# Четыре грани

Яна Рокова

24.02.2011 Читайте, пожалуйста, аннотацию в тексте. Настойчивая просьба - всех, кого не устраивает или раздражает данная тема, идите... мимо, не беспокойте автора и не беспокойтесь сами. Проект, не имеющий отношения к "Сказке". . Просьба оставлять оценки и комменты в ОБЩЕМ файле, здесь они выключены.

Рокова Яна

Четыре грани

Origin: http://samlib.ru/j/jana_r/jjana_r-105.shtml

Создан: 24/02/2011, изменен: 27/07/2011, 65k

Глава: Эротика

Series: @ Архив (мусор)

24.02.2011 Читайте, пожалуйста, аннотацию в тексте. Настойчивая просьба - всех, кого не устраивает или раздражает данная тема, идите... мимо, не беспокойте автора и не беспокойтесь сами. Проект, не имеющий отношения к "Сказке". . Просьба оставлять оценки и комменты в ОБЩЕМ файле, здесь они выключены.

____________________________________________________________

ВНИМАНИЕ! ATTENTION! ACHTUNG!

УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ, ПРОТИВНИКИ ОТНОШЕНИЙ М+М, а так же М+Ж+М, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ЧИТАЙТЕ ДАННУЮ СТРАНИЦУ - НЕ РАССТРАИВАЙТЕСЬ САМИ И, ПО ВОЗМОЖНОСТИ, НЕ РАССТРАИВАЙТЕ АФФТАРА.

УВЕРЕНА, ЧТО НА СИ МНОЖЕСТВО ПРОИЗВЕДЕНИЙ, СПОСОБНЫХ ДОСТАВИТЬ ВАМ РАДОСТЬ И УДОВОЛЬСТВИЕ, А НЕ ГАДЛИВОЕ ПОСЛЕВКУСИЕ ОТ ПРОЧИТАННОГО.

СПАСИБО ЗА ПОНИМАНИЕ,

ВАШ АФФТАР :-))

Проект ЧЕТЫРЕ ГРАНИ , бывшее 'ПОКА БЕЗ НАЗВАНИЯ '

ОБНОВЛЕНИЕ ОТ 24.02.2011

Всю прелесть последствий вчерашней тренировки Ренальд ощутил наутро, когда не смог не то что легко и непринужденно подняться с кровати, а просто перевернуться на другой бок. Пожалуй, так плохо он чувствовал себя только в первое утро после появления в этом Замке, когда хозяин заявил на него свое право. Только теперь ныла вся верхняя часть туловища, особенно мышцы спины и плеч.

Паника тошнотворной волной подкатила к горлу, но парень очень скоро опомнился - ведь Аслан предупреждал вчера, что все будет болеть, массаж предлагал, а он, глупый, отказался... Жалеть себя было теперь поздно. Надо сделать усилие и добраться до уборной хотя бы по стеночке - мочевой пузырь недвусмысленно намекал о такой необходимости организму хозяина.

Кряхтя, как старая развалина, Рени неимоверным усилием заставил свое тело подчиниться разумным доводам, что нужно потерпеть и не доводить до конфуза, и сел на кровати, свесив ноги. Отдышался, досчитал до пяти и рывком поднялся, стискивая зубы, чтобы не осквернять солнечное утро бранью, которая удивительным образом в таких вот случаях сама начинала вертеться на языке.

Ренальд расстроился - он не ожидал, что нахождение в обществе солдат гарнизона, которые, хоть и старались крепко не выражаться в присутствии хозяйского наложника по "просьбе" госпожи, оказывается, уже успело оказать свое негативное влияние. Еще месяц назад, он бы скорее язык проглотил, чем позволил сорваться с него грязному слову...

От огорчения, Рени даже забылся ненадолго, что у него задеревенели почти все мышцы, особенно спина и руки, на которые пришлась основная нагрузка при тренировке с мечом... Хорошо, что оружие было деревянным, хоть и со специальным утяжеляющим свинцовым стержнем, чтобы рука потом легче привыкала к настоящему...

Вернувшись из уборной обратно, парнишка попытался стащить легкую свободную рубашку, в которой спал, но, застонав, признал тщетность своей попытки и обессилено рухнул на кровать, мечтая тихо скончаться во цвете лет, только желательно без этой отупляющей боли.

Жалея себя и тихонько поскуливая, он даже не услышал, как зашел Аслан, оценил степень расстройства функций организма наложника и, усмехнувшись, присел рядом.

- Ренальд, ты как, чуть жив?

- Господин? - Рени дернулся вскочить, но, охнув, так и застыл, еле оторвавшись от подушки, а затем беспомощно рухнул обратно. - Я сейчас встану, - пообещал он вслух, но это скорее было для того, чтобы убедить в такой возможности себя, а не Аслана.

Лаэр сочувственно покачал головой.

- Ну что же ты, Мелкий... Ладно, лежи, не шевелись, я сейчас тебя буду ставить тебя на ноги.

- Может быть, я сам? - опасливо покосился Рени на поднявшегося хозяина, рыскающего взглядом по комнате в поисках "волшебного" пузыречка с ароматным маслом.

Зрачки невольно запаниковавшего раба, когда он понял, что именно взял в руки Аслан, расширились.

- Ага, завтра будешь подниматься сам, а сегодня... давай-ка, вытряхивайся из своей хламиды, - Аслан обернулся и недоуменно остановился: - Ты чего испугался? Я просто разомну тебе мышцы массажем, придется только чуть-чуть потерпеть.

Рени смущенно перевел дух, и Аслан рассмеялся, поняв, о чем тот подумал.

Мужчина помог Ренальду сесть, без усилия поддержав его, затем стянул с мальчишки рубашку, подождал пока тот перевернется на живот, и, разогрев ладони, приступил к массажу...

Рени вцепился зубами в подушку, стараясь не заскулить и сдержать невольно выступившие слезы, поэтому глухо рычал, подбадриваемый шутками хозяина по поводу своей сегодняшней беспомощности и плачевного состояния. Аслан не сердился, лишь с легким упреком заметил, что в следующий раз он сам будет решать, что рабу надо, а что не надо, исходя из его же интересов. И, Рени, не мог не согласиться с логикой господина. К тому же после первых минут раздирающей ломоты, боль невольно отпускала постепенно разогревавшиеся мышцы, и теперь было уже не столько больно, сколько приятно.

Мальчишка повернул голову, укладываясь удобнее, не обращая внимания на мокрое пятно на подушке под щекой, и блаженно прикрыл глаза. Аслан только улыбнулся еще шире. Чувствовать под своими ладонями молодое упругое тело с довольно светлой (несмотря на золотистый загар), и нежной, как у девушки кожей, оказалось неожиданно приятно. Непривычная худоба и стройность юноши, здорово отличала его от широких спин солдат, с которыми Аслану приходилось сталкиваться. При необходимости он не считал чем-то зазорным для своего статуса сделать восстанавливающий массаж любому из своих подчиненных. Как правило, взрослые мужчины в этом не нуждались, или не подавали вида, что нуждаются, но несколько раз именно Аслан выручал своих бойцов на привале после жаркой заварушки и последующей ночевки на голой холодной земле - минимум двоих он "спас" от неминуемого радикулита, что в довольно молодом возрасте для парней, счастливо избегших ранений во время боя, было бы крайне нежелательно...

Почувствовав, как расслабившийся, разомлевший было наложник резко напрягся и встревожено распахнул глаза (едва Аслан приспустил пояс его штанов до середины ягодиц), мужчина вздохнул и, помяв мальчишке поясницу, снова поднялся ладонями выше, решив не слишком настаивать - в конце концов, раба больше беспокоила верхняя часть тела, так что не надо лишний раз нервировать пацана...

В этот день Аслан его щадил, с утра даже меч не разрешил взять в руки, зато потом Дерек "отыгрался" за двоих, и этот день Рени долго еще будет вспоминать Меченому из-за двух моментов...

11.

Орис колдовал на открытой площадке недалеко от стены, окружавшей Замок-крепость, собираясь развести костер.

Рени с Фелиской (помощницей кухарки) возвращался довольный - на птичьем дворе он нашел те перья, которые, по его мнению, могли бы ему подойти (несколько совиных он нашел в парке, но их было мало) - надо сначала потренироваться на перьях домашней птицы, благо их было в избытке. Ему даже предлагали надергать их прямо из крыльев, на что Ренальд возмущенно замотал головой.

На птичьем дворе он встретил Фелиску, которую Антига послала за яйцами. Теперь она семенила рядом, отчаянно виляя бедрами, и весело щебетала о всякой ерунде. Рени взялся помочь оттащить девушке тяжелую корзинку на кухню, благо, что сейчас, по прошествии нескольких дней после первой тренировки руки уже не болели, и было приятно, что он даже не чувствует этой тяжести.

Ренальд машинально кивал, почти не слушая девушку. Голова была занята обдумыванием эскиза рисунка. Если получится то, что он задумал - обязательно покажет Тессе, а может быть, она вовсе захочет оставить раскрашенные перышки себе. Рени не мог дарить своей госпоже дорогие подарки, и ему даже в голову не приходило, что обычно хозяева одаривают любимых рабов. Почему-то мальчишка пребывал в твердой уверенности, что Аслан и Тесса, и так слишком много делают для него, чтобы надеяться получать что-то помимо.

Идея с цветными камушками, закрепленными в коже, чтобы незамысловатые подвески, серьги, браслеты, пояса и броши получались еще краше, и в самом деле были шедевром прикладного творчества Ориса, пришлись тому по вкусу. Он уже пробовал экспериментировать, но Ренальд нашел несколько интересных идей, которые родились у него, когда он бродил с Тессой по лавкам в городе. Увиденное явилось "шаблоном", а остальное Рени уже придумал вместе с Орисом.

К тому же юноша вычитал в одной интересной книге описание уникальной технологии изготовления подобных изделий, и радовался, кажется, больше, чем его наставник в этом занятии, когда Тесса приняла комплект, сделанный его руками (Орис только чуточку помогал) и стала носить его. Даже Аслан похвалил.

Для Аслана у Рени тоже был готов подарок. Только он все искал повод, чтобы вручить... отчего-то было неловко, хотя напульсник в виде широкого браслета из толстой кожи с тремя ремешками и самому рабу нравился, и Орис сказал, что получилось очень красиво и качественно. Рени немного робел перед своим господином...

А Тесса... Тесса - самая красивая девушка в этом Замке, да и вообще для мальчишки она была единственная, кого он почти боготворил - всегда так искренне благодарила его, что Рени готов был одаривать ее хоть каждый день, жаль, по технологии надо было придерживаться полного цикла, чтобы как следует спрессовались кусочки кожи, удерживающие яркие гладкие камушки.

Рени понимал, что жене лаэра положено носить драгоценности, но Тессе удивительным образом шли всякие безделушки, совершенно не умаляя ее значимости. Наоборот, как бы стирались грани ее недосягаемости, когда она облачалась в простые удобные вещи и надевала его подарки. Орис смеялся, ворча, что его (которые он когда-то делал для жены лаэра), Тесса почти не надевает, и Рени это безумно льстило. Конечно, Тесса еще слишком молоденькая, чтобы простые изделия из кожи и камней смотрелись на ней вульгарно, скорее наоборот, дорогие украшения казались неуместными...

Так вот, он теперь знал, как рисовать специальными красками картинки на перьях - милый пустячок, но сделанный своими руками с душой и любовью... Тесса должна будет оценить...

- Эй, Рен, ты себе подружку завел? - окликнул Колайнис, стоявший рядом с Орисом. - Гляди - девка не промах, даром, что молодая, сядет на шею и ножки свесит, - расхохотался он.

Фелиска хихикнула, зыркнув в сторону молодого мужчины, а Рени смущенно перевел взгляд на тяжелую корзину с яйцами в руках, что велели принести Фелиске с птичьего двора на кухню и пожал плечами:

- Я просто помогаю...

Конечно, девушка была молоденькая и довольно хорошенькой, правда немного простоватой на личико, но все компенсировалось отменной фигуркой. Кроме того вела она себя немного развязно, но дальше хиханек-хаханек не заходило. Антига быстро провела с новой девчонкой, недавно появившейся в Замке, разъяснительную работу, взяв сироту под свое крылышко. Пару раз, правда, Фелиске досталось по пятой точке полотенцем, да Антига грозилась за косу оттаскать, ежели что, поэтому Фелиска слегка присмирела, опасаясь тяжелой руки кухарки.

Тем более, возвращаться в свое захолустье к родственникам, которым приходилась "седьмой водой на киселе", не было никакого желания. Она и так замучилась отбиваться от недвусмысленных намеков старших сынков своего родича. А сам хозяин вообще однажды зажал в уголке, надравшись самогону, и Фелиска до сих пор с отвращением вспоминает жадный блеск в похотливых глазках и его потные руки, шарившие у нее на груди под одеждой. Насилу вырвалась, кое-как отдышалась и той же ночью сбежала....

Хорошо, нашлись добрые люди, да подсказали, где искать защиты. В Замке лаэра как раз требовалась помощница кухарке, и, не чурающаяся тяжелой работы девушка, с радостью пошла сюда в услужение. Здесь она сыта, обута-одета и даже имеет свою маленькую отдельную комнатку. А сколько стоит хорошее отношение хозяев! Дома - была никем, даже хуже, чем никем....

- А что вы делаете? - остановился Рени.

- Костер будем жечь... - отозвался Орис, - хочешь, приходи, я тебе покажу, как правильно костры разводить...

- Да, конечно! Я сейчас, - воодушевился Рени, - только помогу корзинку донести и вернусь. Я мигом!

- Не, ты не торопись, - посоветовал Колайнис, - по крайней мере, по дороге на кухню.

- Что? - резко обернулся Ренальд и чуть не споткнулся, чудом удержав корзинку.

Фелиска испуганно ахнула - за разбитые яйца-то спросят с нее, а мужчины расхохотались:

- Рен, ты же не хочешь весь гарнизон без ужина оставить? Иди осторожно, под ноги смотри, - напутствовал Орис. - Я тебя подожду.

Рени смущенно кивнул и пошел к воротам, слыша за спиной, что взрослые парни продолжают обмусоливать эту тему, правда, не слишком громко - наверное, что-нибудь скабрезное, но ржали они в полный голос после каждой произнесенной вполголоса фразы...

Ренальд вздохнул - что поделаешь, если он такой неуклюжий и неловкий... да он уже и не обижался - привык. Ребята зубоскалили - не зло, просто поднимали себе настроение, зацепившись за очередной повод для шуток...

Обратно с кухни Рени почти бежал, оставив немного обиженную Фелиску.

Антига всплеснула руками:

- Девка, ты у меня гляди! Будешь господскому мальчишке глазки строить - я тебя живо научу уму-разуму, и не посмотрю, что сирота!

- Да он сам предложил помочь - корзина же тяжелая, - надулась кухаркина помощница.

- А ты, не будь дурой, не отказалась, - саркастически усмехнулась Антига.

- Нууу... я... это...

- Чтобы я больше тебя рядом с ним не видела, ясно?

- Ага... и на Рени не смотри, и Мартину глазки не строй... - забурчала Фелиска, на всякий случай отходя подальше.

- Во-первых, он нам с тобой не "Рени", а "господин Ренальд", а во-вторых, насчет Мартина я тебе ничего говорить не буду. Не думаю, что ежели вы с ним чего учудите, то Марта разрешит своему единственному сыну жениться на тебе. И "женилка" еще не выросла, и ты пока ничего из себя не представляешь, - вздохнула кухарка.

- Не хочу я за него замуж... Комендантша меня мигом со свету сживет, - замотала головой Фелиска, не заострив внимания, что кухарка-то все равно называла господского наложника "Рени", но впрочем, ей по возрасту и душевной доброте, было позволительно.

- Это точно, хотя не представляю, кто ее вообще устроит для единственной кровиночки, - усмехнулась Антига. - Но заруби себе на носу - про хозяйского мальчика и не мечтай! Хотя, хорош, конечно, становится малец... - вздохнула женщина. - Вот уж не ожидала, что настолько ко двору придется...

Оставив перья в комнате, Рени схватил свою куртку, надеясь, что ему позволят посидеть с ребятами до самой темноты, когда наступит прохлада, и поспешил за ворота.

Орис его и в самом деле ждал, несмотря на недовольство собравшихся ребят, что костер до сих пор не запалили. Ренальд был очень благодарен своему старшему другу, с удовольствием слушая его советы, как правильно надо сложить толстые ветки, учитывая погодные условия, чтобы костер не дымил и долго горел. Орис считал, что в жизни может пригодиться любое умение.

Народ постепенно подтягивался. Аслан, решавший с комендантом какие-то вопросы, тоже заявился на огонек - костер развели на открытой площадке между стеной, окружавшей Замок-крепость и второй стеной, окружавшей территорию по периметру. А еще дальше вниз по склону находились огороды, скотный и птичий дворы и какие-то хозяйственные постройки, за которыми шла третья стена, внешняя, самая дальняя.

- О, Рени, и ты здесь! - приятно удивился Аслан.

Тесса сегодня наметила посвятить весь вечер себе, любимой, решив, что пора побаловать себя всякими расслабляющими ванночками и другими, менее приятным процедурам. Аслан предполагал, что она в очередной раз собирается лишить себя естественной растительности на теле, но только вздохнул, устав ее разубеждать. Поэтому лаэр с чистой совестью решил разделить этот вечер со своими бойцами - утром вернулись двое из отпуска к престарелым родителям (не каждый из бойцов мог похвастаться, что родные живы, поэтому Аслан делал поблажки тем, у кого они были, разрешая раз в полгода "свидания").

Почему-то оказалось, что Аслану уступили место рядом с его рабом, что выглядело совершенно случайным...

Мужчины слушали рассказ вернувшихся - дорога была дальняя, рассказчики хорошие, и небольшие приключения обросли массой невероятных подробностей...

Рени тихонько сидел, только и успевая вертеть головой, жадно вслушиваясь в шутливую перепалку, уличенных в приукрашивании своих подвигов парней. Костер, разведенный им, горел ярко, ровно, без дыма. Кто-то из подошедших после даже похвалил, узнав, что это не Орис сегодня оказался главным "поджигателем". Рени было хорошо и уютно здесь рядом со взрослыми парнями, которые больше не косились на него, как на странную диковинку, лишь изредка позволяя себе незлые подколки. Постепенно начало холодать. С дальних постов возвращались дозорные, новая смена уже ушла...

Дерек, не ожидавший, что Аслан тоже здесь, подошел, и теперь жалел, что нет повода, чтобы уйти - его смена через шесть часов. Спать не хотелось - удалось днем подрыхнуть, в казарме тоже было скучновато - все балагуры подтянулись сюда... Он остался у костра, только уселся подальше от своего лаэра - напротив, и теперь их разделяло пламя. Свободных мест у огня уже не было, Ренальд боялся, что его сейчас прогонят, но Аслан предложил пересесть к нему ближе, и Рени радостно согласился. Кинув куртку прямо на землю, он пристроился на ней у коленки своего господина. Аслан потрепал мальчишку по светлым волосам, втайне жалея, что согласился дать Дереку еще одну отсрочку...

Он так и не выяснил, что за приключение было у Меченого в городе на самом деле. Сразу было как-то не до этого, а потом все не было повода расспросить у Тессы. Но однозначно, Дерек свой паек отрабатывает честно, и такого бойца просто грех ломать так бездарно...

Вот сидит теперь, паршивец, улыбается, а у лаэра, старающегося не пялиться на второго раба, аж челюсти сводит от жгучего желания... Блики огня рисовали причудливые тени на раскрасневшихся от жара лицах солдат. Перечеркнутая шрамами щека парня не вызывала у Аслана отторжения, он их почти не замечал. Скорее эти шрамы, тянущиеся от подбородка до самого лба, были чем-то притягательным, словно мушка-родинка у аристократа - изъян, подчеркивающий совершенство... бредовое сравнение, но Аслану ничего больше в голову не приходило.

С другой стороны, ему было по большому счету все равно, что там у неприступного парня с лицом - хозяина Замка больше привлекало его сильное натренированное тело (особенно одна его часть) и волевой характер - приятно было охотиться за такой добычей... Может быть и в самом деле, получив желаемое, останется только удовлетворенность и легкая горечь победы...

Нет, пожалуй, так даже интереснее - насколько у каждого хватит силы воли гнуть свою линию, не перегибая?...

Мужчины травили байки, осуждали свои давние походы и небольшие любовные похождения, обсуждали и серьезные темы...

- А ты что думаешь, Рени? - обернулся Аслан, краем глаза наблюдающий за заинтересованным мальчишкой, с открытым ртом слушавшим интересные истории.

- В книге Архиталия написано следующее... - неуверенно начал излагать Рени, но его перебил Сауш.

- Да кто такой этот твой Архиталий?! Я сам видел!

Рени смущенно заткнулся.

- Где ты видел? Тебя в тот раз вообще с нами не было, - влез Верен.

- Когда "тогда"? - вскинулся любимчик дам.

- Когда ты у какой-то молодухи две ночи подряд зависал, - припечатал Верен.

- Да неее... - смутился Сауш. - Это не в тот раз... наверное....

- Ага, рядом с горячей бабенкой и не такое приснится, - поддел кто-то из ребят.

- Да не спал я! - снова возмутился Сауш.

- Ну насчет того, что не спал, в это я еще поверю, - заржал Верен. - Баба по мужику соскучилась, да и ты своего не упустишь, так что по этому пункту, я с тобой согласен... А вот...

- Да ну вас, придурки! - рассмеялся Сауш. - Не буду я рассказывать - вечно все опошлите...

- Гыыы, кто бы говорил, а сам-то помнишь, как под Малинниками стояли?...

- Это когда нас девки местные, что в лес пошли по грибы, по ягоды, поутру чуть не...

- Верен! - осадил Орис, кивнув на Рени, и солдат понятливо заткнулся.

Ренальд вздохнул и насупился - за кого его принимают? За ребенка или за неженку, которому, словно девушке, надо беречь свои нежные ушки от таких историй, что можно услышать лишь в сугубо мужской компании? У бойцов не было воспитателей, положенных детям господ, что взять с солдат?

- Э, нет, мой дорогой, ну-ка не раскисай, - шутливо обнял мальчишку Аслан. - Учись отстаивать свою точку зрения. Как ты будешь свои экзамены сдавать? Что там в твоей книжке было написано, Рени?

Ренальд и так немного трусивший перед предстоящими экзаменами в Академии, невольно поежился. Но перед Асланом он не мог показаться трусом и спасовать, поэтому несмело, но все же начал приводить почерпнутые из прочитанных книг доводы. Ребята заинтересовались и притихли. Рени воодушевился и голос его окреп. Аслан улыбался рядом, согласно кивая головой. Ренальд нравился ему все больше, все-таки не ошибся он в юном талантливом мальчике...

Кто-то одобрительно присвистнул, кто-то недоверчиво покачал головой, но спорить с Ренальдом и его умными книжками не решились. Аслан похлопал Рени по плечу:

- Молодец! - тихо шепнул он на ухо порозовевшему от похвалы парнишке.

Вскоре разговор сам собой вновь перешел на что-то незначимое, снова вспомнили какие-то нестандартные и комичные ситуации.

- Не, а у меня случай был, однажды пришлось бабой переодеваться... помнишь, Аслан, ты меня тогда разведать кое-что посылал? - припомнил Михай, и Рени почувствовал, как усмехнулся Аслан, то ли вспомнив, как выглядел вернувшийся с задания Михай, то ли представив видок своего наложника в платье жены.

Ренальд смущенно опустил голову, жалея, что лаэр не видел Дерека, но когда невольно взглянул на своего "мучителя", тот показал ему внушительных размеров кулак, и мальчишка благоразумно промолчал, уткнувшись в колено Аслана, чтобы скрыть мелькнувшую на губах улыбку.

Как же тогда Дерек разорялся, с остервенением стаскивая с себя женские тряпки (пока никто из ребят не увидел), а Тесса стояла рядом и смеялась, и ей Меченый ничего не говорил, только зло фыркал на едкие замечания девушки...

И как же он в тот день испугался сам, но испуг тут же прошел, едва Рени понял, что Тесса с Дереком специально увели за собой всю банду, дав возможность Верену увести юного раба, чтобы не пострадал мальчишка, ничего не смысливший в обыкновенной уличной потасовке.

И как он не находил себе места от волнения за девушку, пока его госпожа и боец Аслана не вернулись... Ренальд невольно передернул плечами, и Аслан, неверно истолковав, думая, что мальчишка просто замерз уже, склонился и прошептал:

- Тебе спать пора.

- Аслан... пожалуйста, можно я еще посижу? - умоляюще вскинулся мальчишка.

Аслан не мог отказать этому синеглазому чуду, просто притянул его ближе, устроив у себя между коленей и обняв поперек живота, чтобы было теплее.

- Тесса меня будет ругать, что я тебе весь распорядок дня нарушаю... - обреченно вздохнул он, прекрасно понимая, что пацану хочется еще побыть среди взрослых парней - для него это практически первый раз вот так сидеть рядом с настоящими бойцами.

- Я ее упрошу, - убежденно заверил Рени. - Она не будет сердиться, честно...

- Ну смотри, я жуть как не люблю, когда она сердится...

- Я тоже, - доверительно шепнул Рени, отчего-то млея в объятиях своего господина.

Это было странно, потому что мальчишка все-таки не привык к таким проявлениям нежности со стороны лаэра, но сейчас и вправду стало теплей. Он затих, чтобы стать как можно незаметнее (чтобы Аслан не опомнился и не прогнал), и уставился на огонь.

Языки пламени плясали, жадно облизывая толстые ветви, используемые вместо дров, магически привораживая, уводя в какие-то далекие дали, обещая исполнить несформировавшиеся желания... Рени вспомнил сказку, о том, что если долго смотреть на костер, можно увидеть огненную саламандру...

Лицо мальчишки пылало от близкого жара огня, за спиной он чувствовал размеренно вздымающуюся мощную грудь своего господина, словно окутывающего его своей силой, укрывающего в своих объятиях от этой наступившей темноты на контрасте с кругом света от костра, обещающего (по крайней мере сейчас, сегодня) надежную защиту от всех невзгод, выпавших на долю светловолосого раба... Рени и не заметил, как на веки, прикрытые всего на минутку, чтобы не слезились глаза от пристального взгляда в поисках саламандры, опустился сон...

- Аслан, глянь, - тихо произнес Орис, кивнув на наложника.

- Спекся пацанчик, - хмыкнул издалека Дерек. - Давайте ржать потише, а то на колыбельную совсем не походит.

Кто-то хмыкул, кто-то хрюкнул, стараясь сдержать смех, но у здоровых лбов, собравшихся вокруг, почему-то что-то екнуло внутри - они были согласны с Дереком, и забавлялись немного обескураженным видом Аслана, прикидывавшим теперь, что делать? То ли будить мальчишку, то ли хватать на руки, да тащить в Замок. Теперь от Тессы точно влетит...

Он пошевелился, Рени машинально вцепился в его руку у себя на животе, не желая расставаться с теплом и уютом, и Аслан беспомощно поднял взгляд. Кто-то отводил глаза, кто-то давился смехом, Орис, покачал головой:

- Оставь его, пусть подрыхнет на свежем воздухе, полчасика подремлет и разбудишь. Все равно уже скоро расходиться будем...

Аслан обреченно вздохнул - сколько ему еще с этим чудом нянчиться? Ладно, хоть ребята не сильно достают со своими шуточками... Он сел, поудобнее устраивая мальчишку-раба, уронившего голову ему на колено, и прикрыл его плечи полами расстегнутой куртки, чтобы тот не замерз.

Самое смешное, что Аслан не испытывал физического дискомфорта - только перед бойцами было неловко, а это мирно посапывающее светловолосое создание вызывало скорее умиление, чем раздражение... Вот попал...

Дерек ухмылялся. Вообще изуродованный раб заметно повеселел, выторговав себе еще месяц отсрочки от притязаний господина, а Аслан только и мог себе позволить сверлить упрямца долгим взглядом (пытаясь разглядеть непокорного сквозь высокие языки пламени), да представлять, что он с ним сделает, когда, наконец, дорвется до вожделенного тела.

- Может, к госпоже за подушкой сбегать? - хмыкнул Дерек.

- Дались тебе эти подушки, - недовольно прошипел Аслан.

- Мне нравятся цветочки, которые госпожа Тесса вышивает на них, - пожал плечами парень со шрамами.

- Попрошу ее, чтобы подарила тебе на день рожденья. Кстати, когда он у тебя?

Дерек помолчал, потом все же выдавил:

- Зимой... долго ждать...

- Ничего, ты же не торопишься? - поддел Аслан.

- Куда мне теперь торопиться, - посмурнел парень, отводя взгляд.

- Действительно... жаль, конечно, что так долго.

- С чего ты взял, мой господин, что она будет вышивать для меня? - в упор взглянул Дерек на лаэра.

- Для тебя... я попрошу, - замял тему Аслан.

Для Дерека Тесса и в самом деле сделает - лаэр был уверен. Его не сильно беспокоило то, что Тесса сочувствует Меченому, но и нельзя сказать, чтобы уж совсем не трогало... так, какая-то тень неясного недовольства блуждала не границе сознания, и Аслан от нее отмахнулся.

Неизвестно, передается ли мысль на расстоянии, но Дерек через некоторое время заерзал и объявил, что ему пора идти, так как через несколько часов его очередь заступать в караул.

Кое-кто из ребят тоже поднялся. Аслан вздохнул, потормошив совсем сомлевшего мальчишку в своих объятиях:

- Просыпайся, Рени, пойдем сдаваться...

- Вставай, Солнышко, - сладко пропел Дерек, подражая тонкому девичьему голоску.

- Угум... - сонно соглашался Ренальд, силясь открыть тяжелые веки, и только когда услышал "Солнышко" и здоровый мужской смех, распахнул глазищи и здорово смутился, мечтая провалиться со стыда.

- Вставай, соня, - усмехнулся над ухом лаэр...

Проводив раба, Аслан расстался с ним у дверей супружеской спальни:

- Ладно, теперь сам дойдешь (комната Рени была чуть дальше по коридору) Спокойной ночи, Мелкий... Только учти если Тесса меня выгонит, я приду к тебе, - напугал он напоследок.

Тесса еще не спала, а читала книгу. В комнате приятно пахло ароматными маслами... Девушка подняла голову и сердито уставилась на благоверного:

- Где Рени? - требовательно спросила она.

- Спать пошел, - осторожно ответил Аслан, прикидывая, сразу начать сеанс "волшебного стриптиза", заставляющей жену закрывать глаза на все его прегрешения, или обойдется и гроза минует? Сам он мечтал поскорее оказаться с ней рядом, потому что при виде "своей девочки" все посторонние мысли и о Рени, и о Дереке сразу же выветрились из головы...

Ночь оказалось полна восхитительных сюрпризов. Довольный Аслан еле проснулся, сожалея, что пора вставать. Вылезать из-под теплого бочка жены ужасно не хотелось, но надо...

Лаэр осторожно выбрался из безмятежных объятий любимой и, тяжело вздохнув, укрыл ее, взял одежду и пошел будить Рени.

Аслан заглянул в комнату наложника - Ренальд уже поднялся, судя по шумевшей воде в раковине за дверью уборной.

Решив поторопить мальчишку, Аслан подошел и протянул руку, чтобы постучать, но в приоткрытую щель (когда только Рени научится закрывать двери), увидел парня, самозабвенно предающегося самоудовлетворению.

Аслан ухмыльнулся - пожалуй, надо усилить физическую нагрузку, раз у мальчишки оставались такие потребности. Хотя, конечно, это может быть оттого, что ему все-таки не тринадцать лет, а гораздо больше, хоть он и начал созревать и осознавать свои желания только теперь.

Аслан не собирался обламывать парню приятное начало дня, но что-то напрягло мужчину в его позе - похоже, Рени этим занимается не часто, если не сказать, что вообще впервые...

Аслан недоуменно склонил голову, приглядываясь - прикрытые глаза, трепещущие длинные ресницы, нездоровый румянец на нежных щеках, непередаваемое выражение лица - смесь боли и наслаждения, закушенная нижняя, еще по-детски пухлая, губа... Мужчина и сам бы затруднился объяснить, почему он не отвернулся и не уселся в кресло ждать своего раба, а тихо приоткрыл дверь и, в два шага оказавшись за его спиной, сразу же положил свою ладонь поверх его судорожно стиснутой вокруг юной плоти ладони.

Рени ойкнул, распахнул шалые от нарастающего напряжения и испуга глаза, и попытался вырваться. Аслан почувствовал, что парню моментально стало не до глупостей.

- Аслан... - сдавленно прошептал Рени, растерянно замерев, - прости, я... я...

- Тихо, Мелкий, не извиняйся. Закрой глаза, расслабься. Все нормально.

Лаэр не дал мальчишке отнять руку, крепко прижав его к себе, отчего по телу Рени прошла невольная судорога - ягодицы, недвусмысленно прижатые к паху господина вызвали массу противоречивых ощущений - от страха (все-таки первая ночь еще долго будет "аукаться") до досады, что Аслан его вовсе не хочет (это Рени смог определить), но мужчина не оставил ему времени на размышления и сомнения, начав двигать его рукой, которую крепко удерживал. Рени удивленно выдохнул, чувствуя свою беспомощность в опытных сильных руках господина - Аслан каким-то непостижимым образом угадал нужный ритм, и Рени почти сразу же потерялся в своих метущихся желаниях и ощущениях...

На губах молодого мужчины играла глумливая улыбочка - его крайне забавляло создавшаяся ситуация.

Ренальд запрокинул голову, вжавшись затылком в его плечо, Аслан чуть отклонился, увидел острый по-мальчишечьи кадык на пока еще тонкой шее раба, и невольно возникла мысль впиться в нее губами - такая открытая, доверчиво-беззащитная... но мужчина зажмурился, отгоняя непрошенное видение, и мысленно отругал себя - еще чего не хватало! На всякий случай Аслан прикусил зубами собственную щеку изнутри и это его моментально отрезвило. Он невольно усмехнулся - он так запросто пришел в себя с Ренальдом, с Дереком же он бы не остановился и попробовал все, что ему нарисовало бы воображение...

На миг Аслан представил, что в его руках не этот светловолосый ангел, а его проклятое "наваждение", и зарычал от собственного бессилия что-либо сделать, не нарушив ту невидимую черту в отношениях со взрослым рабом, которую сам для себя установил, надеясь, что тот когда-нибудь сдастся...

Горловой вибрирующий звук голоса над ухом, запах взрослого мужчины, его сила и власть над своим телом - Рени в данную минуту было жутко страшно и очень волнующе - где-то на краю сознания присутствовала слабенькая мысль, что как и в случае с Тессой, он сможет вновь почувствовать то незабываемое и пугающее наслаждение, однажды испытанное им - уже все чувствительнее и чаще пробегали по нервам позвоночника электрические разряды, уже невозможно сладко сводило в пульсирующем паху... уже шум крови заглушал собственные восклицания, уже было почти все равно, что Аслан о нем подумает - ну сейчас, еще немного, пожалуйста, вот так...

Аслан чувствовал, как раб напряжен - рваное дыхание Рени больше походило на всхлипы, кажется, он пытался что-то сказать, поднимаясь на цыпочки, желая еще сильнее податься навстречу собственной ладони, удерживаемой задающим ритм Асланом, но хозяин придержал его, не дав ягодицам Рени отстраниться от его паха...

"Кажется "клиент" готов", - промелькнула мысль у Аслана, и точно - мальчишка застонал, выгнулся, замер, чуть дрожа всем телом, и горячее семя выплеснулось, пачкая и его собственную ладонь, и пальцы господина...

Коленки Рени подкосились и он начал плавно оседать, скользя спиной по груди лаэра, но сильные мужские руки подхватили его, разворачивая и обнимая, давая возможность прийти в себя...

Рени машинально уцепился за шею Аслана, надеясь удержаться, и тут же услышал, как мужчина фыркнул ему в волосы, подавляя смешок. Наложник только сейчас сообразил, что опять подставился так по-глупому, подвел Аслана, ведь господин надеялся, что тренировки помогут... а сегодня вдруг Рени снова проснулся и с ужасом понял, что он не может противостоять этому всепоглощающему животному желанию... и, вместо того, чтобы пойти принять холодный душ, как он намеревался сделать, заходя в уборную, зачем-то дотронулся до себя, и его словно перемкнуло, даже штаны не удосужился спустить ниже... вот позор... Хорошо, хоть Аслан не ругается... ему смешно... Смешно?

- Аслан, прости... - еле прошептал Рени, переводя дыхание, стремительно краснея от мысли, насколько он сейчас выглядит смешным и жалким.

Аслан перехватил его поудобнее одной рукой, а второй потянул приспущенные штаны наложника вниз, моментально выведя расстроенного, потерявшегося в своих чувствах парня из сладкого ступора, с неожиданной силой вцепившегося в свой пояс:

- Аслан, пожалуйста... господин не надо... не надо сейчас... - встревожено залепетал он, попытавшись взглянуть своему хозяину в глаза, но тут же опуская длинные ресницы - было невыносимо стыдно, да и глупо к тому же - Аслан обещал его не трогать, но он сам спровоцировал его на действие, теперь нечего причитать - постельная игрушка не имеет права голоса... только в животе что-то екнуло от страха...

Руки парня безвольно упали вдоль туловища, он еще ниже склонил голову, пряча выступившие в уголках глаз слезы, стараясь не выдать, как снова стало страшно и противно, чувствуя, как начинает зарождаться паника - еще немного и он будет позорно трястись, как осиновый лист. Это первый раз он не знал, что такое, когда в тебя проникает посторонний "предмет". А теперь, с содроганием вспоминая все свои ощущения, Рени понял, что он сейчас или прокусит губу насквозь, или сползет к ногам лаэра и, судорожно обнимая, будет умолять не трогать его... или хотя бы быть немного сдержаннее... Если он не вынесет этого и сорвется на позорный визг от своего совсем небезосновательного страха, Аслан ведь может и вправду решить, что он ни на что не годен... дурацкая попытка - номер с танцами провалился, а чем же тогда ублажать-благодарить за всю ту щедрость, которой его одаривают, как привилегированного раба...

Аслан не сразу понял, отчего так резко поплохело мальчишке в его руках, но когда разобрал в бессвязном бормотании просьбу, чуть не выругался вслух:

- Рени, да ты что, дурачок? Я тебя не трону, давай-ка полезай в душ, споласкивайся, и пойдем на площадку.

- Правда? - Рени вскинул голову, все еще не веря.

- Конечно, а ты что себе уже нафантазировал? - усмехнулся лаэр, убирая руки, но и Рени уже перестал пытаться натянуть штаны - в самом деле, лучше было бы смыть все последствия своего "грехопадения".

- Давай, живо, - Аслан отстранился, но Ренальд, все еще под властью только что пережитого (и удовлетворения, и страха) поскользнулся, выпутываясь, и чуть не загремел на пол.

- Нет, Мелкий, ты себе еще и сотрясение заработаешь до кучи, - покачал головой лаэр.

Вернулся, поддержал наложника, пока тот, смущаясь, все-таки разоблачался, и, включив душ, живенько окатил забравшегося в ванну мальчишку, придерживая его за предплечье. Затем стащил с вешалки огромное полотенце, завернул раба, и зачем-то снова прижал его к себе, ощущая странное теплое чувство к этому чуду, снова прячущему на его груди свое пылающее лицо, понимая, что пацана надо как-то поддержать:

- Так, Рени... все, что было пять минут назад - выкинь из головы, - велел Аслан. - Не заморачивайся и не заставляй меня чувствовать себя неловко... Ясно?

Ренальд с готовностью закивал и вроде бы даже расслабился, опустив напряженные плечи, но Аслан не был уверен, что убедил мнительного мальчишку.

- Все, иди, одевайся, - легко подхватил он воскликнувшего от неожиданности Рени, вытаскивая из ванны и опуская на пол. Ренальд снова испуганно обвил шею Аслана руками и чуть ли не повис на нем, пока не почувствовал, как босые ступни коснулись пола - это заняло какие-то секунды, но хватило, чтобы оба опять испытали неловкость.

Ренальд быстро прошмыгнул в комнату, а Аслан уставился на свое отражение в зеркале, пытаясь унять участившийся пульс. В животе приятно щекотало, словно кто-то скребся мягкой пушистой лапкой, и Аслан невесело усмехнулся - это вовсе не было похоже на возникшее желание, но все же и то, что этот короткий эпизод прошел для него бесследно, было бы неправдой. Что-то в Рени было такое настоящее, трогательное и манящее... Аслан теперь прекрасно понимал свою жену - если она видела, с какой отчаянной обреченностью мальчишка поддался на ее ласки, и как его "накрывает" всего-то от нескольких умелых движений - одна эта картинка ошалевших, потрясенных случившимся затуманенных глаз, сомлевшее личико и ощущение постепенно затихающей дрожи стройного юного тела в своих руках...

Вот, черт, никогда не интересовался субтильными юношами, едва вышедшими из подросткового возраста, но Рени был особенный... И Аслан почему-то вздрогнул, едва представив, что этот мальчишка мог бы достаться кому-то другому, если бы Тесса, непонятно чем руководствуясь при выборе раба, не обратила на него внимания.

Аслан набрал полные пригоршни ледяной воды и умылся. Немного полегчало. Мужчина помотал головой.

Он предполагал, почему его тянет к Дереку, но совершенно терялся в догадках, с какой стати хочется потискать это синеглазое чудо, которое, кажется, снова чуть не свалилось (судя по грохоту в комнате), запутавшись в одежде... или обнять и почесать за ушком, как котенка (к слову, Аслан не так уж и любил кошек), но Рени странным образом влиял на взрослого мужчину, вполне себе уверенного в своих предпочтениях...

Тренировка сегодня проходила из рук вон плохо. Даже хуже, чем в первый день... Аслан постоянно ловил себя на мысли, что не может выкинуть из головы сцену в уборной наложника, а Рени вообще ошибался без конца и "зависал", бестолково пропуская удары. У Аслана сердце кровью обливалось, глядя, как новый синяк наливается на теле или руках обнаженного по пояс мальчишки, вновь не успевшего увернуться или парировать. И ведь упражнения-то были простенькие...

Аслан ругался:

- Не отводи взгляд! Ренальд, ты уже сто сорок восемь раз был бы трупом, если бы мы с тобой сражались по-настоящему.

- Я и так был бы трупом, даже глядя... - тихо оправдывался Рени.

- Аслан, ну он же прав, - заметил наблюдавший за ними Орис, - скажи, если бы с тобой кто-то связался по-настоящему, каковы его шансы?

- Ладно, - хмыкнул слегка польщенный Аслан. - Но я же образно... Знаешь, Рени, иди-ка ты читай свои учебники, на сегодня - все!

Ренальд расстроено кивнул, поник и побрел прочь с площадки.

Аслан посмотрел ему вслед:

- Ренальд! Подойди!

Рени вздрогнул от окрика, но быстро развернулся и подошел. Аслан опустил тяжелые ладони ему на плечи и тихо сказал:

- Посмотри на меня, пожалуйста.

Рени поднял взгляд. Аслан на секунду завис, увидев в них свое отражение, но все же справился:

- Я на тебя не сержусь, глупый. Просто не хочу тебе наставить лишних синяков. Если придешь в себя, вечером будем тренироваться, как обычно. Иди, и выкинь все посторонние мысли из головы, хорошо?

- Хорошо! - просиял мальчишка.

- Иди!

Рени сам не понял, отчего он почувствовал огромное облегчение, словно тяжесть свалилась с души, а за спиной выросли крылья... Аслан не сердится... просто пожалел...

Губы мальчишки растянула счастливая улыбка, глупая и неуместная, но он ничего не мог с собой поделать. Рени обернулся и увидел, что Аслан все еще стоит и смотрит ему вслед. И на губах лаэра, его хозяина и самого "крутого" мужчины в замке играет такая же довольная улыбка.

Сердечко Рени готово было выпрыгнуть от невозможного предположения, но он испуганно задавил мысль о том, что раб может просто нравиться своему хозяину - это было бы слишком хорошо, ведь если так - его не выгонят, не отдадут, не продадут. Лаэр Аслан не такой, как другие. Даже если он когда-нибудь захочет поиграть и наиграется - у него (Рени) будет большой багаж знаний и умений в разных областях, в отличие от узкой специализации других рабов для постельных утех своих хозяев... Уже за одно это, что господа дают ему такую возможность - научиться чему-то, следует смириться с тем, что это требует оплаты... той оплаты, что пожелает хозяин...

Но чем дальше он уходил от площадки, тем сильнее мучили его сомнения, а правда ли его тело сможет привлечь такого мужчину, как Аслан? Про Тессу Рени думал постоянно, но с того раза, когда она помогла решить его "маленькую проблемку", а потом пришлось признаться Аслану, они больше старались даже не касаться друг друга, если были наедине, кроме невинных поцелуев на ночь. Рени это угнетало, он привык к ласковым рукам хозяйки, перебирающей его светлые пряди, словно шерстку домашнего любимца, к тому, что она могла запросто обнять его, чмокнуть в нос или даже в губы...

Может быть, несмотря на то, что вроде бы выяснили все недоразумения, ей все же неприятно?

Рени и не догадывался, как Тессе хотелось до него дотронуться (почему-то потребность в прикосновениях действовала в обоих направлениях, и Тессу точно так же тянуло к хорошенькому мальчишке без какой-нибудь видимой причины), но девушка просто боялась спровоцировать жадно откликающийся организм юного наложника, чтобы не ставить его в неловкое положение - мальчишка наверняка снова будет переживать... она боялась даже просто позвать его к себе ближе, надеясь, что он сам когда-нибудь решится... Все остальное, кроме прикосновений осталось по-прежнему, а, может быть, стало даже более глубже - тепло и радость во взглядах и голосе, и желание держать свой объект в поле зрения...

- А Рени-то похоже, всерьез запал... - задумчиво пробормотал Орис, взглянув на лаэра.

- Что? - спросил Аслан, все еще глядя вслед наложнику.

- Я не был уверен, что тебе удастся его приручить... боялся, что ты его просто сломаешь...

- Орис! Хватит зубоскалить, иди, со мной разомнись, - обернулся Аслан, проводив Рени взглядом, пока тот не скрылся за кустами, росшими на краю площадки.

Почему-то не хотелось обсуждать эту тему - Аслан еще сам не понимал, что он делает, правильно ли поступает, и свое отношение, резко сдвинувшееся в сторону симпатии к мальчишке во всех смыслах, тоже следовало разложить на составляющие в одиночестве, чтобы не ошибиться, потому что это было как-то непривычно...

- Да уж куда мне против тебя, - усмехнулся все еще заметно прихрамывающий боец.

- Не прикидывайся, надо же тебе форму восстанавливать, - усмехнулся Аслан.

- Хорошо, мой господин, - Орис подошел и без предупреждения начал, чем выиграл себе небольшое преимущество, заставив Аслана переместиться так, что солнце слепило лаэру глаза...

- Жулик! - прищурился Аслан, пытаясь вынудить Ориса поменяться с ним местами, но солдат уже атаковал, лишая такой возможности.

- Нет, мой господин, это называется "тактик", - заржал Орис, уворачиваясь из-под удара.

Рени столкнулся с Тессой, выходившей из супружеской спальни.

- Доброе утро, Солнышко, - улыбнулась девушка. - Ты что так рано? Или я проспала? А где Аслан?

- Доброе утро, - немного стушевался Рени. - Он меня отпустил... у меня сегодня не очень хорошо получалось... даже, скорее, плохо...

- Да? Ты что, не выспался? Ну-ка, покажись, - она развернула его и покачала головой, разглядывая покрасневшие и начавшие темнеть места ушибов... - Н-дааа, ты сегодня точно не в лучшей форме. Давай быстро в душ, я сейчас мазь захвачу и приду.

- Не надо, само пройдет.

- Зайка - это не боевые шрамы, зачем тебе хвастаться синяками? - резонно заметила госпожа, и Рени не нашелся, что ответить, признавая справедливость ее замечания.

Тесса вернулась к себе, и через несколько минут уже сидела на кровати наложника мужа, ожидая, когда тот выйдет из уборной.

Рени вышел немного напряженный, уже успев натянуть штаны.

- Поворачивайся, сначала спину намажу.

- Да там, наверное, один всего, - поморщился Рени, пошевелив рукой.

-Да, один синяк и большая ссадина, немного пощиплет, потерпи, - подтвердила Тесса, осторожно втирая прохладную, пахнущую травами мазь от ушибов. Рени непроизвольно морщился, но почему-то ему хотелось, чтобы тонкие пальчики девушки касались его кожи, даже если будет немного болезненно...

- Все, поворачивайся...

Тесса ворчала, намазывая очередной наметившийся синяк, заодно помазала два почти сошедших, а Рени тихо млел, и покорно кивал головой, соглашаясь, что он неосмотрительно рассеян и обещал, что в следующий раз будет собраннее...

- Ты меня вообще-то слушаешь? - Тесса подняла голову и столкнулась с замершим Ренальдом, пристально разглядывающим ее.

- Рени, ты чего? - удивилась хозяйка.

- Тесс, ты такая красивая...

- Да ну тебя, - улыбнулась девушка. - Как я могу быть с утра красивая? Я еще и не причесывалась толком.

- Ты все равно красивая - ты настоящая...

- Ну спасибо за комплимент, Солнышко...

- Тесс... а я... во мне есть что-нибудь, чтобы нравиться кому-то? - тихо спросил Рени, и щеки его вспыхнули.

- Ты - очень красивый, Рени, - убежденно ответила Тесса. - А почему тебя вдруг посетили такие мысли, разве ты сам сомневаешься? И кому это, интересно, ты собрался понравиться? - поддела она, меняя тон на капризный.

- Тесс... я тебе, правда, нравлюсь? Вот таким, какой я есть?

- Конечно, милый, почему ты спрашиваешь? Ты очень красивый сейчас и будешь еще лучше, когда немного возмужаешь.

- А если у меня нос будет горбатый... У моего отца была легкая горбинка...

- Думаю, более мужественный профиль тебя не испортит, - усмехнулась Тесса, легонько щелкнув мальчишку по носу.

Он сморщился и схватился обеими руками за нос, сконфуженно улыбаясь:

- Я серьезно, а ты только шутишь.

- Я тоже серьезно, - произнесла Тесса, продолжая улыбаться.

- Тесс, а если... вдруг у меня изуродуется лицо?

- Как это "изуродуется"?

- Ну, там шрамы появятся... или...

- Прыщик вскочит? - фыркнула Тесса, и Рени беспомощно смолк, понимая, как глупо звучит это выяснение мучившего его вопроса.

- Эй, ну ты что? - Тесса толкнула Рени на кровать и шагнула к нему, поднимая его лицо ладонями: - Не выдумывай глупости, ты мне все равно будешь нравиться, несмотря на твою внешность, она медленно наклонилась и поочередно поцеловала его в обе щеки, наслаждаясь зрелищем расширившихся зрачков на темно-голубой радужке, - главное, чтобы твоя душа оставалась такой же чистой, как сейчас... близких людей любят не за красоту, дурачок...

Третий поцелуй пришелся в губы и Рени только приоткрыл их, чтобы облизнуть сладость ее поцелуя, но его госпожа уже отстранилась, так же медленно выпрямившись и отпустив его лицо...

Рени сглотнул. Ему казалось, что даже она сейчас слышит, как гулко и часто забилось его растревоженное сердечко, а ведь это было лишь мимолетное прикосновение...

- Пойдем завтракать, надевай рубашку...

- А? - моргнул Рени, приходя в себя. - Да, я сейчас...

Вот уже почти целый час Рени не находил себе места - Тесса была занята с Мартой, выясняя что-то по хозяйственным делам, совершенно скучным и неинтересным - Рени однажды присутствовал при их разговоре о подборе цветовой гаммы и плотности ткани для портьер в гостевой комнате на втором уровне. Он уже немного позанимался и решил сделать перерыв. Мысли об Аслане и Тессе вперемежку и по отдельности занимали его, мешая сосредоточиться на учебниках. Он решил немного пройтись, развеяться.

Занятый своими размышлениями и сомнениями, наложник лаэра бесцельно бродил по парковым дорожкам, вышел за первый периметр, прошел мимо кострища, невольно вспомнив, как сидел вчера, прижимаясь к широкой груди Аслана, прошел дальше, и, наконец, набрел на старый сарай, заваленный всяким барахлом. Недалеко от сарая была небольшая рощица. Деревья росли достаточно близко друг к другу, и солнечный свет с трудом проникал сквозь густые кроны - под ними практически не было травы, а землю устилал ковер из прошлогодней листвы.

Рени был любопытен, как все мальчишки, но в этот сарай он еще ни разу не попадал. Замка на рассохшейся двери не было. Ренальд вытащил засов и заглянул внутрь.

В полумраке захламленного помещения пахло пылью, потревоженные пылинки сразу затанцевали в пробившемся сквозь маленькое подслеповатое окошко луче солнца.

Рени зашел, потрогал старую лампу с помятым корпусом, провел рукой по резной спинке стула без ножки и с порвавшей обивку пружиной... попытался вытащить какую-то картину за торчавший наружу краешек, но то, что было навалено сверху, угрожающе заскрипело и накренилось. Ренальд посчитал, что быть погребенным заживо под старой рухлядью не самая героическая смерть... ну, если и не смерть, то, когда его "откопают", ржать вся крепость над ним будет снова очень долго...

Мальчишка уже собирался уйти, но его привлекло блеснувшее отражение света в каком-то стекле. Рени пробрался ближе, рискуя все же свалить на себя всю эту кучу ненужных старых вещей или поломать собственные конечности, но его стремления были вознаграждены. Там оказалось не стекло, а покрытое пылью большое круглое зеркало. Почему его выкинули, он не знал, оно было даже не треснутое (на самом деле оно было парное из старинного шкафа для одежды - второе разбилось, поэтому стало не нужно и это, так как проще было заказать сразу два одинаковых, чем пытаться найти такое же), и Рени вытащил его на свет и протер куском какой-то старой одежды (чем это было раньше, он затруднялся идентифицировать)...

Так, как все это время он думал о своем предназначении, об утреннем уединении, прерванном Асланом, и о разговоре с Тессой, ему пришла в голову мысль разглядеть себя получше.

Воровато оглянувшись, Рени схватил зеркало и углубился в рощицу...

Волнуясь, словно его могли застать врасплох за таким занятием, да еще и обвинить в баловстве (нечего лазить по старым сараям - не маленький), Рени прислонил зеркало к дереву и сел напротив, сосредоточенно разглядывая свою симпатичную мордашку. На его взгляд, в нем не было ничего особенного, наоборот, он очень переживал, что похож на какую-то угловатую девчонку, но ведь Тесса сказала, что он красивый... да и Аслан как-то по особенному смотрел на него сегодня, совсем не презрительно, хотя у него был самый настоящий повод... У Ренальда в душе бушевал целый шквал противоречивых эмоций.

Придя к выводу, что на лицо, он, может быть, и в самом деле ничего... Рени задался вопросом, а как же он выглядит со стороны в полный рост? Идея рассмотреть себя в зеркале собственной комнаты, уборной или в каком-нибудь из других больших зеркал в замке, почему-то раньше его не посещала...

Мальчишка медленно стянул одежду и отошел подальше, досадливо скривившись. Все равно было неудобно разглядывать свое отражение - весь целиком он в зеркале не помещался, а если отойти еще дальше, мешались деревья.

Рени уселся на свою одежду и, взяв зеркало в руки, медленно наклонял его под разным углом, чтобы рассмотреть себя полностью... Самое сокровенное он оставил "на потом", несколько раз поворачивая зеркало, так чтобы оно отражало то, что ниже пояса, но почему-то становилось очень стыдно и неловко. Дыхание у мальчишки учащалось, и он, непроизвольно вздрагивая, снова замирал, прислушиваясь к далеким голосам на территории Замка, к шелесту листвы, к трескотне сороки, пролетавшей мимо, стараясь успокоить заполошно скачущий пульс. Страх быть застигнутым врасплох за таким глупым занятием боролся с желанием все же решить для себя все интересующие вопросы и закрыть эту тему...

Лучше бы он не смотрел. У него перед глазами промелькнуло внушительное "хозяйство" Аслана - вот у господина действительно было то, чем мужчина может гордиться, хотя на тот момент (в ту единственную их ночь) у Рени это зрелище возбужденного хозяина взывало скорее что-то среднее между паникой и истерикой (а может, со страху показалось, что такого большого просто не бывает, ведь Ренальду не с чем было сравнить). И сейчас, глядя на себя, Рени удрученно вздыхал... в спокойном состоянии его "гордость" выглядела как-то уж очень скромно...

Единственное, что Рени теперь знал на собственном опыте - что уж совсем отчаиваться не стоит - что при подходящем стечении обстоятельств, этот орган сумеет "подрасти", Рени даже приложил руку к паху, словно решая убедиться, что это не оптический обман, но сразу почувствовал знакомое томление, концентрирующееся внизу живота, и испуганно отдернул. Вскочив на ноги, наложник поспешил одеться...

"Хватит уже экспериментов... по крайней мере на сегодня", - решил мальчишка и, вернув зеркало на место в сарай, поминая через слово то святых, то грешников, выкарабкался из этого барахла почти без потерь, не считая занозы в ладони. Задвинув засов "как было", Ренальд поспешил обратно к Замку, уверяя себя, что его никто не мог увидеть, но уши и щеки все еще продолжали пылать пунцовым, предавая...

Аслан заявился еще до ужина, когда Тесса и Рени читали свои книжки, растянувшись на мягком ковре на полу в уютной хозяйской комнате, куда не заходили посторонние - она удивительным образом располагала к неформальной обстановке со своими диванчиками и разбросанными по пушистому ковру подушками.

- Я соскучился, - просто сообщил Аслан, и вдруг резко метнулся и сгреб взвизгнувшую Тессу в объятия, словно хищник, набросившийся на добычу. Рени не успел завистливо вздохнуть и откатиться, так как оказался пойман рукой Аслана, занятого женой, вроде бы уворачивающейся от проявления его грубоватой нежности, но на самом деле подставляющей то щеки, то шею под жадные губы любимого. Рени замер, не понимая, что он должен делать, остаться?

Аслан повернулся к нему и подмигнул:

- Я по тебе тоже соскучился, Мелкий.

Пока Рени радостно переваривал это признание, Аслан уже оказался над мальчишкой и принялся его щекотать. Тесса рассмеялась, перекатываясь подальше от извивающегося, словно угорь, бестолково отбрыкивающегося и хохочущего Рени и довольного возней Аслана, и уселась на колени, подобрав с пола книги, чтобы ее мальчики их не истрепали... И вдруг поразилась этой мысли - "ее мальчики"... интересно, с каких это пор Рени стал входить в ближний круг?

Это озарение, словно переводящее раба на новый уровень, обжигало своей прямотой - слишком уж огромный контраст между молодым мужчиной, владельцем всех близлежащих земель, и бесправным юношей, но девушке было приятно видеть их рядом, неважно, что на какое-то время, казалось, они забыли о ее присутствии, поглощенные своей дурацкой возней...

В дверь постучали.

- Да? - отозвался Аслан приподнимаясь, но удерживая мальчишку на полу среди раскиданных в стороны подушек.

В комнату робко заглянула Рута, старательно пряча любопытство:

- Госпожа Тесса, Вас Марта ищет, она сказала, что принесла то, что Вы просили.

- Хорошо, Рута, я сейчас приду, - пообещала Тесса, легко поднимаясь.

Тесса ушла, А Рени, воспользовавшись случаем, пока Аслан смотрел ей вслед, все-таки почти выбрался. Аслан тут же перекатился на спину, уцепившись за руку наложника, и опрокинул его на себя, перехватывая и вторую его руку.

Рени оказался сверху, почти растянувшись на мужчине, не в состоянии сбежать. Аслан довольно жмурился, наслаждаясь растерянностью в синих глазах застывшего от такой невероятной близости раба - пока они возились, легкая рубашка Рени задралась, и теперь он прижимался обнаженным животом к животу своего господина. Аслан, не отрывая взгляда, провел по взмокшей от борьбы спине мальчишки горячей ладонью, вроде бы успокаивая, но на деле вызвав еще большее смятение. От такой нехитрой ласки, на контрасте с предыдущим всплеском эмоций, Ренальд вдруг почувствовал, что где-то внутри зарождается странное чувство, почему-то больше не хочется сбежать, а наоборот, хочется прижаться еще плотнее, и одновременно прогнуться, подставляясь под эту сильные и уверенные руки, оказывается, умеющие быть такими нежными...

Поняв, он смущенно захлопал ресницами, вызвав у Аслана короткий смешок, и от этого легко вздрогнувшего тела лаэра под ним, Рени еще больше смутился, чувствуя, как кровь приливает к паху. Он задергался, пытаясь вырваться, и Аслан не стал его больше мучить, отцепился и раскинул руки в стороны. Рени неловко сполз с него, чуть не оттоптав все и развеселив своего господина еще больше.

- Мелкий, что тебя так смутило? - сел Аслан.

Ренальд не знал, как объяснить, судорожно поправляя рубаху, он отошел подальше. Аслан поднялся, легко подтолкнул наложника к дивану (раб не удержался и плюхнулся на спину) и тут же отстранился, уходя из личного пространства вспыхнувшего мальчишки, который, почувствовав, что его опрокидывают на спину, снова слегка запаниковал.

- Рени, ладно, мы просто повозились, - улыбнулся Аслан. - Расскажи мне лучше, что ты сегодня делал?

- Что? - Ренальд застыл, никак не попадая пуговицей в петлю задрожавшими пальцами - неужели Аслан знает о его маленьком самоанализе перед зеркалом в рощице возле старого сарая со всякой рухлядью?

Но лаэр, кажется, не заметил его замешательства, спокойно продолжив:

- О чем ты читал, расскажешь?

- Д-да, конечно. Я сегодня много занимался...

- Расскажи, что тебе запомнилось больше всего, а какие моменты тебе непонятны или, может, просто смущают? Мне просто интересно, - пояснил Аслан.

Ренальд сел прямо, и, положив руки на колени и состроив серьезную мордашку, принялся пересказывать. Аслан подавил желание рассмеяться над нелепостью этой позы прилежного ученика. Память у Ренальда оказалась отличная, и его правильную речь было приятно слушать, к тому же он практически цитировал целые абзацы, уверенно расставляя акценты.

Аслан задумчиво притих напротив, не перебивая.

На самом деле, он просто любовался воодушевившемся мальчишкой, его серьезным, каким-то повзрослевшим красивым лицом, движением губ, произносящих сложно запоминаемые слова и термины - его речь звучала очень уверенно, и Аслан порадовался, что дал парню возможность двигаться в своем развитии в этом направлении. Ренальд не стеснялся и не краснел, ощущая себя неловким неумехой - в этой области, с почерпнутыми из умных книг знаниями у него было слишком мало соперников в Замке-крепости... И Аслан почему-то думал не только о возвышенном, а ловил себя на мысли, что не отказался бы повторить тот единственный поцелуй, на который его спровоцировала Тесса, перемазав губы раба сладким соком спелой клубники... Лаэр зажмурился и помотал головой.

- Аслан? - сбился Рени. - Я что-то не то сказал?

- Нет, Мелкий, все нормально, - усмехнулся мужчина, мысленно ругая жену за вот такие свои "видения". - А самого тебя ничего не смущает в этом утверждении? - поинтересовался Аслан, внимательно выслушав тему сегодняшнего "урока" наложника.

- Дааа, - задумчиво протянул Ренальд. - Я согласен с оппонентом Архиталия, что может быть другая точка зрения, но магистр Нират порекомендовал именно этот учебник.

- Советую тебе поискать что-нибудь на эту тему в книгах других ученых мужей, так, для общего развития. Ну этим ты займешься завтра. Будем сегодня еще тренироваться? Как твои синяки?

- Тесса меня спасла, - улыбнулся Рени, закатывая рукав рубашки, чтобы продемонстрировать Аслану, что синяков практически не видно.

- Отлично! Если что, на ночь еще намажет... Иди, переодевайся и приходи.

- Хорошо! - радостно сорвался Рени с дивана.

Аслан усмехнулся, грациозно потянулся всем телом, словно огромный хищник, и тоже встал...

Попытка номер два... Сейчас на площадке должен быть Дерек, отсыпавшийся утром после ночной вахты. Теперь Аслан был уверен - ему точно не будут мешать сосредоточиться синие глаза светловолосого мальчишки... главное, не показать, насколько будоражит кровь присутствие второго раба, мужчины с изуродованной шрамами щекой...

to be continued...

____________________________________________________________

© Рокова Яна. Четыре грани

Origin: http://samlib.ru/j/jana_r/jjana_r-105.shtml

Создан: 24/02/2011, изменен: 27/07/2011, 65k

Глава: Эротика

Series: @ Архив (мусор)