# Конный поход в Саяны на посиски снежного барса. Ч-3

Владимир Дмитриевич Кабаков

В Саянах, в горной тайге, вы можете встретить приключения ни с чем несоавнимые!

Утром, наши путешественники, после завтрака стали собираться переезжать в Даргыл.

Пока пили чай к костру подошли водные туристы и Алексей, спросил Николая, когда они собираются отплывать.

- Да все пока застопорилось - вздыхая ответил он.

- Вчера походили, посмотрели, и тут такой залом обнаружили ниже по течению, километрах в трёх отсюда.

Решили снова вызывать грузовик и переезжать по дороге ниже по речке, на развилку, где Сенца получает приток справа. После того слияния, река уже полная и широкая и потому, идти вниз на рафте, будет полегче. Во всяком случае никакие завалы не пилить, и обносить лодку вокруг завала не надо.


Часов в двенадцать, охотники уже поймали лошадей, за эти дни отъевшихся на свежей травке, навьючили на них дорожные сумы и простившись с водниками, отправились в сторону ущелья Даргыл, которое приходило в долину Сенцы справа, если смотреть вниз по течению...

Алексей на своем мерине старался не отставать от всех, потому что дорогу к зимовью в Даргыле знал только Босс.

Сенцу форсировали спокойно, хотя вода на перекате доходила лошадям до брюха и Алексей, чуть черпнул воду правым сапогом - течение было быстрым, вода напирала, а всадник, чтобы не свалится в воду, старался не вынимать ногу из стремени...

Но воды в сапоге было немного, и потому, он решил терпеть и не привлекать к себе внимания всей команды, потому что все и так понимали, что Алексей - самое слабое звено в ней...

...В долину речки Даргыл, заходили через косогор, по частому кустарнику, где земля ещё не совсем оттаяла и лошади стали проваливаться по бабки и потому занервничали. Между кустами, были глубокие топкие глинистые проходы, кусты цеплялись за ноги и временами лошади всхрапывая, с большим усилием вытягивая копыта, пробирались между ними.

Но после преодоления гребня, пошли уже по сухому и вскоре спустились к реке, где было некое подобие тропы. Босс рассказывал, что лет двадцать назад, когда в Оке ещё был колхоз, сюда на лето пригоняли колхозное стадо коров и лошадей, а пастухи жили в зимовье, защищая скот от нападения окрестной популяции медведей.

Место было глухое, - от дороги в вершину Сенцы, ущелье Даргыл отделяла широкая река и потому, охота в этих местах всегда была на славу.

Алексей, уже спокойно покачиваясь в седле, как всегда ехал последним и думал о том, что снежные барсы, которых изредка видели местные буряты на перевале между Окой и Иркутом, вполне могли доходить и до здешнего перевала, расположенного с восточной стороны ущелья. "А что если повезёт, и я, хотя бы увижу следы этого замечательного и редкого хищника?" - думал Алексей, монотонно раскачиваясь в седле и озирая окрестные горы...


Перед поездкой в Сибирь, он смотрел документальные фильмы о жизни снежных барсов и читал статья биологов исследующих жизнь и места обитания этого редкого по красоте хищника!

По разным оценкам, снежных барсов на всей земле осталось не более трёх тысяч и несколько небольших популяций сохранились в Центральной Азии, в Монголии и в том числе, в Саянах.

Здесь, о встречах с ними, иногда рассказывали Окинские буряты - кто-то наблюдал их на Окинском перевале, прямо из машины, а кто-то видел убитого собаками молодого снежного леопарда, в дальнем поселении на севере речной долины!


Переправившись на правый берег речки текущей по дну долины, вскоре приехали к полуразваленному зимовью с развороченной крышей, на краю широкой отмели, покрытой мелкой галькой.

Здесь, местами, ещё после зимы, сохранилась наледь и спутники Алексея, устроили здесь скачки - лёд покрытый слоем влажного кристаллического льда, проседал под копытами лошадей и оставлял глубокие следы. Всадники гикая и подгоняя лошадей ударами ног по бокам, с громкими криками и смехом, доскакали до края наледи и весело переговариваясь, осаживали фыркающих и машущих гривастыми головами разогревшихся лошадок.

Алексей, тоже пустил своего мерина рысью и вскоре догнал спутников, которые уже успокоились и ехали не спеша, старались первыми увидеть медведей, вглядываясь в крутые склоны ущелья со скальниками по гребню и зелёными открытыми луговинами на склонах.

Алексей тоже стал присматриваться, в надежде увидеть, пасущихся на открытых местах, зверей - тут могли быть и изюбри, и даже горные козлы, которые селились и кормились, как раз на высоких скалах с выходом на высокогорье...

Через час-полтора, в прогале, вдалеке завиднелась крыша большого зимовья, стоящего на левом берегу неширокой речки и лошади, без понуканий пошли намного живее чувствуя скорый отдых, да и всадники повеселели.

Зимовье было просторным, и стояло на краю большой поляны, где ещё сохранилась полуразрушенная изгородь загона. Прямо над зимовьем, метрах в пятистах, на высоком крутом склоне была зелёная луговина, на которую, Алексей решил как-нибудь подняться и посидеть там на закате, карауля изюбрей - место было открытое, удобное и безопасное для кормёжки оленей...


Развьючив и стреножив лошадей, охотники пустили их пастись, а сами стали готовить обед, торопясь и поглядывая по сторонам.


Ущелье было глухое и живописное.

Прямо напротив зимовья, за рекой, возвышался обрывистый и недоступный скальный лоб, прикрывающий вход в небольшое ущелье, а с другой стороны, ущелье закрывало от реки голая каменистая скала высотой в полкилометра.

И по по дну этого ущелья, можно было подняться на горное плато и попасть в настоящую горную тундру.

Направо от зимовья вдоль реки раскрывалась широкая долина и вдалеке видны были белеющие нерастаявшим льдом, остатки большой зимней наледи укрывающей течение речки...

Ещё выше, был виден скалистый цирк, с полянами синеватого снега в тени скалього гребня.

"Вот там наверное могут быть и снежные леопарды" - подумал Алексей и решил, что в оставшееся светлое время дня, попробует поднять под эти скалки и посмотреть следы на снежной поверхности...


...А медведь Черный, ещё несколько дней назад, тоже переправился в Даргыл через Сенцу и здесь, встретил следы крупной медведицы, ходившей с годовалым медвежонком по южному склону, на луговинах уже покрытых зелёной травкой.

Чёрный, идя по следам и увидел здесь в первый раз свою избранницу, крупную жёлто-песочного цвета медведицу, ещё опекающую своего прошлогоднего годовика.

Приблизившись к ней на галопе, Чёрный до полусмерти напугал уже крупного, бурого медвежонка и тот, сломя голову убежал вниз, в пойму реки. Медведица, завидев огромного чёрного медведя, сделала вид, что занята своим делом, а когда тот приблизился на десяток метров, сердито рявкнула, хотя и не убежала, а осталась кормиться на прежнем месте.

Обойдя свою новую избранницу по кругу, Чёрный уловил запах течки и возбудился, однако неприветливое поведение будущей подруги не обескуражило медведя - он инстинктивно сознавал, что теперь надо только ждать того времени, когда медведица "созреет" и примет его ухаживания!

Ну а пока, надо будет охранять найденную среди необъятной тайги будущую "жену" от других "женихов" и отгонять их от "объекта" ухаживаний, защищая своё право сильного владеть будущей матерью своих медвежат!


...Вот уже несколько дней, медведи ходили и кормились вместе днём и ночевали тоже неразлучной парой, хотя медведица - крупная особь с песочного цвета шерстью, по-прежнему, Чёрного близко к себе не подпускала.

А когда тот, вынюхивая долгожданный запах гонной медведицы, переступал дозволенную границу, кидалась на него и норовила укусить.

Чёрный, в другой ситуации, расправился бы с ней, но сейчас, покорно отступал и только тревожно рыкал, пряча глаза и качая огромной головой из стороны в сторону - казалось, что он стеснялся своей неуклюжести и размеров и потому, застенчиво косил взглядом куда-то в сторону.

Годовалый медвежонок, не ушёл из долины речки, и когда, во время кормёжки, нечаянно приближался к гуляющей парочке, то Чёрный, пугая его, делал вид что старается поймать ненужного свидетеля.

Медвежонок в страхе убегал по скальным расселинам на плоскогорье, но на следующий день вновь возвращался в долину - он никак не мог понять поведение матери- медведицы, которая ещё совсем недавно опекала и защищала его от непрошеных гостей, в этом, родном для него ущелье...


Алексей, захватив с собой рюкзак, с коркой хлеба в кармане на всякий случай, забросив свою двустволку на плечо, спустился к реке и выйдя на тропу, оправился вверх, вдоль русла реки, по остаткам больших наледей...


Вскоре, тропа петляющая по правому берегу закончилась и пришлось идти по крупным обломкам скал, некогда скатившихся по крутому склону сверху, после сильного землетрясения разрушившего скальные карнизы.

Воды кругом было много и потому, охотник старался идти осторожно, боясь поскользнуться на голых спинах валунов.

Пройдя так километра три, он свернул вправо от узкого шумливого потока, и по частому густому кустарнику, стараясь выбирать удобные проходы, начал подниматься на гребень очередного горного цирка.


Ближе к вершине ущелья, стало заметно холоднее. Небо заполнили тучи и подул ветер. Застегнувшись поплотнее, с небольшими передышками, Алексей поднимался всё выше и выше и наконец вышел на гребень, откуда открывался замечательный вид. Перед ним расстилалась полукилометровая впадина, в которой лежало горное, почти круглое озеро, покрытое снегом и льдом.

А дальше, крутой стеной поднимался заснеженный обрыв и сверху громоздились скалы, за которыми, уже на плато, расстилалась горная равнина - тундра.

Рассматривая всё это великолепие, в бинокль, Алексей обратил внимание на следы на белой поверхности склона. Казалось, какой-то крупный зверь спрыгнул с обрыва и разрывая глубокий снег спустился к озеру - следы были похожи на прыжковые отпечатки лап снежного барса!

Но время уже подошло к вечеру и охотник, не рискнул идти дальше, а посидев какое то время на гребне, стал спускаться назад, в долину, стараясь идти по своим следам.

Спуск занял намного меньше времени, потому что Алексей шёл без остановок.

Он ещё несколько раз оглядывался на тот обрыв и решил, что завтра обязательно побывает здесь и даже попробует пробраться на плоскогорье...


Приближаясь к стоянке почти в сумерках, он ещё издали увидел чёрную фигурку человека на белой наледи, а когда подошёл, то узнал своего племянника, издали начавшего показывать Алексею руками на склон, но глянув туда, охотник ничего не увидел и продолжил путь.

Подойдя ближе, Алексей услышал то, что ему говорил Рома.

- Там, на склоне, два медведя пасутся! Вот там... Прямо, если смотреть вот на ту высокую лиственницу...

И тут, как всегда неожиданно, Алексей увидел, двух медведей - черного и светлого, которые паслись на склоне, метрах в трёхстах от них, на совершенно безлесой поляне.

Его поразили размеры чёрного медведя, издали казавшийся не меньше крупного быка, который каким-то образом поднялся на такую высоту и щипал травку на этой луговине!

Звери, не замечая людей, неторопливо передвигалась по склону, иногда приостанавливаясь, вороша что-то лапами, видимо откапывая съедобные коренья.

Между ними было метров десять расстояния и всегда, песочного цвета медведь шёл впереди, а Чёрный следовал за ней.

Алексей удивился и обрадовался редкой возможности, наблюдать медведей так отчётливо в их, что называется, "домашней" обстановке!

Всё происходящее на открытой луговине было хорошо видно и казалось, что медведи, тоже могут заметить людей - до них было всего метров двести-триста, но двигаясь параллельно по склону, они не обращали внимания на то, что происходило внизу, на наледи.

А Алексей, тоже внезапно, вспомнил, как однажды увидел медведя на покосах, в глухой тайге, под Байкалом. Тогда, они с братцем, только-только расстались, и пошли в разные стороны. Алексей вышел на край поляны и увидел метрах в тридцати медведя, который что-то увлечённо копал под большой лиственницей.

В тот поход, у них было одно ружьё на двоих, и бегом возвратившись на место расставания, он увидел брата и помахал ему рукой. Тот подошёл и Алексей, протянув руку взял у него ружьё и уже после объяснил, что увидел медведя и что это совсем рядом.

Уже вдвоём, они вышли на край покоса наблюдали за зверем и какой-то момент, тот учуял их, а может и услышал, потому что они, стоя почти на виду, уже вслух стали смеяться - так по-детски был увлечён копанием корешков этот мишка.

Медведь, несмотря на небольшую дистанцию, их ещё не заметил, всплыл на задние лапы и подняв голову вверх, стал вынюхивать волны запаха в струях воздуха.

Видимо перехватив опасный запах, зверь также мягко опустился на передние лапы и стал рысью уходить в лес.

Именно в этот момент, Алексей прицелился и выстрелил из обреза, целясь под лопатку медведя, но не учёл, что ствол, после отпиливания, стал короче и к тому же без мушки. После выстрела, они оба видели, как пуля пролетев в сантиметрах выше холки медведя, ударила в землю.

Испуганный мишка, утробно рявкнул и быстрым галопом исчез в мелком сосняке, на склоне горы...


"Так что у этого зверя, зрение не очень хорошее - вспоминая этот случай, подумал Алексей и потому, он старается учуять врага или жертву - обоняние у него превосходное и стоя против ветра, он может учуять человека за сотни метров".

Подождав, когда "сладкая" парочка скроется за куртиной кустарников, охотники не скрываясь пошли в сторону зимовья.

Наступили сумерки и Алексей с племянником решили не устраивать погоню, а уходить к избушке, благо идти было недалеко и шагать по наледи было легко и приятно...

Придя к стоянке уже почти в полной темноте, они всё увиденное пересказали Боссу с Аркашей и сговорились, что с утра, пойдут к наледи и оттуда постараются выследить медведей и уже потом атаковать их.

Сварив кашу с тушёнкой на печке, которая к тому времени нагрела зимовье, путешественники сели за деревянный стол и стали ужинать.

Огарок свечи, мерцая и потрескивая горел высоким пламенем.

Темнота пряталась по углам лесной избушки и тишину вечера, нарушал только мерный шум речки, протекавшей шагах в двадцати от зимовья.

И охотники, за ужином, стали вспоминать предыдущие встречи с медведями в этих краях.

Перед едой, как водится выпили понемногу водочки и это развязало их языки - за едой вспоминали разные истории происходившие с ними здесь, в Окинской долине.


Босс, вспомнил, как в первый раз, в свою первую поездку сюда, они рыбачили на одном из озёр в пойме Сенцы...

Тогда, сварив вкусную уху на костре, компания местных бурят и Босс, сели кружком и стали хлебать уху из общего котелка, .

И вдруг, кто-то глазастый из бурят вскочил и указывая вперёд и чуть выше по склону, зашептал:

- Там медведь! Медведь там идёт!..

Все вскочили, схватились за винтовки и рассмотрев медведя, стали стрелять, по ничего не подозревавшего и шагавшего по каменистой дороге навстречу людям,!

Услышав гром выстрелов зверь развернулся и собрался убегать, когда первая пуля попала в бок. Он закрутился на месте кусая рану и тут, в него попало ещё несколько выстрелов. Через минуту, медведь был убит!

После, перетащив его к биваку, рыбаки весело переговариваясь стали разделывать неожиданную добычу!

Эту историю, Босс рассказывал уже не в первый раз и потому сократил некоторые подробности.

Доев кашу, не торопясь стали пить чай с вкусными медовыми пряниками, которые запасливый Босс брал в каждый поход - он был замечательным организатором и вполне заслужил свою почётную кличку.

После ужина и выпитой водки, все расслабились и заснули очень быстро.


...Проснулся Алексей от того, что услышал в ночной тишине, за стенами деревянного домика, подозрительный шум.

Он ещё лежал некоторое время неподвижно, слушая в темноте сонное дыхание своих товарищей, как вдруг звук повторился и на этот раз, он сразу понял - это лошади совсем недалеко от домика, перебегали с места на место стуча копытами по земле и даже тревожно ржали, очевидно от сильного страха.

Замерев на время, Алексей определился в каком примерно месте был шум и спрыгнув с нар, старясь не шуметь, схватил стоящее у стены заряженное ружье и не таясь, вышел из темной избушки, в прохладу ночной, предутренней тайги.

Постепенно глаза привыкли к темноте и про себя Алексей отметил, что на востоке чуть-чуть развиднело и вместо непроглядной ночи, на горизонте стала видна тонкая, серая полоска зари.


Поёживаясь и чуть подрагивая от нервного возбуждения и смены теплого зимовья на прохладный ночной воздух, Алексей, глянув в сторону откуда раздавался шум, увидел темные силуэты стреноженных лошадей, которые нелепыми прыжками спутанных ног, изо все сил скакали в сторону спасительной избушки.

Охотник автоматически отметил, что из печной трубы домика, на всю округу распространился сильный запах дровяного дыма...

И тут же, в полутьме рассвета, неподалеку от скачущих в страхе лошадей, уже метрах в пятидесяти от себя, различил мелькание тёмной большой тени и со страхом сообразил, что это медведь, пытающийся догнать и схватить одну из лошадей, чуть отставшую от остальных!

В голове вспыхнула на мгновение мысль: "Что делать!", - но времени на размышления уже не было.

Не было времени и для того, чтобы крикнуть спящим обитателям зимовья о помощи - надо было всё решать мгновенно и потому, забыв обо всём, Алексей сделал несколько шагов навстречу бешено скачущим лошадям!

Тут, он увидел, что чёрная тень, крупного хищника, в два прыжка настигла лошадь и пыталась вцепившись двумя лапами в зад.

Через мгновение, как показалось Алексею, медведь, то ли свалил её, то ли она сама упала, запутавшись в треноге!

Неконтролируемый страх обуял охотника, но так как он был опытным таёжником, то смог превозмочь панику.

Алексей, совершено неожиданно для себя яростно крикнул, пытаясь напугать зверя, а потом, даже подбежал несколько метров вперёд и чуть в сторону, чтобы лучше видеть происходящее и тут уже, мгновение поколебавшись - стрелять или не стрелять, Алексей вскинул ружьё и коротко прицелился!


...Чёрный со своей подружкой Песочной, закончив кормёжку вечером, поднялись ближе к скалам и там легли на лёжку, метрах в пяти друг от друга. Перед этим, Чёрный пытался приблизиться к своей пассии, но та, не готовая ещё ответить на ухаживания назойливого кавалера, рявкнула и даже вздыбила шерсть на загривке.

Не вступая в драку, Чёрной в ответ тоже рыкнул, но все же отошёл чуть в сторону и когда медведица легла, расчистив широкой и тяжёлой когтистой лапой место рядом с большим валуном обросшим зелёным мхом, улёгся и сам, повозился еще какое-то время, и прикрыв глаза сонно засопел.

Через несколько часов сна, ещё в темноте, медведица зашевелилась в лёжке, потом поднялась, потопталась на месте, потянулась припадая на передние лапы и стала спускаться ближе к реке, выходя на открытые луговины, расстилавшиеся неподалеку и чуть выше человеческого жилья...


А стреноженные лошади, привычно кормились всю ночь в низинах у воды, постепенно уходя по долине речки всё дальше от зимовья.

Временами они тоже ложились и задрёмывали, но потом вновь вставали и начинали кормиться молодой травкой, особенно густо пробивающейся в сырых местах, неподалеку от речного берега.

...Чёрный, на время отойдя от Песочной, в неподвижном, холодном воздухе наступающего рассвета, внезапно уловил какой-то знакомый запах и всплыв на дыбы, некоторое время нюхал воздух, поводя тяжёлой головой из стороны в сторону и тихонько всхрапывая.

Потом, убедившись, что этот "аромат" связан с теми большими, но беззащитными животными, на которых он уже неоднократно нападал в других местах, опустился на все четыре громадные лапы, с длинными острыми когтями на концах и крадучись, двинулся в сторону источника этих запахов.

Спустившись ниже к реке, чей шум на каменистых перекатах, скрадывал его шаги, зверь долго стоял на месте вновь принюхиваясь и определяя, как далеко от него находились лошади.

Через какое-то время, он услышал впереди звуки стука подкованных копыт по камням и различил мелькание крупных темных силуэтов, на открытой поляне , окружённой молодым ельником.

Тут, зверь зайдя под ветер начал двигаться осторожнее, изредка останавливаясь принюхивался и прислушивался - запах печного дыма становящийся всё более различимым его не пугал.

Он знал, что странные, двуногие существа, по ночам не рискуют выходить в тайгу и прячутся в деревянных коробках из которых и доносится это неприятный запах горелого дерева...


Сблизившись с лошадями, медведь надолго затаился, а так как кормящиеся кони медленно двигались вниз по течению реки, то постепенно подходили к насторожившемуся хищнику всё ближе и ближе...

И вот настал момент, когда медведь, уже хорошо различал движущихся крупных лошадей, в какой то момент громко рявкнув, чтобы напугать ничего не подозревающих коней, бросился на них!

Мгновенно осознав опасность, стреноженные лошади в панике, напрягая мышцы своих мощных, больших, раскормленных тел, стали неловко прыгать, стараясь убежать от настигающего их большого и жутко пахнущего зверя, страх перед которым был не только инстинктивного свойства - на протяжении своей жизни, они уже несколько раз подвергались нападению медведей, видели как хищник расправлялся с их оплошавшими сородичами и потому, боялись его панически!

А так как они кормились поодаль друг от друга, то и расстояние до медведя было разным, но все они не раздумывая бросились в сторону избушки, видя в своих хозяевах - людях, единственных своих спасителей.

Но быстро скакать, им мешали тесные путы обхватывающие их ноги и не дававшие им двигаться быстро и потому, напрягая все силы они скакали в сторону зимовья..

Последняя лошадь, хрипя от натуги сделала несколько судорожных прыжков через кусты и в это время, Чёрный, в прыжке настиг её, пытаясь обхватил лапами за круп и разинув громадную пасть клацнул зубами, стараясь вонзить клыки в заднюю часть жертвы.

Лошадь из последних сил, выгибая шею, ударяя кованными копытами по камням, кое-где торчавшим из травы, рванулась, сбросила с себя медведя и дико заржала, оповещая весь молчаливый мир вокруг, о смертельной опасности настигающей её!

И в это время, в полутьме рассвета, со стороны деревянного домика, раздался громовой выстрел и сноп пламени вылетел из ствола ружья!

Круглая пуля, через мгновение вошла в тело медведя, пробила крепкую шкуру, потом пронзила крупные , упругие мышцы и сломала правую заднюю кость в ноге Чёрного!

Ощутив боль, но ещё не понимая причину и направление удара, медведь попытался на прыжках уйти из опасной зоны, но нога не повиновалась ему и он, на время остановился, резко мотнув головой, укусил себя за то место, куда вонзилась пуля.

Этой остановки было достаточно, чтобы человек вновь прицелился, в уже хорошо различимую цель и во второй раз нажал на курок...

Вновь тишину таёжного рассвета прорезал гром выстрела и вновь из ствола вылетел сноп пламени!

Пуля, со страшной силой пробила плечо медведя и потом, раздробив толстую правую лопатку, остановилась под сердцем.


Чёрный, ещё какое -то время, уже медленно заваливаясь, то падая то поднимаясь двигался в сторону речного потока, инстинктивно старясь уйти подальше от смертельной опасности.

Ему удалось как-то переправиться через реку и даже скрыться в ельнике. Но кровь пульсируя вытекала из его громадного тела и в еловой чаще на противоположном берегу, Чёрный, уже исчерпав все жизненные силы, пытался ползти, окровавленный и умирающий.

Он ещё глухо, но уже бессознательно рычал медленно вращая головой, потом затих и его голова безвольно упала на землю!

Из зимовья, разбуженные этими внезапными громовыми выстрелами, один за одним выскакивали охотники и потрясая оружием старались понять, что произошло.

Увидев сбившихся в кучу лошадей, которые дрожали от страха и били копытами по земле, дико хрипя и выкатывая глаза из орбит, люди тоже испугались и тоже сбились в кучку.

А кони, взметнув головы высоко вверх, переступая с ноги на ногу, неотрывно смотрели в ту сторону, куда убежал и спрятался медведь.

Заметив неподвижно стоявшего Алексея, Босс подбежал к нему с криками: - Что случилось?! В кого ты стрелял!!!

Алексей, внезапно почувствовал облегчение, - страх отпустил его и глядя в ту же сторону, куда дрожа смотрели испуганные лошади, почти спокойно проговорил:

- Я в медведя стрелял, который на лошадей накинулся!

Подбежали остальные охотники и медленно приходя в себя, Алексей сбивчиво, ещё волнуясь, начал рассказывать, как он услышал какие-то звуки в темноте, снаружи, как вышел из избушки, как увидел взбесившихся от страха лошадей, а потом и медведя преследовавшего их!

- Ну а потом я выстрелил и увидев, что медведь остановился и крутится на одном месте, прицелился и выстрелил во второй раз!

На сей раз я стрелял по хорошо видимому зверю и целил в бок...

И может быть, я попал, потому что этот медведь, как-то сгорбился, словно пулю проглотил и переваливаясь с боку на бок, волоча правую заднюю лапу пополз по земле, спустился в реку, перебрался через неё и скрылся вот в том ельнике...

Он показал рукой на заросли, на другом берегу реки, метрах в шестидесяти от того места, где они стояли...


...Нашли медведя через некоторое время, когда совсем рассвело - он лежал, уже мёртвый в ельнике, головой к своему входному следу, обильно политому кровью.

Подходили к нему цепью, а когда убедились, что громадный хищник мёртв, начали громко радоваться, поздравлять Алексея и фотографироваться рядом с чёрным могучим, но уже неопасным зверем.

Потом, привычно разложив, ещё тёплую, мохнато-шерстистую, мягкую и податливую тушу зверя, стали снимать шкуру, вскрывать брюшину, вырезать желчь и разделывать бочкообразные крупные мышцы груди и коротких, сильных лап...

Лапы тоже отрезали, как и громадную голову с небольшими полукруглыми ушами и желтоватыми, пятисантиметровой длины клыками. Лапы тоже были толстыми и тяжёлыми, с чёрными, кожаными подошвами и чёрными же, блестящими крупными когтями заросшими жесткой шерстью!

...После разделки, пошли завтракать к избушке и заметили, что лошади по-прежнему жались к людям и подрагивая вглядываться в одно и тоже место, теперь уже в чащу за речным поворотом.


- Что-то они там ещё слышат - сказал Босс, взял винтовку и пошёл в ту сторону, стараясь обойти эту чащу слева, по дуге. Остальные охотники видели, что он остановился, потом сделал несколько приставных шагов, словно кого-то высматривая в чаще, и затем, поднял винтовку и выстрелил в воздух - вначале один, потом через паузу, второй раз...

Возвратившись к наблюдавшим за ним охотникам, он спокойно проговорил: - Там ещё один медведь, только уже песочного, светло-коричневого цвета... Это наверное медведица была, с которой этот медведище гулял по склону.

- Она, не двигаясь с места, стояла метрах в сорока от меня, в кустах и словно чего-то ждала, не отрываясь глядя в мою сторону!

Я конечно не стал в неё стрелять, - нам и одного медведя не вывезти отсюда...

И только после выстрелов в воздух, она сдвинулась с места и ушла, совсем не торопясь скрыться в чаще!


Спать уже расхотелось и разведя большой костёр, они начали готовить медвежатину и выпивать за удачу, в ожидании закусывая салом с репчатым луком.

Босс ссходил к лошадям, которые при приближении человека вновь забеспокоились, но узнав Босса затихли.

А тот подойдя ближе к той кобыле на которую напал медведь, успокаивая её голосом, подошёл ближе, осмотрел и убедился, что на крупе, сзади были видны кровавые полоски от когтей медведя.

Убедившись, что раны не смертельны, он вернулся к остальным охотникам и успокоил их - ехать на ней можно, только надо смазать ранки жиом...


Алексей, чувствовал себя словно именинник, несколько раз, повторяясь, начинал пересказывать эту историю с медведем, которая обрастала всё новыми подробностями - все ему невольно завидовали, но и восхищались его смелостью и потаённо спрашивали сами себя, - как бы я поступили на его месте?!

Выпив водки, Алексей разомлел, расслабился и стал нервно зевать, наконец осознав, в каком опасном положении он находился в это утро!

После раннего завтрака, решили ещё немного подремать.

Спутники Алексея быстро расслабились и заснули, похрапывая и сопя, но он не мог заснуть, какое-то время ворочался на нарах, раз за разом представляя всё происшедшее с ним на рассвете, а потом встал и взяв ружьё, вновь отправился в вершину Даргыла, к тому месту, где вчера видел следы похожие на следы снежного барса...


Шёл всё время вдоль реки, которая временами скрывалась под тающими наледями, или текла между камней. Течения, как такового здесь не было и вода стояла между камней небольшими, но глубокими лужами. По временам, приходилось перепрыгивать с валуна на валун и потому, шёл он к вершине ущелья медленно.

В какой-то момент, решил свернуть вправо, и продираясь сквозь густой кустарник, медленно стал набирать высоту - низкоросла, кустарниковая полярная березка, стояла островками непролазной чащи и приходилось, либо прорываться, проталкиваться сквозь эту мягкую стену или высматривая проходы, идти не прямо а зигзагами.

Поднявшись на гребень, тяжело дыша, он, остановился и стал осматривать окрестности в бинокль.


Заснеженный горный цирк открывался во всей суровости высокогорья, а на дне впадины, лежало озеро покрытое заснеженным льдом и по краям обрыва, ещё с зимы были наметены высокие сугробы снега.

В этой синеватой утренней прохладе, не было видно ни одной живой души и не слышно птиц и казалось, всё тут замерло надолго и зима, продолжит здесь царствовать вечно.

Преодолев гребень, Алексей спустился к озеру, перешёл его и направился к тому месту, где вчера видел в бинокль, нечто похожее на следы снежного барса...


Не доходя до крутого склона, на чуть подтаявшем кристаллическом снеге, увидел большие круглые следы и сердце забилось часто-часто - он обрадовался, потому что эти круглые следы, в этом пустынном высокогорье, могли принадлежать только большой кошке, а раз рыси так высоко в горы никогда не заходят, оставалось предположить, что это и есть следы снежного барса - ирбиса.

Наклонившись, он стал рассматривать круглые, плоские отпечатки, и даже померил пальцами их приблизительные размеры - следы были раза в полтора больше рысьих, но меньше в те же полтора раза тигриных.


Алексей, служил в армии на Дальнем Востоке, в уссурийской тайге и хорошо запомнил, часто встречавшиеся в окрестностях казармы стоявшей в лесу, следы рыси, но несколько раз видел там и следы тигров.

Однажды, уже ночью, возвращаясь в казарму со службы, он услышал рысье мяуканье-рычание - дело было ранней весной, во время гона этих таёжных кошек.

Он попробовал подойти к гонному зверю поближе и это ему удалось.

Остановившись в десяти шагах, от невидимого хищника, посреди лесной дороги.

В этот момент, он выключил свой аккумуляторный фонарь и слушал, как из придорожных кустов, раздавалось нарастающее раздражение, в гневном харканье и рычании крупного самца!

Ему стало не по себе и в воображении, на мгновение представилась картинка из учебника по литературе, на которой был изображён окровавленный герой поэмы Лермонтова Мцыри, после схватки леопардом.

Он помнил и сцены, в которых поэт описывал, как Мцыри умирал, истекая кровью, весь изодранный когтями громадной кошки, убитой им в схватке!


...Отогнав от себя непрошеные воспоминания давних приключений, охотник остановился на время, долго осматривался и наконец тронулся дальше, размышляя, что ему неожиданно повезло, но что к этой удаче, его привело упорное желание найти хотя бы следы снежного леопарда, инаконец ему это удалось!

Алексей порадовался удаче, вспомнил дни проведённые на источниках и вздыхая подумал, что за это время, здесь в ущелье Даргыл, они могли бы уже найти не только следы ирбиса - так называют в Средней Азии снежного барс, но и увидеть его самого, а если повезёт, то и сфотографировать этого редчайшего зверя...

Осмотревшись, Алексей решил подниматься на плоскогорье, а там перекусить, отдохнуть и возвращаться назад к зимовью и он, не торопясь начал подниматься по небольшому ущелью между скал наверх и в какой-то момент попал в полосу мягкого снега, в котором ноги проваливались по колено.

Идти и так было тяжело - склон становился всё круче, а тут ещё снег мешал.

Вспотев, задыхаясь от напряжения, охотник долго добирался до недоступного гребня и наконец, часа через полтора, мучаясь от жажды и усталости, ощутил под ногами крепкий наст и вышел на открытое пространство, откуда, перед ним открывался вид на дальние вершины и долины, с редкими окружностями белых озер и чахлыми кустиками тальника, покрывающих местами луговины горной тундры.

Оглянувшись назад, Алексей увидел далеко под собой, простирающиеся до самого горизонта изломы горных хребтов, глубокие долины и ущелья, а чуть ниже, щетину лесных зарослей, покрывающих и речные долины, и крутые скальные ущелья.

"Так вот в каких местах здесь обитают эти кошки-хищники!" - подумал он, вытирая пот с разгорячённого лица и восстанавливая дыхание, какое-то время стоял неподвижно озираясь и примериваясь, куда пойти дальше.

Потом тронулся чуть вперёд и вправо, в сторону скального останца, возвышавшегося над плоской горной тундрой неподалеку от круто обрывающегося в долину склонов ущелья Даргыл.

Взобравшись на этот останец, Алексей сел и долго рассматривал плоскогорье в бинокль, переводя взгляд от одного островка кустарников к другому, от одного круглого озерка к следующему. Кругом было пусто и безжизненно - здесь зима ещё не до конца уступила весне и потому, новая жизнь ещё не народилась, а только вызревала под тонким слоем перемерзшей, прошлогодней травки.

Потом, охотник, глянув на низкое солнце, внезапно пробившееся сквозь серую, ватную облачность, встрепенулся осознав, что время двинулось к вечеру и пора возвращаться.

Но ведь надо было ещё поесть, и он направился в сторону обрыва, спускающегося в речную долину

Дойдя до каменистого ложа, засыпанного обломками и полого спускающегося в сторону, неглубокой долины, охотник решил остановиться и пообедать.

Найдя здесь куртинку кустарников, с небольшими зарослями тундровой берёзы, он наломал сухих веток, развёл маленький костерок и сделав из осколков камней очаг, установил на огне свой котелок, переделанный из литровой консервной банки из под компота, предварительно набрав в него кристаллического высокогорного снега, сохранившегося в тени больших валунов.

Нежные язычки пламени, изредка сдуваемые холодным ветром грели плохо и охотник, поёживаясь и подрагивая от подступающего холода, достал из рюкзака кусок пересохшего хлеба, остатки жаркого из медвежатины и стал закусывать, застегнувшись на все пуговицы, стараясь укрыться от прохладного ветра, порывами налетающего откуда-то сбоку.

Кругом было уныло и пустынно и казалось, что тут не может существовать, ничего живого.

"Да... - думал Алексей. - Здесь, не то что снежный барс, но и мыши-то наверное не выживают - совсем не приспособленная к жизни земля!"

В это время, растаявшая из снега вода зашипела в котелке и Алексей заварил чай, положив туда несколько веточек смородины, которые постоянно лежали у него в кармане рюкзака. Смородина, давала чаю свой тонкий аромат и потому, охотник держал её всегда с собой, когда уходил в пешие походы.

Попив горячего, но быстро стынущего чаю, Алексей доел хлеб и мясо, сжевал пару сладких карамелек и согревшись, устроившись поудобнее, свернувшись калачиком задремал на несколько минут, уставший и не выспавшийся из-за ночных приключений!


... Снежный барс, совершавший обычный обход своих владений, неожиданно остановился и повернув голову, ощутил запах дыма и ещё один, незнакомый, но заставивший насторожиться запах!

Крупный самец, в своей зимней пятнистой шубе, несмотря на размеры, казался опасно замаскированным в этом царстве камней и снега - когда он стоял неподвижно, то его трудно было заметить и отличить в этом хаосе снега, булыжников и валунов.

Постояв неподвижно несколько минут, зверь медленно тронулся вперёд и ловя ноздрями чёрного влажного носа необычные запахи, начал по дуге обходить место, откуда едва уловимыми колебаниями воздуха они плыли в его сторону...

И выйдя из -за остроконечного двухметровой высоты угловатого валуна, ирбис, вдруг отчётливо увидел метрах в ста от себя костерок, струйку лёгкого дыма веющего по ветру, и фигурку незнакомого существа, лежащего около этого костерка на земле свернувшись в комочек.

Хищник замер и неподвижно внимательными, свирепыми без выражения глазами, словно впился в это неизвестное существо, решая, представляет оно опасность или может быть станет его очередной добычей!

Ирбис, стоял совершенно неподвижно и был неразличим на фоне камней, полузасыпанных снегом. Он втягивал воздух ноздрями и постепенно его охватывал страх перед тем неизведанным, но опасным, что таилось в фигурке этого существа, явно пришедшего из другого мира; из того мира, который всегда пугал и заставлял прятаться в высокогорье многие поколения его сородичей - снежных барсов...

В это время, фигурка у костра зашевелилась и человек, медленно поднявшись, встал на две ноги.

Это необычное положение незнакомого существа, добавило страху ирбису и напрягшись, собравшись в комок он сжался словно пружина, а потом прыгнул вперёд, сразу на несколько метров и ещё в полёте, скрылся за валуном.

Потом, зверь неслышно, мягко касаясь земли, волоча за собой длинный пушистый хвост, на прыжках стал уходить по каменистому склону вниз, в то место на скальном обрыве, где к нему не могли подойти никто из живых существ, обитающих в этих краях.

Даже неповоротливые медведи, в поисках корма, никогда не поднимались на эту крутизну и потому, всегда, ирбис чувствовал себя там в полной безопасности.


...Пока охотник дремал, он немного замёрз и потому, проснувшись и встав на ноги дрожал крупной дрожью.

Быстро собрав все свои вещи в рюкзак, Алексей, притоптал догоревший костёр и запахнувшись поплотнее в куртку, закинув рюкзак за спину и подхватив правой рукой ружьё тронулся туда, откуда он поднялся на эти необжитые, пустынные места!

Алексей, так никогда и не узнал, что рядом с ним, буквально в ста шагах, некоторое время находился матёрый самец снежного барса, который не захотел с ним встречаться и оставшись незамеченным исчез как тень!


...Назад в долину и вниз по склону, даже по глубокому снегу идти было намного легче.

Спустившись в горный цирк по своим следам, Алексей вышел на замерзшее озеро, уже разогревшись и сознавая, что достиг той цели, которую ставил перед собой в начале этого путешествия, и почувствовал себя сильным и свободным.

И только одно, недавнее воспоминание бессознательно тревожило его - разбираясь в своих чувствах, ему вдруг вспомнился короткий сон, который он увидел, задремав у костра там, на верху.

Ему представилось, что он идёт по таёжной тропе в густом кедраче и вдруг, за одним из поворотом, прямо перед ним, всплыл громадный медведь и стоя неподвижно, долго смотрел на него своими страшными глазами, словно решая нападать - не нападать.

Алексей вспомнил этот холодный, неподвижный, свирепо-равнодушный взгляд и его пробрала невольная дрожь.

"Приснится же такое!" - подумал он, остановился и тщательно осмотрел со склона заснеженного цирка, долину реки по которой ему надо было спускаться к зимовью.

Солнце весь день мелькавшее в пушистых серых тучах висевших над долиной, скрылось за высоким гребнем и охотник заторопился, помня, что до стоянки идти ещё несколько километров...


Конец декабря 2012 года. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте "Русский Альбион": http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно- историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal