# Одно лишь желанно, гл. 20

Веда Корнилова

Первые растения, за которыми мы и проделали такой долгий путь, стали встречаться нам едва ли не сразу же после того, как мы оказались на равнине. Правда, росли они или поодиночке, или по два-три растения разом, но выкапывать их я не стала - как сказал Серней, есть места где они растут чуть ли не сплошным ковром, там, дескать, и наберешь разом столь обожаемых тобой травок столько, сколько душе будет угодно!.. Против подобного я ничего не имела, так что мы шли дальше, тем более что идти здесь было куда легче, чем по джунглям. Конечно, и тут кое-где росла высокая трава, из которой при нашем появлении во все стороны разбегались мелкие зверюшки и полевые мыши, но на этом сложности и заканчивались. Благодать, одним словом!

Итак, арарна и иртоин, те самые травы, без которых невозможно приготовить средство, спасающее людей от последствий укусов вампира - они растут здесь, на этой равнине. Просто не верится, что мы все же добрались до этих столь вожделенных трав, хотя (чего уж там скрывать) особой красотой они не отличались. Арарна внешне чем-то напоминала самый обычный подорожник, только вот листья этого самого "подорожника" были очень толстыми, и при более-менее сильном нажатии они лопались, разбрызгивая бледно-зеленый сок. Как сказал наш проводник, арарну очень любят козы, которые на этой равнине пасутся небольшими стадами, и потому частенько съедают арарну едва ли не подчистую. Правда, сейчас насчет коз мы можем не беспокоиться - они ходят по этой долине не торопясь и как бы кругами, подъедая многое на своем пути, но раз трава вокруг нас пока еще не тронута, то понятно, что козы сюда пока еще не пришли, и подобное не могло меня не радовать. Что касается иртоина, то это совсем невысокое растеньице, высотой в ладонь, не выше, и его мелкие желтые соцветия без лепестков один в один смахивают на пижму, которой в моей стране ближе к осени появляется полным-полно на лугах, проселках и вдоль дорог. Кстати, пижма - растение небезопасное, в рот него лучше не совать, можно отравиться. Помнится, слабым настоем пижмы рачительные хозяйки у нас в стране плети огурцов поливают, чтоб от насекомых на них избавиться, а еще пижму раскладывают пучками в доме от мух и моли... К чему я об этом вспомнила? Просто кажется, что эти два растения чем-то схожи промеж собой, и не только внешне: Серней предупредил, что иртоин - расстение достаточно ядовитое, потому и обращаться с ним нужно с осторожностью. Ну, за этим у меня дело не станет, через мои руки прошло немало растений, в том числе и таких, от которые лучше держаться подальше, а то как бы чего плохого не произошло.

- Слышь, Серней - подал голос Варгай, который с утра то и дело оглядывался по сторонам. - А этот, ну, человек-москит... Он может прилететь сюда, вслед за нами?

- Что, понравился? - хмыкнул охотник.

- А то, как же, произвел должное впечатление - не стал отказываться Варгай. - Такой дивный образ забыть непросто, в память с первого взгляда попадает и остается там надолго. Надеюсь, что эта страшная рожа хотя бы в ночных кошмарах не приснится, а уж вновь встретиться с той летающей образиной - этого счастья мне не надо ни за какие блага.

- Прилететь сюда этот паразит, конечно, может - не стал возражать старый охотник. - Мы же не знаем, что у него на уме, но я бы пока что по этому поводу особо не беспокоился - человек-москит, как правило, обитает в джунглях или густых зарослях, открытых пространств не любит и вообще предпочитает охотиться в темное время. Конечно, полностью ручаться ни за что нельзя, но днем он, как правило, не показывается, и уж тем более старается не попадаться на глаза людям. Просто удивительно, что вы его заметили.

- Уже легче.

- А когда... - снова начала я, но Серней меня оборвал.

- Погоди ты хоть немного со своими вопросами, и не повторяй в который раз одно и то же! Скоро дойдем до места, где их, этих твоих вожделенных цветочков, растет больше всего. Там насмотришься на свои травы, а заодно и накопаешь их, если они тебе так нужны.

Ох, старый охотник, ты же и сам понимаешь - не были бы эти травы-цветочки мне нужны позарез, то я бы в здешних местах ни за что не оказалась! Ладно, потерплю еще немного, больше ждала.

И верно: не прошло и четверти часа, как арарна и иртоин стали встречаться чаще, их становилось все больше, кое-где они, и верно, даже покрывали землю пусть и не сплошным ковром, а чем-то вроде небольшого коврика. Отчего-то невольно вспомнилось, как садовник графа Хоурена называл такие вот яркие пятна одного или нескольких густо растущих растений умным словом куртина. Ох, как бы мне сейчас хотелось остановиться возле одной из таких вот гм... куртин и достать лопатку из своего дорожного мешка... Однако Серней все шел и шел вперед, пока наконец-то не остановился.

- Вот я вас и довел до места, как обещал. Теперь всем привал, отдыхать. А что касается тебя, красавица... - охотник повернулся ко мне. - Вот они, твои травки, вокруг нас и в превеликом количестве, можешь смотреть на них и радоваться. Как говорится, исполняй свое желание и ни в чем себе не отказывай. В разумных пределах, разумеется.

До ехидства этого человека мне сейчас не было никакого дела. Скинула с плеч свой дорожный мешок, достала оттуда шесть плетеных коробок, при этом лишний раз вспомнив добрым словом Анкима, нашего знаменитого плетельщика. Он умудрялся сплетать из прутьев, лозы, лыка, камыша и прочего материала удивительные вещи, от простых корзин до мебели, и его изделия были на удивление прочными. Заказчики к нему чуть ли не в очередь выстраивались, да и касаемо оплаты за труды споров обычно не было - изделия этого мастера говорили сами за себя. Незадолго до того, как я отправилась в путь, Анким, по моей просьбе, сплел мне шесть легких прочных коробок, которые, вложенные одна в другую, занимали не так много места в дорожном мешке, да и весили, можно сказать, всего ничего. Для того, чтоб поместить в них растения, выкопанные из земли вместе к корнями, тары лучше просто не найти. Маленькая лопатка у меня тоже была прихвачена с собой, так что пока мужчины отдыхали, я занялась делом - искала самые хорошие и крепкие растения, после чего аккуратно вырезала пласт земли вместе с корнями и укладывала их в плетеные коробки.

- Может, помочь? - поинтересовался Варгай, не вставая с места.

- Спасибо, но в этом деле мне помощь не нужна, справлюсь сама...

Должна признать, что провозилась я достаточно долго, хотя, казалось бы, нет ничего сложного в том, чтоб аккуратно и со всеми предосторожностями вырезать шесть небольших пластов из земли и уложить их в заранее подготовленные коробки. Конечно, если бы времени у нас было в обрез, то я бы так и поступила, но, к счастью, меня никто не торопил и не подгонял, так что я немало походила и присмотрела наиболее крепкие и сильные растения, которые смогут перенести долгую дорогу до нашей страны. Нет смысла скрывать и то, что без магического укрепления этих двух трав в дороге тоже никак не обойтись, а иначе эти южные растения довезти без потерь будет непросто... В общем, когда я закончила работу, то мужчины, как оказалось, даже дремать стали.

- Вижу, накопала ты свои лопухи с сорняками - усмехнулся Серней, глядя на коробки с растениями. - И как все это тащить думаешь?

- Да мы об этом уже заранее договорились, еще даже до приезда сюда - пожала я плечами. - Было решено, что если отыщем нужные травы, то каждый из нас понесет по две коробки, одну с арарной, другую с иртоином. Путь назад долгий, случиться может всякое.

- Как бы ни засохли в дороге.

- С этим, конечно, хлопот хватит, поливать придется каждый день.

- Так значит, без этих двух трав питье против укусов вампиров не приготовить - покачал головой охотник. - Вы мне хоть об этом и сказали, но в глубине души у меня все же сомнения были. Думал, что если вы все же сумели меня обмануть, и вам в самом деле нужно что-то другое... Вы бы у меня тогда из джунглей никогда не вышли. Мне теперь только и остается, как признать, что я все же не ошибся в вас.

- Понимаю...

- Мне другое непонятно - почему эти травы только здесь растут, на этой самой равнине? - подал голос Тирнес. - В джунглях мы их, эти цветочки, ни разу не встретили. Может, им для роста что-то необычное нужно? И если земля тут какая-то особенная, то приживутся ли в нашей стране травы из этих коробок? Досадно, если окажется, что земля и погода в нашей стране для них не годятся, и что все наши труды были напрасны.

- Надеюсь, не только приживутся, но и будут хорошо расти, и все окажется не напрасно - я присела рядом с коробками. - Чтоб вы знали: почва здесь, на этой равнине - чистая супесь...

- Чего?

- Супесь. Скажем так: супесь - это рыхлый грунт, песок с примесями. На нем хорошо злаки растут, еще кое-какие растения такую почву предпочитают, в том числе и те, за которыми мы сюда пришли. Думаю, в нашей стране они приживутся, с этим проблем не будет, хотя на зиму их наверняка придется укрывать. Но если принять во внимание, что вампиры как-то сумели вырастить арарну и иртоин в тех местах, где они сейчас проживают, а там зимой ничуть не теплее, чем у нас, да и тамошнюю почву не назовешь особо богатой... Надеюсь, вырастить эти два растения в нашей стране окажется по силам. Что касается почвы в джунглях... Когда мы останавливались там на отдых, я тамошнюю землю немного, скажем так, поковыряла. Так вот, в тех местах, когда копнешь чуть глубже, то видно, что почва имеет бурый или красный цвет. Не знаю, с чем это связано, но на той земле растет тоже далеко не все. Впрочем, для этого достаточно оглянуться вокруг...

- Хватит болтать - вмешался в разговор Серней. - Собираетесь, надо идти дальше.

- Возвращаемся?

- Ну не навсегда же нам здесь оставаться. Конечно, можно бы пойти прежним путем, но... Этот человек-москит... Он, паразит, если кого-то из нас уже приглядел себе на обед, то так просто уже не отстанет. Хотя, если откровенно, дело даже не в нем, а в вампире.

- Тот, который на нас попытался напасть?

- Да, именно он, которого Тирнес завалил... Помнится, тот молодой сопляк утверждал, что будто бы прибыл на этот остров в одиночестве. Ну, то, что он нам нами соврал - это понятно любому, потому как сюда эти кровососы в одиночку не заявляются, обычно они приезжают на этот остров под покровом темноты, небольшими группами по три-пять человек - все зависит от того, сколько их в лодку влезет, ведь крылья имеются далеко не у каждого кровососа. К тому же тот парень-вампир был совсем молод, наверняка это его первое прибытие в здешние места, а раз так, то за ним кто-то наверняка должен был присматривать, иначе никак. Или же возможно другое: когда этот молодой красавчик после ночной охоты не вернулся в условленное место к нужному времени, то по его следам должен был отправиться кто-то из соплеменников. Насколько тонкий у вампиров нюх - об этом всем хорошо известно, так что пропавшего будут искать, и по почти исчезнувшему запаху отыщут место, где он был убит, разберутся, что произошло, ну, а закон кровной мести у вампиров никто не отменял. Дескать, их слишком мало осталось, чуть ли не каждый на счету...Отправятся по нашим следам, паразиты такие, и нам придется несладко.

- Что предлагаете?

- Я прикидываю, каким путем нам лучше уходить.

- А что, есть варианты?

- Один-два, и обчелся... В общем, собираемся.

Так поневоле и порадуешься, что перед тем, как отправиться в эту страну, мы заранее приобрели довольно вместительные дорожные мешки, но все равно пришлось постараться, чтоб поместить в их коробки с растениями. Надо же, вроде и коробки не очень большие, но вместе с влажной землей и растениями они прибавляют вес довольно ощутимо. Н-да, надо признать, что наши дорожные мешки теперь стали куда тяжелей. Ничего не поделаешь, потерпим, не впервой, донести бы только этот груз до места в целости и сохранности.

- Куда мы сейчас? - поинтересовался Варгай, когда со сборами было покончено.

- Туда... - охотник кивнул налево. - Об остальном поговорим чуть позже.

- Так мы и не возражаем.

Что ж, в путь - так в путь, но не прошло и часа, как на нашем пути оказался неширокий и мелкий ручей с чистой водой, а растущие рядом кусты и невысокие деревья отбрасывали на него свою тень. Надо же, так прямо и повеяло чем-то родным, привычным...

- Привал. Отдохнем тут немного, а заодно и водой запасемся - Серней скинул с плеч свой дорожный мешок.

Возражать мы, естественно, не стали, да нам этого и не хотелось. Лично у меня сейчас было прекрасное настроение - а то, как же, мы все же нашли то, что хотели!, а потому не терпелось передохнуть, умыться, смыть с себя грязь и пот, а заодно напиться чистой воды (она, кстати, на вкус оказалась просто замечательной). Ну, а потом было желание просто посидеть в тени, слушая бесконечный треск цикад, а заодно смотреть на ярких бабочек, которых вокруг нас порхало великое множество. Глядя на этот покой и красоту совсем не хочется вспоминать о тех опасностях, которые, возможно, подстерегают нас где-то неподалеку.

- О чем думаешь? - поинтересовался Варгай, присаживаясь рядом со мной.

- Честно?

- Конечно!

- Всякая глупость в голову лезет - улыбнулась я. - Цикады стрекочут, а как они выглядят - до сих пор не знаю. Может, на наших кузнечиков похожи?

- Если честно, то я цикад тоже близко не видел - признался парень. - Но посмотреть не прочь. Хочешь, какую-нибудь поймаю?

- Не откажусь...

- Хватит о ерунде болтать, тоже мне, нашли, чем интересоваться - вмешался в разговор Серней. - Сейчас надо подумать о дальнейшей дороге, а не то успокоитесь, разленитесь, вообще дальше идти не захочется, а в здешних местах позволять себе такое не стоит, хотя я, грешным делом, сам что-то сейчас немного расслабился - старею, видимо...

- А я бы здесь задержался, - подал голос Тирнес. - Мне тут нравится.

- Где именно? - покосился на него охотник. - В тенечке?

- Нет, здесь, на этом острове, пусть тут и непросто. В этих местах все совсем иное, непривычное, да и жизнь с постоянным риском и встрясками - это мне по вкусу.

- Мало ли что и кому хочется, тем более что жить тут может далеко не каждый - проворчал охотник. - Встряхивает его! Тут частенько по краю ходим, а сколько толковых парней здесь сгинуло - и не счесть. Ходить по этим местам - дело непростое и опасное, не каждому по плечу. Хотя... У тебя это, пожалуй, может получиться, в отличие от иных-прочих..

- И я про то же! - кивнул головой дампир.

- Ну, если ты и в дальнейшем не передумаешь, то после мы с тобой об этом можем переговорить. Пока же о своих хотелках лучше не думать, а мечты вообще задвинуть куда подальше, чтоб не смущали. Значит, заканчивайте болтовню и слушайте меня: отдых окончен, поднимаемся, и, как я уже говорил, возвращаемся другим путем.

- Где именно?

- Долго объяснять. Правда, те места я не очень люблю, ну да делать нечего - здешний остров для легких прогулок вообще не подходит. Надеюсь, ни с чем особо плохим мы не столкнемся, а если повезет, то даже сумеем немного срезать расстояние. Может, и от человека-москита отвяжемся. У него, знаете ли, как у вашего северного медведя, есть свое место обитания, и его границы он обычно не переходит, то бишь не перелетает, хотя никогда не знаешь точно, чего можно ожидать что от медведя, что от этих тварей. Итак, поднимаемся, нам до темноты надо еще через реку перебраться.

- Через какую еще реку?

- Дойдем - увидите. Да, и еще раз говорю - воду берегите, потому как ту водицу, что в реке, я вам пить не советую.

Итак, снова в путь, правда, хочется надеяться, что в этот раз дорога будет полегче, хотя, судя по недовольному лицу нашего проводника, рассчитывать на это не стоит.

Очень скоро равнина закончилась, и перед нами появились все те же джунгли, которые, каюсь, уже успели надоесть мне до одури. Ну да ничего, мы все же возвращаемся, еще несколько дней - и можно будет помахать рукой этому острову. Побыстрей бы... Увы, это произойдет не сегодня, а пока что мы вновь вошли в джунгли, вернее, в это буйное царство зелени, которое уже вызывает у меня чувств отторжения.

До реки мы добирались несколько часов, и наш путь можно было назвать более-менее спокойным, если не считать того, что нам пришлось пройти довольно большой заболоченный участок, уже один вид которого вызывал неприятные воспоминания. К счастью, болотных змей тут не было, хотя мутная рыжая вода в кое-каких местах доходила нам едва ли не до коленей. Все бы ничего, но пока мы тут брели, чертыхаясь и ругаясь, к нашей одежде успело присосаться немало огромных пиявок, которых приходилось даже не снимать, а отдирать от себя. Должна сказать, что таких пиявок я ранее никогда не видела - длинные, толстые, зеленовато-красного цвета, и один лишь их вид вызывал самое настоящее омерзение. Больше того: одна из пиявок вцепилась Варгаю в руку, и когда Серней срезал ее ножом (иначе от нее было не избавиться), то оказалось, что на руке парня появилась круглая ранка, хотя и не очень большая, но болезненная. Пришлось мне доставать лекарства из своего дорожного мешка, заговаривать рану и перевязывать ее. Что касается Сернея, то он сказал нам, что ранки, полученные от таких вот пиявок, местные жители обычно прижигают огнем - больно, конечно, но иначе никак, а не то, мол, почти наверняка начнется заражение с высокой вероятностью смертельного исхода. По словам старого охотника в таких вот заболоченных местах обитают не привычные нам лечебные пиявки, которыми пользуются знахари и лекари, а самые настоящие мелкие хищники, заражающие возможную добычу какой-то дрянью, плохо поддающейся излечению. Да уж, так в очередной раз с досадой и подумаешь о том, что какой только гадости не водится в здешний местах!

Кстати, на одном из привалов мне показалось, что до меня доносится чуть слышное жужжание. Правда, оно было коротким, и никто из моих спутников ничего не сказал по этому поводу. Может, не слышали, или же просто не захотели об этом говорить. Я, признаюсь, тоже промолчала.

Река, к которой мы вышли, оказалась неширокой, с уже привычной мне мутно-коричневатой водой от ила и опавших листьев. Берега поросли высокой травой, которая хоть и была немного ниже человеческого роста, но идти по ней все одно не хотелось - неизвестно, что за зверье в ней может прятаться.

- Что, вброд переходить будем? - поинтересовался Варгай, но по его голосу было понятно, что от такой перспективы он не в восторге.

- Не бойся - тех пиявок здесь нет, они на том болотистом месте остались - пробурчал Серней. - Тут свои пиявки водятся, обычные, речные. Река эта, хоть и неширокая, но глубокая, так что можно даже не думать о том, что ее можно перейти вброд или преодолеть плавь. Здесь не такие места, чтоб без раздумий соваться в воду.

- Но ведь если я правильно понял, то нам нужно перебраться на другой берег, верно?

- Правильно понял.

- Я, знаете ли, в детстве хоть и любил скакать с места на место... - протянул Варгай. - Но эту речку, как бы ни старался, но точно не перепрыгну.

- Это и не требуется - отмахнулся охотник. - Пойдем лодку искать.

- То есть?

- Да чего тут непонятного? На той стороне реки, сравнительно недалеко отсюда, находится небольшое селение. Там живут охотники, рыбаки, собиратели трав и кореньев. Я, кстати, в том селении пару раз останавливался - хорошие люди, гостям всегда рады, если, конечно, те к ним с добром идут. Так вот, селение стоит неподалеку от реки, и, понятно, что тамошние жители то и дело переезжают с берег на берег, бывает, что уходят довольно далеко. Обстоятельства бывают разные, да и произойти в здешних местах может много чего, иногда дела складываются так, что не успеешь добежать до того места, где оставил свою лодку, а вот будь она поближе... Именно потому здесь принято припрятывать кое-где лодки в условленных местах по берегам, так сказать, на всякий случай.

- А здешние не рассердятся, что мы возьмем их лодку?

- Верно, тут не принято брать чужое - согласился охотник. - На это здешние жители смотрят не просто косо, а с осуждением. Тут свои правила, которые нарушать не стоит, только вот у нас с вами несколько иной случай: я был гостем в том селении, и мне, как другу, было разрешено в случае необходимости воспользоваться одной из их лодок, а потому никого нарушения и никакой обиды не будет.

- Мы что же, когда переберемся через реку, оставим лодку на том берегу?

- Нет, мы отправимся на ней в селение. Все одно через несколько часов стемнеет, вот и переночуем под крышей, пусть даже она из травы. Пошли.

Мы двинулись вдоль берега, но не прошли и нескольких десятков шагов, как до нас донеся детский плач, причем, судя по голосу, плакал совсем кроха, который голоден и очень хочет есть. Понятно, что от неожиданности мы даже остановились. Без сомнений - рядом находятся люди и возможно, им нужна помощь.

- Ребенок... - растерянно произнесла я.

Только вот Серней, в отличие от нас, вовсе не выглядел озадаченным, а, скорей, злым до невозможности.

- Ах, ты... - в обычно спокойном голосе охотника слышалось нечто такое, отчего мне стало не по себе. - Вот только его нам еще не хватало для полного счастья!

Плач не прекращался, становился все более громким, и от этих жалобных звуков у меня только слезы на глаза не наворачивались.

- Где-то неподалеку ребенок - повторила я. - Надо его найти.

- Это не ребенок - скрипнул зубами Серней. - И не дай вам Боги пойти на голос этого дитятки. То, что вы слышите - это подает голос ауисотль, приманивает к себе людей, после чего утаскивает их в воду и топит.

- Зачем?

- Странный вопрос - чуть поморщился охотник. - Правда, местные жители относятся к этому зверю едва ли не с почтением, потому как он, по их мнению, считается слугой и любимым зверем здешнего бога дождя и воды. Больше того: живущие тут люди уверены что все, кто погиб от лап ауисотля, попадают в водный рай, так что этого речного зверя тут и никто и пальцем не тронет.

- Такого я еще не слыхивал... - почесал в затылке Терней. - И как же он выглядит, этот самый ауи...

- Ауисотль - повторил Серней. - С местного языка это переводится примерно как колючее водяное существо, потому что ауисотль живет в воде или же подле воды. Его еще называют водяной собакой, впрочем, он, и правда, внешне очень похож на собаку, только вот между этими двумя животными имеется одно большое отличие - на конце длинного и гибкого хвоста у ауисотля находится самая настоящая человеческая рука, вернее, кисть руки, сильная, живая и цепкая. Это и есть его основное оружие.

- Чего?!

- Я что, неясно произнес? На мой взгляд, вы все хорошо расслышали то, что я сказал. Как правило, ауисотль охотится из засады, прячется под водой и подманивает жертву звуками, похожими на детский плач. Когда же человек подходит к берегу в поисках несчастного брошенного младенца, то ауисотль хватает его своей рукой на хвосте и утягивает в воду. Проще говоря - топит. Впрочем, на зазевавшегося человека он может напасть тихо, из засады, без всякого дополнения в виде детских страданий. Поверьте на слово - из хватки этой водяной собаки не вырваться, как ни старайся, и уж если схватит, то уже не отпустит. И вот еще что: в мелких речках ауисотль не живет, предпочитает озера или глубокие ямы в реках. Очевидно, здесь таких тихих уголков хватает. Не удивлюсь, если окажется, что ауисотль обитает в этой речке уже много лет.

- А люди в селении... Они тебе об этой самой водяной собаке ничего не говорили?

- Тут своя жизнь, и живущие тут люди рассуждают несколько по-иному, и не считают нужным посвящать пришлых в лишние подробности. И потом, если даже ауисотль утопит кого из чужаков, то, можно сказать, облагодетельствует того - поле смерти тот счастливец в водный рай попадет. Вообще-то местные на некоторые темы не любят распространяться, здесь такое не принято. Однако нас сейчас должно беспокоить другое - как будем перебираться через реку - к сожалению, водяная собака не оставит нас без внимания.

- Так она нас уже увидела?

- Конечно - охотник покосился в мою сторону. - Иначе ауисотль не стал бы подавать голос, приманивая добычу к себе.

- Что будем делать?

- То, что и собирались - искать лодку. Нам надо перебраться на другой берег, не оставаться же здесь.

Пошли дальше, не обращая внимания на жалобные детские стоны, и через какое-то время они стихли. Надо сказать, что лодку нам пришлось искать довольно долго, и без помощи Сернея мы вряд ли бы сумели ее отыскать, уж очень умело ее спрятали. Охотник, посмотрев на лодку, перевернутую днищем вверх, буркнул нечто вроде того, что этой лодкой уже пару месяцев как никто не пользовался. Тут же находилось и короткое весло, так что можно сталкивать лодку на воду. Правда, она, эта самая лодка, не была большой, скорее, рассчитанной на одного-двух человек, но удержала нас четверых, хотя в воде довольно заметно просела.

- Вот что - Серней повернулся к Тирнесу, который при помощи весла оттолкнул лодку от берега. - Ты нас, главное, на ту сторону перевези, а там мы лодку на берег вытащим и пешком до селения доберемся.

- Понял.

Вроде и речка неширокая, но мне казалось, что время течет мучительно долго. Я постоянно оглядывалась по сторонам, но вода была тихой и спокойной, не верилось, что где-то неподалеку может находиться хищник, который наверняка охотится за нами. Когда же лодка причалила к берегу, и мы все оказались на земле, я хотела порадоваться - мол, обошлось!, и в этот миг из воды вылетело нечто, похожее на толстый черный канат, на конце которого находилась самая настоящая человеческая кисть с длинными когтями.

Надо признать, что слушать рассказы об этом подводном чудище - это одно, но вот увидеть подобное наяву - тут, знаете ли, оторопеет любой. Меж тем не прошло и мгновения, как черная ладонь вцепилась в лодыжку Сернея, рывок - и тот упал на землю, после чего рука потащила его в воду. Наверное, если бы мы в глубине души не ожидали чего-то подобного, то наверняка растерялись бы и потеряли драгоценные секунды для спасения охотника, а так мы с Варгаем схватили мужчину и изо всех сил стали тянуть его прочь от воды, а Тирнес подскочил и несколько раз ударил остро заточенным тесаком по черному хвосту твари. Судя по всему, кожа на этом хвосте оказалась на диво крепкая, потому как на черной чешуйчатой коже остались лишь неглубокие царапины, из которых появилась нечто вроде розоватой крови. Похоже, водяная собака не привыкла к такому сопротивлению жертвы, потому как выпустила ногу Сернея, после чего жуткая человеческая кисть вцепилась уже в ногу Тирнеса. Вновь рывок, после чего дампир упал на землю, и его потянуло к воде. Теперь мы с Варгаем схватились уже за Тирнеса, не давая твари утащить парня в воду, а вскочивший на ноги теперь сам ударил тесаком по черной лапе с когтями...

Когда хвост существа скрылся в воде, мы отошли (или же отползли) подальше от берега, пытаясь перевести дух и придти в себя.

- Ну, знаете ли, и силища у этой самой водяной собаки! - выдохнул Тирнес, поднимаясь на ноги. - Мне казалось, будто ногу в железных тисках зажало...

- А я вам об этом уже говорил... - начал, было, Сергей, но больше ничего сказать не успел, потому как из воды стремительно даже не выскочил, а вылетел тот самый ауисотль. Удивительно, но ростом он был всего лишь с небольшую собаку, тело покрывала черная шерсть, маленькие заостренные уши, прижатые к голове, недлинные шипы вдоль позвоночника, короткие лапы, похожие на обезьяньи, яркие желтые глаза, пасть, полная острых зубов... Однако в первую очередь внимание к себе привлекал его хвост, длинный, черный, гибкий, на его конце, там, где у любого животного был бы пучок шерсти или кисточка - там находилась по виду самая обычная человеческая кисть с пятью пальцами. Водяная собака смотрела на нас, яростно щуря свои желтые глаза, длинный хвост с пятерней на конце выписывал круги и зигзаги, но, тем не менее, существо не двигалось с места.

- Уходим... - негромко скомандовал Серней.

- А этот...

- Нам будет достаточно немного отойти от берега - ауисотль от воды, как правило, далеко не отходит. И охотится обычно на одиночек, а нас слишком много.

Задерживаться здесь хоть на какое-то время ни у кого из нас не было желания, так что мы без промедления отправились дальше. Правда, пройдя немного, Варгай только что не хлопнул себя ладонью по лбу.

- А как же лодка? Мы ее, можно сказать, в воде оставили, даже на берег как следует не вытащили... Вряд ли это понравится тем людям, к которым мы направляемся.

- С ними я как-нибудь разберусь - отмахнулся охотник. - А вот вытаскивать на берег лодку, когда рядом находится ауисотль... Э, нет, это чистой воды самоубийство, если вздумаем вернуться, то кого-нибудь из нас точно не досчитаемся. Могу даже поспорить, что водяная собака никуда не ушла, притаилась где-то неподалеку от лодки и поджидает добычу.

- Серней, может, я и не права, но появление этого самого ауисотля что-то уж очень крепко тебя задело.

- Есть такое дело - неохотно отозвался тот. - У меня из-за такой вот водной собаки лучший друг погиб, с которым мы, можно сказать, с детства были неразлучны. Как-то раз мы с ним тоже сопровождали одного гм... господина, которого на этот остров занесло желание приключений, и теперь его нужно было отсюда вывести. Подошли к небольшому озеру, мой друг впереди шел, а я чуть отстал - этого самого господина чуть ли не на себе волок - он, видишь ли, ослаб, еле брел. Друг первым к воде подошел, наклонился - и вот такая же пятерня из воды взлетела, в парня вцепилась - и все. Когда я подбежал, то было уже поздно - только волны о берег плеснули... Все, хватит разговоров, идем дальше.

Ну, дальше - так дальше, надеюсь, до селения отсюда не так далеко, тем более что лес вокруг гудел жизнью - крики птиц, вопли обезьян, шелест листьев, гудение насекомых... Казалось бы - можно облегченно выдохнуть, ведь впереди нас ждет отдых, но, похоже, что старого охотника что-то тревожило.

- Серней, что-то не так? - не выдержал Тирнес.

- Человеческих следов не вижу, то есть они, конечно, тут имеются, но старые. И никто из местных нам все еще не встретился, а ведь их селение уже близко. Не нравится мне все это.

Н-да, не хочется думать ни о чем плохом, да и на отдых мы уже настроились, только вот старый охотник попусту тревожиться бы не стал. Ладно, подождем.

Мы вышли к деревне, но она оказалась покинута, в ней не оказалось ни одного человека. Хижины были целыми, большинство кухонной утвари стояло на местах, но никаких носильных вещей не было, как, впрочем, и оружия. Посреди деревни, возле хижины вождя, в землю был вкопан столб, на котором висел череп какого-то неизвестного мне зверя. Череп был старый, но огромный, и оставалось только гадать, кому он мог принадлежать, тем более что в пасти черепа хватало как плоских зубов, так и длинных клыков устрашающего вида.

- Это что такое? - спросил Тирнес, кивая на столб.

- Знак... - неохотно ответил Серней. Судя по его мрачному виду, ничего хорошего нас в этой деревушке не ждет.

- Какой знак?

- Знак того, что деревня была покинута по причине того, что сюда пришел мапингуари и даже более того - он уже забрал нескольких жителей.

- Куда забрал? - спросила я, и тут же замолчала - ответ и так понятен.

- Этот столб с черепом - это предупреждение для других, тех, кто сюда придет, чтоб не задерживались и уходили как можно дальше от этих мест... - продолжил Серней. - Сами понимаете - дело тут серьезное.

- А кто это такой - мапингаури?

- Видишь череп на столбе? Когда-то он и принадлежал этому зверю, то есть мапингаури, но давайте пока обойдемся без расспросов. Значит, решим так: на ночевку расположимся в одной из хижин, а утром уйдем отсюда. Джунгли велики, так что вряд ли встретимся с этим зверем.

Лично мне этого бы очень хотелось.