# Канада от океана до океана. Часть-3

Владимир Дмитриевич Кабаков

Часа через два, слушаясь указаний прибора, мы въехали в Банф и увидели замечательное громадное многоэтажное здание знаменитого отеля, которое так красиво смотрелось на фоне грандиозных гор и лесов на склонах...

Отель напоминал картинки из детских сказок о дворце Алладина и это действительно была сказка - Скалистые горы в Канаде!

Проехав через небольшой город, мы остановились во дворе хостела, состоящего из нескольких трёхэтажных деревянных домов.

Оставив машину на стоянке, мы вошли в рисепшен, оформились и подхватив чемодан заселились в уютную комнату, где мы были одни.

Здание стояло на южном склоне горного хребта, и напротив открывался величественный вид, на горы, окружающие наш временный дом со всех сторон. Воздух был чист и прозрачен и видны были, в мельчайших подробностях, детали горного пейзажа, наплывающего на нас со всех сторон.

Виды из окна были такими, что мы горожане и лондонцы, "дети равнин", принялись фотографировать все эти чудеса: и горы, и речную долину, и скальные лбы гранитных обрывов, громоздящиеся и лезущие вверх, в половину горизонта...

После горячего душа заснули не сразу и уже лёжа обсуждали всё увиденное сегодня в этом замечательном месте, о котором мы знали прежде, только из путеводителей...

Проснулись по будильнику в семь утра и пошли завтракать в кафе, в здании напротив. Завтрак был бесплатным и нам подали блины с маслом и кленовым сиропом, пожалуй, главным символом Канады.

Запивая еду кофе и чаем, мы сидели за столом, разглядывали в окна окрестности и планировали, когда и куда мы отправимся, уже в ближайшее время...

После завтрака, собрав рюкзак, выступили в окрестности хостела, и тропинка повела нас вдоль берега довольно крупной и быстрой реки Бо.

Тропа петляла среди соснового ароматного леса и с утра, здесь ещё было довольно прохладно. Нам попадались тут живописные куртины невысоких кедров, растущих на сухих склонах, на которых суетились, отыскивая шишки с орехами, бурундуки и небольшие серые белки, - канадский подвид.

Были тут и таёжные птицы кедровки, кукши и вороны. Кукши, перелетая с кедра на кедр садились на ветки ближе к вершинам деревьев и смешно извернувшись, часто головой вниз, выклёвывали орешки из больших шишек...

Тропа шла вдоль крутых берегов и внизу, вдалеке, на изумрудного цвета воде, видны были большие, вместительные рафты, в которых сидели и гребли туристы, в яркого цвета, оранжевых спасательных жилетах. По дорожке и на смотровых площадках было много туристов, которые приезжали сюда на автобусах, останавливающихся на частых придорожных стоянках.

Мы немного запутались с картой и прошли довольно далеко, но потом возвратились и по крутому склону, стали спускаться к реке. Тропу мы быстро потеряли - идти по щебню, который плохо держал ногу, стало трудно и даже опасно, и мы часто поскальзывались и падали.

Кое-где, во избежание падений, приходилось ехать на "третьей" точке...

Позже, я понял, что это были места, где олени спускались на водопой к воде и потому натоптали некое подобие троп...

Наконец, спустившись к реке, мы остановились у озеринки-заводи прозрачной стоячей воды в тени крупного кедра, и разложившись на зелёной травке, с аппетитом съели наш обед, запивая его горячим чаем из термоса. В прозрачной воде заводи, изредка можно было видеть довольно крупных рыб, напоминающих сибирских харьюзов, которые спокойно плавали стаями и поодиночке, вдоль заросших травой и кустарниками, берегов.

Виды, звуки, запахи тайги напомнили мне многое и потому я сидел и бесконечно ахал, восхищаясь всем увиденным и услышанным. Небольшой ветерок, сдувал комаров в глухие чащи, и мы наслаждались солнечной и ясной погодой без помех...

Перекусив и отдохнув мы тронулись дальше, уже вверх по течению реки и шли, в начале по оленьей тропе, которая, постепенно поднимаясь по склону, привела нас в конце концов на торную тропу, отмеченную на нашей карте. Тропа, обходя гору под названием Тоннельная, шла в сторону Банфа.

Гора называлась так, потому что она, как пробка в бутылке, запирала горло долины, и через неё, в своё время, хотели пробить тоннель для железной дороги...

Обойдя гору по крутой кромке, тропа привела нас к шумного порогу, под огромной скалой, в одной из расселин которой, мы увидели, уже очень высоко, поднимающихся в связке туристов- горовосходителей...

Сам порог был полосой пенно-белой шумящей на всю округу воды, стремительно текущей по словно вырубленному в скале, проходу, высота стенок обрыва была метров тридцать и внизу, река неистовствовала и ревела, скакала по перекатам, как испуганный конь с белой гривой...

Этот проход, был прорыт силой воды в течении многих и многих тысячелетий. Вдоль порога, шла асфальтированная тропинка, а на другой стороне видны были парк и величественное здание Банф- Спрингс отеля. Туда, мы решили сходить позже, так как сильно устали, пробираясь в сторону города звериными тропами, вдоль реки...

Вместо этого, мы, идя по центральной улице Банфа, похожую на многие улицы городов курортов в Европе, увидев мороженицу, зашли туда, купили себе вкусное сливочное мороженое.

Согласитесь - съесть мороженое жарким осенним днём, сидя на лавочке и наблюдая оживлённое движение отдыхающих по уютным и богатым улицам преуспевающего экзотического городка в окружении красивых гор - это одно из самых запоминающихся событий в нашей туристической жизни...

Потом, отыскав автобусную остановку в сторону нашего Альпийского хостела поехали "домой", а оттуда по настоянию Су, уже на нашей машине, отправились на озеро Миниванка или в переводе на русский - Озеро Духов, расположенное километрах в десяти от города...

По пути, на очередном посту, заплатили шестнадцать долларов за пребывание в национальном парке.

Поставив машину на большой стоянке рядом с озером, пешком пошли вдоль живописного лесистого берега, любуясь чистой, голубовато-молочного цвета, водой.

На берегу была оборудована стоянка, место для отдыха туристов, с туалетами, столами для обедов и даже кухни с металлическими печами, которые мы видели и в Австралии, на берегу океана.

Но в Сиднее, на пляжах, это были электропечи, на которых можно было приготовить нормальный обед из нескольких блюд. А сюда, особенно в выходные дни летом, в хорошую погоду, приезжают окрестные жители отдохнуть, порыбачить, искупаться в холодной воде и сделать шашлыки, на специально оборудованных очагах-кострищах. Забота о людях здесь неформальна и это делает честь властям...


Невольно, по контрасту, вспомнилась Россия, где чиновные власти, иногда просто издеваются над людьми, прикрываясь громкими словами об экономии средств.

Этой весной я был в Сибири, в Иркутске и на электричке, вместе с другом, ездил на Байкал.

В единственную за всё утро, электричку народу набилось невообразимое количество. Люди задыхались в духоте и давке, и мой друг стал хвататься за сердце и побелел лицом - ему было реально плохо.

От кого-то из попутчиков, я с негодованием узнал, что чиновники-железнодорожники, совсем недавно убрали с маршрута вторую утреннюю электричку, руководствуясь желанием снизить свои затраты, и конечно это было глупостью, если не вредительством, но кого из начальства это интересует - ведь они сами ездят на дорогих заграничных автомобилях с водителями.

Этот беспредел стал неписанной нормой и пожаловаться некому и не на кого - ведь каких-то связей между этими вредителями и народом нет!

И так почти во всём и почти везде - чиновное равнодушие стало таким привычным делом, что уже никто из россиян не протестует - говорят, что это дело безнадёжное!

Я думаю, что за последние двадцать лет олигархического капитализма в России на чиновников совсем не стало управы и надо, чтобы, чтобы они опомнились, садить их на несколько лет в тюрьму за халатность и равнодушие в ответ на жалобы граждан.

Ведь в таких электричках едут в основном пожилые люди на пригородные дачи с тяжёлыми и неудобными горшками, мешками и рюкзаками, а в такой давке, они, очевидно, не чувствуют себя комфортно...

Но я отвлёкся...


Вдоль берега была пробита торная тропа, но сразу за стоянками для туристов, мы увидели аншлаги, на которых было написано, что ходить дальше, в одиночку опасно, потому что в округе полно медведей, которые в поисках пищи, могут начать приставать к туристам, вымогая у них подачки.

По этой причине недавно, здесь закрыли кемпинг, и видимо столкновения туристов с медведями настолько часты, что власти решили предупреждать об опасности, особе дерзких и одиноких туристов.

А я, по своему опыту "диких" походов по тайге в Восточной Сибири, знаю, что дикие животные и хищники в их числе, очень хорошо умеют считать до трёх и если видят одинокого человека, то могут и напасть, с целью попробовать сладкой человеческой плоти.

Несколько раз, я становился объектом нападения медведей и проходилось отстреливаться с целью спасти свою жизнь, и как видите делал я это успешно - мои дневники тому доказательство.

Но об этих встречах и схватках с медведями, вы можете прочитать в моей книге: "Говорят, медведи не кусаются".


Тем не менее, мы дошли до мест вполне диких и даже перешли через красивый мост, через большую реку, текущую в мини каньоне, наполненном замечательного цвета изумрудной, прозрачной водой - каньон был прорыт водой за тысячелетия и был глубок, как бездонный колодец...

Полюбовавшись на это чудо природы, мы не рискнули идти дальше и повернули назад.

На обратном пути, уже из машины, мы очень близко от дороги увидели стадо диких оленей - карибу, во главе с крупным оленем - самцом.

Это был бык с развесистыми толстыми рогами о семи отростках, сердитый и сильный, коричнево-серого окраса, гордо шествующий в окружении десяти-пятнадцати маток, а олени не обращали внимания на машины и на людей, которые наблюдали за этим чудом природы из машин и с обочины дороги.

Встретить этих крупных, грациозно-красивых животных, совсем не редкость в здешних местах, потому что охрана диких животных здесь на высоком уровне, как, впрочем, и сознательность граждан.

Согласитесь - увидеть этих оленей так близко - настоящий праздник для любителей дикой природы!


Восьмое сентября. С утра поехали осматривать Банф-Спринг отель - нечто грандиозное, выстроенное в начале прошлого века в шотландском стиле и действительно напоминающий древний английский замок, возведённый из песчаника тёмно-серого цвета с башнями, балконами и с множеством комнат и больших залов внутри.

Впечатление от отеля - роскошь, демократизм и всеохватность - в этом великолепном здании, множество ресторанов, кафе, магазинов и бутиков, художественных галерей и просто залов, выполненных в разных архитектурных стилях...

Вот ссылка, по которой можно найти и посмотреть материалы об этом отеле: http://www.fairmont.com/banff-springs/

После осмотра отеля, поехали на "Гондолу" - подъёмник на вершину окрестного хребта с смотровой площадкой и пунктом наблюдения за космосом.

Подъём на вершину горы в гондоле на четверых занимает восемь минут и возносит вас на уровень скальных острых вершин, где круговая панорама таких скал окружает нас со всех сторон.

А под нами, внизу, видны густые чащи стройных елей и крупно-ствольных сосен, среди которых, тонкой ниточкой, зигзагами взбирается на склон тропинка, для любителей пеших восхождений.

За эти минуты "полёта" на гондоле, мы наблюдали, как лесистая панорама раскрывалась перед нами во все стороны. Отсюда, в конце восхождения-взлёта, видна даже самая высокая вершина окрестных гор в 3315 метров высотой - вершина напоминает по форме многогранную пирамиду, и весь год на ней лежит снег!

Прохладный воздух на вершине хребта, куда подняла нас гондола, пахнет елово-сосновой смолой, а в синем небе - то тут, то там видны парящие хищные птицы - орлы и ястребы.

Дух захватывает от этой громадной картины природного великолепия и необъятности земных просторов!

На станции "Гондолы", на вершине, оборудована смотровая площадка и ресторан, а к пункту слежения за космосом, проложен дощатых помост - тропа, по которой можно дойти до деревянной избушки, где до недавнего времени и жили наблюдатели за космическими излучениями.

Избушка, сложенная из брёвен, размерами три на три метра, вмещала двух человек, печку, стол для работы, и две раскладных кровати. Наблюдатели тут жили годами, спускаясь вниз только за продуктами и в отпуск.

Невольно вспомнилось моё житье, в таких избушках, на Байкало-Амурской Магистрали, в конце семидесятых годов, где я работал как техник сейсмолог, в научно-исследовательском институте Земной Коры.

Тогда, в конце зимы, я несколько месяцев прожил в щитовой избушке, в вершине горной речки Кавокты, с напарником якутом Нестером и моей собакой лайкой, Пестрей.

Зимой, туда невозможно было попасть по земле, потому что водопад в излучине реки, замерзал отвесной ледяной стеной и запирал вход в высокогорную долину. Мы жили там, месяцами не видя людей и получая продукты и почту, через нерегулярные рейсы больших вертолётов.

Об этом времени свое жизни, я тоже написал книгу, которую назвал "Год жизни".

Позже, я переехал на сейсмостанцию "Тоннельная", недалеко от Северо-Муйского тоннеля, и жил там со своими охотничьими собаками, иногда совсем один. Об этом периоде своей жизни можно многое рассказывать, но для этого недостаточно места в этом повествовании...

Мы с Су, обошли этот домик вокруг, я заглянул в окно и увидел печку буржуйку и металлическую кровать, застеленную серым шерстяным одеялом - быт был вполне аскетический, каким он и бывает в тайге, далеко от человеческих поселений.

Сегодня, этот пункт наблюдения не работает, а является дополнительным аттракционом, привлекающим туристов - народу здесь и вправду бывает по несколько тысяч за день и потому, тропинки вокруг смотровой площадки все заполнены людьми и часто с детьми - тут устроили настоящее туристическое стойбище.

...А мне вспомнилась турбаза, на берегу ангарского залива Курма.

Она, работала там в основном летом, расположена была в живописном месте, вдали от города, в молодом сосняке. Зимой турбаза была закрыта и только иногда, под Новый год, туда приезжали работники машиностроительного завода, попить водочки и подышать чистым воздухом.

Именно туда, однажды ночью, уже осенью, когда основные туристы выехали, пришёл полакомится свининой медведь - сторож турбазы, держал в сарае рядом с домом, несколько свиней и свиноматку, килограммов на сто пятьдесят весом.

Дело было глубокой ночью и сторож сквозь сон слыша шум, хрюканье и визг поросят, думал, что свиньи так греются - начинались первые ночные заморозки.

Утром, когда он вышел во двор, то увидел, что калитка в хлев выломана и по земле протянулся кровавый след в сторону ближнего лесочка. Он пошёл по следу и вскоре увидел лежащую под соснами большую свинью, которая, словно острыми ножами была изрезана. Сторож, сразу понял, что свинью задрал медведь и приволок сюда, чтобы поесть жирной свинины!

На следующую ночь, охотники сделали засаду, и залезли на крышу сарая, чтобы караулить медведя...

Медведь пришёл под утро, когда охотники уже задремали.

Услышав зверя, они в страхе затаились, ещё и потому, что тьма стояла непроглядная, какая бывает только длинными ночами осенью. Незадачливые стрелки, видели только мелькающую по временам тень, да слышали близкое и страшное ворчание крупного хищника - их объял ужас и потому, они не решились стрелять сразу, а позже, зверь их учуял и тихо скрылся в лесу...

Уже днём, незадачливые охотники пытались его догнать с помощью собак, но те прошли по следу с километр, а после преодоления широкого болота, след бросили, и охотники ни с чем возвратились на базу...


...После "Гондолы" мы поехали в музей индейцев сиу, и пробыли там долго, где я ходил от экспоната к экспонату, охая и ахая от удивления.

Рассматривая настоящие головные украшения из перьев орла, заглядывал в поставленный и открытый для обозрения, настоящий индейский вигвам, я цокал языком рассматривая фотографии последних вождей, из этого известного на весь мир племени индейцев.

Тут были выставлены и томагавки, которыми индейцы, временами снимали скальп с голов белых поселенцев; яркие сделанные из оленье кожи мокасины и цветастые индейские наряды-одежды.

Конечно, были тут и каноэ, выдолбленное из ствола толстого тополя, были и сёдла, и стремена, и картины изображающие племя во время военных действий.

Потом мы познакомились с одним из индейцев, работающим в музее гидом и заодно, играющим на старинном индейском инструменте, сделанным из лука, а играл он на натянутой тетиве, ударяя по ней, древком стрелы.

К инструменту была подсоединена музыкальная колонка, издававшая во время игры, тревожные заунывные звуки. Мы обменялись адресами, и я подумал, что его можно пригласить в Бурятию, и сделать почётным гостем из Америки, на одном из национальных бурятских праздников!

Существует этнографическая теория, по которой, в давние времена именно из Сибири, через замерзающий Берингов пролив, первые поселенцы проникли в Северную Америку - внешне индейцы и буряты очень похожи...

В магазине, рядом с музеем, мы купили несколько индейских масок сувениров, а жена, незаметно для меня, купила чёрного медведя, вырезанного из базальта, сделанного местными умельцами - артельщики.

Этот медведь теперь стоит рядом с моим компьютером, и я каждый раз глядя на него вспоминаю наше канадское путешествие...


После музея, у нас оставалось ещё немного светлого времени, и мы поехали на каскад озёр в долине реки Бо, на которых любили отдыхать местные жители. Тут тоже были оборудованы стоянки и стояли металлические ящики, в которых можно было разводить огонь и жарить шашлыки.

В стоячих озерах, летом, когда температура воздуха подходит к плюс тридцати, все отдыхающие в них купаются, и гуляют в окрестностях, а через озёра перекинуты пешеходные мостики, с которых в воде можно увидеть стаи крупных рыб.

Идя по такой обзорной тропинке, я изредка углублялся в лес и ел сохранившуюся ещё на веточках дикую малину, до которой я большой любитель - это чисто русская черта, пользоваться благами дикой природы, одаривающей нас и грибами, и ягодами, и рыбой!

Но в "цивилизованных" странах, таких как Англия или Франция, аборигены не едят никаких диких ягод или трав, а всё покупают, в основном, в виде продукции, выращенной на фермах, порой в очень далёких странах.

Например чернику, выращенную в Южной Америки, можно купить в супермаркетах в Лондоне или Париже, и это никого из "местных индейцев", не удивляет. Но для меня, как для русского человека, такое поведение и привычки являются проявлениями "дикости"...


Прожив несколько дней в "Альпийском" хостеле, мы тронулись дальше по маршруту в сторону западного побережья, в Ванкувер.

Следующей остановкой по нашему плану, был мотель в районе городка Филдс. Из Банфа, в ту сторону протянулась замечательно живописная дорога, вдоль которой, в пол горизонта справа и слева, стояли горные скалистые кряжи и плескались, иногда почти у обочины дороги, красивые чистые озёра с тёмно-синей, глубокой водой.

Погода постепенно переменилась, и откуда-то с северных широт холодный воздух пришёл к горам. В добавок ко всему, пошёл снег и это обрадовало мою душу сибиряка и северянина.

Тёмные, низкие тучи, сыпали на землю, на лес и на озёра завивающиеся под ветром косицы снега, а на вершинах гор, этот снег оседал белой, сахарной пудрой...

Через несколько часов быстрой езды, наш Джи-Пи -Эс, подсказал нам, что приближаемся к мотелю.

Наконец увидели длинное здание, протянувшееся вдоль автострады и стоящие рядом грузовики и поняли, что приехали.

Поставив машину на стоянке, зашли внутрь и оформив своё проживание поднялись наверх, в свою комнату.

Гостиница напоминала общежитие и к тому же, здесь не было кафе или ресторана, а была столовая, в которой кормили разогретыми полуфабрикатами.

А мы, за предыдущие дни путешествия от такой еды уже отвыкли - в Банфе мы готовили еду в хостеле, на кухне, где можно приготовить еду почти как дома - там было всё для такого приготовления.

Вообще, я вспоминал наше житьё в Банфе с большим удовольствием -

из окон гостиной, открывался прекрасный вид на горы, комната отдыха была просторной и разукрашена деревянными поделками, и к тому же, это время мы прожили независимо, хотя в комнате была ещё одна двухэтажная кровать - в хостелах, где в комнате иногда живут несколько незнакомых туристов, это обычная вещь.

Тем не менее, в приёмной хостела, при регистрации, нам пообещали, что никого подселять не будут и сдержали своё слово.

Кстати, в рисепшен - приёмной и в столовой, где нас кормили завтраками, работали студенты, которые устраивались сюда на время, и часто приезжали из далека.

Но этот мотель мне сразу не понравился - ночью, от проходящих мимо по автостраде тяжёлых грузовиков, стоял постоянный шум, и я не мог заснуть, почти до утра.

Женщина, сидящая на регистрации, была красива и грустна и позже, я узнал, что она приехала сюда из Словакии, понимает по-русски, и очень здесь несчастна.

И в душе я пожалел её, потому что с её красотой, она могла бы у себя на родине работать где-нибудь в модельном бизнесе и получать приличные деньги, а здесь она никому не нужна, и от этого с ней происходили и все другие беды!

Такое часто происходит с женщинами, в том числе из России, которые уезжают на "благословенный Запад", не понимая, что все проблемы сосредоточены внутри нас, и вместе с нами переезжают с места на место. Но чем дальше от родины, тем труднее эти проблемы разрешаются и потому, я бы советовал желающим уехать, десять раз подумать, прежде чем решиться на это!

Но окрестности здесь просто замечательные. Это и Озеро Луиз, и один из самых высоких водопадов в Канаде, а может и в мире.


Мы поехали туда, и действительно, я был потрясён увиденным!

С высоты около двухсот метров, падала вниз целая небольшая речка, которая к тому же, в середине падения, зацеплялась за скальный уступ, и дальше, уже водной пылью и косяками белой пенящейся воды, водопад летел к земле. Зрелище, редкое по красоте, динамизму и масштабам...

Назавтра, мы с женой поехали на озеро Луиз, на котором выстроена большая гостиница, той же туристической фирмы, которая выстроила и Банф-Спрингс отель.

Озеро конечно замечательное, с обрывистыми, крутыми берегами, покрытыми густой тайгой, и удивительного цвета, лазурной водой, которая в первую встречу, вызывает чувство восторга и удивления.

И вот над этим лазурным зеркалом воды, высятся громадные серые скалы, особенно трагично выглядящие на фоне зелёного леса, начинающегося прямо на берегу озера...

А в горловине речной долины, если смотреть со стороны озера, стоит большое, многоэтажное современное здание отеля класса люкс. Ведь озеро Луиз, - одно из основных достопримечательностей центральной Канады и каждый год, в этих краях бывают сотни тысяч туристов со всего света.

В окрестностях озера стоят дремучие леса, водятся олени, лоси, медведи и множество мелкой дичи.

Скалы, здесь, возносятся к самому небу, крутыми, сероватого цвета непреодолимыми стенами и кажется, что за этими скалами и земля кончается - тут начинаешь понимать, почему горы, протянувшиеся по всей Северной Америке, называются Скалистыми...


Вторую ночь, я, утомлённый переживаниями красоты которую мы видели в здешних местах, спал хорошо, несмотря на шум с хайвэя и потому, утром проснулся в бодром состоянии духа.

Простившись с грустной Элейн - так звали девушку в рисепшен, мы сели в машину и облегчённо вздыхая, вырулив на шоссе, помчались в сторону следующей остановки в районе городка Джаспер, где нам предстояло ночевать три ночи - всё-таки такие мотели, не самое лучшее место для остановок во время путешествий

К полудню, когда мы "пересели" с хайвэя на дорогу, ведущую в Джаспер, небо нахмурилось и снова пошёл снег - ещё с утра было значительно теплее обычного и подумалось, что скоро погода испортится.

Так и случилось - начался такой снег, что белая пелена закрывала не только горы по сторонам от дороги, но и самоё дорогу впереди и потому, приходилось сбавлять скорость.

Но временами солнце, пробившись в щели дымной холодной облачности, вдруг заливало белеющие снегом окрестности, каким-то чудным светом, под которым природа оживала и загоралась волшебным внутренним сиянием!

Горные пики, побелённые снежной порошей, громадные гранитные скалы, нависающие над лесистыми склонами, стены чудовищных размеров горных крепостей, придавала всему окружающему пейзажу, необычайную дикость и первобытное величие!

Казалось, Бог создавал все это с намерением потрясти и удивить человека, который на фоне этой огромности смотрелся муравьём и безгласной букашкой, и это всё, вселяло в нас радостную восторженность, как во времена нашей далёкой молодости...

По дороге, мы останавливались у разного рода достопримечательностей, главными из которых, конечно, были водопады!

Канада - это действительно страна лесов, озёр и водопадов, причём, водопады тут на любой вкус. И высокие, падающие со ста и более метров, и мощные, когда большая река вдруг спрыгивает вниз с каменного уступа и с рёвом роет ямы в граните берега, орошая влажными туманами окрестности этих чудес света!

Иногда вода сверлит, казалось бы в нерушимой скале, странные, как по циркулю сделанные отверстия, через которые можно видеть следующую ступень, с которой вода с воем и рёвом уносится к подножию этих водяных обвалов!

Здесь, мы по-настоящему понимаешь известную русскую поговорку: "Вода камень точит"!

Водопад Атабаска примечателен своими масштабами - большая река с рёвом и гулом срывается вниз, с уступа и исчезает внутри скального лабиринта. Стены этого прохода достигают высоты пятидесяти метров и зеленовато-белая вода, беснуется внутри узкого прохода, а чуть ниже водопада, мгновенно превращаясь в спокойный зеленовато-молочный залив-заводь.

И это внезапное "беснование", происходит на фоне величественной горно-скалистой панорамы, до половины склона укрытой тёмно-зелёной массой елово-соснового леса, издали напоминающий громадный природный ковёр, мягко покрывающий изломы ландшафта!

Но надо отметить и работу людей - устроителей этого зрелища, которые проложили асфальтированные тропинки вокруг, установили металлические ограждения и лесенки в опасных местах, по всему обзору водопада...


Десятого сентября. Мы поехали на самый высокий водопад Канады Такакоа, высота падения воды - 254 метра и по пути, видели прямо с автострады, продвижение поезда через тоннель, который находился под громадной толщей горных пород.

Длина поезда, состоящего из более чем двухсот вагоном, поразила нас не меньше, чем водопад и если условно брать длину каждого вагоне за десять метров, то общая протяжённость состава была более двух километров.

Суставчатой змеёй, поезд втянулся в тоннель, и когда его головной локомотив вышел с противоположной стороны, хвост ещё втягивался в гранитную норку!

К водопаду приехали около полудня, а так как с утра шел дождь и солнца не было, то день превратился в ничем неограниченное время - ещё и раньше замечал, что пасмурный день длится почти бесконечно и трудно понять "который час на дворе" - так было и в этот раз.

Когда мы приехали на стоянку, я долго наблюдал за вороной, которая села на автомобиль, и склонив голову, сверху, через стекло кабины пыталась рассмотреть, что там внутри.

На нас она не обращала внимания, видимо считая нас за "отсталый природный элемент", и забавно, что её любопытство, было вполне сознательного свойства!

Пошли к водопаду, а когда приблизились к подножию, однако чтобы увидеть каменный козырёк, с которого срывалась вниз целая речка и надо было задирать голову так, что заболела шея.

Мощная струя воды словно в невесомости, застывала над гигантским обрывом и падая в бездны долины, вдруг обнаруживала неистовую силу "мягкой" воды.

В середине падения, струя ударялась о гранитный выступ и разбившись на несколько потоков, падала дальше, к подножию скалы, где за тысячелетия, выбила глубокую яму в гранитном речном ложе.

Невольно вспомнился водопад Ниагара, высота которого составляет почти в пять раз меньше, но объём и масса воды таковы, что эта стена белопенной воды воспринимается как одно из чудес света...


Назавтра, поехали на Емеральд, Изумрудное озеро - вода в этом озере действительно изумрудного цвета, и на фоне окружающих гор, поросших высокоствольным лесом, и серых остроконечных скал, высящихся на горизонте, эта природная драгоценность воспринимается как нечто искусственно созданное неведомой, волшебной силой.

Полюбовавшись на этот феномен природы, пройдя по мосту через узкий "пролив", мы зашли в ресторан, специально сделанный из дерева светло-жёлтого цвета, чтобы не нарушать гармонию природных материалов.

На улице было сыро и по-осеннему прохладно, а внутри пахло жареным кофе, едой и тем же деревом.

Мы сели за столик у больших окон и заказав обед, любовались замечательной горно-таёжной панорамой, окружающей человеческое поселение. Вскоре, нам принесли кусочки лосося зажаренного на оливковом масле и зелёный салат, а после мы заказали мороженное и попили горячий чай и кофе...

После обеда, прошлись по магазинчикам окружающих ресторан и купили для нашей дочери подарок, - чёрного плюшевого медвежонка, который выглядел совсем как живой.

Когда дочь, в Рождество увидела этот подарок, то она вскрикнула от восторга и удовольствия, настолько хорош и добродушен был этот, созданный художником-ремесленником образ!

На обратном пути, заехали в Филд - посёлок, неподалеку от мотеля, но там не было ничего интересного, и мы поехали к себе. Вечером, совсем неплохо поужинали в буфете мотеля, и не откладывая легли спать, - погода по-прежнему была мрачной и дождливой...

Назавтра поехали на Морен-озеро.

Уже на подъезде, увидели скальные стены взметнувшиеся от поверхности озера на сотни метров в небо, а когда выйдя из машины вышли на берег, то поразились ещё больше масштабом гор и скал окружающих красивейшее сине-зелёное озеро.

На берегу, невдалеке от воды стояли туристические деревянные бунгало с большими стеклянными окнами, открывающими вид на озеро и на отвесные скалы за ним, а так как было прохладно, то из труб этих гостиничных домиков, струйками поднимался вверх ароматный дымок - хозяева топили камины.

Мы прошли километра два вдоль берега озера и незаметно, мелкий дождик встретивший нас здесь, превратился в снег развеваемый ветерком то в одну, то в другую сторону.

Температура была около нуля, а из-за того, что высота озера над уровнем моря около двух километров, то и снег здесь бывает чаще, чем внизу, в долинах.

Озеро, лежало перед нами, как громадный драгоценный камень в оправе серых скал и любуясь этой красотой, мы дали себе слово, когда-нибудь ещё раз побывать в этих местах и пожить, хотя бы несколько дней в этих замечательных прибрежных домиках-гостиницах!

Когда уже ехали вниз, в долину, то снег бил нам прямо в ветровое стекло и мы невольно вспомнили, что когда пару недель назад прилетели в Канаду, то в Торонто нас встретила жара в плюс тридцать градусов!

Совсем забыл - в магазинчике на Моренном озере, мы купили себе алюминиевые кружки с карабинчиком вместо ручки, то есть можно пристёгивать кружку к рюкзаку и всегда иметь её под рукой. А так как мы с женой завзятые туристы, то нам такой вариант кружек понравился.

Тут же в магазине познакомились с продавщицей, девушкой-англичанкой из Бирмингема - она, в этом году закончила университет и решила попутешествовать. Так она оказалась в Канаде на этом замечательном озере, а пожить здесь, думаю, хотел бы каждый нормальный турист.

Конечно, жизнь здесь достаточно дорогое удовольствие - номер в домике на берегу, стоит в районе шестисот долларов за ночь, в то время, как наш номер в мотеле, на двоих стоит сто тридцать три доллара...

Ещё одна особенность скалистых гор - это вечные льды на горах и эти "хранилища льда", толщиной в десятки, а иногда и сотни метров, видны во многих скальных ущельях.

Но особенно велик, ледник в горных районах Северной Колумбии, прикрывший как щитом, вершины целого хребта, и языками спускающийся почти к самой автостраде.

Здесь сделали целый "ледниковый центр", из которого организуют поездки на ледник, на специально сконструированных автобусах. По леднику сделана дорога, по которой к перевалу возят на этих автобусах-вездеходах, туристов.

Когда мы туда приехали, то в центре была слишком большая очередь желающих побывать на леднике и потому, мы с Су, прошли пешком к ограждению, вокруг одного из ближних "языков" ледника.

От такой массы льда веяло холодом, и мы постояли у ограждения наблюдая, как вдалеке, очередной автобус с туристами, медленно катил по плоской, подтаивающей ледяной поверхности.

Ледник с каждым годом отступает, поднимаясь всё выше и оставляет после себя так называемые морены, - остатки размолотых ледником скал, в форме небольших булыжников и щебня.

Сегодняшние экологи, как всегда, преувеличивают опасность такого уменьшения ледяной поверхности и говорят, что с уменьшением массы льда, уменьшается база для окрестных рек, берущих своё начало из под этих больших ледников.

Но думаю, что такое интенсивное таяние - всего лишь очередное цикличное потепление, которое через время может смениться очередным похолоданием...

В природе температурные циклы - это данность...

Ледник в Северной Колумбии, мы осматривали двигаясь по дороге в сторону города Джаспер.

Уже в конце переезда, с нами случился конфуз. Джи-Пи-Эс в ответ на запрос по местонахождению города Джаспер, где рассчитывали найти нашу очередную гостиницу, металлическим голосом сказал, что от города, наш Маунт-Робсон Лодж, находится в ста километрах, дальше по шоссе.

Время было уже под вечер, и мы заторопились, чтобы засветло доехать до ночёвки.

В полпути к хостелу, мы пересекли часовой пояс и перевели часы на час назад...

Рассуждая о причудах времени, мы чуть не проехали наш отворот на Лодж. Хорошо, что у Су острое зрение и она успела мельком прочитать небольшую вывеску на обочине, уже проехав отворот.

Развернувшись, мы въехали на лесную поляну неподалеку от автотрассы - на ней стояли несколько деревянных домиков и в один из них, после оформления документов, мы и вселились.

Мы заказали этот домик из Лондона, по интернету и удивились, как уже здесь, быстро всё оформилось и нам выдали ключи от нашего дома.

Красота и уют этого деревянного жилища приятно поразили нас.

После мотеля под Филдсом, который напоминал общежитие, этот домик показался просто маленьким дворцом. Внутри всё было вычищено до блеска, а лакированные стены и даже потолок отливали золотом. Здесь была и кухня, и душевая комната с ванной, а у дальней стены стояла большая кровать, напротив окна, в которое можно было видеть синие сумерки над заснеженными высокими горами.

Мы были очарованы таким комфортом и уютным "личным" пространством...

После вкусного ужина приготовленного Су как дома, я сидел за столом, смотрел в окно и вспоминал уже увиденное и оставшееся позади, в нашем путешествии.

И ещё раз вспомнил посещение музея индейцев, в Банфе - сделан он был в форме торгового поста времён освоения Дикого Запада, в виде деревянной бревенчатой крепости, и войдя внутрь, мы почувствовали себя попавшими в мир реальной жизни американских индейцев.

Многофигурные инсталляции, включающие лошадей, вигвамы и очаги, показывали быт и жизнь индейцев, существовавший сто пятьдесят - двести лет назад. Оружие, одежды, традиции - всё было здесь представлено, и стоял даже вигвам в натуральную величину, с очагом внутри и семейством индейцев, живущих в нём.

Были в этом музее и живые индейцы. Один подошёл к нам и представился. Это был мужчина лет пятидесяти пяти, с длинными чёрными волосами на голове, с тёмными, почти чёрными глазами и улыбчивым лицом.

Мы разговорились, когда я представился и сказал, что родился в Сибири и часто бываю в горах, где живут буряты, так похожие на индейцев.

Наш новый знакомый рассказал, что родился в здешней резервации и в шесть лет его забрали из семьи и отправили в интернат, где он и закончил школу. Потом были случайные работы, разгульная жизнь, закончившаяся алкоголизмом, но недавно он вылечился и сейчас совсем не пьёт.

Закончив свой короткий рассказ, индеец, взял лук с подключённым к тетиве динамиком и ударяя по этой импровизированной струне проиграл несколько музыкальных фраз.

В конце этого короткого знакомства, мы обменялись интернет - адресами и простились. Надеюсь, что в будущем мы сможем связаться по мировой сети с этим замечательным человеком!

И ещё я вспомнил, что вчера и сегодня, на горах мы видели много диких животных.

Когда обедали на одной из автостоянок, расположенных вдоль трассы, то на противоположном склоне, на крутых зелёных полянах-луговинах видели стадо большерогих овец, ярко рыжего окраса, с белыми "зеркалами" на заду.

Их толстые рога закручивались в полтора оборота.

Они паслись в нескольких сотнях метров от дороги, на высоте метров в двести и потому в бинокль были видны отлично. Яркие - почтим оранжевые по цвету, они передвигались по луговине на своих крепких ногах и совсем не обращали внимания на машины, вереницей движущихся по автостраде.

Стадо было числом в пятнадцать-двадцать особей. Эти горные животные удивительно сильны и грациозны и потому, всегда привлекают к себе внимание. Отправляясь в Канаду, я и мечтать не мог, что встречу их так близко, в естественной обстановке - до этого, я видел их только в кино.

Чуть позже, прямо с дороги, остановившись на какое-то время, наблюдали, почти на отвесной скале, вздымающейся рядом с дорогой, за передвижениями на этой головокружительной высоте белого козла, с длинной "бородой" и небольшими острыми рожками.

Прежде, я видел это удивительное животное только на фотографиях и мечтал найти его в горах Сибири, и вот теперь, моя мечта сбылась и я воочию наблюдал этого горного козла, в его естественном состоянии, за десять тысяч километров от Саянских гор, в Скалистых горах Канады!


...Проснувшись в нашем новом жилище, мы, приготавливая завтрак, то и дело выглядывали в окно. Из нашего домика, открывался вид на заснеженные пики горы Робсон - самой высокой вершины в Канаде. На фоне синего неба эти белые огромные пики, производили незабываемое впечатление!

И мы по-детски радовались, тому, что нам повезло с очередной гостиницей, ведь когда мы её заказывали по интернету, то конечно не знали о таком удачном местоположении, нашего будущего "отеля".

После завтрака, решили съездить в ближайший посёлок, за продуктами и найдя интернет, связаться с детьми в Англии.

Когда мы ехали в посёлок Вейлмаунт, то по дороге видели оленя, перебежавшего автостраду прямо перед нашей машиной - это была матка длиннохвостого оленя. Она перескочила дорогу и скрылась в лесу.

А я подумал, что Канада - это ещё и страна непуганых зверей - в нашем путешествии мы уже видели и вапити - канадский подвид благородного оленя, и большерогих горных баранов, и белого горного козла!

Вейломаунт - небольшой лесной посёлок на автостраде, с заметным центром, в котором стоят магазины, аптека и даже краеведческим музеем, где выставлены крупные рога вапити и лося, а также большая шкура чёрного медведя, с головой и открытой зубастой пастью.

Есть и библиотека, выстроенная лет сорок назад из толстенных ошкуренных брёвен. С любезного разрешения библиотекаря, мы связались оттуда по интернету с Лондоном и передали наше нынешнее местонахождение и новости нашего путешествия детям!

В магазине было много разнообразных свежих продуктов, но по американской привычке, для удобства покупателей, соки, молоко и прочие жидкости были упакованы в большие ёмкости, до трёх-пяти литров вместимостью.

Закупив всё необходимое, мы поехали посмотреть очередные водопады на реке Фрезер и были в очередной раз восхищены, пробивной силой "мягкой" воды.

Часто, за долгие годы борьбы, она пропиливает и сверлит такие твёрдые и толстые скалы, которые могут прорезать только самые мощные современные буровые установки.

Один водопад, в котором река Фрезер спрыгивает с семиметрового обрыва, напоминает Ниагару, в миниатюре, и конечно, всё увиденное здесь, производит неизгладимое впечатление своей масштабной мощью и силой!

Побывали мы и в туристическом визит-центре Маунт Робсон, который поражает ухоженностью и благоустройством. Много специальных магазинчиков и конечно ресторан с кафе, где туристы могут отдохнуть, поесть и выпить...

В специальном холле, посмотрели на макет самой высокой горы Канадских Рокиес. Но в натуре, впечатление от этой вершине, намного сильней и эмоциональней. Её высота около четырёх тысяч метров и похожа она на громадный храм с круглой крышей. Снег лежит на вершине круглый год и взобраться туда, представляется трудной задачей...

От визит-центра, мы отправились на прогулку, в окрестности, по направлению к очередному водопаду на реке Фрезер, а потом прошли вдоль берега, любуясь на лесистые горы, окружающие реку со всех сторон.

В одном месте, осмотрели остатки строений бывшего посёлка строителей железной дороги, которая проходит через леса, на противоположном берегу, и со строительством этих железных дорог, связано промышленное и экономическое развитие Канады.

В этом гигантском строительстве участвовали сотни тысяч переселенцев из всех частей света и стиль жизни этих героев освоения канадских дебрей, во многом напомнил мне строительство Байкало-Амурской магистрали, где и мне удалось пожить и поработать в сейсмологическом отряде техником.

В конце прогулки, мы увидели на противоположном берегу движущийся поезд, который показался нам бесконечным. Он двигался медленно, но локомотивы тянули столько вагонов, что когда голова состава скрывалась за очередной горой, хвост был ещё хорошо виден.

Приехав "домой", мы перед ужином погуляли и осмотрели кемпинг Маунт Лодж, состоящий из нескольких отдельно и довольно далеко стоящих друг от друга домиков, таких же как наш.

На берегу реки, была устроена стоянка для караванов и там, мы видели несколько рыбаков, стоящих на берегу с удочками. Место для рыбалки прекрасное и то, что это находится в лесу, где можно развести костёр и рядом с большой рекой сварить свежую уху, придаёт всему особую прелесть.

На следующий день, после завтрака, решили совершить небольшой подъём в сторону вершины Робсон и поехали в уже знакомый визит-центр.

Не останавливаясь, проехали центр и оставили машину, на стоянке, только у начала маршрута подъёма на гору Робсон.

Особенность нашего похода, была в том, что вдоль подъездной дороги, рабочие пилили "угрожающие" деревья, и движение до стоянки, было закрыто на весь день, то есть до пяти часов вечера.

А мы начали поход в сторону вершины, часов в десять утра. Поэтому, весь день надо было провести на маршруте.

Длина его, до верхнего озера Берг, была двадцать два километра, но мы решили идти только до озера Кинни, до которого было семь километров и куда можно было сходить за один день. Надо заметить, что ещё лет десять назад, пройти за день сорок-пятьдесят километров для нас с Су, задача была вполне выполнимая.

Однако с той поры "много воды утекло" и наша физическая готовность заметно снизилась, тем не менее, четырнадцать километров, это тоже неплохая разминка!

Погода в этот день была замечательной: синее небо, яркое прохладное солнце и белый снег на вершинах горных пиков, до половины покрытых мягким ковром хвойных лесов! Чего ещё можно желать?

Дорожка-тропа шла вдоль реки, с молочно-зелёной ревущей на перекатах водой, среди крупно-ствольного леса, в котором встречались секвойи и кедры незнакомого подвида, в несколько обхватов толщины.

В тени деревьев, особенно спервоначала, было прохладно, поэтому шли быстро, чтобы согреться. Но через час, когда вышли к месту, где река вытекала из озера, солнце поднялось почти в зенит и стало значительно теплее, но не жарко - самые комфортные условия для ходьбы пешком!

Вдоль дороге, на обочинах часто встречались лесные грибы. Здесь, в Канаде, я уже видел и сыроежки, и рыжики, и волнушки, и грузди, и даже нашёл один белый гриб.

Что касается белых груздей, то такого их количества я не видел со времён моего детства, когда мы, мальчишки, ходили в лес за грибами и приносили домой полные корзинки или ведра.

А потом, уже дома, вымочив, и очистив их, мать солила эти грибы в просторной деревянной бочке. Зимой, мы приносили их из кладовки холодные и хрустящие, и ели этот деликатес с картошкой.

Сейчас, к сожалению, такого уже нет и в таёжных деревнях - традиции сбора грибов на засолку, уходят в прошлое.

Что касается Европы, то там не привыкли собирать дикие грибы и естественно, солёные грибы всем мало знакомы.

В Канаде, как и в России, грибы иногда собирают, но из-за боязни отравиться "плохими" грибами, их тоже употребляют только в жареном или варёном виде. Но я уже писал, что нет ничего вкуснее и полезнее, закусывать кристально-холодную водочку солёными груздями и кажется, что этот деликатес по-прежнему не знаком ни в Европе, ни в Америке!

Из ягод, я встречал здесь и пробовал только малину, чернику и чёрную смородину, которые мало чем отличались от сибирских ягод.

Яркое солнце с синего неба, постепенно растопило ночную прохладу, хотя торная тропа, местами в тени деревьев, оставалась влажной после утренней росы.

Выйдя к озеру, мы увидели гладкую изумрудную гладь воды, зеркалом раскинувшееся у подножия нескольких высоких вершин. Это зеркало, почти без изменений отражало белизну снега на окрестных вершинах и зелень густого леса, покрывающего склоны до начала серых скальных утёсов. Кое где на склонах были видны ледники, языками спускающиеся по крутым склонам. Неподалеку от тропы, сквозь редкие стволы невысоких сосен и кустарников, белела снежными комьями, спрессованными при падении, большая, не растаявшая, до конца за жаркого лето, снежная лавина, из под которой, как из под ледника, вытекал поток талой воды, ещё не успевший пробить себе русло, в сухом, щебёнчатом береге озера.

В Сибири, в Саянах, где я бываю вот уже несколько лет каждый год, в начале лета, тоже можно встретить много оставшихся после зимы лавин, часто перегораживающих конную тропу.

Лошади, переходя такую лавину, начинают проваливаться в талый снег, взвиваются на дыбы и от этого только ещё глубже увязают в снегу. Чтобы лошадь, начинающая биться не отдавила всадникам ноги, приходится сходить с коней и осторожно переводить их через лавину, в поводу.

Здешняя лавина, в отличии от плоских лавин в Саянах, состоят из удивительных снежных шаров разного диаметра, создающих причудливую неровную снежную поверхность.

Создавалось впечатление, что дети скатали миллионы шаров и сложили всё это в одну снежную дорогу...


По этой тропе, ухоженной и благоустроенной смотровыми площадками и разного рода информацией, каждый день проходят и проезжают на велосипедах много туристов, не только из Канады, но и многих стран мира, привлечённых красотой Скалистых гор и вершиной Робсон, которая в Канаде также известна, как в Англии Бен Невис или Эльбрус в России.

Цель большинства этих туристов - верхнее озеро Берг, где есть и кемпинг и домики, откуда самые отчаянные туристы, пробуют подняться на вершину горы Робсон.

Первое восхождение на эту вершину, совершили три друга, в 1913 году; немного раньше, некий Кинни, поднялся на гору, но из-за тумана не смог определиться с высотой и не дошёл до вершины всего несколько метров.

А мы, дойдя до крытой стоянки на берегу озера Кинни, поели там сидя за деревянным столом, а потом легли на траву, на берегу, рядом с тропой и загорая под осенним солнцем, подремали, убаюканные тишиной и покоем, слушая как ветерок шумит в вершинах сосен и кедров, растущих неподалеку...


К машине возвратились через семь часов, уставшие, обогретые ярким солнцем и сев в уютный, просторный салон нашей арендованной "Тойоты", поехали к себе в Робсон Лодж, в свой уютный и теплый домик.

Гора Робсон в это время года, с утра покрыта туманными облаками, как мягкой шляпой, но после полудня облако исчезает и скалистая корона Робсона, предстаёт наблюдателям, во всём своём великолепии!

Я пришел к выводу, что действительно, горы здесь особенные и действительно оправдывают название Скалистые.

Скалы всех причудливых видов и расцветки, поражают воображение своими размерами и эта их красота, словно приглашает вас взобраться на неприступные утёсы и каменные "лбы", торчащие из земли на сотни метров!

Некоторые пики напоминают по форме громадные древние замки, созданные руками Создателя, с башнями, обрывами гигантских стен и причудливыми, разновысокими каменными строениями - жилищами горных великанов!


На следующее утро, поднялись рано, по будильнику и позавтракав, стали собираться в дорогу - мы направлялись в сторону Ванкувера, через небольшой городок, Камлюпс, где решили заночевать, чтобы закончить этот длинный путь в два дня.

И в Ванкувере, должно закончиться наше автомобильное путешествие, по канадским Скалистым горам.

С утра, после завтрака, зашли к хозяевам домиков и искренне поблагодарили их за комфорт и спокойствие в этом Лодже.

Здесь, мы действительно радовались неожиданной возможности пожить самостоятельно, но с комфортом в этом диком месте, вокруг которого стоят дремучие леса и текут чистые, красивые реки.

Погода была все эти дни тёплая и солнечная и потому, мы покидали Робсон Лодж с небольшой грустью, которая постепенно сменилась привычным любопытством путешественников - а что там, за следующим поворотом?

Целый день ехали в сторону Ванкувера, с одной остановкой в придорожном торговом центре, где вкусно пообедали, сидя за столиком рядом с зелёным травяным газоном небольшого садика при ресторане.

Горы постепенно становились всё ниже, а реки всё шире и спокойнее. Еловые леса на склонах, постепенно сменялись сосновыми, скалы оставались позади и лесистые холмы вдоль дороги, временами напоминали мне байкальские берега.

Невдалеке от Камлюпса, на площади в несколько километров, вдоль берега реки Северный Томпсон протянулась зона мёртвого, горелого леса. Зрелище мрачное и грустное, напоминающее нам о роли человека в природе.

Тут два варианта. Роль человека созидателя и защитника природы, деяния которого мы наблюдали в Банфе и в районе горы Робсон. Там сделаны даже специальные мусорные баки, в которые дикие медведи не могли проникнуть, добывая себе пропитание на "помойках".

В этих же местах, само присутствие человека, его деятельность, пусть и невольная приносят природе вред и разрушают естественные ландшафты, вызывая в душе невольные протесты.

Но в оправдание человека, надо заметить, что сама природа часто негостеприимна и мрачна. Может быть поэтому, окрестности Камлюпса, выгоревшие на солнце голые склоны, вполне соответствую промышленному и жилому хаосу вокруг.

Посёлки в этой сухой холмистой степи, состоят из серых зданий и кажется, что это пересыльные лагеря, где люди живут по работе и не намерены оставаться здесь надолго.

Невольно возникает вопрос - почему люди селятся в таких неприятных, некомфортных для жизни, местах?

Мне эти места напомнили кадры из американских фильмов о бандитах и ковбоях, скачущих по полупустынным, выгоревшим от солнца холмам.

Но таёжная Канада, по климату и по географическому положению похожа на Сибирь и невольно хочется сравнивать Россию и Канаду.

И там, и тут, громадные пространства на которых живёт совсем немного людей, но если сравнивать условия жизни, то такая Канада отличается от России, как небо от земли, и дело тут не только во внешнем богатстве страны.

Главное, что люди здесь более добродушны, в первоначальном смысле этого русского слова, и потому, более творчески подходят к решению многих человеческих и общественных проблем, и здесь, по моим впечатлениям, именно люди, а не экономика стоят во главе угла.

А в России, тирания чиновного формализма и дешёвой отчётности, и сегодня вполне соответствуют, когда-то популярному ещё в Советском Союзе лозунгу - экономика должна быть экономной.

Получается, что экономика сама по себе, а живой человек - живёт отдельно от этого и является инструментом для этой "экономики", сухо выраженной в процентах внутреннего валового продукта.

Весной этого года, я побывал в очередной раз в России, в Иркутске и видел, как чиновники отменили вторую электричку в сторону Байкала и дачники с туристами, ломились в переполненные вагоны, как во времена войны или разрухи...

И в то же время, в Лондоне, я вижу, регулярно ходящие по вечерам в пригороды электрички метро, в который на некоторых станциях, садятся и сходят всего по несколько человек на целый состав!

И эти электрички ходят по графику и никого не удивляет, что в пяти вагонах набирается в лучшем случае человек десять-пятнадцать.

Та же ситуация с экономией электроэнергии - почему в Лондоне, ночью светло как днём, а в России, темнота на улицах давно стала "другом молодёжи"?

И конечно, на все эти сравнения и на вопросы, возникающие при этом, нужно требовать ответа от Властей, и от народных представителей в Думе и в правительстве...


В Камлюпсе, ночевали в типичном "американском" мотеле, знакомом по фильмам об американских бандитах или неудачниках.

Это одноэтажное здание в пустом дворе, с рядами дверей в номера, перед которыми постояльцы ставят свои машины. В каждом номере есть холодильник, телевизор, кофеварка и туалет с ванной. И конечно, большая кровать на которой можно переспать ночь или несколько, по дороге домой или будучи в командировке.

Мы, приехали в Камлюпс, часов в пять и потому, решили перед сном погулять и поужинать. Пройдя вдоль набережной реки, где устроен городской парк, зелёный и даже нарядный, чем выгодно отличался от унылых окрестностей, скоро пришли к старой железнодорожной станции, где работал вполне приличный ресторан. Этот ресторан, отличался от многих других тем, что официантками там работали молодые красотки, а обслуживание и еда были по первому классу.

Подумалось - этот городок, сам по себе не так плох, но унылый ландшафт окружающий его, наводит на размышления. По каким критериям люди выбирают место для общих поселений, которые называются деревнями, посёлками и городами?

Очевидно, что главное тут не красота природы вокруг, я наличие работы или возможность торговать - многие крупные города, расположены на пересечении торговых путей, часто на реках или у моря, то есть у воды, по которой в давние времена была возможность, более безопасно перевозить товары и путешествовать.

Чем привлёк людей Камлюпс, я не знаю, однако он стоит и люди живущие в нём, стараются сделать его более привлекательным, сажая деревья, строя музеи, открывая кафе и рестораны.

Так, пожалуй, поступают везде, где человек вынужден жить и осваивать землю...


Март 2013 года. Лондон. Владимир Кабаков


Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте "Русский Альбион": http://www.russian-albion.com/ru/vladimir-kabakov/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal