# Мимо

Игорь Владимирович Козлов

Козлов И.В.

Мимо

Сборник стихотворений


***

Эволюция, она така -

Сила невиданна,

От ни фига до фига

Создающа


По законам химическим,

Да физическим.

А установил законы те кто,

Ты не спрашивай.


А послушай лучшей

Таку историю.

Схоронили однажды

Киномеханика.


И прополз по ему червь,

И уполз куда-то,

И пополз за им киномеханик,

Как плёнка, значит,


Будто червь ленточный,

Всё выше и выше,

И проявлялися кадры на ём

И к свету стремились.


И достиг наконец он поверхности

Земной-то,

С фильмой про эволюцию

Альтернативну.


И сейчас он, значится,

Эту фильму покажет.

Но куда это ты намылился-то,

Товарищ?!


***

Какая яркая печаль:

В тумане между сосен Солнце.

И не рассеется она,

Когда пойдёт дорога в гору,


Когда поднимется само

Светило над круженьем чаек

Над полем, где приговорён

Туман к расстрелу и поставлен


У стенки сосен. Адвокат

С тебя почти что никакой: ты

Дороги подпись разобрать -

Ужей раздавленных - не можешь.


На поле со́брана в рулон

Солома, словно список древний.

И от неё ты зря не ждёшь

С мечом урода появленья.


Но не о грустном это я́:

Корабль, покинутый командой,

Привет передаёт полям,

Креня́сь небыстро и считая


Огнём своей души морской

Пожар в машинном отделенье

И течь, залившую его,

От зла в душе освобожденьем.


***

У вороны на крыле

Дырка крупного калибра.

Говорят, что там был знак

Вэ-вэ-э́с американских.


Ветру южному с войны

Оказать сопротивленье,

На вершину сев сосны,

Для вороны - дело чести,


Хоть не белая она

И к тому ж не в радость старость,

И у мира голубей

Идиотский взгляд бывает.


И вершину ветер гнёт,

Но ворона всё сидит там:

У вороны на крыле

Дао истинное - дырка.


***

Говори:

"Звезда взорвётся,

Как мы́льный пузырь".


От неё

Останутся только

Газ и пыль.


Не входи

На скорости в них,

На большой.


Не спасти там

Белого карлика

С душой.


Не слои

Картинки в памяти

Твоей,


Не следы

Хирургии тонкой.

Теперь


Стал маньяком хирург.

Жесток.

Неуловим.


Странный луч у звезды.

Как нож.

Уходи!!!


***

К магазину аквариум

Прирос.

В нём яркий свет.

Через него

Из магазина

Выплывает

С большим рюкзаком

Чувак бородатый.


Второй чувак

У две́ри замер -

Первому чуваку

Путь уступает.


А третий чувак

Из темноты

Про недостаточный

Возраст балди́т.


Издалека же

Кажется, кто-то

Просто тьму свою

С собой носит.


А ты думай, дубина,

Днём, что

Листья, не

Упавшие с берёз,

Редкие, - золото,

Ведь они даже

Направление ветра

В штиль покажут.


***

Маленькой ложки

Тяжесть почуять

Вдруг.

После ремонта

Мост стал похож

На церковь.


Я прохожу

По нему,

Замыкая круг.

Думает мост:

Может быть, я

Священник.


Лес молодой

Пытается

Стереть

Поймы границу -

Верного

Заблужденья,


Счастьем наполнить

Ложку -

На быках

Проволокой,

Колючей,

Нежной.


***

Дед Мороз нервничает,

Часы ломает.

Стрелки у него в руках -

Кинжал и шпага.


И куда ж ты, маленький мой,

Лезешь?

Видишь, дедушка совсем ведь,

Не в себе уж.


Топни, топни в лужу.

В принципе правильно:

Дрожь огней праздничной

Там лишь кажется.


А когда вырастешь ты

(Если успеешь),

Пионером станешь. Он

За всё в ответе.


Что? Уже стал, говоришь,

Пионером?

Не горит сердце твоё?!

И взгляд не светит?!


Не переживай, дурак.

Смотри, Дед Мороз

Машет уже шпагой, как

Палочкой - дирижёр.


Ты ж опять по дорогам идёшь -

Стеклорезом - по стёклам,

И лишённым обратных сторон

Доверяешь полотнам.


***

Потрясающе сильна

К эр-эл-э́с любовь ракеты

И взаимна даже. Бля!!!

Отключай скорей антенну!!!


Лучше не успеть понять,

Почему не замечали

В две́ри трещин от ножа

Родаки и не ругали.


И больничный коридор,

Удивительно знакомый,

Одолеть (безлюден он),

И открыть дверь на свободу.


И среди могил оград,

В тесных у дорог проходах,

Дать поджопника чертям,

Тёмным, в золотых разводах:


Ухмыляются, хотя

Не секут совсем при этом

Связи двери и ножа,

И антенны, и ракеты.


Половина сетки - тень,

Половина светит ярко

На окне - не сущность, не

Новогодние подарки.


***

Чудом выжил в бою,

Приземлился и видишь:

Лес на аэродроме

Высокий вырос

И какой-то придурок,

Шастая ночью,

Пренебрёгший весельем

Знаков дорожных,

Замечает тебя

Среди прочих деревьев -

С виду мёртвое, но

В другом направленье

Незаметно растущее:

Не успеваешь

Умирать и рождаться,

И помнить правильно.


***

Пытался посмотреть с Земли

Юпитер на себя сквозь свет

От Солнца, от него вблизи,

И ничего не разглядел.


И понял: дело не в лучах,

Играть способных роль стены,

И не в уходе от себя

Путём совсем, совсем иным.


Не в ощущенье на посту,

Что между смертью и душой,

Где ощущений никому

Никак не может быть дано.


А в чём же дело, не спеши

У снега глубины узнать,

Где облака ещё равны

Сиренью сброшенным цветкам.


***

Убивали-убивали -

На часы не посмотрели.

Небо звёздное - одежду

Слишком лёгкую - надели.


Сожалей теперь, что нету

Бро́ника с собой и пушки.

То ль из мёртвой дым деревни,

То ль ночует на опушке

Дэ-эр-гэ́. Иду по следу

Волка: чует он прекрасно

Глубину на шпалах снега

И на циферблате.


Как заре огнём не стать тут?

Облакам - пожара дымом.

Как опасно сеном пахнет

И озоном неба близость.


***

На лестнице в чёртовом Петергофе

Не тени царей и рабов беспокоят.

Мамаша и брат пусть идут в павильоны.

Назад поплывём - поблюю на волны.


Так что же за хрень летит из фонтанов

И делает шаг по лестнице странным?

Как будто бы меж высотой и тяжестью

Поганое что-то затесалось тут.


На лестнице в чёртовом Эрмитаже,

Не в детстве уже, фигня та же.

Возьму наготы богов духовность

На бе́рег Невы. Поблюю на волны.


***

Кто-кто-кто очистил мой

Подоконник от цветов,

Грязных, но поли́тых, и

Сквозь пластмассу прорастил


Что-то новое взамен?

Лучше б это лишь во сне.

О̀льхи-зме́и две сплелись

И как будто бы срослись,


Но на рельсы обратить

Зря вниманье не хотят,

На стальную зависть их

Параллельности в снегах.


Жаль и ничего не жаль.

Даже нежного ростка

Из пластмассы, из зимы.

Где-где-где мои цветы?


***

В темноте гуляют волки

Я и призраки пилотов,

Избегая уравнений

Гравитаций-геометрий,


Не желая становиться

Невесомостью паденья

Даже волн с высоких палуб,

Даже самолёта с неба,


Помогая руку вырвать

Мне из мёртвых рук кургана

И из цепких материнских

Вечно и безрезультатно.


Хоть убогая, но вечность.

Хоть и незаметны руки.

Хоть и вышел из огня ты

И как будто бы запомнил,


Как другие погибали

Рядом. Вэ-пэ-пэ́ в гвозди́ке:

Ни пыльцы в ней, ни нектара.

Но гармония на не́бе


Самолётов с облаками:

Их следов, пушистых, нежных

И почти неотличимых

Уж от облаков при этом.


***

Границ охранник?

Охотник? Вряд ли.

Ненужной тайной

Пройдёшь по следу

Преступных замыслов

Контрабандистов -

Самоуверенных

Дневных те́ней.


Задрав хэбэ

Защитного цвета,

Подставишь грудь

Послушать врачихе.

Она шагнуть

Попросит поглубже

В кювет. Шагнёшь,

Как будто в могилу.


И обмануть

Обманщика можно.

И в этом чести

Нет совершенно.

И пусть Луна

Покажется жёлтой.

Зачем тебе

Цвет истинный - серый?


С Луны упала

Чёрная сотня -

Трепещет сумрак

Между деревьев -

Сиянье северное

Проникает

Сквозь облака,

Сквозь ночное зренье.


***

Бросить жребий? Ерунда,

Ведь всего одна дорога.

Рядом с пашнею стерня

Пахнет прело и спокойно.


И у инопланетян

Математика другая.

И вопросы у меня

Вверх валяются корнями.


Под горою не трамплин,

У гнилых руин из брёвен,

А скотину здесь вели

На машину и на бойню.


И лишайник на столбе

Электрическом бетонном

Удержаться не сумел -

Я сначала был доволен.


Но потом, издалека

Видя жёлтое на сером,

Вдруг почуял, как тоска

Забирается на небо.


А у неба рваный край -

Перерезанные стропы,

Серый купол. И десант

Роковой весенний брошен.


***

Ветер вешний, но прилип

Снегом

Ночью к соснам, и они

Верят,

Что белей берёз теперь

Стали

И за горизонтом

Огнями.


А ведь было же предчувствие

Утром:

Слишком бледная хвоя́,

Без мороза.

И, очистив от кустов

ЛЭ́П, мы

Обнажили торфяное

Поле.


И в канале по его

Краю

Будто вверх стекли к реке

В небе.

И казалось, что всё дело

В деле,

А не в принесённой

Жертве.


***

Тебе подарят

Жёлтую тетрадь.

С тобой пройдут

По берегу канала.

И, может быть,

Тетради той века,

Но все страницы

В ней чисты́ пока что.


От торфяных

Заброшенных полей

И до мостов

Разлуки идиотской,

От шёпота

Любовного во сне

До кро́ви ночи

В запахе черёмух.


***

Сыграй на время и

На пространство

Под красотой души

И тела - маской

С бомжом и Господом,

На деньги-истины

В нелепость ангела

И хищной птицы.


В конце туннеля вновь

Лишь дверь землянки.

За нею дрон висит

(Не наигрался?)

На нитке голоса

Ребёнка (как её

Обре́зать?) или на

Рисунке с папой.


***

Метнётся ночью

Навстречу тень,

Промчится мимо.


Я в старом парке

Средь вечных лип

Прибыть и выбыть


Успел. И не был

В родстве я им,

Родному дому.


Ни путь, ни небо

Не открывал

Мне запах мёда.


Но запах этот

Цветущих лип

Так не считает,


Хотя земля

От лип семена

Не принимает.


***

Был железный мост ж/д.

Рядом, в речке, гнили сваи

Деревянного его

Предка и не догнивали,


Хоть прошли десятки лет

Со времён войны аврала

И наследники страны

Уж не раз нарисовали


На железе голых баб,

И, конечно, это признак

Продолжения родо́в

В высшем, а не только в низшем.


Ну а кто-то догнивал

До счастливых и победных,

И других концов, ища

Тормоза в машине времени.


Иль, на крыше сидя вновь,

Под черпалками Медведиц,

Слышал в шуме поездов

Самолётом управленье.


И в падении цветков

С липы чуял катапульту -

Все значения её

И что-то лучше.


***

Рыцари в латах

Похожи на роботов.

Дети пытливые

В них ковыряются,

Но не находят

Ни душ, ни процессоров,

Не замечают

Ни крови, ни истины.


Замер ребёнок

Один: призадумался.

Током его

Как будто ударило:

Для путешествий

Должна быть во времени

Где-то машина,

Совсем

Игрушечная.


***

Кипа журналов "Мурзилка"

Лежит в подвале,

Заготовленных матерью,

Чтобы летом читал ты.


Ты́ только смотришь картинки

Роняешь на́ ногу зонтик

И пробиваешь палец.

Но разве зонт острый?!


Мира карта огромная.

На ней много животных:

Где обитает кто.

Но где обитаешь ты,

Ты так и не понял.

И знать не хотел.


Сосуд с лимонадом на солнце

Взрывается.

С брата сбивает шапку

Осколком.

Мясо свисает белое

Твоё над твоим локтем.

Совсем не больно.


Ты хорошо себя чувствуешь

На месте вырванной с корнем

Красной кнопки большой.

И фиг на тебя кто нажмёт.

Ой!


***

Ну и где ж Аэлита, фраер?

Мало воздуха на Марсе.

Офигительное давленье

В пекле венерианском.


А ты думаешь, случайно

Эти планеты грёбаные

Так назвали, по незнанью.

Но незнанье - на мелководье,


Где течения странно нет,

Где неведомо что

Лист, безвременно жёлтый, не

Отпускает на дно.


Меж закатом и облаками

Что-то снова случилось -

Освещенье марсианское

На Земле или...


***

К Солнцу подлететь

Серпом Луны.

Мимо пролететь

В который раз.


Розовые сверху

Облака

Снизу не к дождю

Разорвать.


И не ветром будучи,

Это всё,

Или волком серым

В лесу слов,


Водостока решёткой,

С моста́

Сброшенной в Лету

Сопляком.


Солнце взойдёт

И мимо пройдёт,

А я -


Мимо друзей

Детства

Могил,


Словно модель

Облачного

Корабля,


Что не успели

Доделать

Они.