# Жук в муравейнике

Таня Иванчай

Чайки кричат сквозь снег -

это дико, странно и будет страньше,

я узнаю их голоса -

питерских и с Ла-Манша,

снег моей наготы -

сиюсекундный парус,

я - эмбрион с клеймом на торце,

письмо непечатное в капсуле.


Как мы друг друга найдем

в этом разрыве связей?

Смотри:

шаманка стоит у метро и вместо цветов

торгует файлами штази.

И кажется - снег пристегнут к земле

навечно и беспробудно,

и если предки узнают про zoom -

ворвутся сюда и сожгут нас.


Кто ты и как привязан к Земле -

этой девочкой с бантом к стулу,

выброшен ли на снег,

сдан ли в макулатуру -

броуновском крестом

в тамбуре вечно плацкартном

давай выбросим твой

Parliament/Marlboro/беломор

с самоцензурным адом -


и больше не будет границ

между нами на разные скользкие темы,

с питерских ржавых крыш

голым крылом нервным

чайки срывают снег,

раскрыв Сен-Мишеля башни,

так падает одеяло с ног

мальчиков в спящих.


Такая теперь зима -

опасно быть человеком,

по минному полю звонков

пройди опрос против ветра,

и кто-то надел на февраль

белый колпак ку-клус-клана,

но я - эмбрион с клеймом на торце,

и ты - эмбрион с клеймом на торце,

и март уже распечатан.