# Проделкин-2

Людмила Колесова

Главы 12-22, в которых рассказывается, как Проделкин начал новую жизнь, вскрыл дедушкино завещание, отыскал клад и узнал тайну волшебных самоцветов. Рисунки автора.

Колесова Людмила

Проделкин-2

Origin: http://samlib.ru/k/kolesowa_l_t/010102prodelkindoc.shtml

Создан: 05/06/2005, изменен: 30/01/2015, 41k

Глава: Детская, Сказки

Series: Проделкин

Главы 12-22, в которых рассказывается, как Проделкин начал новую жизнь, вскрыл дедушкино завещание, отыскал клад и узнал тайну волшебных самоцветов. Рисунки автора.

____________________________________________________________

Людмила Колесова

Волшебное наследство-2

(главы 12-22)

## Глава 12

Кто не давал Проделкину умереть с голоду и с горя

Первое, что Кирюшка сделал - закинул свой школьный рюкзак в дальний угол. Дед сурово глядел на него с афиши, и Кирюшка боялся на неё смотреть. На конверт с завещанием старался тоже не глядеть понапрасну.

Вдруг он услышал голоса и выглянул в окошко. У калитки встретились две соседки: тётя Таня с кастрюлькой и тётя Маша со сковородкой.

- Сегодня я его обедом кормлю, - тётя Таня загородила кастрюлькой дорогу тёте Маше, - моё дежурство.

- Не спорю, не спорю, - закивала тётя Маша головой в бигуди. - Я вот ему ещё только оладышков несу с брусничным вареньем и конфет - подсластить этот горький день. Я обещала покойному Проделычу не оставлять Кирюшку в трудную минуту.

- А что такое? - захлопала любопытными глазками тётя Таня.

- А ты не знаешь?

Тётя Маша вытянула шею над сковородкой и перешла на шёпот. Тётя Таня слушала и качала головой из стороны в сторону, а под конец вздохнула:

- Жаль, не дожил Проделыч. Он бы такого не допустил.

Кирюшка спрятался за занавеску. Он всё понял. Слух уже прокатился по Брусничному переулку.

Тётя Таня с тётей Машей заполнили собой Кирюшкин домик, и в нём сразу сделалось тесно. Целый час они усердно кормили непутёвого соседа и учили уму-разуму, а дедушка с афиши кивал им в такт.

Кирюшка вяло работал ложкой и думал о том, что они похожи на двух больших наседок, которые кудахчут и хлопают крыльями. А ещё радовался, что сегодня не дежурит тётя Люся. Она была самой сердитой тёткой в Брусничном переулке.

Как только соседки удалились, Проделкин решил, что надо начинать новую жизнь. Но как можно начинать её с такого плохого, несчастливого дня? Нет, новую жизнь надо начинать с нового дня, ничем не испорченного. И тогда она будет счастливой.

- Всё, с завтрашнего дня начинаю новую жизнь, - объявил сам себе Кирюшка.

## Глава 13

Как Кирюшка начал новую жизнь

На следующее утро Кирюшка проснулся раньше обычного. Он впервые за последний месяц умылся, специально перед афишей дедушки сделал зарядку. Пусть видит, что его внук не совсем пропащий человек. И Проделыч с афиши весело подмигнул ему.

После завтрака с вчерашними тёти Таниными ватрушками, что приносила она к ужину, он отыскал свой рюкзак и сел за уроки. Учил, учил и искоса поглядывал на конверт с завещанием. Вот бы ему сейчас это наследство! Интересно, что же там такое?

До обеда Кирюшка прочитал всю "Муму", а к ужину закончил читать учебник по истории. После тёти Машиной каши Кирюшка перед сном порешал ещё задачки по математике. Так с задачником в обнимку и уснул. Приснился Кирюшке страшный сон. Возможно, даже вещий.

## Глава 14

Какой вещий сон приснился Проделкину

Снилось Кирюшке, сидел он в цирке, в первом ряду. На арене злой Герасим собирался утопить Каштанку. Герасим был похож на Кирюшкиного нового длинноносого соседа Злыдню. Утопить Каштанку он собирался в одном из двух сосудов, наполненных до краёв водой. Сосуды были разной величины, и Каштанке надо было определить, в котором из них воды больше. Если она ответит правильно, Герасим её топить не станет. Об этом поведал зрителям печальный рыжий клоун. Он всё время плакал и отжимал свой платок то в один, то в другой сосуд с водой.

Итак, Каштанке надо было гавкнуть один раз, когда Герасим покажет на сосуд, в котором меньше воды, и два раза, когда покажет на сосуд с большим количеством воды.

Кирюшка учил математику и знал, что в большем сосуде и воды больше. Но бедная псинка этого знать не могла. Зато Кирюшка, как внук и сын цирковых артистов, знал, что дрессированные собаки, какой была Каштанка, умеют лаять столько раз, сколько им щёлкают пальцами. Кроме того, не зря вчера Кирюшка прочитал "Муму". Теперь он точно знал, что Герасим был глухой. Это сулило полный успех в спасении Каштанки.

И вот, когда Герасим-Злыдня указал бедной собаке на меньший сосуд, Проделкин щёлкнул один раз. И Каштанка послушно гавкнула один раз. Показал Герасим на больший сосуд, Кирюшка щёлкнул два раза, и Каштанка гавкнула два раза. Ура! Каштанка была спасена. Зрители аплодировали, а сосед-Герасим злился, отвязывая с шеи собаки камень.

Вдруг он замахнулся на Проделкина этим огромным камнем. Но тут появился Спартак и сильными ручищами перехватил камень. Чем кончилась эта схватка, Кирюшка не увидел, потому что, уворачиваясь от камня, ударился головой о стену и с криком проснулся.

Кирюшке показалось, что большая носатая тень отпрянула от окна. Ночь была светлая, серебром блестели ветки сирени у самого окна. Если побыстрей подскочить к окну, то можно было бы увидеть того, кто пробежал по двору. Но у Кирюшки так и не хватило воли подняться. Вскоре он снова заснул.

## Глава 15

Почему Кирюшка решил, что стал достаточно умным

Утром Кирюшка напрочь забыл ночную тень за окном. Когда он открыл глаза, то первая мысль его была о завещании. К тому же сегодня ночью, он был в этом уверен, ему приснился вещий сон, и связан он был с завещанием.

Когда человеку снится вещий сон, он всегда чувствует, что сон именно вещий. Вот и Кирюшка сразу почувствовал, хотя это был первый в его жизни вещий сон.

Вскочив с постели, он стал ходить по дому взад-вперёд и всё пытался расшифровать сон. То есть понять, что через этот сон подсказывает ему судьба, о чём предупреждает. С вещими снами всегда так поступают. Кирюшка этого не мог знать, но догадывался

Итак, события во сне разворачиваются в цирке. Это понятно. Судьба его приведёт в цирк по стопам деда и родителей. Это во-первых. А во-вторых, Кирюшка помог Каштанке один в целом цирке. Что же это значит? Да это значит, что он оказался там самым умным. Ведь никто, кроме него, не догадался, как спасти бедную собачку. Как говорил дедушка, цирк - это целый мир. Значит, Кирюшка - самый умный в мире!

Мозги у Проделкина прямо торчком встали, так это или не так. Вдруг, не верно понял. Он покосился в зеркало. "А что, вон, какая у меня большая голова, - подумал он, разглядывая себя, - особенно, если взлохматить волосы. А в большой голове и ума больше, как в большем сосуде - воды. Не зря же мне сосуды с водой приснились".

Кирюшка даже в ладошки захлопал и запрыгал от радости, что удалось расшифровать вещий сон. И так он обрадовался, что забыл подумать о других вещах, приснившихся ему. Например, почему это Герасим похож на его соседа Злыдню, отчего он такой злой и даже с камнем на него набросился.

Зато у Кирюшки в памяти всплыла самая крутая его проделка.

Тогда Юлия Борисовна нажаловалась на него директору. Николай Петрович забрал его к себе на урок, на физику то ли в седьмом, то ли в восьмом классе. Посадил он проказника на заднюю парту, а сам урок продолжал, про переменный ток объяснял. После звонка старшеклассники на другой урок пошли. Николай Петрович тоже из кабинета физики вышел, а Кирюшка в кабинете один остался на время. Но это время несколько затянулось. Как только Николай Петрович выходил из кабинета физики, так сразу превращался из физика в директора и начинал работать директором школы.

Вот и в этот раз заработался. Хорошо, что дедушка Проделыч его в школе нашёл. Николай Петрович сразу вспомнил, что Проделкин в кабинете физики остался, и привёл туда Проделыча.

Сел директор на свой стул и начал воспитательную беседу.

- Вот сегодня, ой, пришлось вашего внука, ой, к себе на урок взять, ой.

И когда Николай Петрович говорил эти "ой", то подпрыгивал на стуле. Дедушка поглядел на его подпрыгивания, и, подняв одну бровь, спросил:

- А когда у вас, Николай Петрович, этот нервный тик появился?

- Какой, ой, нервный тик, ой?

- Да вот этот "ой-ой".

- Этот "ой-ой", ой?

- Да, этот "ой-ой".

- Да только что, Проделыч, ой!

- А как, Николай Петрович, мой внук вёл себя на вашем уроке?

- Хорошо, ой, ничего не могу сказать плохого, ой. Слушал урок внимательно, ой.

- А какой материал вы объясняли?

- Переменный ток, ой.

- Ну, теперь понятно, почему у вас нервный тик появился, - сказал дедушка и поглядел на внука. - Уж я с ним теперь сам поговорю, по всей строгости законов физики. Уж я ему переменный ток объясню! - дед крепко схватил Кирюшку за руку. - До свидания, Николай Петрович. Проверьте на всякий случай, не зацепился ли какой провод у вас за ножку стула.

В тот раз по дороге домой дедушка не рассказывал Кирюшке о своих цирковых номерах. Но говорил он так громко, что испуганные галки с криком тучами взлетали с деревьев.

- Какой из тебя выйдет иллюзионист, если ты не понял такой простой материал! Переменный ток - это не то, что ты подумал!

Прямо на улице дед объяснил Кирюшке, что такое переменный ток. Кирюшка понял. Но до сих пор никак не может понять, как же дедушка так сразу и сообразил, что это именно его внук электрический стул для директора сделал.

Кирюшка в тайне гордился этой своей проделкой. Шутка ли, в пятом классе такое сотворить! Влад и Стас его очень зауважали, когда он им об этом рассказал. Они так и сказали:

- Какой ты, Кирюха, умный!

Правда, Кирюшкина совесть считала, что эта проделка ничуть не лучше "терактов" Влада и Стаса и исподтишка покусывала его за это. Но Кирюшка гнал прочь эти угрызения, чтобы они не мешали ему складывать в стопочку доказательства его ума.

Да вот ещё одно доказательство - сколько он вчера за один день выучил! Как за целый месяц.

- Всё, я стал достаточно умным, - объявил Кирюшка сам себе, стенам родного дома и, на всякий случай, дедушкиной афише. Дед кивнул в ответ.

Довольный собой, Проделкин взял конверт с завещанием и вскрыл его.

## Глава 16

Что завещал дедушка Проделыч

и где закопал он клад

Вначале из конверта выпала карта. Кирюшка повертел её в руках и отложил. А вот и листок с завещанием.

"Самому дорогому, кто у меня есть,- внуку моему Кирюше - завещаю самое дорогое, что у меня есть - три волшебных самоцвета.

Мне пришлось закопать их в лесу под раскидистым дубом, потому что сосед наш Злыдня всю жизнь охотился за ними и не давал мне покоя. Надеюсь, что ты, мой внук, прочитаешь это завещание, став большим, сильным и умным. Значит, я могу быть спокоен, что ты сумеешь не только отыскать клад по моей карте, но и уберечь самоцветы от Злыдни, а также найти им достойное применение. И волшебные самоцветы воздадут тебе сторицей: сделают твою жизнь краше, богаче и веселее".

- Вот это да! - почти крикнул Кирюшка. - Не зря я так хотел вскрыть это завещание!

Но тут же вспомнил о своём нехорошем соседе и закрыл свой неумытый рот немытой ладошкой.

Проделкин рассмотрел дедушкину карту. Вот тут стрелочка начинается, в Брусничном переулке. И ведёт эта стрелочка за город по горбатому мостику через речушку Витийку и дальше по шоссе. А с обеих сторон дороги бор лежит. Вообще-то он стоит, сосны в нём высокие, но на карте бор лежит. Вот начинается он Брусничным бором. Этот Брусничный бор и дал название Кирюшкиному переулку, потому что он совсем рядом, за речкой. Так, дальше написано: "Корабельный бор". Это значит, в том месте бора самые высокие и прямые сосны растут. Раньше, когда корабли были деревянными, такие сосны для корабельных мачт использовали.

Но вот Корабельный бор кончается и начинается Черничный бор. И он Кирюшке знаком. С дедом не раз по чернику ходили. Эх, было времечко! Итак, поедет Кирюшка мимо Черничного бора до развилки на шоссе. Там дорога направо и налево расходится, а также прямо ведёт, в Старый бор. Кирюшка у развилки ещё ни разу не был. Но как-нибудь разберётся.

У развилки стрелочка указывает, что ему направо свернуть надо, на дорогу, которая ведёт в деревню Красатынку и называется "Чёрные столбы". Во, чёрные, значит, столбы вдоль дороги стоят. У пятого по порядку чёрного столба надо свернуть налево, на север, в Старый бор. Кирюшка слышал, что в Старом бору растут сосны и дубы, которым за триста лет. Посмотрим. Что там дальше? По Старому бору пробираться строго на север до валуна. Валун красивый нарисован, большой. Увидим. От валуна на восток 100 шагов до земляничной поляны. Так, значит, на земляничной поляне нарисован дуб. Ну да, тот самый раскидистый дуб! А под ним снизу крестик и слово: "сундучок". Всё. А в сундучке, стало быть, самоцветы. Ну, что тут сложного! И север указан, и восток помечен буквами "с" и "в". Ничего, разобрался. По карте. А в бору? Тоже разберёмся. Кирюшка быстренько умылся, позавтракал и стал собираться в дорогу.

## Глава 17

Зачем Злыдня поселился в Брусничном переулке

С тех пор, как Захар Семёнович Злыдня поселился в Брусничном переулке, он каждый день просыпался с радостью. А как же!

Во-первых, он увидел, что Проделыч сильно постарел. Это огромная радость. Мало того, он стал быстро сдавать, прямо-таки с каждым днём. И вскоре, к великой радости, вовсе отдал Богу душу. Ну, Царствие ему Небесное!

Во-вторых, внучок-то малолетний оказался один. И, стараниями начальника почты Злыдни, совсем один. Ни одна телеграмма, ни одно письмецо не отправилось к его родителям, даже от директора школы. И к внучонку не дошла ни одна корреспонденция. Так-то.

В-третьих, наблюдения за жизнью и привычками маленького соседа непременно принесут свои плоды. Стоит только улучить момент, когда волшебные самоцветы останутся без присмотра, и можно будет их просто голыми руками взять. Да, у Злыдни в сейфе лежит старинный фолиант об этих самоцветах. В нём так и сказано.

## Глава 18

Чем занимался Злыдня утром 1 Мая

Сегодня Захар Семёнович не пошёл на почту, потому что это был праздничный день, 1 Мая. По скрипучим ступенькам он поднялся в нежилую мансарду своего недавно купленного дома. Приставив бинокль к глазам, он стал разглядывать, что творится у Проделкина в домике.

Мальчишка, как заведённый, ходил взад-вперёд мимо окна. Вот подошёл к зеркалу. "Ага, любуется собой", - ехидно усмехнулся Злыдня. Вот в руках у мальчишки оказался конверт. Злыдня успел прочитать на нём только одно слово: "Завещание".

"Что же мог завещать внуку старый Проделыч?" - гадал Злыдня, пока Кирюшка читал завещание и рассматривал карту. "Ну, конечно же, волшебные самоцветы!" - наконец, осенило Злыдню. В тот же миг он увидел, что Проделкин вышел в свой дворик с лопатой. Старик сорвался с места, прогрохотал вниз по ступеням и вывалился во двор.

Ни один сосед не удивился бы, увидев Кирюшку в то утро с лопатой. Праздник 1 Мая - он такой, что все в Брусничном переулке, и стар, и млад, выходят на свои огороды и с удовольствием их вскапывают, только лопатки мелькают.

Один Захар Семёнович не держал в то утро лопаты в руках. Изогнувшись, словно знак вопроса, он припал к щели в заборе и, посвёркивая очами, подглядывал за своим маленьким соседом. "Где же он станет копать? - терялся он в догадках. - У забора ли, в углу ли, за домом или под сиренью?" От нетерпенья он топтался у забора, словно старый полковой конь.

Злыдня похвалил себя за предусмотрительность: у двух досок забора он заранее выдернул гвозди. И теперь, как только Проделкин откопает самоцветы, Злыдня раздвинет эти две доски вот так, шалашиком, нагрянет в соседский дворик и выхватит волшебные самоцветы. Он знал, какие при этом надо сказать слова, чтобы самоцветы стали его, а не Проделкина.

## Глава 19

Почему Злыдня упустил Проделкина

Обдумывая этот свой план, Злыдня для тренировки слегка раздвинул доски и вдруг увидел, что Кирюшка привязал к лопате ремень и закинул её за спину, словно винтовку. Что бы это могло значить? Злыдня задумался и незаметно для себя отпустил доски, а они тут же сомкнулись и зажали его длинный нос. Злыдня закусил свою синюю губу, чтобы не взвыть, и только три единственные волосины на его лысине от боли встали торчком. И тут же они превратились в три знака вопроса: куда это Проделкин укатил на велосипеде с картой в кармане и лопатой за плечами?

Злыдня завозился у забора, выдёргивая свой нос. Но, как говорится, поспешишь - людей насмешишь. С ободранным носом, красным, как у клоуна, Злыдня со всех своих корявых ног бросился к гаражу, где стояла его зелёная машина. Как всегда, его старая развалюшка не хотела заводиться. А когда она зачихала да затарахтела и со двора выкатила, Проделкина и след простыл.

Дорожка из тупика Брусничного переулка одна была. Помчался Злыдня до поворота и свернул не раздумывая к бору. Ну не в центре же города будет Проделкин клад откапывать! Прогрохотал Злыдня по горбатому мостику и затарахтел по шоссе. Он останавливал все встречные машины и спрашивал, не повстречался ли им мальчонка на велосипеде. Ну, прямо, обеспокоенный дедушка. "В бейсболке задом наперед и с лопаткой за плечами? - переспрашивали встречные. - Как же, видали. Дальше поехал".

Так и добрался Злыдня до развилки. А куда свернуть, направо или налево, не знает. И придумал он на том месте дождаться, когда Проделкин с кладом возвращаться будет, да тут же его и отнять.

## Глава 20

Нашёл ли Кирюшка клад

Оказывается, искать клад легче всего на карте со стрелочками, надписями и крестиками. Правда, вначале этого Кирюшка не знал. Он ехал на велосипеде и рассуждал. Рассуждал о том, что больше всего на свете ему нравится искать клад. Это его самое любимое занятие. Жаль, что раньше не доводилось.

С видом бывалого кладоискателя он добрался до развилки и присвистнул. Там красовался загадочный указатель. На шесте, изогнутом, словно лебединая шея, торчали три стрелки. Одна показывала в землю и гласила: "д. Новинка". Вторая устремлялась в чащу Черничного бора, но утверждала, что именно там Старый бор. А третья стрелка с надписью "д. Красатынка" нацелилась в белое облачко на небе.

Но Проделкина не смутить такими стрелками. "Всё понятно, - рассудил он. - В столб врезался пьяный КАМАЗ или неуклюжий бульдозер, или размашистый экскаватор". И вообще, главная стрелка - та, что на карте. А она подсказывала ему свернуть направо.

Нисколько не сомневаясь, Кирюшка свернул направо. Но вот так облом! А где же чёрные столбы? Остановился наш кладоискатель, озираясь. Вдоль дороги стояли бетонные столбы. Да такие белые, что никто ни за что, даже ночью, не назовёт их чёрными.

Но Проделкина не так легко с толку сбить, то есть с дороги. Пригляделся он, прищурив один глаз для пущей наблюдательности. А столбы-то подозрительно новые. Ну да, их недавно поставили. А до этого наверняка старые чёрные стояли. Именно так. Проделкину до таких вещей додуматься - раз плюнуть.

Зазнавшийся Кирюшка отсчитал пятый по порядку столб и свернул с дороги в Старый бор. Свой велосипедик он оставил в кустах и пошёл строго на север. Шёл, шёл, а валуна не нашёл. А вышел к какой-то дороге. Глядь, а в кустах чей-то велосипед лежит. Совсем, как его, Кирюшкин, велосипед. Ну да, прям точь-в-точь. Кто-то ещё на велосипеде в Старый бор приехал. "Ой, да это ж мой велосипед! Вот мои царапины от трещотки. И куст тот же самый. И дорога. Да я, оказывается, по кругу прошёлся!" Прежде чем снова углубиться в бор, Кирюшка поскрёб под бейсболкой, вспоминая дедушкину науку. Он встал спиной к дороге. Это означало, что носом на север, как ему и предстояло идти. При этом солнце светило ему в правый глаз. "Вот так оно и должно светить, пока до валуна не доберусь", - определил наш кладоискатель. А ещё можно в бору по мху ориентироваться. Он на стволах деревьев только с севера растёт. Пока Кирюшка на север глядит, деревья к нему обращены южной стороной. И мха почти не видно. А если назад, на юг обернуться? Так и есть. Все стволы снизу сильно-сильно зелёным мхом заросшие. Проделкин снова повернулся на север. Вот так и надо идти, следить за солнцем и присматриваться к стволам деревьев. Если они снова позеленеют, значит, он опять сбился с пути. ;

Кирюшка отправился в путь. Довольно скоро он упёрся в огромный гранитный валун посреди бора. Интересно, откуда он тут взялся? От валуна Кирюшка сделал поворот направо, как на физкультуре учили, и отсчитал на восток 100 шагов.

Вот и добрался он до земляничной поляны. Красивая такая поляна, вся в земляничных розетках. Но ягод пока нет, и даже цветов не видно. Посреди поляны - огромный раскидистый дуб. Мощные сучья и пока ещё голые ветки раскинул он над земляничной поляной, словно охраняя её.

От встречи с дубом у Проделкина сердце запрыгало часто-часто, словно воробей. Потными от радости ладошками он достал из-за спины лопатку и принялся копать под дубом с южной стороны. Так на карте крестиком было помечено. Впервые в жизни Кирюшка копал с таким удовольствием. Сердце ёкало от встречи лопатки с каждым камнем или корнем.

Но вот она, вот она, долгожданная крышка сундучка! Наконец-то Кирюшка вытащил из ямки зелёный сундучок. А в нём нашёл три самоцвета: зелёный, красный и жёлтый. Неужели, волшебные? Постучал он одним о другие - гром грянул, перекинул с ладошки на ладошку - в небе радуга засияла. Без сомнений - самоцветы не простые, а волшебные. Счастливый Проделкин положил их в бездонный карман своих широких штанишек и тут заметил на дне сундучка синюю тетрадку. Полистал он её. Ох, и много чего-то размашистым дедушкиным почерком понаписано! "Наверное, о волшебных самоцветах, что да как с ними делать - короче, инструкция", - догадался Кирюшка. Он засунул синюю тетрадку за пояс джинсов и пустился в обратный путь.

## Глава 21

Почему Злыдне не удалось отнять волшебные самоцветы

Радость запела в Кирюшкиной душе. Пела Кирюшкина радость стройным хором голосистых птичек какой-то весёлый марш. Радость рвалась наружу, и Кирюшка стал подпевать громким голосом. Птички сразу смолкли. Ну, совсем, как Юлия Борисовна. Как только Кирюшка начнёт петь во весь голос, она сразу прекращает аккомпанировать и спрашивает испуганно:

- Это кто так кричит?

А острая на язык Дашка как-то после урока музыки хитренько спросила:

- Проделкин, сколько медведей дрессируют твои родители?

- Шесть, - отвечал не ожидавший подвоха Кирюшка.

- И что, все шесть медведей тебе на уши наступали?

Вспомнив это, Кирюшка перестал подпевать. Птички снова зачирикали, всё веселей и веселей. А Кирюшка принялся им тихонечко подсвистывать. Это у него получалось лучше пения, и птички не умолкали. Так, насвистывая, Кирюшка и приближался к развилке.

И вдруг радостный марш смял, раздавил взревевший мотор, рявкнувшие шины. Из-за поворота вынырнула зелёная машина и на бешеной скорости помчалась прямо на Проделкина. Зеркальные очёчки за лобовым стеклом уже близко. Они словно загипнотизировали бедного Кирюшку. Ну, разве мог он предположить, что так вот внезапно и неминуемо... Кирюшка отпустил руль и закрыл лицо ладошками. Неуправляемый велосипедик вильнул сам по себе. И только благодаря этой случайности в последнюю секундочку он увернулся от зелёной машины.

Стало тихо. Кирюшка отнял ладошки от лица и оглянулся одним глазком. Машина заглохла в канаве, нырнув в неё тремя колёсами. Одно заднее колесо ещё вращалось в воздухе. Была бы канава чуточку поглубже, машина точно бы перевернулась.

Кирюшка взял в свои руки руль и собственную судьбу. Ах, вот ты на что способен, злой старик! Но знай, Проделкин так просто не сдаётся. То было всего лишь один раз, да и то от неожиданности. Кирюшка нажал на педали и припустил по шоссе. А позади опять заурчала зелёная машина, выбираясь из канавы. Мотор снова заглох, и Злыдне пришлось изрядно повозиться.

Проделкин тем временем неустанно крутил педали. Вдруг слышит, сзади зарычал знакомый мотор. Запустил Кирюшка руку в свои бездонные кармашки, сначала в один, затем в другой, не отпуская руля. А там чего только не завалялось! Всё, что не нужно, он в карманы своих джинсов складывал.

Стала зелёная машина догонять Кирюшку. А он загрёб в своём левом кармашке целую горсть всяких мелких железок: гвоздей, винтиков, гаек, гнутиков, а также пару петард. Когда-то отнял он эти петарды у Стаса с Владом, чтоб в школе не хулиганили. Вот теперь они Кирюшке и пригодились. Бросился он всею горстью этой ерунды в зелёную машину. И так этот железный дождь со взрывами Злыдню перепугал, что он даже руль отпустил, закрывая голову. А машина в столб врезалась.

Кирюшка хихикнул и дальше покрутил педали, приподняв над седлом попку. Так все велогонщики делают, для скорости. Но, видимо, не сильно врезалась машина в столб. Потому что вскоре она снова настигла Проделкина, бренча разбитой фарой. Да только навстречу много машин проезжало, и Злыдне пришлось притормозить и позади велосипеда плестись.

Кирюшка запустил руку в свой правый кармашек. А там, кроме самоцветов и всякой ерунды, болталась и давно мешалась лимонка. Не настоящая, но очень похожая на неё. На самом деле это был пузырёк. Кирюшка в него всякой дряни налил: и машинное масло, и шампунь, и мазут. Теперь уж и не помнил, зачем. Не тратя драгоценные секунды на воспоминания, Кирюшка сорвал пробку, словно, чеку, и кинул лимонку под колёса зелёной машины.

Злыдня бросился носом на руль, ожидая взрыва. Но взрыва не последовало. Вместо этого машину занесло влево, затем вправо и закружило в скользкой луже, как на льду. И вдруг раздался взрыв. Кирюшка его услышал и в седле подскочил, хотя и далеко уже был. "Граната!" - мелькнула мысль у Злыдни. Оказалось - шина. Она напоролась на острый осколок флакона. Старик злобно пнул ногой осевшую набок машину и, поскользнувшись, упал, прямо в скользкую лужу.

Как Злыдня выбирался из этой лужи, сколько раз при этом падал, как он вытащил машину на сухую дорогу, как оттирал шины и менял колесо, Проделкин не видел. Когда Злыдня добрался до Брусничного переулка, Кирюшка сидел у окошка и пил чай с праздничными пирожками от разных тёть, которые приходили, но его не застали. Зато оставили на столе целую гору всякой вкусной снеди. Когда сосед проезжал мимо, Кирюшка сделал ему из окошка ручкой и даже послал вслед воздушные поцелуи.

## Глава 22

Какую тайну раскрыла синяя тетрадка Проделыча

Ох, и не терпелось Проделкину узнать, на что способны волшебные самоцветы. Он достал из-за пояса синюю тетрадь, разложил её на столе и, подперев ладошкой конопатую щёку, принялся читать.

"Милый внучек мой Кирюша! Вот ты и унаследовал волшебные самоцветы. В этом письме я хочу рассказать тебе, как они попали ко мне.

Был я молод, но уже не юным. Работал я в цирке силачом. Да, да, я не описался - силачом. При моей фигуре и силе это ведь не очень удивительно. Я бросал гири, словно шарики, удерживал на плечах семерых акробатов, вывозил на арену клетку со слоном. Для своих номеров я придумывал различные приспособления, которые позволяли мне демонстрировать свою силу. Мои выступления имели успех. В то лето наш цирк гастролировал по Европе.

Следующей страной, где нас ждали, был Лихтенштейн. Это маленькая страна, затерянная в Альпах. Удивительная страна! Удивляться мы начали, когда преодолели её границу. Оказалось, у Лихтенштейна и границы-то как таковой нет. Как нет и аэропорта в его столице Вадуце. Впрочем, он нам и не требовался. Мы передвигались автопоездом из расписных вагончиков. Просто я нигде в мире не видел такой маленькой и нестоличной столицы, как Вадуц.

На всех наших представлениях в Вадуце я замечал в первом ряду одну и ту же старушку. Точнее, это была старая-старая дама. Казалось, её фигурка была собрана из надломленных спичек - такой сухонькой она была. Одета она была во всё чёрное, и я мысленно прозвал её Чёрной Вдовой. На каждом моём выступлении она энергично аплодировала мне, покачивая полями чёрной шляпы, и кидала мне букет жёлтых и красных роз.

В последний вечер Чёрная Вдова подошла ко мне после выступления. Мы стояли у моего вагончика.

- Разрешите представиться, баронесса фон Волькенкитцлерхексенбург.

- Очень приятно, баронесса, - поклонился я миниатюрной чёрной фигурке. - Вы говорите по-русски без акцента.

- Это потому, что я русская. Мои родители бежали сюда от революции. Я хочу пригласить вас на ужин в мой замок Волькенкитцлерхексенбург, - старушка указала сухоньким пальчиком в небо.

Я поднял глаза и увидел тёмную массу горы, закрывавшую звёзды.

- Да, да, там на горе мой замок Волькенкитцлерхексенбург.

- Но, баронесса, э-э...

Старушка поморщилась.

- Можете обращаться ко мне просто "баронесса". Не отказывайтесь. Речь идёт о наследстве, - баронесса понизила голос, покосившись на носатую тень за вагончиком. - Это должно быть тайной.

Поля чёрной шляпы скрывали её глаза, и я не мог понять, смеётся ли она надо мной или говорит всерьёз.

- Но, баронесса, завтра рано утром наш цирк уезжает. Я должен быть здесь.

- Вы будете здесь до рассвета. Слово баронессы фон Волькенкитцлерхексенбург.

Мы сели в её автомобильчик. Мне пришлось согнуться почти вчетверо. Старушка нажала на газ. Машинка взвизгнула, пулей вылетела из сонного городка, взлетела по горной дороге и остановилась у замысловатого силуэта старинного замка.

Поклоном нас встретил важный лакей.

- Добро пожаловать в Волькенкитцлерхексенбург.

Мы поднялись по широкой лестнице наверх. В огромной гулкой столовой замка был накрыт длиннющий стол, горели свечи.

Лакей поклонился.

- Ужин подан. Прислуга отпущена, как было приказано.

- Теперь и вы свободны, - кивнула ему баронесса и пригласила меня к столу.

Я подвинул высокий стул баронессе и сел сам на предложенное место. Наступило неловкое молчание. Я пробежался взглядом по пышной сервировке стола: три ножика справа, три вилки слева, батарея бокалов, и все разных форм и калибра, нарядный фазан в оперенье индейского вождя, носатый осётр, гора фруктов и прочее, прочее.

В душе моей забурлил протест. Эта пыльная кукла хочет заставить меня, артиста бродячего цирка, весь вечер объедаться, демонстрировать хорошие манеры, вести с ней чопорную беседу и в результате стать наследником. Чего? Уж не этого ли мрачного замка? Да я не усижу в нём ни одного дня! Ну, уж нет! Проделкина не удастся впрячь в старую телегу или даже карету. Не заставить петь нелюбимые песни, а тем более заунывные романсы.

Баронесса прервала мои размышления:

- Выпьем за то, чтобы этот вечер не разочаровал вас и стал важным событием в вашей жизни

"Ха-ха, - мысленно засмеялся я. - Интересно, как это может вам удаться? Однако вы слишком много о себе понимаете и не знаете меня".

Я нарочно схватил бутылку шампанского, хотя прекрасно знал, что его пьют на десерт. Шлепком по дну я выбил пробку, шампанское вспенилось, извергаясь фонтаном, и я наполнил баронессе все её пять фужеров одним взмахом. А себе налил в хрустальную вазу, вышвырнув цветы и воду из неё в камин. Я поднял вазу над головой, словно фужер. Баронесса подняла свой. Я осушил вазу с шампанским, и мне стало весело от мысли о том, что я сейчас вытворю.

И вытворял я от души. Я жонглировал старинными бокалами и столовым серебром, грозя перебить хрусталь. Раскачиваясь на стуле, я, как бы случайно, перекувыркнулся вместе с ним назад. Тут же быстро вскочил, подкинул стул ногой вверх и, поймав его правой рукой, повращал его над головой, словно игрушку.

Шутки ради я вертел блюда с яствами на одном пальчике. А длиннющее блюдо с осетром поднял одной рукой, спустил его по плечам с одной руки на другую и назад, прежде чем предложить его баронессе.

Я нарочно путал вилки и ножи, рюмки и бокалы. Зато как ловко я разделал фазана фруктовым ножом! Его "индейское" оперение я нацепил на рыцарские доспехи, стоявшие у двери. На мой взгляд, оно пришлось рыцарю к его металлическому "лицу".

- Вам грудку или ножку, баронесса?

- Всё равно. Угощайтесь сами.

- Вам, наверное, хочется пить, баронесса, - я плеснул ей острого соуса в коньячную рюмку.

И на десерт я принялся жонглировать яблоками. Под конец все яблоки, одно за другим, поймал на шпагу, сняв её со стены, и преподнёс такой "шашлык" баронессе, сбрызнув его кетчупом.

Баронесса не казалась смущённой. Её глаза следили за моими выкрутасами с весёлым блеском. Я, однако, ожидал, что она бухнется в обморок от выходок неотёсанного циркача, и пудра взлетит облачком над её восковым личиком. Когда же я выдохся, баронесса подняла вверх свои сухонькие ладошки и поаплодировала мне, сверкая бриллиантами.

- Вижу, я не ошиблась в вас, господин Проделкин. А теперь - моё представление.

Её слова прямо-таки усадили меня на стул. Она щёлкнула сумочкой, взмахнула рукой. В тот же миг на мраморном полу завертелись, заискрились три вихря: огненно-красный, изумрудно-зелёный и золотой.

Вот они понеслись вокруг стола, достигли камина. С шипеньем и треском вихри вспыхнули в огне и брызнули вверх к тёмным балкам потолка. Я поднял голову. Искры тихо-тихо цветными снежинками стали падать на скатерть.

"Голография какая-то", - зародилось у меня подозрение.

Взмах руки баронессы - и я от удивления впечатался в высокую спинку стула. Скатерть ожила, надулась, заиграла, словно парус на ветру, и приподнялась над столом вместе со всеми яствами и посудой. При этом ни один фужер не звякнул, не разбился, ничто не упало и не пролилось.

Скатерть парила на уровне моего удивлённо раскрытого рта. Вдруг голова осетра на блюде подмигнула мне запечённым глазом и хищно щёлкнула острыми челюстями в мою сторону. Я едва успел увернуться, чтобы спасти свой нос.

Мгновение - и скатерть со свистом улетела в угол. Посуда плавно опустилась на дубовый стол. А в углу белый рулон из скатерти с очертаниями ручек и ножек завёл граммофон. Под звуки танго скатерть приблизилась ко мне и реверансом пригласила на танец. Проделкина нелегко смутить. Я станцевал со скатертью танго и под конец закружил её так, что она, раскручиваясь, долетела до двери и задела обоих рыцарей.

Рыцари вздрогнули и ожили. Каждый прижал металлическую руку к сердцу и опустился перед "дамой в белом" на одно колено.

Баронесса сделала жест рукой, от двери к себе, и скатерть вихрем пронеслась к столу и в мгновение ока, каким-то непостижимым образом, постелилась под посудой.

А в дверях уже звенели стальные клинки мечей. Там завязался нешуточный поединок между двумя рыцарями. Я активно болел за моего "индейца" в фазаньих перьях и кричал ему:

- Смелей, наступай! Не робей! Так его!

Мой рыцарь лихо орудовал мечом, ободрённый моей поддержкой, и теснил противника прямо на хозяйку замка.

Баронесса слегка взмахнула рукой, и поединок стих. Рыцари замерли на своих постах у дверей.

Баронесса указала на окно. Тяжёлая жёлто-красно-изумрудная штора засветилась, ожила, заволновалась. Я встревожился. Уж не светает ли?

Штора, словно занавес, раздвинулась, и три весёлых клоуна наполнили зал смехом и весельем. Красный клоун катался на колесе и жонглировал то горящими булавами, то пылающими обручами. Зелёный клоун своими сальто, кувырками и прыжками мог с лёгкостью заткнуть за пояс любого из наших акробатов. Но вот они исчезли за шторой.

Остался жёлтый клоун в соломенном парике. Он подмигнул нам и поднял указательный палец. Я предположил, что сейчас он покажет фокусы, и не ошибся. Клоун засунул руку в карман своих галифешек, жёлтых, с красно-зелёными лампасами. Карман казался прямо-таки бездонным. Рука утонула в нём по самое плечо и копошилась ниже колена. Клоун вздрагивал и хохотал от щекотки. Наконец он достал поварской колпак и надел его на голову. Затем снова погрузил руку в карман и отыскал белый фартук. Он обвязался фартуком и вытащил из кармана игрушечную кастрюльку размером с кружку. Пока он ставил её на стол, она выросла до внушительных размеров.

Клоун снова запустил руку в карман. На этот раз в кармане что-то зашевелилось, забилось, закудахтало, и клоун извлёк живого и вполне крупного петуха. Птица истошно протестовала, когда клоун запихивал её в кастрюлю, и хлопала крыльями, теряя перья. Но всё же оказалась на дне кастрюли. Клоун прикрыл кастрюлю крышкой, с загадочным видом повращал ею, и из кастрюли повалил пар, всё сильней и сильней. Мне даже показалось, что аппетитно запахло готовой курятиной.

Клоун подмигнул нам, открыл крышку и вывалил на блюдо горячую варёную тушку петуха. Я зааплодировал. Баронесса сказала клоуну:

- Кажется, мой гость остался голодным. Может быть, ему понравится ваше угощение.

Клоун поставил передо мной блюдо с дымящейся птицей.

- Но я не ем бутафорских петухов! - запротестовал я.

- Это не бутафорский, - обиделся жёлтый клоун и поджал намалёванные губы.

Я осторожно попробовал. Это была настоящая курятина, причём искусно приготовленная. Я вскочил и зааплодировал. Клоун поклонился и исчез. Вероятно, баронесса сделала какой-то жест за моей спиной. А у меня на блюде захлопал крыльями и заголосил живой петух.

Баронесса схватила меня за руку и вывела на балкон. У наших ног фиолетовой тенью угадывались горы, а там, ниже - огни Вадуца.

- Знаете, что означает по-русски название моего замка - Волькенкитцлерхексенбург?

- Нет.

- "Ведьмин замок, щекочущий облака" - вот что оно означает. Так подтвердим его репутацию или закроемся тучами?

- Как это, закроемся тучами?

- А вот так! - баронесса провела рукой, словно задёргивая занавес, и тучи скрыли от нас Вадуц. - Ну, а теперь - глядите! - Она сделала энергичный жест ручкой сверху вниз, и сверкнула молния, хлынул ливень. - Можно сделать и радугу, и северное сияние. Но я боюсь, кто-нибудь из пастухов в горах всё-таки увидит и сойдёт с ума. А вот фейерверк не изумит жителей. Баронесса взмахнула рукой вверх. Ливень прекратился, а яркая вспышка фейерверка ослепила меня. Золотые искры с треском рассыпались по чёрному бархату неба и с шипением падали вниз. Мне стало так весело. Просто весело, а также весело от безграничности её чудес.

Потрясённый, я бросился на колени.

- Баронесса, я у ваших ног. Но Бога ради, не дайте мне умереть от любопытства. В чём разгадка вашего волшебства?

- Да вот они, три волшебных самоцвета, - баронесса разжала ладонь, на которой лежали три небольших прозрачных камешка, красный, жёлтый и зелёный. - Вы увидели далеко не все чудеса, на которые они способны. Вон там, на комоде я приготовила "Волшебную книгу". В ней подробно описано, что и каким образом волшебные самоцветы могут сделать.

Я взял этот старинный фолиант, взвесил его в руках и удивился:

- И вся эта книжища об этих трёх камешках?

- Именно так.

- Тогда вы настоящая волшебница!

- Не я. Мой покойный муж обожал забавляться этими самоцветами. По его завещанию я должна передать их достойному человеку, который найдёт им наилучшее применение. Главное - они должны дарить радость людям. Я выбрала вас. Вы такой весёлый, солнечный человек, артист цирка.

- Баронесса, это такое богатство... Я даже не знаю, как вас благодарить.

Баронесса зажала самоцветы в кулачок.

- Но я передаю их вам с одним условием. Это и будет ваша благодарность.

- Каким условием? - насторожился я и моя свободолюбивая душа.

- Вы должны поменять амплуа. Вы должны стать иллюзионистом. Таким образом, вы не только выполните волю покойного: раскроете все возможности волшебных самоцветов, но и подарите радость огромному количеству людей. А также будете иметь ошеломительный успех.

Ошеломительный успех - в этом я не сомневался. Сама встреча с баронессой ошеломила меня. Мы расстались с ней лучшими друзьями. Она вызвала по телефону своего личного шофёра, и тот доставил меня в город.

И вот, прижав к груди "Волшебную книгу", с волшебными самоцветами в руке, я стоял у своего вагончика. Спать не хотелось. Я поднял глаза, чтобы отыскать замок Волькенкитцлерхексенбург, но тучи, задёрнутые баронессой, всё ещё закрывали небо.

____________________________________________________________

© Колесова Людмила. Проделкин-2

Origin: http://samlib.ru/k/kolesowa_l_t/010102prodelkindoc.shtml

Создан: 05/06/2005, изменен: 30/01/2015, 41k

Глава: Детская, Сказки

Series: Проделкин