# Четыре грани 2.3

Яна Рокова

12.05.2012 ЧАСТЬ ВТОРАЯ. (ЧЕРНОВИК) <dd> Читайте, пожалуйста, аннотацию в тексте. Настойчивая просьба - всех, кого не устраивает или раздражает данная тема, идите... мимо, не беспокойте автора и не беспокойтесь сами. <dd> Как обычно - чем больше коммов, тем больше вдохновения;-) <dd> Извините, без вычитки, за указание на "очепятки" буду очень признательна :-)) <dd>Спасибо, мой лю ЗКП, laki <dd> Аффтор ждет ваших комментариев:-)))<dd> КОММЕНТАРИИ ПРИВЕТСТВУЮТСЯ <a href="/comment/j/jana_r/jjana_r-167"; target="_blank" title="Четыре грани 2.1"> ЗДЕСЬ :-)

Рокова Яна

Четыре грани 2.3

Origin: http://samlib.ru/j/jana_r/jjana_r-224.shtml

Создан: 12/05/2012, изменен: 12/05/2012, 35k

Глава: Эротика

Series: @ Архив (мусор)

12.05.2012 ЧАСТЬ ВТОРАЯ. (ЧЕРНОВИК)

Читайте, пожалуйста, аннотацию в тексте. Настойчивая просьба - всех, кого не устраивает или раздражает данная тема, идите... мимо, не беспокойте автора и не беспокойтесь сами.

Как обычно - чем больше коммов, тем больше вдохновения;-)

Извините, без вычитки, за указание на "очепятки" буду очень признательна :-))

Спасибо, мой лю ЗКП, laki

Аффтор ждет ваших комментариев:-)))

КОММЕНТАРИИ ПРИВЕТСТВУЮТСЯ ЗДЕСЬ :-)

____________________________________________________________

УВАЖАЕМЫЕ ЧИТАТЕЛИ, ПРОТИВНИКИ ОТНОШЕНИЙ М+М, а так же М+Ж+М, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ЧИТАЙТЕ ДАННУЮ СТРАНИЦУ - НЕ РАССТРАИВАЙТЕСЬ САМИ И, ПО ВОЗМОЖНОСТИ, НЕ РАССТРАИВАЙТЕ АФФТОРА.

УВЕРЕНА, ЧТО НА СИ МНОЖЕСТВО ПРОИЗВЕДЕНИЙ, СПОСОБНЫХ ДОСТАВИТЬ ВАМ РАДОСТЬ И УДОВОЛЬСТВИЕ, А НЕ ГАДЛИВОЕ ПОСЛЕВКУСИЕ ОТ ПРОЧИТАННОГО.

ЛИЦАМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ, НЕОБХОДИМО НАЖАТЬ КРЕСТИК В ПРАВОМ ВЕРХНЕМ УГЛУ МОНИТОРА

СПАСИБО ЗА ПОНИМАНИЕ,

ВАШ АФФТАР :-))

ЧЕТЫРЕ ГРАНИ

ЧАСТЬ 2.3

38.

Уже буквально через несколько минут поисков Тесса начала паниковать - ни в спальне, ни в общей комнате отдыха, ни в гостиной, где то ли Рута развлекала ребят, то ли Сауш развлекал служанку, Ренальда не оказалось.

Бойцы поспешно вскочили, приветствуя госпожу, но она только досадливо покачала головой:

- Сидите!

- А что, уже закончилось? - загорелся любопытством Сауш. - И что решили?

- Да, практически разобрались. Там еще формальности остались. Пусть Мартин вам сам расскажет, - отмахнулась Тесса. - Рута, ты Ренальда не видела?

- Не видела, госпожа Тесса, - покачала головой служанка. - Поискать?

- Нет, благодарю, не надо, - спохватилась хозяйка, выходя из гостиной.

'Ну, где же он?! - остановилась она в раздумье. - Пошел бродить по улице? На крепостную стену? Или?'

Представить, куда могло подеваться ее Солнышко в настолько расстроенных чувствах, было сложно... И уж тем более это было затруднительно, потому что охваченная лихорадочной тревогой за Ренальда она совсем позабыла, что в доме есть еще одно место, куда парень мог бы отправиться в подобном состоянии.

Проклиная себя за то, что сразу не ушла вслед за ним, все больше нервничая, Тесса выскочила в одной легкой шали, поспешно накинутой на плечи, но сейчас даже не чувствовала усилившегося к ночи мороза. Она метнулась к крепостной стене и окликнула часовых. Но бойцы доложили, что Рен не появлялся ни на плацу, ни на улице - пространство хорошо просматривались с постов на стене, и на саму стену наложник Аслана тоже не поднимался.

Единственный вариант - это сад на другой стороне дома. За пределы Замка-крепости Рени вряд ли пойдет, но просто ожидать возвращения парня, у которого неизвестно что сейчас творится на душе, оказалось невыносимо.

Тесса вспомнила о Диком, но как назло, и пес, который учуял бы хозяйского мальчика в пять минут, куда-то запропал. Не в силах успокоится, девушка решила все-таки самостоятельно поискать Рени в саду.

К сожалению, там его тоже не оказалось. Но не сойти с ума от беспокойства помогла случайность.

Четыре неяркие полоски цветных бликов, перечеркивающие тропинку около стены дома на снегу, о которые Тесса словно споткнулась, очнувшись, оказались слабым отсветом, проникающим сквозь витражные окошки-бойницы как раз там, где внутри дома располагалась замковая часовня.

Аслан туда практически не заходил, предпочитая просить удачи и благодарить за ниспосланные блага не Всевидящих, а своих Великих Духов Степи. Слуги пользовались той часовней, что была на территории крепости рядом с захоронениями погибших бойцов, согласно местным обычаям. Неподалеку находилась и мемориальная стена с табличками всех, кто когда-либо служил Аслану и погиб в бою или скончался после из-за ранений, у которых не было родни и некому было отдавать их останки.

Кроме Ренальда в этот час в домашней молельне вряд ли еще кто-нибудь мог находиться. С замиранием сердца Тесса отправилась проверять подтверждение своей догадки.

***

Из-за приоткрытой двери замковой часовни струился слабый свет зажженных светильников и еле слышный терпкий аромат благовоний.

Сердце девушки буквально рвалось на части. Слишком сильно Тесса переживала за Рени, заранее опасаясь того, что ей предстояло увидеть...

Предчувствуя, насколько в угнетенном состоянии будет сейчас их с мужем Котенок, она мысленно уже подбирала слова утешения. Главное найти те самые убедительные доводы, которые позволят уговорить его не принимать все случившееся близко к сердцу, суметь пробить брешь в стене отчуждения, скорее всего уже выстроенной рабом-наложником наедине со своими невеселыми мыслями. Даже если эта история с Улитой и напомнила ему свои собственные злоключения, сейчас-то уже все позади! Тем более что Тесса не собиралась ни в чем лгать любимому мальчишке. Ренальд наверняка и так чувствует любовь и заботу, просто не хотелось, чтобы он загонял себя понапрасну надолго в эту депрессию.

Зачем? Когда можно быстро пресечь и не допустить.

К тому же, если не помогут просто слова, у девушки оставался последний железный аргумент заставить его забыть хотя бы на ночь о своих проблемах.

Она бы предпочла начать именно с этого, но боялась, что Ренальд не в том настроении, чтобы ответить на ее ласки, по которым она успела безумно соскучиться за неделю, пока он приходил в себя после жестокой экзекуции.

Сейчас главное, просто понять, как далеко парень забрел в дебри своих переживаний. И наплевать, придется ли делать вид, что не замечаешь его слез, целуя слипшиеся стрелочками длинные ресницы или утешающее гладить по макушке, чувствуя у своей шеи теплое дыхание Солнышка, прижавшегося лбом к ее плечу, захлебываясь от щемящей нежности и желания немедленно все исправить, собственноручно отведя любую беду от любимого родного человечка...

То, как Ренальд воспринял Улиткину историю, было слишком наглядно - нездоровая бледность наложника пугала.

Рени действительно оказался в часовне.

Тесса остановилась, так и не перешагнув порог. Она не стала окликать не услышавшего ее прихода юношу.

К огромному облегчению девушки, замершей у приоткрытой двери, на все таком же бледном лице Ренальда с широко открытыми, потемневшими от переживаний глазами, читалось выражение холодной, даже ледяной отрешенности от всего мир. Отрешенности не пассивной, смиренной и смирившейся с ударами судьбы.

Нет! Он весь сейчас был подобен воину перед своей главной битвой, исполненный решимости драться до конца.

Хозяйка Замка невольно залюбовалась преобразившимся парнем - твердо сжатые губы, алым пятном выделяющиеся на безупречном сосредоточенном лице, направленный 'внутрь' себя взгляд, блеск сухих потемневших синих глаз, тонко трепещущие крылья прямого носа, упрямо выпяченный вперед подбородок, точеные скулы, свободная раскрепощенность в казалось бы смиренной позе перед возвышающимися над алтарем золочеными фигурками Всевидящих, глубокое ровное дыхание...

Солнышко...

Уже не мальчишка...

Но по-прежнему бесконечно любимый...

Ее мужчина...

Вот только она явно в данный момент здесь лишняя.

Это только его битва. Ренальд должен сам научиться справляться со своими внутренними противоречиями. И кажется, он на верном пути.

Все, что ему еще потребуется для осознания собственной самодостаточности и самооценки, она сможет дать и позже.

Девушка неслышно вышла, подавив в себе желание подойти и опуститься рядом с ним на колени. Иногда человеку необходимо побыть в одиночестве, чтобы принять какое-то важное решение.

Пускай...

Разве не этого они с Асланом хотели?

Так что свое 'хочу' и 'могу' придется попридержать.

Трудно, но ничего не поделаешь - у каждого свой путь и своя ноша.

Она ведь готова нести свою?

Готова.

Вот и Рени должен выбирать сам то, что ему по силам. Как бы не хотелось подтолкнуть, направить, надо терпеливо ждать.

В таком вопросе нельзя принимать решения за другого. Чужая помощь может лишь помешать, а то и вовсе навредить.

Для их совместного будущего следует развернуться, уйти, ждать и надеяться на лучшее.

Тесса только очень сильно хотела, чтобы в этом будущем оба бесконечно дорогих сердцу мужчины присутствовали в ее жизни.

Пусть так и случится...

***

Выскочив из кабинета Аслана, юноша размашисто прошагал по коридору, стремясь вырваться на волю из удушающей атмосферы комнаты, в которой происходило дознание, убежать от воспоминаний, всколыхнувшихся вместе с докладом Дерека и невеселой исповедью Мартиновой жены. Хотелось как можно скорее выйти на улицу и вдохнуть полной грудью свежего воздуха.

Казалось, что каменные стены крепости давят на него, заставляя чувствовать свою ничтожность и никчемность...

А в горле по-прежнему стоял появившийся во время откровений Улиты, свернувшийся в комок, так и не прозвучавший вопрос: 'За что?'

И на языке ощущался мерзкий, кислый вкус кожаного кляпа, который использовали работорговцы...

Проходя мимо двери, ведущей наверх смотровой башни, где у лаэра стоял телескоп, Ренальд сначала решил было, что это лучшее место - вряд ли его будут искать там... и так необходимого свежего воздуха в достатке, и прекрасный вид, окружающий Замок-крепость... Хотя уже опустились сумерки, но недавно легший на землю снежный покров делал поздний вечер светлым...

А сейчас хотелось много-много теплого света, чтобы разогнать этот вязкий тошнотворный сумрак, сгустившийся вокруг, подступивший вплотную, в котором Рени буквально задыхался, ощущая, как его начинает колотить нервная дрожь возмущения, недовольства и полного бессилия что-либо изменить.

Однако, уже сделав несколько шагов вверх и прикинув расстояние, которое ему пришлось бы еще преодолеть, поднимаясь по крутым ступеням, Ренальд резко передумал. Мышцы ног все еще противно ныли, восстанавливаясь после утренней тренировки с Вереном и конной прогулки со степняками.

Прислонившись лбом к холодному камню, парень тихо застонал...

Голова буквально шла кругом от множества вопросов, заполошной стаей птиц бившихся в ней.

Вот только готовых ответов на них не было... Да и кто бы сумел ответить ему на подобные претензии?

Пожалуй, только Всевидящие...

Рени неподвижно замер, пораженный тем, как такая простая мысль не посетила его раньше.

Резко развернувшись, юноша направился в замковую часовню.

Привычный с детства неяркий огонь светильников и аромат благовоний всегда благотворно влияли на юношу. Даже сегодня они напомнили ему о том, благостном состоянии, которое охватывало его душу во время вознесения молитв. В детстве, казавшемся сейчас таким далеким, он специально стремился достичь его. Максимально сконцентрировавшись, впадая в состояние близкое к полутрансу, Рени мог провести у алтарей целый день, считая именно это своим предназначением.

Только сейчас ему было не до медитативного безмолвного общения с богами.

Впервые в жизни ему не хотелось просить о чем-то или благодарить Всевидящих за ниспосланные милости.

Он хотел ответов. И очень хотелось получить их с тех, кто вершит судьбы и господ, и рабов... Кто стоит выше над наделенными фактической или юридической властью, и теми, кто ничего не имеет, кроме собственной души...

Ощущение вселенской несправедливости не отпускало.

Где-то внутри себя, Ренальд понимал насколько глупо надеяться на ниспосланный свыше ответ, но остановиться уже не мог.

Впитанные, буквально с молоком матери, вошедшие не то что в привычку, а в плоть и кровь ритуалы, Рени исполнил автоматически, не задумываясь.

Глядя, как разгорается, жадно облизав внутренние стенки ритуальной чаши для возжигания благовонного масла, скудный язычок пламени, юноша преклонил колени.

Все было как всегда... Даже лежавшие неподалеку специальные коврики для молений он, как обычно проигнорировал...

Все... Кроме него самого.

Глубоко вздохнув и, глядя невидящими глазами поверх огня, Рени задал первый из мучавших его вопросов:

- За что?!!

Юноша истово прислушивался к тишине, не нарушаемой даже тихим шипением колеблющегося огонька, но статуи богов не спешили делиться с ним своей мнением, и не снисходили до ответов, видимо надеясь, что он все поймет сам... А их лики, как всегда, оставались исполнены безмятежности...

В Священных книгах было много мудрых притч и разъяснений. Ренальд помнил эти тексты наизусть...Сложно забыть прочитанное и повторенное тысячи раз...

Вот только, там-то все объяснено хорошо, правильно, красиво... Настолько, что, читая Священные тексты, невозможно представить человека, добровольно преступающего их!

Но почему же в настоящей повседневной жизни все не так!?

И как посмели люди настолько извратить волю богов, не страшась грозящей им божественной кары?

Ведь Заветы-то, все семь, просты для понимания даже совершенно безграмотным. Значит, умеющие читать, тем более их понимают! А ведь те, кто добился власти, далеко не глупы и умеют читать даже между строк, и, получается, нарушают их намерено?...

И почему уже не верится в ниспосланные свыше испытания его веры?

Легко поверить в свою избранность, будучи исключением из всех правил...

Еще бы!

Брат отца, дядя, который должен был заботиться, беречь и растить, как родного сына - продал, словно ненужную в хозяйстве вещь...

Вот только отец Улиты, так же спокойно обменял родную дочь кровь от крови, плоть от плоти, на собственное спокойствие и благополучие...

Выходит он, всего-навсего один из бесчисленного числа таких же, преданных самыми близкими и родными.. Что же получается, Священные книги врут? И люди не боятся возмездия за свои злодеяния?!!

А живет ли хоть кто-нибудь так, чтобы про него можно было сказать - да, он верен ВСЕМ божественным заповедям?

И из-за чего, вот конкретно в его жизни, все настолько запуталось?

И только ли его дядя, из-за своей нездоровой любви к вдове своего брата пошедший на преступления, виноват в этом?

А почему тогда его мать из-за своей любви к погибшему мужу, забыла о нем? Обошлась с ним как с бессловесной вещью, своей волей решив и его судьбу? Ведь он же сын любимого ею человека?!

Разве это не грех?

Она тоже, получается, заботилась только о себе и своей выгоде?

Отец Улиты продал дочь... однако ведь даже он до этого преступления искренне заботился о ней!

Ренальд искренне недоумевал, как же так?!

Оставшись вдвоем с матерью, они должны были стать друг другу ближе, он-то был совсем несмышленым ребенком и очень нуждался в заботе, ласке и участии. Но она, наоборот, словно вычеркнула его из своей жизни, оставив радость общения там, за незримой чертой. Оплакивая мужа, отгородилась от сына, заботясь только о его физической безопасности, и совсем ничего не сделала для того, чтобы у него могло быть пусть бедное, но достойное будущее.

Зачем нужна была ее бесполезная жертва, если он оказался в рабстве? Неужели дядя испугался мести подросшего племянника? И почему тогда просто не убил?

Почему не мать, а его хозяин восполняет этот пробел в становлении его личности, как мужчины? Неужели, она забыла, что он потомок рыцарей и воинов, а не какой-то там переписчик Священных Писаний? Может быть, она надеялась, что вдвоем будет удобнее молиться богам о его отце?

Ренальд поморщился от кощунственной мысли, что ему это озарение пришлось не по вкусу. Отца своего он почти не помнил, но уважал его память. А вот становиться таким же, как мать, одержимым фанатичной идеей вернуть погибшего из небытия, не хотел.

Или ей так было проще жить?

А дядя? Для чего он нуждался в изощренном уничтожении плода любви своего брата-соперника с любимой женщиной не только физически, но и морально?

Что ж... ему чуть было не удался чудовищный по своей гнусности замысел...

Или все-таки не стал нарушать слово, данное матери, что оставит 'щенку' жизнь... Надеялся, что существование в рабском ошейнике покажется племяннику преисподней?

Побоялся мести богов? Или же не захотел пачкать руки?

Вот только ответов на эти вопросы у Ренальда по-прежнему не было...

И вся его вера не могла помочь их найти...

Рени сам понимал, что находится близко к той грани, переступив которую остается только отречься от безучастных богов, слишком уж высоко находящихся над мирской суетой, не желая вмешиваться и вершить высшее правосудие, когда единственная спасительная мысль мелькнула в разгоряченной голове юноши:

'А ведь Всевидящие все-таки вняли тогда напуганному до полусмерти мальчишке, внезапно оказавшемуся на рабском аукционе, его отчаянным мольбам о помощи, послав на выручку Тессу...

Его личную богиню...'

Пожалуй, только попав сюда, он почувствовал себя кому-то действительно нужным, понял, что такое тепло домашнего уюта, что значит быть членом семьи... Ведь даже получая очередной выговор за какую-нибудь оплошность или собственную глупость, все равно это не холодное пренебрежение раздраженных тем, что он болтается под ногами, людей, погруженных в свои проблемы. Здесь если и ругают - то за дело. Не для того, чтобы он почувствовал свою унизительную ничтожность, а чтобы в следующий раз постарался не ошибаться, подставляя самого себя или близких.

Ренальд только недавно осознал, что бывает различный страх, и для нормальных людей, страх потерять самых дорогих, гораздо ужаснее опасений за собственную шкуру, несмотря на свойственные всем живым инстинкты самосохранения...

Неужели чужие люди за такой непродолжительный срок могли стать родными, а те, кто был родным за семнадцать... ну пусть за двенадцать лет (первые пять, пока был жив отец, его, наверное, все же любили) не смогли стать теми, кого невозможно было забыть, и пришлось просто простить, чтобы понапрасну не бередить душу...

Значит все-таки именно тут его дом. И его место рядом с Асланом и Тессой...

Пусть пока и в качестве раба-наложника.

Может быть, когда-нибудь его статус все же изменится?

Любовь порой творит чудеса...

И ведь Тесса права - не сказано о том, кого любить, как и о том, что плотская близость - великий грех... Нет этого в Заветах...

И в том, что при почти болезненной зависимости от Тессы, его влечет и к Аслану, скорее всего, нет ничего богопротивного...

По каким-то косвенным признакам, почти интуитивно, Ренальд чувствовал, что это у них взаимно.

Наверное, действительно он должен все решать для себя сам, как ему быть дальше.

Хозяин, этот непостижимый варвар, и так слишком лоялен и терпелив...

И мысли о близости с мужчиной уже не казались наложнику такими удручающими и постыдными. Ведь это теперь будет не из страха оказаться неугодным и не из благодарности за полученные блага, вовсе нет!

Ну, может быть, совсем чуточку именно из-за этого.

Но должно случиться не просто для удовлетворения специфических интересов хозяина, а станет своеобразным признанием его прав на искреннюю привязанность раба, возможно, даже на любовь. Хотя любовь к Аслану, наверное, никогда не сравнится с тем ярким всепоглощающим чистым чувством, которое Ренальд испытывает к Тессе...

Юноша так и не получил ответов на те вопросы, которые он задавал вслух, зато пришло понимание о сокровенном.

Такое вот неожиданное взросление и переосмысление ценностей... Хотя вряд ли его можно назвать неожиданным - за прошедшие полгода слишком много всего поменялось в окружении и его внутреннем мире.

Пора уже научиться жить в ладу с самим собой.

По крайней мере, можно попытаться, постепенно приняв все, как есть...

Кто он такой, чтобы требовать отчета у Всевидящих?

Не стоит гневить богов понапрасну. Сейчас у него есть почти все, чтобы быть счастливым...

И на ближайшее время статус раба скорее защищает от проблем, с которыми парень его возраста мог бы столкнуться, окажись один на один с суровой прозой взрослой жизни без поддержки родни и добрых знакомых. Можно считать, что такое положение не помешает наслаждаться этим счастьем - жить в окружении любящих людей, если не придавать подобному факту, что он наложник, неуместного в его ситуации трагизма...

Так что не стоит роптать на судьбу.

Она много чего отняла, но зато подарила взамен Тессу и Аслана...

А еще Ориса, язву-Дерека, Верена, Руслана и даже целый Клан родичей-степняков...

- Благодарю, - вспугнув тишину, искренне произнес Ренальд вслух, поднимаясь с колен.

Уверенно загасив огонь, юноша вышел и плотно прикрыл за собой дверь в часовню.

И чем дальше он уходил от места, сохранившего втайне помыслы богов, обретя душевное равновесие, тем увереннее и быстрее шагал в сторону своей спальни.

Откуда взялась убежденность, что Тесса именно там, волнуется и переживает в ожидании его возвращения, Рени не знал, но интуитивно чувствовал тревогу девушки, и огорчать свою ненаглядную лишним промедлением был не намерен...

Он не мальчишка - мужчина! Не только его право, но и святая обязанность - оберегать свою женщину от ненужных печалей и забот. Чтобы она могла быть счастлива рядом с ним, также как и с Асланом, незамутненной радостью обладания друг другом, и не взваливала бы на свои хрупкие плечики решение его проблем, которые он с пугающей регулярностью сам себе придумывает на пустом месте.

Иначе, какой же он мужчина? Так - то ли дите неразумное, то ли просто эгоист...

Нет уж!

Ренальд вовсе не хотел становиться обузой, чтобы нравиться Тессе лишь за красивые глазки... Жаль, что он не может пока служить идеалом, но ради нее... и Аслана придется постараться...

Губы юноши тронула теплая улыбка - отчего-то в душе теплилась надежда, что его хозяева все же не рассчитывают на слишком уж кардинальные изменения в кратчайшие сроки...

***

Распахнув дверь в собственную комнату, погруженную в полутьму призрачного лунного света, проникающего сквозь окно, Ренальд испытал секундное разочарование - он же так надеялся, что Тесса ждет его...

Но почти тотчас легкую обиду смыло волной ликования - любимая действительно находилась здесь. Она не зажигала лампы, и устроилась в кресле, умудрившись уместиться в нем прямо с ногами, погруженная в какие-то свои печальные мысли.

При его появлении девушка встрепенулась, быстро вскочив, легкими шагами пересекла комнату, и почему-то замерла в шаге от него, лишь несмело прикоснувшись ладонью выше его локтя:

- Рени, Солнышко... ты как, родной мой? - участливо спросила она, вызвав ответную благодарность, окутавшим Рени теплым облачком, заставив наложника глубоко вздохнуть, избавляясь от спазма в горле.

Он не ошибся в своей убежденности насчет настоящих чувств, он действительно им дорог. И пусть с Асланом все немного сложнее, но это уже неважно, главное - он дорог ей!

- Я в порядке, ангел мой, все хорошо, - улыбнулся юноша и для пущей убедительности, прошептал:

- Честное слово...

- Рени, я сожалею, что Аслан позвал тебя...

- Не стоит об этом - это мои проблемы, - спокойно ответил наложник.

- Ренальд, - немного опешила Тесса, - разве я не говорила тебе, что всегда готова помочь справиться с твоими проблемами или хотя бы выслушать их? Вместе легче найти пути решения их устранения. Что изменилось, милый? Я же вижу, что тебе сейчас тяжело. И знаю, что именно тебя больше всего не устраивает в твоем положении...

- Тесс... ох, ты не так поняла... или я, наверное, немного не так выразился. Я ничего от тебя не скрываю. Я действительно уже пришел в себя. А что касается твоих опасений - это наша с Асланом проблема. Мы ее сами решим. Да уже и не проблема, в общем-то, - твердо ответил наложник. - Я знаю, что ты обо мне беспокоишься и всегда готова поддержать, но давай закроем эту тему. Все.

- Хорошо, - напряженно отозвалась девушка, опустив руки, - давай не будем об этом...

Таким решительным своего ненаглядного мальчика она не привыкла видеть.

- Эй, золотоко мое, - спохватился Рени, - только не вздумай обижаться. Тесс, не надо драматизировать, со мной действительно все хорошо.

- Я не обижаюсь, - пожала плечами Тесса, попытавшись улыбнуться, только улыбка вышла какая-то жалкая, ненастоящая.

- Я вижу, - с горькой иронией заметил наложник.

- Я... я просто... ладно, дай мне пять минут прийти в себя, - вздохнула девушка, отворачиваясь.

- Я в твоем распоряжении до самого утра, если наш варвар не решит иначе, - мягко произнес Рени, и, не дав ей отойти, привлек в свои объятия. Наверное, впервые он ощутил себя гораздо взрослее любимой. Ее женственность, хрупкость, обманчивая беззащитность, растерянность покоряли. У него и раньше возникали такие моменты прозрения, но никогда еще он не был настолько твердо уверен в том, почему у мужчины возникает потребность защищать и оберегать свою любовь, даже когда нет никакой явной угрозы.

Тесса прислонилась лбом к его плечу, подозрительно промолчав.

- Ну что ты, Тесс? Не выдумывай ничего лишнего, - аккуратно прижался Ренальд щекой к макушке, понимая, что готов стоять так целую вечность, вдыхая аромат ее волос, ощущая грудью ее сердечко, бьющееся в унисон с его собственным, и успокаивающе прошептал:

- Не надо расстраиваться, я сам справился. Ты только не обижайся, звездочка моя, я люблю тебя больше жизни, Тесс, ты же знаешь... но пора бы мне уже позволить самому хоть такие маленькие решения принимать... - Ренальд чуть отстранился, руки юноши скользнули вверх.

- Пора... - эхом откликнулась Тесса, соглашаясь. Только при этом отчего-то снова тяжело вздохнула.

Рени разжал объятия. Нежные чувственные прикосновения его ладоней к лицу оказались очень приятными, но вот только наложник не спешил продолжать ласки, удержав, заставил посмотреть ему в глаза, ища подтверждения, что она действительно с ним согласна:

- Я тебя огорчил, да? - констатировал он, отметив тщательно подавляемое любимой смятение.

- Нет, мое сокровище, - улыбнулась Тесса, обняв его за талию, - я просто пытаюсь привыкнуть к этой мысли, что ты меняешься, - фыркнула она, подавшись вперед, чтобы опять спрятать свои эмоции, прижавшись к его груди.

- Вредная моя, - юноша опустил ее лицо и вдруг крепко стиснул в объятиях, вызвав довольный всхлип госпожи, с трудом заставив себя чуть ослабить хватку. - Прости...

Ренальд сам не мог понять, почему ему все время хотелось добавлять к разным эпитетам, которыми награждал свою ненаглядную хозяйку, глупое указательное местоимение 'моя', словно где-то в подсознании свербело, что чем чаще он будет произносить это вслух, тем тверже останется их незримая связь.

Аслан не возражал, понимающе ухмыляясь, если ему удавалось услышать из уст наложника обращение к собственной жене. А Тессе, кажется, и вовсе было приятно. По крайней мере, Рен не раз непроизвольно отмечал, как девушка становится мягче, доверчивее, нежнее...или, наоборот, шаловливее, в зависимости от ситуации.

Ну а для него самого уже просто вошло в привычку, от которой Рени совершенно не хотелось избавляться.

- Солнышко, - вкрадчиво прошептала Тесса, обретя возможность дышать, и в голосе девушки появились бархатные игривые нотки, - а как ты себя чувствуешь?

- Я же сказал, Тесс, со мной все норма... - начал Рени, но тут же спохватился, что любимая имеет в виду уже нечто другое. - Думаю, мое тело вполне готово к тому, чтобы доставить тебе удовольствие, - пообещал он. - Я так соскучился, - признался парень, смущенно улыбаясь.

- Я хотела предложить тебе обоюдное удовольствие, глупота, - хмыкнула Тесса, немедленно обозначив намерения.

Вытянув заправленную в штаны рубаху наложника наружу, девушка беспардонно задрала ее, и, прижав ладони к его обнаженной спине, довольно зажмурилась в предвкушении...

- Кто я такой, чтобы возражать моей госпоже? - подхватил Рени игривое настроение, радуясь, что Тесса переключилась со своих переживаний о нем на более интересную тему. - Я полностью в твоей власти, любимая...

- Развей же скорее мои сомнения, - озорно мурлыкнула хозяйка, потянув его в сторону кровати.

- Ты же не сомневаешься, притворщица! - возмутился Ренальд.

- Да знаю я, знаю, - сдалась Тесса. - Ну что тебе трудно подыграть, что ли? - шутливо надула она губы.

- Нет, конечно, не трудно. Наоборот звучит заманчиво, - поспешил заверить парень. - Я просто испугался, что ты и впрямь засомневалась... без недельной практики, - поддел он.

- О! Точно! Нам же придется наверстывать упущенное за целых семь дней! Держись, Рени, - многообещающе приникла Тесса к нему всем телом, заставив юношу взволнованно сглотнуть, почувствовав, как желание концентрируется во вполне конкретное подтверждение, что он готов осуществить доказательство своей преданности и покорности немедленно.

- Вот только не надо меня пугать, - прошептал он. - Я-то как раз готов, а вот ты... - поймал он губами мочку ее ушка, довольно рассмеявшись, почувствовав, что теперь и у Тессы сбилось дыхание, - ты готова?

И, не давая возможности ответить, сохраняя невозмутимость, прижался губами к чувствительному местечку на изящной шейке, вызвав у девушки ощущение ползающих вдоль позвоночника приятных мурашек.

- Рениии...ааах...

- Умм?

- Сол...нышко, подожди, - очнулась Тесса, попытавшись отстраниться и не придавать значения зарождающемуся внизу живота вожделению.

- Что, милая? - нахмурился Рени, не понимая, чем вызвано замешательство.

- Подожди. Зажги сначала светильники, пожалуйста.

- Тесс... - немного обескуражено заморгал наложник, прогнав пошлую мысль, которая могла появиться только в связи с дурным влиянием Сауша, не всегда сдерживающего свой язык при хозяйском мальчике: 'я и в темноте не промахнусь', - зачем нам сейчас светильники?

- Как это зачем? Я же тебя еще не разглядела, как следует. Все не обязательно. Зажги лишь возле кровати. Хочу получить не только тактильное, но и эстетическое наслаждение, - откровенно призналась жена Аслана, лукаво улыбаясь.

- Тесса... - удрученно простонал смутившийся парень, - ты снова смеешься надо мной?

- Вовсе нет! Ну что ты, - уверила девушка, нетерпеливо переместив шустрые пальчики на застежку его штанов. - Я уже просто извелась от нетерпения увидеть тебя полностью обнаженным, то есть преображенным, - слега стушевалась она из-за собственной оговорки. - Ах, не морочь мне голову! - рассмеялась Тесса, попытавшись оттолкнуть Рени.

Но он уже завелся, не желая выпускать ее даже на пять минут, поэтому прежде чем идти исполнять пожелания хозяйки, обхватил ладонями ее затылок, и заставил замолчать долгим чувственным поцелуем. Начавшимся нежно, почти целомудренно и закончившимся страстным яростным сражением языков, ощущая растекающийся по жилам жар, слепо шаря ладонями в ненасытном поиске оставшегося ненароком необласканным местечке на теле партнера. Цепляясь остатками рассудка за мысль о том, что это лишь прелюдия к настоящему действию...

Рени понимал, что вряд ли сегодня Тесса позволит ему вести - слишком соскучилась. Она и вообще-то делала такие 'подарки' нечасто.

Ему нравилось покоряться своей госпоже, угадывая и исполняя ее пожелания... Но изредка все-таки хотелось ощущать свое превосходство. И сегодня хотелось именно этого.

Особенное удовольствие доставляло, если удавалось чем-то удивить или смутить любимую, заставив ее раскрыться так, чтобы она казалась трогательно беззащитной, не в силах противиться захлестнувшим ее эмоциям...

Не всегда же господам 'издеваться' над ним, умиляясь его чувствительности к восприятию их ласк. Правда, при Аслане он и помыслить не мог, чтобы продемонстрировать свое желание доминировать в постели...

Но он понимал, что сейчас надо сначала уступить ей.

Только когда закончился воздух в легких, и от жадности поскорее перейти к более смелым и решительным действиям, они оба сбились с дыхания, даже не заметив, что в процессе уже наполовину избавились от лишней одежды, Аслановы Котятки сумели расцепиться. Едва удерживая трепещущие тела в вертикальном положении, каждой возбужденной нервной клеточкой ощущая необходимость снова очутиться в объятиях друг друга, и продолжить начатое, стирая грани приличия.

Оба понимали - надо остановиться и успокоиться, чтобы как следует прочувствовать всю прелесть неторопливой игры - созерцания - соблазнения - нежной ласки - удовольствия и лишь затем удовлетворения...

Юноша судорожно вздохнул и, наконец-то, отправился зажигать масляные лампы.

Тесса довольно облизнулась, провожая Рени алчущим взглядом, мысленно уговаривая себя постараться быть сдержаннее.

Но разве рядом с Солнышком можно оставаться равнодушной?...

Продолжение следует...

____________________________________________________________

© Рокова Яна. Четыре грани 2.3

Origin: http://samlib.ru/j/jana_r/jjana_r-224.shtml

Создан: 12/05/2012, изменен: 12/05/2012, 35k

Глава: Эротика

Series: @ Архив (мусор)