# Бригада убийц

Ник Картер

Ник Картер


Бригада убийц


перевел Лев Шкловский в память о погибшем сыне Антоне


Оригинальное название: Assassination Brigade


Первая глава.


Когда в серые предрассветные часы зазвонил телефон, я знал, что на другом конце провода мог быть только один человек - Хоук, мой босс в AX.


Телефон стоял на ночном столике с противоположной стороны кровати, поэтому мне пришлось ползти через Марию фон Альдер, спящую рядом со мной, чтобы добраться до него. Мария зашевелилась во сне, слегка подтянув одну ногу, так что ее прозрачная розовая ночнушка поднялась выше бедер, когда я поднял трубку.


«Тебе нужно немедленно вернуться сюда», - сказал Хоук, как только узнал мой голос. Его слова были резкими и настойчивыми. «Мы работаем над новым делом. Будьте готовы выйти через тридцать минут ».


Я спросил. - "Через тридцать минут? Как? Похоже, вы забыли, где я."


Я был на Виски-Кей, крошечном острове у Багамских островов, куда меня послал сам Хоук. Мне нужно было предоставить лодку, чтобы забрать меня и отвезти на один из больших островов, чтобы я мог сесть на самолет обратно в Штаты.


Хоуку не терпелось услышать мой ответ. «Будьте готовы выйти через тридцать минут», - повторил он ледяным тоном. "Господин Джеймс" обеспечит ваш транспорт ».


Я молча кивнул. "Господин Джеймс"- это кодовое имя президента Соединенных Штатов Америки.


«Хорошо», - сказал Хоук, как будто видел, как я киваю. «Лодка заберет вас от главного дока Виски-Кей ровно через двадцать семь минут». Он повесил трубку. Положив трубку, я увидел, что Мария открыла глаза и смотрит на меня.


«Это был мой офис в Нью-Йорке», - сказал я ей. «Боюсь, мне нужно туда вернуться. Компания отправляет за мной лодку.


Мария думала, что я миллионер по имени Тони Доус, это было прикрытие, которое я использовал в моем нынешнем задании от AX. Даже если бы она услышала мой разговор с Хоуком, у нее все равно не было бы причин сомневаться в моем прикрытии.


Но она скривилась, ее спелые красные губы надули. "Тебе нужно вернуться сегодня?"


«Да, боюсь, что да», - бодро сказал я, собираясь встать с кровати. «И не только сегодня, но и прямо сейчас. У меня как раз есть время одеться до того, как сюда прибудет лодка.


Но прежде чем я смог встать с постели, Мария подняла руку и игриво потянула меня за руку, притягивая к себе.


«Тебе не нужно так торопиться, - хрипло сказала она.


В этом не было сомнений, Мария фон Альдер была красивой женщиной, длинноногой стройной блондинкой с великолепно сложенным золотым телом и полной гладкой грудью, розовые кончики которых упирались в лиф ее прозрачного платья. Она смотрела на мое тело и могла видеть, что ее вид делал со мной. Она соскользнула с кровати на спине, слегка приподняв бедра, предлагая мне свое шелковистое тело, словно чаша любви, ожидающая своего наполнения.


Со всей силой воли, на которую я был способен, я прошептал: «Будут и другие времена». Я провел губами по ее щеке и отправился в душ.


Я не мог пожаловаться на то, что последние пять дней на Виски-Кей были не очень приятными. Остров был игровой площадкой для очень богатых. Куда ни глянь, везде была роскошь - чистые, вымытые морские яхты, стоящие на якоре в сверкающих голубых водах; акры дорогих благоустроенных газонов, пылающих яркими огненными цветами, уходящие к морю; скопления роскошных вилл, ярко раскрашенных, как если бы они были нарисованы детскими мелками, возвышались над Атлантическим океаном. Я наслаждался всем, включая Марию фон Альдер, последние пять дней.


Но мой визит на Виски-Кей по-прежнему был разочаровывающим; Я был там по делу и был не ближе к решению моей текущей задачи, чем в тот день, когда Хоук впервые проинструктировал меня в штаб-квартире AX в Вашингтоне.


Хоук начал беседу необычным монологом об опасностях этой конкретной миссии, невероятных шансах и огромной важности успеха.


Я бросил на него взгляд краем глаза, думая, а что еще нового? Я почти ожидал увидеть, как морщинки вокруг его тонких губ превращаются в улыбку. Нечасто Хоук, сдержанный житель Новой Англии, пытался шутить. Но я увидел, что эти морщинки вокруг его рта и пронзительные глаза только усилились, и я знал, что он серьезно.


Он перетасовал бумаги на столе и нахмурился. «Нас только что проинформировали - это, конечно, совершенно секретно - что шесть часов назад премьер-министру Англии угрожал убийством его давний друг, член парламента. Двое мужчин находились в загородном доме премьер-министра, когда его друг внезапно взял винтовку, нацелил ее на премьер-министра, а затем, совершенно необъяснимо, нацелил винтовку на себя и вышиб себе мозги. В то время там больше никого не было, поэтому мы можем выдать публике фальшивую историю. Но реальные последствия инцидента ужасны ».


Я кивнул. Это было более странно, чем я ожидал, даже после вступительной речи Хоука.


«Официальная британская версия описывает это как несчастный случай», - продолжил Хоук. «Осечка, когда друг осматривал винтовку. Конечно, не будет


Он упомянул, что сначала оружие было направлено против премьер-министра ».


«Вы собираетесь одолжить меня англичанам для помощи в расследовании?»


Хоук покачал головой. «Проблема ближе к дому. Сообщалось о подобных случаях в Китае, Франции, Японии и Германии. В каждом случае потенциальный убийца имел возможность убить свою жертву, но вместо этого убивал себя.


«Вы можете себе представить, какое влияние эти отчеты оказали на президента. Он легко мог стать следующей целью. И он не собирается ждать, пока член этой команды убийц доберется до Белого дома, даже если убийца в конечном итоге убьет только себя. Наша задача на этот раз - искать и уничтожать - превентивные действия ».


"У нас есть какие-нибудь зацепки?"


«Немного, - признал Хоук. Он закурил одну из своих дешевых сигар и с минуту попыхивал в тишине. «У меня есть все материалы расследований различных спецслужб в каждой из стран, а также Интерпола. Хотите знать, что они нашли? "


Он отмечал факты на пальцах. «Во-первых, все мертвые убийцы были полными. Во-вторых, все были одержимы своим лишним весом и потратили много времени, пытаясь от него избавиться. Трое из них были близки с сестрами Фон Альдер».


Я приподнял бровь. - "Потрясающе. Я ищу толстых мужчин на диете, которым нравятся красивые девушки. Ты совсем не упрощаешь это".


«Я знаю, - сказал Хоук. "Мне жаль." Судя по тому, как он это сказал, я почти поверил ему. Но потом он снова стал решительно деловым.


«Мы начинаем с сестер фон Альдер. Это единственная реальная подсказка, которую мы получили".


Девушки фон Альдер сами были немного странными. Мария, Хельга и Эльза - идентичные тройняшки-блондинки, хорошо известные любому читателю газет или телезрителю. Им было за двадцать, и они были красивыми. Они приехали в Соединенные Штаты из Германии после Второй мировой войны со своей матерью Урсулой. Они специализировались на мужьях и любовниках-миллионерах, которые делали им богатые подарки в виде домов, разбросанных по всему миру, яхт, драгоценностей и даже частных самолетов.


Поразмыслив, я решил, что сближение с ними, вероятно, было одним из самых приятных способов, с которых я когда-либо начинал выполнять задание.


Для AX было достаточно просто предоставить мне прикрытие - Тони Доуэса, богатого бизнесмена, унаследовавшего процветающий экспортно-импортный бизнес со штаб-квартирой в Нью-Йорке. Вскоре, когда Хоук за кулисами подергал за нужные ниточки, меня пригласили на несколько вечеринок девочек Фон Альдер. Как только я встретил сестер, было довольно легко, с щедрыми проявлениями даров и внимания, стать частью их социальной сети.


Мария была первой из этих девушек, которую я «исследовал». Я отвез ее на Виски-Кей, где мы провели пять счастливых дней в роскоши. Но к утру, когда Хоук приказал мне вернуться в Соединенные Штаты, я не обнаружил никаких других зацепок.


Вторая глава.


Менее чем через двадцать минут после звонка Хоука я направился к главному причалу Виски-Кей. Мария фон Альдер пошла со мной, цепляясь за мою руку. Там уже ждала лодка - сорокфутовый скоростной катер, большая часть краски облезла и заржавела, два дизеля работали на холостом ходу. На палубе было четыре человека.


Один из мужчин, на котором была выцветшая бейсболка, крикнул: «Мы готовы в путь, мистер Доуэс».


«Да, я тоже», - ответил я. Я повернулся, чтобы попрощаться с Марией, и она долго и требовательно целовала меня.


«Помни, Дамплинг», - сказала она - все сестры фон Альдер называли своих мужчин «Дамплинг», - «держись подальше от этих моих сестер, или я выцарапаю глаза».


Я спросил. - «Мои или их?»


«Все глаза», - сказала она.


Она быстро поцеловала меня, и я прыгнул на палубу катера. Мужчина в выцветшей бейсболке тут же бросился прочь. Когда мощные сдвоенные дизели крейсера ожили, я увидел, как второй катер понесся к причалу. Он внезапно повернулся и направился к моему катеру, который стремительно мчался к открытому морю, его нос, пуская волну рассекал воду.


Вскоре Мария фон Альдер, все еще стоявшая в конце пристани, уменьшилась до размеров куклы, а затем полностью исчезла. Через несколько минут сам остров исчез из поля зрения.


Вдруг я понял, что нас преследует другая лодка. Знакомый холод пробежал по моей спине. Кто-то совершил серьезную ошибку - мог ли это быть я?


Я попытался понять это, и быстро. Либо другая лодка была вражеским кораблем, пытавшимся добраться до меня, либо я позволил подобрать себя не тому катеру, а другое судно было тем, которое Хоук послал за мной на Виски-Кей. Прежде чем у меня появилась возможность подумать над этим еще, мужчина в бейсболке сказал мне то, что я хотел знать.


«Пожалуйста, не делайте глупостей, мистер Доуэс, - сказал он. Он откинул кусок брезента на палубу и схватил обрез, лежавший под ним. Ствол был направлен мне в грудь.


По крайней мере, он не знал моего настоящего имени. Но я все еще не мог объяснить, откуда он знал, что я буду ждать катера на пристани на Виски-Кей.


Либо кто-то подслушивал звонок Хоука, либо меня выдала Мария фон Альдер.


Раздался крик человека за штурвалом катера, и лодка повернула вправо с внезапным креном, который чуть не сбил нас всех с ног. Затем мы увидели, в чем проблема - зловещий серебряный предмет, пронизывающий воду почти прямо над нашим носом. Преследовавший нас катер выпустил торпеду, но она не попала в нас и улетела в море.


Но этот короткий момент, когда все люди на борту крейсера потеряли равновесие, дал мне необходимую мне возможность вытащить Вильгельмину, мой модифицированный пистолет Luger с трехдюймовым стволом. Пока я был с Марией на Виски-Кей, я прятал его в секретном отсеке в моем багаже. Но перед тем, как покинуть наш номер в то утро, когда Мария была в другой комнате, я предусмотрительно засунул его в скрытую кобуру, которую я носил в своих брюках, чтобы дотянуться до пистолета, расстегнув ширинку.


В то время как человек с ружьем все еще лежал на перилах, я присел, расстегнул молнию и вытащил «люгер». Я мог видеть изумление на его лице, когда «Люгер» появился из моей ширинки. Он заорал и взмахнул дулом ружья вверх, его палец сжал курок. Мы стреляли одновременно. 9-миллиметровая пуля Вильгельмины сократила разрыв между нами на полсекунды быстрее. Пуля снесла мужчине лицо и отбросила его через перила в море, а дробь от дробовика попал в переборку позади меня.


Я быстро рванулся, одной рукой схватив спасательный жилет, а другой засовывая «Люгер» обратно в кобуру. Затем я прыгнул через перила в море. Я догадался, что люди на второй лодке подавали мне сигнал, чтобы я попытался выйти из лодки, когда они выпустили торпеду, и что они наблюдали за мной в бинокль.


Несмотря на дневную жару, когда я прыгнул и ушел под воду, вода была ужасно холодной. Все еще сжимая в руке спасательный жилет, я почти сразу вынырнул и поплыл от катера ко второму катеру, который теперь несся ко мне. Через плечо я видел, как катер начал разворачиваться в погоне.


Тот катер все еще находился на полпути, когда приближающийся катер выпустил еще одну торпеду. Она просвистела мимо меня, всего в пяти ярдах, и на этот раз попала в мидель катера. Произошел адский взрыв, и меня ударили сильные ударные волны, которые распространялись через воду, как электрический ток, проходящий через оголенный провод под напряжением. Катер разлетелся на части, подняв гигантский гейзер из воды, мусора и тел.


Через несколько секунд преследующий катер приблизился, и меня подняли меня на борт. Оказавшись на палубе, я увидел, что этот катер был точной копией только что уничтоженного катера; даже с той же отслаивающейся и ржавой краской и и с тем же количеством людей на борту. Но на этот раз один из мужчин показал открытку с печатью Соединенных Штатов и подписью президента.


«Приносим извинения за неудобства», - коротко сказал мужчина. «Мы опоздали на причал в Виски-Кей. Кто-то устроил небольшую диверсию в генераторах, чтобы задержать нас. Когда мы увидели, что другой катер отошел вместе с вами, мы догадались, что произошло ».


«Спасибо», - улыбнулся я. - «Вы хорошо справились».


Он не стал признавать, что он настоящий профессионал. Вместо этого он сказал: «Возможно, вы захотите переодеться в сухую одежду, прежде чем мы доберемся до места назначения. Внизу, в каюте, вы найдете одежду.


Я спустился вниз и переоделся в свежие джинсы, спортивную рубашку, обувь и носки. Это была не совсем подходящая одежда, но она была чистая и сухая. Мои спасатели не задавали мне никаких вопросов и не предлагали никакой информации. Вероятно, это было ЦРУ, но я все еще не имел представления, как они планировали вернуть меня на материк с той скоростью, которую имел в виду Хок.


Когда я снова поднялся наверх, тот же человек, который говорил со мной ранее, сказал мне, что мы должны добраться до точки пересадки примерно через шесть минут.


Я кивнул, но все еще не понимал, о чем он говорит. Какое-то время мы были вне поля зрения Виски-Кей, и из того, что я знал об этой части Атлантического океана, на многие мили к западу не было суши, кроме США. Все, что я мог видеть, были бурные волны синего моря со всех сторон...


Ровно через пять минут и пятьдесят секунд мы оказались в поле зрения авианосца ВМС США, и человек на палубе со мной сказал: "Вот и мы" - прямо в рацию».


С десяток реактивных самолетов со сложенными крыльями стояли на авианосце, словно темные птицы, отдыхающие перед возобновлением полета. Члены экипажа сбросили веревочную лестницу, когда наша лодка подошла к берегу. Я пожал руку своим спасителям, а затем поднялся по лестнице. Крейсер отошел и почти сразу скрылся из виду в бурлящем море, прежде чем я достиг палубы.


Капитан корабля встретил меня наверху трапа, отсалютовал, я ответил, и он быстро потащил меня к реактивному самолету, который ждал на летной палубе. Двигатели A-4 Skyhawk уже были


включены, он был готов подняться в воздух. Я пожал руку молодому рыжеволосому пилоту, надел летную фориу и залез в заднюю кабину. Пилот показал мне «большой палец вверх», и мы с головокружительной скоростью катапультировались с палубы авианосца в небо. Когда президент Соединенных Штатов был вашим личным туристическим агентом, обслуживание было строго первоклассным…


Третья глава.


Обратный перелет в Штаты прошел быстро и без приключений. Нашим пунктом назначения был аэропорт имени Джона Кеннеди в Нью-Йорке, и мы приземлились там на специально подготовленной взлетно-посадочной полосе. После солнца и ясного неба на Виски-Кей я не был готов к суровым, резким январским холодам Нью-Йорка.


Хоук ждал в конце взлетно-посадочной полосы в длинном темном лимузине. Как только я перешел с самолета на машину, рыжеволосый пилот махнул рукой, развернул самолет и взлетел направляясь к авианосцу. В передней части лимузина сидели двое мужчин - шофер и, как я догадался, еще один агент AX. Я знал, что мы должны столкнуться с серьезным кризисом, поскольку Хоук почти никогда не раскрывает личность одного агента другому. Хоук постучал по стеклянной перегородке, отделявшей нас от мужчин впереди, и лимузин проехал через аэропорт.


«Что ж, N3, - сказал Хоук, глядя в окно, - я полагаю, у вас нет новой информации, чтобы сообщить».


«Боюсь, что нет, сэр», - сказал я, но все же рассказал ему о дублирующем катере на Виски-Кей и моем спасении. Я добавил: «Конечно, невозможно доказать, как они получили информацию. Мария фон Альдер может вообще в этом не участвовать ».


«Хм», - ответил Хоук.


Мы ехали в тишине несколько секунд, прежде чем Хоук повернулся и угрюмо сказал: «Глава российской коммунистической партии должен прибыть сюда, в аэропорт Кеннеди, примерно через шесть минут. Он встретится с некоторыми из наших людей на секретном заседании в ООН, прежде чем вылетит обратно завтра. На нас возложили ответственность за его безопасность, пока он здесь. Вот почему я так срочно нуждался в тебе.


Настала моя очередь пробормотать: «Хм».


Лимузин притормозил и теперь остановился возле одной из взлетно-посадочных полос аэропорта, где его ждала большая толпа людей и машин. Хоук наклонился вперед и указал на гигантский турбореактивный самолет, спускающийся с свинцового неба. «Наш гость как раз вовремя», - заметил он, взглянув на карманные часы, которые он носил на цепочке, перекинутой через жилет.


Как только российский самолет остановился на взлетно-посадочной полосе, сотрудники аэропорта быстро подкатили трап к двери кабины, и вышел советский глава партии. Из огромного самолета за ним следили несколько других российских официальных лиц, и перед лестницей всю группу немедленно окружили полицейские и сотрудники службы безопасности - как российские, так и американские - и сопроводили к очереди из машин. Когда процессия во главе с группой нью-йоркских мотоциклистов тронулась, наш лимузин поехал прямо за машиной советского генсека. Вскоре мы уже заехали в ворота Организации Объединенных Наций, длинная величественная вереница флагов которой быстро развевалась на ледяном ветру.


Оказавшись внутри здания, всю группу быстро привели в одну из комнат помещения совета безопасности. Это был просторный зал без окон, с сиденьями, расставленными ярусами, наподобие амфитеатра для зрителей, с трибуной в центре, где занимали свои места советский генсек и его партия, а также советник по безопасности Соединенных Штатов и его помощники. Я и Хоук, другой агент AX и я занимали места в первом ряду рядом с российской полицией безопасности, сопровождавшей советского лидера из Москвы. За нами стояли агенты правоохранительных органов города, штата и федерального правительства. Встреча, конечно же, была закрытой для публики.


Двое мужчин общались через переводчика, который переводил шепотом от одного к другому, так что ничего из сказанного не было слышно там, где мы сидели. Это было все равно, что смотреть спектакль в пантомиме и по жестам угадывать, что говорят актеры.


Сначала казалось, что оба мужчины были сердиты и подозрительны. Было много хмуриться, хмуриться и стучать кулаками. Вскоре гнев сменился недоумением, и тогда я увидел, что двое мужчин стали более дружелюбными. Очевидно, они начали понимать, что ни одна страна не стояла за причудливыми инцидентами.


Вскоре после этого встреча подошла к концу, и глава Советского Союза и советник по безопасности США встали, чтобы пожать друг другу руки.


Затем один из членов делегации советского генсека - позже я узнал, что он был российским послом - сделал шаг к главе СССР. Он держал вытащенную из кармана гранату. Мужчина вытащил чеку из гранаты и бросил ее на плюшевый ковер прямо к ногам российского лидера.


В последовавшую долю секунды ледяного ужаса в комнате не было слышно ни звука. Я видел чистый ужас на лице советского председателя, когда он беспомощно смотрел вниз на смертоносную активированную гранату, лежащую на носках его ботинок.


Инстинктивно я вытащил свой пистолет - Люгер Вильгельмину из кобуры, но Хоук схватил меня за руку. На самом деле, поскольку он был ближе меня, чтобы увидеть, что я ничего не могу сделать. Пуля только быстрее взорвет гранату. У российского лидера не было времени даже сдвинуться с места.


В этот момент, когда все присутствующие в комнате были парализованы, российский посол - человек, бросивший гранату - бросился на нее. Раздался приглушенный взрыв; Смертельная сила гранаты была подавлена телом мужчины. Его тело разлетелось на части, голова оторвана от туловища.


Последствия взрыва потрясли генсека и других присутствующих на трибуне, но в остальном они остались невредимыми. Мы с Хоуком немедленно перевели российскую и американскую делегации из комнаты в ожидающие снаружи лимузины. Были поспешно приняты меры к тому, чтобы советник по безопасности США и его сотрудники вернулись в Вашингтон, а российская сторона направилась в советское посольство и оставалась там до отъезда в Москву.


Между тем, прибыла скорая помощь, полиция и N.Y.P.D. В ООН начали прибывать саперы с контингентом газетных репортеров и фотографов. Зал совета безопасности был заблокирован полицией ООН, но Хоуку и мне разрешили вернуться внутрь, где на носилки загружали покрытые брезентом останки российского посла. Уже сейчас сотрудники российской полиции безопасности и американские агенты готовились отслеживать недавние передвижения посла.


Был сделан звонок в Белый дом, и президент был проинформирован об этом деле. Перед тем, как этот разговор закончился, Хока вызвали к телефону, чтобы поговорить с президентом. Когда он вернулся, лицо начальника AX было серым.


«Это была почти катастрофа», - сказал он, покачивая головой. «Президент сообщил мне, что мы получим полный отчет о передвижениях советского посла, как только расследование что-нибудь обнаружит. Но мы уже знаем одно ».


"Что это такое?"


«Всего две ночи назад, - сказал Хоук, - советский посол был гостем на вечеринке, устроенной Хельгой фон Альдер и ее матерью в квартире Хельги на Парк-авеню».


"Вы уверены?" - удивленно спросил я.


Хоук кивнул другому агенту AX, который сопровождал нас в лимузине от Кеннеди. «Агент Z1 был на вечеринке. Поскольку я знал, что невозможно следить за всеми женщинами фон Альдер одновременно, я использовал его в этом деле. Я хочу, чтобы вы двое встретились, чтобы он рассказал вам подробности того вечера. После этого я хочу, чтобы вы поработали над Хельгой фон Альдер. И…


Я спросил. - "Да сэр?"


«Я уверен, что мне не нужно напоминать вам о срочности вашей миссии. Должна быть какая-то связь между этим событием и фон Алдер. Найдите её, чего бы это ни стоило ".


Четвертая глава.


Хоук отправился один в нью-йоркский офис AX, оставив Z1 и меня поговорить. Проведя большую часть дня в самолете, летевшем из Виски-Кей, и в машине, ехавшей из Джона Кеннеди, я почувствовал, что мне нужно размяться в тренажерном зале. Я предложил Z1 пойти в спортивный клуб поиграть в гандбол, пока мы разговаривали.


Никто из нас, конечно, не знал настоящего имени другого. Сам Z1 был примерно моего возраста, на пару дюймов ниже и на несколько фунтов тяжелее, с волосами цвета соломы и светлой кожей. Как только мы переоделись в спортивную форму и начали игру, я увидел, что он достойный противник в гандболе. На площадке у него был неуклюжий вид, но он бил по мячу с убийственной силой, так что он отскакивал, как рикошетившая пуля, и заставлял меня двигаться.


«Та встреча прошлой ночью была настоящей вечеринкой», - начал он, и я уловил слабый южный акцент в его голосе, своего рода акцент средне-южных штатов. «Эти фон Альдеры точно умеют развлекать. Была пара актеров, российский посол, два британских писателя, этот поп-артист, который не рисует ничего, кроме картин с спортивными ремнями, и еще дюжина людей, которых я так нигде и не встречал».


«Кому-нибудь из них показался особенно любезно общающимся с послом?» - спросил я, нанося удар по мячу и при удачном ударе сильно направив его в корпус Z1, из-за чего он не смог ответить на удар.


"Уф!" - пробормотал он, с усилием выпрямляясь, лицо его покрылось каплями пота. Затем, отвечая на мой вопрос, он сказал: «Мне показалось, что все гости были очень любезны друг с другом. Как будто все они были членами какого-то эксклюзивного клуба. Если вы понимаете, о чем я говорю?"


Я кивнул. «Но не были ли Хельга или ее мать, Урсула, когда-либо наедине с послом в течение какого-либо времени в течение вечера?» - спросила я, передвигаясь по площадке. Я не знал, какую информацию я ожидал от него получить, но любая зацепка или связь между мертвым послом и тем или иным из женщин фон Альдер могут помочь.


«Нет», - ответил Z1, двигаясь за мной. - «На самом деле русский большую часть времени разговаривал с этим художником и, наконец, завершил вечер, купив две картины, которые парень привез с собой..


Мне пришла в голову дикая идея. - «Что бы вы подумали, если бы я попросил AX устроить вскрытие мозга мертвого русского?»


«Вскрытие?» - воскликнул Z1, оборачиваясь и глядя на меня. «Что может доказать исследование его мозга?»


«Это всего лишь догадка, - сказал я. «Я не могу выбросить из головы, насколько странной является вся ситуация. Не только то, что произошло сегодня, но и все предыдущие убийства - или, я бы сказал, самоубийства. Эти люди представляют самую странную команду убийц, которую я когда-либо видел. Может быть, им сначала дали наркотик, или загипнотизировали, или промыли мозги. Кто-то должен был заставить их вести себя так иррационально. Должно быть объяснение. Может быть, вскрытие даст некоторые ответы, поможет нам понять причины этого дела ».


Z1 пожал плечами. - «Полагаю, стоит попробовать».


«Хоук хочет, чтобы я немедленно приехал к Хельге», - сказал я ему. «Как только мы закончим игру, я позвоню ей и попробую назначить свидание на сегодня вечером. Думаю, тебе лучше доложить Хоуку в штаб. Обязательно скажи ему, что я хочу провести вскрытие русского ».


«Конечно», - сказал он, упустив свой шанс и проиграв мне игру.


Приняв душ и одевшись, мы пошли в бар и выпили пару охлажденных мартини, и я позвонил Хельге фон Альдер из телефонной будки.


"Дамплинг!" она взвизгнула от восторга, как только услышала мой голос. "Вы вернулись. Моя тупая сестра позволила тебе уйти. Увидимся сегодня вечером?


«В точности то, что я имел в виду», - сказал я ей. «Я заеду за тобой около восьми».


Когда я закончил разговор, мы с агентом Z1 расстались. Я направился в роскошную квартиру на Саттон-Плейс, которую AX арендовал для меня - или, скорее, для «Тони Доуэса».


Одним из преимуществ работы под прикрытием для AX было то, что организация не жалела средств на создание надежной маскировки для своих агентов. Квартира Тони Доуэса была хорошим примером. Это был шикарный, элегантный холостяцкий домик со всеми принадлежностями для соблазнения, которые такой мужчина мог бы обеспечить себе. Звукоизолированный снаружи, расположенный достаточно высоко, чтобы открывать вид на город и уединение, и оснащенный всем новейшим электронным оборудованием от внутреннего освещения до квадрофонического звука. Единственными моими просьбами были небольшой тренажерный зал и сауна. Остальные часы дня я потратил на боксерскую грушу и брусья и закончил сауной. Было семь тридцать пять, когда я в смокинге отправился к Хельге фон Альдер.


Квартира Хельги была пентхаусом на Парк-авеню в восьмидесятых, в королевском здании, которое больше походило на частный клуб, чем на резиденцию. Я ожидал, что она будет одна, но когда я прибыл, я увидел, что Урсула была там с седым джентльменом, лицо которого выглядело смутно знакомым, хотя его имя на мгновение ускользнуло от меня.


«О Дамплинг», - поприветствовала меня Хельга, поцеловав мои губы обычным поцелуем фон Альдеров с открытым ртом и засосом.


«Поцелуй и Урси» - так дочери фон Альдера звали свою мать Урси - «за меня и Байрона Тиммонса». Тогда я узнал в этом человеке одного из нефтяных магнатов страны. Урсула фон Алдер также поцеловала меня в губы, что было далеко не материнским поцелем, и Тиммонс крепко пожал мне руку.


«Урси и Байрон как раз уходят», - добавила Хельга, ангельски улыбаясь.


Байрон Тиммонс пробормотал: «Ах, да», и начал помогать Урсуле надеть норковую шубу.


«Мы говорили об ужасной гибели бедного Владимира Колчака, - сказала Хельга. «Вы слышали это в новостях?»


Я сказал. "Нет, я не слушал новости."


«Сегодня днем он погиб в ООН, - грустно сказала Хельга, - что-то вроде взрыва котла».


«Ужасно», - сказал я, гадая, не придумал ли это Хоук «взрыв котла» для прессы.


«Бедный Владимир, - сказала Хельга, - он всегда был полон жизни. Я буду скучать по нему.


"Вы знали его?"


«О да, - ответила Хельга. «Он был старым другом Урси. Он был здесь, в доме, на вечеринке, всего две ночи назад.


«Нам всем будет его не хватать», - повторила Урсула, целуя Хельгу в щеку, касаясь моих губ ее губами и направляясь к двери. Байрон Тиммонс последовал за мной, снова крепко пожав мне руку.


Как только Хельга закрыла дверь за уходящей парой, она упала в мои объятия с подавленным хихиканьем и прошептала: «О, Дамплинг, Байрон Тиммонс ужасно зол на меня - и на тебя. Когда я назначила вам свидание сегодня днем, я совершенно забыла, что сегодня вечером я должна была пойти с ним в театр. Когда я вспомнил, мне пришлось сделать некоторую отчаянную перестановку и позвать Урси для замены. Я сказал Байрону, что вы старый друг, которого я не видела много лет, и вы появились в городе только на один вечер.


«Я видел, что он чем-то недоволен. Теперь я понимаю.


Хельга отстранилась, качая головой. «Иногда я могу быть такой непослушной. Но я хотела побыть с тобой ».


«Я доволен, - сказал я ей, - и польщен. Куда ты хочешь, чтобы я тебя отвел?


"Это такая неприятная ночь", - сказал Хельга.


Я тихо сказал: «Я подумал, может, ты лучше останешься здесь и будешь в уюте. Если не против чего-нибудь простого, например шампанского и икры. Боюсь, это все, что у меня есть в доме, и сейчас у слуг выходной.


«Я не могу придумать лучшего способа провести вечер».


Она меня удивила. Она была одета в обтягивающее белое вечернее платье, ее светлые волосы были тщательно уложены, на шее висело бриллиантовое ожерелье с соответствующими бриллиантовыми подвесками, свисающими из мочек ее ушей. Она была готова провести ночь в городе. Но потом я понял, что женщины Фон Альдер, вероятно, так одеваются только для того, чтобы вечером красоваться дома...


Хельга включила музыку и выключила свет. Вскоре она принесла шампанское и икру, и мы сели бок о бок на леопардовом шезлонге перед окнами от пола до потолка, из которых мы наблюдали огни города и снежную тьму.


«Знаешь, Тони, - мягко сказала Хельга, поворачиваясь ко мне, когда мы оба потягивали охлажденное шампанское, - ты не такой, как другие мужчины, которых я знала в своей жизни. Обычно я могу довольно легко их понять, понять, чего они хотят от женщины. С тобой я не уверена, хотя знаю тебя очень давно. И это проблема. Мне это интересно, и я думаю, что всем остальным женщинам Фон Альдер, включая Урси, тоже. Она внезапно села прямо. «Тебе понравилось с Марией?»


Я честно кивнул. «Она прекрасна. Ну как все вы. В конце концов, вы же одинаковые тройняшки.


«Не полностью идентичны». Я видел ее улыбку в полумраке. Она поставила бокал с шампанским и соскользнула на шезлонг, прижавшись своим телом к моему. Я чувствовал тепло ее тела сквозь платье. Экзотический аромат ее духов волновал мои чресла. Я просунул палец под бретельку ее платья и остановился.


«Хельга», - сказал я.


"Хм?"


«Этот парень, Колчак или Владимир, как вы его называли - вы его часто видели в последнее время?»


Она неправильно поняла мой вопрос. «Тебе не нужно его ревновать, Дамплинг». Она придвинулась ближе ко мне, так что наши бедра соприкоснулись.


«Нет, но мне любопытно», - настаивал я. «Часто ли он навещал вас или вашу семью за последние несколько недель?»


Она пожала плечами, все еще прижимаясь ко мне. «Владимир был одним из тех людей, которые всегда были рядом с моими друзьями. Мы замечали его, когда он был там, Но мы не скучали по нему, когда он отсутствовал ». Она нетерпеливо пошевелилась. «Но это прошлое - а ты настоящее. Настоящее всегда важнее».


Я знал, что это все, что она собиралась сказать. Возможно, она хотела что-то скрыть, а может быть, ей действительно нечего было сказать о Колчаке. Во всяком случае, я чувствовал, что на данный момент выполнил свои обязанности.


Теперь я нес ответственность только перед самим собой, чтобы эта возможность не ускользнула меж моих пальцев, то этими пальцами я ослабил бретельку платья Хельги. Она спустила его, и мягкая белая ткань упала ей на талию.


На ней не было бюстгальтера. Когда она откинулась назад, ее полные стройные груди приподнялись, соски с розовыми кончиками встали дыбом. Она потянулась вперед, чтобы встретиться с моим лицом, так что мой рот наполнился одним, а затем другим подобными дыне холмиками. Ее тело яростно дрожало, когда я ласкал ее соски кончиком языка, пока, наконец, она, судорожно вздохнув, взяла мою голову двумя руками и поднесла мои губы к своим. Когда мы целовались, она провела пальцами одной руки по моему бедру, пока не наткнулась на свидетельство моего возбуждения. Ее рука на мгновение задержалась там.


«Прекрасно, Дамплинг, прекрасно», - прошептала она, задыхаясь, и прижалась губами к моему уху.


Я поднял ее и понес через гостиную, через фойе в спальню. В центре комнаты стояла огромная круглая кровать. Я опустил Хельгу на нее, и она сняла платье, чулки и кружевные трусики бикини. Лежа на атласных простынях, она нетерпеливо протянула руки, чтобы помочь мне снять одежду.


Я чувствовал, как закипает кровь, когда мои глаза поглощали ее великолепное тело. Она была точной копией своей сестры Марии, от идеально очерченной, выпирающей груди и мягко изогнутых бедер до маленького золотого треугольника в центре ее тела. Она притянула меня к себе, и когда наши тела соприкоснулись, она повернула голову набок и мягко сказала: «Послушай, Дамплинг, куда бы ты ни повернулся, ты увидишь, как мы занимаемся любовью».


До этого я не замечал, что три стены комнаты, у изголовья кровати и с обеих сторон, были полностью зеркальными. Пока тело Хельги сжималось и раскручивалось вместе с моим, как некий идеально запрограммированный, но тонкий инструмент чувственности, зеркала отражали чувственные движения, как если бы мы были посреди огромной оргии, в которой мы были всей этой группой участников.


И я обнаружил, как сказала мне Хельга, что она и ее сестра Мария не полностью идентичны. В том, как они занимались любовью, была большая разница. Обе женщины занимались любовью с бесконечным воображением и огромным открытым удовольствием. Но на этом сходство закончилось. Пока Мария была молчалива и напряжена, ее движения были изысканно тонкими, Хельга была дикой и активной, ее руки, бедра и рот постоянно исследовали мое тело, обмениваясь приятными ощущениями на каждое полученное ею. Все ее существо постоянно корчилось, дрожало и побуждало меня к все большим и большим высотам экстаза. Как будто зеркальные стены усиливали эффект - я занимался любовью с дюжиной разных женщин, каждая с разным подходом и реакцией. Наконец, она вскрикнула от чистого удовольствия и упала обратно на кровать.


Через мгновение она наклонилась надо мной. «Я делаю тебя счастливым?» - спросила она, покрывая мое лицо поцелуями.


«Да», - сказал я. «Да, ты делаешь меня счастливым».


«Я тоже счастлива», - сказала она. «Ты тот человек, которым я тебя считал».


Я осторожно притянул ее к себе, чтобы она легла на меня, наши тела прижались друг к другу с головы до пят. Мы лежим неподвижно, никто из нас не разговаривает. Через мгновение она слегка вздохнула от удивления, которого я ожидал.


«Шшш», - прошептала я ей.


Она снова замолчала, но ненадолго. "Ой!" воскликнула она. "Ой! Ах, Дамплинг! ОЙ!" Ее тело снова судорожно затряслось, пока она с длинным тихим стоном восторга не перевернулась на спину и не закрыла глаза.


Мои регулярные программы упражнений для тела и ума снова пригодились, позволив мне подарить Хельге последний подарок удовольствия, которого она не ожидала.


Пятая глава.


Хельга открыла глаза и мягко улыбнулась мне, когда я склонился над ее головой. «Это было прекрасно, прекрасно, прекрасно», - прошептала она. Она перевернулась и вылезла из постели. «Отдыхай, Дамплинг», - сказала она, целуя меня и выходя из комнаты.


Через мгновение она вернулась с бутылкой шампанского и двумя бокалами. Она наполнила один из стаканов и протянула мне. «Это, - сказала она, - займёт тебя, пока я буду принимать душ». Она снова поцеловала меня и вошла в ванную, радостно напевая. Роскошно растянувшись на кровати, я слышал, как она принимает душ.


Я сделал глоток охлажденного Dom Perignon. Снаружи поднялся ветер. Четвертая стена комнаты была покрыта портьерами, и я знал, что за шторами были двери в сад пентхауса, которые окружали все четыре стороны квартиры. За дверью что-то стучало. Я поставил бокал шампанского рядом с кроватью, натянул брюки и подошел к двери. Когда я отодвинул часть шторы в сторону, я увидел, что одна из дверей приоткрыта и раскачивается на ветру. Я закрыл дверь и запер ее.


Я был на полпути обратно через комнату, когда это безошибочное шестое чувство, подсознательное предупреждение о надвигающейся опасности, послало мне свое сообщение. Не зная почему, я инстинктивно вскинул обе руки перед своим горлом, я не стал действовать слишком рано. В то же мгновение тонкая проволочная петля накинулась на мою голову и легла мне на плечи. Проволока, которая должна была быть воткнута в мое горло, вместо этого глубоко вонзилась в кожу моих вытянутых рук.


Мой нападающий издал тяжелое рычание и яростно рванул петля. Я пригнулся и ударил плечом назад. Я все еще не мог видеть, кто был позади меня, но в этом внезапном выпаде я мельком увидел два борющихся образа в стене зеркал Хельги. Я посмотрел еще раз и увидел себя и человека позади меня, отраженного там. Мужчина был Z1!


Его лицо исказилось при нападении, но его личность возможно было определить. Это был тот же человек, с которым я играл в гандбол в спортивном клубе в тот день.


Было невозможно понять, почему он пытался убить меня сейчас. Все, что я мог сделать, это защитить себя. И это было жуткое, тревожное ощущение - наблюдать, как кто-то пытается убить меня в тех же зеркалах, где совсем недавно я видел себя и Хельгу, интенсивно наслаждающимися сексом.


Он все еще не заметил зеркальной стены и не знал, что я наблюдаю за ним в ней. Он начал поднимать ногу, чтобы упереться коленом мне в спину. Я жестоко ударил его левой ногой, попал ему в коленную чашечку и разбил ее. Он задохнулся от боли и начал падать, таща меня за собой. Я попытался вывернуться из проволочной петли, поворачивая голову при падении. Он держал упорно петлю, все еще пытается задушить меня. Теперь я ясно видела его лицо. Его глаза были остекленевшими - как будто он был загипнотизирован или под действием наркотиков.


До сих пор я надеялся, что смогу защитить себя, не убивая его. Но я видел, что это невозможно. Я ударил твердым краем правой руки в основание его горла, нанеся смертельный удар по карате. Удар был сильным и точным. Его шея сломалась, и он был мертв, вероятно, даже не подозревая о том, что его убило. Его тело осело на пол, голова гротескно повернулась набок. Я поднялся и встал, оттолкнув его тело.


Я слышал, как в ванной идет душ. Ковровое покрытие с глубоким ворсом на полу спальни заглушало звуки нашей борьбы. Тогда мне казалось очевидным, что Хельга фон Алдер заманила меня в спальню, зная, что агент Z1 собирался потом совершить покушение на мою жизнь. Как бы хороша она ни была со мной в постели, я никогда не забывал, что она и ее сестры были опытными актрисами.


С другой стороны, напомнил я себе, все еще существует вероятность, что она невиновна. Z1 знал, что я встречаюсь с Хельгой сегодня вечером, и мог проследить за мной до квартиры. Если бы, как я теперь подозревал, он получил приказ убить меня, он мог бы проскользнуть в комнату с террасы, пока мы с Хельгой занимались любовью, и она не знала бы об этом больше, чем я.


Если бы это было правдой, я не мог позволить Хельге появиться из душа и найти человека, которого я убил, лежащего на ее ковре. Не может быть никакого объяснения, которое удовлетворило бы ее, если бы я не раскрыл мою прикрытие. Если бы я сделал это, единственная зацепка, которая была у AX по делу, Фон Альдерсы, была бы бесполезной. Я мог сделать только одно - передать тело Хоуку, у которого в распоряжении были все средства, чтобы незаметно избавиться от него.


Я нагнулся, поднял труп за подлокотники, потащил его через комнату, через двери террасы и выбросил на улицу. Затем я поспешил к прикроватному телефону, чтобы позвонить Хоуку. Пришлось разговаривать без скремблера.


«Это серьезное дело», - сказал я, как только он ответил. Говоря кратко, я рассказал ему, что именно произошло, импровизировав код по ходу дела. В заключение я сказал: «Мы с другом скоро уедем отсюда. Сможете ли вы справиться с зачисткой? »


Хоук понял. «Доверьте все приготовления мне, - сказал он, - но загляните ко мне сегодня вечером».


«Я планирую это», - ответил я и оборвала разговор, когда услышала, как Хельга выключила душ в ванной.


Через несколько минут в комнату вошла Хельга в прозрачном черном неглиже, открывающем каждую деталь ее тела. Я снова растянулся на большой кровати и потягивал шампанское из бокала. К счастью, смерть агента Z1 была бескровной, и в комнате не было ничего, что указывало бы на борьбу, которая произошла там всего несколько минут назад. Если Хельга участвовала в заговоре и вернулась, ожидая найти мой труп, она не дала на это никаких указаний. Вместо этого она разлеглась к кровати рядом со мной, пока я наливал ей бокал шампанского.


«A amore», - сказала она, коснувшись моего стакана своим.


«A amore», - согласился я.


После того, как мы выпили, я скинул ноги с кровати и сказал: «Давай, дорогая, я собираюсь пригласить тебя на ужин. Человек живет не только любовью. По крайней мере, не я.


Мы выбрали ресторан в небольшом тускло освещенном французском заведении недалеко от квартиры Хельги. Снаружи все еще шел снег, но в ресторане было тепло и весело, а обслуживание и еда были превосходными. Но у меня действительно не было аппетита, так как на протяжении всей трапезы я постоянно представлял себе ужасную сцену, которая будет происходить у квартиры Хельги, когда Хоук убирает тело мертвого агента AX.


Хельга, казалось, не замечала моей озабоченности и ела от души, оживленно болтая на протяжении всего ужина. Однажды она притворно надула губы - тот же жест, который сделала Мария, когда я оставил ее на Виски-Кей, и сказала: «Дамплинг, давай поедем куда-нибудь на выходные, чтобы мы могли побыть одни. Вы были с Марией. Сейчас моя очередь."


Меня позабавила та шутливая конкуренция, которая существовала среди девушек.


Я спросил. - "Что у тебя на уме?"


Она сделала неопределенное движение рукой в воздухе. "Мексика. Возможно, Испания. Юг Франции. В конце концов, реактивный самолет просто стоит без дела. Мы могли бы им воспользоваться". Она предложила это так небрежно, как если бы говорила о поездке на такси через город. И я мог видеть, что она была серьезна.


«Ну что ж, - сказал я, оставляя свои варианты открытыми, потому что я еще не знал, какие осложнения будут после смерти агента AX.


Хельга кивнула и удивила меня тем, что внезапно посерьезнела. Такого настроения я никак не ожидал от головокружительной фон Алдерс.


«Я тебе кое-что скажу, Тони», - прошептала она, ее пальцы переплелись с моими, пока мы потягивали коньяк. «Я получаю от вас вибрации, вибрации огромной силы. Это то, что я всю жизнь искала в мужчине. Мягкость заботливого любовника и сила авторитетного человека. Иногда в вас находится то или другое. Но вместе - никогда! Это очень хорошо." Она нахмурилась и медленно произнесла: «Однажды я попыталась объяснить, что искала, знакомому мужчине. Он был нежным, но не сильным, и он сказал, что я чувствую то же самое, потому что никогда не знала своего отца. Он сказал, что я ищу любовника и отца в одном лице. Ты веришь, в это?"


Я покачал головой. - «Я никогда не размышляю о таких вещах, причинах своих чувств. Важны сами чувства ».


«Я тоже так думаю», - согласилась она. «Но я действительно иногда думаю о своем отце, и я знаю, что Мария и Эльза тоже думают, хотя мы никогда не говорим о нем».


Я спросил. - «А вы его совсем не помните?»


«Нет. Только то, что рассказала нам Урси. Он был убит в Берлине во время одной из бомбардировок союзников во время Второй мировой войны. Мы с сестрами тогда были очень маленькими, и Урси спасла нас только чудом.


Она улыбнулась и снова просияла.


«С тех пор жизнь стала хорошей», - сказала она.


Позже, когда я отвел Хельгу обратно в ее квартиру, я задержался достаточно надолго, чтобы убедиться, что Хоук убрал тело с террасы. Конечно, он позаботился об этом. Когда я уходил от Хельги, она снова напомнила мне, что хочет, чтобы мы вместе куда нибудь поехали на выходные. Я обещал дать ей знать. Затем я спустился вниз и взял такси до штаб-квартиры AX


Шестая глава.


Нью-йоркский офис AX находился в Нижнем Вест-Сайде города, на складе в районе дока. Водитель такси не обрадовался, когда услышал адрес. Думаю, он считал, что я собираюсь ограбить его по дороге, потому что я слышал, как он вздохнул с облегчением, когда мы подъехали к дому. Я заплатил ему и вылез. Когда я начал переходить тротуар, он высунулся из окна и спросил: «Ты уверен, что это то место, которое тебе нужно, приятель?»


Я отмахнулся от него. Его чувства были понятны. Вся набережная была темной и безлюдной. Здание, в котором располагалась штаб-квартира AX, было затемнено, за исключением одной освещенной комнаты в передней части здания. Водитель такси не мог знать, что все остальные темные окна в здании были закрашены, чтобы скрыть суету, которая происходила внутри двадцать четыре часа в сутки, и что люди с мощными инфракрасными биноклями постоянно наблюдали за улицей. Собственно говоря, таксисту не могло быть безопаснее где-нибудь в городе, чем прямо там, за пределами самого мощного контрразведывательного агентства в мире.


Дежурный ночной охранник в освещенном переднем офисе, который выглядел как обычное складское помещение, нажал кнопку звонка под своим столом, и я прошел через железную дверь к лифту с людьми. Часовые с биноклями в окнах наверху уже видели, когда я еще приближался к зданию.


«Хоук оставил приказ отвезти вас в подвал, как только вы войдете», - сказал лифтер. Мы спустились.


Подвал - это значило, что Хоук ждал меня в морге агентства. Как и большинству сверхсекретных разведывательных организаций, AX должен был иметь собственный морг на территории, чтобы обрабатывать трупы, которые нельзя было сразу передать полиции. Однако большая часть тел в конечном итоге была передана в руки местных правоохранительных органов после того, как дело было закрыто, так что смущающих вопросов не возникло.


Я нашел Хоука, стоящего рядом с закрытым телом Z1. С ним был судмедэксперт компании AX, доктор Кристофер.


Хоук кивнул мне, и судмедэксперт, которого мы назвали доктором Томом, сказал: «Я провел предварительное вскрытие, Ник. Это согласуется с тем, что вы нам сказали. Его смерть была вызвана переломом шеи ».


Я спросил. - "Вы нашли что-нибудь еще?"


Доктор Том покачал головой. "Пока ничего. Почему?"


Вместо того, чтобы ответить ему, я поговорил с Хоуком. - «Агент Z1 доложил вам сегодня с моим предложением сделать вскрытие мозга посла Колчака?»


«Нет, не доложил», - сказал Хоук. «Он вернулся сюда, в штаб, и сказал мне, что вы связались с Хельгой фон Альдер. После этого я его не видел. О вскрытии не упоминалось. Это важно? »


«Очень может быть», - медленно сказал я. «Это могло бы дать нам возможный мотив для его нападения на меня».


Хоук нахмурился. «Я доверяю тебе».


Я знал, что разговаривать с доктором Томом, у которого был высший уровень допуска на все действия AX, безопасно. «Ну, когда он набросился на меня в квартире Хельги, он выглядел невменяемым - как человек, который не мог контролировать себя, - но его физические действия были идеально скоординированы».


«Вы имеете в виду, - перебил Хоук, - вы думаете, что он был членом бригады убийц?» Как бы мне ни не нравилась мысль о том, что один из наших агентов может находиться под влиянием этой силы или чего-то еще, я согласен ».


«Но это не обязательно объясняет, почему он пытался меня убить, - продолжил я, - если только я не сказал или не сделал что-то, что угрожало тому, с чем мы сражаемся. Единственное, что я могу придумать, это мое предложение о вскрытии. Поскольку он не передал вам предложение, но пытался убить меня, похоже, это была связь.


«Как вы думаете, что именно покажет исследование мозга посла?» - спросил доктор Том.


«Не знаю, - признался я. «Но мы предполагаем, что людям, причастным к этим инцидентам, каким-то образом промыли мозги. Так что вскрытие русского было ударом по доказательству теории «промывания мозгов». Может, мы ничего не найдем, но тогда нам нечего терять, если попробуем ».


«Да, понятно, - сказал доктор Том. Он посмотрел на труп, лежащий на плите морга AX. Он взглянул на Хоука. "Как насчет него, шеф?"


Хоук колебался всего на долю секунды. «Давай, - сказал он, кивая.


Доктор Том натянул простыню на застывшие черты лица. «На это у меня уйдет пара дней, - задумчиво сказал он, - я пришлю вам отчет, как только получу результаты».


Мы с Хоуком молча вышли из морга и поднялись на лифте на второй этаж здания. Этот этаж был нервным центром штаб-квартиры в Нью-Йорке. Штат из более чем пятидесяти человек работал там двадцать четыре часа в сутки у телетайпов, радиоприемников и систем замкнутого телевидения, которые поддерживали связь с офисами мировых полицейских сил. Коридор, который вел к офису Хоука, проходил рядом с большой комнатой. На стенах были односторонние стеклянные окна, так что те, кто находился в коридоре, могли видеть комнату, но те, кто находился в комнате, не могли видеть их. Это не позволяло другим сотрудникам AX наблюдать за секретными агентами, которые явились в офис Хока.


Как только мы оказались в офисе Хоука, начальник AX устало устроился в своем письменном кресле, рылся в карманах, пока не нашел пережеванную сигару, и воткнул ее в рот незажженной.


«Должен признаться, Ник, - сказал он, - это дело меня обеспокоило. Что вы думаете об этих фон Алдерс?


«Трудно сказать», - ответил я, тщательно подбирая слова. «Насколько мне удалось определить, они именно такие, какими кажутся. Но трудно сбрасывать со счетов тот факт, что каждый раз, когда в деле появляются новые разработки, они каким-то образом причастны ».


«Кстати о новых разработках, - вмешался Хоук, - у меня не было возможности рассказать вам о Монте-Карло. Мы только что получили сегодня сообщение от Интерпола.


Я спросил. - "А что в Монте-Карло?"


"Да. Там есть казино. Человек по имени Трегор, бельгиец, держит там банк. Шурин Трегора несколько недель назад попытался ударить канцлера Германии ножом, но вместо этого воткнул нож себе в горло. У нас нет ничего о Трегоре, но вам все равно лучше пойти и проверить его.


«Руководство казино временно остановило игру, - сказал Хоук. «Но они согласились возобновить её через сутки. Я бы хотел, чтобы вы были там, когда казино снова откроется, но я не хочу, чтобы вы теряли связь с фон Альдерс. Сможете ли вы справиться с обоими делами сразу? "


«Это не проблема», - сказал я ему. «Ранее этим вечером Хельга умоляла меня поехать с ней в Мексику. Она сказала, что мы можем использовать ее частный самолет ».


«И вы думаете, она согласится на Монте-Карло?»


Хоук рассмеялся. - «Вы должны много сил вкладывать в свою работу».


«За это есть своё вознаграждение».


«Я могу всё это хорошо представить», - ответил он.


Седьмая глава.


Было рано, незадолго до восьми утра следующего дня, когда я позвонил на квартиру Хельги. Я знал, что она не встанет так рано, но я не мог больше откладывать звонок, если бы мы собирались в тот день лететь в Монте-Карло.


Голос, который ответил, был сонным от сна. "Здравствуйте. Здравствуйте?"


«Хельга, - сказал я, - это Тони Доуэс».


"Кто это?" - спросила она, все еще полусонная. "Здравствуйте?"


«Боже мой, - сказал я, смеясь, - не говори мне, что ты забыла меня так скоро после вчерашней ночи. Это Тони.


«А… Тони, Дамплинг», - теперь ответ был полон жизни.


"Причина, по которой я позвонил тебе так рано, заключалась в том, что я хотел пригласить тебя в небольшое путешествие - только мы вдвоем. Но вместо Испании, Франции или Мексики давайте полетим в Монте-Карло. Как это звучит?"


«Божественно», - сказала она. "Когда ты хочешь встретиться?"


«Прямо сейчас, - сказал я ей, - сегодня утром, как можно скорее. Вы сказали, что самолет готов.


«Конечно», - сказала она. «Но почему Монте-Карло?»


Я уже решил объяснить ей настоящую причину выбора Монте-Карло. В то утро телевидение, радио и газеты рассказывали о событии в казино.


«Вы, наверное, не слышали новостей», - сказал я. «В казино очень много денег. Вчера вечером руководство приостановило игру на сутки. Я хотел бы быть там, когда игра снова начнется ».


Я подумал, что это как раз то, что понравится фон Альдер. Я понял, что угадал, когда услышала ее восторженный визг.


«Поехали», - без колебаний воскликнула она. «Как скоро вы будете готовы к взлету? Вы хотите, чтобы я заехала за вами на Лонг-Айленд?


Фон Альдеры держали свой самолет в своем поместье на Лонг-Айленде на Северном берегу. Я был в поместье пару раз с тех пор, как познакомился с семьей. Итак, поскольку я знал, где это находится, я сказал ей, что встречусь с ней там через два часа.


Я сообщил Хоуку, а затем немного потренировался в небольшом тренажерном зале в моей квартире, прежде чем одеться и упаковать сумку. Хоук послал машину с водителем, чтобы отвезти меня на Лонг-Айленд, и когда мы добрались туда, я обнаружил, что Хельга ждала и уже готовила самолет на частной взлетно-посадочной полосе фон Альдеров.


Менее чем через два часа после того, как я позвонил Хельге, мы поднялись в воздух на реактивном самолете «Лир» и пролетели над Атлантикой. Мы с Хельгой сели на сиденья в задней части просторной кабины, в которой были все удобства - шезлонги, диван, бар, даже хрустальная люстра - как в удобной гостиной.


Это был идеальный день для полета; небо было голубым и безоблачным от горизонта до горизонта - долгожданное изменение по сравнению с пасмурной погодой прошлой ночи. Море под нами было похоже на ровный синий ковер.


Хельга отвела меня в кабину, чтобы показать пилота, капитана Дирка Обри, и второго пилота, Дугласа Робертса. Обри был высоким плотным парнем с тонкими, как карандаш, черными усами. Робертс был стройным молодым человеком - вероятно ему чуть больше двадцати - со светлыми волосами и веснушчатым лунным лицом.


«Самолет идет по курсу, - сказал Обри, кивая в сторону приборной панели, - и погода ясная, прямо в Орли, где мы заправимся».


В течение следующих нескольких часов мы с Хельгой развлекались просмотром фильма, который она показала простым нажатием пары кнопок, а затем игрой в нарды. Хельга казалась гораздо более тихой, чем накануне вечером, но все еще оставалась хорошей компаньонкой, и время пролетело незаметно.


Мы, должно быть, были менее чем в пятидесяти милях от побережья Франции, когда без предупреждения самолет резко рухнул носом в сторону моря. - закричала Хельга. Все в кабине, что не было прибито гвоздями, включая меня и Хельгу, скользило по наклонному полу кабины и сильно ударилось о закрытую дверь кабины.


Хельга все еще кричала, пока я пытался повернуться на бок, чтобы открыть дверь кабины. Она была заперта. Я выдернул Вильгельмину, мой пистолет «Люгер» из наплечной кобуры, и расстрелялл замок. Дверь распахнулась, показав кабину, которая теперь находилась подо мной.


Когда я заглянул в кабину, я увидел, что капитан Обри все еще сидит за штурвалом, но, казалось в застывшем положении. Второй пилот Робертс валялся на полу мертвым или без сознания. Самолет все еще падал в океан.


Я крикнул Обри, который на мгновение повернул голову и посмотрел на меня. Затем он вернулся к управлению, обеими руками сжимая руль. Глядя на его лицо, я узнал то же пустое выражение, которое наблюдал на лице агента AX, когда он пытался убить меня в квартире Хельги. Его глаза были остекленевшими, как будто он был под гипнозом или под воздействием наркотиков.


До этого момента я держался пальцами за борт двери кабины. Теперь я отпустил хватку и рванулся вперед, в кабину. Я потянулся к пилоту за штурвалом. Каким-то образом мне удалось зацепить одну руку вокруг его шеи и частично оторвать его от штурвала, но он все еще упорно цеплялся за него, пока я не дернул его изо всех силы и отбросил его назад в заднюю часть салона.


Самолет продолжил падение в сторону моря.


Я упал в кресло пилота и сильно дернул штурвал. Сильная дрожь пробежала по самолету от носа к хвосту, но потом медленно начал подниматься нос. Я продолжал тянуть колесо штурвала, напрягая каждый мускул своего тела, пытаясь преодолеть силу тяжести. Наконец, самолет выровнялся - всего в нескольких футах от вод Атлантики. Мне повезло, что я налетал на самолетах достаточно, чтобы иметь возможность. справиться с этим самолетом, но это все равно было близко к катастрофе.


В течение следующих нескольких минут я был занят проверкой приборов, в то время как реактивный самолет равномерно скользил над поверхностью океана. Казалось, все работает, поэтому я толкнул колесо штурвала вперед, и мы снова начали подниматься. Потом Хельга громко закричал из задней кабины.


Я повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Обри приближается ко мне с гаечным ключом. Держа руль одной рукой, я снова выхватил Вильгельмину другой рукой и выстрелил ему в правое плечо. Он отшатнулся и упал, гаечный ключ выскользнул из кго онемевших пальцев. Пытаясь удержать самолет на подъеме, я оглянулся на пилота. Он снова поднялся на ноги, но покатился обратно в заднюю кабину. На заднем плане я увидел Хельгу, свернувшуюся в углу хижины. Я все еще держал Вильгельмину в руке, но мне не хотелось стрелять снова, если Обри не двинется ни к Хельге, ни ко мне.


Он этого не сделал. Вместо этого он, как пьяный поплелся к двери кабины, которую ему удалось распахнуть, несмотря на огромное давление на нее. Его нельзя было остановить, кроме как выстрелить - а если я промахнусь, то поставлю под угрозу весь самолет. Обри ненадолго завис в открытом дверном проеме, а затем вылетел головой вперед. Я крутанул самолет так, что дверь захлопнулась. Под правым крылом я мог видеть, как тело Обри падает вниз, пока он не ударился о воду и не исчез под волнами.


Хельга присоединилась ко мне в кабине, а я сосредоточил свое внимание на управлении самолетом. Она попыталась оживить Робертса, второго пилота, который все еще лежал без сознания на полу. Ей потребовалось много времени, чтобы привести его в чувство, но в конце концов он пробормотал, неуверенно сел и огляделся. Он качал головой. - "Что случилось? Что происходит?"


Его поведение подтвердило мои подозрения, что он был под наркотиками. Когда он достаточно оправился, чтобы говорить связно, он сказал мне, что последнее, что он помнил, - это чашка кофе, которую ему протянул Обри. Он все еще был слишком ошеломлен, чтобы спрашивать о пропавшем капитане, поэтому я ничего ему не рассказала о судьбе Обри. Позже я придумаю какое-нибудь объяснение.


К тому времени я связался с диспетчерской вышкой в Орли, к которой мы приближались, и нам разрешили приземлиться. Чуть позже мы приземлились, и я остановил самолет.


Я не сказал, что мне не стало легче.


Когда мы вышли из самолета, Хельга посмотрела на меня с недоумением в глазах. «Что там случилось?»


Я покачал головой. - "Трудно сказать. Похоже, ваш капитан прижался к штурвалу и пришел в ярость от страха, когда самолет начал падать. Вероятно, он был полубезумным, когда напал на меня, а затем выпрыгнул. Робертс, второй пилот, должно быть, потерял сознание из-за силы тяжести. Такие вещи не редкость в полете. Но позвольте мне поговорить с властями, чтобы мы не оказались втянутыми в бюрократизм".


Невозможно было сказать, действительно ли она приняла мое объяснение, но она больше на меня не давила.


Когда «мы добрались до здания аэровокзала в сопровождении Робертса, который все еще дрожал и еле держался на ногах, - я нашел главу полиции безопасности Орли и попросил его прислать мне агента AX, человека, которого я знал как Даммлиера, и местного начальника. Интерпола. Когда оба мужчины прибыли, я рассказал им, что именно произошло, указав, что подозреваю, что инцидент был связан с моим заданием. Я подчеркнул, что нам с Хельгой необходимо немедленно отправиться в Монте-Карло.


«Позвольте мне позаботиться об этом», - сказал человек из Интерпола, когда я закончил.


- «Не будет никаких проблем. Возможно, ваш помощник здесь, - он повернулся к Даммлиеру, - сможет найти надежного пилота и второго пилота, которые доставят вас к месту назначения.


Даммлиер кивнул, и встреча закончилась. Менее чем через час мы с Хельгой были на пути к Ницце, ближайшей к Монте-Карло посадочной площадке. С нами было два американских пилота - вероятно, часть французского штаба AX или ЦРУ, чтобы пилотировать самолет. Даммлиер принял меры, чтобы вернуть Робертса в Штаты, и сама Хельга заверила его, что он продолжит работать у нее и получать зарплату, а пока он должен оправиться от своего несчастного случая. Насколько я мог определить, мое объяснение - что Робертс потерял сознание - было принято и Хельгой, и властями.


Полет в Ниццу прошел без происшествий. Самолет приземлился ближе к вечеру, и мы с Хельгой сели на лимузин и направились в Hotel de Paris, недалеко от казино в Монте-Карло. Хельга договорилась, что лимузин будет ждать встречи с нашим самолетом, а также зарезервировала смежные номера в отеле. Нам повезло, что Хельга была там хорошо известна; нам гарантировали номера, хотя в Монте-Карло было полно любопытных туристов со всего мира. Улицы кишели туристами, придавая городу пьянящий карнавальный вид, а свободных гостиничных номеров не было.


Когда мы ехали по улицам Монте-Карло, где Средиземное море мерцало, как темное, насыщенное вино в вечерних тенях, мне напомнили легендарную историю возникновения Монако в 303 году. Согласно легенде, корсиканцев. Дева, Девот, была наказана губернатором Корсики, когда выяснилось, что она была христианкой. Губернатор приговорил девушку связать и тащить на лошадях по пересеченной местности, а затем растянуть до смерти. В тот момент, когда она умерла, над ее телом заметили белого голубя. Однажды ночью, когда ее тело взял монах и поместил в лодку рыбака, снова появился белый голубь. Рыбак последовал за голубем, когда птица скользила по воде, приведя его в Монако, и он закопал там тело девушки.


Я подумал, будет ли мое пребывание в Монако таким же невероятным.


Восьмая глава.


Из моего люкса открывался потрясающий вид на сверкающее море и высокие скалы, простирающиеся на многие мили вдоль изгибающейся береговой линии. Распаковывая чемоданы, принимая душ и переодеваясь, я слышал, как Хельга ходит в своем номере по соседству. По звукам ее движений я мог сказать, что ее действия примерно дублировали мои.


Игра в казино возобновилась через несколько часов. Мы, конечно же, пообедали бы в гостиничном ресторане-пентхаусе с раздвижным потолком, открывающимся в небо. Но до обеда еще оставалось время. Я знал, что Хельга не планирует посещений достопримечательностей города, и подумал, что было бы обидно, если бы мы не наслаждались этим временем вместе в более приятных занятиях. Надеясь, что Хельга думает так же, я решил небольшую, но потенциально неприятную трудность, которую представляла запертая дверь между нами, заказав шампанское, икру и три дюжины красных роз, которые должны быть доставлены ей в шесть. Примерно через минуту после часа она постучала в дверь и мягко позвала меня.


«Вы очень внимательны», - сказала она, протягивая бокал шампанского, когда я вошел в ее номер.


Когда она подошла к окнам с видом на море, на ней было нежное розовое неглиже, подчеркивающее ее тело прекрасным силуэтом. Я остановился на мгновение, чтобы насладиться видом ее тела через тонкую ткань одежды, а затем присоединился к ней у окна. Заходящее солнце скрылось где-то за горизонтом, но оставило глубокое, богатое, золотое отражение в чистом небе. Воды Средиземного моря, в свою очередь, отражали небо, усиливая свет, так что комната казалась живой ослепительной, как золото.


"Очень красивый вид, не правда ли?" - спросила Хельга, поворачиваясь ко мне.


«Да, очень мило», - ответил я, сознательно бегая взглядом по ее телу и вверх, пока не встретился с ее взглядом. Она провела языком по губам и спросила: «Я тебе нравлюсь, Тони?»


"Да очень."


«Насколько вам нравятся мои сестры?».


Этот вопрос удивил меня после ночи, которую мы провели вместе в Нью-Йорке, но вместо того, чтобы ответить ей прямо, я протянул руки и сказал: «Вы хотите, чтобы я показал вам, насколько?»


Она подошла ко мне чувственным плавным движением, ее глаза были полузакрыты, а губы приоткрыты. Я поцеловал ее, и все ее тело немедленно откликнулось, нежно вибрируя вверх и вниз по отношению ко мне. Ее ноги раздвинулись и обняли мои, и я чувствовал, как ее дрожащий клитор ищет мое собственное возбужденное, отвечающее тело. Она тихо застонала и, качнувшись назад, поставила бокал с шампанским. Я поставил свой стакан на ближайший стол. Когда я повернулся, то увидел, что она выскользнула из пеньюара.


Золотой свет превратил ее обнаженное тело в изящно вылепленную живую бронзовую статую. Я едва успел снять с себя одежду, как она затащила меня вместе с собой в шезлонг.


"Быстро!" - прошептала она умоляюще, приподняв бедра, мы соединились.


"Да! Да! Да!" - бормотала она, затаив дыхание. Ее руки вцепились в мои плечи и руки, а ее ногти впились в мою плоть, когда она обняла меня. Несколько мгновений спустя я почувствовал, как ее тело открывается и сжимается вокруг меня, ее голова крутится из стороны в сторону от страсти, пока мы не достигли пика дико судорожной кульминации.


Когда мы лежали бок о бок на шезлонге, она повернула голову и посмотрела на меня. Она мягко улыбалась: «Теперь ты знаешь, не так ли?»


Я кивнул.


Я знал, о чем должен был догадаться с тех пор, как мы уехали из Нью-Йорка, но, конечно, всего несколько минут назад не было возможности сказать. Женщина, лежащая рядом со мной, не была Хельгой, потому что я был знаком с ее особенным способом занятия любовью. И не Мария, которую я тоже знал близко.


«Ты Эльза».


«Да», - признала она. "Тебе не жаль, правда?"


«Как можно задавать такой вопрос? После того, чем мы только что занимались? "


Она радостно засмеялась. «Хельга будет в ярости, когда узнает, что я натворила. Я ночевала в ее квартире, когда вы позвонили ей утром. Она все еще спала и ничего не слышала. Когда вы предложили поездку в Монте-Карло, я просто решила собраться и поехать и позволить вам думать, что я Хельга. Это казалось так весело. Кроме того, вы уже провели достаточно времени с двумя моими сестрами. Теперь моя очередь."


Слушая ее слова, я подумал, что это был именно тот трюк, на который женщины фон Альдер были способны. Но даже несмотря на то, что ее объяснение казалось достаточно правдоподобным, я должен был помнить, что фон Альдеры подозревались в деле, которое я пытался раскрыть, и что в том, что Эльза заменила Хельгу, могло быть что-то зловещее.


Но в тот момент я ничего не мог сделать. Я слегка шлепнул ее по красивым маленьким ягодицам и велел ей одеться.


Когда мы прибыли в казино после обеда, мы обнаружили, что оно забито. Огромная толпа стояла плотным кругом вокруг одного колеса рулетки в безмолвном ожидании. Внутри круга были трое мужчин: крупье, второй мужчина в смокинге и темных очках - очевидно, один из директоров - и бельгиец Трегор, человек, который играл ва банк.


Эльзе и мне удалось протиснуться сквозь толпу к месту всего в нескольких футах от троих мужчин. Как только мы пришли, вращающееся колесо рулетки щелкнуло до остановки, и наблюдающая толпа двинулась вперед и ахнула. Крупье сунул через стол огромную стопку фишек Трегору, который невозмутимо положил их рядом с другой огромной стопкой перед ним.


"Боже мой!" - взволнованно прошептала женщина рядом со мной. "Он только что выиграл полмиллиона долларов! Что он теперь будет делать?"


Казалось, Трегор не обращает внимания на окружавших его людей. Это был гигантский импозантный мужчина с большим животом, который пил из стакана минеральную воду, которую он наполнял из бутылки, стоящей у его локтя. Темные очки закрывали его глаза, но на его лице, как я заметил, была абсолютно пустое выражение.


Все глаза в комнате были прикованы к нему, ожидая, что он будет делать дальше. Он наклонился вперед и уперся лбом в кулак, сложенный правой рукой, как будто он медитировал, и оставался в этой позе несколько секунд. В тот момент я был, наверное, единственным в толпе, кто взглянул на стоящего напротив директора. Он был почти в той же позе, что и Трегор! Как будто они молча общались друг с другом!


Секундой позже оба мужчины одновременно подняли головы, и Трегор твердой рукой уверенно поместил всю свою стопку фишек на красный квадрат перед собой.


Эльза схватила меня за руку. «Он поставил на ставку весь свой выигрыш!» прошептала она недоверчиво. «Миллион долларов!»


Трегор откинулся на спинку стула, а крупье поднял руку и снова запустил колесо. Оно быстро закрутилось секунду или две. Когда он начал замедляться, зеваки начали в унисон скандировать: «Красный, красный, красный» - ставка Трегора. Наконец колесо остановилось. Бельгиец снова выиграл. Крупье подтолкнул еще одну стопку фишек к исходной стопке Трегора. Два миллиона долларов! Затем директор вышел вперед и тихим голосом объявил: «Колесо закрыто на вечер».


Толпа отступила, когда Трегор собрал свои фишки с помощью нескольких сотрудников казино и направился к кассиру. Я заметил, что по крайней мере двенадцать секретных агентов из разных иностранных государств, всех которых я узнал, преследовали его. Трегор не мог, никуда пойти без тех агентов, которые следили за ним. Мировые правительства не позволили бы ему легко ускользнуть из города.


Я рассмотрел все виды транспорта в Монте-Карло и из него. Из города вело всего три дороги, и за ними было легко наблюдать. Городские власти держали все лодки в гавани под постоянным наблюдением, и у них был самый быстрый катер в Средиземном море. Никто не мог улететь по воздуху, потому что в Монте-Карло нет ровной поверхности, достаточной для аэродрома. Эти факторы не позволили Трегору ускользнуть от агентов, которые следили за ним, чтобы узнать, когда он заберет выигранные деньги. Мне не было необходимости следовать за ним.


Меня интересовали директор и крупье, которые сейчас разбирали колесо рулетки - обычная практика в конце игры, когда игорный дом понес такие огромные убытки. Колесо будет перенесено в подвал казино, где находятся все колеса казино, сделанные из розового дерева. Я знал, что каждое колесо балансируется с точностью до одной тысячной дюйма и движется по драгоценным камням так же точно, как часы.


Но это колесо надо было проверить. Вот поэтому я хотел поближе взглянуть на это и последовал за директором и крупье, когда они прошли через соседнюю дверь. Наблюдая, как они исчезают в дверном проеме, я велел Эльзе вернуться в отель и ждать меня там.


На лестнице, ведущей в подвал, было темно, но внизу горел свет. Я был на полпути вниз, когда дверь надо мной захлопнулась. В тот же момент вспыхнул ослепляющий свет. Затем я услышал пронзительный крик. Быстро обернувшись, я увидел, что Эльза, вопреки моим инструкциям, последовала за мной. Мужчина, вероятно, тот, кто захлопнул дверь, крепко схватил ее и нацелил на меня пистолет.


Я повернулся к подвалу и увидел директора казино и крупье, поднимающихся ко мне по лестнице. Оба были вооружены пистолетами, а крупье также держал в руке кусок трубы. Когда двое мужчин достигли ступеньки подо мной, директор снял темные очки. Его глаза были остекленевшими, как будто он был под гипнозом или под воздействием наркотиков. «Позаботьтесь о нем», - приказал он. Крупье поднял железную трубку, и в моих глазах все почернело.


Сознание возвращалось медленно, и даже когда я снова смог видеть и слышать, мне казалось, что я смотрю на окружающее издалека и сквозь туманный фильтр. Мое тело и конечности казались тяжелыми и вялыми. Хотя грубые руки толкали меня, я почти ничего не чувствовал. Постепенно я узнал симптомы своего летаргического состояния. Пока я был без сознания, меня сильно накачали наркотиками. Должно быть, это был один из сильнодействующих депрессантов, воздействующих на центральную нервную систему.


Я боролся, чтобы преодолеть влияние наркотиков, но даже если я был в отличной физической форме, я лишь частично достиг успеха. Я мог видеть все, что происходило вокруг меня, но не мог пошевелиться. Крупье и директор посадили меня за руль на переднее сиденье машины. Я увидел Эльзу, тоже находящуюся под действием наркотиков и без сознания, растянувшуюся на сиденье рядом со мной, а внутри обеих открытых дверей стояли мужчины. Мотор мерседеса работал, но машина не двигалась.


Потом я заметил, что один из мужчин что-то поправил на полу у меня под ногами. Вскоре он выскользнул из машины, и я услышал, как он сказал: «Хорошо, она готова к поездке».


Двери машины захлопнулись. Двигатель все еще работал. Мой одурманенный мозг не мог определить смысл происходящего. Смутно, как будто я был в тумане, я увидел, как через открытое окно рядом со мной просунулась рука и включила «мерседес». Машина рванулась вперед.


Потом я понял, что нас с Эльзой посадили в «мерседес», прижав акселератор к полу. Теперь мы мчались по темным пустынным дорогам Монако со скоростью более ста миль в час. На такой большой скорости «Мерседес» попадет в аварию, прежде чем мы уйдем слишком далеко, и мы оба погибнем. Когда наши тела были бы обнаружены, это выглядело так, как будто мы погибли в результате передозировки наркотиков. Не было бы никаких признаков убийства.


Отчаянно я пытался получить контроль над своим телом.


Пока что нам везло, и машина мчалась по центру дороги. Но впереди будут холмы и крутые повороты, и если я не начну управлять машиной, мы скоро съедем с дороги. Я попытался поднять руки, но мне показалось, что они тяжелые. Я попробовал еще раз. Обе руки тяжело поднялись, - дрогнули, опустились и снова медленно поднялись. Я мог видеть темный пейзаж, проносящийся мимо в ослепляющем тумане из окна машины. От моего усилия поднять руки на несколько дюймов к рулю лился пот. Затем я увидел впереди крутой поворот. Я видел, как мои пальцы сомкнулись на рулевом колесе, но не чувствовал колеса под ними. Каким-то образом мне удалось повернуть его на несколько градусов вправо, когда машина вошла в S-образную кривую. Этого было достаточно, чтобы мы продолжали путь. Автомобиль на головокружительной скорости развернулся по повороту и помчался по крутому склону.


Дорога продолжала подниматься. Из окна машины я увидел, что мы находимся на обрыве скалы, которая с края тротуара спускалась почти прямо к морю. Автомобиль взлетел на вершину обрыва и затем по крутому склону понесся к дороге, как металлический снаряд из пушки. Шины визжали о тротуар. Все еще обескураженный наркотиками, я пытался сконцентрироваться на нашем единственном шансе на выживание: каким-то образом мне удавалось держать машину в вертикальном положении и на дороге, пока в ней наконец не кончился бы бензин.


Казалось, что последующему кошмару не будет конца. Милю за милей «Мерседес» с ревом проносился мимо затемненных вилл и коттеджей, вверх и вниз по крутым, извилистым дорогам Лазурного берега. Монако было далеко позади. Мы мчались по шоссе, соединяющим Монако с Ниццей, а затем через саму Ниццу, тихую и закрытую на ночь.


Шоссе за Ниццей шло вровень с морем - оно было мокрым, скользким и опасным. Задняя часть «мерседеса» скользила из стороны в сторону. Если бы нас занесло, мы бы упали в море. Но «мерседес» промчался по Антибам. Наконец, где-то между Антибами и Каннами, он начал терять скорость и примерно через милю еле еле катился. С огромным усилием я повернул руль, машина вылетела на обочину и остановилась. Двигатель заглох. Эльза, все еще сидевшая рядом со мной, ни разу не пошевелилась.


Девятая глава.


Солнце светило мне в глаза. Я застонал и сел, разминая шею сзади. «Мерседес» все еще стоял на обочине дороги. Первое, что я увидел, это то, что Эльза накрасилась. Затем я увидел за окном со стороны Эльзы толпу детей, прижатых к стеклу и смотрящих на нее широко раскрытыми глазами, когда она пудрила нос. Она выглядела великолепно - как будто только что проснулась от бодрящего сна. По шоссе проносились грузовики и машины, и я заметил, что большинство пассажиров внутри них вытягивали шеи, чтобы лучше нас рассмотреть.


Эльза заметила, что я сажусь, убрала ее компактное зеркало и помаду и улыбнулась.


«Мы развлекались прошлой ночью?» - весело спросила она.


Я не знал, что она помнила о вчерашнем вечере, когда нас оглушили на лестнице в подвале казино. Вся ночь была для меня кошмаром, но я должна отдать должное женщинам фон Альдер в одном - они были стойкими.


«Пойдем», - сказал я, наклоняясь мимо нее, чтобы открыть дверь с ее стороны. Она вышла из машины, и я последовал за ней. «Нам нужно вернуться в Монте-Карло. В этой машине закончился бензин ».


«Но как мы туда доберемся?»


«Оставь это мне», - сказал я, подтягивая ее рядом с собой на краю шоссе. Дети все еще собирались вокруг нас. Я поставил Эльзу перед собой так, чтобы ее можно было легко увидеть из проезжающего транспорта, и поднял большой палец, как знак международного автостопщика. Первый проехавший автомобиль затормозил, и водитель, говоря по-французски, распахнул дверь.


«Монте-Карло», - сказал я.


«Оуи», - сказал он. Эльза и я, ехавшие впереди рядом с водителем, вернулись в Монте-Карло на грузовике, наполненном баклажанами. Швейцар в Hotel de Paris не приподнял брови, когда мы, все еще в вечернем наряде, вышли из грузовика, помахали и поблагодарили водителя грузовика и пронеслись через вестибюль.


Я оставил Эльзу у дверей ее номера и велел ей немного отдохнуть. Войдя в свои комнаты, я услышал звонок телефона. Это был местный агент AX, человек, известный мне как Чиклет. Он сказал, что мне нужно немедленно обратиться в местный офис AX, чтобы мне позвонили из-за границы. Хоук, вероятно, звонил из Штатов по скремблеру. Я поспешно переоделся - даже в Монако смокинг днем привлек бы ко мне нежелательное внимание - и пошел в офис AX, который находился на вилле недалеко от отеля. Чиклет встретил меня у двери и отвлек в сторону. поговорить. Место кишело теми же агентами, которых я видел в казино, людьми, которым было поручено выследить Трегора, когда он ушел со своим выигрышем.


Прежде чем я спросил Чиклета о Трегоре, я кратко рассказал ему о том, что случилось со мной и Эльзой, и спросил, можем ли мы немедленно задержать директора казино и крупье.


Чиклет покачал головой. - Боюсь, что это будет сложно, - грустно сказал он. «Оба исчезли вместе с Трегором».


"Исчезли?" - недоверчиво спросил я. «Как мог Трегор исчезнуть от всех этих агентов, следящих за ним?»


«Мы столкнулись с очень коварным противником, - объяснил Чиклет. «Прошлой ночью, когда Трегор вышел из казино, он вернулся в свой отель. У нас были люди, которые наблюдали за этим местом спереди и сзади. Другие агенты занимали позиции на дорогах, ведущих из города и вдоль гавани. Но Трегор, директор казино и крупье ускользнули от них всех ».


"Как они это сделали?"


Чиклет покачал головой, как будто все еще не верил этому: «В номере «Трегора» был балкон с видом на море, а ранним утром над городом пролетел вертолет. Он поднял Трегора с балкона и, по-видимому, подобрал остальных где-то в другом месте в городе и улетел. Удивительное явление».


Я согласился с этим.


«Возможно, мы ничего не обнаружим, - продолжил Чиклет, - но мы проверяем вдоль и поперек побережья, чтобы узнать, не слышал ли кто-нибудь вертолет. Если так, они могли бы подсказать нам направление, в котором он полетел».


«И если мы не найдем никого, кто слышал вертолет, мы вернемся к тому, с чего начали», - добавил я. Затем я напомнил Чиклету, что он сказал мне, что мне позвонят из-за границы.


Он кивнул. - «Хоук хочет поговорить с вами по зашифрованному каналу. Я скажу оператору, чтобы он перезвонил ». Он привел меня в офис наверху, и когда Хоук подошел к линии, он оставил меня в покое.


«Я слышал, твоя добыча ускользнула», - сказал Хоук без предисловия. «Что нибудь случилось ещё?»


«Нет», - сказал я ему перед тем, как дать ему полный отчет о моем собственном опыте прошлой ночи.


Хоук фыркнул. - "Похоже, вам повезло". Он сделал паузу, и провода между нами ненадолго зажужжали. Затем он сказал: «Здесь произошло кое-что, о чем я хотел, чтобы вы знали. Ваша догадка насчет вскрытия мозга Z1 оправдалась. Доктор Том действительно что-то нашел - небольшой микроскопический диск, внедренный в основание мозга. Мы не знаем, что это такое и что это значит. Ребята из лаборатории сейчас пытаются это проанализировать. И доктор Том не может понять, как он туда попал. На черепе нет следов или следов операции ».


«Тем не менее, это должно что-то значить», - сказал я.


«Возможно», - неопределенно ответил Хоук. «Когда мы найдем больше, если мы это сделаем, я дам вам знать. Какие у тебя планы сейчас? »


«Я хочу попытаться найти след этого вертолета и денег», - сказал я ему. «Он, вероятно, все еще где-то в этом районе. Деньги могут привести меня к тому, кто стоит у источника всего этого. В любом случае, это единственная многообещающая зацепка, которая у меня была до сих пор ».


«Да, хорошо, удачной охоты», - сказал Хоук и повесил трубку.


Чиклет ждал меня в комнате внизу, заполненной мужчинами, которые разговаривали по телефону по-французски и по-итальянски. Одна стена была покрыта большой картой с изображением Монако и окружающей его территории от Лионского залива на французском побережье на западе до Генуэзского залива на итальянском побережье на востоке. Цветные булавки были прикреплены к карте в разных точках за пределами Монако.


«Мои агенты добились определенных успехов», - сказал Чиклет, кивая в сторону людей по телефону. «Видите ли, - он указал на карту на стене, - мы связывались с властями в городах вдоль побережья в обоих направлениях, чтобы расспросить местных жителей, слышали ли они ночью вертолет. Теперь мы начинаем получать ответные звонки с результатами ».


"Есть положительные ответы?"


- К счастью, да, - ответил Чиклет, проводя меня к настенной карте. Он указал на булавки. «До сих пор у нас были сообщения от Сен-Рафаэля и Фрежюса о том, что был слышен вертолет. Сообщения с востока, из Италии, отрицательны. Видимо, наши люди направились на запад. Теперь мы концентрируемся на побережье за Фрежюсом. Он улыбнулся. «Скоро мы сможем точно определить, куда они полетели».


Я посмотрел на карту. К западу от Фрежюса, вдоль изгибающейся береговой линии, находились Сен-Тропе, Йер, Ла-Сен, а дальше - Марсель. Но кое-что еще привлекло мое внимание на карте - группа островов, лежащих в д'Иере, у побережья на полпути между Фрежюсом и Марселем. Я начал думать.


«Послушайте, Чиклет, - сказал я, - мне очень важно немедленно получить вертолет и пилота. Вы можете это устроить? »


"Конечно. Это займет некоторое время, но позвольте мне позвонить ».


Он воспользовался одним из телефонов и вернулся, кивая. «В течение часа здесь будет вертолет. На нем будет летать один из наших агентов из Ниццы. Он вопросительно посмотрел на меня. «У тебя есть план?»


«Насколько я понимаю, - сказал я, - этот вертолет далеко не улетел. Я предполагаю, что он приземлился где-то поблизости, где его можно было спрятать, и что деньги и люди, вероятно, будут переправлены оттуда сегодня вечером ».


"Переправлены?" - озадаченно спросил Чиклет. "На чём?"


Я пожал плечами. - "Твоя догадка так же хороша как и моя. Я думаю, они воспользуются скоростной лодкой ».


«Быстрый катер!» - воскликнул Чиклет. "Конечно. Это было бы очевидным делом ». v? Указывая на карту, я добавил: «И это заставляет меня думать, что, возможно, катер, которого мы ищем, может быть спрятан где-то на этих островах, в заливе д'Эрса или на побережье. Где бы он ни был, его будет легче обнаружить с вертолета, который летит низко, чем с земли ».


Чиклет согласился с моими рассуждениями. Пока мы ждали прибытия вертолета, я позвонил Эльзе в Hotel de Paris и сказал, что буду связан на некоторое время по каким-то делам, но я хочу, чтобы она ждала меня там.


«Я собиралась сделать тебе сюрприз», - сказала она. «Я проскользнула в твою комнату, но тебя там не было. Вы уверены, что будете заняты бизнесом? "


«Конечно», - заверил я ее. «Просто оставайся там, пока я не вернусь. Это может быть сегодня попозже или сегодня вечером. Тогда у нас будет достаточно времени для сюрпризов ».


Десятая глава.


Поскольку привлекать слишком много внимания в Монако было нецелесообразно, Чиклет отвез меня из города в то место на холмах, где мы ждали вертолет. Перед тем, как мы покинули офис, поступили новые сообщения о том, что ночью к западу от Фрежюса не было слышно ни одного вертолета. Похоже, я мог догадаться - вертолет укрылся где-то поблизости.


- Теперь будьте осторожны, - с тревогой посоветовал Чиклет. «Вы не знаете, с какими шансами столкнетесь».


Я кивнул. Мой верный пистолет Люгер, Вильгельмина, плотно сидела в моей наплечной кобуре, а мой стилет «Хьюго» был в собственных ножнах под рукавом куртки, готовый прыгнуть мне в руку при малейшем движении руки. Я не особо беспокоился о шансах противника.


Вскоре прибыл вертолет, которого мы ждали. Это был вертолет UH-1 Huey. Чиклет познакомил меня с пилотом, молодым французом по имени Марсель Клеман, большим, худощавым, взъерошенным мужчиной, который весело улыбался.


Чиклет проинструктировал его, что он должен следовать моим приказам, и предупредил, что работа может быть опасной.


«Опасность меня не беспокоит, Чиклет», - заверил его пилот. "Ты знаешь это."


Я забрался в вертолет, но перед тем, как мы взлетели, Чиклет совершил его круговой обход, чтобы убедиться, что он находится в отличном рабочем состоянии. Затем он подал знак, что всё в порядке. Марсель сидел в носовой части вертолета, а я сидел за ним, двери были отодвинуты назад, так что мне было хорошо видно, что происходит внизу в мощный бинокль, который мне дал Чиклет.


Мы направились на запад по береговой линии. После того, как мы миновали Фрежюс, Марсель полетел низко, в то время как мы с ним прочесывали землю в поисках каких-то признаков места, где мог бы быть спрятан вертолет. Мы пролетели несколько мест с густой листвой и других мест, где в скалах были углубления - места, где можно было спрятать вертолет, - но я не мог обнаружить ничего, что указывало бы на то, что какое-либо из них было укрытием. К тому времени мы пролетели все побережье от Монако до точки далеко за Фрежюсом, откуда ночью поступали сообщения о вертолете. Скопление островов в заливе д'Иер было видно на юге.


«Пойдем и сделаем там круг», - крикнул я Марселю, указывая в сторону моря.


Он кивнул и повернул вертолет. Вскоре мы пролетели над островами и совершили еще один проход на малой высоте над местностью. Бинокль позволил мне рассмотреть все внизу крупным планом, в том числе некоторых жителей острова, которые весело махали нам, но мы не увидели никаких признаков неуловимого вертолета.


"Что теперь?" - спросил Марсель из кабины.


«Могу также вернуть нас назад», - неохотно сказал я.


Марсель повернул вертолет, чтобы вернуться к берегу. Я все еще изучал местность в бинокль, когда внезапно заметил маленькое темное пятнышко в море. Когда я сфокусировался на нем, я увидел еще один маленький остров, каменистый и бесплодный, если не считать нескольких деревьев и редкого подлеска. Он был настолько маленьким, что не был отмечен на карте в офисе Чиклета. Тем не менее, он все еще был достаточно большим - от мили до полутора квадратных миль - для приземления вертолета, а также был достаточно удален от материка, чтобы стать хорошим укрытием.


Я похлопала Марселя по плечу и указала на остров. «Что это за место? Вы с ним знакомы?


«Он называется « Скала дьявола », - сказал Марсель, - « Дьявольская скала »- название, данное ему французским преступным миром, использовавшим его много лет назад как перевалочный пункт для оружия и наркотиков, поступающих в страну. Власть давно прекратила их деятельность. С тех пор он был заброшен, за исключением, как я слышал, колонии крыс, наводнившей это место. Говорят, крысы давно попали туда после кораблекрушения и с тех пор размножились ».


«Я думаю, нам следует присмотреться к этому», - сказал я.


«Ты думаешь, они могут там прятаться?» - с сомнением спросил Марсель.


"Возможно. Это просто возможно".


Марсель снова повернул вертолет к морю. Мы снова миновали Ли д'Эр и продолжили путь на юг. По мере того, как мы приближались к « Скале дьявола », я мог видеть, какое это мрачное и неприступное место, с не более чем грудой черных камней, выступающих из моря, а кое-где - несколькими тощими деревьями и участками высокого кустарника.


Марсель опустил вертолет, пока мы чуть не коснулись верхушек деревьев, чтобы сделать медленный круговой обзор острова. Когда мы подлетели к земле, я увидел сотни больших черных крыс, испуганных звуком нашего двигателя, сновавших среди камней.


"Вы что-нибудь видите?" - спросил Марсель.


«Крысы», - ответил я. «Стаи крыс».


Мы почти завершили свой круг, когда я вдруг что-то заметил в бинокль. Это была яркая вспышка света, отражение солнца на металле под одним из больших выступов скал в центре острова. Это мог быть скрытый вертолет.


Я рассказал Марселю о том, что видел, и попросил его еще раз обойти это место.


Он кивнул и наклонил вертолет, и мы двинулись обратно к месту. Марсель летел так низко, что мы чуть не задели вершины деревьев внизу. Я нацелил бинокль на то место, где мне показалось, что я что-то увидел, и я так сильно концентрировался, что даже не подумал об опасности, пока Марсель не закричал. Внезапно я почувствовал, как вертолет покачнулся и задрожал.


В следующую секунду на нас обрушился шквал пуль, которые врезались в вертолет снизу, разбили стеклянный щит кабины, пробили металлический корпус вертолета и врезались в двигатель. Когда я присел за кабиной, я увидел, как четыре или пять человек стреляли в нас из поднятых автоматов с вершины скал.


«Марсель!» Я крикнул, схватив его за плечо: «Вытащите нас отсюда».


Когда он повернулся ко мне на своем месте, я увидел, что его лицо было окровавленной маской. Он пытался что-то сказать, но изо рта текла только кровь. Его глаза закрылись, и он упал боком со своего места. Я выхватил Вильгельмину из кобуры, но прежде чем я успел прицелиться и выстрелить в людей внизу, двигатель вертолета взорвался огромным пылающим огненным шаром. Машина устремилась к морю, сопровождаемая гигантским слоем пламени и дыма.


Малая высота спасла мне жизнь. Я засунул «люгер» обратно в кобуру и прыгнул в открытый дверной проем, чтобы избежать огня прямо перед тем, как вертолет упал в воду. Огонь и дым вокруг вертолета заслонили меня от взора людей, которые нас сбили. Когда я всплыл, я обнаружил, что все еще скрыт от глаз тех, кто на острове, пылающий вертолет, все еще плывущий на поверхности моря, находился между мной и сушей.


Я быстро рассчитал расстояние до острова, нырнул глубоко и поплыл под водой, пока не почувствовал, что мои легкие лопнут. Я продолжал плыть, пока наконец не наткнулся на камни. Нащупывая пальцами путь дюйм за дюймом вверх по скалам, я в конце концов беззвучно прорвался сквозь поверхность воды. Держа только голову над водой, я прижался к камням и глотал воздух. Когда я снова смог нормально дышать, я осторожно поднял голову и огляделся.


К счастью, как я и надеялся, я оказался на приличном расстоянии от места крушения вертолета. С этого момента я все еще мог видеть обугленные останки вертолета, плавающие на воде. Я наблюдал, как несколько человек, отправились на резиновых плотах и поплыли к обломкам. Я видел, как они вытащили тело Марселя и поместили его на один из плотов. После этого мужчины обыскали воду вокруг обломков. Они явно видели двух мужчин в вертолете и надеялись найти мой труп. Я старался держаться низко в воде и оставаться частично укрытым скалами, пока они не прекратили поиски.


Когда люди плыли обратно на остров, тлеющая куча металла, которая когда-то была вертолетом, ушла под воду. Я цеплялся за скалы, пока мужчины не вытащили свои резиновые плоты на берег и не вернулись в центр острова. Я ненадолго подумал о том, чтобы спуститься по берегу к одному из плотов, чтобы попытаться вернуться на материк. Но потом я вспомнил о срочности своего задания. Люди на острове и деньги, которые они взяли в казино, могли привести меня к чему-то очень важному. Я ждал, пока не начало темнеть, а затем попытался пересечь остров, чтобы оценить ситуацию. Из того, что я видел, похоже, что мужчины временно использовали остров как укрытие, и пока ждали, когда их заберет лодка с наступлением темноты.


Одиннадцатая глава.


Еще через час вечернее солнце начало садиться, и я почувствовал, что можно безопасно ползти по скалам, чтобы обсохнуть на теплом ветру, дувшем с юга. Я только что залез на камни и растянулся на узком выступе, когда почувствовал, как что-то мягкое упало на мою левую ногу. Я вскочил и обнаружил, что смотрю в кроваво-красные глаза-бусинки большой черной крысы, которая, по-видимому, упала с более высокого камня. Я стряхнул её с себя, ударил ногой и отбросил в сторону. Затем я услышал тихий визг вокруг себя. Я быстро встал и увидел десятки блестящих немигающих глаз. Холодная дрожь пробежала по моей спине, и моя рука инстинктивно потянулась к Люгеру, Вильгельмине, меня не волновало, что выстрел приведет к тому, что люди на острове будут искать меня.


Но крысы не напали. Вместо этого они нервно метались взад и вперед, тихонько визжа, царапая когтями поверхность камней. Я осторожно попятился, не сводя глаз с них, пока не почувствовал, как твердый круглый металлический предмет вонзился мне в спину между лопаток. Резкий голос прорычал: «Стой прямо здесь!»


Сзади протянулась рука и забрала «люгер». Затем мужчина - это был крупье из казино - шагнул передо мной. В одной руке он держал револьвер 38-й калибр, а в другой - мой «Люгер». Он кивнул мне ... «Мы думали, что ты выбрался из вертолета живым. Мы тебя искали. Иди иди... ».


Он наклонился и поднял кусок дерева, очевидно залитый бензином. Зажег один его конец так, что он превратился в пылающий факел, он помахал им, чтобы расчистить путь сквозь рой крыс, которые отчаянно устремились прочь в заросли.


Мы поднялись выше по скалам острова, пока не достигли большого выступа, который я заметил с воздуха. Крупье взмахнул пистолетом и толкнул меня вперед, в большую выдолбленную пещеру. Пылающие факелы были установлены по кругу вокруг входа, чтобы не пускать крыс, и их свет освещал вертолет внутри. Были и другие мужчины - директор казино, Трегор и человек, схвативший Эльзу на лестнице в подвал казино. Я догадался, что это должен был быть тот, кто пилотировал вертолет.


Остальные посмотрели на меня без особого интереса, но директор казино кивнул крупье: «Обыщи его, свяжи и следи за ним».


Крупье, все еще держа при себе пистолет, залез внутрь вертолета и вытащил пару длинных веревок. Затем он толкнул меня глубже внутрь пещеры. Я поднял руки, когда он начал меня обыскивать, так что он пропустил стилет Хьюго, установленный на пружине в рукавах в рукаве моей куртки. После обыска он заставил меня растянуться на земле, надежно связав веревкой.


Придется выжидать. На данный момент, когда рядом стоял крупье с пистолетом и наблюдал за мной, я был беспомощен. Но у меня все еще был Хьюго в рукаве.


На улице темнело. Время от времени кто-нибудь из мужчин брал бинокль и фонарик и выходил на улицу. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, что они ждут, когда их заберут с острова. Моя первоначальная теория казалась верной - их собиралась забрать лодка.


Прошел час или больше, прежде чем один из наблюдателей закричал, и остальные, за исключением крупье, все еще охранявшего меня, поспешили прочь. Я использовал тот момент, когда внимание моего похитителя было временно отвлечено, чтобы щелкнуть пружиной в ножнах. Стилет мгновенно соскользнул в мою правую руку. Пришлось быстро перерезать веревки. Мне только что удалось перерезать их и освободить руки, когда трое мужчин поспешили обратно в пещеру.


«Он здесь», - крикнул директор. «Что ж, мы вытащим вертолет и вернемся за тобой».


«Откуда мне знать, что вы вернетесь?» - подозрительно спросил крупье.


Директор взял с вертолета большой алюминиевый чемодан. Он положил его на пол пещеры и кивнул в сторону. «Деньги по-прежнему будут здесь. Мы вернемся."


Все мужчины начали выталкивать вертолет из пещеры. Пока их внимание было отвлечено, я перекатился на бок и выгнул тело назад, чтобы мои руки могли дотянуться до веревок, которые связывали мои ноги. Вскоре я освободился и вернулся в свое прежнее положение, лежа неподвижно, пытаясь двигать руками и ногами за спиной, чтобы восстановить кровообращение. К тому времени люди вытолкнули вертолет из пещеры, и крупье обернулся на мою сторону. Голоса остальных троих издалека становились слабыми.


Он мельком взглянул на меня. Затем он вытащил из кармана сигарету и зажег спичку. Я сделал ход, вскочил на ноги и бросился к нему, держа в руке стилет. Я сверкнул ножом в лицо испуганного человека, затем осторожно уткнул острие в его живот, а свободной рукой потянулся за пистолетом. Вместо того, чтобы повиноваться мне, он по глупости поднял пистолет, чтобы выстрелить. Я вонзил стилет ему в живот, и он беззвучно согнулся пополам, зажженная сигарета все еще свисала с его губ. Я не планировал его убивать, но он не оставил мне выбора. Я схватил его револьвер и свой «люгер» и быстро бросился к алюминиевому чемодану. Я открыл замок, и крышка вскочила. Там, в колеблющемся свете факелов, я взглянул на два миллиона долларов внутри.


Я разработал небольшой план на эти деньги с тех пор, как директор поставил чемодан, и я знал, что они там. Я поспешно начал его выполнять. Я вынул пачки банкнот и наполнил дно чемодана большими камнями с пола пещеры. Затем я положил сверху слой купюр не более пары сотен долларов на камни. Я захлопнул чемодан и оставил его на прежнем месте. Я все еще мог слышать голоса других мужчин вдали, когда я быстро расстегивал рубашку, запихивал деньги внутрь и снова застегивал пуговицы. Два миллиона долларов у меня на груди мешали, но, несмотря на тяжесть, я вернулся к мертвому крупье, схватил его за воротник и потащил через пещеру наружу.


Остальные трое мужчин все еще работали с вертолетом на другой стороне большого плоского выступа скалы. Я направился в противоположном направлении, волоча труп за собой, пока не добрался до каких-то зарослей кустарника, где можно было спрятать его. Затем я пополз обратно по скале на возвышенность, откуда мог наблюдать за происходящим внизу. Полная луна ясно всё освещала. К тому моменту они вытолкнули вертолет на поляну. Один из мужчин, пилот, забрался в него и привел в движение лопасти несущего винта. Вертолет начал подниматься, но когда он был в нескольких футах от земли, мужчина выпрыгнул. Вертолет без пилота внезапно взлетел в воздух, унесся прочь от скалы и нырнул в темные воды внизу. Он затонул без следа.


Тем временем директор казино вернулся в пещеру. Он выбежал, неся чемодан и кричал. Я отчетливо слышал голоса мужчин там, где я прятался, и слышал крик директора: «Он сбежал! Этот парень освободился и убежал! Он взял с собой Жоржа! »


"Где деньги?" - крикнул в ответ Трегор. "Деньги в безопасности?"


Директор поставил чемодан на землю, и все трое столпились вокруг него, когда он его открыл.


"Они здесь! Они все еще здесь! " - воскликнул он. Как я и надеялся, он не нашел времени, чтобы проверить деньги за верхним слоем банкнот, поскольку масса камней была примерно равна весу настоящих банкнот.


"Давай!" - крикнул Трегор. «Давай скорей уйдем с этого проклятого острова».


Трое начали подавать фонариками. Ответный сигнал пришел с края острова, и был включен гигантский прожектор. Потом я увидел, что вместо лодки их увезет гидросамолет. Он зарулил возле скал и ждал там, подпрыгивая на воде. Когда люди начали спускаться к самолету, я слышал, как они размышляли обо мне.


«Как вы думаете, куда пропали этот парень и Жорж?»


«Вероятно, он заставил Жоржа спуститься на один из плотов, чтобы он смог вернуться на материк».


Я остался на месте, наблюдая, пока они не достигли края острова, не сели в один из плотов и не поплыли к самолету. Я не чувствовал себя в безопасности, пока они не поднялись на борт, а самолет не взлетел и не исчез на севере. Я надеялся, что они не обнаружат, что почти все деньги пропали, пока не доберутся до места назначения. К тому моменту для них было бы опасно возвращаться, поскольку они не могли быть уверены, что я не достиг материка. Я все еще не был близок к раскрытию дела, но, по крайней мере, мне удалось помешать их планам.


Двенадцатая глава.


Луна зашла вскоре после того, как гидросамолет улетел. Теперь было так темно, что я едва мог видеть свою руку перед лицом. Я попытался найти тело крупье там, где оставил его в кустах, но в темноте это оказалось невыполнимой задачей. Как бы мне ни не нравилась идея провести ночь на этом острове, кишащем крысами, я знал, что в темноте было бы слишком рискованно пробираться к краю берега, чтобы найти один из резиновых плотов. Я решил вернуться в пещеру, где еще горели пара факелов, которые установили мужчины.


Когда я вернулся в пещеру, я собрал по пути охапку сухих веток и унес ее с собой. Я добавил сухие ветки в пылающие факелы, пока не стало гореть сильное пламя, пока я сидел, скрючившись, у входа. Это был единственный способ держать копошащихся крыс в страхе, но я все еще мог видеть их глаза, блестящие в свете костра за пещерой. Я держал свой Люгер в руке, и хотя я устал, я не осмеливался задремать, опасаясь, что крысы осмелеют и нападут.


Казалось, что до рассвета осталось бесконечное время. Я был на ногах и готовился спуститься к воде с первыми лучами солнца. Я проверил, что деньги все еще надежно застегнуты под рубашкой, а затем, неся горящий факел, чтобы отпугнуть крыс, отправился. Однако, прежде чем я двинулся вниз по краю острова, я проверил кусты, чтобы найти тело крупье. Я не нашел труп. Был только его скелет с чистыми костями. Крысы обгрызли его в темноте.


Я поспешно отвернулся и поспешил вниз через кусты, в то время как крысы убегали с моей дороги передо мной. Я только что достиг края острова и начал искать один из плотов, когда услышал гудящий звук из воды. Когда я посмотрел, то увидел большой белый катер, кружащий примерно в четверти мили от меня. Сначала я думал, что это вернулись бандиты, чтобы попытаться найти меня и деньги, но когда я немного успокоился, я увидел, что катер был полицейским катером из Монако. Я быстро произвел несколько выстрелов в воздух из «Люгера».


На катере услышали мой сигнал и он тут же повернул к берегу. Когда он бросил якорь, трое мужчин спустили лодку и погребли к берегу. Я был удивлен, увидев, что одним из мужчин был Чиклет. Как он узнал, где меня искать?


- Что ж, - поприветствовал меня Чиклет, - вы все-таки оказались живыми. Мы почти отказались от надежды найти тебя. Скажи мне, что произошло?"


Я кратко изложил ему события и показал ему вырученные деньги. Прежде чем покинуть остров, мы поднялись на скалы и спустили скелет крупье на лодку. Затем мы отплыли, оставив Скалу Дьявола колонии грызунов.


Когда мы были на борту катера и возвращались в Монако, Чиклет рассказал мне, как он меня нашел. «Перед тем как вы с Марселем взлетели вчера на вертолете, - сказал он, - я поставил бипер на хвост вертолета. Я получаю сигнал с тех пор, как вы взлетели. Когда ты не вернулся к ночи, я предупредил полицию и попросил послать лодку на рассвете. Мы проследили за сигналом пейджера, и он привел нас к этой точке недалеко от острова, где мы нашли вертолет под водой. Звуковой сигнал все еще работает. Но я должен сказать, что боялся, что ты мертв, когда понял, что вертолет упал в море.


«Мне очень жаль Марселя», - сказал я Чиклету. «Он был хорошим пилотом и храбрым человеком».


Чиклет кивнул. «Мне тоже жаль. Но он знал, что идет на риск, как и все мы ».


Когда мы приехали в Монте-Карло, Чиклет принял меры, чтобы вернуть деньги казино, а я еще раз позвонил Хоуку за границу по зашифрованному телеграфу из его офиса. Я рассказал Хоуку, что случилось и как я вернул деньги.


«Что ж, - сказал Хоук более искренне, чем я думаю, - по крайней мере, все не пошло против нашего плана. Если модель действия сохранится, как и в прошлом, вероятно, скоро произойдет новое развитие. А Ник ...


"Да сэр?"


«Я хочу, чтобы вы расслабились на день или два, отдохнули». Он сделал паузу и грубо добавил: «Это приказ. Я свяжусь с вами ».


Прежде чем я успел ответить, он повесил трубку.


Полиция уже перевезла останки крупье в местный морг, а деньги возвратились в казино. В офисе AX мне больше нечего было делать. Я сказал Чиклету, что возвращаюсь в отель спать.


Когда я приехал, Эльза ждала меня в номере. Сначала она притворилась, что сердится на меня, но когда она заметила, как я выгляжу измученным, ее шутливая раздражительность сменилась сочувственной заботой.


«Бедный Дамплинг, - проворковала она, - ты выглядишь ужасно. Что ты делал?"


«Это была деловая встреча на всю ночь», - сказал я ей, снимая пиджак и галстук. «А теперь мне нужен хороший горячий душ и долгий сон».


«Конечно, Дамплинг», - сказала она. «Ты раздевайся. Я приготовлю для тебя душ.


Прежде чем я успел возразить, она исчезла в ванной и включила душ.


К тому времени, как я переоделся в халат, ванная была полна пара. Эльза вышла, розовощекая, толкнула меня в душ и закрыла дверь.


Я промыл каждый дюйм своей кожи и волос горячей водой, а затем принял ледяной душ. После этого я обвязал вокруг талии свежее полотенце и вернулся в спальню. Эльза стянула покрывало на кровать и встала рядом с ней.


«Вытягивайся лицом вниз», - приказала она, похлопывая по кровати. Когда я заколебался, она слегка подтолкнула меня. Когда я растянулся на кровати на животе, она стряхнула полотенце и сказала: «Расслабься, я сделаю тебе массаж».


Она достала маленькую бутылочку лосьона, который принесла из своего номера, с резким запахом лимона. Затем она сняла халат, оседлала мое тело и начала наносить лосьон на мою спину и лопатки. Это был вяжущий раствор, который сначала вызвал покалывание в коже, а затем послал глубокое успокаивающее тепло в мои мышцы.


"Что это за штуку ты используешь?" - спросила я, поворачивая голову и глядя на Эльзу, которая наклонилась надо мной.


«Это старое домашнее средство фон Альдеров», - ответила она. «Гарантированно дает положительные результаты».


Ее ласкающие руки ласкали мою плоть, как целебный бальзам, двигаясь вверх и вниз так же легко, как теплое сладкое дыхание, по всему моему телу. Затем Эльза встала на колени и приказала мне перевернуться.


Я повернулся к ней лицом и лег между ее раздвинутыми ногами. Она начала смазывать переднюю часть моего тела, ее легкие движения пальцами двигались от моей груди к моему животу, к моему паху, по бокам моих ног к моим пальцам ног. Когда она наклонилась ко мне, ее мягкие волосы коснулись моей обнаженной плоти, и мои ноздри наполнились его ароматным ароматом. В течение долгого времени казалось, что она работала с интенсивной концентрацией, почти гипнотической, но вскоре я заметил, что ее дыхание было более частым, а ее плоть стала влажной и дрожала.


Я поднял голову и посмотрел на нее. Ее глаза были широко раскрыты, а ее зубы были раздвинуты так, что показался кончик ее розового языка. Я прижал ее рот к себе, держа ее под собой. Ее изогнутые бедра напряглись. Мы встретились и молча присоединились и одновременно без слов достигли кульминации.


Я больше спал, чем бодрствовал, когда наши тела разошлись. Она встала у кровати, держа в руках халат. Но когда она наклонилась и поцеловала меня, я почувствовал, как мое тело снова вспоминает, и было готово и жаждало большего. Она тихонько рассмеялась при виде моего возбуждения и прошептала: «Я забыла сказать тебе, Дамплинг, что иногда это лекарство фон Альдеров также действует как афродизиак». Она поцеловала меня. «Спи», - прошептала она.


Я спал двадцать четыре часа и мог бы спать дольше, если бы меня не разбудил звонок телефона. Это звонил Хоук.


«Надеюсь, вы немного отдохнули», - сказал он. «Я в Париже. Встретимся здесь, в офисе, как можно скорее. Боюсь, еще плохие новости. С таким же успехом ты мог бы позволить женщине фон Альдер пойти с тобой, чтобы ты мог за ней присматривать. Я забронирую для вас обоих в отеле "George V".


Эльза обрадовалась, когда я сказал ей, что хочу, чтобы она поехала со мной в Париж. Я позвонил Чиклету, чтобы поблагодарить его и попрощаться, и менее чем через час мы с Эльзой возвращались в Ниццу, чтобы сесть на самолет.


Тринадцатая глава.


Когда мы приземлились в Орли, шел дождь. Как только я разместил Эльзу в отеле George V, где Хоук зарезервировал для нас соседние апартаменты, я взял такси до парижского офиса AX, который находился над кафе на площади Сен-Мишель. Офисы находились на трех верхних этажах здания и были звукоизолированы от шума внизу. Хозяином заведения был агент AX под кодовым именем Бонапарт.


Он встретил меня у двери и повел к задней лестнице, ведущей в офисы наверху. Когда мы проходили через задымленную столовую и бар, я был удивлен, увидев, что, хотя там было много посетителей, было также около тридцати или сорока сотрудников полиции безопасности и агентов AX, которых я знал по предыдущим встречам. Я знал, что должно происходить что-то важное.


Хоук встретил меня на втором этаже. Его лицо было мрачным, и он едва кивнул, когда провел меня в личный кабинет, закрыл и запер дверь.


«Похоже, этому делу нет конца», - сказал он, доставая из кармана конверт и передавая его мне. Он стоял ко мне спиной, глядя в окно на темный дождь, бьющийся о стекла, пока я читал письмо в конверте.


Письмо было напечатано на машинке:


Китайская ядерная ракета, исчезнувшая 12 часов назад, будет возвращена в обмен на 2 миллиона долларов. ПРИ СОГЛАСИИ, ВСТАВЬТЕ ТАКОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ В ЛОНДОНЕ ВРЕМЯ ДВА ДНЯ: «АЛЕКСАНДР - УСЛОВИЯ ПРИНЯТЫ - (ПОДПИСАНО) КУБЛАЙ ХАН». ДАЛЬНЕЙШИЕ ИНСТРУКЦИИ СЛЕДУЮТ.


На конверте не было адреса. Хоук, который отвернулся от окна, увидел, что я хмуро смотрю на конверт, и объяснил: «Вчера утром его засунули под дверь китайского посольства».


Я спросил. - "И правда, что китайская ядерная ракета исчезла?"


- Конечно, - с горечью ответил Хоук. «Это произошло через несколько часов после того, как вы вернули деньги похищенные в казино. Вы видите, что запрошенная сумма точно такая же, как сумма, полученная от казино ».


Я был недоверчив: «Вы имеете в виду, что китайская ядерная ракета действительно исчезла?»


«Очевидно, - заметил Хоук, - изобретательности нашего врага нет предела. Вскоре после вашего приключения на острове китайцы запускали ядерную ракету на секретный полигон, когда их самолет просто исчез. Пока не пришла эта записка, китайцы думали, что самолет разбился ».


«А как насчет экипажа?» - озадаченно спросил я. «Они, должно быть, хорошо прошли проверку, прежде чем их выбрали для такого задания».


«О да, - согласился Хоук. «Но может быть важным примечание, что всего несколько недель назад пилот, который был одним из самых доверенных и лояльных людей в китайских ВВС, уехал из Китая в командировку в Албанию. За ним не наблюдали внимательно, пока он был там, и, по сути, китайцы не могут объяснить его действия в течение нескольких дней визита. Они все еще проверяют. Вполне вероятно, что за это время до него добрался наш противник, который мог вставить чип в его мозг.


«Собираются ли китайцы заплатить выкуп?» - спросил я, возвращая письмо Хоуку.


Он кивнул. «Вот почему мы встречаемся здесь сейчас. Пойдем наверх... ».


На верхнем этаже здания ждали четверо китайских джентльменов с мрачным и немного подозрительным видом. Их присутствие объясняло строгую безопасность в здании. Один из мужчин был переводчиком, и через него Хоук познакомил меня с тремя другими, чьи имена я узнал как высокопоставленных членов коммунистической партии Китая. Каждый бросил на меня проницательный взгляд, когда мы обменялись рукопожатием. Затем все трое быстро заговорили с переводчиком по-китайски.


«Они говорят, - сказал мне переводчик, - что для них большая честь иметь такого уважаемого представителя, который поможет им в возвращении ядерной ракеты. Еще говорят, что


Председатель партии поговорил с вашим президентом и дал им указание всемерно сотрудничать с вами ».


«Для меня тоже большая честь, - сказал я переводчику. «Я постараюсь быть достойным доверия Китайской Народной Республики».


После этой формальности я спросил: «Было ли принято решение о выплате двух миллионов долларов?»


Переводчик снова посовещался со своими соотечественниками, а затем вручил мне большую кожаную сумку с выгравированными китайскими иероглифами и снабженную замком. Переводчик отпер её и открыл, показав внутри пакеты с банкнотами.


«Два миллиона долларов», - сказал он. «В завтрашнем выпуске «Лондон Таймс» будет объявление, написанное в соответствии с указаниями».


«Хорошо, - сказал я. «Снова закройте деньги. Я хочу, чтобы они оставались в вашем распоряжении, пока мы не получим дальнейшее известие.


После того, как переводчик перевел мои слова, трое мужчин серьезно склонили головы, и мы снова обменялись рукопожатием. Хок сказал мне, что уже приняты меры, чтобы китайские представители оставались в жилых помещениях в офисе AX до тех пор, пока не будет ответа на объявление "London Times". Таким образом, сумма выкупа будет надежно храниться до тех пор, пока не наступит время выплаты.


Хоук вернулся со мной на такси в отель. Были сумерки. Дождь и унылая погода идеально подходили для нашего настроения.


«Кто бы ни стоял за этим, - пробормотал Хоук, - должно быть, нравится наше затруднительное положение. Представьте, что вы украли ядерную ракету и вернули ее за выкуп! »


«Он выбрал для рекламы имена великих людей», - заметил я. «Александр и Хубилай-хан».


«Он сумасшедший, но очень хитрый, - заметил Хоук. «Чего бы я не отдал, чтобы поймать его». Он взглянул на меня. Когда мы добрались до отеля, Хоук высадил меня и направился к американскому посольству, где он остановился в Париже.


Когда я добрался до своего номера, я был удивлен, обнаружив записку от Эльзы. В ней говорилось, что ее пригласили на вечеринку на Монмартре и что она туда собирается. Она оставила мне адрес, чтобы я мог присоединиться к ней, если захочу. Вместо этого я решил выпить пару рюмок охлажденного мартини и хорошо пообедать в своей комнате. Перед тем как лечь спать, я позвонил на стойку регистрации, чтобы на следующее утро мне доставили экземпляр London Times.


Эльза все еще не вернулась в отель к тому времени, когда я получил свой экземпляр газеты рано утром следующего дня, и я не мог сказать, было ли что-нибудь значимое в ее ночном отсутствии. Тем не менее, объявление было в «Таймс», и его формулировка была точно такой, как указано в записке о выкупе. Читая ее, я представил, как довольный «Александр» тоже её читает. Он мог быть в Париже, или в Лондоне, или в Монте-Карло, или, если уж на то пошло, в Тибете.


Мне очень хотелось попасть в офис AX, который, как я знал, будет первым местом, где можно будет узнать, будут ли получены дальнейшие инструкции. Я был одет и вышел из номера, когда вернулась Эльза. Она все еще была в вечернем платье, с перекинутой через плечи норковой шубой. Она выглядела сонной, но она улыбнулась и поцеловала меня, позволив пальто упасть на пол. Затем она повернулась ко мне, чтобы расстегнуть молнию на спине ее платья.


«Я скучала по тебе на вечеринке, Дамплинг», - сказала она. "Это было очень весело. Много французов. Вечеринка все еще продолжается, если хочешь пойти.


«Нет, спасибо», - сказал я. «У меня есть кое-какие дела. Спи, я тебе попозже позвоню.


«Бизнес, бизнес, бизнес», - сказала она, похлопав меня по лицу. «Помни, вся эта работа и никакие развлечения делают тебя скучным мальчиком». Она вышла из платья и подошла к двери, ведущей в свой номер, и выглядела очень желанной в прозрачном лифчике и колготках. Она ненадолго остановилась в дверях и поманила меня пальцем. Когда я покачал головой, она послала мне воздушный поцелуй и исчезла.


Четырнадцатая глава.


Как только я добрался до кафе на площади Сен-Мишель и поднялся наверх в офис AX, я почувствовал напряжение и уныние, пронизывающие все это место. Снаружи светило солнце, и в воздухе уже чувствовалась весна, но какое бы радостное настроение ни создавала погода, оно исчезало за стенами здания.


Хоук был там, выглядя более изможденным, чем он выглядел накануне вечером, как и четверо китайцев, а также несколько десятков агентов AX и охранников. Все мы приехали слишком рано, и наше нетерпение росло по мере того, как тянулись долгие часы. Только в полдень мы наконец получили сообщение, которого ждали. И, конечно, окольными путями.


Нам позвонили из парижского офиса Интерпола и сказали, что они получили посылку от посыльного для местного начальника. Открыв пакет, он обнаружил запечатанную коробку и машинописную записку, в которой говорилось, что коробку следует немедленно доставить в посольство Китая. Поскольку шеф Интерпола был проинформирован о кризисе, он немедленно позвонил Хоуку, а затем поспешил в офис AX. Тем временем агенты Интерпола задержали посыльного, который был подлинным, и когда они спросили его о человеке, который дал ему посылку для доставки, он дал описание, которое могло бы соответствовать тысяче французов.


В коробке находилась магнитофонная лента. Мы столпились вокруг, пока Хоук вставлял ленту в офисный магнитофон. Пока крутилась пленка, голос сказал: «Это Александр. Я получил ваше сообщение и теперь даю вам следующие инструкции. Поздно вечером, тридцатого числа, корабль под белым флагом с запечатленным на нем красным драконом появится в Адриатическом море и войдет в гавань в Сплите, Югославия. На палубе этого корабля будет находиться китайская ядерная ракета. Одно из ваших судов может подойти к нему с двумя миллионами долларов. Как только деньги будут переданы людям на борту, ракета будет возвращена. Если будет предпринята попытка вернуть ракету без уплаты денег, она взорвется ».


Слова на пленке ничего не сказали нам о человеке, который их произнес, - или, скорее, о людях, поскольку все остальные предложения были произнесены другим голосом, и их акценты варьировались от британского до немецкого и бруклинского. Человек, стоящий за этим, оставался невидимым.


После того, как пленка была расшифрована и сделаны копии, были сделаны поспешные телефонные звонки, чтобы найти самолет, который доставит нас к Адриатическому побережью, и чтобы нас ждал большой и быстрый корабль недалеко от Сплита, Югославия. Даже когда все эти приготовления были сделаны, Хоук был занят планированием действий, когда ракета будет найдена.


Немного позже Хоук, китайские представители с выкупом, несколько агентов AX и я поехали в Орли и полетели на самолете в Адриатику. С правительством Югославии связались по дипломатическим каналам, и, когда мы прибыли, нас ждал изящный и быстрый корабль.


Когда мы подошли к гавани и бросили якорь у берега в Сплите, с моря дул холодный, резкий ветер. Других судов не было видно. Пока мы расхаживали по палубе, Хоук начал рассуждать: «Надеюсь, что это не уловка, Ник».


По прошествии еще пары часов, когда день начал переходить в сумерки, я начал думать, что Хоук мог быть прав. Но затем, совершенно неожиданно, у входа в гавань появился большой белый корабль с белым флагом, украшенным красным драконом. Он бросил якорь у правого борта нашего судна, и человек в капитанской форме подошел к перилам, поднял мегафон и крикнул: «Эй, я передаю вам привет от Александра. У вас есть деньги за смерть? »


Хоук вручил мне такой же мегафон. «Это ваше шоу», - сказал он.


«У нас есть деньги», - ответил я через мегафон. «Мы готовы завершить сделку».


- Можете подняться на борт, - крикнул в ответ капитан.


Пара членов экипажа нашего корабля спустили небольшую моторную лодку за борт. Двое китайцев, один из которых нес сумку с деньгами, и я переправились на другой корабль. Нам помогли подняться на палубу капитан и несколько человек из его команды. На носовой палубе был огромный объект, накрытый привязанным брезентом. Должно быть, это была ракета, но я насторожился. На палубе было еще несколько человек, но я узнал только одного бельгийца Трегора.


Капитан был радушен и провел нас в большую каюту на главной палубе, где нас ждало охлажденное шампанское.


Он спросил: «У вас есть деньги?»


Я кивнул китайцу, который передал сумку.


«Вы не возражаете, чтобы мы посчитали, прежде чем мы передадим вам ракету, не так ли?» он спросил.


«Нет», - ответил я.


«Джентльмены, пожалуйста, выпейте шампанского, пока ждете», - предложил капитан, выходя из комнаты с деньгами.


Ни один из китайцев не принял бокал шампанского от стюарда, а я принял. Это было хорошее марочное вино, отлично охлажденное. Я выпил два стакана, пока китайцы неловко ерзали на стульях. Когда капитан вернулся, он улыбался и кивал головой.


«Очень хорошо, джентльмены», - сказал он. «Вроде все в порядке. Если вы пойдете со мной на палубу, мы можем завершить наши дела ».


Я не сильно удивился, когда мы снова оказались наверху и увидели, что члены экипажа сняли брезент с объекта на носовой палубе. Это была ядерная ракета, уже встроенная в подъемник.


Двое китайцев подозрительно проверили ракету, прежде чем убедились, что все в порядке. Они серьезно кивнули мне, и я кивнул капитану.


Он казался довольным, когда снова взял мегафон и позвал ожидающее югославское судно, сказав ему подойти поближе, чтобы ракету можно было спустить на палубу. Двое китайцев и я остались на борту, пока команда работала с подъемником, поднимая гигантскую ракету в воздух, а затем вниз на палубу нашего корабля, где мы уже подготовили люльку для ее удержания. Я мог видеть выражение облегчения на лице Хоука, когда он увидел ракету, стоящую на палубе и наконец благополучную на борту.


Обменявшись короткими рукопожатиями с капитаном белого корабля, я вернулся на наше судно с китайцами.


"Не было проблем?" - сразу спросил меня Хоук.


«Нет», - сказал я.


«Но если я тебя знаю, - сказал Хоук, пристально глядя на меня, - что-то тебя беспокоит».


Я ответил. - "Это было все слишком просто. Они должны знать, что, поскольку мы благополучно вернули ракету, мы не собираемся просто сидеть здесь и позволить им уплыть с двумя миллионами долларов".


«Возможно, они не учли план, который мы будем использовать», - сказал Хоук.


"Сомневаюсь."


«Ну, во всяком случае, они поднимают якорь, чтобы уйти», - заметил Хоук, указывая на корабль, поворачивающий в гавани. «Я претворяю наш план в жизнь». В руке он держал радиопередатчик, и он начал быстро говорить в него, предупреждая все суда, ожидающие прямо у гавани - итальянские суда, греческие корабли, югославские, даже некоторые русские - все те, которые были отправлены в задержать нашего врага.


Когда белый корабль плыл к входу в гавань, мы начали следовать за ним на некотором расстоянии. Перед самым выходом в открытое море появилась наша корабельная армада. Они все еще были далеко, и Хоук еще не приказал им приблизиться. Белый корабль внезапно остановился в центре входа в гавань. Хоук снова начал говорить в передатчик, но я остановил его.


«Подожди минутку», - предложил я.


"Почему? Что это такое?"


Я покачал головой. Я не знал, как ему ответить, но чувствовал, что что-то не так. Прошло несколько минут, а ничего не произошло. Мы с Хоуком нацелили бинокль на палубу корабля - там было пусто. Хоук все еще держал в руке радиопередатчик, и его нетерпение росло. Я начал сомневаться в своей интуиции и собирался сказать ему, чтобы он отдал приказ закрыться, когда это произошло.


Внезапно мы увидели яркую вспышку оранжевого пламени, исходящую от белого корабля. Последовал оглушительный взрыв. Гладкое белое судно разлетелось на части в море. Он буквально за секунду распался на множество парящих досок. Взрыв был настолько неожиданным и настолько шокирующим, что почти все мы на короткое время застыли в неподвижности.


Однако Хоук быстро оправился и вступил в действие, выкрикивая по радиопередатчику приказ всем ожидающим кораблям прибыть и попытаться подобрать возможных выживших. В то же время наш катер стремительно приближался к тому месту, где затонул корабль. Но когда мы и другие корабли подошли к этому району, выживших не было. На самом деле ничего не осталось, кроме нескольких обугленных досок и масляных полос. И все же поиски продолжались глубоко в ночи, вода освещалась гигантскими прожекторами с палуб всех судов. Мы ничего не нашли.


«Для меня это загадка», - медленно произнес Хоук, когда поиски, наконец, прекратились, а другие корабли ждали дальнейших указаний от него. «Зачем им тратить столько усилий, чтобы забрать два миллиона долларов, а затем взорвать себя - и деньги?»


«Вот и все», - внезапно сказал я, когда у меня возникла идея. "Они не взорвали деньги!"


"Не взорвали деньги?" - потребовал ответа Хоук. "Тогда где они?"


«Не знаю, - сказал я. «Но они не затонули вместе с кораблем. Каким-то образом им удалось забрать их до взрыва ».


"Как это? Как?" - нетерпеливо спросил Хоук. «Мы держали корабль под постоянным наблюдением с того момента, как впервые увидели его. Как они исчезли? »


«Пока не знаю», - признался я. «Но они сделали это. Они видимо планировали сделать это таким образом. Они полагали, что после возврата ракеты у нас будет для них ловушка, но это не имело значения. Главное - деньги. Остальное, корабль и команда, должны были быть принесены в жертву ».


«Но это безумие», - возразил Хоук.


«Конечно, - сказал я ему, - как и все остальное».


«Да, - согласился Хоук, медленно говоря, - возможно, ты прав. Но как, как им удалось вынести деньги? »


«Я пока не знаю, - снова ответил я, - но я, скорее всего, узнаю. Ответ должен быть где-то здесь, на побережье Адриатического моря. Я хочу, чтобы мы обыскали его дюйм за дюймом, пока не найдем доказательства того, что был выживший или оставшиеся в живых, которым всё сошло с рук и достались деньги ».


Хоук все еще сомневался в моем мнении, но он согласился попросить стоящие рядом корабли помочь мне в поисках улик. Все они предлагали помощь. Хоук оставил меня в Сплите, потому что ему пришлось вернуться в Соединенных Штатах, чтобы лично доложить президенту.


Нам потребовалось еще два дня и ночи на поиски побережья Адриатического моря, прежде чем мы нашли доказательства, которые, я был уверен, где-то там есть. Я был уведомлен, когда греческий крейсер нашел их и бросился к этому месту - пустынному участку бесплодной земли к северу от Сплита.


Там, выброшенная на берег и частично затопленная в море, была брошена небольшая одноместная подводная лодка. Но я получил ответ о том, как с корабля были сняты два миллиона долларов. Вероятно, вскоре после того, как мы взяли деньги на борт в обмен на ракету, они были переданы подводнику, и она была выброшена из трюма корабля.


Крошечной подводной лодке было легко выскользнуть из гавани, проложить путь вдоль побережья и причалить. Позже, возможно, в ту же ночь, или даже в один из следующих дней этого человека, вероятно, подобрал самолет или другое судно, и он исчез с 2 000 000 долларов. Как только мне удалось договориться с судовым радистом, я позвонил Хоуку, который к тому времени вернулся в Нью-Йорк. Я рассказал ему то, что мы обнаружили, закодированным сообщением. Он воспринял эту новость более весело, чем я ожидал, и приказал мне вернуться в Париж и позвонить ему из офиса AX, потому что у него могут быть для меня новости о новых разработках.


Позже в тот же день в Париже я заехал в отель, чтобы поговорить с Эльзой перед тем, как пойти в офис AX.


Она схватила меня, прежде чем я вошел в дверь, покрыла мое лицо поцелуями и с беспокойством сказала: «Я не знала, что с тобой случилось, Дамплинг. Я была готова заявить о вас в полицию как о пропавшем без вести ».


«Опять бизнес», - сказал я. «Извини, я не смог оставить тебе сообщение. И мне нужно выйти еще раз. Но на этот раз я скоро вернусь, и, может быть, мы сможем провести время вместе».


В офисе AX Бонапарт связал меня с Хоуком по зашифрованному проводу.


«У нас есть новая зацепка, - сказал Хоук. «Это может быть лучшая из тех, что у нас были до сих пор. Наши исследователи, которые постоянно проверяли участников этого дела, наконец обнаружили определенную связь между некоторыми из них. Вы помните, я упоминал ранее, что у некоторых людей были проблемы с весом. Что ж, теперь мы обнаружили, что по крайней мере четверо из них были пациентами в одном спа-салоне для снижения веса в Швейцарии ».


"Это должно быть больше, чем совпадение" - размышлял я.


«Мы тоже так думаем», - сказал Хоук. «Место недалеко от Берна, в горах. Оно называется "Rejuvenation Health Spa" и управляется врачом Фредериком Бошем. Что вы думаете?»


«Думаю, мне лучше полететь в Швейцарию, - сказал я, - и осмотреться».


«Да, я согласен», - сказал Хоук. «Что ты скажешь этой женщине - Эльзе фон Альдер?»


«Я скажу ей, что у меня бизнес в Берне, и предложу ей вернуться в Штаты».


«Да, ну, - сказал Хоук, - у меня есть другие агенты, которые следят за остальными фон Алдерсами. Если она вернется, я тоже натравлю их на нее. Я свяжусь с вами, когда вы приедете в Швейцарию.


Когда я вернулся в отель и постучал в дверь номера Эльзы, я обнаружил, что ее парикмахер делает ей прическу.


«Мне не нравится, что ты видишь меня, пока я пытаюсь стать красивой», - сказала она, нахмурившись из-под накидки.


«Я хочу поговорить с тобой», - сказал я ей. «Мне нужно сегодня уехать в Берн. Мне позвонили из офиса, и мне нужно разобраться там в каком-то деле.


"Берн!" - радостно воскликнула она. - Но, Дамплинг, это прекрасно. Я направлюсь туда с тобой. За пределами Берна есть просто чудесный спа-салон, куда мы с Урси часто ходим. Мы полетим туда на самолете, и я могу расслабиться в спа, пока вы занимаетесь своими делами ».


«Как называется, - спросил я, - этот курорт?»


«Это называется "Rejuvenation Health Spa" - омолаживающий оздоровительный спа», - ответила она, как я и предполагал. И снова была еще одна связь между фон Альдерами и этим делом. Я не видел причин, по которым Эльза не должна была бы сопровождать меня в Берн, поскольку это могло бы укрепить связь, поэтому я согласился.


После того, как я снова позвонил Хоуку из своего номера и сказал ему, что Эльза едет со мной в Берн, мы выписались из "Джорджа V" и полетели в Швейцарию.


Пятнадцатая глава.


Когда мы приземлились в Берне, погода была холодной и ясной. Эльза знала небольшое шале на окраине города, поэтому мы сняли там смежные номера.


«Мы всегда останавливаемся в этом месте», - объяснила мне Эльза после того, как мы заселились в свои апартаменты. «Хорошо иметь такое место, когда в спа становится слишком тесно».


Мне понравилось наше жилье. Это было чистое, тихое, веселое место, в каждой комнате горел теплый камин. Пожилой седовласый хозяин с яблочно-щеками и его жена пользовались отличной репутацией. Из окна моей комнаты Эльза указала на оздоровительный спа-центр, который находился на вершине горы на некотором расстоянии. После того, как она ушла от меня в свою комнату, я изучил его в бинокль.


Это был огромный комплекс с многоэтажным главным зданием, окруженным несколькими зданиями поменьше. Все они были ослепительно белого цвета, которые переходили в снежные пики, выступавшие со всех сторон вокруг них. Я мог видеть извилистую однополосную дорогу, которая вела к этому месту, и канатную дорогу, которая была подвешена на двух троллейбусных линиях над головой. С такого расстояния было невозможно рассмотреть многие детали. Мне было интересно, как я могу подойти - тайно, или в качестве гостя, или, возможно, через Эльзу. Но пока что я буду ждать своего часа и постараюсь разобраться в местности. Кроме того, если фон Альдеры каким-то образом были замешаны в заговоре, Эльза рано или поздно позаботилась бы о том, чтобы меня туда заманили.


Между тем, вероятно, было бы неплохо связаться с местным агентом AX. Я никогда с ним не встречался, но Хоук назвал мне его имя и где его найти. Я постучал в дверь, которая соединяла мою комнату с комнатой Эльзы и сказал ей, что ухожу ненадолго. Пока меня не было, она делала себе косметические процедуры и ждала меня, когда я вернусь.


Ганс Верблен, местный представитель AX, встретил меня у дверей скромного ателье, носившего его имя, на одном из переулков Берна. Верблен меня ждал. Он сказал, что Хоук уже рассказал ему подробности моего задания в телефонном звонке из Штатов. Он был в моем распоряжении.


"Чем я могу помочь?" - спросил толстый темноволосый мужчина.


«В основном, - сказал я ему, - я хотел бы иметь как можно больше информации о спа-салоне Rejuvenation Health Spa». "Были ли там когда-нибудь проблемы? Кто им управляет? Какая есть информация. "


Верблен кивнул, запер дверь в свою ателье и повел меня в подвал. Это было просторное звукоизолированное помещение с картотечными шкафами вдоль стен. Повсюду были фотоаппараты, магнитофоны, телетайпы, всевозможное оружие.


«Здесь я делаю свою настоящую работу», - объяснил Верблен, махнув рукой


Он подошел к одному из шкафов. «Боюсь, у меня нет обширного досье по спа-салону. До телефонного звонка Хоука у меня не было особых запросов на сбор разведданных. То, что у меня есть, строго рутинное, не больше, чем у меня есть на любое другое заведение города. Насколько я знаю, там не было никаких проблем. У них постоянный поток гостей со всего мира, большинство из которых состоятельные. Я всегда стараюсь сфотографировать как можно больше приездов и отъездов на камеру с телескопическим объективом. Но, естественно, я уверен, что многое упустил.


Он бросил фотографии на стол, и я был поражен, увидев, что там были тысячи снимков.


«Ты определенно заслужил свое содержание, Верблен», - сказал я, качая головой в подтверждение его тщательности. Я пролистал несколько фотографий и заметил всех четырех фон Альдер на снимках, сделанных в разное время.


«Как вы думаете, они вам чем-нибудь помогут?» - спросил Верблен.


«Боюсь, что сейчас нет, - сказал я ему. «Они могут пригодиться позже. Что меня сейчас интересует, так это все, что вы можете показать мне или рассказать о внутренней части спа. А насчет Фредерика Боша, врача, который этим заведует ».


«Здесь нечего показать или рассказать, - ответил Верблен. Я видел, что он разочаровался в себе. «Вы понимаете, что курорт - это очень эксклюзивное место. Поскольку здесь так много состоятельных гостей, безопасность здесь строгая. Сам я внутри никогда не был, поэтому фотографий интерьера у меня нет. Если бы был особый запрос от AX, я бы, конечно, нашел туда вход ».


«Да, я понимаю, но как насчет доктора?»


«Вы снова будете разочарованы ответом», - сказал Верблен. «У меня нет фотографий доктора Босха, потому что он редко, если вообще когда-либо, выходит на улицу. Я слышал, что он европеец. Он приехал сюда много лет назад и открыл спа. Сначала это было очень скромное место, но все ему удавалось. За прошедшие годы его часто перестраивали, и оно стало внушительным сооружением, которым он является сегодня. У меня нет досье на доктора, потому что у него никогда не было проблем ни с швейцарскими властями, ни с какими-либо другими официальными лицами, насколько свидетельствуют данные Интерпола. Я принял меры предосторожности и все проверил.


«Не исключено, что я попытаюсь незаметно проскользнуть в спа», - сказал я Верблену. «Если я все же решу попробовать, я могу обратиться к вам за помощью».


Верблен слегка наклонил голову. «Я готов сделать все, что могу, чтобы помочь. Мне только жаль, что я не смог предоставить вам дополнительную информацию ».


«Возможно, ты помог мне больше, чем думаешь», - сказал я к его удивлению. «Я, например, узнал от вас, что доктор Босх редко появляется на публике. Это может быть неважно, но, с другой стороны, меня это немного настораживает. Из-за подозрений я буду осторожнее ».


Верблен повел меня обратно наверх, и я оставил его у дверей его магазина и пошел обратно в шале. Воздух был свежим и бодрящим. Был вечер, и большинство магазинов на улице были закрыты. Мне нравилась прогулка, и я был озабочен тем, чтобы смотреть в маленькие витрины магазинов на улице, поэтому я не слышал машину, когда она поехала рядом со мной. Первое намек на опасность появилось только тогда, когда я увидел отражение в стеклянном окне одного из магазинов темной машины на обочине рядом со мной и пятерых мужчин, которые выскочили из открытых дверей и теперь бросились ко мне...


Я резко повернулся, моя рука потянулась к Вильгельмине в наплечной кобуре, но все пятеро приблизились ко мне, прежде чем я смог вытащить «люгер». Они набросились на меня со всех сторон, их кулаки врезались в мое тело короткими сильными ударами. Я оказал лишь символическое сопротивление - достаточное, как я надеялся, чтобы обмануть их, - притворился, что мое тело обмякло, голова качается из стороны в сторону, а глаза закрываются в притворном бессознательном состоянии.


«Хорошо, - сказал один из мужчин, - он без сознания. Сажайте его в машину. Быстро!"


Два мужчины взяли меня за плечи, еще двое схватили за ноги. Они начали тащить меня по тротуару. Я позволил им подтащить меня примерно на полпути к машине, когда я внезапно пнул обеими ногами, ударив одного из мужчин, несущих меня, за ноги, а затем другого прямо в лицо. Оба закричали и отшатнулись, схватившись за лица. В то же время я бросился вверх и, когда мои ноги освободились, я вырвался из рук двух мужчин, державших меня за плечи. Внезапность моих движений застала их всех врасплох. Я повернулся к ним.


Пятый мужчина, опередивший нас в пути до машины, стоял на коленях у одной из открытых дверей с пистолетом в руке. Он выстрелил, и пуля отколола кусок тротуара примерно в дюйме от меня. К тому времени Вильгельмина уже была у меня в руке. У этого человека была возможность сделать еще один выстрел, прежде чем я нацелил дуло своего люгера и всадил ему пулю в живот. Он упал в машину спиной, свесив ноги на улицу.


Остальные четверо мужчин бросились в разные стороны по улице. Один нырнул в дверной проем здания, двое других свернули в переулок, а четвертый бросился за припаркованную машину. Я все еще искал, где укрыться. Четверо одновременно открыли по мне огонь. Я выстрелил в ответ, затем встал на колени и прицелился в незащищенные ноги человека за машиной. Я дважды нажал на спусковой крючок Вильгельмины, и мужчина закричал и бросился вперед...


С обеих сторон в меня стреляли и другие. Мне было интересно, что миролюбивые швейцарские граждане думают обо всех перестрелках в их обычно тихом городке. Бандиты прижали меня между собственной машиной и входом в магазин, где я стоял, когда их машина подошла. Я знал, что мне нужно спрятаться с улицы, прежде чем они бросятся на меня. Но я не мог выбежать из за машины, потому что они могли наверняка пристрелить меня, а дверь магазина позади меня была закрыта.


Затем я увидел трех боевиков, идущих ко мне, и мне пришлось двинуться с места. Я произвел пару выстрелов, чтобы ненадолго их сдержать. Можно было сделать только одно. Опустив голову и обхватив ее руками, чтобы защитить лицо, я побежал по тротуару и нырнул в стеклянное окно магазина позади меня. Стекло раскололось на огромные осколки и упало на улицу снаружи, но я был внутри и вне непосредственной опасности.


Магазин представлял собой небольшой магазин игрушек с играми и куклами. Видно было, что он был заброшен. Я пробежал через него и нашел заднюю дверь, которая открылась. Я выбежал в переулок. Я выглянул за край здания ровно настолько, чтобы увидеть людей, которые пытались устроить мне засаду, спешащих к своей машине. Трое из них затащили двух других в машину и умчались. К тому времени я услышал приближающийся вой клаксонов. Полиция была в пути. Я направился в свой отель и прошел по закоулкам, пока не выбрался из опасной зоны.


Когда я вошел в шале, на меня никто не обратил внимания. Я все еще мог слышать вой полицейских машин вдалеке, и звук продолжался еще долго.


Как только я вошел в свою комнату, я схватил бинокль и подошел к окну. Я нацелил бинокль на дорогу, ведущую вверх по горе к спа, и без труда нашел темную машину. Я был уверен, что люди приехали оттуда, и то, что я увидел, подтвердило этот факт.


Ну, подумал я, хорошо, я хотел пойти в спа, но не таким путем.


Этот инцидент доказал, что кто-то знал, что я интересуюсь спа и либо хотел забрать меня туда силой, либо убедиться, чтобы я не попал туда живым. Как эти мужчины - узнали, что я в Берне? Через Эльзу? Возможно. Но я также разговаривал с Вербленом, швейцарским агентом AX. Мог ли он быть тем самым? Как я слишком хорошо знал из прошлого опыта, все возможно.


Шестнадцатая глава.


«Дамплинг», - поприветствовала меня Эльза, проходя через дверь своей комнаты некоторое время спустя. «Я не слышала, как ты вернулся».


Я переоделся. Насколько она могла судить, я выглядел измотанным.


«Я зашел всего несколько минут назад».


«У меня для тебя самый чудесный сюрприз, Дамплинг», - засмеялась она, вертясь. На ней было розовое неглиже с оборками. Она слегка повернулась на цыпочках, указала на открытую дверь своей комнаты и позвала.


В дверь вошли две другие сестры Фон Альдер, а за ними - их мать Урси. Обе сестры были одеты в розовые пеньюары, такие же, как у Эльзы - или это была Эльза? На Урси было стеганая домашняя пижама. Смотреть на трех сестер, стоящих бок о бок, было все равно, что смотреть в три зеркала, отражающие один и тот же образ.


Одна из девушек засмеялась и сказала: «Ты был непослушным мальчиком, сбежавшим с Эльзой. Вы действительно думали, что сможете так легко сбежать от остальных нас? Теперь ты заплатишь за это, потому что мы не скажем тебе, кто из нас есть кто».


«Поскольку вы все одинаково красивы и очаровательны, - ответил я, - это не имеет значения. Мое удовольствие увеличится в три раза ".


Все это было для них обычно и, конечно, из тех вещей, которые фон Альдер любили делать. Но я не мог не задаться вопросом, было ли это всего лишь шутка, которая привела их сюда, в Берн, или это было потому, что я был так близко к спа, и они либо хотели найти способ удержать меня подальше, либо способ доставить меня туда. Время покажет.


Фон Альдеры решили, что я должен пригласить их на обед в столовую шале, которое, как они мне сказали, славилось своей превосходной кухней. Я согласился, и четыре женщины скрылись за дверью, заперев ее за собой. Я слышал их смех. Это потому, что они обманули меня?


Позже, когда мы пятеро спустились в столовую, я обнаружил, насколько популярным было это шале. Столовая была переполнена гостями и местными жителями. Конечно, вскоре фон Альдеры были окружены знакомыми людьми, что почти всегда случалось, когда они появлялись на публике. Наш стол из пяти человек быстро превратился в стол из дюжины или больше. Меня познакомили с каждым из вновь прибывших, большинство из которых были членами иностранных посольств и т.п. Фон Альдеры не общались с простым народом.


Примерно в середине ужина в болтовне и смехе внезапно внезапно прервалась болтовня и смех, и все мужские головы в комнате, включая мою, повернулись, чтобы посмотреть на прекраснейшую девушку, которая вошла и села одна за столиком у окна. Это была яркая, гибкая рыжая в платье с глубоким вырезом, облегавшем ее великолепно сложенное тело, как будто оно было нарисовано кистью.


Один из мужчин за нашим столом осторожно присвистнул. "Кто она такая?"


Одна из тройняшек фыркнула и сказала: «О, она просто работница санатория. Я видел ее там повсюду, когда мы были там.


Женщины фон Альдер были слишком опытными, чтобы позволить мужскому вниманию надолго отвлекаться от них, и вскоре я заметил, что мужчины, собравшиеся вокруг нашего стола, игнорировали рыжую, за исключением случайных взглядов в ее сторону. Я, однако, часто на нее поглядывал. Я думал, что к ней присоединится эскорт, но она продолжала есть одна.


Когда мы закончили ужин, один из сидевших за нашим столом мужчин пригласил всех на большой праздник, который в тот вечер устроили в одном из посольств. Фон Альдеры были счастливы и приняты, как и остальные за столом. Я извинился, сказав, что мне нужно наверстать упущенное и что я останусь в шале. На самом деле, я хотел еще немного подумать о спа, и я даже рассматривал возможность попытаться прокрасться туда. Конечно, мне было бы легче работать с фон Альдерами, которые в противном случае были бы заняты. Тройняшки и их мать очень хотели пойти на вечеринку, поэтому мне пожелали спокойной ночи.


Я заказал еще коньяку. Когда официант принес мне его, он протянул мне записку и указал на рыжую, которая все еще сидела одна. Я был удивлен. В замешательстве, вызванном уходом других гостей за нашим столом, я совершенно забыл о девушке, которая ранее привлекла мое внимание.


Я открыл записку и прочитал: «ПОЖАЛУЙСТА, ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ КО МНЕ? СРОЧНО НАДО ПОГОВОРИТЬ С ВАМИ. Я поинтересовался, почему было подчеркнуто слово СРОЧНО. Я оглянулся и увидел, что девушка серьезно смотрит на меня, и кивнул.


"Господин Доуз, - сказала девушка мягким хриплым голосом, протягивая мне тонкую, стройную руку, - я Сюзанна Хенли. У нее был трудный акцент - они называют его среднеатлантическим, но я уловил очень сильный британский тон. Она помолчала, пока официант не ушел, а я не сел, а затем добавила полутона: «Пожалуйста, поймите правильно, я не привыкла приглашать мужчин. Но есть важный вопрос, который я должна обсудить с вами. Она испытующе оглядела столовую, а затем снова посмотрела на меня. «Мы не можем здесь это обсуждать. Я не знаю, кто может на нас смотреть. Есть ли место, где мы можем поговорить наедине? "


«Ну, там моя комната наверху», - предложил я. «Это должно быть достаточно приватно, если вас это не беспокоит».


«Я уверена, что вы джентльмен, мистер Доус, - ответила она. «Да, в твоей комнате все будет хорошо. Иди наверх, и через несколько минут я пойду за тобой.


Я назвал ей номер своей комнаты и встал, чтобы уйти. Когда официант снова подошел к столу, чтобы отодвинуть мой стул, она протянула мне руку и сказала: «Так приятно видеть вас снова, и я позвоню вам, если я когда-нибудь буду в Штатах».


Я поднялся наверх в свою комнату, гадая, что может означать этот последний поворот событий. Прошло минут десять или пятнадцать, прежде чем в мою дверь постучали. Я открыл его, и Сюзанна Хенли быстро вошла внутрь. Я закрыл и запер дверь. Первые несколько мгновений она казалась нервной и неловкой. Она беспокойно бродила по комнате, выглянула в окно и увидела спа, в котором мерцали огни в ночи.


«О, вот где я работаю», - воскликнула она. Она заметила бинокль на подоконнике, подняла его и сфокусировала на комплексе зданий. «Отсюда очень хороший вид на спа», - сказала она, опустив бинокль и снова повернувшись ко мне.


"Мисс Хенли, что это за разговор и о чем? И пожалуйста, присядьте.


Она села в кресло напротив меня и немного подумала, прежде чем начать. «Я не знаю, что все это значит, мистер Доус, но до меня доходили слухи о вас в спа-салоне. И я волновалась. Я действительно не знаю вас, и я не знаю, что вас интересует в этом месте, но ... ну, я просто не чувствовала себя хорошо в этом отношении. Я думала, что скажу тебе, вот и все. Она остановилась и беспомощно покачала головой.


Я сказал как можно мягче: «Вы понимаете, мисс Хенли, я действительно не понимаю, что вы пытаетесь мне сказать».


Она глубоко вздохнула и, наконец, откинулась на спинку стула. «Мне следовало объяснить, - сказала она, - что я работаю в спа уже несколько лет. Я там диетолог. Но какое-то время мне не понравилась в нем атмосфера. Она кажется ... ну ... зловещей.


"Что значит зловещая?" - настаивал я.


«Я действительно не знаю, - сказала она. «Просто там много шепотов и секретности. И я слышу, как люди приходят и уходят глубокой ночью. Повсюду охранники, но гости этого не знают. Гости думают, что это просто сотрудники. Но они очень крутые на вид мужчины. Днем и ночью я слышу шепот, и я вспомнила твое имя, Доус. Я догадалась, что возникла проблема, когда сегодня днем пятеро охранников вернулись в спа на машине. Я просто случайно их видела. Пострадало пара из них. И я снова слышала, как упомянули ваше имя. Я обзвонила отели, пока не нашла тебя здесь. Вот почему я пришла сюда на ужин. Я спросила официанта, кто такой мистер Доус, и он указал на вас. Я просто хотела предупредить тебя, чтобы ты держался от них подальше ».


Когда я расспрашивал ее дальше, ее ответы казались достаточно простыми, но я не узнал ничего, что связано с этим делом, хотя мы говорили довольно долго. Она могла говорить правду, или она могла быть приманкой, посланной, чтобы попытаться отговорить меня от слежки.


Было уже довольно поздно, когда мы закончили разговор, и она внезапно взглянула на часы и ахнула: «О, у меня сейчас настоящая проблема. Уже за полночь. Комендантский час для сотрудников давно миновал. Я не могу вернуться туда сегодня вечером. Они потребуют подробного объяснения того, где я была. Мне нужно будет найти место, где остановиться, и вернуться утром ».


Она была на ногах, очень взволнованная, и направилась к двери. Она остановилась на полпути и вздрогнула. «Если кто-нибудь из спа-салона увидит меня на улице, они заберут меня и допросят».


«Это место похоже на тюрьму».


Она кивнула. "Да, это точно. Это то, что я пыталась тебе сказать.


Она открыла дверь и начала уходить. Я схватил ее за руку, оттащил назад, закрыл и снова запер дверь.


«Если это так опасно для тебя, - сказал я, - возможно, тебе стоит переночевать здесь. Ты будешь в безопасности.


Она долго смотрела на меня задумчиво, вероятно, обдумывая все последствия моего приглашения. У меня действительно не было никаких скрытых мотивов, чтобы сделать это предложение, за исключением того, что я хотел помочь. Но если возникнет что-то еще…


«Вы уверены, что вам это не доставит неудобств?» спросила она.


Я пожал плечами. В номере были две односпальные кровати, как она это могла ясно видеть. «Ты можешь использовать одну кровать, - сказал я, - а я просто растянусь на другой до утра. Вы будете в полной безопасности. Я имел в виду это так, как она хотела.


«Хорошо», - медленно сказала она, кивая головой.


Она пошла в ванную. Я проверил замки на дверях и выключил свет в комнате. Затем я снял обувь и лег на одну из кроватей. В комнате все еще было светло из-за отражения луны на снегу снаружи. Она вернулась через несколько минут, на ней была только нижнее бельё. Когда она перешла из ванной к кровати, ее тело было очерчено в свете из окна, и я мог видеть, что под ним больше ничего нет.


Она легла в кровать и накинула на себя одеяло. «Спокойной ночи, мистер Доус. И благодарю вас."


«Спокойной ночи», - сказал я.


Признаюсь, на короткое время мысль об этом прекрасном теле, лежащем так близко, отвлекала меня от сна. Но она не предлагала приглашения. Вскоре я заснул. Не думаю, что я спал очень долго, когда меня разбудили рыдания из ее постели.


Я сел и наклонился к её кровати. «Сюзанна? Мисс Хенли? Ты в порядке?"


Она продолжала тихо плакать, и я подумал, что, возможно, ей приснился кошмар. Я подошел к ней, сел на край кровати и слегка потряс ее за плечи.


«Все в порядке», - прошептала я. "Просыпайся! Все в порядке. Тебе только снится дурной сон.


Ее руки внезапно поднялись, обвили мою шею и притянули к себе. Ее глаза все еще были закрыты, она начала лихорадочно покрывать мое лицо поцелуями. "Обними меня. Обними меня! Люби меня!"


По-прежнему было трудно сказать, спит она или не спит, но ее рука переместилась к моему телу, возясь с моими трусами, в то время как она продолжала целовать меня. Я быстро сбросил одежду и лег вместе с ней в постель.


«Сюзанна, - снова спросил я, - ты не спишь?»


«Полюби меня, пожалуйста», - повторила она.


Она говорила так, как будто она готовилась к акту любви всю свою жизнь, но никогда раньше не имела возможности практиковать это. Ее голод был огромен, и она заставляла себя испытывать одно эротическое возбуждение за другим, пока мы оба не были истощены повторяющимися оргазмами. Никогда раньше я не знал женщины, которая так полно отзывалась бы всеми чувствами, каждым нервом своего существа. Снова и снова, ее тело бешено металось на кровати, она поворачивала голову, чтобы заглушить свои крики, чтобы они не эхом разносились по всему шале.


Потом, когда мы лежали близко, она наконец открыла глаза и улыбнулась мне. «Сначала, - мягко сказала она, - я думала, что это всего лишь сон. Но это был не сон, и это было намного лучше ».


«Да», - согласился я. "Это было наслаждение."


Когда я начал откатываться от нее, я почувствовал, как ее рука коснулась внутренней стороны моего левого бедра. На ее пальце было кольцо, и я почувствовал, как оно слегка царапает мою плоть. Я почти не почувствовал царапины, но почти сразу по всему моему телу распространилось теплое успокаивающее ощущение. Моей первой мыслью было, что это всего лишь последствие наших длительных занятий любовью. Правда поразила меня мгновение спустя, когда это чувство сменилось сильнейшим удушьем. Это случилось снова - меня накачали наркотиками. Сюзанна Хенли ввела в мое тело какое-то вещество из своего кольца.


На этот раз я знал, что это сильнодействующее лекарство, перед которым я не смогу устоять. Быстро сгустилась тьма. Мой мозг стремительно погрузился в черную пустоту.


Семнадцатая глава.


Мое зрение было затуманено ослепляющим белым светом, который падал прямо мне в глаза. Должно быть, я долгое время был без сознания. Я думал, что меня парализовало. Я не мог двигать руками или ногами. Постепенно, когда мое зрение прояснилось, я увидел, что нахожусь в совершенно белой комнате, похожей на больничную, и что ослепляющий свет исходит от светильника, установленного в потолке прямо над мной. Я лежал на спине, и мои руки и ноги были надежно привязаны кожаными ремнями.


Я открыл рот и попытался крикнуть во все горло, но только хрипло застонал. Несмотря на это, мой звук привлек четырех здоровенных мужчин в белых куртках, которые носят санитары больниц, и они окружили меня. Они подняли верхнюю часть моей кровати, так что я сидел прямо.


Со своего нового места я мог видеть в комнате еще двух человек, помимо четырех «санитаров». Один был моим спутником прошлой ночью. Сюзанна Хенли с пылающими рыжими волосами выглядела прекрасно в белой униформе медсестры и белых туфлях на низком каблуке. Другой был седым мужчиной лет шестидесяти, одетым в белый халат, белые брюки, белые туфли и белые перчатки. Он сидел в инвалидном кресле. Я инстинктивно почувствовал, что сейчас нахожусь в спа-салоне Rejuvenation Health Spa и что этим человеком был доктор Фредерик Бош.


Доктор придвинул инвалидное кресло ближе к моей кровати и одарил меня ледяной улыбкой. Сюзанна Хенли взглянула на меня без всякого выражения и отвернулась.


«Добро пожаловать в наш спа», - сказал доктор хриплым голосом с немецким акцентом, - «Хотя я боюсь, что этот визит не улучшит ваше здоровье». Он сделал паузу, а затем добавил: Ник Картер ».


Его признание моей личности дало мне толчок, и какое-то время я тщетно боролся с узами, которые крепко держали меня.


Доктор махнул рукой. - "Бороться совершенно бесполезно, мистер Картер. Вы здесь бессильны. Кроме того, почему тебе так не терпится уехать, если ты так хотел приехать сюда?"


Он развернулся в своем инвалидном кресле и приказал четырем помощникам в белых халатах отвезти меня наверх.


Мужчины быстро перекатили меня, все еще привязанного к кровати, через комнату к большому лифту, который появился сразу же, когда один из них нажал кнопку. Они затолкали меня в лифт, и к нам присоединились Сюзанна Хенли и доктор в его инвалидном кресле. Никто не говорил, пока лифт беззвучно поднимался. Мы поднялись на несколько этажей, прежде чем лифт остановился, двери открылись, и меня провезли в огромную открытую комнату.


Осмотрев комнату, я увидел, что она размером с квадратный городской квартал и остеклена от пола до потолка со всех четырех сторон. Мы были на вершине спа, и, поскольку это заведение находилось на вершине высокой горы, через стеклянную стену со всех сторон открывался вид на глубокие долины. Это было захватывающее зрелище, особенно при дневном свете, когда солнце освещало снег.


Но в комнате было потрясающее зрелище - огромный гудящий, работающий компьютер в центре, занимавший большую часть пространства. Индикаторы компьютера постоянно мигали и мигали, а машина издавала ровный тихий жужжащий звук. В остальном, поскольку комната была явно звукоизолирована, в ней было жутко тихо. Доктор сделал движение рукой, и четверо мужчин придвинули мою кровать ближе к аппарату. Когда я был там, один из мужчин повернул рукоятку у изножья моей кровати, и я внезапно сел прямо, все еще привязанный, с поднятой спиной и опущенными ногами, как если бы я был в кресле. Четверо мужчин вернулись к лифту и покинули нас, когда доктор снова махнул рукой. Сюзанна Хенли стояла рядом


Она включила компьютер и начала нажимать кнопки и крутить циферблаты, в то время как доктор подкатил в своем инвалидном кресле так, что он оказался прямо передо мной.


«Вот он, мистер Картер, - сказал он, взмахнув рукой, указывая на компьютер, - ответ, который вы искали. За тем, что вы когда-то назвали «Бригадой убийц», стоит сила. Вот она, и вы все еще не понимаете, что это значит, не так ли? »


Он был прав. Я не знал, что такое этот компьютер, и как он вызвал мировой кризис.


Я спросил. - "Кто ты? Что все это значит?"


Доктор отвернулся от меня, и я впервые заметил, что его инвалидное кресло было полностью механизированным, очевидно, управляемым с помощью элементов управления, которыми он мог управлять без рук. Он весело рассмеялся, когда он прокатился один раз по комнате. Затем он вернулся туда, где сидел я.


«Разрешите представиться», - сказал он, притворно поклонившись от талии. «Представляюсь своим настоящим именем, а не тем, под которым меня знают все, доктор Фредерик Бош. Это имя будет вам знакомо - я доктор Феликс фон Альдер. Я вижу приподнятые брови, мистер Картер. Вы знаете мою жену и трех моих прекрасных дочерей. Но это лишь малая часть истории ».


Он остановился на мгновение и вопросительно посмотрел на меня. «Прежде чем я расскажу вам свою историю, мистер Картер, я хочу, чтобы вы поняли, почему я рассказываю вам это. Видите ли, вы сейчас в моей власти - физически, и скоро вы будете в моей власти полностью - физически и ментально. Уверяю вас, ничто не может остановить это, и вы скоро убедитесь в этом сами. Но перед этим я хочу, чтобы вы услышали, что произойдет. Вы, с вашими прошлыми достижениями, подходите для той блестящей истории, которую я должен рассказать. Я хотел, чтобы в этот момент вы были здесь живым, потому что вы тот, кто действительно может оценить то, что мне удалось сделать. В противном случае, - он снова повернулся в кресле, - в противном случае моя работа была бы подобна созданию великого шедевра, симфонии, которую никогда не слышал тот, кто ценит хорошую музыку, или картине, которую никто никогда не видел. Вы понимаете?"


Я кивнул. Какое объяснение, подумал я, этому явному безумию?


Доктор Феликс фон Альдер некоторое время сидел неподвижно в своем инвалидном кресле, прежде чем наклонился ко мне, чтобы заговорить.


Он был блестящим ученым в Германии, работая на Адольфа Гитлера над контролем человеческого поведения. В экспериментах 30-40-х годов участвовали только животные, и они были очень грубыми, с использованием химических и хирургических методов для изменения и управления мозгом.


«У меня был некоторый успех, - гордо сказал фон Альдер, - даже тогда сам фюрер неоднократно посещал меня.


Я был готов перейти к людям. Тогда было уже поздно - война закончилась. Был рейд самолетов союзников на Берлин, где я работал… - он замолчал и снял свой белый халат. Я видел, что его руки в белых перчатках были искусственными. Он пошевелил плечами, и обе руки упали на пол. «Я потерял обе руки в том рейде».


Вскоре после этого, продолжил он, война закончилась. Когда русские захватили Берлин, они искали его, потому что знали о его экспериментах. Когда его нашли, то увезли в СССР. В смятении времен немцы подумали, что он мертв. Не было никаких записей о продолжении существования доктора Феликса фон Альдера.


В Москве он продолжил свою работу, но в его распоряжении были более сложные электрические процессы. Русские создали для него искусственные руки и кисти, и он добился блестящего успеха.


«Но русские, - добавил он, - никогда не переставали относиться ко мне с подозрением». Он снова остановился и задвигал бедрами на сиденье инвалидной коляски. Обе ноги, которые я теперь видел искусственными, упали на пол.


«Они отрезали мне ноги, чтобы я не мог сбежать. Они знали, что я их враг. Я всегда верил в превосходство немецкого народа. Вся моя работа заключалась в том, чтобы помочь немецкому государству править миром - и теперь, когда я усовершенствовал свои методы, моя мечта сбудется.


«Но вернемся к русским - они исследовали историю Третьего рейха и обнаружили мою глубокую личную преданность Гитлеру. Но это не помешало им использовать мои научные знания. Они считали, что я близок к прорыву в своих экспериментах. Поэтому они держали меня в изоляции; У меня не было ничего, кроме моей работы ».


Фон Альдер сидел в своем кресле передо мной, представляя собой безрукий и безногий торс. Я мог видеть, что он смаковал мое отвращение и шок, когда я смотрел на него. Он горько засмеялся и, задействовав мышцы спины, направил кресло-коляску зигзагообразно по комнате и снова ко мне, доказывая, что даже сейчас он далеко не беспомощен.


Снова остановившись, он продолжил свой рассказ. В России он окончательно разработал теорию успешного управления людьми, поскольку к тому времени в мире были представлены две новые разработки - компьютеры и миниатюрные транзисторы.


«Как только я обнаружил эти два элемента, - сказал мне фон Альдер, - я понял, что у меня есть то, что мне нужно. В конце концов, компьютер был просто механическим мозгом, который можно было запрограммировать на то, что когда бы я ни хотел, чтобы это было - мозг вне тела. Я знал, что, поместив крошечный транзистор внутрь человеческого мозга, я смогу передавать приказы с компьютера на транзистор. Человек с транзистором в мозгу был бы под моим абсолютным контролем ».


Но у него все еще была проблема: он не знал, как поместить транзистор, даже транзистор с управляющими точками, в человеческий мозг. Он продолжал экспериментировать, так и не открыв свою теорию русским.


Затем китайские ученые начали посещать Москву для обмена информацией. Фон Альдер решил перейти на другую сторону. Казалось, что китайцы ничего не знают о его политическом прошлом, и с ними будут лучше обращаться. Он подружился с китайским физиком и через него был вывезен из России контрабандой. Это было легко. Искусственные руки и ноги фон Альдерса были удалены, и его поместили на дно ящика с научными приборами, который отправлялся в Пекин.


«Оказавшись в Китае, - продолжил фон Альдер, - я нашел решение. Это было удивительно просто. Вы можете догадаться? »


Прежде чем я успел что-то сказать, он сам себе ответил: «Иглоукалывание».


Он, затаив дыхание, продолжал рассказывать свою историю. Используя древнее китайское медицинское искусство иглоукалывания, он смог поместить микроточечный транзистор в человеческом мозгу. Транзистор управлялся от компьютера, и фон Альдерс полностью контролировал человека.


Как и в России, фон Альдер держал свое открытие в секрете. Когда представилась удобная возможность, он вживил микроточечный транзистор в мозг пьяного чиновника коммунистической партии, высокопоставленного члена правительства. Затем он активировал транзистор с помощью предварительно запрограммированного компьютера, и китаец помог фон Альдеру сбежать в Швейцарию.


«К сожалению, - насмешливо вздохнул фон Альдер, - бедный китаец был убит, когда возвратился на родину».


Как только он добрался до Швейцарии, фон Альдер связался со своей женой. Он не знал, что она родила дочерей вскоре после того, как русские увезли фон Альдера. Урсула продолжала держать в секрете личность своего мужа из-за его связей с Гитлером, но она предоставила ему средства на открытие спа-салона. Его семья не знала о его текущих экспериментах, и его дочери никогда не подозревали, что «Доктор Босх» был их отцом.


Курорт процветал, привлекая богатых и влиятельных клиентов со всего мира. Фон Альдер потратил годы на создание своего отряда убийц, имплантировав микроточечные транзисторы в мозги тщательно отобранных пациентов клиники. Когда доктору было надо, он просто активировал своих человеческих роботов через компьютер.


Я молчал во время его длинного повествования, частично потому, что фон Альдер говорил без остановки, а частично потому, что его история была слишком невероятной, чтобы ее комментировать. Он был явно зол, но очень быстро доказал, что не дурак.


Как будто читая мои мысли, он сказал: «Ты мне не веришь. Ты думаешь, что слушал дикие бредни сумасшедшего старика».


Он повернулся к огромному компьютеру и сказал: «Послушай, мистер Картер. Послушай внимательно». Он сделал знак Сюзанне Хенли, которая нажала кнопку. Внезапно комнату заполнил голос президента Соединенных Штатов. Он обсуждал подъем торговли с Россией и Китаем. Пока звучал его голос, дикий бормотание фон Альдера почти заглушало его.


«Транзисторы не только передают мои приказы, - сказал фон Альдер, - но они также действуют как приемники. Я слышу разговоры, происходящие во всем мире. Теперь вы слышите, как ваш президент говорит через транзистор, вставленный в мозг одного из высших должностных лиц вашего госдепартамента. Они на заседании кабинета министров ».


Фон Альдер подал знак Сюзанне, и она нажала несколько кнопок. Разговоры из России, Китая, Англии один за другим заполонили комнату.


Теперь я знал, как фон Альдер следил за всеми моими действиями, обгоняя меня во всех направлениях. У него, должно быть, были передатчики в мозгу агента Z1 и Верблена и, возможно, других сотрудников AX.


«Никто не может меня остановить, - хвастался фон Альдер. «Я организовал эти убийства-самоубийства, чтобы не оставалось вопросов, когда я займусь грандиозным убийством. Когда я сейчас угрожаю, они мне поверят. И сделают так, как я хочу ».


Его глаза блестели, доктор подкатил инвалидное кресло так, что наши лица оказались всего в нескольких дюймах друг от друга. «Теперь мы обсудим ваше будущее, мистер Картер. Пока вы были без сознания, я вставил транзистор в ваш мозг. Через мгновение мой помощник, - он кивнул Сюзанне, - активирует его. С этого момента вы будете целиком и полностью в моей власти, подчиняясь запрограммированной ленте, которую я поместил в компьютер ».


Фон Альдер гордо сидел, глядя мне в лицо. Он явно наслаждался моей беспомощностью. Я слишком хорошо осознавал его силу и почувствовал, как по моему телу выступал пот.


Фон Альдер отвернулся от меня и кивнул девушке. Я приготовился, наблюдая, как ее рука тянется к кнопке на компьютере. Она коснулась кнопки. Вспыхнул ряд огней, и машина стала еще больше гудеть. Я напряженно ждал, не зная, чего ожидать. Я может бы отключился? Я бы потерял всю память прошлого? Что случилось бы? Вскоре огни перестали мигать.


«Транзистор Ника Картера был активирован, доктор фон Альдер», - холодно сказала девушка. «Функция идеальна».


Я неподвижно сидел в кресло. Я ничего не чувствовал - мой мозг работал так же четко, как и раньше. Я не знал, что произошло, но, очевидно, я не находился под контролем фон Альдера. Я попытался сделать жесткую маску своего лица, чтобы он ничего не обнаружил.


Фон Альдер, по-видимому, думал, что операция прошла успешно. Он едва взглянул на меня и взволнованно кружил по комнате, разговаривая сам с собой. - «Я добился успеха! Опять как всегда! »


Он сделал знак Сюзанне и почти презрительно сказал: «Отпустите его, пожалуйста».


Девушка быстро подошла ко мне и начала ослаблять ремни, которые держали меня. Я держал лицо в стороне, на случай, если она увидит что-то, что предупредит ее, но она даже не взглянула на меня. Когда я наконец освободился, она вернулась к компьютеру. Тогда я не знал, как действовать, поэтому просто сидел на месте, пока фон Альдер продолжал метаться взад и вперед, бессвязно рассказывая о своих планах.


Внезапно в разгар своей обличительной речи он замолчал и бросился на меня в инвалидном кресле, нервы на его лице неконтролируемо подергивались.


Почти в тот же момент Сюзанна закричала мне: «Смотри, Ник! Он узнал, что тебя не контролируют. Он узнал! Он увидел твои глаза! »


Ее предупреждение пришло как раз вовремя. Я спрыгнул с того места, где сидел, когда инвалидное кресло фон Алдера налетело на меня. Я тогда слишком поздно увидел, что из-под подлокотников инвалидной коляски торчали две трубки. Одно дуло извергало лист обжигающего пламени, в то время как из другого выходила струя ослепляющего газа. Если бы я не прыгнул в тот момент, я бы сгорел дотла. Несмотря на это, часть моего левого плеча и руки были сильно обожжены, и я был наполовину ослеплен, когда уклонился в сторону.


Фон Альдер в бешенстве развернул инвалидную коляску и снова бросился на меня, оба дула выплюнули смертоносное пламя и шипящий газ. Я бежал, извиваясь и поворачиваясь через комнату, пока он догонял меня в инвалидной коляске. Мне снова обожгло спину, прежде чем я смог ускользнуть от него, потому что на этот раз он двигался слишком быстро. Я был близок к истощению сил, но прежде, чем он смог снова повернуть кресло, я бросился за ним.


Пока он крутил кресло, я прыгнул ему на спину и обнял его за шею. Инвалидная коляска все еще мчалась вперед, увлекая меня за собой. Свободной рукой я глубоко вонзил пальцы в шею фон Альдера, пока не добрался до искомого нерва. Я оказал давление и временно парализовал его. Теперь он не мог пошевелить, даже мускулом, чтобы попытаться замедлить своё кресло. Используя весь свой вес, я повернул мчащееся инвалидное кресло и нацелил его прямо на стеклянную стену.


Инвалидное кресло на полной скорости мчалось к своей цели. Я еле держался на ногах, глядя, как стена приближается к ней все ближе и ближе, пока, наконец инвалидная коляска не пробила стекло, тогда я упал на пол. Кресло с телом фон Альдера разбило стекло и кувырком упало в долину внизу.


Сюзанна Хенли бросилась ко мне и помогла мне встать. Я посмотрел на нее. "Ты спасла меня, не так ли?"


«Да», - ответила она, держась за меня. "Я объясню это позже."


Мы вдвоем молча стояли на краю комнаты, глядя в глубокую пропасть внизу. Там, в сотнях футов ниже, на льду ледника лежало тело фон Альдера, рядом с ним лежало разбитое инвалидное кресло. С высоты тело выглядело как крохотная сломанная кукла, у которой были оторваны руки и ноги. Сюзанна вздрогнула, и я оттащил ее от окна.


«Компьютер», - сказала она, внезапно вспомнив. «Я должна его выключить».


Она поспешила через комнату и нажала на кнопки. Ряды огней погасли, и жужжание перешло в низкий гул. С окончательной дрожью машина вообще остановилась и замерла.


Сюзанна посмотрела на меня. «Теперь все в порядке, - сказала она. «Компьютер отключен. Ни один из транзисторов не будет работать, и все жертвы доктора фон Альдера вернут себе нормальную личность. Со временем микроточечные транзисторы - в том числе и в вашем мозгу - просто растворятся ». Я кивнул. Всё было окончено.


Восемнадцатая глава.


После того, как компьютер был остановлен, я позвонил Хоуку в Штаты. Я дал ему краткий, полный отчет о том, что произошло. Когда я закончил, он посоветовал мне остаться в спа. Он сделает полный отчет президенту и представителям других правительств. Затем все они приедут в Швейцарию, чтобы стать свидетелями окончательного разрушения компьютера.


Пока мы с Сюзанной ждали, она рассказала мне свою историю. Она проработала у фон Альдера два года. Она была британкой, попала к нему через секретное объявление в лондонской газете. Она была лаборантом в Лондоне, и в спа-салоне можно было заняться чем-то другим.


Она была фактически заключенной со дня своего прибытия. Бежать было невозможно. Даже в ту ночь, когда она приходила ко мне в гостиничный номер, если бы она меня не усыпила, кто-то бы без неё - один из головорезов фон Алдера - закончил бы эту работу.


Сочетание ненависти и отчаяния заставило ее пойти на эту безумную авантюру с компьютером. Она надеялась, она молилась, что моё освобождение поможет ей.


Через несколько часов Хоук и его группа начали прибывать. Они не поверили бы мне, когда я рассказал все подробности истории фон Альдера. Думаю, если бы Сюзанна не была там, чтобы поддержать мой рассказ - и если бы я не имел такой солидной репутации в этой области, - меня бы уволили как ненормального. И, конечно же, был компьютер, чтобы предоставить доказательства.


Действуя по приказу президента, Хоук связал швейцарские власти с гигантской машины. На следующий день курорт был очищен от людей. Затем были вызваны специалисты для разборки компьютера. Все доказательства плана доктора фон Альдера по управлению миром - компьютер и спа - были уничтожены. Тело доктора глубокой ночью доставили в Берлин и поместили на семейном участке кладбища фон Альдеров. Только Урсула была проинформирована о его смерти, и она просила, чтобы ее дочери никогда не узнали о существовании своего отца после Второй мировой войны.


Власти сообщили жителям Берна, что курорт должен быть разрушен, потому что структура была признана небезопасной. Теперь, когда дело было закрыто и все учтено, Хоук, Сюзанна и я встретились в шале, где у меня все еще оставалась комната, чтобы выпить на прощание. Той ночью Хоук прилетал обратно, но он великодушно предложил мне остаться еще на день.


«Ну, Ник, - сказал он, чокаясь вместе со мной, - мы можем отпраздновать еще одну победу AX». Это был самый сердечный комплимент Хоука мне.


Позже, после того, как самолет Хоука улетел, мы с Сюзанной лежали в моей комнате. Мы снова занялись любовью, и я притянул ее к себе и сказал: «Знаешь, я чувствую, что могу продолжать заниматься любовью с тобой всю оставшуюся жизнь. Это опасное чувство.


Она приподнялась на локте, наклонилась надо мной и мягко улыбнулась. «Может быть, Дамплинг, - прошептала она, - именно это и случится с тобой. Не забывайте, что в ваш мозг все еще встроен транзистор, и я знаю почти столько же, сколько доктор фон Альдер, о контроле над людьми. Я могла бы просто сделать маленький компьютер и запрограммировать тебя, чтобы тебе приходилось заниматься со мной любовью днем и ночью ».


«Ты думаешь, это меня пугает?» - спросил я, поцеловав ее.


Конец