# Четыре грани

Яна Рокова

13.04.2011 Читайте, пожалуйста, аннотацию в тексте. Настойчивая просьба - всех, кого не устраивает или раздражает данная тема, идите... мимо, не беспокойте автора и не беспокойтесь сами. Проект, не имеющий отношения к "Сказке". . Просьба оставлять комменты в ОБЩЕМ файле, здесь они выключены. файл собран из кусочков проды в комментах за 11-12.04.2011 + новое от 13.04.2011 Извините, без вычитки, за указание на "очепятки" буду очень признательна :-))

Рокова Яна

Четыре грани

Origin: http://samlib.ru/j/jana_r/jjana_r-126.shtml

Создан: 13/04/2011, изменен: 27/07/2011, 36k

Глава: Эротика

Series: @ Архив (мусор)

13.04.2011 Читайте, пожалуйста, аннотацию в тексте. Настойчивая просьба - всех, кого не устраивает или раздражает данная тема, идите... мимо, не беспокойте автора и не беспокойтесь сами. Проект, не имеющий отношения к "Сказке". . Просьба оставлять комменты в ОБЩЕМ файле, здесь они выключены. файл собран из кусочков проды в комментах за 11-12.04.2011 + новое от 13.04.2011 Извините, без вычитки, за указание на "очепятки" буду очень признательна :-))

____________________________________________________________

ВНИМАНИЕ! ATTENTION! ACHTUNG!

УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ, ПРОТИВНИКИ ОТНОШЕНИЙ М+М, а так же М+Ж+М, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ЧИТАЙТЕ ДАННУЮ СТРАНИЦУ - НЕ РАССТРАИВАЙТЕСЬ САМИ И, ПО ВОЗМОЖНОСТИ, НЕ РАССТРАИВАЙТЕ АФФТАРА.

УВЕРЕНА, ЧТО НА СИ МНОЖЕСТВО ПРОИЗВЕДЕНИЙ, СПОСОБНЫХ ДОСТАВИТЬ ВАМ РАДОСТЬ И УДОВОЛЬСТВИЕ, А НЕ ГАДЛИВОЕ ПОСЛЕВКУСИЕ ОТ ПРОЧИТАННОГО.

ЛИЦАМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ, НЕОБХОДИМО НАЖАТЬ КРЕСТИК В ПРАВОМ ВЕРХНЕМ УГЛУ МОНИТОРА

СПАСИБО ЗА ПОНИМАНИЕ,

ВАШ АФФТАР :-))

Проект ЧЕТЫРЕ ГРАНИ , бывшее 'ПОКА БЕЗ НАЗВАНИЯ '

ОБНОВЛЕНИЕ ОТ 13.04.2011

Эта глава не содержит непосредственно эротики, только намеки, но она будет включена в общий файл, поэтому "жанр" оставляю прежним

21.

Четвертый день пути для небольшого отряда, сопровождающего лаэра в столицу, закончился гораздо раньше - солнце прошло только половину пути от зенита к горизонту. Немного дальше начиналась болотистая местность с чахлыми, кривоватыми деревцами, зыбкой почвой под ногами, гнусом, который не давал житья не только летом, но и до самых заморозков. Относительно приличной была лишь дорога (да и то в сухую погоду, да зимой, когда уже ударит мороз), гать - уложенные поперек толстые бревна, присыпанные дерном и песком, чтобы лошади не поломали ноги, да и у транспорта не отвалились колеса. Через этот участок проще перебираться пешком, надежнее, потому что, несмотря на все старания людей (а до столицы было всего две дороги, и этой пользовались большинство) природа все равно словно издевалась - по весне половодье размывало самые опасные участки, и некоторые бревна затягивала трясина, а некоторые, наоборот вспучивались, становясь непреодолимым для телег и карет препятствием. Сейчас погода стояла вполне приличная, сезон затяжных осенних дождей еще не начался, и дорога выглядела вполне пристойно, но все же этот участок лучше бы было преодолеть одним днем, так как если сейчас продолжить путь, то ночевка на болоте - совсем не подходящее место. Не военное время, можно обойтись и без таких крайностей.

Пока одни разбивали лагерь, ставили палатки, распрягали лошадей, разводили костры, чтобы приготовить еду, кто-то уже ознакомился с местным лесом, отправившись по нужде и набредя на съедобные грибы.

Аслан покосился на приличную горку крепеньких грибочков с плоскими шляпками и длинными, чуть изогнутыми книзу ножками, потому что они росли "кустиками", и покачал головой - завтра придется чаще остановки делать.

Опята были съедобными и довольно сытными, но легкий слабительный эффект от их употребления в пищу - в дороге не самое удобное их свойство.

Вечер пролетел быстро. Дереку на спалось. Покосившись на лаэра, который сидя с ребятами у костра доедал нехитрый походный ужин (правда, сегодня он был довольно сытным из-за отварных грибов, щедро подаренных местным лесом), парень вздохнул и побрел прочь от костра. Придется подождать, пока Аслан уляжется. Первым Меченому в палатку идти не хотелось. Спасибо, и так в первую ночь почти не спал - все чудилось, что Аслан непременно докопается до него, вот и чуть не покалечил Орису его и так пострадавшую ногу. Вол, зараза, ржал, как конь, сотрясая матерчатые стены палатки, хоть и пытался зажать рот руками.

На вторую ночь Дерек улегся первым, и Аслан пристроился рядом. Непонятно что, может интуиция подсказала, но Дерек моментально вынырнул из сладких объятий сна (а жаль, только-только начала сниться Тесса...) и, подскочив, как ужаленный, выбрался из палатки вроде бы по нужде, под недоуменным и слегка насмешливым взглядом лаэра, а потом уже долго уламывал Ориса, чтобы он поменялся с ним местами. Чертов хозяин, кажется, все равно остался доволен - хоть не удался его коварный план, зато метания раба его изрядно развеселили.

Третью ночь Дерек был в карауле, и потом днем прекрасно выспался на одной из повозок с палатками и провизией. Теперь он бодрствовал.

Темный небосвод был высоким и чистым, а воздух, ставший к ночи прохладным, настолько прозрачным, что, казалось, с безоблачного неба можно достать звезду, или она сама упадет тебе на ладонь - лишь протяни руку...

Парень уселся на землю около толстого ствола огромного дерева, почему-то уже скинувшего листву, хотя в округе на деревьях даже еще не все листья пожелтели, прислонился затылком к шершавой коре и задумчиво поднял изуродованное шрамами лицо к небу..

Словно издалека до Дерека долетали голоса и смех ребят, их шуточки и незлобливая ругань у костра за кустами и мелкими деревцами, что остались на широкой поляне. Лагерь охранялся, и он мог расслабиться, отключиться от действительности.

Звездное небо притягивало своей непостижимой мощью, и казалось, освобождало разум, предлагая расширить границы мировоззрения, унестись ввысь и ощутить полную свободу ото всего, так, что закружилась голова... Почему-то вспомнилось, как он в дождь сидел под деревом, поняв, что не сможет спать рядом с новообретенной госпожой, и Тесса принесла ему одеяло, угадав, что сподвигло его на столь глупый поступок - в палатке-то было тепло и сухо.

Меченый невесело усмехнулся, проведя пальцами по своим шрамам на щеке... там, где касались и ее пальчики. Кажется, Тессу его уродство совершенно не смущало, но девушка все равно не замечала его.

Дерек завидовал Аслану, видя, какими глазами смотрит на него жена. Да чего уж там, он даже Рени завидовал... немножко... Впрочем, что толку от самоедства - они с Тессой стоят на разных ступенях, и как ему никогда уже не подняться до ее уровня, так и ей не спуститься с вершины... и Дерек с отчаянной обреченностью понимал, что не желает, чтобы Тесса опускалась, пусть даже и из-за него, он мог только мечтать, но в реальности не мог допустить такого с любимой девушкой...

- Скучаешь? Звездами любуешься? - услышал он тихий голос и чуть не подскочил.

Черт! Аслан своей кошачьей бесшумно подошел слишком близко, не обнаружив себя.

- Да нет... я не любуюсь, - соврал Дерек. - Что я на девчонку похож?

- Нет, - удивился варвар его выводам. - Я вот звезды люблю, разве я девчонка? - пожал плечами Аслан.

Дерек хмыкнул, недоверчиво покосившись на лаэра - Аслан и звезды? Хм.

- Сомневаешься? - вдруг озорно вскинулся господин, хватаясь за штаны, в явном намерении расстегнуть их. - Я могу доказать!

- Млять! - подскочил Дерек, схватившись за нож, но едва пальцы коснулись прохладной рукоятки, опомнился.

В этот ответственный и волнующий момент Волошу приспичило отойти в кустики, и он, благополучно покинув гостеприимную поляну, вышел из-за кустов на небольшой пятачок в самый кульминационный момент, застав Дерека с вытаращенными глазами и почти паническим выражением лица и Аслана, недвусмысленно расстегивающего штаны...

- Ёпть! - смачно оценил Вол, забыв, зачем он шел, и спешно ломанулся обратно, сокрушая затрещавшие кусты, словно медведь в малиннике.

Оба виновника растерянности Волоша, как по команде повернулись, мгновенно представив, что успел вообразить парень.

- Расслабься, - заржал Аслан. - Я пока просто спать не хочу.

Дерек уже взял себя в руки, и, с опаской косясь на хозяина, облегченно прислонился к дереву. Сердце все еще учащенно билось, гоняя взбудораженную кровь.

- Шуточки! - зло процедил он.

Судя по наступившей гробовой тишине, что воцарилась на поляне у костров, а потом взорвавшейся дружным ржачем бойцов небольшого отряда, Вол не смог не поделиться впечатлениями.

- Ну и как я теперь пойду обратно? Повеселился, мой господин? - желчно осведомился Меченый.

- Да ладно, не тушуйся... - примирительно произнес муж Тессы, и вдруг без перехода: - Знаешь, как вон та звезда называется? - Аслан ткнул пальцем в небо, продолжая пристально смотреть на Дерека.

Тот снова оценил шутку (сегодня там сияли мириады):

- Какая из той сотни, что прямо по курсу твоего указующего перста, мой господин?

- Ну какая ж ты зануда, Дерек. Я тебе тут про звезды... - немного досадливо произнес лаэр.

- А я не девка на копне сена, чтобы ты мне про звезды втирал, - Меченый уже жалел, что отошел от костра. В палатку идти нельзя, а оставаться наедине с озабоченным варваром тоже не горел желанием.

Дерек смотрел на Аслана, на его точеную фигуру брутального парня, красивое волевое лицо с правильными, немного хищными чертами, и никак не мог понять, почему такого мужчину, как Аслан, интересуют парни, а не девушки, при том, что он имеет красавицу-жену. Мало того, красавицу, так еще и умницу - шикарное сочетание - неужели не ценит? Зачем еще кто-то? Дерек представить себе не мог, что он взглянул бы хоть на миг в сторону, если бы судьба оказалась к нему благосклонной и подарила любовь Тессы. Он бы ее на руках носил и все прихоти исполнял лишь за возможность прикасаться с ней, пить поцелуи с ее губ, ласкать нежную теплую кожу, зарываясь в темный шелк распущенных волос, всегда пахнущих чем-то нежным и сладким, заглядывать в бездонные глаза, которые все замечали и все понимали, лишь не видели главного - что его сердце радостно подпрыгивает и ускоряет гон крови по жилам, а в груди становится тесно, и даже дышать больно в ее присутствии, что не может осуществить свою мечту... Было ли то утро в лесу, когда он проснулся почти от невесомой тяжести ее головы у себя на плече и стройных ножек, закинутых на него по привычке так спать с мужем - или это ему тоже приснилось? Он бы больше не позволил ей трогать свои шрамы - кожи рядом с глубокими бороздами он почти не чувствовал - столько времени прошло, а "некроз", как выразился Халар, может длиться от двух недель до полугода. У него не было тогда той замечательной мази на каких-то особых травах под рукой, которой Тессу снабдили варвары... Не разрешил бы - не должна она чувствовать своими пальчиками его уродство, достаточно того, что старается не замечать безобразные шрамы (это у нее отлично получается, по крайней мере внешнее отвращение или ненужная жалость отсутствуют).

А Аслан, словно не замечая недовольства раба, жестом велел опуститься, и сам уселся рядом. И вдруг повернулся, вперившись требовательным взглядом:

- Что ты интересного на мне увидел? Аж мурашки по коже, - признался он, передернув плечами.

- Да вот смотрю и думаю, - медленно произнес Дерек. - Ну, допустим, ты меня "отлюбишь"... не сегодня, так завтра, не завтра, так через год - тебе полегчает?

- Откуда же я знаю? - пожал плечами Аслан, посерьезнев. - Обычно продолжения не бывает.

- Ну что ж, это можно записать в плюс... Хотя, знаешь, а вдруг, мне понравится? И я буду являться к тебе во сне "за добавком"? Совести у тебя нет, и я буду ее изображать...

- Не, мне кошмары не сняться, - хохотнул Аслан. - А сны все больше эротического содержания.

- Надеюсь, не с моим участием в главной роли? - буркнул Дерек.

- Ну почему, иногда и с твоим, - "успокоил" лаэр.

- Ооо! - показушно простонал Дерек, шлепая себя ладонью по лбу, - то-то я иногда чувствую - вроде и в штанах спал, а задница все равно ноет.

- Серьезно? - насторожился Аслан. - Вот видишь, даже она знает, что тебе массаж нужен... внутренний...

- Ну уж нет! - возмутился Меченый. - Я - хозяин своей задницы, и лучше знаю, что ей нужно, а без чего мы с ней отлично обойдемся, и счастливо проживем.

- Вот упрямец! - беззаботно рассмеялся Аслан. - К тому же дерзок... Я - твой хозяин, уясни это, наконец, и все, что к тебе прилагается - руки, ноги, задница и... все остальное - моё!

Смех у лаэра был грудной, низкий, приятный, словно обволакивающий теплом - он очень располагал к себе, и Дерек невольно улыбнулся в ответ, поняв, что Аслан просто поддразнивает его.

- Прости, мой господин, кажется, я увлекся, - посерьезнел раб, а глаза его все равно бросали вызов. Второй месяц отсрочки закончился и Меченый очень старался не нарываться, но никак не мог совладать с поганым характером, не позволяющим ему прогибаться под кого бы то ни было.

Аслан прищурился, понимая, что слова извинения ничего не стоят. Дерек просто принял правила игры, но отнюдь не смирился. Хорош до чертиков! Упрямый, дерзкий, циничный, насмешливый, сильный, как вольный хищник, не знавший клетки, непримиримый, грациозный в своей великолепной манере неуловимых движений... А волнующий запах не мытого три дня тела все равно был приятен - так и заставлял трепетать ноздри варвара...

Дереку нужна была пара. Аслан давно наблюдал за парнем. Его агрессия и тут же непонятная задумчивость, если не сказать мечтательность, были очень похожими на состояние влюбленного индивидуума. Только в кого он мог умудриться втюриться? Несколько раз Меченый был в городе, да к тому же не так уж долго, не считая двух суток, пока ловили банду отморозков, помогая городской страже, а в крепости подходящих кандидатур закоренелому натуралу вроде бы нет... Может, Рута? Да нет, вряд ли. А на такую, как Фелиска, Дерек и сам не взглянет - малолетка она для него...

Аслан почему-то чувствовал неприятную зависть к неведомому объекту, больше похожую на ревность. Хотя это было глупо. Он не собирался строить с Меченым никаких отношений, кроме "разовых", но он пока еще не поимел с него все, что запланировал - считал его своим законным трофеем. И ему абсолютно не нравилось, что на его намеченную "добычу" претендует кто-то еще... Впрочем, если здраво рассуждать - этот кто-то мог и не знать о том, что стал объектом увлечения Дерека. Нет... все-таки скорее всего это что-то другое... Но что? Сбегать он вроде бы не решался... А может, это нормальное его состояние, а вот как раз раньше было не свойственное? Теперь же, спустя время, раб освоился, расслабился и позволил себе немного отпустить натянутые вожжи, стать самим собой.

Этот Дерек был не хуже, и, пожалуй, даже больше привлекал... Аслан хотел его, даже не прочь разложить прямо здесь, или прижать к этому шершавому стволу, вдавливая его до боли (чтобы остались неровные отметины на животе и груди от незатейливого рисунка коры), урча и рыча, подминая, порабощая, подчиняя себе, вырывая такое желанное удовлетворение самому... и лаэр готов даже поспорить, что Дерек мог бы принять его так, чтобы и раб получил свою порцию наслаждения, даже если закоренелый девственник.

Почему-то вспомнился Рени... и Тесса, которая потыкала его носом в то, что он, терзая наложника, думал только о себе... Как они там?...

Аслан мотнул головой, отгоняя непрошеные мысли, чтобы снова не впадать в меланхолию. Это было, пожалуй, впервые, что он так сильно скучал без жены, несмотря на то, что объект специфического интереса сидел от него в двух шагах. Почему? Может оттого, что он впервые оставил ее не одну? Но Рени - не соперник, да даже не "заменитель", смешно... и самое непонятное, что он не злился на мальчишку из-за возможной причины для необоснованной ревности, а тоже вроде бы скучал и по этому синеглазому недоразумению...

"Так, на чем я остановился... На том, что разложил бы этого дерзкого раба прямо здесь, и плевать, что крики и шум борьбы (а без борьбы, эта зараза не сдастся точно) будут слышны на всю округу..."

Аслан глубоко вздохнул - мечты, мечты, - и снова перевел взгляд на небо.

- А вот та, справа от самой яркой, называется Посох Путника...

Дерек опасливо покосился на развалившегося в безмятежной позе Аслана, и неожиданно для самого себя выдал:

- Моряки называют ее Якорем... На востоке они расположены не так, сейчас - она над нами, а там, в море, кажется, что она над самым горизонтом - удобно держать курс.

- Ты ходил в море? - заинтересовался Аслан.

- Ага, год бороздил морские просторы...

Дерек сам не понимал, почему начал рассказывать - Аслан велел остаться, это ясно. Тема, волнующая обоих, только в диаметрально противоположных направлениях, была слишком щекотлива. Аслан слегка взбодрив, кажется, снова был почти адекватен. Дерек бесился, когда лаэр начинал над ним подтрунивать, но как ни странно, не испытывал ни малейшей неприязни, как только много раз обмусоленная тема переставала задевать его "больное место". С Асланом было интересно. Как уживался образ варвара и хорошо образованного аристократа в одном человеке - было непонятно, но сочетание было в пользу лаэра.

Вот и сейчас - несколько простых фраз, уместный вопрос, что-то из своих личных приключений, и Дерек сам не заметил, как завязалась непринужденная беседа, отпуская внутреннее напряжение. У Аслана был приятный глубокий голос, и тихий искренний смех был тоже приятен слуху. Дерек же, радуясь, что разговор ушел в сторону, теперь так же легко и непринужденно смеялся, рассказывая очередную морскую байку.

Вообще-то, моряком ему быть не понравилось. Нет, были, конечно, и шикарные дни, умопомрачительно красивые закаты и рассветы над морской гладью, до сих пор встающие перед мысленным взором, стоит лишь прикрыть глаза, но несколько отупляющих штилей и внушающих ужас и трепет перед разъяренной стихией штормов, быстренько перечеркнули всю романтику подобных приключений. Он так и не пересилил себя, не стал морским волком, не смог впитать в себя любовь к морю. Парень чувствовал себя гораздо увереннее, ощущая под ногами твердую почву, а не покачивающуюся палубу, хоть и не страдал морской болезнью. Стихии, конечно, в разыгравшуюся бурю, вызывала невольное уважение перед мощью воды и даже восхищение, когда непонятно было, где море, а где небо, и вообще ты все еще на этом свете или уже на том?

Да и несколько встреч с морскими пиратами, разбойничавшими неподалеку от одного из привычных морских путей, нападающих на одиночные суда (на караваны побаивались), тоже оставили неизгладимое впечатление. Дереку повезло - они всего один раз чуть не потонули, почти проиграв сражение, но, к счастью, подоспели еще два судна по чистой случайности проходившие мимо...

***

У костра (второй костер затушили, потому что кое-кто уже отправился спать, пропустив возвращение ошалевшего Волоша под впечатлением от увиденного) царило необычайное оживление. Даже у тех, кто уже позевывал, сон как рукой сняло, когда вокруг такие дела творятся.

Вол пошел отлить и вдруг вернулся с вытаращенными глазами и слегка ошеломленным выражением лица. Парень представить себе не мог, что угроза лишиться "девственности" оказалась для Дерека так реальна. Он был одним из тех, кто даже мысли не допускал, что лаэр все-таки возьмет раба, который по слухам и покупался специально для утех господина, но все-таки лаэр решил дать ему шанс и сейчас принимал как воина, а не как постельную игрушку.

Вот Рен - тот да, тот словно и создан для услады взора в спальных покоях. Хоть и жаль пацана, но тот и впрямь, словно девка, хорошенький на личико, и субтильное телосложение вряд ли хоть когда позволит нарастить ему гору мышц, оставаясь гибким и изящным. К тому же Рени обучен грамоте, умеет красиво и правильно излагать мысли, умнО рассуждает - это большая редкость. Аслан правильно сделал, что приказал ему заниматься, а то уж больно на оранжерейный цветочек похож был. А так хороший пацанчик, правильный...

В первую ночь, когда Ренальд только появился в Замке, Волош как раз стоял в карауле неподалеку от спальни, и слышал, как тот заходился в крике - аж сердце кровью обливалось, ведь явно не от удовольствия орал.

Волош и представить себе не мог, что мужская любовь настолько болезненна - вот уж правда - по-варварски... Это уже потом ребята ему объяснили, что мальчишка, скорее всего "девственником" был, а не специально подготовленным перед продажей для таких забав, потому так и орал дурниной, а говорят, что и они могут испытывать удовольствие. Правда, никто сам не сталкивался, поэтому обсуждали лишь где-то услышанное - неизвестно - верить или нет. Но Волош тогда почти неделю ходил под впечатлением, жалея пацана, несмотря на то, что считал себя "толстокожим". В ту ночь он впервые заколебался в своем отношении к лаэру, который вдруг в одночасье показался садистом, а как же еще назвать ту пытку, которой он подверг несчастного мальчишку? Аслан и над врагами-то никогда не измывался и другим глумиться не позволял. Вол мог бы поклясться - от удовольствия так страшно и безнадежно не кричат, то срываясь на скулеж, то чуть не воя на одной ноте... правда все последующие дни, лаэр, словно заглаживая свою вину (хотя перед рабом-то мог этого и не делать), таскался со своим пацаном, как с писаной торбой - одно то, что тот чуть Тессу не утопил, свалившись по-глупому в воду, а Аслан мало того, что не четвертовал собственноручно, так еще и удерживал, давая возможность прийти в себя. Правда и госпожа Тесса вроде не обиделась - как только отдышалась, бросилась к мальчишке, а тот, словно обезумев, все рвался к ней, пока не увидел живой, и чуть еще раз не придушил от радости - еле растащили. Вот и пойди, пойми их. Вроде бы и не должно быть привязанности у рабов к хозяевам, а мальчишка-то, похоже, всерьез привязался. Да и неудивительно - госпожа Тесса с ним намаялась, потакая своему мужу, возилась с Рени сколько... Другая бы скандал учинила, что благоверный позорник завел себе мальчика для утех плоти. Да ладно бы еще наложницу, а то ведь парня, и не скрывает от жены ничего.

Да и Дерек, бедняга в зоне интереса лаэра. Правда, на неискушенный взгляд Волоша - Дерек-то Аслана по-настоящему интересует, в то время, как Рени он больше опекает... А там, кто их разберет, этих господ. Не его ума дело...

Орис вот ему сейчас не поверил, велел заткнуться и не распускать сплетни. Ну а как не верить, если он собственными глазами видел! Может, и впрямь следовало бы промолчать? Ребята вон тоже сначала в ступор впали, а потом на смех подняли, решив, что грибами траванулся, раз так глючит. Аслан, говорят, просто развлекался - он же не совсем сумасшедший, чтобы в дороге всерьез конфликт устроить. Дерек слишком ценен, как боец, чтобы ломать его, по крайней мере, сейчас, в таких обстоятельствах.

Но повод для шуток оказался знатный - Аслана с Дереком все еще не было, поэтому шуточки были довольно откровенны.

Кто-то предложил пойти своими глазами убедиться, на что Орис высказался настолько витиевато, но доходчиво, что народ отказался от столь заманчивой идеи удовлетворить свое разыгравшееся любопытство - "да" или "нет".

И Волош всерьез задумался, неужели Орис вслух говорит одно, а мысленно все же допускает такую возможность?

Почему же он сам не заметил ничего, ведь в их палатке было только четверо. Что он мог упустить из вида, какую мелочь? - ведь для него ясно было, что Дерек категорически не согласен, а Аслан - не насильник, несмотря на случай с Реном.

Волош даже расстроился. Силушки бойцу было не занимать - в самом деле, как у вола - не зря кликуха приросла, а вот сложить два и два не получилось...

Он даже на время забыл, зачем от костра-то отходил. Пожалуй, все же надо - организм не обманешь...

Парень опасливо покосился на кусты, за которыми остались Аслан и Дерек, и решительно направился в противоположную сторону...

***

Прошло, наверное, не меньше часа с тех пор, как Волош поделился распиравшей его новостью с товарищами. Орис не знал, что и подумать. Прикрикнув на здорового бугая, чтобы тот не чесал понапрасну языком, он все-таки не мог отделаться от мысли, что Волош мог оказаться прав. Верить в это не хотелось. Дерек Ориса чаще раздражал и возмущал, но все же Меченый Орису нравился - настоящий профессионал. К тому же хорошо держался парень, оказавшись на тонком лезвии - не позавидуешь тому, что он попал в зону специфического интереса господина, но, тем не менее, парень не унывал и уже два раза получал "отсрочку", дающую ему возможность дышать спокойно. Но срок истек...

Почему бы Аслану не успокоиться одним Ренальдом? А тот мальчишку словно и не замечал в таком плане. Возился, опекал, обучал разным воинским премудростям, но, похоже, не трогал с той самой первой ночи. Чем ему не понравился пацанчик, ведь именно таких содержат в гаремах?

Орису было жаль Рени, он к нему искренне привязался, а ведь поначалу думал, что как только слетит с хозяйки блажь занять чем-нибудь новенького раба, чтобы не было для него таким постылым одиночество на новом месте, про него и не вспомнит. Но и сам не заметил, как прикипела душа, словно к младшему братишке. Никого из родных не осталось, гарнизон в Замке - вот его семья уже не первый год, а тут ну надо же... И Орис невольно начал чувствовать ответственность за Рена не только во время занятий, но и вообще. Смышлены, ловкий, и поговорить интересно с мальчишкой, и порадоваться, что тот схватывает все на лету. Только больно много с ним разных курьезов приключается. Не совсем впрок пошла его предыдущая жизнь, о которой он как-то рассказал Орису.

Славная кровь текла в жилах Рена, да только видно где-то с гнильцой попалась, где же это видано, чтобы благородные господа своих кровных родственников в рабство продавали? Бедная мать Рена - и сына не спасла, и сама теперь с монстром мается. Правда, Рен утверждал, что дядя его по отцовской линии на матери-то его от любви помешался, но разве же это любовь, когда любимому человеку такое горе несут, отобрав единственного ребенка? Тварь эту, дядю Рена, хотелось придушить руками, не пачкая о него благородный металл клинка, защищающий честь, достоинство и саму жизнь.

Много раз Орис думал, жалея Мелкого (как его называет Дерек), что несправедливо с ним судьба обошлась, а как увидел, что Тесса-то нос не воротит и за пацанчика искренне печется, хоть и в угоду мужу, но и сама не брезгует им, не воспринимает, как соперника, с которым вынуждена делить мужнино внимание, так и отлегло. Тесса всегда была справедлива и добра. Раз уж Рени сумел расположить и ее, значит, все у мальчишки будет хорошо.

Может, оно и к лучшему, что так к нему судьба повернулась. Что, если бы их с матерью, этот ублюдок, дядя, не нашел - ведь так и жили бы они в глуши общины-обители, белого света, да людей не видя, заняты натуральным хозяйством да переписью старинных книг... Зачах бы совсем, да со временем сгорбился и зрение потерял, а так на Рена теперь уже было любо-дорого посмотреть, распрямился, да вытянулся буквально за три месяца на хорошей сытной пище, да занятиях на свежем воздухе. Книжки-то он, правда, свои не бросил, так не просто переписывает теперь тяжелые тома, а учится, знания копит. Это ж сколько дорого обучение стоит, а Аслан отправил его и учиться, значит, все-таки имеет на него какие то виды...

***

Дерек вышел на поляну, где расположился лагерь, первым. При его появлении, те, кто еще не спал, почему-то смущенно заткнулись, стараясь не встречаться взглядами с рабом-воином, вместо того, чтобы, как обычно спошлить что-нибудь, подобающее случаю...

Орис только открыл было рот, как увидел, что Дерек, моментально оценив обстановку, побледнел, губы парня сложились в тонкую нить, на скулах желваки заиграли, но лишь болезненно дернулся уголок рта, и Меченый молча подошел к их палатке и юркнул внутрь.

Бойцы вдруг засуетились, спешно расходясь по своим палаткам. Даже если и хотелось перетереть косточки, то не решились - ведь, раз Дерек освободился, то и лаэр Аслан недолго задержится... Почему-то никому не хотелось встречаться с ним сейчас.

На поляне остался лишь караульный и Волош у костра, и Орис, чуть поодаль. Еще двое караульных были на небольшом расстоянии от лагеря. Это привычка, хоть местные земли и не сулили опасности - лагерь лаэра всегда охранялся на стоянках, лишь количество караульных менялось в зависимости от ситуации.

Орис, играющий ножом, со злостью всадил его в землю по самую рукоять. А тут и Аслан вышел, чем-то очень довольный. Причем он вышел так стремительно, немного в стороне от того места, где прошел Дерек, и оказался как раз напротив Ориса.

Орис не успел спрятать неприязненное выражение к этой ситуации из глаз, и Аслан, наткнувшись, моментально среагировал. Загадочная улыбка сползла с губ лаэра и черты лица утратили свою мягкость, став более резкими. Он словно споткнулся, взглянув на преданного воина:

- Что?! Я не обязан перед тобой отчитываться! - резко произнес он.

- Даже в мыслях не было дождаться такой сомнительной чести, - желчно парировал Орис, выдергивая нож из почвы и поднимаясь.

- Ты куда? - Аслан заступил путь Ориса в палатку.

- Спать!

- Ты меня осуждаешь? - прищурился варвар.

- Могу поаплодировать и искренне порадоваться за Вас, мой господин, - холодно отчеканил Орис, не опуская взгляда.

У Аслана дернулась щека. Обычно, если того не требовали обстоятельства, бойцы обходились на "ты" со своим лаэром. Он поддерживал это "панибратство", уместное в походах на привалах, в расслабленной обстановке. И это намеренное проведение границы, причем со стороны Ориса, одного из самых преданных, проверенных временем и боевыми операциями людей, Аслана словно отрезвило. Хамить почему-то резко расхотелось, но и оставить так он не мог.

- Тебе даже в голову не пришло, что я не стал бы делать этого на глазах... на слуху у всех? - тихо спросил он, потому что, если Орис ответит - "да", то остальные тем более придерживаются того же мнения.

- Это не мое дело, - Орис опустил глаза на уровень груди собеседника.

- Это ты верно заметил, - криво усмехнулся Аслан, - но ты не ответил на мой вопрос.

Орис молчал, стиснув зубы, и варвар не выдержал:

- Мы о звездах говорили, ясно?! О море, обо всем... - уже тише добавил он, видимо только сейчас осознав, как нелепо это прозвучало.

- Крикните погромче, чтобы каждый услышал, - небрежно кивнул Орис, сделав широкий жест рукой, описывающей дугу по поляне, где стояли пять палаток. - Если бы Вы, мой господин, видели лицо Меченого на реакцию ребят... Аа... - обреченно махнул Орис рукой. - Я могу быть свободен?

- Иди... - кивнул Аслан. - И прекращай вести себя, как скотина. Я - твой лаэр... - как-то неубедительно произнес хозяин Замка-крепости, отступая в сторону.

- Я в этом ни минуты не сомневался.

Аслан хмуро посмотрел в спину Орису и тоже направился в палатку. Отличное настроение, как рукой сняло. Орис прошел мимо палатки и скрылся в кустах. А Аслан забрался внутрь и лег у противоположной стены, подальше от Дерека. Тот наверняка не успел заснуть, но лежал тихо, как мышь, закутавшись с головой в одеяло.

Аслан развернул свое одеяло, еще раз взглянул почти в кромешной тьме на кокон, в который превратился Меченый и, вздохнув (кому приятно признаваться, что был неправ?), выдавил:

- Извини, я тебя подставил...

- Без разницы, - через минуту отозвался Дерек.

Его голос прозвучал глухо, то ли из-за того, что тот был под одеялом с головой, то ли от еле сдерживаемых эмоций.

Аслан в самом деле чувствовал себя неловко. Они так хорошо общались... за этот несчастный час, он, кажется, сумел расположить парня к себе, и тот чуть-чуть приоткрыл створки своей раковины, в которой прятал свое настоящее "я". Практически никто из ребят не знал, откуда Меченый родом, где он был, чем занимался до того, как попал на аукцион рабов... Дерек никогда не был молчуном, умел поддержать беседу, с удовольствием рассказывал забавные и страшные истории, но всегда очень ловко избегал темы о собственном прошлом... Аслану приятно было говорить с ним, Дерек ловко оперировал умными фразами, сдабривая их собственными циничными замечаниями, и его совершенно не косноязычная речь, которая все же преобладала у большинства ребят (особенно у тех, кто плохо знал грамоту) с легким, почти незаметным акцентом, заставляла ловить каждое слово... А, может, Аслану просто нравилось в этом сильном духом парне все, включая тембр голоса, хотя раньше он на такие мелочи при определении возможного партнера не обращал внимания...

Вот только Дерек не собирался продолжать разговор и Аслан так же, закутавшись с головой в одеяло, улегся и замер. В голове было тесно от разных мыслей - приятных и огорчающих, и Аслан постарался отрешиться от них, следуя методике, полученной им у варваров - когда на отдых всего несколько часов, мозг должен уметь отключаться. Вскоре в голове образовалась приятная пустота - все как-то померкло, темные и светлые краски перемешались, оставив серый фон, и Аслан погрузил свое сознание в эту серую вязкую массу, как в туман... Спать... надо спать... Он очень жалел что не может сейчас обнять Тессу... и Рени... чтобы почувствовать уверенность, что она... они рядом - и, значит, все хорошо...

Оба объекта повышенного интереса бойцов лежали, уткнувшись носом в матерчатые стены, спинами друг к другу. Так их и застал пришедший через некоторое время Орис, демонстративно улегшийся рядом с Дереком. Тронул его за плечо, почувствовав, как Меченый словно закаменел на мгновение, видимо совершенно не рассчитывая на участие своего вечного оппонента по методике воспитания Ренальда, но раб-воин все же высвободил руку и, крепко сжав ладонь Ориса, снова закутался.

Орис откинулся на спину, тяжело вздохнул и прикрыл глаза - немного отпустило. Дерек в порядке... ну или почти в порядке.

А еще через полчаса ввалился замерзший, отчаянно зевающий Волош, и с удивительной для его мощного телосложения изящностью, пристроился между Асланом и Орисом, смутно ощущая себя предателем, и был бы не против, если бы его пнули с обеих сторон для профилактики, но только не молчали. Аслан, правда, уже спал, а вот Орис, точно - нет. Но друг проигнорировал невольного трепача, и Волош почти до утра маялся, терзаемый угрызениями совести, смутно представляя, как он будет смотреть в глаза Меченого и своего лаэра при свете завтрашнего дня. Что стоило придержать язык за зубами? Весело-то было всего несколько минут... Вот незадача...

Продолжение следует...

____________________________________________________________

© Рокова Яна. Четыре грани

Origin: http://samlib.ru/j/jana_r/jjana_r-126.shtml

Создан: 13/04/2011, изменен: 27/07/2011, 36k

Глава: Эротика

Series: @ Архив (мусор)