# Я убиваю демонов

Надя Яр

С демоном не договориться, от него не убежать. Но можно передать его дальше по цепи. (Фьюжен вселенных фильма "It Follows" и "Человека-бензопилы"; читается как самостоятельная работа.)

"У меня есть потрясающее предложение - электропила!" (с) из "Утиных историй".


Тебя предупреждали.


"Будешь заниматься сексом, забеременеешь".

"Будешь заниматься сексом, заболеешь СПИДом".

"Твой парень может оказаться психопатом и тебя убить".

"Любой секс вне брака - грех, а грешники попадают в ад".


Особенно последнее.


Тебя предупреждали насчёт секса - бабушка, родители, учителя, школьный психолог, врачи, секспросвет. Новости без конца рассказывали, как девушки связываются с парнями и их потом находят мёртвыми. Ужастики по-своему показывали то же самое. Проповедники по телевизору говорили, что блудников подстерегает сатана, утаскивает в ад - но кто им верит в двадцать первом веке? Мракобесы!


Блудников подстерегает сатана, утаскивает в ад.


На блудниц охотятся демоны.


В колледже ты знакомишься с парнем. Бен симпатичный, но внезапно исчезает, его нет на кампусе. Пару недель спустя вы встречаетесь на вечеринке. Музыка, пиво, травка, вещества потяжелее. Вы вместе в ванной, целуетесь - раз, два, три - и он прижимает тебя к стене, ласкает губами горло.


Ты садишься на крышку унитаза. Бен опускается перед тобой на колени, словно рыцарь перед дамой, смотрит, как алкаш на пиво. Это невероятно заводит. Он приподнимает на тебе платье, спускает трусики и пускает в ход пальцы. Чудесно. Потом он расстёгивает брюки.


Вы занимаетесь сексом.


Секс приятный. Не гениально, допустим, но и не хуже мороженого в жару. Ты хочешь поцеловать Бена, когда всё кончается, но он отстраняется, его губы бегут твоих. Он поднимается с колен - не без труда; ты вдруг замечаешь круги у него под глазами на посеревшем лице; он очень устал; где он был, что случилось?.. - поднимается, заправляет член в брюки, застёгивает ширинку. Вынимает что-то из кармана.


- Прочти это, - тычет в руку. Прямо сейчас. Всё здесь правда. Я над тобой не издеваюсь и я не сошёл с ума.


Не глядя тебе в глаза, Бен бежит. Оставляет тебя одну.


Ты разворачиваешь письмо, сложенный в восемь раз лист, влажноватый от пота. Грубый почерк - Бен не привык писать от руки. Но разобрать можно. Он старался.


"Прости меня, прошу. На меня охотится демон. Он на меня навёлся, когда я переспал с Юджи - той, из второго корпуса. Она его мне навесила. Теперь я передал его тебе.

Он будет охотиться за тобой. Выглядит каждый раз иначе, может носить любое лицо, знакомое, незнакомое. Позавчера он выглядел как мой папа, вчера как та бомжиха у Валмарта, что зимой замёрзла насмерть. Ты видишь демона, другие нет. Он не обращает внимания на других, а идёт к тебе и только на тебя и смотрит. Так ты его узнаешь. Не говорит, на вопросы не отвечает. Движется равномерно, шагом. От него легко уехать, но он всегда идёт следом и догонит, если ты останешься на месте.

Если он тебя догонит, то убьёт."


Строка подчёркнута, и ты почти ей веришь - но ты всё это где-то уже слышала. Или читала.


"Тебе придётся от него бежать всё время - или передать его другому. Так же, как я передал тебе. Заняться сексом. Ты красивая, для тебя это не проблема.

Но если передашь, передай то, что я написал здесь, иначе всё зря. Тот парень не будет знать, чего надо остерегаться, и демон его убьёт. Тогда он к тебе вернётся, снова пойдёт за тобой, а если убьёт и тебя, за мной.

Я больше не могу бежать. Прости."


Точно, известная городская легенда.


Так они и кочуют из уст в уста, или, в данном случае, из члена в - ...


Ты складываешь листок, суёшь в лифчик и предвкушаешь, как зачитаешь это в общежитии подругам и вы всласть поржёте.


Возвращаешься на вечеринку, танцевать.


Потом, глубокой ночью, идёшь к машине - пора в общагу - и видишь Сэм, однокурсницу Саманту, которая точно осталась на вечеринке, в доме, но одновременно идёт вдоль дороги, газонов, тёмных домов и машин. Неторопливо и без остановок приближается и не спускает с тебя глаз. Или тебе так кажется - ночь, черно, Саманту видно только в свете редких фонарей.


Садишься в машину и уезжаешь.


Общага не там, куда едешь, она в другой стороне, в той, откуда шагала Сэм. Или не Сэм. Делаешь крюк, просто на всякий случай.


Тебе даже удаётся поспать. Просыпаешься три часа спустя почти свежей - страх испарился. Ты и не осознавала, что он ночью был, плескался в животе. А утром тебя встречает внизу прадедушка Филипп. Бредёт к тебе по газону, высокий тощий старик с белым гнездом волос вокруг лысины, тонких и невесомых. Ты бы обрадовалась, хоть он и одет в пижаму - дедушка очень любит тебя - но он уже полтора года мёртв.


Он любил тебя. Любил. И ты его. В пижаме ты его видела живым в последний раз.


Так начинается бегство, и тебя засасывает страх.


Ты тонешь в нём, как в болоте, холодном и вязком. Погружаешься в чёрный торф отчания. Ты слепнешь: страх высасывает из мира краски. Убивает зелень клёнов, пестроту плакатов, неон витрин и улиц, синеву небес - гасит калейдоскоп земной жизни. Остаётся лишь сам он, страх, подлый, тусклый и жёлтый.


Оно идёт за тобой. Не хищник, нет; даже не серийный убийца. Хищник давно завалил бы другую добычу, серийник нашёл бы новую цель. Ты ведь уже довольно долго от него бежишь. Но нет, оно следует за тобой без конца. Бредёт к тебе медленно через вечность.


Это демон, демон преследования и страха. Он питается твоим ужасом, забирает силы. Чудовище загоняет тебя шаг за шагом, милю за милей, неотвратимо. Рано или поздно у тебя выйдут силы бежать, уезжать, ускользать от смерти, длить агонию. Ты отчаешься, сдашься чёрному торфу. Сядешь, ляжешь, откажешься от борьбы, и оно тебя догонит. И убьёт. Растерзает и бросит тело, как мусор.


И душу. Душу сожрёт?

Сожрёт тебя? Утащит в ад?

Страх - это ад, и ты уже в аду.


Так - или ты кого-нибудь погубишь. Невиновного другого человека. Передашь демона дальше, сбросишь случайному парню. Ты же девушка, красивая, тебе нетрудно.


Ты игнорируешь звонки, почту, отключаешь сообщения от соцсетей. Батарейка у тебя в телефоне садится, и ты забываешь её зарядить. Так легче. Просто бежишь. Нельзя оставаться долго на месте; там, где ты спишь, всегда должен быть второй выход.


Спишь ты урывками. Бедные звери, что всю жизнь спасаются от хищников! Теперь ты поняла, как ужасно они живут, все эти олени, кролики и полёвки. Ты находишь для них ничтожную толику сострадания только теперь, когда сама ты оказалась на их месте.


У тебя нет сил на большее. Нет сил на размышления о жизни, на покаяние, о котором твердят христиане. Ты спишь, таясь, как оленёнок в траве, подхватываешься и бежишь, едешь куда глядят глаза.


И проезжаешь мимо вечеринки.


Чей-то большой дом в пригороде; пары танцуют на газонах в светомузыке прожекторов. Куча твоих ровесников и ребят чуть старше, но знакомых лиц не видно. На столах фаст фуд, напитки. Музыка гремит - вечер пятницы, сегодня можно.


Вечеринка. Как та, где Бен заразил тебя смертью.


Ты разворачиваешься и паркуешься в ряду машин.


Парень в нелепых кроссовках, джинсах и худи. У него странный вид - светлые волосы и лицо чистокровного азиата. Брови тоже светлые. Может, краска, но и глаза не те: карие с красноватым оттенком. Неумный жадный юношеский взгляд, как битое стекло. Альбинос, должно быть.


- Я Денджи, - у него сильный акцент.


Ты называешь себя, перекрикивая плейлист.


- Откуда ты?


Он явно не понимает.


- Ты говоришь по-английски?


Он берёт тебя за руку и увлекает за угол дома. Рука сильная, жилистая, держит грубо. Ты вырывалась бы - но ведь это тебе и нужно.


За углом сразу тише. Денджи достаёт мобильник, подносит к губам, неразборчиво говорит.


"Меня зовут Денджи. Я приехал сюда на работу. Я японец", - сухо сообщает приложение.


- А!


Они ж вроде учат английский в школе с тех пор, как мы бахнули по ним ядеркой. Или нет?.. Ты берёшь у него телефон, говоришь в переводчик:


- Совсем не знаешь английского?


Не узнаёшь своих слов. На чужом языке они звучат чуждо.


"Я не ходил в школу".


Ты думала, Япония страна цивилизованная.


Тебе становится его жаль - какая у него здесь работа, бассейны чистить, как мексиканец? - жаль самую малость. На жалость силы нужны. И всё же ты отворачиваешься, высматриваешь другого. Другую жертву.


- Дай, - произносит Денджи.


Он удерживает тебя за руку, улыбается в лицо. Зубы подпилены, острые, под вампира. Эта улыбка тебе не нравится.

Он поднимает к губам телефон.


"Дай мне".


- Дай? Что?


"Дай мне эту вещь" - требует переводчик.


Он же не о демоне говорит, правда?


- Вещь? Какую? - тебе вдруг кажется, что он хочет забрать у тебя свитер.


"Дай то, что на тебе едет. Отдай мне".


Не может быть.

Ты аккуратно берёшь у него мобильник.


- О чём ты говоришь?


Денджи забирает телефон обратно. У него тёплые пальцы, жёсткие, будто металл под кожей.


"Демон, который идёт за тобой. Отдай его мне".


- Но он же тебя убьёт. - Вот так. А ты ведь ради этого сюда прокралась, на чужую вечеринку. Выходит, страх ещё не добил совесть. - Он идёт за людьми, пока не загонит и не убьёт их.


Денджи слушает перевод и лыбится акульими зубами, как безумный.


"Я убью демона. Это моя работа."


Денджи держит тебя за руку, ведёт сквозь пыльную музыку и светотень - цветов ты не ощущаешь - наверх, на второй этаж. Это ещё не надежда, тёплое пернатое созданье - но ожидание: возможность сбросить ужас. Отдалиться.


В спальне светло, широкая кровать, и ни души. Вас что, здесь ждали?..


Садишься, ожидая, что Денджи проявит инициативу, но он топчется на месте.


"Я этого ещё не делал".


Девственник. Он девственник, твой благородный самурай-спаситель.


Берёшь у него из рук телефон и кладёшь на столик. Встаёшь с постели, раздеваешься - сначала кроссовки, свитер, потом блузка, джинсы. И остаёшься в нижнем белье. Душ ты не принимала уже два дня. Кажется, что ты пахнешь потом и страхом, но Денджи не до того. Он пожирает тебя взглядом, как ребёнок смотрит мультик, неотрывно.

Как твой демон.


Ты берёшь его руки - жёсткие, слишком жёсткие для его лет - кладёшь себе на груди и ведёшь, помогая снять с тебя лифчик.


Когда всё кончается, ты засыпаешь.


Денджи говорит в телефон, сидя к тебе спиной. Голос и незнакомый язык вытягивают тебя изо сна; уже почти светло, утро. Спина Денджи твёрдая и прямая, из плоских углов и мускул, как всё его тело.


Он оборачивается. Ты просто на него смотришь.


Денджи надевает джинсы и выходит, а через минуту приносит тебе кусок пиццы. Уже сухой, холодный, да ещё и пепперони - не та, что любишь. Но это первая пицца твоей возвращённой жизни.


Надолго ли, вот вопрос.


Может, он улетит в Японию. Демону трудно будет добраться туда через океан. Ты представляешь, как чудовище бредёт по дну среди водорослей и рыб, во мраке колыхая человеческими волосами. Жутко, но кажется далеко. Не о тебе.


Надо бы в туалет, в душ, но выйти из спальни трудно. Страшно - или нет сил. Ты сидишь, закутавшись в одеяло.


Денджи приносит тебе холодную банку пива.


- Мне пиво ещё нельзя, - говоришь ты не в переводчик, так. Берёшь, открываешь банку и пьёшь.


Пиво придаёт сил, как и вообще нарушения идиотских запретов.


Дом опустел. Остались только недопитые бутылки, мусор и объедки на столах. И ты, и Денджи, твой зубастый рыцарь.


Когда наконец выходишь из душа, замотанная в полотенце, он подъедает остатки из упаковок чипсов, бургеров и жареной картошки, жизнерадостно запивая тем, что осталось в бутылках. Указывает с полным ртом в окно, прожёвывает, глотает. Берёт мобильник.


"Пойдём на дорогу. Дом жалко".


Ты не понимаешь, но послушно одеваешься, и вы уходите.


Над дорогой и полем уже золотится рассвет. Машины разъехались, остаётся только твоя и ещё два фургона, сплошных и серо-зелёных, полувоенного вида. Кажется, ты начинаешь снова видеть цвета.


- Куда ты хочешь идти? Мы в Америке, здесь повсюду нужна машина.


"Пойдём пешком. Гулять".


- Зачем? Ты не хочешь уехать? Домой, в Японию. Может, туда оно не доберётся.


Денджи внимательно слушает перевод.


"Уезжать не надо. Я встречу его. Оно близко".


Он достаёт из кармана худи спасённый бургер и ест.


Кто-то выходит из-за поворота за соседским домом. Пожилой азиат - очки, плащ и шляпа. Ты его не узнаёшь. Направляется прямо к вам.


Это оно. Вот и всё.


Денджи что-то бормочет, останавливает тебя рукой и дальше идёт один.


Ты хватаешь его ладонь. Но удержать невозможно, он прёт как танк. Оборачивается, кладёт руки тебе на плечи, тяжёлые, жёсткие руки, которые были ночью так осторожны. Смотрит прямо в глаза красно-карим огнём.


- Убивать, - говорит он со своим неуклюжим акцентом. - Работа. Я убиваю демонов.


И оставляет тебя, шагая навстречу бредущей смерти.


Смерти. Если оно убьёт Денджи, то снова пойдёт за тобой - а ты вот она. Нащупываешь в кармане ключи. Побежишь к машине и уедешь, времени должно хватить.


Страх поднимается из желудка к горлу, окрашивает восход тошнотворно жёлтым.


С Денджи что-то происходит.


Руки его удлиняются, заостряются и гудят, на них блестят лучи солнца, они взвывают. Это не руки. Это не голова; у Денджи нет головы.


Демон в образе старика ускоряется на последних метрах и прыгает на добычу.


Его встречают острые пилы. Зубастые лезвия их мелькают, и воют, и режут.


Голова в очках летит прочь, бьётся оземь вместе со шляпой. Та будто приклеена. Из шеи обезглавленного существа вырывается фонтан крови, взмывает - слишком высоко. Руки тела хватают Денджи за плечи, рвут - и остаются висеть, и падают, отрезанные, на асфальт.


Лезвия рук его алые и золотые в лучах рассвета. С лицом же что-то не так. Это не лицо; у Денджи нет лица.


Дорога и поле вибрируют воем адского механизма, дракона, в которого превратился рыцарь. С воем пил и скрежетом кости он рубит демона на части.


Куски тела дёргаются на асфальте недолжной самостоятельной жизнью, пытаясь сползтись и склеиться снова. Рыцарь из преисподней взмахивает руками и режет их на куски поменьше. Пинает и режет. Он, кажется, что-то ещё говорит, но за грохотом рук-бензопил и лица, его настоящего лика, не слышно ни слова.


Брызги летят. Руки-пилы окрашивают асфальт в красный. Пилят на части тусклый страх, который жрал тебя со встречи с Беном; возвращают миру краски: серый асфальт, краснющая кровь, зелёные травы и золотое солнце.


И когда он заканчивает с врагом, поворачивается к тебе и ты видишь его лицо, истинное лицо Денджи, стальное, оранжевое и зубастое, с жёлтыми глазами-лампами, в брызгах адской крови - ты смотришь, смотришь, не ужасаясь.


Ты видишь его красивым.


________________________

Примечания:


Если вы не знакомы с "Бензопилой", Денджи в жизни обычно такой:

https://static.wikia.nocookie.net/chainsaw-man/images/b/b0/Denji_Reze_Arc_anime_design.png

Но у него есть второе лицо:

https://static.wikia.nocookie.net/chainsaw-man/images/a/a9/Volume_1_%28Textless%29.png

Рекомендую и фильм, "It Follows", и мангу/аниме "Человек-бензопила". Они отличные, а вместе ещё лучше.