а-а, не по мне, наверное, а по Ясине... Да, красивая девка, ничего не скажу. Может, оставить вас наедине?

- Да иди ты, - даже обиделся Сегода. - Я ж с тобой, как с человеком, - он снова вздохнул, хотя в голосе особой печали не чувствовалось. - А девка красивая, но дурная, как есть дурная... Такие долго не живут. Могла бы вначале и по-хорошему спросить, мне же скрывать нечего. Ну, разве, чуток.

- По-хорошему, говоришь? - смерил его взглядом Вельд. - Ну, давай, попробуем по-хорошему, - он оглянулся на Галлу и кивнул ей. - Мы пока сами с гостями тут поговорим. По-хорошему. А вы с Ясиной лошадей их во двор заводите. И наших у Робика возьмите. И обернулся к Робину, - Ну-ка, иди сюда, малой. Знаешь, кто этот дядька? Княжий тайный страж.

- Да ну,- искренне оторопел мальчишка - А это круто?

Сегода с легким удивлении проводил глазами женщин, молча выполнивших распоряжение барона, внимательно осмотрел подошедшего к ним мальчика, перевёл взгляд на Вельда и хмыкнул:

- Давно догадался? Я ж видел, что ты ни хрена не удивился, когда я свои полномочия озвучил.

- Чего тут догадываться-то, - буркнул стоявший рядом с Вельдом Сава, неласково осматривая пришельцев. - Потолкались с вами во время войны, тебя ж сразу по роже видать.

- А сколько циклов у наиболее вероятной реальности? - внезапно огорошил Сегода слегка подзависшего от такого вопроса Саву, но ответил ему Робик:

- У реальности нет циклов, только спектры, - отбарабанил он и смущённо шмыгнул носом. - Отпусти его, пап Вельд. Это за мной.

- А это про что было? - подивился краткой беседе Сава.

- Да хрень его знает, велено было, я и спросил,- пожал плечами пленник, и вдруг с новым интересом уставился на Вельда. - Папа Вельд?

- Ну, то что не мама, точно, - заверил его Сава.

- Так это тебя за ним прислали? - Вельд тоже разглядывал Сегоду. - Занятно... Робин, - Повернулся он к Робику - Вроде бы ты тут всего неделю? И как мог наставник заранее прислать за тобой человека из столицы?..

- Да что тебе парень сказать может? Ты меня спрашивай, - подал голос тайный страж. - Из столицы я сюда совсем по другому делу прибыл, по долгу службы. С Грасом. Ну так ты это и сам знаешь. А уже потом со мной человек связался и попросил паренька забрать, объяснил, где. Ну так, раз светлейшего придурка всё равно башней прибило, то дел тут у нас больше и нет. Мне что, трудно мальца к его наставнику подвезти? А вот о том, что он твой сын, речи не было. Его наставник, кстати, про это уже знает?

- Герн Темнейший? - приподнял одну бровь Вельд. - Это же ему ты Робина привезти собирался? Ну да, по пути в Киенну, в Серебряное королевство завернуть, как раз по дороге. Кто тут с тобой связался и как?

Сегода замялся, но вздохнув, решил говорить, как есть:

- Артефакт небесной связи, слыхал про такой? Жрецы Аука на заказ делают, с привязкой к хозяину. Дорого дерут, но наша служба может себе позволить.

- И когда связался?

- Да, дня через два с той ночи, когда ты баранам барона показывал... - хмыкнул Сегода. - А сильно получилось! Слышь, Вельд? Ну отпусти, будь человеком! - оборвал он свой рассказ. - И вообще, нечестно так. Я уже тебе вон на сколько вопросов ответил, так что теперь мой черёд спрашивать.

- Не, ну ты видал? - возмутился Сава. - Он нам ещё условия ставить будет! Давай, Ясину назад позову, похоже, он по ней соскучился.

- Да, хороша девка, я его даже понимаю, - согласился Вельд, всё так же внимательно разглядывая Сегоду. - Да только мы и без факела в случае управимся. А пока послушаем. Какой вопрос-то у тебя, Сегода?

- Так я спросил уже. Его наставник про тебя знает?..

- Герн? - Вельд кивнул. - Знает. Говорили мы с ним, - и заметив промелькнувшее в глазах Сегоды сомнение, усмехнулся. - А ты думал, только твоя служба небесную связь пользует?

Сегода на пару секунд задумался.

- Тогда договоримся. Только и правда, отпусти, а? Слово я за себя и своих ребят даю. Не денемся мы теперь никуда. Мне мальца надо блюсти. В крепость не пустишь, под стенами посидим, пока со своим человеком не свяжусь, и он мне новую вводную не даст. Тогда я и тебе больше рассказать смогу. Кстати, ты откуда с наставником говорил? А то со связью тут в долине какие-то проблемы, а возле замка и вовсе всё заглохло... Да распеленай ты меня, затекло же всё и ссать хочу, аж в носу свербит! С полудня тут зависли, да ещё девка с факелом психованная, а я тебе на все вопросы и так отвечу. Ну, чего сам знаю.

- Отпусти его, пап Вельд, - попросил Робик, внимательно слушавший до этого разговор взрослых. - А связь наладится. Мне только к алтарю надо.

- Даже так? - Сегода перевел взгляд на мальчонку и обратно. - Теперь понятно, почему такие пляски. Ладно малец, налаживай связь, так и быть, повишу. Только в кусты на минутку отпусти, а? А то перед девкой неудобно.

- Хорошо, уговорил, - кивнул Вельд и вопросительно посмотрел на Робина. - И как мне эту штуку теперь отключить?

- Ну, как при инициации. Тянись через вторич... через татушку к вычислительному контуру и дотронься до него. А там сам поймёшь.

Вельд и правда понял. И даже сумел объяснить, чтобы пленников не уронили на землю, а бережно приложили об неё. А то они уже и стоять не могли из-за сомлевших ног, и со вздохом облегчения остались там, где рухнули. Но не надолго. Приспичило не только Сегоде, все его люди по очереди потянулись в кустики.

- Ладно, чего тут топчемся? Пошли в замок, - распорядился Вельд, глядя на то, как тайнюки потирают затекшие конечности. - Но учтите - алта... Вычислительный контур за вами и там следит. Я приказ отдал.

Сегода окинул Вельда с мальчишкой задумчивым взглядом, кивнул чему-то своему и направился к воротам.

Тайный страж покрутил головой, с нескрываемым интересом оценивая просторный двор, в глубине которого кони у коновязи мирно жевали овес в своих торбах, крепостные стены, высокие окна с целыми, хоть и запыленными витражами и стоявшую с царственным видом на широких ступеньках Галлу. И поинтересовался.

- А кто алтарь оживил? Тут же, похоже, лет сто никого не было, он уже сдохнуть должен был. Жрица пусть даже высшая, в одно рыло? Ох, простите пэрра Галла, это у меня моча в голову... - слегка поклонился он в сторону нахмурившейся при этих словах женщины, хотя и не сумев изобразить на своей физиономии должного раскаяния. - Но всё равно, офигеть. Впервые о таком слышу, - и добавил, задумчиво глядя вслед удаляющейся жрице. - Это ж какой идиот был Грас, что с ними связался. Похоже, потому его и послали, что дурак. А мне-то как свезло, что его во-время шлепнуло. А может за этим и послали? Да нет, петух петухом, кому он нужен... Не вяжется тут что-то.

- За Граса будешь должен, - хмыкнул Сава.

- Стоп. Так он за бабами шёл или за артефактом Предгорного? - Вельд резко остановился на месте, ухватив Сегоду за рукав. - То, что налёт на город, его рук дело, это понятно, а вот твоя служба тут каким боком? И как вы прохлопали, что он с Крысоловом договаривался?

- Да погоди... Ты прям, как рыжая.

- Тебе её позвать? - поинтересовался Вельд. - Мне кажется, она не против продолжить знакомство.

- Да кто бы сомневался, - вздохнул Сегода, высвобождая рукав. - Только сам-то ты знаешь, с кем связался? Я понимаю, замок баронский и всё такое, но аж всеми требухами чую, что эти бабы смерть ходимая... Учти, мне плевать, хочешь голову в змеиное болото сунуть, так на здоровье, а вот за парнишку я отвечаю.

- Теперь я, - качнул головой Вельд. - Какие у тебя дела с наставником мальчишки и почему он тебе доверяет, этого я не знаю. Но он там, а мы с тобой тут. И разговор мы не окончили. Так что тебе придется мне очень доходчиво объяснить, почему я должен тебе верить, а главное, зачем ты мне вообще нужен?

***

- Да вот хоть на чем тебе поклянусь, я этого не знаю. - Сегода честными глазами смотрел на Вельда, словно выплескивая перед ним всю душу, но тот отлично знал цену "честности" тайной службы.

А потому не спешил верить стражу на слово. Для разговора с ним он выбрал одну из ставших сейчас доступными комнат на втором этаже, пока люди Сегоды устраивались в отведённой им спальне. И разговаривали они уже как бы не второй час. Тайный страж обладал удивительной способностью болтая без умолку и ничего как будто не утаивая, ничего толком не сказать. Впрочем, Вельд тоже умел спрашивать.

- Можно подумать, знал бы, так сказал, - буркнул он.

- Откуда ты такой умный-то взялся на мою голову? Даже не интересно с тобой, - криво усмехнулся Сегода, за время беседы порядком утративший профессиональный оптимизм.

Кинув взгляд в окно на снятую и сильно попорченную шкуру медведя, растянутую для сушки во дворе, тайнюк мысленно согласился с тем, что увести барона от темы у него не получится.

- Да если бы я знал, я тут с тобой не беседовал бы, - продолжил он. - Или при княжьем дворе в шелках со смолкой щеголял, или, скорей, на заднем дворе, в выгребной яме утопили бы. Вон Грас, и тот всего не знал, уж поверь мне, я в этом понимаю. Не знал, и дико боялся не на ту половицу наступить, чтобы голову не оторвало. Всё равно наступил, но уж тут такое его счастье. А про баб вообще речи изначально не шло, я только тут их и увидел. И не понял ни хрена, если честно. И по-моему, Грас тоже... Ехали официально с инспекцией, а неофициально Грас должен был ключ баронский у ставленника изъять и в столицу привезти, а мы присмотреть, чтобы он по дороге никуда не делся. Ключ, в смысле, не Грас. Про Крысолова понятия не имею. Я до последнего о штурме города ничего не знал. Хотя подозрения были, что затевается тут что-то.

Сегода задумался.

- Наверное, потому нас к нему и приставили в охрану, повод скорей всего был. Но сам понимаешь, он со мной не откровенничал. Я-то ждал нападения на обратной дороге, а что они город решатся штурмовать, и присниться не могло, нагло уж очень, не бывало такого никогда. Но когда пожар начался, Грас сразу намекнул, чтоб мы не очень рвались с варнаками биться. Считай, даже напрямую запретил. И потом ещё этот приказ ворота отпереть. Вот тогда-то я два и два сложил.

Он опять замолчал, видимо взвешивая, что можно говорить, а что нет.

- С Крысоловом тоже не вяжется. Ну, не варнак Михай, и никогда им не был. За вами, баронами меча, при дворе на всякий случай приглядывают, сам понимаешь, хоть оно мало что стоит, это ваше баронство, а всё ж таки княжьи люди. Так что и про вас с Савой нам всё известно... Хотя вот про вас, как выяснилось, ни кукуя не известно было, - поморщился Сегода. - А про жрицу я только тут кое-что понимать начал, когда она меня прихватила. Понимаешь, есть такие вопросы, которые иной раз интересней ответов... Так что просто поверь: тут вообще темно, как в жопе у нумбийца. И смертельно опасно. Бабы в чём-то очень непростом замешаны. Если ты теперь мальчишку опекаешь, тебе это придётся учитывать.

Сегода чуть подумал и предложил.

- Давай так? Утром сам у неё спросишь. Хотя бы то, о чём она меня спрашивала, а то я от её вопросов аж во всех местах чесаться начал, хуже, чем от мошки. А потом уже решай. Можем с тобой и на пару её поспрашивать, мне тоже многое интересно узнать будет. А сейчас спать уже пора. Ну, сил нет, правда. Пёрлись сюда по какой-то старой карте, другой не было, а там половина пути петляет невесть куда. Хорошо, ваш след нашли, так сразу по рысям ударили, мало ли чего с мальцом-то. А потом тут полдня висели, как груши на берёзе, да ещё бабы эти... Никак не могли поверить, что мы не по их души пришли. Давай спать, что ли. Куда мы из замка денемся? И вообще, чувствую я, надолго мы теперь вместе. Наговоримся, аж до одури... Особенно, если твой малец связь наладит, и мне с тобой работать разрешат.

Вельд, тоже порядком уставший за день, в основном от обрушившихся на них с Савой впечатлений и разговоров, потянулся и кивнул:

- Пошли, отведу тебя к твоим бойцам, а то, небось, тоже волнуются, не откусил ли я тебе башку вместо того медведя. Свет я вам оставлю. Спать ляжете, он сам погаснет.

Оставив Сегоду и его людей отдыхать, Вельд пошёл по коридорам замка в следующем за ним сияющем столбе мягкого света, слегка завидуя своим неожиданным гостям. Он бы тоже сейчас с удовольствием завалился спать, но пока что не мог себе позволить такую роскошь, надо было ещё переговорить с Иргеном, а заодно проверить, что там эта парочка мелких отморозков сделала с его алтарем.

Робик сразу по прибытии отправился в алтарный зал, чтобы подключить привезённый из долины Предвечного камень силы. Камень за мелким тащил заинтригованный донельзя Сава. Вот вскоре после этого и началось. Замок словно медленно оживал после долгой спячки, и было совершенно очевидно - он ещё найдет, чем порадовать своего внезапного хозяина.

Одним из таких новшеств и стало освещение без свечей и факелов. Почти, как в Долине Иргена. Не то чтобы совсем дело неслыханное, сотники за войну всяких чудес повидали. В некоторых старинных дворцах и замках, принадлежащих высокородным аристо, да в храмах кое-где встречались "божьи светильники", но про такое, чтобы свет сам по пятам бродил, да в будний день двор и всю округу дуриком освещал, даже не слышали. Причём, Робик сказал, что освещение включилось ещё не в полную мощность. Если замок удастся подключить к стационарному питанию, можно будет врубать прожекторы на скале. Что такое прожекторы, Вельд не знал, но вспоминая огни на водопаде, подозревал, что будет нечто грандиозное. Вообще, его замок, кажется, начал жить своей жизнью и при этом издавать разные странные звуки, похожие то на журчание, то на шипение, а то на скрип ржавых дверных петель. Иногда в нём что-то ухало, постукивало или потрескивало.

И барон сейчас направлялся к первоисточнику всех этих чудес, то есть в алтарный зал, где Робик с Кванем колдовали над баронским родовым алтарём, а Сава увлечённо за ними наблюдал. Хотя великан и не понимал большую половину сказанного приятелями, но буквально впитывал их слова, как музыку или храмовую молитву.

- Ну так что не так со связью? Наставник же говорил, что там всё просто запускается, - поинтересовался Вельд у приёмного сына.

- Стрёмно, - прокомментировал ситуацию Робик и вывел над алтарём диаграмму. - Вот эти два канала пингуются, но на команды не отвечают. Первый маркирован знаком долины наставника, а второй, вон, как высокая башня.

- Башня Аука, - кивнул Сава. - Она даже похожа.

- Наверное, - пожал плечами Робик. - Каналы живые, но заблокированы. Распечатать их можно, но скорей всего не отсюда. Зато, вот тут есть ещё один канал, мощнючий, даже не знаю, зачем такой. И вот он непонятный.

- И что с ним не так?

- С ним не так то, что он есть, но он не пингуется. Ну вот, если тебя под коленку стукнуть, то нога дёрнется. Сама, это рефлекс. Пинг, это такой сигнал, что нейросеть дергается, отвечает. Это тоже рефлекс. А тут канал не мёртвый, но не отвечает. Такое ощущение что там ничего нет. А так не бывает: если канал живой, то хоть что-то там должно быть. А ещё, все остальные каналы связаны не с алтарем, а с узлом связи. А он частично внедрён в главный вычислитель. То есть, кто-то через этот канал может взять контроль над нашим алтарем. Стрёмно.

- А у других алтарей такие каналы есть?

Робик пожал плечами:

- Может, тёть Галла знает?

- Судя по всему, вряд ли, - Сава с сомнением покачал головой. - На сколько я знаю жрецов, они, как ты, и близко не могут. Просто молитвы проговаривают и ритуальные танцы танцуют. Двигаются, как в трансе. Хотя высшая жрица, наверное, и до тайных знаний допущена, поболее простых жрецов умеет, а всё равно, сам же видел, как её чуть удар не хватил, когда ты на алтарь жопом взгромоздился.

- То есть, с наставником мы связаться не можем, - подвёл итог Вельд.

- Можем, - не согласился с ним Квань и ткнул рукой в какой-то символ. - Вот это канал спутниковой связи...

- Какой?

- Небесной, - "перевёл" Сава, уже успевший нахвататься от мелких новых терминов.

- Пусть будет небесной, - отмахнулся пир. - А вот это модуль, который этот сигнал глушит.

- Ясно, Сегода жаловался, что возле замка связи нет, - вспомнил Вельд.

- Мы можем запустить узел связи замка, тогда к алтарю будут подключены все три канала, в том числе и стрёмный. Потом можно отключить глушилку и уже через спутник связаться с наставником.

- И что не так?

- Стрёмно, - в очередной раз повторил Квань и, казалось, даже чуть поёжился.

- Трудно принять решение? - Вельд посмотрел на Робика с пиром. - Что сказал наставник?

- Включать.

- Включай.

- Стрёмно.

- Включай. Но будь на стрёме.

- Всегда на стрёме, - бодро отрапортовал пир и посмотрел на Робика.

- Энергии хватит?

- На неделю. За это время решим вопрос с основной питающей линией. А без связи сидеть не дело.

- Давай. Ага, два канала подключились. Что с третьим?

- Молчит, - отозвался Квань. - Ну и здоровенный, ни фига его файрволом не заткнуть. Оставляем?

- Пока оставляем. Сторожок повесь. И пингуй нещадно.

- Допингуемся...

- Не бурчи. Решили же, - поморщился Робик. - Глушилку снимай... О! А это что? - и вывел на первый план мигающую пиктограмму.

- Кто-то в нашей долине запрашивает связь с удалённым узлом, - откомментировал Квань. - Через спутник. Интересно, у кого это такая крутая мобила есть?

- Сегода. А может ещё кто... Проверить можете? - заинтересовался Вельд.

- Пока нет. Квань, протокол срисовываешь?

- Простой текстовый, типа: "Тук-тук", " Я тута", "Найдите мне Зяму...". Вот, ищут. Может включим глушилку, от греха?

- Рисково, - согласился Вельд, - но сидеть слепыми, когда кто-то бродит по долине, ещё больший риск. Разрешай. Подслушать можно?

- Когда установят связь, я попробую перехватить обмен ключами... Да нифигассе! - Квань выглядел искренне изумлённым. - Они что, связь совсем не шифруют? Да тут край непугатых ламеров, как я погляжу.

Над гладко отполированном чёрном камнем внезапно возникло два светящихся окна, один рядом с другим. В одном из них проявилась хорошо знакомая физиономия Сегоды.

- Заработало! - радостно сообщил он.

- Рад за тебя, - сухо откликнулся второй абонент. Интересное такое лицо. Из тех, которые невозможно запомнить. И глаза чем-то напоминавшие глаза Робикова приятеля Салика. - Я уже начинал беспокоиться.

- Оу! И правда заработало! - довольно подтвердил Робик, не понижая голоса.

- Они нас не слышат? - уточнил Вельд.

- Нет, - мотнул головой мальчишка. - Они нас нет, а мы их да. Отключить? Пусть говорят.

- Как это отключить? - возмутился Сава. - Это ж тайная стража! Отшпионить тайнюков, это ж внукам рассказывать можно будет. Уникальный случай! Тихо, о тебе говорят...

- С мальчиком всё нормально, - тем временем сообщил Сегода начальству, совершенно правильно истолковав его слова о беспокойстве. - Я на месте. Только тут народу, не протолкнёшься.

- С этим мальчиком в принципе ничего нормально не может быть, - ласково проговорил его собеседник. - Учти это на будущее, - он чуть заметно вздохнул и продолжил. - Я сейчас в очень сложном положении. Если я тебе ничего не расскажу, то тебя лучше убирать оттуда, ты мало того, что не поможешь, а навредишь так, что не разгребёмся. Если я скажу, твоя ошибка может стоить нам жизни. Я имею в виду, всему клану. А может и не только клану.

- Я не давал повода...

- Не давал. Но сейчас не о преданности речь. Да и не знаю, кто бы на твоём месте справился лучше... Сможешь, или не сможешь. Как две стороны твоего амулета. Его тёмная сторона означает смерть. Твою, мою, клана, княжества. Светлая... Проблема светлой стороны в том, что до неё трудно дожить. А если доживём, то награда - всего лишь шанс.

Сегода задумался.

- У тебя есть время принять решение. Пока докладываешь, кем там набит замок. Откажешься, ничего тебе не будет. Обещаю.

- И шанса не будет? - хмыкнул Сегода.

- И шанса тоже, - одними губами улыбнулся начальник. - Так что там у тебя?

- Первое, это амулет, которым Вельд моему попугаю башку снёс. Ключ-артефакт от замка Предгорного.

- Так чего ты сразу не сказал! - собеседник Сегоды выглядел озадаченно. - Уверен? Он же на кровь завязан.

- Я же в прошлый раз пытался доложить, - в голосе Сегоды промелькнуло что-то вроде лёгкого укора. - Так вот, он активировал силовой разряд с башни связи. Я в первый момент чуть прямо в брусчатку городскую зарываться не начал: если бы он им гвоздить пошёл по площадям, трындец всему живому в округе. А там только одной головой обошлось, и той дурной. А потом Вельд башню под контроль взял и варнаков Крысолова аккуратно снёс. Всего-то ворота на место приладить придётся, местные уже заделывают.

- То есть, он его взял под полный контроль?

Сегода кивнул и продолжил:

- Но вот что интересно. Я сам видел, как это случилось. Вообще чисто случайно вышло, наш придурок его себе на шею повесил, а когда Вельд его за грудки рванул, артефакт просто вывалился из-за пазухи. И Вельд... Он вообще не знал, что это такое. Хоть вот режь меня, не знал. И когда активация началась, так у него глаза были... Ну, примерно, как у рыбака, закинувшего удочку на плотвичку, а выудившего болотного крокодила.

- Так и ведут себя амулеты с привязкой по крови, - начальник тайной стражи на миг задумался. - Их и в старину не много было, а сейчас известны только те, что у баронов, да именные амулеты связи. Вот, теперь нашёлся и ключ от долины Предгорного. Грас ехал только за ним?

- Не уверен. За ним тоже, конечно, но скорей всего, основная цель была другая. Я там немножко в вещах покойника нашего покопался. В тайнике, в его сундучке, завалялся документик интересный. И пара артефактов от княжьего Храма. Сеть Забвения и Анаконда. Последних две штуки.

- Анаконды? Те, что работают со свёрткой пространства? Которых в главном Храме всего шесть штук? - А ты ничего не путаешь, дружок?

Сегода молча достал из замшевого поясного кошеля амулеты и продемонстрировал их начальству. Начальство откинулось на спинку кресла и в немом изумлении рассматривало трофеи.

- Хорошо. Что с ними делать потом решим. Лишними не будут, но кажется, у нас появилась возможность предметно поговорить кое с кем в Храме. А кого он там готовился всем этим упаковывать, идеи есть? На очень сильного мага охотился. Или жреца.

- Высшая Жрица амазонок подойдёт?

Вот теперь начальник Сегоды завис надолго.

- Удивил. Вот честно, удивил. Никак не мог предположить, что в этой дыре амазонки стадами бродят.

- Всего две. Высшая жрица и послушница. Прошлый раз про них я даже упомянуть не успел. Ну так вот сейчас докладываю, - на этот раз тайнюк не позволил себе даже намёка на укор. - Но если честно, и не очень тогда им поверил, именно потому, что стада поблизости не наблюдалось...

- Без свиты? Уверен?

- Уверен. Обе бабы за нашего барона ухватились, как за последнюю надежду. А значит никого у них сейчас больше нет. И, сдаётся мне, от него теперь не отлипнут. Так как сильно опасаются. Всех. Нас тут прихватили с парнями возле замка. Не поверишь, думал всё, хана... Спасибо, Вельд с Савой вернулись откуда-то. И малой как раз с ними. Отогнали эту ненормальную от меня.

- Тебя и твоих людей две бабы скрутили? - хмыкнул собеседник. - Пора тебе на переподготовку, дружок.

- Вот сейчас обидно было, - вздохнул Сегода. - Стал бы я признаваться, если бы и правда так попал. А тут моей вины нет. Кто ж знал, что этот недобарон умудрится родовой алтарь активировать и ловушек там наставить.

- Стоп... - лицо собеседника Сегоды приобрело странное выражение, второй раз за сегодня. - Стоп. Замок Предгорных уже больше ста лет мёртвый стоит.

- Стоял. А к моему приходу запустился и аж крякает. Как будто встаёт и кости разминает.

- Офигеть... Это жрица что ли запустила?

- Так и думал, кто ещё? А вот сейчас уже не очень уверен, - Сегода задумчиво полез в затылок, но потом матнул головой. - Есть у меня одно безумное предположение, но я его пока озвучивать погожу, проверить надо. Временно считаю, что жрица. Они же сюда для инициации приехали. Оно и заработало.

Начальник тайной стражи провел ладонью по лбу и тяжело вздохнул:

- Даже если так... Но как они на воздух там не взлетели?! То, что они сделали, должно было уничтожить это место, может, даже вместе с долиной. Старый Предгорный постарался, их алтарь просто напичкан был ловушками.

Вельд с Савой посмотрели на Робика, а потом все дружно на Кваня. Тот замотал головой:

- Не, чем хочешь поклянусь, ничегошеньки там не было. Даже следа. Да камень в ноль сбросился, откуда там ловушки?

- А если в ноль, то откуда там прикладные программы? - возразил Робин.

Квань слегка подвис.

- Может они в структуре сети прописаны? Надо бы поковыряться в этом вычислителе.

- Летать умеешь? Я не очень, - куда-то в пространство произнёс Сава, Квань сердито засопел, но промолчал.

Тем временем начальник Сегоды задумчиво побарабанил пальцами по столу:

- Неужели всё-таки Ключ Крови? Не просто признал, а подчинился? Вот этому самому солдафону? Бре-ед...

- Может и бред, но замок целёхонек, а в Ловчей Сети мы отвисли конкретно.

- Не путаешь?

- Да как спутать-то? Классика. Только мы к воротам, приблизились и вдруг я вишу... И ни рукой, ни ногой даже пошевелить не могу, и парни мои тоже. Вот и висели полдня, хорошо так провялились, как вобла на солнышке. А тут ещё бабы эти нас обнаружили. И принялись допрашивать, решили, что мы там по их души шкуры трём. Такие вопросы задавали, что мне самому их захотелось на что-нибудь подвесить и уточнить формулировки, потому как ни хрена не понимал, а любопытно стало. Ну а чего знаю, так я бы и так им сказал, потому что не знаю ни фига, аж обидно.

Сегода перевёл дух.

- А младшая, дурёха, намылилась факелом потыкать. Дура набитая. Сеть же внутрь что хочешь пропустит, а назад фигушки. Чуть будущих наследников меня не лишила. Поверишь, я Вельду, как родному обрадовался. Как он этих баб приловчился в руках держать, ума не приложу, но они его слушаются. Он, конечно, нам тоже не верит особо, но это и понятно. Так что мы тут пока что на правах то ли дорогих гостей, то ли пленников. Пришлось засветить артефакт связи... Так вот, он этому не удивился, вроде бы сам с Темнейшим по такому общается. И я ему, в общем, даже склонен верить. От мальца он всех отодвинул. Сразу и очень жёстко, что нас, что амазонок. Его побратим с пацаненка глаз не спускает, а тот и сам на них двоих виснет, не отходит. Кстати, он Вельда папой зовёт. Так что тут я мало что смогу. И объяснить всё это пока не получается, даже предполагать ничего не буду, данных для анализа мало, а те что есть, на голову не налезают.

- А барон наш не мог в город изначально по тем же делам, что и Грас, подъехать?

- Исключено. Я ещё перед отъездом, про всех в караване выяснил и уже в городе ещё раз перепроверил. Никаких сюрпризов и тайн. Вельд сопровождал караван по стандартному контракту, купец его сам отыскал по рекомендации старых приятелей. И очень обрадовался, что тот согласился. Вельдовы охранники там, на юге, у купцов нарасхват, без дела не сидят, а тут через всё княжество невесть куда тащиться. Но сам Везуха никакого рвения ехать именно сюда и именно сейчас совершенно не выказывал. Тут всё надёжно. Одно только мы прохлопали, он местным оказался, может, потому и не отказал купцу.

- В деле у него написано, что он беженец из Восточных долин, где тогда ураган прошёл. Хотя это самое начало войны было, кто там перепроверять бы стал, да и бардак тогда был феерический. Хотя оно и позже добровольцам-кровникам на слово верили. Интересно, это там просто писарь напутал, или он сам соврал?

- Это важно? - Сегода полез в затылок. - Боюсь, не узнаем уже. Только, если сам расскажет. Но тут он с начала войны не бывал, это я точно выяснил, никого из родных у него в живых не осталось, да и опознали его, как я понял, так... Условно. Хотя никто из местных не сомневается. В городе его деревню и те времена помнят хорошо. Там какая-то очень нехорошая история получилась, вырезали всех.

Собеседник Сегоды прикрыл глаза и задумался.

***

- А ведь я его помню, - Вельд вгляделся в изображение и обернулся к Саве. - Да и ты должен. Сегоду, до того, как он к нам в столице пристал, точно раньше не встречал, а вот этот был в княжеской свите. Не около князей, держался чуть в стороне. Может, я бы его так и не запомнил, но на княжьем приёме великосветские молодые дурни нажрались вина на халяву, и стали нас на драку разводить.

- Как же, помню, - хмыкнул Сава. - Такая развлекуха намечалась, а они взяли потом и отвалили.

- Так они не сами отвалили. К главам их кланов как раз вот этот приятель Сегоды подошёл. Ну так про глав кланов ты сам знаешь, к ним на драной козе не каждый барон подъедет. А тут этот, серый такой, неприметный, два слова им тихо сказал, так те аж пятнами пошли. И рысью кинулись своих малолеток окорачивать.

***

- Хорошо, - прервал молчание старший. - Что решил?

- В деле, - ответил Сегода.

- И почему я не удивлен? - скучно констатировал его собеседник. - Ладно. Не хотелось мне такой разговор вот так проводить, надо бы дома, с глазу на глаз, но ждать, пока ты сюда ко мне метнёшься, времени нет, а всю картину ты сразу должен видеть с правильной точки... Твои парни далеко?

- Спят. В соседней комнате.

- Хорошо. Завтра сообщишь им то, что сам сочтёшь нужным. А перво-наперво, помнишь вопрос, который ты задал мне при первой нашей встрече, и на который ответ так тогда и не получил? Собственно, все мы его в первый раз задаём, а вот ответ получают только лучшие... Пришло время тебе.

Лицо Сегоды окаменело. Он выпрямился и медленно кивнул.

- Почему я? Этот мальчик... Тоже один из?..

- Второй ответ - нет. Про мальчика ещё скажу, позже. Вначале лови непонятки. Первая: корабль, на котором путешествовала семья мальчишки, был уничтожен. Защитой Часового Города.

- Идиоты... Нашли куда плыть. И где тут непонятка?

- Непонятка в том, что они не плыли, а летели, - теперь Сегода округлил глаза к явному удовольствию начальства. - В том, что их сбили, никакой непонятки нет. А вот шлюпку, в которой мальчишка летел, не сбили. И тут тоже непонятки нет, поскольку она падала в долину Предвечного, а в ту сторону город волшебников не стреляет. Считаешь?

- Значит, вот это и было долбаное знамение... Ясно. Да, уже две... Э... понятки. Если не считать долину Предвечного и то, откуда это тебе известно... Но я даже спрашивать про это не буду...

- Молодец, что не будешь. Тем более, что всё равно узнаешь. Дальше, в долине мальчишка знакомится с Предвечным. И с тех пор называет его наставником.

- Что?! Но Предвечные же вымерли двести лет назад?

- Живее всех живых. Кстати, в нашем мире существует, и всегда существовал только один Предвечный. Ирген.

- Не может быть. Сколько ж ему лет?!

- Много. И ещё лет триста протянет. Правда, говорит, времени мало, надо спешить.

- Он... С тобой говорил? - Сегода, кажется, с трудом удержался чтобы не вскочить с места. - Он что, волшебник? И Герн Темнейший служит ему?

- Нет, до волшебника не дотянул. Но он внук волшебника. Если старые сказки помнишь, то потомки волшебников во втором поколении очень занятный народец. С шилом в заднице. Рассказываю это потому, что ты наверняка с ним познакомишься. Да и видел его уже. Мастер Герн никому не служит, он сам и есть Предвечный. Это известно немногим. Теперь вот тебе тоже.

- Что?! - Вот сейчас Сегода, кажется, сполна получил ответку за то, как перед этим вгонял в ступор начальство. - Все считают его твоим родичем...

- Так и есть, - серьёзно кивнул его собеседник. - Только с одним уточнением: мы все его родственники. Потомки. Так что наш клан - вполне себе полноценный клан, основанный на кровном родстве. Клан Одиночек, как наши его между собой зовут. Поэтому, тогда из полста детей с баржи работорговцев в клан забрали только тебя. Остальных раскидали по приютам. Часть вон, сейчас под тобой ходят.

- Я заметил, Лехандр. Но...

- Ты в деле. И, скорее всего, станешь моим преемником. Поэтому должен понимать ответственность до конца. Если мы с тобой ошибёмся, то перестанем существовать. Как клан. Но давай дальше. Кто-то нашёл ключ от замка Предгорных, и притащил его. Куда? В городок Предгорных. Ну тут совсем всё понятно, куда ж его ещё тащить.

- Уже пять... поняток.

- Ага. И он там лежал почти сто лет, пока на него перед самой войной не наткнулся нынешний ставленник, принимая дела у старого. Наткнулся и сообщил, как положено, в столицу. И почти сразу после этого начинается война, и кто-то вырезает деревни возле старого баронского замка, и теперь хочет вырезать городок. Тут понятно?

- Чтоб наверняка избавиться от возможных потомков Предгорных? Потому что если ключ привяжут к чужаку, то, как только он попадёт к кому-то из кровных, все левые привязки слетят.

- Соображаешь. Уже шесть. Дальше... Появляется наш барон и подчиняет ключ. Что тут непонятного?

- Всё понятно, он родом из вырезанной деревни Предгорных, наверняка кровь есть. Семь.

- И чисто случайно тут же оказывается высшая жрица, способная привязать ключ от замка к новому барону. Она и привязала. Тут всё понятно.

- Восемь.

- Теперь про жриц... Опиши-ка младшую.

- Молодая, красивая, лет двадцать, рыжая. Я ошибаюсь или это те сплетни про амазонку? Я только слышал, ты видел...

- Мдя... Вот это подарочек... И как подгадали-то. И тоже там. Вот эти мне совершенно непонятны... Ты понимаешь, что при дворе начнётся, если узнают? Но это девять. Девять совершенно понятных вещей, которые понятны каждая сама по себе, но совершенно непонятно, как они произошли в одном месте и в одно время.

- Нам надо раскрутить этот клубок? - задумчиво поинтересовался Сегода.

- Подозреваю, что он сам раскрутится, - усмехнулся собеседник. - Дело в мальчишке. Для таких, как он подобные стечения обстоятельств что-то вроде закона природы. Это я тебе сейчас Предвечного дословно цитирую, так что не спрашивай, что это значит. Наверное, это обратная сторона дара. Он не просто так оказался именно здесь. Это его Шанс. А он сам - наш.

- Клана?

- Бери больше. Даже не Синтии. Всего мира.

- Надо ж жизнь у пацана, - по-доброму позавидовал Сегода. - Шансы сыпятся, знай выбирай.

- Шанс не пряник. Если его упустить, можно получить по зубам. И чем больше Шанс, тем сильнее прилетит... Когда открыли наш мир, его назвали Жемчужиной Реки. И поселили сюда нас. Вот это был Шанс. Один из лучших миров в освоенной Галактике. Бери, пользуйся! Почему нет? А мы всё просрали. Не знал? - начальник насмешливо поглядел на вытянувшееся лицо Сегоды. - Ладно, этого тебе ещё Предвечный отгрузит, не унесёшь. Да и я по возращении дам почитать настоящую историю Мира, а не то, что в храмах рассказывают. Удивишься. Так что, пока привыкай к мысли... Только сейчас не про это, сейчас дело надо делать. Так вот, поступишь в распоряжение Предвечного.

- То есть, в конечном итоге, Вельда? - уточнил Сегода.

- Скорей всего. Остальное по обстоятельствам. Скажу только, что у мальчишки этого сейчас очень сложный выбор: почти на каждом шагу мир вокруг него баранкой сворачиваться будет.

- Почему? Есть враги?

Начальник Сегоды поколебался.

- Тут я и сам не понимаю. Даже не уверен, что понимает Предвечный. Рождение нового бога такой силы...

Сегода присвистнул.

- Вот-вот. Это не шутка. Предвечный говорит, когда это происходило в последний раз, родной мир нашей расы чуть было не навернулся. Сейчас он называется Праматерь. И почти необитаем.

Вот тут уже вытянулись уши у Робика.

- Мелкому мешать нельзя, если что, прилетит и нам. Наша с тобой задача выжить и не упустить свой Шанс.

- А барон?.. - напомнил Сегода. - Что с ним?

- Да то же самое, что и с тобой, - улыбнулся его собеседник. - У него свой Шанс. И он его, судя по всему, хрен упустит. К счастью, наши с ним шансы в противоречие друг с другом не вступают, так что пока мы союзники. Из этого и исходи.

## Глава 4 - Дар Амазонки


- Считаешь, этот тип и есть тот самый тайный советник Княжьего двора? Комиссар тайной стражи? - задумчиво проговорил Сава, глядя на потухший экран.

- Он, - уверенно подтвердил Вельд. - Я и так лица обычно не забываю, а тут уж постарался запомнить... Так что, сам Лехандр Ульф по наши души стукнулся. Но твою ж в душу... Это ему Робиков наставник задания даёт?! Ну, да... Первый и единственный Предвечный. И, кажется, Ульф о том, кто наши боевые подруги, догадался... Вот теперь непременно надо мне их завтра с утра тряхнуть как следует, прежде чем с Иргеном говорить. А то тайнюки знают, а мы нет. Можно, конечно, и Сегоду на этот предмет поспрашивать, но это на крайний случай.

- Да уж... вот ещё теперь геморрой нам на всю... гм... - Сава покосился на Робика. - На всю голову. Тайнюки в компанию набились.

- Дядь Сава, а разве геморрой на голове бывает? - с невинным видом поинтересовался Робик.

- Это смотря, у кого где голова, - хмыкнул Вельд, ехидно посматривая на приятеля. - Иногда и... Там где геморрой, в общем. Ну, а что тайнюки... С нашими раскладами никакие союзники лишними не будут, тем более родичи нашего нового знакомого бога, который не бог. А так-то бойцы хорошие, и порядок у них воинский, не придерёшься. Но тут ещё надо послушать, что сам Ирген скажет про своих... Хм... Потомков.

- Ясно, - кивнул мальчишка. - Их канал обрубать?

- Не надо, сразу поймут, что нечисто со связью.

- На прослушку ставить? - деловито уточнил Квань.

- Не стоит, - подумав, решил Вельд. - Теперь они свои, а своим надо доверять. Ну, до некоторой степени, по крайней мере. Да и потом, если слушать, что говорят, то без понимания обстановки только запутаемся и дров наломаем. А что интересного, так нам и так доведут. Я так думаю, - он качнулся с носков на пятки и напомнил. - Робик, наставник ответил?

- Какие-то проблемы, барон? - неожиданно прозвучал голос Иргена, причем не из камня, а откуда-то сзади.

Сава и Вельд обернулись и с трудом подавили желание отступить - из стены прямо на них легко двигалась изящная фигура в чёрном. Они уже знали, что столкнуться с голограммой нельзя, но эффект всё равно впечатлял.

- Ну теперь у нас вся жизнь одна сплошная проблема, - философски протянул Вельд. - Ты давно тут?

- Гляжу, и проектор широкого поля действия наладили, - Ирген с явным удовольствием прогулялся от стены к стене и повернулся к барону. - Да только что Квань соединил. А тут ты меня поминаешь.

- Уточнить надо кое-что. И это важно.

- Слушаю?

- На сколько мы можем доверять тем людям, что пришли забирать Робина?

- Долго что-то они до вас добирались, - буркнул Ирген. - Но доверять им можно абсолютно, раз уж я им был готов доверить судьбу мальчика. И да, я уже переговорил со своим человеком, его люди останутся в твоём распоряжении.

- Принято, - кивнул Вельд. - С Сегодой я уже взаимодействовал, сработаемся. Не скажу, что в армии любили тайнюков, но врагов там иметь не хотелось бы. Очень не хотелось бы.

- Ну это-то я могу гарантировать, - заверил его Наставник.

- Стало быть, с этим решили... И вот ещё. В замке присутствуют две женщины, мы про них упоминали, но из-за недостатка времени не слишком подробно.

- Да, какие-то стрёмные тетки, Робик говорил, - улыбнулся Ирген. - Но, я думаю, это потерпит до завтра?

- Вполне. Завтра я ещё сам с ними поговорю с утра пораньше. Деваться им всё равно некуда, а там посмотрим. Опасности я от них не чувствую, но уж больно они непонятные. Вот и попробую прояснить, что там и как.

Утром Вельд постучал о косяк двери комнаты, где ночевали женщины. Самой двери, в которую стучать полагалось, не было. Зато там был чисто выметенный пол и вымытые витражные окна в узких оконных проёмах.

Галла встретила гостя с живым интересом. Прежде всего потому, что ей не терпелось его осмотреть и расспросить про лечение. Ещё с вечера порывалась, но вчера было некогда. Робик убрал наспех поставленную перед воротами ловчую сеть, а то кроме Сегоды и его парней из неё пришлось освобождать ещё трёх диких собак и лесного баракса, поймавшихся за время их отсутствия, и жутко этим недовольных. Вообще-то, делать всё это полагалось хозяину замка, то есть самому барону. Но разбираться с настройками алтаря оказалась ещё та морока. Вельд в конце концов плюнул и выдал Робику права админа, что бы это ни значило.

- Садись, Галла, - кивнул Вельд на наспех сбитый накануне топчан, где женщины устроили себе постель, а сам опустился на каменный выступ стены, образующий что-то вроде высокой ступени. - Пора нам поговорить.

Он мотнул головой в сторону проёма двери, и там упала почти невидимая занавесь, заметить которую можно было только потому, что изображение с той стороны слегка исказилось, как при взгляде сквозь тонкий слой воды.

Рыжая зашипела словно разъяренная рысь, но повинуясь знаку матери, замолчала и встала у двери, демонстративно сложив руки на груди.

- Это щиты. За свои кинжалы даже не пытайся хвататься, - не глядя на неё предупредил Вельд. - Замок может не так понять.

- Если бы в нашей войне решали кинжалы, было бы гораздо проще. - невесело улыбнулась Галла и кивнула Ясине. - Садись, не время для игр. Сейчас, похоже, придётся говорить всерьёз. - И спокойно взглянула в глаза сотника-барона. - Так что нам велел передать Герн? Ведь это к нему возил тебя мальчик?..

- Почти. Мы были в Долине Предвечного.

- Что? - Галла помолчала, глубоко вздохнула, и, переведя дыхание, как-то криво усмехнулась. - Стало быть, просто так нам отсюда не выйти.

- Хорошо, что ты это понимаешь, - серьёзно кивнул Вельд. - Значит, понимаешь и то, что выбора у меня нет: или вы с вашими тайнами станете разменной монетой в чужих играх, но тогда никаких обязательств по отношении к тебе и твоей спутнице я на себя брать не намерен. Или ты рассказываешь, что там у тебя за история с княжьим двором, и мы вместе думаем, как и куда нам прорываться.

- Что ж, этого следовало ожидать, - печально усмехнулась Галла - И вы с Герном надеетесь прорваться?

- Ну, подохнуть-то я всегда успею, - пожал плечами Вельд. - В крайнем случае, перед смертью скучать будет некогда.

- Ну что ж... Так, наверное, даже лучше, не будет недоговорённостей, - задумчиво проговорила жрица. - Знаешь, ещё пару дней назад я бы даже слушать тебя дальше не стала. Но всё-таки позволь спросить, с чего ты решил, что это именно долина Иргена? Там были его руны или это тебе сказал Герн? И как где-то тут можно годами... Да нет, веками скрывать целую долину?

- Про это сама у него спросишь, - Вельд взглянул в широко раскрывшиеся глаза Галлы и усмехнулся. - Но сначала придётся поговорить со мной.

- Даже так? - Галла с интересом оглядела Вельда. - Значит, Герн нашел долину Предвечного бога, и сумел её подчинить себе, как и этот замок, - неожиданно она расхохоталась.

Смех прозвучал немного нервно, но жрица быстро взяла себя в руки.

- Ты даже не представляешь, что это такое! - с чувством проговорила она. - Этот тихушник сумел всех обставить! Ты бы знал, сколько жрецов, колдунов и целых храмов готовы запродать душу за возможность подчинять алтари! Жрецы всего мира ломают голову над этим, целые храмы годами роются в старых манускриптах, ревниво следят за успехами, вернее, неудачами друг друга и даже свою вечную вражду обуздали, чтобы иметь возможность встречаться и обмениваться своими изысканиями. И никто никогда не слышал, чтобы Темнейшие Герны занимались или хотя бы интересовались этим вопросом!

Галла владела собой прекрасно, даже руки лежали на коленях спокойно. И только в голосе прозвучала какая-то непонятная Вельду горечь.

- Кстати, если ты не знаешь, их целый выводок, этих Гернов, вернее династия, хотя Темнейший всегда один, и кто из его учеников станет его преемником, никогда заранее неизвестно. Когда приходит время, он передает дела и исчезает.

Галла бросила быстрый взгляд на Вельда, но тот слушал её с совершенно непроницаемым лицом.

- Но все они колдуны сильные, этого не отнять. Пожалуй, других таких уже и не осталось. И вот оказывается, он как у себя дома в долине Предвечного! Да ещё и тебе через своего ученика помог подчинить замок, а потом совершил чудо исцеления. Чего он никогда и ни для кого не делал. Даже для своего короля, на сколько мне известно. Хотя, возможно, мне не всё известно, а ты и правда потомок Предгорного. А тот, по преданию, хранил ключи от долины Бессмертного Бога... Но как... Нет, - вздохнула она. - От каждого нового ответа, вопросов становится больше!

- Красиво объяснила. Я подумаю над этим. Но я тебя ещё озадачу, - кивнул Вельд.

Он холодно взглянул на жрицу, так, что та сразу закаменела лицом.

- Робин мой сын. Говорю это, чтобы ты ненароком не осложнила себе жизнь, пытаясь выведать у парня то, что пока вам знать не надо. Он всё равно не скажет. И ещё. Ради его безопасности я готов отдать вас тем, кто вас ищет. Или придушить тут и кинуть в лесу. Но если тебе есть, что сказать, то я слушаю.

- Что ты хочешь знать? - голос жрицы звучал ровно.

Ясина, сидевшая рядом с матерью, к его удивлению, на этот раз не вспылила и не попыталась дёрнуться к оружию, но и не испугалась. Или не показала виду. Она застыла, выпрямив спину и, вскинув голову, спокойно смотрела прямо ему в лицо, лишь чуть скривив губы в лёгкой усмешке. Вельд даже восхитился их выдержкой.

- Прежде всего я хочу знать, кто вы, - отчеканил он. - Правду. И почему у вас на хвосте висят тайная стража и княжий двор? Не рассказывай мне про то, что эта тайна станет для меня смертным приговором. Уже стала. Да, я обещал вам помощь. Но не обещал участвовать в ваших играх.

- Почему я должна верить, что ты тут не за тем же, зачем и тот вельможа? - ровным голосом спросила Галла. - Почему я вообще должна тебе доверять?

- Если бы он был с ними, мама, то он бы задавал другие вопросы.

Вельд с интересом посмотрел на Ясину. Та обращалась к матери, словно его в комнате и не было, но он чувствовал, что рыжая ни на мгновение не выпускает его из внимания.

- Он бы и так знал, кто мы и зачем здесь, так что скажи ему. Всё равно же, ничего не получилось.

- Не получилось? - Галла вдруг улыбнулась, окинув воина взглядом, будто оценивая. - А вот не знаю. В конце концов, чтобы получить такого союзника, можно и рискнуть. Барон древнего рода, но с молодой кровью. И ради своих он пойдет по головам, как готов идти ради этого мальчика. Мальчик-то очень непростой, да, барон? Не зря же его взял в свои ученики сам Герн. Ответь мне только на один вопрос. Герн сам нашёл твоего сына? Я же вижу, что он воспитан не в простой семье...

- Робин мой сын. И это всё, что кому-либо достаточно знать, - Вельд второй раз за сегодня произнёс это и вдруг понял, что говорит не для Галлы.

Вначале разговора он осознанно решил не уточнять, что мальчишка приёмный, в конце концов, это решение касалось только его и Робика. А вот сейчас понял, что смысла в этом, собственно, и не было. Для жрицы это не меняло ничего, а вот для него... Для него многое. Бывший сотник окончательно признал мальчика сыном. И не важно, что там с этой самой ДНК, и где он родился, всё равно ведь другого отца у него сейчас нет.

Тем временем Галла, явно пытаясь отвоевать потерянные позиции ведущего в разговоре, продолжила, словно размышляя вслух:

- Это выше моего понимания. Герн нашёл его сам, причём, давно, взял на воспитание, а затем привёл сюда. Потом он привёл сюда же и тебя, причем ты и сам этого не заметил. Всем известно, что Темнейшие способны на многое, а раз действует, значит, видит шанс. Что же, мальчик и правда очень непростой. Но сын барона, это очень мало и для него, и для тебя.

- Ты можешь предложить больше? - Вельд постарался, чтобы в его голосе не слишком прозвучал сарказм.

- Пока не знаю, но всё возможно, - жрица даже и бровью не повела на его подколку. - Но вначале... Что ты знаешь об истории Изменений?

- Много чего знаю, - хмыкнул Вельд, беззаботно разглядывая Галлу, хотя внутренне напрягся, как перед боем. - Надеюсь, ты не ждешь, что я сейчас кратенько, на полчасика так, перескажу тебе все те сказки и легенды, что рассказывали об этом у нас в деревне долгими зимними вечерами?

- Воины... - скривилась жрица. - Вы живёте между жизнью и смертью и потому не верите ни во что.

- Верим, жрица. Ещё как верим. В себя, в надёжное плечо побратима, в верность товарищей, прикрывающих спину. И в богов верим. Но наши боги не ждут покорности, они даруют удачу сильным и смелым. И даже после смерти воины, погибшие в бою, получают в награду от Брана Предсмертного не вечное блаженство, а место в заоблачной дружине... Но сейчас мы говорим не об этом...

- И об этом тоже, - Галла снова села, кивнув дочери, чтобы та заняла место подле неё и продолжила. - Колдовство совсем не детская сказка. Оно осталось нам от богов. И самое сильное из них, это твоя татуировка. Я разглядела её, когда перевязывала тебя. Как ты её получил? Это важно.

- Да как бы тебе сказать? В храме, где ж ещё, - осклабился Вельд. На этот раз уже совершенно искренне. - Молодой был, дурной. Но от меня даже и не зависело ничего, жрицы сами всё решили. Наши меня этой татуировкой потом несколько лет подкалывали. Всей сотней ржали, гады.

- Подкалывали? - Галла аж руками всплеснула. - Да ты знаешь, сколько за неё иные знатные готовы заплатить? Только, такое не покупается.

- Ну так, и я не покупал. Само получилось... - Вельд мечтательно улыбнулся, вспоминая. - Остановился наш десяток как-то раз на постой в храме Вечной Солнечной Любви. Знаешь такой?

- Что?! - Галла фыркнула, а Ясина закашлялась. - У сводниц? Весь десяток?

- Ну, вообще-то там вся полусотня побывала, - хмыкнул Вельд. - Вначале два десятка стояло, потом еще два их сменили. И наш уже после подтянулся. Мы там неделю оттягивались. Жрицы были не в претензии.

- Ещё бы! - Галла весело разглядывала Вельда. - И ты там так отличился, что они решили отметить тебя татуировкой?

- Типа того. В храме в то время как раз проходил обряд посвящения юных послушниц в жрицы. Договорились с нашим десятником, тот и велел мне идти с ними и делать всё, что скажут. Ещё лыбился так, что я сразу засаду заподозрил, но не мог же на глазах у всего десятка показать, что девок боюсь, вот и пошёл, как дурак...

- И сколько девственниц ты... Посвятил? - поинтересовалась Ясина с видом совершенной невинности, хотя в глазах так и скакали ехидные зелёные бесенята.

- А я что, их помнить должен? - искренне возмутился Вельд. - Не до того было... Ну и опоили меня чем-то так, что просто не соображал ничего, словно и не я был. А в конце просто отрубился и очнулся уже в дороге, в седле. Десятник вёл моего коня в поводу и сам ржал не слабее Чалого, да и остальные не отставали. Татуировка тогда и появилась, а как? Не помню. Десятник сказал, оберег от их храма. Мол, значит, я их впечатлил.

- Твой десятник сказал не всё, - Галла задумчиво покачала головой. - Хотя да, это и оберег тоже. Если что, тебя бы любой жрец вытаскивал бы. А потом отвёз бы жрицам. Давно это было?

- А я помню? - Вельд задумался. - Ещё только в силу входить начал. Лет десять точно прошло.

- Или одиннадцать? - прищурилась Галла.

- Может, и одиннадцать, - легко согласился Вельд, понимая, к чему она клонит и не собираясь мешать ей придумывать себе версию происходящего.

- И никогда не интересовался, не родил ли кто из жриц после того обряда?

- Спрашивать такое у жриц Любви? - насмешливо приподнял Вельд бровь. - Ты это серьёзно?

- Пожалуй, ты прав, - вздохнула она. - Ты вообще знаешь, за что жриц любви называют потаскухами, а ещё сводницами?

- Да уж, трудно не знать, весёлые девки. Хм... Не скучно мы с ними время провели.

- Ну так они не развлекались, если что. Храм Солнечной любви специализируется на сборе и сохранении образцов крови. Занимались этим ещё до исхода. Браки заключают тоже они, так что коллекция у них обширная. Вот только чистых образцов крови Предтечей там нет. Почему, понятно?

- Это ключи... - неприятно удивился Вельд. - Им не давали доступ к замкам? Поэтому аристо в их храмах и не бывают? Хм... Мы-то считали - брезгуют.

- Думаю, тебя приняли за потомка одного из бастардов и вцепились. Резня в Предгорной долине когда-то сильно нашумела, так что сохранить твою линию посчитали делом стоящим. Только не думай, что с татушкой этого храма всё просто. Если жрицы вцепились, от них так просто не отделаться. Уверен, что в храме у Робина братьев или сестёр не осталось? Они ведь и линии свести могут, а на выходе получат тех, кто сможет подчинить ключ.

- Понятия не имею. Попробуй съездить к ним и спросить, может, тебе они что-то и скажут, - пожал плечами Вельд.

- Извини, - покладисто кивнула женщина. - Так или иначе, Герн знает, что делает. Если он свёл тебя и твоего наследника здесь, значит, скорей всего вопрос со жрицами решён.

Галла покачала головой и собралась с мыслями.

- Давай-ка вернёмся к моим предложениям. Ты знаешь, что именно в княжестве расположены все древние баронства? Больше их нигде нет. Ни в Империях, ни в Амазонии, ни в королевствах, только здесь. Многие замки Предтеч уже мертвы. Говорят, что в каждом спрятаны несметные сокровища. Добраться до них мечтают все. Имперцы, что Северяне, что Южане, давно бы начали войну, если бы не Изменение... Вся знать в двух Империях измененные. А измененные никогда не смогут найти и взять эти сокровища, на них проклятие, наложенное Древнейшими. Но есть предание, что в конце времен возродится Одарённый. Тот, кто найдет Ключ. И с его помощью путь к сокровищам будет открыт.

- Этот оракул я знаю, - позволил себе ехидно улыбнуться Вельд. - Про драконов и Одарённого, который их разбудит. Сколько народу об те пещеры, где они, типа, спят, себе головы разбили. А сложили-то в походах, и вовсе не перечесть. Старая сказка. Каждый раз всплывает, когда жрецам кого-нибудь надо в дурную работу втравить.

Галла улыбнулась, а Ясина задумалась о чём-то, закусив губу.

- Сказка, значит? А долины тебе ничего тебе не напоминают? - продолжила жрица. - Ты заметил, что баронства расположены в долинах, чьи террасы словно выгрызены в скалах? Они и в самом деле выгрызены. Их выгрызали драконы, укрощенные волшебниками.

Вельд не выдержал и даже закашлялся, чтобы скрыть усмешку.

- Не веришь?

- Грызущие скалы драконы? Сильно... Ты когда-нибудь дракона живого видела?

- Не видела. Драконы ушли вместе с богами. Так говорят хроники храмов. Но на скалах и правда до сих пор сохранились следы огромных зубов. И именно в этих выгрызенных в скалах долинах поселились те, кого назвали Предтечами.

Галла выдержала паузу, но Вельд подтолкнул:

- Так ты к чему ведёшь-то? Если без сказок.

- Да какие уж тут сказки. Всё могущество и богатство нашего мира зиждется на наследии богов, - вскинула голову жрица. - Но артефакты не вечны. Жрецы умеют с ними работать, но не умеют изготавливать новые. А те, что всё-таки изготавливают, даже близко не такие, какие остались от богов. Ты представляешь, какие силы будут брошены, чтобы отнять ключ от подземелий у того, кто им владеет? Империи готовы на всё, чтобы получить доступ к той великой силе, что скрыта в замках, потому княжество обречено, а главное, обречено твоё баронство. Ты не отсидишься в своей долине, даже и не надейся. И тогда твой сын разделит с тобой судьбу пленника Ледяного Чертога. А если не повезёт, то катакомб Императрицы.

- Впечатлён, - хмыкнул Вельд. - Мощная речь. Сейчас проникнусь и побегу драконов будить. Или чего там тебе надо?

- Это называется Проповедь, - устало произнесла жрица. - И для неё требуется Вдохновение. А его дарует Богиня. Если оно есть, то слова складываются сами, и спорить с ними мы не можем. Это и есть Дар Девы Амазонки.

- Считай, ты меня уже напугала. Но как я полагаю, у любой проповеди есть цель? Сгонять туда, не знаю куда, добыть то, не знаю что? Ладно. Что вы с богиней хотите предложить, чтобы мы смогли избежать этой печальной участи? Не зря же она напрягалась?

- Всего лишь не дать империям шанса на победу, - не обращая внимания на его сарказм, проговорила Галла. - Тебе необходимо заставить князей признать тебя, как барона. Признать и принять. За самозванного недобарона никто и пальцем не пошевелит, разве чтобы раздавить, а вот за баронство Предгорного с его сокровищами, будут сражаться. В одиночку княжество всё равно не устоит, но союзников можно найти. Все прекрасно понимают, что если позволить империям добраться до этой силы, они подомнут под себя весь остальной мир. Поэтому, как только станет известно о появлении Одарённого и Ключа, многие старые союзы рухнут, а новые будут созданы. От имени двух старших родов Златоглазых я предлагаю тебе наш союз с Княжеством, при условии, если во главе него будет стоять сильный и, главное, законный, правитель. Если Герн поставил на тебя, то, вероятно, и королевства правильно отреагируют. А такая сила уже сможет заставить себя уважать.

- Здорово, - оценил Вельд. - А что помешает этим союзникам поставить на сильного и поддержать Империи? Какой им смысл в союзе с теми, кто слаб?

- Когда-то почти так и сделали. Просто встали в сторонке и подождали, - согласилась жрица. - Только одна проблема. Империям не нужны равноправные союзники, им нужны колонии. И, желательно, без населения. Они и не подумают делиться могуществом с теми, кого подомнут сразу после Княжества. А вот с Синтией королевства смогут договориться.

- Это с княжатами, что ль?

- Не с ними. Насчёт законности правления у княжат большие сложности, - презрительно скривилась жрица. - Завещание князя так и не было найдено. Ну, или было подделано.

- Ничего себе у тебя заходы, - Вельд фыркнул. - Ну, и что там за мудрый, сильный и, главное, законный князь у тебя в рукаве припрятан?

- Почти. Только не князь, а княжна. Князем станет её сын. - Галла надменно выпрямилась, но Вельд уже смотрел не на неё, а на Ясину.

Рыжая вскинула голову под его взглядом и так глянула в ответ, что на миг ему почему-то подумалось, что девчонка сейчас покажет язык, но вместо этого она всего лишь отвернулась, словно раздосадованная его реакцией.

Да, новость была такая, что и впрямь, впору глаза выпучить и забегать кругами, как Сава возле шаттла. Может быть, Вельд бы и забегал, да только его удивлялка сдохла ещё в долине.

- Ну, и как княжну сюда занесло, одну и без охраны? - только и спросил он, не отрывая взгляда от Ясины. - Если есть доказательства её происхождения, то почему вы столько ждали, чтобы предъявить их? Да и незаконная дочь, это всё-таки сомнительная претендентка на престол.

- А это уже моё проклятие, - невесело усмехнулась Галла. - Я Чистая, слыхал про таких?

- Слыхал... Чистая кровь амазонок убивает Изменение.

- Именно так. Чистых жриц замуж не отдают, но дети от них законные. Точно так же, как и Робин, рождённый жрицей, законный сын. Но у нас есть не только доказательства родства. Есть завещание. Княжичи правят незаконно. И главный алтарь им не подчиняется, потому что они измененные, рожденные от полукровки. Это был придворный заговор партии сторонников Южной империи. Им удалось уговорить старого князя жениться на не способной рожать чистокровных южанке. Порченая кровь, - жрица скривилась. - Почти уже не человек. Как обошли проверку крови и других подробностей, я не знаю. Когда князь это понял, было поздно. От неё родились порченные сыновья. Они не способны даже зачать ребенка без... в общем, не важно, - она дёрнула щекой. - Наследники стали проклятием для княжества. Княжата уже осознали, что для удержания власти придётся звать империю. Разногласия у них только в одном - какую.

- Вот только никто не захочет новой смуты, - кивнул Вельд. - А потому претендентку на княжий стол тихо удавят, будь она хоть сто раз чистая по крови...

Галла покачала головой.

- Если не увидят в этом способа присесть у трона рядом с ней, - устало проговорила она. - Вижу, что ты и так догадался и даже как будто не очень удивлён? Ясина законная дочь старого князя. Её полное имя Ясиналина Веритта Легатта. И она... вернее, её будущий сын, истинный наследник князя. А её муж станет регентом до его совершеннолетия. Алтарь откликнется на её зов, князь при мне отдавал приказ в присутствии Герна. И у меня с собой артефакт, подлинное завещание старого князя. Нас тут должны были ждать. И, да, надеюсь, это повод, чтобы мне всё-таки увидеться с Герном.

- То есть, всё это ты мне рассказываешь, чтобы увидеться с Герном? - уточнил Вельд.

- Разумеется, - пожала плечами Галла. - Нам сейчас нужны союзники, но и ему... Вам с ним, - поправилась она, коротко взглянув на Вельда, - тоже не помешают. Тем более союзники, способные одним своим появлением перевернуть игровой стол. Герн не просто ради пустого любопытства влез во всю эту историю. У него есть интересы, у тебя они тоже есть, и судя по тому, как ты изменился по возвращении, ты договорился с Темнейшим, - улыбнулась она. - У нас тоже есть интересы, и я не вижу, где они не совпадают с вашими.

- Я безмерно счастлив, что ты считаешь меня достойным наравне с самим Герном стать полноправной стороной договора с целой княжной, - усмехнулся Вельд, оглядывая с ног до головы вспыхнувшую скорее от злости, чем от смущения Ясину. - Тем более, такой княжной...

- Зря ёрничаешь. Предгорные закончили две предыдущие войны. Теперешняя стала возможной только потому, что твой род на время исчез.

Вельд стёр с лица усмешку и пристально взглянул на жрицу:

- Что ж, давай говорить серьёзно. Извини, но твоя история звучит дико... Даже мне понятно, что договор между амазонками и князем о рождении наследницы мог быть заключен только на самом высоком уровне. Зафиксирован на бумаге со многими печатями, с прописанными обязательствами двух сторон. И самое главное, какие были условия вашего договора с князем? Что он вам пообещал за рождение дочери? Не лично тебе, а тем, кого ты представляешь? Ведь не просто из любви к процессу ты на это согласилась? Да и то, как вы сюда прибыли, мягко говоря, удивляет. Неужели в царстве не нашлось достойного сопровождения наследнице престола, что она вынуждена пробираться тайными тропами в компании с висельниками и контрабандистами?

- Правильные вопросы, - Галла взяла в руки жезл. - Но такие договора на бумаге не составляются. Весь договор и его роспись записаны здесь. Если положить этот жезл на алтарь в главном храме столицы, завещание вступит в силу, а роспись встроит его в систему правил и законов княжества. Некоторые старые законы будут отменены, некоторые новые будут приведены в действия.

Жрица смотрела спокойно. Похоже, она выложила свой главный козырь и была уверена, что он ударил в цель:

- Как там твой мальчишка говорил? Управляющий контур? Так вот управляющий контур не может содержать законов, которые противоречат друг другу. Как только роспись подготовит почву, само завещание будет прописано в камень и станет законом княжества. А дальше, как я уже говорила. Ничего. Нельзя. Сделать. Управление родовым камнем сразу же переходит к правопреемнику, а уже он выбирает жрецов, которые с ним работают постоянно. И, кстати, в завещании же прописано, что мы с Ясиной должны появиться в столице только вдвоём и в сопровождении её жениха. Причем жених должен быть непременно из рода кого-нибудь из Предтеч. Иначе её права аннулируются. Старый князь тоже не очень-то нам доверял, хотя, разумеется, не предполагал, что для выполнения его воли, нам придётся идти на такие ухищрения, - поджала Галла губы. - Да и умирать он не собирался. А если бы не его внезапная смерть, всё бы было немного иначе.

- Так вы ждали тут посланца от жениха? - догадался Вельд. - То есть, Этеры. Младшая и последняя ветвь Предземных...

Жрица переглянулась с дочерью и нахмурилась.

- Этеры вам уже не помогут. Их выкосила какая-то страшная болезнь. Внезапно поразила весь род. На торгу в столице говорили, покрывались струпьями и мёрли в диких муках. Потому их усадьбу оцепили и никого туда не пускают.

- Мы что-то подобное и предполагали, - жрица хрустнула костяшками пальцев. - Жаль. Это был могущественный клан.

Она вскинула голову и решительно взглянула на Вельда.

- А уж с тобой, да ещё тут, в захолустье, никто не будет церемониться... Но скрытая долина Иргена, где можно укрываться от любых захватчиков веками, всё меняет. Если окажется, что даже вырезав твоё баронство, добраться до нас нельзя, тогда им придётся договариваться. Мы можем просто исчезнуть, - она пристально взглянула на Вельда. - Но тебе и Герну выгодно разыграть нашу карту. Открываются новые ходы.

- Красивая проповедь. Сильна богиня, - Вельд побарабанил пальцами по своему колену. - Почти убедила. Но ты так и не сказала, какие именно условия прописаны в завещании. Я уж не говорю о том, что придётся верить тебе на слово. Договора на бумаге нет, зато есть артефакт, который прочитать нельзя.

Галла улыбнулась.

- Условия завещания не самый большой секрет, активировать его можно только на княжеском алтаре, а вот прочитать, на любом. Бери, читай. Время подумать у тебя есть.

- Много?

- Да пока за тобой и твоим мальчишкой не начнет охотиться всё княжество. Ну, и плюс обе империи, - Галла неопределенно пожала плечами. - Вот от прямо сейчас и до того момента, как тебя поймают, и выбери удобное для себя время.

- К стенке припереть хочешь?

- Разве? Богиня сильна и стенки видит лучше нас. Но выбор она тебе оставляет. Я лишь предлагаю лучший.

- Ладно, пойдём смотреть твоё завещание.

Вельд поднялся со стула и направился к двери. Щит с дверного косяка спал, воин выглянул в коридор и громко проорал, уверенный, что приятель где-то поблизости:

- Сава! Робик где?

- На алтаре руны малюет. Позвать?

- Сами спустимся, - ответил воин и, не оглядываясь направился в алтарный зал.