# Про Кумо

Дмитрий Генаддьевич Каминяр

Если грустно, то пиши о медведях

Запахи сосновых иголок и влажной земли были первым воспоминаниями Кумо. Родившись в глубоких, окутанных туманом горах Хонсю, он с рожде-ния носил мех цвета безлунной ночи, за исключением ярко-белого полумесяца на груди. Кумо, что в переводе с языка людей, редко осмеливавшихся подниматься так высоко, означало "облако", был любопытным медвежон-ком, всегда отваживавшимся заглянуть немного дальше своих братьев и се-стер, его нос дергался при каждом новом запахе.


Его мать, внушительная, но нежная медведица, научила его ритму леса. Где найти самые спелые желуди, как разорвать гниющее бревно в поисках личинок, а ещё - сладкому, драгоценному секрету дикого меда, спрятанного глубоко в дуплах деревьев. Но самым важным ее уроком была осторожность. Горы таили в себе чудеса, но и опасности тоже: острые когти ястреба, бесшумное скольжение гадюки, и далекие, тревожные звуки человеческих поселений.


По мере того как Кумо рос, его любопытство оставалось неукротимым. В одно знойное лето нижние долины охватила засуха. Еды стало мало, и даже обычно обильные ягодные кусты дали скудный урожай. Кумо, теперь уже сильный, ловкий молодой медведь, почувствовал ноющую боль в животе. Он вспомнил историю, рассказанную ему матерью, историю о скрытом источнике высоко в горах, у самых вершин, где вода текла даже в самые засушливые годы, а вместе с ней и жизнь.


Он отправился в путь в одиночку, его сильные ноги несли его вверх по коварным склонам. Воздух стал редким, и знакомый запах сосен сменился резким, металлическим привкусом холодных и голых скал. Он пробирался через осыпающиеся склоны и сквозь густые заросли рододендронов, его белый полумесяц сверкал, как маяк, на фоне темнеющих камней. Дни сменя-лись ночами, отмеченными уханьем сов и воем волков - далёких, к счастью.


Наконец, когда отчаяние начало-таки подрывать его решимость, его взгляд привлек слабый проблеск. В гранитной расщелине крошечный горный водопад низвергался в кристально чистый бассейн. Вокруг него к скалам цеплялся ярко-зеленый мох, а к радости Кумо, на поляне поздно зацветших кустов черники были сладкие ягоды. Он жадно напился, ледяная вода взбодрила его усталое тело.


А наевшись, его охватило чувство глубокого покоя. Он нашел скрытый источник, и не просто источник воды, но и источник собственной стойкости. Кумо совершил невозможное восхождение не только ради еды, но и ради духа приключений, который все ещё горел в нем. Остаток лета он провел, пируя ягодами, и травами, и всякой животной мелочью, а также исследуя этот уединенный уголок, зная, что память о его восхождении и усвоенных уроках будет сопровождать его всю долгую жизнь в самом сердце гор Хонсю.