# Одно лишь желанно, гл. 19

Веда Корнилова

Вновь в путь мы отправились с раннего утра, хотя гостеприимные хозяева отпускать нас не очень-то хотели. Дело в том, что веселое гуляние в селении продолжалось всю ночь, потому что победа над Ао-Ао здесь отмечалась как великий праздник. Крики, песни, хлопанье в ладоши, громкие разговоры, пляски вокруг костра, хмельное пойло из каких-то местных злаков, которое разливали в глиняные чаши... Что ж, людей можно понять - уж очень много бед и горя принес в селение этот огромный клыкастый кабан, а потому неудивительно, что на Тирнеса здесь смотрели, словно на божество, которое сошло на землю в ответ на мольбы людей о спасении их от ужасного зверя. Впрочем, этому впечатлению немало способствовали и рассказы спасенного мужчины - похоже, тот все еще находился под впечатлением невероятной быстроты и ловкости дампира, не сводил с него восхищенных глаз и (чего уж там скрывать) при очередном пересказе схватки дампира с Ао-Ао появлялись новые, ранее неизвестные подробности, от которых восхищенные зрители только восторженно ахали. Излишне упоминать о том, что Тирнес стал центром внимания не только мужчин поселка, но и женщин, которые просто-таки вились вокруг него, и каждая из них желала привлечь к себе внимание такого необычного гостя. Конечно, не могу утверждать наверняка, но у меня создалось впечатление, что дампир вовсе не намеревался отказывать здешним красоткам в своем гм... искреннем расположении к ним.

Из-за шумного праздника в поселке мы не выспались, но пока что нам это не мешало, однако понимали - к вечеру устанем так, что еле ноги будем передвигать, но в данный момент нас это особо не беспокоило, ведь пока что у нас одна цель - добраться до нужного места, то бишь до намеченной цели нашего пути.

К тому же наши дорожные сумки ощутимо потяжелели - здешние жители не пожалели для нас лепешек и вяленого мяса. Правда, от этих лепешек со значительной примесью незнакомых трав я была не в восторге - они, по-моему, совсем безвкусные, и к тому же не отношу себя к числу любителей вяленого мяса, но, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят, дали нам провизию в дорогу - и на том спасибо.

День стоял чудесный, настроение у нас (несмотря на бессонную ночь) было даже чуть приподнятым, лес наполнен звуками, но голосов хищников среди них, кажется, не было, что уже само по себе неплохо. Правда, наш проводник выглядел хмурым, но пока что помалкивал.

На первом же привале Варгай поинтересовался у старого охотника:

- Серней, что это за бурду пьют местные? На вкус и запах это пойло, скажем так - на любителя, и то не на каждого, но в голову все же ударяет, пусть и не так сильно, как того хотелось бы.

- Там просто злаки и забродившие фрукты - отозвался тот. - За неимением чего-то иного можно выпить и этот хм... напиток, тем более что после него хмель из головы выветривается довольно быстро. Впрочем, местным хватает и этого.

- Кстати, что там местные говорили насчет каких-то особей, поселившихся в тех местах, куда мы идем - поинтересовалась я.

- Если повезет, то мы с ними не встретимся - пробурчал охотник.

- Сегодня до места доберемся?

- Постараемся.

- Кстати, хочу спросить об, как ты говорил, неких особях... Местные тебе что-то упоминали о них? Эти самые особи обитают в том месте, куда мы направляемся, верно? И о ком идет речь? Или о чем?

- Позже расскажу - неохотно отозвался тот.

- Почему позже?

- Потому что сейчас о них даже думать не хочется - только что не огрызнулся наш проводник. Странно - обычно он куда более выдержан. Похоже, речь идет действительно о чем-то неприятном.

Короткий отдых - и снова в путь. Я уже заранее предвкушала, что уже во второй половине дня мы, наконец-то, доберемся до вожделенных растений. Возможно, так бы все и произошло, но на нашем пути оказалось что-то вроде болота, а преодолеть его было непросто. Серней велел идти за ним, след в след, не сворачивая в сторону - мол, тут полно хитрых промоин, которые внешне не заметны, и которые может различить только опытный глаз. Мол, шагнете в какую-нибудь из них - ничего хорошего не будет, и хотя утонуть, возможно, не утонете, но в болотной воде какой только гадости не живет...

Болото, по которому мы шли, чем-то походило на наши северные болота, но в то же время отличалось от него. Тут и там стояли высокие, покрытые зеленым мхом деревья с пучками узких листьев, под ногами у нас тоже был мох, только рыжеватого цвета и с мелкими белыми цветочками, тут же поднимали свои стволы тонкие кружевные папоротники и другие, незнакомые мне тоненькие растеньица. Все бы ничего, но ноги проваливались в этот мох, вернее, в воду подо мхом по щиколотку и выше, так что идти было, мягко говоря, непросто. Крохотных лягушек, ящериц и прочих ползающих, бегающих и скачущих существ тут было великое множество, так же как и белых мотыльков, облаком взлетающих со мха при нашем приближении. Не знаю насчет мужчин, но у меня очень скоро соленый пот стал заливать глаза, хотелось пить, да еще эти надоедливые белые мотыльки, постоянно кружащиеся вокруг нас, и невольно падающие каждому в рот, нос, а то и в глаза...

Так мы пробирались по болоту не менее часа, а затем Варгай зазевался, оступился, или же просто случайно шагнул в сторону... В общем, так вышло, что он ухнул в одну из тех промоин, о которых нам говорил старый охотник. Эта самая яма оказалась не из мелких, во всяком случае, парень оказался в болотной воде едва ли не по шею. Выбраться из ямы, хотя и с определенным трудом, мы ему помогли, только вот времени на это ушло немало. Бедный парень вылез оттуда целым и невредимым, только вот промок до нитки и его зубы выбивали дробь - оказывается, вода в той промоине была очень холодной, почти ледяной. Оставшуюся часть пути по болоту мы старались ступать след в след за Сернеем - вновь оказаться в воде, тем более в холодной, никому не хотелось.

Когда же болото закончилось, и мы немного прошли по лесу, то был решено передохнуть, так как ходьба по болотине нас здорово вымотала. Мы даже не сели, а упали на траву, чтоб перевести дух и успокоить дыхание, не хотелось шевелиться, было только одно желание - лежать и даже не разговаривать. Достали фляжки, потому как пить хотелось просто неимоверно, но Серней буркнул:

- Пейте понемногу, воду берегите, потому как до ближайшего родника нам еще идти и идти. Вернее, это не совсем родник, ну да вы сами увидите, когда до него доберемся. Место там хорошее, и вода чистая...

Вздохнув, сделала всего несколько небольших глотков тепловатой воды. Очень хотелось выпить все, что есть во фляжке, но тут уж ничего не поделаешь - надо делать то, что говорит наш проводник.

Какое-то время мы молчали, а потом Тирнес произнес:

- Каюсь: когда я шел по этому болоту, то опасался, как бы на нас откуда-нибудь не накинулась очередная тварь. Мне кажется, в здешних болотах этого добра должно хватать.

- Те, о ком ты говоришь и кого опасаешься - они почти все ночные обитатели - отозвался Серней. - Так что днем тут можно ходить более-менее безопасно, зато ночью... Впрочем, ночью на здешних болотах любому мало-мальски здравомыслящему человеку делать нечего.

- Я, когда в той яме оказался... - подал голос Варгай. - Знаете, мне показалось, что я на змею наступил - такое впечатление, будто она на дне лежала. А может и не показалось, потому как я просто почувствовал, что мне кто-то в сапог вцепился и тяжесть к ноге привалила...

- Когда тебя вытащили, то на твоем сапоге никого не было - хмыкнул Тирнес. - Ни змеи, ни болотной русалки.

- Та, на кого я наступил... Она у меня долго на ноге висела, но потом, когда я почти выбрался, эта самая тяжесть куда-то отвалилась.

- Ничего странного тут нет, в яме была самая обычная болотная змея - устало произнес охотник. - Внешне они довольно невзрачны, бело-серого цвета, не ядовиты, но сами по себе довольно злые, людей не боятся, частенько атакуют первыми, и от них быстро не отвяжешься. Настолько прилипчивые, заразы, что и словами не высказать. Конечно, болотные змеи куда меньше и тоньше анаконд, но и небольшими их тоже никак не назвать, и уж тем более встречаться с ними не стоит. К счастью, днем они не показываются - отлеживаются в тех ямах и наверх выползают лишь с наступлением темноты. Обычно эти хвостатые паразитки охотятся на болоте, благо лягушек и ящериц тут хватает, но частенько они, то бишь эти змеюки, отползают от болота на небольшое расстояние, ищут какого-нибудь забредшего сюда зверя или человека, у которого хватил ума ночью оказаться недалеко от этой болотины, затем накидываются на него, оплетают, не дают двигаться. Ну, а после этого целый клубок этих змеюк тащит жертву к болоту, вернее, к одной из ям с болотной водой.

- Как это - тащит?

- А чего тут непонятного? - удивился Серней. - Представьте, что вы за какой-то надобностью оказались поздней ночью возле болота, и в вас вцепится своими зубами здоровенная змея, или, что вероятней, она обовьет ваши ноги. Пока вы ее стаскиваете или пытаетесь оторвать от себя (а она никак не хочет от вас отцепляться), приползет еще штук шесть-семь таких же бледных зараз, и они обвивают тебя со всех сторон, а если принять во внимание их длину, тяжесть и то, с какой силой они тебя сжимают... Итог один - из этих пут уже не вырваться, как ни старайся. Ну, а потом, спустя какое-то время, когда ты уже измотан, полузадушен, лежишь на земле и у тебя нет сил сопротивляться, а змеи по-прежнему не выпускают тебя из своего захвата... Вот тогда эти заразы начитают перекатываться вместе с тобой по направлению к болоту, а оказавшись там затаскивают свою добычу в одну из глубоких ям, которых на этом болоте полным-полно. Уже там, в яме, змеюки постепенно съедают свою добычу, тем более что у этих болотных гадин довольно-таки острые зубы. Проще говоря, гадюки устраивают себе праздник живота на несколько дней, сжирая то, что приволокли. Тебе, парень, повезло, что в той яме, куда ты провалился, находилась всего одна змея - случается, что в некоторых промоинах их бывает и по десятку.

- Да уж, непростые у вас здесь болота - хмыкнул Тирнес. - Слушаешь, и душа радуется, а волосы на голове дыбом встают.

- Какие болота есть, с такими и живем - развел руками охотник. - Ладно, передохнем еще с четверть часа, и пойдем дальше.

Что ж, дальше так дальше, тем более что даже мне понятно - мы слишком много времени потеряли на этом болоте, и может оказаться так, что и сегодня до темноты не сможем дойти до места. Досадно, если так случится.

- А долго нам еще до места идти? - я в который раз вновь задала вопрос о том, что меня больше всего интересует.

- Главное - до родника добраться, а там, можно сказать, рукой подать - покосился на меня Серней.

Что ж... - вздохнула я про себя. Уже легче, хоть какая-то определенность появилась.

Итак, мы снова отправились в путь, только вот сейчас мы шли все же помедленней - что ни говори, но бессонная ночь и непростой путь по болоту - все это вместе не лучшим образом дает о себе знать, только вот идти все одно надо.

А еще у меня не выходили из головы слова старого охотника о болотных змеях. Да, чего только нет на свете! Я человек довольно спокойный и выдержанный, но стоит представить себя на месте того несчастного, кому "посчастливилось" встретиться с этими змеюками - э, нет, избавьте меня от подобного! Быть оплетенной этими ползающими гадами, которые перекатывают свою жертву с болоту, топят в темной болотной воде и потом сжирают... Ой, побыстрей бы выкинуть из головы то, рассказал нам о болотных змеях старый охотник!

Мы шли дальше, я обратила внимание на то, что пейзаж вокруг нас несколько меняется - на нашем пути стали то и дело встречаться поляны, поросшие высокой травой и кустарником, а еще кое-где мы видели небольшие одиночные скалы, которые, как правило, были покрыты растительностью. Все это довольно необычно, но если принять во внимание те джунгли, по которым мы движемся, а заодно весь здешний растительный и животный мир... Пожалуй, тут ничему особо удивляться не стоит.

Ничего не скажу насчет своих спутников, но, на мой взгляд, все они ближе к вечеру тоже выглядели уставшими, как, впрочем, и я. Еще в моей голове к этому времени мысли были только о том, когда же мы, наконец, доберемся до родника - увы, но в моей фляжке уже пару часов как было пусто, как, кстати, и у моих спутников. Пить хотелось просто невероятно, и когда Серней, повернувшись к нам, произнес - потерпите еще немного, через несколько минут мы дойдем до воды - вот тогда я почувствовала такую радость, какую не испытывала уже давно. Прошли еще немного - деревья расступились, и мы оказались на довольно большой поляне, на которой стояла невысокая скала, кое-где поросшая травой, мелким кустарником и невысокими цветами.

Вообще-то в прямом смысле этого слова назвать родником то место, к которому мы вышли, было сложно - просто именно с той невысокой одиночной скалы падала вниз тонкая струйка воды. Она ударялась о груду крупных камней, покрытых мхом, затем стекала вниз, в подобие большой каменной чаши, после чего вода бежала дальше, теряясь среди каменных россыпей. Все это выглядело настолько красиво, что я на какое-то мгновение застыла на месте и поймала себя на том, что улыбаюсь.

Впрочем, по большому счету нам сейчас было не до того, чтоб любоваться окружающим миром - мы без разговоров кинулись к воде, которая оказалась чистой, холодной и удивительно вкусной. Мы долго и с невероятным удовольствием пили эту чудесную воду, затем наполнили свои фляжки, и какое-то время сидели неподалеку, наслаждаясь покоем и глядя на тонкую струйку воды, падающую в каменную чашу с едва слышным журчанием.

- Это что за место такое? - поинтересовалась я у Сернея, который, в отличие от нас, не сидел на месте, а ходил, вглядываясь в землю.

- Местные называют это место "Милостью Богов" - неохотно отозвался тот. - Они говорят, что если долго пить эту воду, то можно избавиться от любой хвори. Правда, добраться до этого родника, как вы понимаете, совсем непросто.

- Животные тоже ходят сюда на водопой - даже не спросил, а, скорее, утверждающе произнес Варгай.

- Должны - буркнул Серней.

- Что-то звериных следов тут немного - заметил Варгай.

Старый охотник ничего не ответил, и вместо этого произнес:

- Отдохнем еще немного и отправимся дальше. Не стоит тут задерживаться.

Хм, не знаю, о чем думают мои спутники, но у меня сложилось впечатление, что Серней или чем-то встревожен, или озадачен.

Говоря откровенно, уходить отсюда мне никак не хотелось - по сравнению с джунглями здесь просто райский уголок, но делать нечего, надо идти. В конце концов у нас есть цель, и не для того мы проделали такой долгий путь, чтоб задерживаться здесь. Но чего уж там скрывать - мы поднялись с мягкой травы и отправились дальше без особой охоты, едва ли не заставляя себя это делать - все же усталость дает о себе знать. Однако не прошло и нескольких минут, как Серней, шедший впереди, остановился.

- Погодите...

Оказывается, мы набрели на тело какого-то животного, и охотник, подойдя к нему, стал осматривать мертвого зверя. Впрочем, ему хватило и минуты, после чего он позвал нас.

- Посмотрите. Что скажете?

Мы подошли ближе. Животное, лежащее перед нами, чем-то напоминало волка средних размеров, или, вернее, его высохшее тело. По-сути, перед нами был скелет, обтянутый серой шкурой.

- Что это с ним? - я посмотрела на Сернея.

- А вы что скажете? - ответил тот вопросом на вопрос.

- Ну, не знаю... - почесал в затылке Варгай. - Такое впечатление, что этот зверь высох на солнце, причем лежал тут давненько, но такое предположение я отвергаю безоговорочно - в здешних лесах ни одно погибшее существо долго не пролежит непотревоженным, его сожрут уже через несколько часов после гибели.

- А я скажу так - Тирнес поднялся с земли, потому как перед этим он внимательно осматривал тело зверя. - С первого взгляда можно подумать, что здесь потрудились мои родственнички, то бишь вампиры. Я бы тоже мог предположить, что это дело их рук, то бишь клыков, но никаких следов от зубов я на шее этого зверя не вижу. Зато имеется нечто другое... - дампир указал на небольшое красное пятнышко на теле погибшего животного. - Сами посмотрите. Спорить готов, что именно в этом месте отсасывали кровь у этого серого бедолаги.

Я наклонилась - и верно, на теле мертвого зверя, неподалеку от позвоночника, находилась засохшая ранка - такое впечатление, что тело несчастного животного еще при жизни проткнули чем-то круглым. Если кровь из этого зверя и вытекала, то именно через нее, только вот никаких следов крови подле лежащего тела я не заметила. На зубы вампира эта ранка никак не похожа - те кровососы после своего укуса оставляют две маленькие точки на шее жертвы, а здесь всего одна, больше размером, и она находится не на шее, а на теле... Непонятно.

- И кто же это постарался? Спорить готов - ты знаешь, кто это был - Варгай насмотрел на нашего проводника, но Серней лишь махнул рукой.

- После поясню, а сейчас уходим отсюда.

- Так мы сегодня доберемся или нет до...- снова начала я, но старый охотник не дал мне договорить.

- Когда-нибудь до твоей травы мы точно дойдем, но это будет не сегодня... - только что не рявкнул Серней. Понятно, что если он так срывается - значит, его что-то очень тревожит. - Завтра окажемся возле твоих травок-цветочков, а пока что не до них. Сейчас мы идем к тому месту, где можно переночевать. Мы все устали и нам нужен отдых.

Я уже хотела, было, возмутиться, но промолчала - наш проводник знает, что делает. А еще мне кажется, что это решение Сернея как-то связано с тем высохшим телом зверя. Похоже, об этом же подумали и остальные, но пока что говорить не стали - уверена, что немногим позже охотник сам расскажет нам, в чем тут дело. Кроме того, за сегодняшний день мы все, и верно, не просто устали, а вымотались, так что отдых нам необходим, да и ноги, если честно, уже еле двигаются.

Где-то через полчаса Серней остановился подле очередной скалы, у подножия которой лежала огромная груда камней, заросшая мхом и невысокой травой, а рядом с этой кучей камней находилось что-то вроде небольшой ниши в скале, где могли расположиться на ночлег не менее двух человек. А еще я заметила, что между грудой камней и нишей есть старое, почти полностью заросшее кострище - похоже, ранее здесь не раз останавливались люди, правда, если судить по виду этого старого кострища, то можно предположить, что последний раз костер тут горел достаточно давно. Не удивлюсь, если выяснится, что и наш проводник когда-то вставал на ночевку в этом месте.

- Пришли... - и Серней сбросил с плеч на землю свой дорожный мешок.- Остановимся здесь.

- Почему именно тут? - Тирнес огляделся по сторонам.

- Потому что здесь подходящее место для ночевки, не лучше и не хуже других.

- А почему именно здесь?

- Потому что я так сказал! - повысил голос старый охотник. - И вообще сейчас не до разговоров! Времени до ночи осталось не так и много, так что вместо того, чтоб впустую молоть языком, идите собирать дрова, или толстые ветки - все, что может гореть, потому как без костра нам никак не обойтись. Да, и поодиночке не ходите, только вдвоем, не меньше. Если услышите что-то странное - сразу назад.

- А что вы подразумеваете под словом "странное"?

- Услышите - поймете. Все, хватит болтовни, принимайтесь за дело.

Ничего не поделаешь, раз надо, значит надо. До темноты мы успели натаскать немалую кучу толстых веток и старой древесины, хотя Серней подосадовал - маловато, дескать, но делать нечего, уж сколько набрали...

Ночь, как обычно в этих местах, пришла быстро: казалось, только что светит солнце, но уже через четверть часа вокруг царила тьма. Мы запалили костер, уселись вокруг него, достали из дорожных сумок нехитрую еду. Мне есть особо не хотелось - все же усталость дает о себе знать, но мужчины все одно ужинали с куда большим аппетитом.

Потом мы все какое-то время сидели, глядя на потрескивающие ветки в костре, а затем Тирнес произнес:

- Серней, ты обещал нам сказать, кто мог обескровить того волка.

- А еще про тех гм... особей, которых тебе поведали жители в том селении - добавил Варгай.- Ты ведь рассказал им, куда именно мы направляемся, и они тебе что-то долго втолковывали, только вот не все в их словах тебе понравилось.

- Есть такое дело... - чуть помолчав, ответил старый охотник. - То, о чем они меня предупреждали и то, что мы сегодня увидели неподалеку от родника... Думаю, что речь идет об одном и том же существе. Когда вы предлагали мне отправиться с вами в эти места, то мне и в голову не могло придти, что они, то есть эти особи, здесь появились. Ох уж мне это землетрясение!.. Оно то ли пять лет назад произошло, то ли шесть - точно не скажу, но землю тогда трясло неплохо, даже цунами пришлось пережить. Я вам уже говорил - лихорадило и сотрясало так, что даже несколько новых островков из воды поднялось, причем один даже с руинами какого-то старого здания, то ли храма, то ли дворца...

После этих слов у меня в глубине души будто что-то шевельнулось, появилась какая-то шероховатость, которая почти сразу пропала, и мысль ускользнула. Не понимаю, в чем дело, тем более что о том, то бишь про эти руины, иногда поднимающиеся с морского дна, я уже как-то слышала... Ладно, сейчас не до того, чтоб отвлекаться.

- Но больше всего досталось этому острову - продолжал Серней. - На западе расположен горный массив, так вот его, по слухам, во время того землетрясения особенно сильно потрепало, впрочем так же, как и тамошне джунгли. Именно потому кое-кто из тех разрушенных мест перебрались сюда, в здешние края.

- И кого вы имеете в виду?

- Пока что речь идет об одном существе, но встретиться с ним я бы никому не пожелал. Речь идет о человеке-моските.

- О ком?! - растерянно произнесла я. Каюсь - ни о чем подобном мне ранее слышать не доводилось.

- Кто-кто?! - не понял Тирнес. - Как ты его назвал?

- Человек-москит. Надо сказать, мерзкое создание, одно из самых отвратительных на этом острове, да к тому же он еще и злющий до невозможности, а уж до крови охоч так, что вампирам и не снилось. Ну, чего глаза вытаращили? Удивлены? Сами же приставали ко мне с расспросами, о чем мне поведали местные жители в селении. Теперь знаете.

- Мало нам было обычных москитов, так еще хрен знает какое насекомое объявилось по наши души! - сделал вывод Тирнес. - Вы его когда-нибудь видели, этого самого москита, или кто он там?

- Один раз, и то мельком, но мне хватило и этого. Скажу так: тварь отвратительная как внешне, так и по характеру.

- У него что, и крылья есть?!

- А как же без них? - даже удивился Серней. - Москит же, не какая-нибудь гусеница. Так вот, чтоб вы были в курсе и потом не разводили руками от недоумения: человек-москит не просто так получил свое название, он высасывает кровь у животных и людей через свой длинный нос, который выглядит один в один как у москита или комара. У того, на кого он напал, человек-москит выпивает всю кровь, причем подчистую, и на теле жертвы остается лишь небольшая круглая ранка, как у того волка, которого мы видели. Обычно он, этот человек-москит, обитает в джунглях, причем в такой глухомани, куда лучше не соваться, но иногда выходит оттуда, чтоб поохотиться на кого-то иного, хоть на тех же людей. Так сказать, разнообразит свое меню.

- А как же люди в том селении, где мы останавливались? Он же может до них добраться!

- Может - согласился Серней. - Только их жилье находится далековато от этого места, а та летающая тварь как бы метит свою территорию, чтоб не допустить на нее кого-то из своих собратьев, и не любит покидать помеченное и облюбованное место. Так что пока люди в том селении могут не тревожиться насчет этого летающего урода, а дальше... Дальше будет видно.

- Собратья у него есть, значит... - протянул Тирнес.

- Так ведь этот самый человек-москит не один на этом свете, и другие имеются, пусть их даже не так и много.

- Скажите, а как он выглядит, этот самый человек-москит? - спросила я.

- Ничего хорошего, его мало кто видел. И вообще, лучше эту образину вообще никогда не встречать и не видеть, тем более что он сам старается не показываться людям на глаза. Плохо то, что он здесь, кажется, прижился. Тот родник со скалы, возле которого мы были... Туда раньше животные из этих мест приходили на водопой как днем, так и ночью. Сейчас же, как я заметил, звериных следов там совсем мало - уверен, эта тварь обитает где-то рядом с водопадом и нападает на тех зверей, кто все же рискует придти за водой, вот звери в большинстве своем стали избегать это место, а ко все же рискует придти... Тот самый волк - наглядный тому пример полного обескровливания. Уверен, что если сейчас осмотреть окрестности возле водопада, то можно отыскать не один десяток тел высушенных животных.

- Он нас видел?

- Возможно, только вот человек-москит предпочитает нападать на одиночек, потому я вам и говорил, чтоб, когда дрова собирали, то ходили, по меньшей мере, вдвоем. Дело в том, что на небольшую группу, стаю, или нескольких особей, которые держатся вместе - на них он не нападает, знает, чем это может для него в итоге закончиться. Кстати, этот урод может охотиться как днем, так и ночью, но все же он предпочитает темноту.

- Может сейчас наблюдать за нами?

- Почему бы и нет - пожал плечами старый охотник. - Все может быть. Единственное, чего он по-настоящему боится - это огонь, так что дежурим по двое, от костра не отходим, и прислушиваемся к окружающим звукам. На далекое рычание, вопли обезьян, крики птиц и все остальное не обращаем внимания, прислушивайтесь к жужжанию или зудению, потому как беззвучно эта тварь не летает, какой-то звук его крылья издают.

- Да уж... - почесал в затылке Тирнес. - Жизнь все интересней и интересней.

- С этим не поспорить - согласился Варгай. - Только вот ты говорил не про особь, а про особей. Там что, еще кто-то имеется, такой же милый и добрый?

- Про второго, что объявился в этих местах, пока говорить не стоит - надеюсь, мы с ним не встретимся, или же просто миром разойдемся.

- А уж как мы-то на это надеемся! - хмыкнул Тирнес. - Не встретимся или просто разойдемся... Пустяк, а приятно.

- Хватит болтать - устало произнес Серней. - Главное я вам сказал, все остальное зависит от вас самих. Будете осторожны и внимательны - все обойдется, зазеваетесь - кроме себя винить некого. Теперь насчет остального, то бишь дежурства... Решим так: я и Тирнес несем дежурство первую половину ночи, а остальные - во вторую.

Никто не стал спорить, отдых - так отдых, тем более что в той каменной нише можно чувствовать себя сравнительно безопасно. Несмотря на все те страхи, о которых нам поведал Серней, я уснула почти сразу - усталость оказалась сильней. Мне показалось, что я лишь на минуту закрыла глаза, как меня кто-то довольно бесцеремонно затряс за плечо.

- Вставай.

- Что-то случилось? - сон у меня мгновенно пропал.

- К счастью, все в порядке. Ваша очередь дежурить.

Значит, уже прошло полночи. Быстро... Прогоняя остатки сна, выбралась наружу, в темноту южной ночи.

- Вот что - буркнул Серней. - Один раз до нас издали донеслось что-то возле жужжания, но это было давненько, пару часов назад. Может, это ничего не значит, но... Будьте осторожны.

- Поняли.

- Вот и хорошо.

Дампир и охотник ушли спать, и до нас почти сразу же донесся их негромкий храп, а мы с Варгаем сидели у костра, то и дело подбрасывая ветки в огонь. Говорить не хотелось - мы просто вслушивались в звуки ночи - их, как всегда, хватало, причем самых разных, но жужжания среди них, к счастью, не было.

Медленно текло время, и вот уже темнота понемногу стала отступать, значит, близится рассвет. Сразу стало легче на душе, и я уже хотел что-то сказать Варгаю, но тот вдруг предостерегающе поднял палец вверх, шепнув:

- Слышишь?

- Нет... - покачала я головой, так же шепнув еле слышно. - Все тихо.

- Словно кто-то царапнул камнем по камню...

- Где?

- Неподалеку, справа отсюда...

Секунда проходила за секундой, которые складывались в минуты, но все было тихо, ничего не происходило, однако Варгай, похоже, решил выяснить все ли в порядке, и для начала сунул в огонь две толстые ветки, жестом показав мне, что нужно сделать. Я в ответ кивнула головой - не возражаю. Когда ветки охватил огонь, Варгай протянул мне одну из этих веток, после чего мы одновременно встали и шагнули направо, подняв выше горящие ветки, и огонь осветил человека-москита, который, оказывается, находился всего в нескольких шагах от нас.

Он сидел на большом камне, словно какая-то нелепая фигура, которую сваял скульптор-недоучка, и его тело бело-серого цвета мы хорошо видели. А ведь он не так и мал... - отстраненно подумалось мне, я отчего-то считала его куда меньше, а это существо, оказывается, доставало ростом до подмышек взрослого мужчины. Выпуклая грудь, брюшко, словно состоящее из сегментов, длинные тонкие ноги, очень смахивающие на лапы кузнечика, нелепые руки с короткими, словно обрубленными, пальцами, горбатая спина, прозрачные крылья, по форме напоминающие крылья комара, густо опушенные волосками по краям и по жилкам... Впрочем, короткими темными волосками, внешне напоминающими щетину, было покрыто все тело этого существа. При всей внешней странности этого создания его голова выглядела особенно невероятно - черные сверкающие глаза навыкате, вместо рта - щель, около которой росли усики, один в один напоминающие усики насекомых, и тоже покрытые щетинками. Но больше всего притягивал взгляды длинный и узкий нос, заостренный внизу, очень напоминающий нос москита, только вот этот хм... шип длиной был в три человеческие ладони, не меньше. Да уж, на такого красавца лишний раз посмотришь - тошно станет, а уж при взгляде на его нос-иголку человек со слабыми нервами может и обморок упасть. В целом это существо выглядело настолько абсурдно, что я просто остолбенела, да и Варгай, кажется, растерялся.

Меж тем темные глаза жутковатого создания смотрели прямо на нас, и его взгляд не выражал ничего. Впрочем, этот зрительный обмен продолжался не более одной-двух секунд, и в следующее мгновение ноги человека-москита разогнулись, и он, словно огромный уродливый кузнечик, одним сильным прыжком взвился в воздух, причем довольно высоко, у него за спиной раскрылись крылья, и он улетел куда-то в темноту.

- Теперь хотя бы будем знать, как он выглядит... - произнесла я.

- Ну и урод! - выдохнул Варгай. - Я себе такого в кошмаре представить не мог! Похоже, он тут давненько ошивался, на нас свой острый нос точил, но из-за огня напасть не решился.

- Похоже на то... Будем наших будить?

- Пусть отдыхают. Если этот урод еще раз появится здесь - тогда разбудим.

До рассвета больше ничего не произошло, да и человек-москит не показывался. Когда утром мы разбудили наших спутников и рассказали о том, что произошло, то старый охотник какое-то время молчал, а потом лишь вздохнул:

- Боюсь, теперь он от нас не отвяжется.

Мы покинули это место так быстро, как только смогли, благо день сегодня был просто замечательный. Шли молча, говорить не хотелось, но не прошло и часа, как мы оказались на вершине гряды, откуда открывался потрясающий вид на бесконечную равнину с колышущейся травой и невысокими деревьями. Всевозможные оттенки зеленого цвета с яркими крапинками иных цветов создавали на равнине своеобразную зеленую мозаику, смотреть на которую можно было бесконечно. Видимо, ранним утром здесь все было покрыто пеленой белого тумана, но сейчас его уже почти не осталось, а те белые пятна, что еще оставались, поднимались к голубому небу вьющимися струйками и кольцами. Красота...

- Ну, вот мы и дошли... - повернулся ко мне старый охотник. - Здесь растут те травки-цветочки, за которыми ты сюда приехала. Надеюсь, довольна!

- Конечно!

Главное - мы у цели, а об остальном, в том числе и об обратном пути... Сейчас для меня главное - найти те самые растения, а об остальном подумаем позже.