# Время одуванчиков

Ирина Ильинична Кузина

Кузина Ирина Ильинична

Время одуванчиков

Origin: http://samlib.ru/k/kuzina_i_i/ps.shtml

Создан: 05/07/2012, изменен: 03/06/2015, 79k

Глава: Сказки

____________________________________________________________

Оглавление

Время одуванчиков

Повесть - сказка

Посвящаю моим родителям

От автора

Я смотрю в окно поезда. Тёплый ветер упруго бьет в лицо. Почти темно. Мимо проносится небольшой городок. На его окраине по дороге идет девочка. Она совсем одна. В сумерках мягко светится её легкое светлое платьице. Девочка идет беспечно и не спеша, по-детски немного подпрыгивая при каждом шаге. Где-то шумит большой мир, но он ей не нужен, у неё есть свой, этот. Она знает его до мелочей, все его подробности: до каждого камушка, каждой трещинки на асфальте, знает все его запахи. Они любят друг друга. Она - мир, мир - её. Они проживают вместе день за днём, без устали изучая друг друга, и им это не надоедает, им интересно, потому что у каждого из них есть тайна, и она бесконечна. Даже в самом малом и, казалось бы, простом, есть своя бесконечная тайна, что же тогда говорить о большем. Мир всё гуще заботливо и бережно окутывает девочку летними душистыми сумерками, и это ей так знакомо и так привычно, что, кажется, будет вечно: лето, вечер, детство...

Городок давно пронесся мимо и остался далеко позади, а я всё стою у окна поезда, вдыхаю вечерние летние запахи и думаю о девочке: "Куда или откуда она идет так поздно совсем одна, о чём она думает, что ей интересно, как её зовут? Кажется, я знакома с ней немного или видела её где-то когда-то давно..." И я начинаю вспоминать, а, может быть, придумывать историю этой девочки. Предисловие

В середине нашего света (хотелось сказать: где-то на краю света, но на самом деле в самой его середине: ведь для каждого то место, где он провел детство, и есть середина мира), так и есть - посередине огромного мира стоит небольшой, уютный и зеленый городок. Летом там сквозь потрескавшийся теплый асфальт прорастают травинки и тонкие березовые росточки, с тополей летит пух, и все подножия домов и заборов сплошь зарастают одуванчиками. Зимой заливают горку и каток, в каждом окне сияет цветными огоньками елка, а ясным морозным днем под ярко-синим небом снег сияет так ослепительно и весело, как нигде в мире.

В этом совершенно земном раю (не ведая о том, что это рай) живет необыкновенная, как, впрочем, и все дети, девочка Дина. Папа называет её Дикой Динкой - сокращенно Дикой (наверное, по созвучию с прочитанной в детстве книгой "Дикая собака Динго"), а мама - Динулей. Но Дине больше нравится папино прозвище, потому что она любит лазить по деревьям и устраивать на них засады или обозревать с самой верхушки окрестности, которые поразительно обширны с такой высоты. Ещё она любит строить шалаши из веток, которые обрезают по весне с тополей - в таком шалаше очень сильно пахнет весенними тополиными почками. Зимой она любит рыть длинные глубокие ходы под большими сугробами и устраивать там берлогу или ходить на лыжах в "путешествие к Неоткрытым Землям" в ближний березовый лесок. Летом носится по полям за бабочками с её любимым сачком из зелёной марли для того только, чтобы, поймав их, налюбоваться вдоволь и отпустить (она очень любит бабочек: у неё даже есть коллекция марок с бабочками). Да много чего ещё она любит в таком роде, всего и не перечислишь. Само собой разумеется, что без друзей участвовать в таких увлекательных затеях скучно и не интересно. Вообще-то, у Дины много друзей и в школе, и во дворе, но самые преданные и верные - это Кир и Сашка. Есть, конечно, и девочки, с ними она любит шить для маленьких кукол-пупсиков одежду, украшая её бисером, или наряжаться в принцесс или играть "в магазин" и "в школу". Но в настоящих приключениях Кир и Сашка незаменимы! И если Дине нравится быть Дикой, то мы в дальнейшем так и будем её называть. Часть I,В которой описывается всего лишь один день, но очень длинный Глава 1. Утро.

Пришел май и принес с собой гомон птиц в цветущих садах, весенний шелест свежей зелени и грозовые дожди.

В один из ярких и веселых, почти летних дней во второй половине мая Дика достала из темной кладовки свой салатовый сачок и в первый раз в этом году отправилась ловить бабочек. Во дворе девочки играли в мяч и "в крутилочку"*. Дика полчасика попрыгала, раскопала в песочнице и показала всем свой самый красивый "секретик"**, а потом, вскинув сачок на плечо, вприпрыжку побежала к огородам: там за забором начинался большой луг.

Стоял теплый солнечный день, на огородах было тихо и даже жарко, от плотного дощатого забора пахло нагретым деревом. Она пролезла сквозь дырку в заборе и, оглядевшись вокруг, застыла от удивительного зрелища: просторный луг был совершенно жёлтым от одуванчиков. Он сиял на ослепительном майском солнце таким чистым радостным ярким цветом, что, казалось, смеялся от счастья. Полюбовавшись этим жёлтым морем и не решаясь нарушить его красоту, Дика обернулась назад. Около забора одуванчики были такими высокими, что доставали ей до плеч. Их крупные соцветия были широко раскрыты солнцу. Множество мелких лепестков-цветочков и шапочка из тычинок образовывали вместе пушистую полусферу. Каждая тычинка напоминала закрученные рога барана.

Когда Дика внимательно рассматривала цветок, ей показалось, что он приветливо качнулся. Она ещё пристальнеё всмотрелась в заросли кудрявых тычинок, и вдруг над одуванчиком взлетело облачко жёлтой пыльцы. Оно повисло в воздухе, постепенно расплываясь, вытягиваясь, и, наконец, приобрело форму существа, похожего на Дику, но полупрозрачного и совершенно жёлтого.

- Спасибо тебе, удивительная девочка! Не пугайся, я одуванчик, - сказало существо весело, но тихо, как далекое эхо.

Но Дика вовсе не испугалась, она только удивилась такому необычному появлению такого необычного существа и спросила немного задиристо:

- Почему это я удивительная, и за что мне спасибо?

- Ты удивительная потому, что не каждый может удивляться обыкновенному одуванчику! - ответило существо. - Ты так внимательно смотрела на меня, что, наконец, увидела, и вот я перед тобой, спасибо тебе за это.

- Кто же ты такой?!

- Я тебе уже говорил: я одуванчик, вот этот цветок рядом с тобой, который ты рассматривала, какая ты непонятливая!

И Дика услышала далекий смех, такой добрый и беззаботный, что не обиделась.

- Но ведь всё же каждый из этих цветов одуванчик. У тебя должно быть свое имя! - упрямо сказала Дика.

- Ну, хорошо, если ты так хочешь, придумай его сама.

Дика задумчиво посмотрела на него. Не так-то просто дать имя, да ещё так сразу. Она стала вспоминать имена всех своих друзей и знакомых, затем клички собак и кошек, и даже попугаев, потом имена героев книг, фильмов и мультиков.

- Коля, Ваня, Вовка, дядя Петя, ..., Мурзик, Тотошка, ..., Али-Баба, Том Сойер,... - шептала она.

Существо неподвижно висело в воздухе рядом с Дикой, и сквозь него слабо просвечивался луг.

- Знаешь что, - решительно сказала Дика. - Это всё не подходит! У одуванчика, как и у всех растений, есть научное название на древнем языке, я сбегаю, посмотрю в книжке.

- Тараксакум! - сказали сзади.

Дика от неожиданности вздрогнула и обернулась. Сквозь дырку в заборе пролезал Кир, а за ним маячила и Сашкина физиономия.

- Ну вот, как всегда... Ну почему вы всё время за мной шпионите, никуда от вас не скроешься! - Дика с досадой встряхнула челкой, и зелёный марлевый сачок встрепенулся у неё за спиной.

- А ты не бросай старых друзей, когда идёшь знакомиться с новыми, - язвительно сказал Сашка.

- Я шла ловить бабочек, а не знакомиться, - обиделась Дика. - И я даже не успела ещё назвать свое имя.

- Так давайте познакомимся!

И Сашка с комично-важным видом обратился к существу:

- Я - Александр, а это мои друзья - Кир и Дика.

- Если ты - Александр, то мы не Кир и Дика, а Кирилл и Дина, - с лёгкой усмешкой сказал Кир.

- Я очень рад! - далёким эхом откликнулось существо. - Но у меня ещё нет имени, Дина обещала его придумать.

- Да, Кир, откуда ты знаешь, как называется одуванчик на латинском языке? - спросила Дика.

- В Ботанике под картинкой подпись стояла, - ответил Кир.

- И как это ты всё помнишь?! - удивилась Дика. - Ну-ка назови ещё раз.

- Тараксакум оффицинале - одуванчик лекарственный!

- Лекарственный, - тихо повторило существо.

- Значит, ты будешь Тар! - воскликнула Дика. - Тебе нравится это имя?

- Тар, - задумчиво сказало существо. - Наверно, очень древнее имя, - как важно звучит. Я, пожалуй, не смогу быть таким важным, я люблю быть веселым и ... легким.

- Тара-ра, тара-ра, не ходите со двора, Тарик, Таруша! - весело закричала Дика, прыгая на одной ножке. - Любое имя можно сделать веселым, если только захотеть!

- А можно иногда быть задумчивым или даже грустным? Вы не обидитесь?

- Конечно, можно! Ты ещё спрашиваешь! Это с каждым бывает! - весело загалдели все.

- Тогда я согласен, - сказало существо окрепшим приблизившимся голосом. - Мое имя - Тар! - И голос его зазвенел как весенняя птичья трель, как переливы ручья, как тонкая натянутая струна!

А жёлтое полупрозрачное облако, только что ставшее Таром, у них на глазах вдруг уплотнилось и из человекоподобной формы превратилось в настоящего мальчика, но с совершенно жёлтой, как яичный желток, кожей. У него были золотистые с бронзовым отливом волосы до плеч, такого же цвета глаза и длинная, до пят, накидка. Необычной формы обувь и тонкий золотистый комбинезон под плащ-накидкой напоминали одежду из фантастических мультиков. Его странная кожа слегка светилась изнутри, как светятся осенние жёлтые листья в пасмурный день, но это свечение не было печальным. Он был красив и благороден как Маленький принц!

Дика, Кир и Сашка смотрели на Тара и пораженно молчали. У них было такое чувство, что его случайное появление здесь вовсе не случайно. И через несколько мгновений они поняли, что так оно и есть.

- Благодарю вас за помощь, вот теперь я - это я! - весело воскликнул Тар. Он огляделся вокруг:

- Как красивы мои собратья, не правда ли?!

В воздухе стоял травянистый горьковато-сладкий запах множества одуванчиков.

Тар задумчиво вздохнул и вдруг озабоченно сказал:

- Но я здесь вот зачем!

Он протянул руку и раскрыл ладонь. На желтой ладошке лежал маленький цветочек-украшение, его восемь лепестков были сделаны из тонкой золотой проволоки, а в серединке таинственно мерцал темно-красный граненый камушек, покрытый полупрозрачным перламутровым налетом.

- Что это?! - спросили все трое в один голос.

- Это звено из цепочки.

- Из какой цепочки? - тихим голосом немного задыхаясь, спросила Дика. В её глазах бегали отчаянные озорные огоньки, а сердце сжималось в предчувствии тайны.

- В том-то и дело, что я не знаю! - сокрушенно сказал Тар. - Я не знаю, где находится эта цепочка, кому принадлежит и как выглядит: ведь не все звенья должны быть обязательно одинаковыми. Но я должен найти её и починить: пока цепь разорвана, нарушен ход событий, и я со своими собратьями не смогу, когда придет время, вернуться в наш далекий любимый дом. И Тар стал очень печален.

- Не грусти, Таруша, мы поможем тебе! - решительно сказала Дика. - В задачке куча неизвестных, тем интереснеё решать её! Ну что молчите! - упрямо посмотрела она на Сашку и Кира, как будто они были в чем-то виноваты.

Кир взял со всё ещё протянутой ладони цветочек и стал внимательно разглядывать его. Лепестки при ближайшем рассмотрении оказались не овальными, они примыкали один к другому, и их стороны сливались, а верхушки образовывали острый угол со сглаженной вершиной. У камушка было восемь граней по бокам и одна сверху.

- Кажется, похожий цветок я видел в книге "Старинные узоры и орнаменты", - задумчиво сказал Кир. - Но это не точно, я могу ошибаться.

- Это твоя книга? - нетерпеливо перебила Дика.

- Нет. Зимой мы с родителями были приглашены на День рождения одного папиного сослуживца. Из детей, кроме меня, была ещё только его дочка, которая долго и занудно разучивала что-то на фортепьяно: у неё, видите ли, скоро концерт. Мне было ужасно скучно, и я взял с полки первую попавшуюся книгу. Она оказалась довольно интересной. В ней было много картинок: разноцветные узоры и орнаменты, которые древние народы со всего мира использовали для украшения зданий, посуды, одежды и всяких там колечек, сережек, поясков, цепочек...

- Кир, надо срочно раздобыть эту книгу! - воскликнула Дика.

- Это почти невозможно, - вздохнул Кир. - Мне и тогда сделали замечание, что я без спроса взял её посмотреть - она, оказывается, очень редкая и дорогая.

- А ты попроси родителей опять сходить в гости к этим вашим знакомым, ну, скажи, что тебе у них очень понравилось, и что ты просто мечтаешь подружиться с их талантливой дочкой, - с азартом заговорил Сашка. - А там...

- Ну да, полгода не мечтал, а тут вдруг размечтался, - вставил Кир. - Да, к тому же, она старше меня на два года, я для неё - мелочь.

- Ерунда! - сказал Сашка. - Для родителей полгода - как один день, а девчонка эта тебе и вовсе не нужна. Ты, когда к ним придешь, наври, что главное увлечение твоей жизни - это выжигание, резьба по дереву или вышивка крестиком на худой конец, ты без этого просто жить не можешь, и тебе срочно нужны новые узоры. Или скажи, например, что страшно заинтересовался историей этрусков, и тебе необходимо узнать, какие орнаменты они вышивали на праздничных штанах и рубахах.

- Фантазер! - расхохотался Кир. - У этрусков вообще не было ни рубах, ни штанов.

- Ну, что-то же у них было, - не обиделся Сашка.

- А вообще-то ты отчасти прав, у них было что-то вроде рубах - хитоны и туники.

- Вот видишь, и на них наверняка были узоры! - воспрял Сашка.

- Ничего не выйдет, - посерьезнел Кир. - Они уехали. Я вспомнил, как мама папе про них говорила, что вот, мол, могут позволить себе отдыхать на море по целому месяцу, а папа ответил, что это не отдых, а командировка - у них мама археологом работает, а папа ей помогает и посвящает этому свой отпуск.

- Когда они уехали? - спросила Дика.

- Кажется, неделю назад, - ответил Кир.

- Ещё три недели, - вздохнула Дика.

- Через три недели будет поздно: одуванчики станут белыми, а потом облетят, и всё закончится. У меня в запасе не больше десяти дней, - печально сказал молчавший всё это время Тар.

Никто не понял этой загадочной фразы, но все стояли и грустно молчали. Легкий майский ветерок весело трепал подол зеленого в мелкий белый цветочек Дининого платья и развевал полы золотистой накидки Тара. А за забором в кустах самозабвенно трещали воробьи.

- Послушайте, - сказала Дика. - Но сейчас же май, ещё не начались каникулы. Может быть, их дочка осталась дома?

- Да, кстати, - встрепенулся Кир. - У них ещё бабушка есть.

- Так что же ты молчал! - воскликнул Сашка. - Ну всё, говори адрес, пойдемте к ним - скажем, что макулатуру собираем, хотим занять первое место, а, как мы слышали, у них много газет и журналов выписывают.

- Но как же мы посмотрим книгу? - спросила Дика.

- Там что-нибудь придумаем, - махнул рукой Сашка, уже отодвигая сломанную доску в заборе.

- Постой, а как же Тар, - с тревогой сказала Дика. - Ведь он не такой как мы: все будут удивляться, спрашивать.

- Почему не такой? Мальчик как мальчик, только желтый с золотом, - весело усмехнулся Сашка. - Если спросят, скажем, что мы прямо с репетиции школьного спектакля про солнечного мальчика: ты вон какая зелененькая, даже сачок зеленый, наденем на тебя голубую кепку Кира - будешь у нас какой-нибудь незабудкой.

- Ну у тебя и фантазия! - рассмеялась Дика. - Прямо на ходу выдумываешь! Ладно, пошли! Что получится, то получится. Глава 2. Полдень.

Идти оказалось не очень далеко. И это было хорошо. Они и так большую часть пути прошмыгнули огородами и задними дворами, а когда шли по улице, прохожие и бабульки на лавочках удивленно оглядывались на совершенно желтого мальчика, которого быстро тащила за собой девочка в зеленом платье.

Ещё на лестнице они услышали звуки фортепьяно и обрадовано затрезвонили в дверь. Им открыла совсем не старая энергичная женщина в трикотажном спортивном костюме, быстро обвела их взглядом, узнала Кирилла и крикнула в глубину квартиры:

- Сонечка, к тебе пришли!

- Здравствуйте, да мы, собственно, не к Соне, - испуганно сказал Кир. - Мы макулатуру собираем.

- Для первого места, - добавил Сашка.

- Очень хорошо! - обрадовалась моложавая Сонина бабушка. - У нас этого добра даже на Гран-при хватит! Заходите, ребята, с Сонечкой пообщайтесь. Бедный ребенок совсем один, а всё родители виноваты... - грозно сказала она кому-то в пространство и захлопнула дверь.

Они оказались в просторной прихожей с большим зеркалом, в глубине которого скромно жались четверо ребят. Оглядевшись, они с удивлением заметили невысокую худенькую темноволосую девочку, стоявшую в проеме боковой двери.

- Привет! - сказала Соня без всякой заносчивости.

- Привет, Соня! Познакомься с моими друзьями - Дина, Саша, а это - Тар, - представил всех Кир.

- А мою бабушку зовут Евгения Никитична, - сказала Соня, внимательно глядя на Тара.

- Вот и хорошо! Вот и познакомились! - засуетилась Сонина бабушка. - Проходите, ребятки, в комнату, я сейчас чайку поставлю, а потом из кладовой сами макулатуру вытащите: её там о-ох сколько.

И бабушка убежала на кухню, так и не спросив ничего про Тара.

Соня провела ребят в просторную комнату, усадила всех на большой диван, а сама встала у окна, опершись о подоконник. Некоторое время друзья чинно сидели и молча осматривались. Комната была замечательная. Посередине стоял большой старинный овальный стол из темного дерева, покрытого лаком, вокруг которого расположились шесть таких же старинных стульев. На столе красовалась бело-голубая стеклянная ваза с пышным букетом черемухи, окутавшим своим терпким ароматом всю комнату и осыпающимся на темную поверхность стола мелкими белыми цветочками, словно снежинками. Две стены сплошь занимали высокие под потолок книжные шкафы из того же дерева, что и стол. У третьей стены примостились диван с двумя креслами и старинное пианино, а у окна росло в кадке какое-то большое дерево с мелкими светло-зелеными листьями. В комнате было прохладно и немного сумрачно из-за старых тенистых тополей за окном.

- Значит за макулатурой пришли? - вдруг спросила ребят Соня, как им показалось, несколько саркастически.

- Вообще-то, не только за макулатурой, - замялся Кир.

- Понимаешь, - перебил его Сашка. - Мы записались в кружок резьбы по дереву, и нам позарез нужны старинные русские узоры, а Кир говорил, что у тебя есть такая специальная книжка!

- Вы все вчетвером записались? - опять с усмешкой спросила Соня.

- Нет, почему вчетвером, только мы с Киром записались, а Дика с Таром в театральном кружке занимаются, у них вот спектакль скоро - "Солнечный мальчик" называется: они прямо с репетиции пришли, - вдохновенно врал Сашка.

Соня опять пристально посмотрела на Тара.

- Да, у нас есть книга "Традиционные узоры и орнаменты народов мира и их символика", - сказала она, обратившись к Сашке. - Но мама в свое отсутствие не разрешает её трогать, говорит, что это - раритет.

- Но мы же не маленькие, что мы с ней сделаем? - возразил Кир.

- Нет, да и бабушка будет недовольна, - Соня была неумолима.

Ребята переглянулись и пригорюнились.

- Кир, что такое раритет и ещё Гран-при? - шепнул Сашка Кириллу.

Но тот задумчиво молчал.

"Вот Сонька - вредина!" - подумал Сашка, глядя в глаза Дике. "Не так надо", - молча ответила Дика.

Она решительно встала и сказала торжественно:

- Соня, познакомься с Таром!

- Нас уже познакомили, - удивленно ответила Соня.

- А теперь ты по-настоящему познакомься!

И Дика рассказала всё, что произошло утром на одуванчиковом лугу. К удивлению ребят Соня не только поверила всей этой сказке, но по выражению её лица было видно, что она каким-то образом сразу же догадалась о том, что они скрывают какую-то тайну, и как бы говорила: "Ну наконец-то сказали правду, а то врут наивно, как маленькие".

Спустя минуту ребята держали в руках тяжёлую, выполненную в форме альбома книгу в красивом тёмно-зелёном матерчатом переплете, украшенном необычным золотым тиснёным орнаментом. Книга и правда была интересная. Плотные глянцевые страницы пестрели разноцветными иллюстрациями. Здесь были фотографии храмов, посуды, одежды, украшений с нанесёнными на них узорами и орнаментами, а также цветные рисунки и схемы некоторых особенно сложных орнаментов, к каждому из которых приводилось описание их символики, то есть, что же именно означает, по мнению учёных, каждый элемент узора.

Они так увлеклись этой замечательной книгой, что через пару минут совсем забыли о своих поисках. Книгу изучали медленно и с интересом.

- Смотри, Дика, - говорил Сашка, указывая на расшитый бисером женский головной убор XVIII века. - Цветочки как у тебя на платье.

- Ой, а вот эти квадратики на керамическом блюде точно как у Кира на рубашке! - в восторге восклицала Дика.

Даже Соня, редко бравшая в руки эту книгу, стояла рядом и, заразившись их интересом, внимательно вглядывалась через склонённые головы в гладкие чуть пожелтевшие страницы.

- Ребятки, чай готов! - позвала из кухни Сонина бабушка.

От неожиданности они вздрогнули и захлопнули книгу.

- Бабушка, мы скоро придём! - громко крикнула Соня. - Я только поиграю ребятам немного!

- Давайте быстрее ищите, - шепнула Соня, а сама уселась за фортепьяно.

- Кир, мы уже больше, чем полкниги просмотрели, - вполголоса сказала Дика. - Где же ты видел цветочек Тара? Вспомни хоть, на чём он был изображён: на посуде или на одежде, или, может быть, на украшении.

Кир задумчиво листал страницы.

- Вроде бы на украшении... Или нет, кажется, он был вышит, вернее, их много вышито полукругом...

Соня негромко играла что-то переливчатое: то весёлое и звонкое, то нежное и немного грустное. Сашка смотрел в окно на солнце, острыми лучиками пронизывающее молодую листву тополя, а Тар как завороженный - на Сонины руки. Только Дика с Киром сосредоточенно, как над задачкой по математике, продолжали корпеть над книгой.

- Да вот же оно! - наконец воскликнул Кир.

Все вновь с интересом наклонились к нему. На фотографии было изображено золотое ожерелье: восьмилепестковые цветочки шли полукругом, украшенным по внешнему контуру золотыми завитушками.

- Это скифское ожерелье пятого века до нашей эры, - сказал Кир.

- Подождите-ка, - Дика придвинула книгу к себе поближе. - А вам не кажется, что цветочки не совсем такие? Таруша, ну-ка покажи свой цветочек.

Тар достал откуда-то из плаща свой золотой цветок и положил его на страницу рядом с изображением ожерелья.

- Видите, на фотографии лепестки овальные, а не заостренные, и, хоть и примыкают друг к другу, но их стороны не сливаются как у нашего цветочка, - сказала Дика.

- Да, - вздохнул Кир. - И серединки у них круглые, а не восьмигранные. Я же говорил, что могу ошибаться.

- А может быть, это не так важно, - сказал Сашка. - Посмотрите, ведь они и правда похожи, и лепестков у них по восемь - и у того, и у другого.

Все с сомнением опять уставились в книгу.

- Нет, это важно, - неожиданно сказал Тар, и в глубине его золотистых глаз что-то блеснуло, как далекая молния. - Даже очень важно, здесь не должно быть ошибки, здесь должно быть всё точно, иначе мы пойдем по ложному пути и опоздаем!

Его голос звенел взволнованно, как потревоженная струна.

- Ребятки, чай стынет! - опять позвала из кухни Сонина бабушка.

Все испуганно заторопились. И пока Соня, опять усевшись за фортепьяно, играла им второе произведение, Кир быстро пролистал книгу до конца. Попадались орнаменты и украшения с двенадцати-, шести- и даже четырехлепестковыми цветками различной формы, но ничего похожего на цветок Тара они так и не нашли.

Едва Соня успела поставить книгу на место, как в дверях появилась бабушка.

- Ну что же вы! Я опять чайник на плиту подогревать поставила.

- Евгения Никитична, ваша Соня так замечательно играет! - воскликнул Сашка. - Ну просто Леонид Коган в юбке, мы обязательно хотели её дослушать!

- Да, Сонечка у нас молодец: второе место на окружном конкурсе заняла, - улыбнулась бабушка. - Правда, Леонид Коган играл на скрипке!

Оказывается, Сонина бабушка успела испечь вкуснющий кекс, разлила всем в розетки золотистое ароматное со смородиновыми листочками крыжовенное варенье и заварила какой-то особенный чай с травами, собственноручно собранными прошлым летом. Первые десять минут все молча с большим аппетитом ели, даже Тар не отставал, хоть и одуванчик. "Работа мозга требует усиленного питания!" - смеясь, говаривал Динин папа, налегая вместе с Дикой на приготовленный мамой ужин после успешно решённой совместно с дочерью задачи по математике. Сонина бабушка хлопотала вокруг них, то подливая чай, то подкладывая варенье или кусок кекса.

- Соня, а что ты играла такое...прозрачное, как ключевая вода? - вдруг спросил Тар и немного напел своим чистым звонким голосом.

- Сначала Вивальди, а потом Моцарта, - ответила Соня.

И тут все опять замолчали и испуганно воззрились на бабушку, потому что, замерев с чайником в руке, она смотрела на Тара с каким-то странным восторженно-удивленным выражением.

- Вы знаете, молодой человек, что у Вас абсолютный слух и великолепнейший голос?! Вам обязательно надо петь!

- А он и так занимается в театральном кружке - только что с репетиции, - поспешно сказал Сашка.

- А я-то смотрю: одежда какая-то странная и грим, да спросить неловко, - улыбнулась Евгения Никитична.

- И всё же, Таруша, - перешла она на менее официально-торжественный тон по отношению к Тару. - Тебе надо заниматься не в театральном кружке, а в музыкальной школе. Ну-ка, пойдемте в гостиную.

Евгения Никитична играла отрывки из музыкальных произведений и классических, и современных, а Тар повторял их своим удивительным голосом так красиво, чисто и точно, совершенно без ошибок, с таким вдохновенным удовольствием, что Сонина бабушка, в конце концов, закрыла фортепьяно, посидела с минуту в тишине и сказала задумчиво в некотором замешательстве:

- За всю мою жизнь у меня было много учеников, но такого мальчика я вижу впервые! Тебе обязательно надо учиться музыке, обязательно!

- А зачем ему учиться, если он и так всё умеет?! - встрял Сашка.

- А хочешь, Таруша, я с тобой позанимаюсь? - предложила Евгения Никитична, не обращая внимания на Сашкины слова. - Я ведь раньше в музыкальном училище хоровое отделение вела, а когда Сонечка родилась, пришлось всё бросить: Лерочка, Сонечкина мама, часто в командировках - археолог.

- Большое Вам спасибо, Евгения Никитична! - сказал Тар. - Я бы с радостью, но...мне скоро уезжать.

- А когда вернешься?

- Может быть...через год, - неуверенно ответил Тар.

- Как жаль, как жаль, - покачала головой Сонина бабушка. - Куда же ты уезжаешь так надолго, если не секрет?

- Бабушка, им некогда, их в школе ждут, - вдруг сказала Соня.

- Да, мы несколько у вас задержались, а у нас сегодня воскресник по сбору макулатуры! - вставил Сашка.

- Ах, да-да, - засуетилась Евгения Никитична. - Ну, пойдемте в кладовую.

Они прошли через длинный коридор, весь увешанный чёрно-белыми фотографиями бородатых мужчин в клетчатых рубашках - молодых и не очень - и женщин в косынках и штормовках: в большинстве своем они сидели или стояли в обширных прямоугольных ямах. Попались, правда, несколько небольших фотографий с изображениями осколков различной керамики и ещё каких-то непонятных предметов.

Вдоль всего коридора стояли три велосипеда, санки и почему-то пустой прямоугольный аквариум.

- Вот, забирайте всё! - решительно сказала Евгения Никитична, распахнув дверь в кладовую и включив там электричество. - А то всю эту технику ставить некуда, - махнула она рукой вдоль стены.

Ребята испуганно топтались перед дверью: кладовая почти под потолок была забита газетами и журналами.

- А мы всё это не утащим, - опасливо сказал Сашка.

- Утащите, утащите! Несколько раз придете и утащите, - Сониной бабушке видимо не терпелось поскорее сбыть эту гору макулатуры.

- А можно, мы сейчас возьмем, сколько сможем, - предложил Кир.- А завтра после уроков к вам всем классом придем? Завтра как раз понедельник.

- Ну, можно и завтра, - несколько сникла Сонина бабушка. - Но только обязательно приходите! - строго добавила она.

Все четверо набрали макулатуры, кто сколько мог унести, перевязали бечевкой - и это оказалась капля в море: содержимое кладовой как будто и не уменьшилось.

- Неужели вы всё это прочитали? - удивленно спросил Сашка и с пыхтением поднял две связки тяжеленных толстых журналов.

- В основном это Лерочкины журналы - научные: по истории, по археологии, - объясняла Евгения Никитична, закрывая кладовку и направляясь в прихожую. - Она их много лет выписывает, вот и накопилось.

Распрощавшись с Соней и бабушкой и твердо пообещав прийти завтра за оставшейся макулатурой, они вышли на улицу. Майское солнце весело бросилось к ним навстречу, слегка ослепив их после несколько сумрачной Сониной квартиры.

- Что же нам со всем этим делать? - жмурясь от солнца, спросил Сашка. - Школа-то ведь сегодня закрыта.

- Сам придумал по макулатуру, сам и дальше выдумывай! - сердито сказал Кир и поставил тяжелые связки на тротуар.

- Зато книжку посмотрели, - обиделся Сашка.

- Посмотреть-то посмотрели, да ничего не нашли! - с досадой ответил Кир.

- Кирка, перестань ругать Сашку! - вступилась за Сашу Дика. - Он ни в чем не виноват. Давайте-ка вот что: отнесем пока всё это ко мне в сарай возле огорода, он почти пустой, там кроме лейки и двух лопат с граблями ничего нет. Там же спокойно и обсудим, что нам дальше делать, а то тут слишком много любопытных! - сказала Дика, строго посмотрев вслед оглянувшемуся два раза дяденьке. Глава 3. Разгар дня.

В старом сарайчике из потемневших от времени некрашеных досок было довольно просторно: садовые инструменты аккуратно стояли по углам или лежали на полках, на гвоздях висели веревки и велосипедные камеры, а у окошка на пыльном полу слегка подрагивал горячий солнечный прямоугольник.

Четверо друзей расположились на стопках макулатуры, как на табуретках, и принялись обсуждать дальнейший план действий. Предложений было много: обойти все библиотеки и просмотреть все книжки по искусству, посетить все музеи: исторические, археологические, художественные, народного и декоративно-прикладного искусства, написать письмо в историко-археологическое научное общество, обратиться за помощью к известным художникам и искусствоведам; но все понимали, что сделать всё это практически невозможно. Во-первых, для этого потребуется огромное количество времени, а, как опять же загадочно сказал Тар, у них в запасе самое большее две недели, когда отцветут даже самые поздние одуванчики. Во-вторых, станут ли слушать учёные и художники каких-то ребят с каким-то кусочком от цепочки, а в-третьих, как умно выразился Кир, вся эта задача вообще утопическая.

- Кир, ты попроще говори, - взмолился Сашка.

- Ну, сказочная, фантастическая по своей невыполнимости, - объяснил Кир.

Последние слова Кира привели всех в полное уныние: получается, что и браться за это не стоило, и никак Тару не помочь. У всех, что называется, опустились руки, положение казалось безвыходным и никому ничего не приходило в голову. В сарайчике стояла полная тишина, никто не шевелился, а в приоткрытую дверь залетела бабочка-шоколадница и стала метаться по всем углам в поисках потерянного пространства.

И тут Дика неожиданно вскочила, сердито сверкая глазами:

- Сидите?! Да?! Ну и отлично! И сидите! А я буду ловить бабочек!

- Зачем? - удивился Кир.

- Ну, надо же что-то делать!

- Делать надо по существу, обдуманно, - рассудительно сказал Кир.

- Да?! И что надумали? Что выхода никакого нет?! - язвительно возразила Дика. - Безвыходных положений не бывает, так папа говорит! - воскликнула она и, схватив из-под ног свой сачок, который всё это время таскала с собой, бросилась в угол за Сашкиной спиной, где беспомощно трепыхалась бабочка.

В следующий момент пряжка на её босоножке зацепилась за слегка обвисшую бечёвку на Сашкиной стопке макулатуры, Дика рванулась, ремешок на босоножке лопнул, та отлетела в сторону, а Дика полетела на пол, сшибив по дороге большую металлическую лейку. В тот же миг лопнула и бечёвка, стопка под Сашкой разъехалась гармошкой, и он опрокинулся на спину в угол, зацепив ногой лопату и звонко ударившись головой о лейку. Черенок лопаты стукнулся о полку, и оттуда посыпалось что-то на лейку, грохоча по ней как по барабану. Казалось, в сарайчике случился горный обвал, такой стоял грохот! Потом наступила настороженная тишина, и стало слышно, как бьется о стекло окошка несчастная бабочка-шоколадница. А когда, наконец, все опомнились, сарайчик потряс взрыв хохота такой силы, что со всех ближайших кустов испуганно вспорхнули стайки воробьев, спокойно переживших предыдущий грохот.

Хохотали как сумасшедшие, Дика с Сашкой так и не поднявшись, а Кир с Таром повалившись от смеха на пол. Долго не могли успокоиться, валяясь в блаженной расслабленности на теплом деревянном полу и время от времени похохатывая. Потом послышался голос Кира, запоздало окликнувшего: "Все живы?", и друзья начали потихоньку с кряхтением подниматься, отряхиваясь от пыли. Кир с Таром хлопотали возле Дики: спрашивали, не больно ли она ушиблась, помогали перевязать бечёвкой порванную босоножку, выпрямляли погнутое кольцо её сачка, а Сашка в это время, потирая ушибленный затылок, собирал рассыпавшиеся журналы, мельком взглядывая на обложки.

Обложки были скучные, желтоватые, без картинок, только с названием и номером журнала посередине и датой издания внизу.

- Вестник археологии номер пять, Вестник археологии номер шесть, Вестник археологии номер семь, - бормотал он. - Атлас-определитель дикорастущих растений... Что это?

Он держал в руках старую книжку в светло-зеленой потрепанной обложке, на которой были нарисованы различные растения, и среди прочих - Сашка глазам своим не поверил - был изображен цветок Тара, но только живой со стеблем и листочками!

- Посмотрите, что я нашел! - воскликнул Сашка.

Он был так взволнован, что все бросились к нему.

- Атлас-определитель дикорастущих растений, - вслух прочел Кир.

- Вы сюда посмотрите, - нетерпеливо тыкал пальцем Сашка. - Это же цветочек Тара!

- Вроде похож, - с сомнением сказал Кир.

- Да точно он! - горячился Сашка.

- Давайте найдём его в книжке, - предложила Дика.

Они принялись листать страницу за страницей, внимательно разглядывая картинки. Нашёлся их цветок почти в самом конце книжки в семействе сложноцветные.

- Пурпуроцветник, - прочитали они. - Многолетнее травянистое растение со стержневым корнем. Перисто-рассеченные листья собраны в розетку. Соцветия-корзинки одиночные, состоят из восьми краевых цветков и множества срединных. Краевые цветки ложноязычковые, желтые, сросшиеся по краям, не образуют семян. Срединные трубчатые цветки пурпурно-серебристой окраски, слегка наклоненные к центру, образуют характерные грани, дают нормальные плоды семянки. Краевые желтые цветки быстро опадают, трубчатые же по мере цветения приобретают ярко-пурпурную окраску.

- Смотрите, что получается, - взволнованно сказала Дика. - Серединка-то у него пурпурно-серебристая и гранёная, точно как камушек у нашего цветочка, и восемь жёлтых лепестков, сросшихся по краям, а у нас восемь золотых - всё сходится! Ну-ка, читайте дальше!

- Замечателен тем, что, обладая высокой зимостойкостью, при этом всегда зацветает только после того, как минует угроза последних ночных заморозков, то есть является природным календарем. В связи с этим в народе считается священным растением - символом начала лета. Произрастает в широколиственных и смешанных лесах: на опушках, полянах, каменистых склонах оврагов. В настоящее время встречается редко, так как заметное потепление климата вызвало распространение более теплолюбивых растений, вытеснивших пурпуроцветник на склоны глубоких оврагов и балок, что значительно сузило ареал его произрастания.

Рядом с текстом была помещена цветная картинка этого растения со стеблем, листочками и корнем, а ниже располагалась схема его соцветия, и вот она-то, как две капли воды, походила на цветочек Тара! Не было никаких сомнений, что это именно он! Удача улыбнулась им: первое из неизвестных в этой задачке было найдено, и, казалось, дальнейшее её решение не составляет труда!

- Дика, да ты, оказывается, везучая со своей бабочкой! - воскликнул Сашка, панибратски положив руку ей на плечо.

- А, может быть, это ты везучий со своей макулатурой?! - двинув плечом, насмешливо возразила Дика.

- А что вы, собственно говоря, радуетесь? - несколько охладил их пыл Кирилл. - То, что, как мы теперь выяснили, этот цветок действительно существует в природе, так сказать, живьем, ещё ничего не значит. Ясно пока только одно, что цветок Тара это действительно символ - символ начала лета. Но где же нам искать цепочку, в которой он был звеном, может быть, повторяющимся, а, может быть, и единственным в своем роде, вот этого-то как раз мы не знаем.

- Ну, Кир, ты зануда, даже порадоваться не даешь! - возмутился Сашка. - Скажи спасибо, что хоть это нашли для начала. Разве этого мало?! Ты всё время предлагаешь сидеть, сложа руки, а надо действовать! Вот как Дика!

- Я не предлагаю сидеть, сложа руки, я предлагаю думать. Мой папа говорит, что в науке, как и в жизни, парадоксальный путь чаще всего правильный.

- И что это значит? - сосредоточенно нахмурившись в попытке понять Кира, спросила Дика.

- Я думаю, нам надо пойти именно этим путём, то есть путём, на первый взгляд, противоречащим логике.

- Кир, объясни по-человечески, ты всё время так научно выражаешься! - рассердился Сашка. - И учти, мы с Дикой младше тебя на целый год!

- Ладно, мы что хотели найти? - терпеливо начал Кирилл. - Мы хотели найти сразу само украшение: искать его в музеях, книгах и тому подобное. А я предлагаю сначала найти живой цветок.

- И что нам это даст? - спросил Сашка.

- Я и сам не знаю, - пожал плечами Кир. - Я же говорю, что на первый взгляд это нелогично, но ведь от музеев, библиотек и искусствоведов мы отказались, потому что у нас мало времени, значит остаётся только этот путь. Да и сама судьба нам его подсказала!

- А неужели ты, такой рассудительный, веришь в судьбу? - насмешливо спросил Сашка.

- Не знаю, - задумчиво сказал Кир. - Иногда, когда мама рассердится на папу, она ему говорит: "И каким ветром тебя занесло в наши края?!", а папа весело отвечает: "Сама судьба меня сюда направила!". И, судя по мне, это был правильный путь, - театрально-скромно потупился Кир.

- Да?! А, судя по твоему брату? - поддела его Дика.

Кир на это только безнадежно махнул рукой (со своим старшим братом они никак не могли найти способ мирного сосуществования).

- Мне кажется, Кирилл прав, - вдруг подал голос Тар. - Искать нужно живой цветок. Он нам поможет. Я чувствую, что это так!

И в этот момент снаружи что-то сильно громыхнуло. Друзья мигом выскочили из сарайчика. Пока они, ничего не замечая, спорили, вокруг всё изменилось: вместо беспечного яркого майского солнышка стояла хмурая сумрачная полутьма. С южной стороны на них навалилась громадная тяжёлая черная туча, она страшно угрожающе клубилась, а её угольное брюхо время от времени вспарывали резкие яркие ветвистые молнии, и через несколько мгновений доносился сотрясающий землю и её обитателей грохот. Приближалась майская гроза.

- Ура! Сейчас гроза будет! - в восторге закричала Дика. - "Люблю грозу в начале мая!.."

- Не в начале мая, а почти в конце, - возразил Кир. - А чего ты радуешься, мы же до дома добежать не успеем?!

- И хорошо! В сарайчике переждём, - весело ответила Дика. - Зато потом по лужам можно будет пробежаться!

После недолгого гнетущего затишья поднялся ураганный ветер, он сгибал пополам деревья и срывал с них листья и мелкие веточки. Под его напором одежда, неистово трепеща, рвалась с плеч, и перехватывало дыхание. Последний перед дождём порыв был такой силы, что, если бы не спасительный сарайчик за спиной, в который их вжало, словно при перегрузке в космическом корабле, то они наверняка сейчас летели бы кувырком по огородам как перекати-поле.

- Давайте спрячемся! - крикнул Сашка.

Они потянули на себя дверь, казалось, она весила несколько тонн, и, с трудом протиснувшись, снова оказались в сарайчике. Несчастное строение страшно сотрясалось от неистового ветра и жалобно скрипело, но, как могло, защищало их от непогоды.

- Вот было бы здорово, - мечтательно проговорил Сашка, когда они потеснее уселись в кружок, - если бы нас как Элли вместе с сарайчиком подхватило бы и унесло куда-нибудь очень далеко... А потом мы бы долго шли через неведомые волшебные страны в родные края, и у нас на пути было бы много приключений! А когда вернулись, то оказалось бы, что дома тоже здорово, и что у нас теперь много друзей во всей вселенной!

- Почему во вселенной? - совершенно серьезно спросила Дика, как будто речь шла не о фантазиях, а о планах на завтра. - Нас что, занесло бы на другую планету?

- Может быть, на другую планету, в другую галактику, а, может быть, вообще за пределы вселенной, - беспечно ответил Сашка.

- А разве это возможно: за пределы вселенной? - с волнением спросила Дика.

- Если это можно придумать, то почему бы и нет! - задумчиво проговорил Сашка, глядя сквозь Динины глаза куда-то дальше.

- Ты же говоришь, что мы бы долго шли обратно, - саркастически заметил Кирилл. - А разве по вселенной можно ходить пешком?!

- Можно, - вступил в разговор Тар. - Можно летать, а можно ходить, и по небу можно ходить, по облакам, правда, нельзя, но можно ходить сквозь них, как сквозь туман, или над ними.

Тар говорил об этом так просто, как будто он частенько прогуливался по небу, и в этом нет ничего необычного. Всех несколько смутил ответ Тара, они почему-то не решались ни о чем его расспрашивать, надеясь, что всё потом как-нибудь выяснится.

Друзья задумчиво молчали. Даже бабочка, так и не сумевшая вылететь на волю, сложила крылышки и тихо сидела, прижавшись к раме. А за окном стояла стена ливня. В сарайчике стало сыро и прохладно. Все, кроме Тара начали потихоньку подмерзать. Дика зябко обхватила себя руками, заметивший это Тар накинул ей на плечи часть своей длинной накидки. И тут впервые стали выясняться необычные свойства плаща Тара. Во-первых, с виду тонкая и лёгкая ткань оказалась удивительно тёплой, а во-вторых, плащ как будто бы увеличился: он был надет на Тара, и в то же время сидевшая рядом Дика укуталась в него целиком.

- Какой тёплый у тебя плащ, - удивилась она. - А тебе на солнышке в нем не жарко?

- Нет, в жару в нём как раз прохладно, - ответил Тар.

- Укрой, пожалуйста, и мальчиков, - попросила Дика. - А то у них губы уже посинели, и кожа вон на руках гусиная.

Тар накинул вторую половину своего плаща на запротестовавших было Кира и Сашку, но, тут же почувствовав мягкое приятное тепло, они быстро успокоились.

- А если бы здесь весь наш класс сидел, твоего плаща на всех бы хватило? - полюбопытствовал Сашка.

- Не знаю, но думаю, что хватило бы, - сказал Тар. - Он ведь у меня умный.

- Как это - умный? - удивленно спросил Сашка.

- В любой момент знает, что от него требуется, - ответил Тар.

- Он что у тебя живой или волшебный? - усмехнулся Сашка.

- Нет, не волшебный, - возразил Тар. - Я не знаю, как тебе это объяснить. Он улавливает чувства и ощущения: если тебе холодно, он согреет тебя, если тебе слишком тепло, он станет прохладнее, если на него лечь, он будет как раз той мягкости, какая нужна тому, кто на него улегся. А ещё он принимает любую форму и размер, например, из него можно сделать воздушный шар.

- Вот здорово! - воскликнула Дика. - Незаменимая вещь в путешествиях!

- Кстати о путешествиях, - начал Кир. - Мы, кажется, решили идти искать живой цветок, так вот, здесь тоже трудностей не мало. Ведь он, как сказано в книге, встречается теперь редко, да ещё зацветает только после заморозков, а когда они, эти последние заморозки будут, никто не знает: может быть, через неделю, а может, через две - получается, что мы опять же теряем время.

- Про заморозки я могу спросить у мамы, - сказала Дика. - Она у меня любит возиться на огороде, наверно, она примерный прогноз знает. - Ой! - вдруг вспомнила Дика. - Я же грядки полить забыла, мне мама ещё утром велела!

Все невольно взглянули в окно, хотя и так представляли, что там творится, и расхохотались.

- Да на твоих грядках столько воды, что можно теперь рис высаживать! - весело смеясь, сказал Кир. - Правда, рис растет южнее, - добавил он, как всегда стараясь не отступать от науки.

- Кажется, там что-то было сказано про потепление климата, - медленно произнес Сашка, рассеянно глядя на всех, как будто отыскивая какую-то неуловимую мысль.

- Где? - удивленно спросили друзья.

- В атласе про растения.

- Ну и что? Ты хочешь сказать, что заморозков в начале лета теперь не бывает или они бывают раньше? - догадался Кир.

- Об этом-то я как раз и не подумал, - пробормотал Сашка, листая атлас. - Да где ж это он, надо было запомнить страницу, а, вот, нашел: "Многолетнее травянистое растение... так, так... является природным календарем... так, не то... символом начала лета. Произрастает... вот, слушайте: заметное потепление климата вызвало распространение более теплолюбивых растений, вытеснивших пурпуроцветник на склоны глубоких оврагов и балок". Теперь понимаете?! - сиял он.

- Что? - спросили все.

- Что, что, - передразнил их Сашка. - Какие же мне глупые друзья попались! - шутливо вздохнул он, покачав своей тёмной вихрастой головой. - Да то, что надо взять карту нашей местности, найти все овраги и прочесать их! Вот и всё!

- Гениально! - восхитилась Дика (правда, немного театрально).

- Да, в этом есть здравое зерно, - согласился Кирилл. - Осталось только достать такую карту, выяснить про заморозки, дождаться, пока распустится цветок, собраться в поход и отпроситься у родителей. А вот это-то, я боюсь, самое сложное в нашем деле! Не рассказывать же им сказку про Тара! Глава 4. Предвечерье.

Солнце опять светило вовсю, воздух трепетал от струящихся отовсюду испарений, и стоял сильный острый восхитительный запах свежей влажной майской зелени, сырой земли и мокрого асфальта. Они шли босиком, с наслаждением шлёпая по тёплым лужам, только Тар не снял свои золотистые, очень легкие и тонкие на вид сапожки, уверяя, что они абсолютно не промокают. Удивительно было то, что и грязь к ним тоже не приставала.

- Ну и куда же мы идем? - спросил Кирилл.

- А никуда, гуляем просто так, - отозвался Сашка.

- Ко мне идем, - ответила Дика. - Надо посоветоваться с мамой и папой.

- Насчет чего? - насторожился Кир.

- Насчет всего, - спокойно сказала Дика.

- Ты что, им всё расскажешь? - встревожился Сашка.

- А что тут такого?! - задиристо спросила Дика.

- Да ничего такого, но Тар...

- А что - Тар, сам же говорил: мальчик как мальчик, только желтый с золотом!

- Во-первых, они всему этому не поверят, - возразил Кирилл. - Я бы, кстати, тоже не поверил, если бы это не произошло у меня на глазах. А, во-вторых, о нашей тайне узнают все.

- Мои родители - не болтуны, - обиделась Дика. - К тому же, о нашей тайне уже знают Соня и отчасти её бабушка, и узнает ещё куча народу, если мы будем слоняться по улицам!

- Вид, надо признать, у Тара необычный, но люди так озабочены своими делами, что по большей части не обращают на него никакого внимания, - возразил Кир. - А вот твои родители могут тебя никуда не отпустить неизвестно с кем.

- Это Тар неизвестно кто?! - возмутилась Дика и покосилась на Тара - не обиделся ли он. Но Тар, похоже, даже их не слушал, он шёл весь сияющий, блаженно жмурился от солнца и что-то тихо напевал, а лёгкий ветер развевал его длинные золотистые с бронзовым отливом волосы и полы его удивительной плащ-накидки. - Посмотри на него, - понизила голос Дика. - Это я так, в пылу спора, сказала: мальчик как мальчик, он же настоящий Маленький принц или Юный рыцарь - такой простой добрый и, вместе с тем, благородный!

- А мы с Сашкой хитрые, злые и самовлюбленные типы, да?! - рассердился вдруг Кир.

- Ну не сердись, - рассмеялась Дика. - Вы хорошие, вы мои самые преданные друзья! Куда же я без вас! - лукаво взглянула она на Кира и нахлобучила ему на голову сачок. От комичного вида Кира она расхохоталась ещё больше.

Кир слегка покраснел, снял с головы сачок, вздохнул и ничего не сказал. На том спор и кончился. Они подошли к Дининому дому и поднялись на второй этаж.

Динины родители делали ремонт. В квартире были распахнуты все окна, гулял ветер, надувая шторы как паруса, пахло свежей краской и клейстером. Мама и папа вместе держали намазанную клеем полосу обоев и аккуратно прикладывали её к стене.

- Аля, смотри, кто к нам пришел! - увидел их Динин папа.

Вытирая тряпкой руки и поправляя газетную шапочку, он подошел к ним и поздоровался с каждым важно по-мужски за руку.

- Наследник Великого Магистра Ордена бело-голубой звезды, именуемой в земных каталогах Спика, действительный член Общества Благородных Носителей земных форм жизни, земное имя - Тар! - представился, здороваясь, Тар и слегка наклонил голову. - Кстати, это имя придумала для меня Ваша дочь!

Папины глаза заискрились.

- Капитан инженерных войск Великой Армии Победителей, действительный член того же Общества, что и Ваше Высочество, земное имя - Виктор! - представился папа.

Друзья стояли, открыв рты.

- Ты понял, что сказал Тар? - шепнул Сашка Киру.

- Кажется, он со звезды Спика, - шепотом ответил Кир.

Но тут, развязывая на голове косынку, подошла мама.

- Не морочь детям голову, Виктор! - сказала она, услышав его последние слова. - Они с утра бегают голодные. Ну-ка, быстренько все на кухню, я вас борщом накормлю!

- Мама, я не люблю борщ! - взмолилась Дика. - Мы вообще не хотим есть: нас Сонина бабушка чаем напоила с кексом.

- Чай - не еда! - отрезала мама. - Боже мой! - всплеснула она руками. - Да вы босые, а ноги-то какие грязные!

И она, раздав всем тапочки, отправила их мыть ноги и руки.

- Пап, я босоножки порвала, почини, пожалуйста! - уходя, крикнула Дика.

Пока друзья возились с водой, шумели и хохотали, Тар помогал Дининой маме накрывать на стол и рассказывал ей свою историю. Мама охала, вздыхала и время от времени говорила: " Бедный ребёнок!".

Когда все, наконец, появились на кухне, Динина мама и Тар тихонько сидели за накрытым столом, на скатерти лежал цветочек Тара, а мама вполголоса рассказывала:

- Игрушек у нас почти не было, и вот однажды ко дню рождения сшила мне бабушка из разноцветных лоскутов собачку, вместо глаз и носа, конечно, пуговки, но до чего же получился милый пес! Я назвала его Лоскутный Пёсик. Мы очень сдружились. Каждый вечер я укладывала его рядом с собой на подушку и, когда все засыпали, мы подолгу разговаривали тихо-тихо, почти не слышно. Он рассказывал мне свои истории, а я ему свои...

- Мама, почему ты никогда мне об этом ничего не говорила? - удивилась Дика, присаживаясь рядом.

- Динуля, я рассказывала тебе об этом почти каждый день на ночь как сказку, - ответила мама. - Ты была тогда маленькая: три-четыре годика. Я рассказывала тебе истории, услышанные от Лоскутного Пёсика. Но позже, подрастая, ты увлеклась другими интересными историями из книжек, которые я тебе читала, потом научилась читать сама, и так, постепенно, мой Пёсик, наверное, стёрся у тебя из памяти. Ведь в детстве каждый день происходит столько новых важных событий, что годы длятся очень долго.

Дика сидела расстроенная: как! неужели она могла вот так, совсем, абсолютно забыть мамины истории, и, если бы не случай, она бы об этом и не узнала!

Дика порывисто обняла маму:

- Мама! Сегодня же вечером расскажи мне всё-всё о своем Пёсике!***

Борщ со сметаной и чёрный хлеб с чесночком оказались как нельзя кстати. Утро давно пролетело, день приближался к стадии томительного предвечерья, когда солнцу ещё рано садиться, но оно устало уже так яростно светить и застыло в задумчивости и ленивой нерешительности. Шёл шестой час вечера. Все сидели расслабленные и пили чай с мамиными блинчиками, неспешно обсуждая события этого дня. Динина мама с интересом листала атлас дикорастущих растений, который Сашка прихватил с собой. А папа похвалил Сашку за сообразительность, сказав, что прочесать овраги - это неплохая идея, раз уж решили искать живой цветок. Но вот где достать подробную топографическую карту нашей местности? Он - человек военный, и все карты у них секретные, а на туристических и автомобильных картах так подробно рельеф местности со всеми оврагами и высотами не указывается, это только у специалистов надо спрашивать: у геологов, например, или у топографов.

- А у археологов! - спросил Кир.

Ну, если они где-нибудь в этом районе ведут раскопки, то и у археологов, - кивнул папа. - Но что-то я не слышал ни о каких раскопках в округе.

- Да к тому же Сонина мама всё равно уехала, - огорченно вздохнула Дика. - А посоветоваться нам больше не с кем. - И она разочарованно замолчала.

Динин папа внимательно посмотрел на дочку и сказал:

- Вот что, Дика, карта у вас будет - это я беру на себя! А ты, Аля, обеспечь им прогноз погоды на ближайшие дни.

- Что это ты, товарищ капитан, так раскомандовался! - насмешливо сказала Динина мама. - Я тебе не метеорологическое бюро: я и так знаю, что заморозки будут через три дня!

- Откуда такая точность? - удивился папа.

- А у нас есть свой природный календарь!

- Это какой же?

- Мурзя наш! Не знаю как другие коты, а наш ровно за три дня до похолодания начинает много есть, два дня у него такой жор, как будто ему на зиму в спячку впадать, а на третий залезает в свою корзинку и спит весь день, прикрыв лапой нос - вот тогда и жди холодов.

В доказательство сказанного на кухню деловито вбежал поджарый полосатый рыжий кот в белых "гольфах" на лапках и принялся с настойчивым мяуканьем обтираться у маминых ног.

- Вот, пожалуйста, уже пятый раз за день еду требует! Всю рыбу ему отдала, и мясо за завтрашний день сожрал, троглодит этакий!

- А как же летом, летом ведь морозов не бывает? - поинтересовался Сашка.

- Это неважно, у него это от сезона не зависит, - ответила Динина мама. - У меня такое впечатление, что наш хитрый кот использует свои инстинкты только как повод для того, чтобы лишний раз побольше поесть и поспать. Даром, что худющий! А похолодание может быть любым, даже и не очень сильным.

- Так значит, точно не известно, будет ли это похолодание с заморозками или без? - как всегда любивший во всём точность, спросил Кир.

- Да будут заморозки, будут, - "успокоила" его мама. - Они всегда в это время бывают, черемуха ведь цветет!

- А это будут последние заморозки? - не унимался Кир.

- Тут уж как повезет, бывают ещё и в начале июня, - вздохнула мама и пошла будить после дневного сна Дининого младшего братика, сильно разоспавшегося во время грозы.

"Ну вот!" - раздосадовано подумал Кир. - "Посоветовались, называется, ничего конкретного! И при чем туту черемуха?...".

- Так, братцы мои, - потер коленки Динин папа. - Засиделись мы что-то, помогите-ка мне лучше обои доклеить - четыре полоски осталось - и мусор вынести. А с вашей задачкой разберемся - мы с Дикой и не такие щёлкали как орешки! - с ласковой лукавой усмешкой подмигнул он дочери.

Клеить обои оказалось ужасно интересно. Дика с Сашкой окунали щетки в густой вкусно пахнущий клейстер и широкими мазками, как художники-авангардисты, размазывали его по полосе обоев, разложенной на газетах. А папа с Кириллом ровненько и точно по рисунку прикладывали эту полоску к стене, Тару же было доверено тщательно разглаживать чистой щеткой приклеенный кусок, чтобы под ним не оставалось воздушных пузырей. Только они освоили технологию и вошли во вкус, как обои к великой досаде кончились. Все отошли в сторонку и долго любовались новыми наклеенными обоями как будто только что созданным ими самими шедевром. Потом скатали весь мусор в большие рулоны и потащили его на улицу к мусорным бакам. Глава 5. Вечер.

Вечерело. Последние лучи солнца ослепительно горели в окнах оранжевым закатным огнем, который, переливаясь как расплавленный металл от окна к окну, заметно угасал. Удивительный день заканчивался. Стало немного грустно.

- Скоро ночь, - сказал Тар. - Мне пора. Дика, передай, пожалуйста, своим родителям мою искреннюю благодарность за все их заботы!

- Таруша, где же ты будешь ночевать! - озабоченно воскликнула Дика.

- Я поставлю палатку в рощице за одуванчиковым лугом.

- У тебя есть палатка? - удивился Кир.

- У меня есть мой плащ, он принимает любую форму - помните, я говорил вам об этом днем в сарайчике?

- А ты не боишься один в лесу? - поежилась Дика.

- Ну что ты, какой же это лес - маленькая рощица, да к тому же я знаком почти со всеми обитателями одуванчикового луга и его окрестностей: и с растениями, и с животными. А если всё-таки нужно, чтобы тебя не заметили, у моего плаща есть ещё одно свойство: он может стать абсолютно прозрачным вместе с тем, кто или что под ним прячется. Вот смотрите!

Он снял свой плащ, накинул его на стоящую рядом скамейку и тщательно со всех сторон её завернул.

- Сейчас я хочу, чтобы мой плащ вместе с его содержимым стал совсем прозрачным.

Плащ стал потихоньку бледнеть и через минуту исчез вместе со скамейкой.

- Красота! - восхитился Сашка. - Сейчас я усядусь прямо на воздух!

- Осторожно! - только и успел сказать Тар.

Но Сашка быстро подошел к тому месту, где стояла скамейка и с размаху на неё сел, однако оказалось, что сел он не на скамейку, а бухнулся прямо на землю.

Кир с Дикой прыснули.

Сашка ошарашено вскочил и стал растерянно ощупывать воздух вокруг.

- А где же скамейка?! Пусть она невидима, но ощущать-то я её должен!

- Прости, но я не успел тебя предупредить, что скамейка, накрытая плащом, станет прозрачной не только для световых лучей - сквозь неё можно проходить, - озабоченно объяснил Тар. - Ты не сильно ушибся?

- Постой, постой! - широко раскрыл глаза Сашка, как будто сделал сногсшибательное открытие. - Получается, что если накрыть твоим плащом любое препятствие и сделать его невидимым, то можно сквозь него пройти?!

- Получается, что так, - ответил Тар. - Но я не пробовал.

- Вот это да! - опять восхитился Сашка. - А давайте его где-нибудь испытаем! - И он стал оглядываться вокруг в поисках подходящего препятствия.

- Только не здесь, - возразил Кир. - Давайте пойдем к забору за огородами, заодно и Тара проводим.

Тар мысленно сделал плащ видимым, снял его со скамейки, накинул Дике на плечи, так как становилось прохладно, и все отправились на окраину городка к огородам.

Остановившись у забора, выбрали то место, где доски были плотно и крепко прибиты ("для чистоты эксперимента" - как выразился Кир), и Дика перекинула через него плащ. Удивительная ткань по мысли Тара приняла прямоугольную форму, удобную для прохода, а потом медленно исчезла. И они увидели сумеречный луг, на котором все одуванчики, закрыв свои соцветия, уже спали. Друзья осторожно прошли в образовавшееся отверстие.

- Работает, - констатировал Кир.

- Как в фантастическом кино сквозь стену! - воскликнул Сашка.

- Тар, а твой плащ работает только по твоей мысли? - задумчиво спросила Дика.

- Да, он знает, что он мой, и слушает только меня, но я думаю, что...

Тар не договорил. Он сделал свой плащ видимым, стащил его с забора, оторвал от него к общему изумлению большой круглый воротник и протянул его Дике.

- Я дарю тебе этот воротник, он твой, и теперь ты можешь придать ему любую форму.

С этими словами он надел плащ на себя, и тот снова приобрел свой прежний вид.

Дика неуверенно накинула воротник на плечи.

- А как им управлять?

- Очень легко! Можно даже не облекать мысли в слова, достаточно просто захотеть, и он всё исполнит, что в его силах, конечно!

- Сейчас попробую! - взволнованно сказала Дика.

Не прошло и трех секунд, как воротник превратился в длинное белоснежное платье невесты, в открытых частях которого забавно проглядывало Динино зеленое платьице.

- Ой, я совсем не то хотела! - покраснела Дика.

И платье невесты последовательно превратилось в золотистое платье принцессы, затем в длинное, переливающееся перламутром, вечернее платье и, наконец, в модный голубой дождевик с капюшоном. На этом превращения кончились.

- А тебе идет! - сказал Кир с искренним восхищением.

- Спасибо, - ничуть не ломаясь, с достоинством ответила Дика, слегка выставив вперед ногу в зашитой папой босоножке. - Таруша! - спохватилась она. - Это такой необыкновенный удивительный подарок! Я не знаю, как благодарить тебя!

- Что ты? - простодушно удивился Тар. - У нас этими материалами давно уже никто не пользуется - устарели. Зачем возиться с плащом, если в любой момент можно сгенерировать ИЗО - Индивидуальную Защитную Оболочку, а уж у неё свойств побольше, чем у плаща: мало того, что ей не страшны никакие катастрофы, в ней и с помощью неё можно передвигаться в космосе.

- Каким же образом? - спросил Кир.

- А как тебе нравится: хочешь - иди пешком или беги, хочешь - принимай горизонтальное положение и лети с любой скоростью, а можно заснуть и через мгновенье проснуться там, где тебе нужно. Но этим способом редко пользуются, у нас очень популярны неспешные прогулки по различным закоулкам космоса - это называется ИЗОброжение.

- Чем же там дышать, в космосе? - спросила Дика.

- ИЗО работает автономно и создает все те физические параметры, к которым приспособлено существо на своей планете автоматически: силу тяжести, давление, температуру, состав воздуха и многое другое, и всё это по своему желанию можно скорректировать. Хотите, например, подышать морским воздухом - будет морской.

- А если кушать захочется, дороги-то в космосе ого-го?! - поинтересовался Сашка.

- Получать энергию и все необходимые элементы можно и не из еды, но если хотите, стоит только подумать, например, о яблоке, и оно у вас в руках! - ответил Тар.

- А если...хм...? - замялся Сашка.

- Все отходы в Оболочке тут же распадаются на атомы и опять идут в дело, - улыбнулся Тар.

- Фантастика какая-то! - с восторгом произнес Сашка.

- Никакой фантастики, совершенно реальная вещь. А вот для меня фантастика - ваша музыка! Как можно с помощью деревянного ящика и небольшого количества звуков создавать такую совершенную красоту! - восхищенно сказал Тар.

- А разве у вас не сочиняют музыку? - удивилась Дика.

- Нет, у нас это совсем не развито, - огорченно вздохнул он.

- Наверно, она красивая - эта Оболочка! - мечтательно сказала Дика. - Я представляю себе такой большой прозрачный переливающийся шар, как мыльный пузырь...

- А я думаю, что она, скорее всего, напоминает скафандр, - со знанием дела сказал Сашка.

- Вовсе нет, - засмеялся Тар. - Во-первых, обычно ИЗО невидима, если только не пожелаешь, чтобы она светилась изнутри, а во-вторых, она не имеет четких границ, ну... как облако...

- Оболочка-облачко - неплохое название! Давайте так её называть,- предложила Дика.

- Чем же генерируется такая Оболочка? - вернулся к научной стороне вопроса Кир.

- Как бы тебе это объяснить, - задумался Тар. - Ну, вот скажи, чем обеспечивается твоя способность общаться со мной?

- Во-первых, моим голосовым аппаратом, - начал Кир.

- Постой, конечно, это очень важно, но ведь разговаривают друг с другом глухонемые! Или, например, вместо того, чтобы что-то сказать, ты можешь написать.

- Да, - сосредоточенно сказал Кир. - Голосовой аппарат - не самое главное. Наверно, главное - это слова, неважно, произнесены они или написаны, важно то, что они означают. Хотя, всё-таки люди научились сначала говорить, а письменность появилась гораздо позже, - добавил он.

- Всё верно, - сказал Тар. - При общении друг с другом мы используем язык - специальную знаковую систему. Человечество в процессе своего развития научилось облекать мысли, то есть образы, в слова, сначала с помощью звуков, конечно, - так появились языки, и человек учится им с самого рождения. А мы к тому же ещё научились облекать мысли в поля на основе собственных полей, которые есть у каждого, нас тоже учат этому с детства.

Сашка нетерпеливо затеребил Кира за рукав.

- Ты что, не знаешь, что такое поле? - с досадой отмахнулся Кир.

- Ну так, в общем... - виновато отозвался Сашка.

- Тогда жди: в старших классах по физике проходят электромагнитное поле!

Сашка с Дикой переглянулись: "Что это он такой заносчивый, тоже мне, научный гений!" - сердито подумал Сашка. "Не обижайся на него - видимо ему тоже не просто понять то, о чём рассказывает Тар!" - подумала Дика.

- Вот видите, - с улыбкой сказал Тар, заметив их переглядки. - Вы ещё не знаете, что такое поле, но уже научились им пользоваться!

Кир озадаченно смотрел на всех, не понимая, в чем тут дело.

- Кстати, - заметил Тар. - Вам ещё не поздно научиться самим создавать ИЗО, то есть Оболочку-облачко, я могу помочь!

- И мы сами сможем летать в космос?! - взволнованно воскликнул Сашка, не смея поверить в такую возможность.

- Это зависит от ваших способностей, ведь говорить все тоже умеют по-разному. Но, мне кажется, у вас должно получиться, жалко, времени мало - попробуем хотя бы научиться с её помощью просто летать.

- Просто летать! - прошептала Дика, заворожено глядя на восходящий ярко-оранжевый лунный полудиск.

Становилось совсем темно. В сумерках задумчиво гудели, пролетая над ними, тяжелые майские жуки.

- А зачем тебе плащ, если ты умеешь создавать защитное поле? - спросил Кир.

- Родители заставляют его везде брать с собой, - вздохнул Тар. - Особенно мама. Не совсем ещё доверяют моему умению пользоваться ИЗО, мне ведь ещё только сорок три года...

- Сколько?! Как это? - не поняли друзья.

- По-вашему, по-земному, - девять с половиной лет.

- А нам с Дикой уже по десять недавно исполнилось, - сообщил Сашка. - А Киру одиннадцать.

- Но при этом мама всё время проверяет, надел ли я шарф, и чуть ли не до двадцати градусов не разрешает ходить без шапки! - возмущенно вставил Кир, поеживаясь от вечерней прохлады.

Тар опять скинул с себя плащ, разорвал его на три части, одну надел на себя, и она снова приобрела прежний вид плаща, а две другие отдал Киру и Сашке.

- Возьмите, ведь нам скоро в поход, пусть это будет необходимым снаряжением для нашей команды.

Кир и Сашка не стали отказываться от такого подарка, они накинули ткань на себя и тут же оказались в форме сборной по хоккею, даже на коньках, причем Сашка был в форме вратаря.

- Замечательно! - язвительно сказала Дика. - Вот так и пойдем в поход!

- Я даже подумать ничего не успел, - начал оправдываться Кир. - Просто мы с Сашкой всю зиму за наших болели!

- А мне нравится! - хлопнул себя Сашка по огромным щиткам на коленках.

Дика посмотрела на них снисходительно-насмешливо, а потом, размышляя о чем-то, неуверенно обратилась к Тару:

- Таруша, прости, может быть, мы слишком любопытны, но я не совсем понимаю: ты говоришь, что у тебя есть родители, но ещё утром ты был обычным одуванчиком.

- Это я только на Земле одуванчик, а там, - он поднял голову и посмотрел в густеющую синеву неба с начинающими проклевываться звездочками. - Там у меня есть дом и мама с папой... Я бы и дальше оставался одуванчиком, а когда одуванчики побелели и развеяли бы свои семена, я вернулся бы домой, вернее, мы вернулись бы домой, ведь я здесь не один... Но утерянное звено из неведомо какой цепочки не дает нам этого сделать, - печально закончил Тар.

- Почему! - воскликнул Сашка. - Ты же умеешь летать по вселенной в этой своей... Оболочке... в Облачке...

- В том-то и дело, что летать каждый умеет - такой как он есть! А вот чтобы воплотиться в кого-то другого в любом уголке Мировой Книги, надо уметь перемещаться вне пространства и времени по скрытым связям событий и сущностей. У нас проводятся такие эксперименты в различных научно-исследовательских обществах. Я совсем недавно вступил в одно из них: "Общество Благородных Носителей земных форм жизни", и здесь на Земле мое первое воплощение!

Друзья помолчали, каждый по-своему обдумывая и постигая слова Тара.

- А как оказался у тебя этот цветочек? - спросила Дика.

- Когда я был совсем маленьким росточком пролетали мимо две сороки, они ссорились, налету выхватывая друг у друга что-то из клюва, в конце концов, они это выронили прямо надо мной. Оно ярко сверкнуло в воздухе, вскользь ударилось о стенку забора и отскочило как раз под мой листочек. Сороки немного покружились, но так ничего и не обнаружив в густой траве, улетели прочь, продолжая громко ссориться. А я осторожно склонился и стал разглядывать то, что упало. Это был маленький изящный золотой цветочек с темно-красным перламутровым камушком в серединке. Когда я приподнимал свои листочки, и на него падал луч солнца, он ярко сверкал, а камушек глубоко внутри светился таинственным рубиновым огоньком. Он мне очень понравился. Я любовался им целыми днями, размышляя над тем, откуда его могли стащить сороки.

А через два дня пошел дождь. Шурша и постукивая каплями, он рассказал всему нашему лугу, что цветочек, который я бережно хранил, это утерянное звено из цепочки, и что её надо обязательно восстановить до срока, когда одуванчики побелеют и развеют свои семена, иначе мы не сможем вернуться домой. И, уже почти прекратившись, дождь сообщил, что восстановить цепочку поручено тому, кто хранит потерянное звено.

Несколько дней я был в таком отчаянии, что даже рос плохо: ну что я мог сделать, будучи одуванчиком, и почему это поручено именно мне, ведь я здесь не единственный из Благородных Носителей. И тут я догадался, что это, видимо, мой отец - Великий Магистр Ордена бело-голубой звезды, именуемой в земных каталогах Спика, решил устроить мне испытание как принцу и его наследнику! Значит, он уверен в том, что я справлюсь, иначе, если бы я не вернулся, что бы тогда он сказал маме! И я воспрял духом, поверил в себя и быстро пошел в рост, но при этом всё время был начеку: ждал подходящего случая, чтобы начать исполнение порученного мне задания. Я знал, что случай обязательно должен представиться, но не знал - какой именно.

Время шло, но ничего особенного не происходило. И я опять стал сомневаться: вдруг я всё это напридумывал, и нет никакого испытания, а всё произошло по случайному стечению обстоятельств... И ещё неизвестно, сумею ли я разобраться в этих обстоятельствах или нет... Так я и мучился: то верил, то сомневался, то сомневался, то верил...

Но вот несколько дней назад одуванчики зацвели, один за другим они раскрывали свои венчики, а сегодня утром, когда расцвели все одуванчики, на лугу появилась ты, Дина, и я стал тебе отчаянно кивать, понимая, что это и есть тот самый подходящий случай... Ну а дальше вы знаете. Теперь вы понимаете, как я должен быть вам благодарен, за то, что вы помогли мне?! - закончил Тар, искренне и немного тревожно глядя на них своими удивительными золотисто-бронзовыми глазами, чуть искрящимися в свете поднимающейся Луны.

- Да ты что! Перестань! - несколько смутившись, загалдели все. - Мы же ещё ничего не нашли!

- Как темно! Нам же завтра в школу! - спохватилась Дика, оглядевшись вокруг. - Бежим домой!

- Встречаемся завтра на этом месте в три часа дня, - сказал Кир.

- Почему так поздно? - удивился Сашка. - Уроки-то в час заканчиваются.

- Про свою макулатуру забыл?! - возразил Кир. - Мы же Евгении Никитичне обещали завтра после уроков забрать всё оставшееся.

- Ну всё, пока! Спокойной ночи, Таруша! - попрощалась Дика, махнув ладошкой и пролезая сквозь дырку в заборе.

За ней последовали Кир и Сашка, благоразумно превратив хоккейную форму в свои собственные обыкновенные куртки, чтобы не объяснять родителям, что, где, когда и откуда взялось. Глава 6. Ночь.

Перед сном уже в пижаме Дика постояла немного у окна. В дальнем конце двора между липами под фонарём стоял большой стол, за которым сидели дяденьки и резались в домино. Листва лип просвечивалась от света, как бумажные салатовые фонарики, а над остальной тёмной частью двора сияла ровненькая половинка совершенно белой, словно умытой луны. Из форточки тянуло тёплыми ночными майскими запахами, особенно насыщенными после дневной грозы, голосов слышно не было, головы дяденек были склонены над столом, время от времени взлетала чья-нибудь рука, и, казалось, что они над чем-то там колдуют.

"Какой длинный день был сегодня, - думала Дика. - Как будто с сегодняшнего утра, когда я проснулась, решила идти ловить бабочек и знать не знала ни о каком Таре, прошло сто лет! И эти его удивительные не очень понятные рассказы... Интересно, а где эта звезда Спика?!" Она подняла голову и посмотрела в чёрную тёплую глубину: несколько звёздочек, загадочно перемигиваясь, весело и дружелюбно, чуть с хитрецой поглядывали на Дику.

Продолжение следует. *Если кто-то не знает: двое крутят прыгалки, а третий прыгает.**На дно песчаной ямки кладется самый лучший фантик от конфеты или серебряная фольга, на ней красиво располагаются любые ценные с художественной точки зрения предметы: цветочки, бусинки, цветные стеклышки, камушки, травинки и т. д., все это закрывается прозрачным стеклышком и засыпается песком. При демонстрации раскапывается постепенно в виде круглого окошка. ***Советуем почитать книжку "Истории Лоскутного Песика, рассказанные Але перед сном".

____________________________________________________________

© Кузина Ирина Ильинична. Время одуванчиков

Origin: http://samlib.ru/k/kuzina_i_i/ps.shtml

Создан: 05/07/2012, изменен: 03/06/2015, 79k

Глава: Сказки