# 3 дня в Ноябре. Часть 2

Лев Войтевич

3 дня в Ноябре. Коротенькая история о том, что в жизни мужчины может быть много женщин, однако каждая из них так или иначе оставляет отпечаток в его сердце и разуме. Кирилл - обычный парень. Если проблемы; есть загоны и радости жизни. Однако, иногда так бывает, что ворох проблем может накопиться и ударить с такой силой, что выйти из подобной ситуации, без посторонней помощи просто не реально.

Войтевич Лев

3 дня в Ноябре. Часть 2

Origin: http://samlib.ru/l/lew_wojtewich/053dnjawnojabre.shtml

Создан: 27/10/2023, изменен: 27/10/2023, 36k

Рассказ: Проза

3 дня в Ноябре. Коротенькая история о том, что в жизни мужчины может быть много женщин, однако каждая из них так или иначе оставляет отпечаток в его сердце и разуме. Кирилл - обычный парень. Если проблемы; есть загоны и радости жизни. Однако, иногда так бывает, что ворох проблем может накопиться и ударить с такой силой, что выйти из подобной ситуации, без посторонней помощи просто не реально.

============================================================

День 2

- Удивительно... - Думал и еле слышно, почти шёпотом говорил Илья Исаакович, стоя у кона в своём кабинете. - Уже почти конец ноября, но снег почему-то не выпал, и как мне кажется, он и не собирается выпадать. Я конечно не эксперт, но помню с молодости, что в конце ноября снег уже должен лежать, хотя бы тонким слоем. - Потом повернулся к своему бюсту и задал ему вопрос. - А вы что думаете? Дать ему ещё времени? Он только в начале своего пути? Ладно, послушаюсь совета, дадим ему ещё несколько дней. - После этих слов И.И. взглянул на часы, было почти два часа дня, скоро должен был прийти Кирилл.

Голос секретарши объявил о посетителе, И.И. пригласил его войти. Кирилл вошёл, и хотел было пожать руку доктору, но потом взглянул на его лицо и передумал. Они просто поздоровались. И.И. спросил парня об его самочувствии и о том, как спалось. Кирилл дал положительный ответ и И.И. предложил ему лечь на кушетку. Кирилл так и сделал, снял ботинки и удобно устроился на кушетке.

- Так на чём мы остановились в прошлый раз? - Задал вопрос И.И. и вновь поставил карандаш на планшет с бумагой.

- Мы говорили о жизни... - чуть слышно, почти шёпотом ответил парень.

- Что? Я не расслышал.

- Мы остановились на том, что Иветта умерла, и я не мог найти себе места...

- Верно, я вспомнил. Так продолжайте, что стало с вами потом, после того как вы узнали о смерти своего друга?

Кирилл начал свой рассказ.

- Как я уже сказал после этой новости, я был сам не свой. Настроение было паршивое. Мне не хотелось ни с кем разговаривать. На работе я почти ничего не делал, мой начальник это замечал и будто чувствовал, что со мной твориться, поэтому не стал нагружать меня работой и вообще старался не приставать ко мне. Он вообще-то неплохой человек, просто иногда ведёт себя как мразь, но речь не об этом.

После работы я старался сразу идти домой. Я ел, мылся и ложился спать. На разговоры с женой у меня не было сил и настроения, да и не только на разговоры. Она как будто не замечала меня, в те моменты меня это устраивало. Но вот однажды вечером, хотя вернее будет сказать уже почти ночью она начала разговор о том, что мне нужно повышения, и что нужно поговорить с её отцом. Потом речь перешла уже о том, какой я слюнтяй, какой я тряпка и мы плавно перешли в стадию скандала. Она кричала на меня, что я неудачник. Я старался как можно скорее закончить всё это, дойти до кровати, лечь и нырнуть в глубины сна, так чтобы снов не видеть. Но в этот раз она меня конкретно достала. Я уже был почти на пределе, и в один момент у меня появилось желание сорваться на неё, сорваться на неё за то, что она испорченная, избалованная эгоистка. Сорваться за то, что кроме себя она ничего не замечает. Сорваться за то, что она просто есть. Но я так не сделал, я вообще никогда не вступал в конфликты. Гневом отвечать на гнев - это глупо. Я просто надел куртку взял ключи и хлопнул дверью. Она, что-то кричала мне в след, но я не слышал и не хотел слушать, мне было всё равно. В голове было только одно. Моего друга, который меня понимал, больше нет...

Кирилл остановился. И.И. видел, как ему было тяжело всё это рассказывать. Но голосом совершенно спокойным, и даже дружелюбно подбадривающим он просил продолжить.

- Я уже говорил, что в машинах и мотоциклах я полный профан? Так и есть. У меня никогда не было желания водить. И даже когда я ехал не за рулём, я старался сеть сзади. Но в этот день, а вернее ночью, меня ждал очередной сюрприз.

Я сел в машину и уехал. Я ехал без какого-то смысла, без какой-то определённой цели, я просто ехал. Меня не волновало, превышу я или нет. Но я старался не гнать. Я старался успокоить себя. Время доходило уже час ночи, на улице начинался дождь. Предел эмоций уже достигал своего апогея. Я доехал до какого-то поля, остановил машину, выбежал в поле и, упав на колени, стал кричать. Я кричал, стараясь избавиться от всего, что во мне накопилось. Я думал, так мне станет легче переживать потерю близкого человека. И когда я представил перед собой Иветту, я заплакал.

Как думаете, док? Сколько раз в жизни мужчине можно плакать? Я думаю, что в слезах нет ничего позорного, каждый имеет право высвободить свои эмоции. Единственное отличие, мужчина никогда не должен делать это на глазах у других людей. Никто не должен видеть его слёз кроме него самого. Только я вижу свои слёзы, никто другой...

- Продолжайте. - Подбадривал доктор.

- После этого мне стало значительно легче. Я освободился, словно колесо, пробитое гвоздём из которого вышел воздух. Дождь шёл, и даже не думал прекращаться. Я был весь мокрый. И тут в один момент я осознал, что стою один, ночью посреди поля. Мне стало не по себе. Как можно скорее я вернулся в машину, и поехал в сторону дома. В этот раз я уже ехал с определённой целью. И когда ехал я обращал внимание, на то, что происходит вокруг меня. И это было не напрасно. Почти у самого подъезда к городу на обочине я увидел силуэт человека. Сначала я подумал, что это бродяга или кто-то ещё, но подъехав ближе, я увидел женщину. Женщину, а в руках у неё был ребёнок.

Я подъехал, она увидела меня и замахала одной рукой, а второй рукой она держала ребёнка. Я остановился узнать, в чём дело. В тот момент в моей голове не было ни грамма сомнений, что это может быть ловушка, что сейчас я остановлюсь, и из кустов выбегут несколько амбалов убьют меня и заберут машину. Хотя, может быть и были. Но я не замечал их. Когда я подъехал ближе и увидел её, я замечал только одно. Какая же красивая она была. Даже при таком сильном дожде её волосы отливали золотистым оттенком, а глаза были как два хрустальных озера. Но только в её глазах был страх, и это был страх не темноты и леса, это был страх за ребёнка. Я понял, что-то не так. Спросил в чём дело, она ответила, что у её дочки ангина и нужно срочно ехать в город в больницу. Ни секунды, не колеблясь я выскочил из машины и открыл заднюю дверь. Она села. Она продолжала обнимать дочь и говорить ей, что всё будет хорошо. Теперь я ехал не домой, а в больницу, теперь у меня была совершенно другая цель.

Доехали мы быстро, и когда подъехали к больнице дождь закончился. Время доходило два часа ночи. Как только я остановился, женщина выскочила из машины и, не сказав мне ни слова, побежала в приёмную. Я остался один. В голове всё перемешалось. Жена, Иветта и теперь эта женщина. Разум говорил: мне надо домой, высушиться, чтобы не простудиться. Но сердце док, сердце твердило: надо идти в больницу за этой женщиной.

Я поставил машину на стоянку и из багажника взял походное одеяло. В больнице найти её было не трудно. Она сидела в приёмной и ждала врача. Она была мокрая и замёрзшая, но внутри её согревало одно, осознание того, что её ребёнок скоро будет в безопасности. Вышел врач, подошёл к женщине, задал несколько вопросов и приказал санитарам взять девочку и увести её в палату. Женщина осталась одна. Я подошёл спросить всё ли в порядке. Она сказала "да" и только тогда поблагодарила меня. Я сел рядом и предложил ей одеяло. Она улыбнулась мне, и я ощутил теплоту её улыбки. Никто никогда мне так не улыбался. В тот момент я забыл обо всём, для меня ничего не существовало. Были только я и она.

Она вытерла волосы, и мы завели разговор. Она сказала, что её зовут Катя, ей двадцать четыре года, а это крохотное создание, которое сейчас в палате её трёхлетняя дочь Настенька. Дочь заболела, среди ночи ей стало плохо. Врачи не ехали туда, где жила Катя, такси тоже не было, поэтому она укутала девочку и понесла её в больницу сама. Катя жила в загородном посёлке. У него была плохая репутация, поэтому таксисты старались туда особо не ездить, а уж ночью то и вообще не принимали заказы. Когда она рассказывала мне всё это, я удивлялся. Пойти одной, ночью, под ливнем в больницу это был настоящий поступок героя. Поступок, на который способна только мать. Когда она закончила рассказывать свою историю, она немного успокоилась, я тоже был спокоен. Воскресенье растворялось и превращалось в понедельник. Время было почти три утра, а значит, мне через пять часов на работу. Но спать не хотелось. Хотелось только одного, побыть подольше с ней. - На лице Кирилла начали появляться еле заметные нотки улыбки.

И.И. Заметил это, хитро улыбнулся и сказал, - Не хотите ли вы сказать, что вы влюбились с первого взгляда в эту девушку? - затем перевёл взгляд на свой бюст. Потом снова на Кирилла

- Вот тут- то, док, и начинается самое интересное.

- Внимательно слушаю.

- Когда открылись двери, и врач вышел, я спал, и Катя спала, она спала на моём плече. Врач подошёл к нам и разбудил. Катя встала и последовала за ним. Я направился за кофе. Около регистратуры стоял автомат с кофе. Я взял две чашки - себе и Кате. Цены я скажу вам, кусаются. - Кирилл посмотрел на доктора, но И.И. не отреагировал на это. - После этого я вернулся к палате и стал дожидаться Катю. Она вышла и, улыбнувшись, сказала, что всё хорошо, девочке сделали операцию и, если бы не я, если бы не случайно стечение обстоятельств и наша встреча, последствие могла быть ужасными. Я протянул ей чашку. Мы сели и снова начали разговор. Честно говоря, я не особо внимательно слушал её. Я был удивлён её красотой, я будто ощущал её ауру теплоты и добра, этого было достаточно. Двери снова распахнулись, врач вышел и сказал, что девочке надо будет полежать в больнице несколько дней. Катя немного огорчилась и не хотела оставлять дочь, но врач её убедил. После, я предложил довезти её до дома, она отказывалась, но я настоял. Было почти пять утра, когда мы доехали. Она просила остановить, не доезжая до дому. Она вышла и ещё раз поблагодарила меня. Это спасибо я расценил очень сильно. Я спросил, встретимся ли мы ещё, она молчала. Потом повернулась и пошла домой. Я посмотрел ей вслед и тоже поехал домой.

Когда я вошёл в квартиру, было тихо. В гостиной мне в глаза бросились два бокала и открытая, почти допитая, бутылка вина. Я осмотрел весь дом, моей жены не было. Я набрал тёплую ванну лёг в неё и расслабился, закрыл глаза и впал в глубокую дремоту.

Я открыл глаза и глянул на часы. Время было почти одиннадцать часов. Работу я проспал. Мне было всё равно. Я позвонил отцу своей жены и сказал, что болен. Он понимающим голосом ответил, чтобы я поскорее выздоравливал. После этого я плюхнулся на кровать и стал по частям воссоздавать вчерашнюю ночь. Я вспоминал, как мне было плохо, как эмоции переполняли меня и как я дал им волю. Я вспоминал лицо Кати, и... - Кирилл сделал паузу и изменился в лице, и тут эту благодать нарушил звук ключей в двери. Это вернулась жена, она ночевала не дома и выглядела явно не выспавшейся. Возможно, она была у подруг, возможно у любовника. Мне было всё равно, в голове все мысли были заняты только Катей, и тем, как с ней встретиться снова. Обычно жене всё равно, что со мной происходит, но в это утро она решила поиграть, и злобным, повелительным голосом спросила, какого чёрта я сорвался ночью. "Я пытался сброситься с моста и покончить жизнь самоубийством, чтобы труп мой съели рыбы, только чтобы тебя не видеть. Веришь?". Она ответила, что ненавидит меня и ушла спать в другую комнату. А я остался один и обдумывал коварный план, как снова встретиться с Катей.

И.И. Посмотрел на часы, до конца сеанса оставалось ещё четыре минуты.

- Что всё? Конец? - спросил Кирилл.

- Да, почти всё.

- Док, можно я ещё останусь на один сеанс сегодня? Мне нужно выговориться, нет, мне нужно всё рассказать именно сегодня, пока есть возможность.

Фраза "есть возможность" немного смутила И.И. С одной стороны, ему хотелось узнать, что же было дальше, но с другой, он не мог оставить пациента ещё на один сеанс сразу. Ведь после него записаны ещё люди. И.И. посмотрел на свой бюст и сделал такое лицо, будто что-то спрашивает у него.

- Док, любые деньги если продолжим.

И.И. никогда не был жадным, он был скорее немного странным и очень любознательным. Он спросил у секретарши, кто записан после Кирилла. Слова секретарши были как нельзя кстати.

- Илья Исаакович, следующий пациент Олег Робертович только что позвонил и просил передать, что сегодня не придёт, он придёт на следующей неделе. - Таковы были слова Софочки, секретарши многоуважаемого доктора Ильи Исааковича Шварца.

Доктор посмотрел на бюст, улыбнулся и сказал, что Кириллу сегодня везёт и просил продолжить, после этого он просил Софочку принести две чашки кофе. Кирилл обрадовался и продолжил свой рассказ.

- Мой план был простым, я знал, что девочку продержат в больнице как минимум три или даже четыре дня. В эти дни я смогу встретиться с Катей. Встретиться с ней, поговорить, может быть даже пригласить её куда-нибудь. Возможно, звучит глупо. Среди ночи встретить незнакомого человека и влюбиться в него с первого взгляда. Хотя... - Кирилл задумался. - Может это и не любовь, а просто симпатия.

- Вы думаете, что это может быть симпатия? Вы не задумывались, что при встрече с этой девушкой, вы заполнили пустоту. Пустоту и утрату по вашей подруге Иветте? Что если всё это, было для вас самообманом?

- Я не знаю, док...

- Ну и что было после? Вы приехали в больницу?

- Да... Но всё обернулась не так как я хотел, все события пошли совершенно по иному пути. Хотя я мог бы предвидеть такой поворот.

Всё шло по плану, я приехал. Мы встретились. Я начал спрашивать про состояние девочки. Катя говорила, что пока всё в порядке, но девочка очень слаба после операции. Я подбадривал, как мог и даже старался шутить. Хотя выходило неважнецки, но Катя иногда улыбалась. Поскольку у меня был больничный, я мог, не думая ни о чем, проводить время свободно. Поэтому целый день я провёл с Катей и с её дочкой. Девочка и правда была слаба. Всё время спала. Меня она наверно даже и не знала. Не факт, что она запомнила ту ночь, когда я встретил их на дороге. Но, тем не менее, я проводил время с ними.

Ближе к вечеру зашёл врач и объявил об окончании посещения больных. Мы вышли из палаты. Катя достала телефон и стала вызывать такси. Я пришёл пешком, чтобы никто не узнал, где я нахожусь. Когда я смотрел, как Катя разговаривает по телефону, как её губы еле заметно колыхались в воздухе, я набрался смелости и решил спросить её о свидании. Не то что бы мне трудно общаться с девушками, просто как- бы, понимаете, док...- Кирилл замялся, но И.И. понял, что хотел сказать парень и сам закончил фразу.

- Трудно подобрать слова, когда перед тобой стоит человек, который тебе не безразличен.

- Да! Верно. Но всё же я собрался, взял волю в кулак и подобрал нужные слова. В этот момент мне казалось, будто голова кружится. Я чувствовал опьянение. Но это не помешало мне пригласить её в кино. Я знал, что она всё время будет с дочкой и единственное время, когда она свободна это вечер этого дня. Я предложил ей встретиться. Она посмотрела на меня, улыбнулась и ответила отказом.

Мне стало холодно, отказ был как удар в спину. Я думал, что ей не нравлюсь. Я тогда и не задумывался, что на самом деле происходило, но обо всём по порядку. Она сказала, что благодарна мне за помощь, что я хороший человек, но нам больше не нужно было видеться. Она просила ни о чём не расспрашивать её. Я послушался. Ничего не спросил. Просто пожелал выздоровления её дочке и направился домой. Всю дорогу домой я был опустошён. Мне казалось, я вновь нашёл близкого человека, но теперь не просто человека, с которым легко, не просто человека, который бы понимал меня. Я нашёл человека, которого возможно полюбил, или полюбил бы в дальнейшем. Но она отказала мне. Я нашёл человека, который вновь покинул меня.

- Вас это сильно расстроило?

- Очень сильно, док, очень...

- И что же вы сделали? Неужели вы сдались? - И.И. спросил это с таким выражением лица, будто он читал детектив, будто Кирилл рассказывал историю, которая держала интригу до конца. И.И. долго ждал ответа, и дождался его.

- Да, док, я сдался.

- Вы нашли человека, которого возможно полюбили, и не стали бороться за него?

- Да, док.

- Но почему же?

- Я подумал, что она не хочет меня видеть из-за дочери. Я был уверен, что, Катя понимала, что я чувствовал по отношению к ней, и думала, что это не серьёзно. Возможно, она боялась за ребёнка. Но было иначе. Я вернулся домой сам не свой, и бросился на кровать в надежде заснуть. Мне почти сразу удалось уснуть. Я проспал больше чем обычно. А на утро, несмотря на свой больничный, решил пойти на работу. Возможно, я бы отвлёкся от всего этого. Так прошли два дня.

- И что же было дальше? - В голосе И.И. появились нотки недоверия. Будто бы он слушал, но не верил всему, что слышит. Кирилл это заметил, но таким же спокойным тоном продолжал рассказывать.

- На третий день после разговора с Катей, ко мне на работе подошёл Евгений Семёнович. Именно так звали моего начальника и отца моей жены. Кстати, как называют отца жены?

- Тесть. - Подсказал И.И.

- Тесть. Точно. Спасибо, док.

И.И. улыбнулся

- Евгений Семёнович, именно так звали моего тестя. Он спросил всё ли у нас в порядке, всё ли хорошо дома и в наших отношениях с его дочерью. Я говорил, что всё хорошо, просто небольшие ссоры. Именно тогда он посоветовал вас, док. Он явно не верил мне, я это знал. Он знал, что у нас огромный разлад, он знал, какой стервой может быть его дочь. Но он этого не показывал. Он провёл со мной небольшую беседу по поводу того, кто такой настоящий мужчина, и что мужчина в семье главный, а женщина должна его слушать. Я уважал его. Он знал это, поэтому старался обращаться со мной как с сыном. Хоть он иногда и орал на меня, заваливал работой, критиковал и просто бесил, он был хорошим, честным человеком. Когда мы закончили разговор, он сказал, что я могу идти. Я был уже почти у двери, когда он окликнул меня и сказал мне слова, надолго засевшие в моей голове: "Послушай Кирилл. В жизни вторых шансов бывает мало. Я всегда желал тебе добра, и сейчас желаю. Разберись в себе. И запомни, если упустишь то, что тебе дорого, вероятность обрести это снова крайне мала. Запомни это. Теперь ступай работать!". Он говорил, про свою дочь, но для меня его слова дошли иначе. Я должен был добиться Кати. Теперь-то я понимал, когда я сдался, я поступил как трус. А я мужчина. Но правильно ли, искать встречи с девушкой, когда у тебя есть жена? Возможно, каждый решает сам для себя. Я - решил. Я снова пойду в больницу и добьюсь её. Надеюсь, она ещё там. Я спросил разрешения уйти пораньше. Мой тесть отпустил и приказал купить цветов. Я выбежал из здания и направился в сторону остановки. Цветы я покупать не стал.

- Значит, вы всё-таки пошли в больницу?

- Да!

- Так выходит, вы не сдались? Выходит, вы пошли добиваться своего?

- Да!

- Но, что же это было? - С очень хитрым выражением лица спрашивал И.И. - Порыв страсти или возможность вновь обрести близкого человека? - В его голосе был слышен явный подтекст.

- Это... Это был мужской поступок, добиться своего, несмотря на последствия. Глупо, не спорю. Но человек живёт один раз. И как мне сказали, если упустишь шанс, вероятность снова его обрести крайне мала! Именно с такими мыслями я поднялся на этаж, где лежала дочь Кати. Именно с такими мыслями я подошёл к двери. Именно с такими мыслями я решился сделать шаг. И я его сделал.

- И что же случилось?

- Как только я вошёл в палату, я сразу увидел, что Катя собирает вещи. Я спросил, что происходит. Она повернулась ко мне, явно была удивлена увидеть меня снова. Она сказала, что дочь выписывают, и сегодня её последний день в больнице. Док, вы не представляете каково это - знать, что ты не зря рискнул и не упустил свой шанс. Я сказал, что нам нужно поговорить и многое обсудить. Катя сначала не хотела со мной говорить, но я настоял. Мы вышли в коридор. Я начал говорить ей о своих чувствах, о том, что это не может быть просто так, что мы встретились по какой-то причине. Она сначала не хотела меня слушать и собралась уйти, я остановил ей. Я продолжал говорить ей. Её глаза были опущены, но потом я увидел в них слёзы. Я думал, что чем-то обидел её, возможно, своим поведением, своей настырностью и навязчивостью, но потом я узнал истинную причину её слёз.

И.И. посмотрел на часы, до конца сеанса оставалось сорок минут, затем он перевёл взгляд на Кирилла и сделал вид, что внимательно его слушает. Хотя на самом деле, истории его жизни уже стали утомлять доктора.

- Я попытался обнять её, но она отстранилась от меня, после этого я взял её за руку и велел объяснить, почему она плачет, велел объяснить причину её слёз. Ох, я по натуре человек спокойный, и срываюсь крайне редко, но в то мгновение эмоции кипели во мне, я сам был готов заплакать от неизвестности. Но Катя мне всё объяснила, по крайней мере, попыталась объяснить. Она говорила, что тоже испытывает ко мне симпатию, что ей легко со мной, что со мной она чувствует себя защищённой. Она говорила, что отдала бы многое, чтобы чаще быть со мной, но по ряду причин этого не могло случиться. Я думал, что это всё из-за дочери. Другой причины я знать не хотел, а самое главное, что как только в голове рождалась мысль о другой причине, я сразу же старался уничтожить её. Я понимал теперь ещё больше, что Катя именно та девушка, с которой я хочу быть. Катя именно та, которую я люблю. Да, теперь я не боюсь сказать это. Я полюбил её. - Кирилл посмотрел на доктора таким взглядом, будто искал поддержку. Он надеялся, что И.И. скажет ему, что тот поступил правильно, но вместо этого, И.И. с ехидной улыбкой просил продолжать рассказ. - Я понимал, что одних слов будет мало, но всё же правильно подобранные слова, в нужном месте - это уже полдела. Я взял её за руку, подтянул к себе и поцеловал, поцеловал так нежно и одобряюще, как только мог, после этого я сказал, что, если она позволит, я всегда буду заботиться о ней и её дочери. Она заплакала ещё больше.

- Выходит вы изменили жене? Вы поцеловали другую женщину, выходит вы изменили своей законной жене. Или вы не считаете это изменой?

- Док... - Кирилл задумался. - Измена, по моему мнению, это если ты обманываешь доверие человека, которого любишь ты и который любит тебя, а про свои отношения с женой я вам уже рассказывал.

- Так расскажите же мне подробней, возможно там надо искать корень проблем, а не в этих рассказах о разных девушках. - И.И. начинал понемногу злиться, хотя старался скрывать это.

- Я расскажу, расскажу, в своё время, сейчас я хочу продолжить историю Кати. Вы позволите?

- Что же, если вы думаете, что так вам будет лучше, то прошу, я готов выслушать до конца.

- До конца... Да, док, конец уже совсем скоро. Итак, после нашего последнего свидания в больнице, если это можно назвать свиданием прошло несколько дней. Катя просила меня дать ей время подумать. Я был занят, весь в работе. Я старательно делал вид, что всё хорошо и, что ничего не произошло. Но в глубине души я знал, что это начало чего-то нового. Хотя вернее было бы сказать, продолжение моего нового начала. Начало было положено при встрече с Иветтой. Кстати, о ней я продолжал думать, но теперь мне было не так больно думать о ней, как раньше, я даже иногда смеялся, вспоминая весёлые моменты.

Дни текли один за одним. В один прекрасный день Катя позвонила мне и просила о встрече. Голос у неё был спокойный и доброжелательный. Мы договорились встретиться вечером после моей работы в кино. Я так давно там не был, что уже, наверное, и не помнил, как выглядит кинозал. Мы встретились, и между нами состоялся серьёзный разговор.

- О чем же вы говорили?

- Мы долго обсуждали текущее положение, и пришли к единому решению. - Кирилл замолчал и улыбнулся.

- И что же вы решили?

- Мы решили, попробовать быть вместе. По началу, правда, конфетно-букетный период, но мы решили стать парой. Она стала моей девушкой. Она была первой девушкой, которую я по-настоящему любил, и самое главное, я чувствовал, что это взаимно.

- И вы ничего не сказали жене?

- Вы осуждаете это?

- Нет, что вы! Ни в коем случае, я не тот, кто имеет права осуждать. Я тот, кто может подсказать и попытаться помочь. Но что же ваша жена? Неужели она ничего не заподозрила?

- Самое интересное, что после недели наших отношений с Катей, моя жена сообщила мне, что у неё будет командировка или конференция или что-то ещё, и продлится это месяц, может больше. Но самое главное, что целый месяц я буду один. А значит, не придётся скрывать что-то. Конечно же, Катю домой я бы сразу звать не стал. Может быть позже. Главное было не спалиться перед моим начальником, но жена и ему сообщила, что едет куда-то. Так начался мой месяц. Месяц, когда я принадлежал самому себе.

Дни шли, мы стали встречаться с Катей всё чаще и чаще. Иногда она приходила с дочкой. Её дочке я понравился, мне так казалось. Катя не расспрашивала меня о моей работе и моей семье, а я не стал спрашивать о ней. Мне было приятно осознавать, что рядом идёт человек, которого я люблю. А ей, как мне казалось было приятно, что рядом идёт человек, который никогда её не бросит, и не причинит ей вреда. Так, медленными шагами, к нам подкрадывался ноябрь.

Однажды настал день, когда ко мне домой пришёл мой тесть. Я пригласил его войти, и мы начали разговор. Суть беседы заключалась в ответственности. Он подвёл к тому, что, возможно, скоро повысит меня, и я поднимусь немного выше по карьерной лестнице. Во время всего разговора, он так одобрительно смотрел на меня, как на собственного сына. После этого я ещё больше зауважал его. На мгновение мне захотелось всё ему рассказать. Рассказать, что у меня другая женщина, рассказать, что я не люблю его дочь и никогда не любил. Но я боялся. Я боялся, ведь это оскорбит его. После всего того, что он сделал для меня, после всех наставлений и добрых слов, сказанных в моей адрес. Я проводил его. Перед уходом он сказал мне одну фразу, которую я буду помнить всегда. Он сказал: "У тебя одна жизнь, и только ты решаешь, как её испортить". После этого он ушёл. Кстати, док. Именно он посоветовал вас.

- Да? Я смутно припоминаю этого человека. Но не об этом сейчас. Значит, вы не сказали своему тестю и жене, и что же было дальше?

- А дальше, я решился на отчаянный шаг. Понимаете, Катя никогда не говорила где живёт, вернее, я знал где, но конкретный адрес нет. Домой она меня никогда не звала, и вообще велела не приходить. Но тогда, в тот день, после прихода тестя я решился. Я решился приехать к ней, и забрать её с дочкой, забрать и уехать куда-нибудь подальше. После этого я бы развёлся со своей женой, и сделал Кате предложение. Мы стали бы мужем и женой, и у нас была бы дочь, хотя возможно были бы и ещё дети. Я бы объяснил всё тестю, он бы вошёл в моё положение и не уволил бы. Дом, машину, всё я оставил жене. Мне этого ничего не нужно было. Мне нужен был только человек, которого я люблю.

- И вы поехали?

- Да, и решил сам сесть за руль. Я проезжал ту трассу, на которой мы познакомились, проезжал то поле, на котором стоял и рыдал, я подъезжал к месту, где она живёт. Это было что-то типа дачного посёлка. Я не стал звонить Кате, я надеялся, что это будет сюрприз для неё. Теперь оставалось только найти её дом. Смекалка подсказала мне, что нужно поспрашивать у местных жителей. Какие-то бабки на лавках подсказали, где она живёт. Когда я уходил, они странно посмотрели на меня. Небо заволакивали тучи, начинался ветер. Но теперь я знал, где она живёт. Довольно быстро я нашёл этот дом. Около дома стояла машина, старый уазик, весь потрёпанный. В голове начали рождаться сомнительные мысли. Я подошёл и позвонил в дверь. Тишина. Я снова позвонил в дверь. Через какое-то время вышла Катя. Глаза у неё были красные, было видно, что она недавно плакала. Я спросил, в чём дело. Ветер поднимался всё сильнее. Когда она увидела меня, то не поверила своим глазам, потом расплакалась и стала ругать, зачем я к ней приехал, ведь она велела не приезжать никогда. Она плакала, плакала и что-то говорила. Я сначала не разобрал, что именно. Я обнял её, сказал, что всё будет хорошо. Она прижалась ко мне, и сказала, что уже хорошо, ничего не будет. Потом она увела меня за забор подальше от двери и начала что-то объяснять мне. Где-то за лесом ударил гром. Глаза ослепила вспышка молнии, ветер трепал её волосы. На мои плечи падали первые капли дождя. Начинался дождь. Дождь, который смоет все иллюзии в моей голове о счастливом будущем... - Кирилл остановился. По его лицу были видно, что ему трудно продолжать. Его дыхание становилось медленнее с каждым вздохом. И.И. поначалу решил, что Кирилл сейчас заплачет.

- Если вам так тяжело, то может быть не стоит продолжать? Может, мы прекратим на сегодня? - И.И. сделал попытку завершить сеанс. - Хотя, меня очень интересует, что же всё-таки было дальше. О чём вам сказала Катя?

- Это было очень нелегко слушать, меня словно раздирали изнутри. Поначалу я не верил в то, что она говорит. Но суровый бич реальности вернул меня на место. И я понял, что то, что я вообразил в своей голове и какое будущее нарисовал для себя, бывает только в сказах или в дешёвых сериалах, сделанных на коленке...

- Так что же вам такое сказала Катя? - Интерес И.И. возрастал, хотя в его голове зарождалось семя сомнения ко всему рассказу Кирилла.

- Она объяснила мне причину, по которой плачет. Причину, по которой я не должен был никогда приезжать к ней. Причину, по которой у неё есть дочка и она живёт одна. Док, Катя была замужем... Она сказала мне, что её муж бросил их с ребёнком и уехал в поисках денег и славы. Она рассказала мне, что в их отношениях было много трудностей. Она рассказала мне, что его она никогда не любила, а меня... Меня любила по-настоящему. Она говорила, что готова была жить со мной, чтобы мы были втроём, но её муж, вернувшийся внезапно, всё испортил. Он всё изменил, изменил две судьбы лишь одной фразой: "Завтра мы уезжаем, и это не обсуждается". После всего этого, она расплакалась ещё сильнее, и я поцеловал её.

Она просила меня уезжать, просила меня забыть о ней, она не хотела неприятностей мне и своей дочери. Я сначала не соглашался, я твердил, что поговорю с её мужем, что мы придём к общему решению. Но Катя стояла на своём. Плакала и стояла на своём. Я опустил глаза. Мне было очень больно. Я понимал, что мечты о счастливом будущем ускользают от меня, словно песок сквозь пальцы. Она убедила меня оставить её. Я понимал, что она боится. Я понимал, что дождь смывает всё. Смывает воспоминания и чувства, которые были между нами. Я понял, что сейчас момент сделать по-настоящему серьёзный выбор. В голове промелькнули тысячи вариантов решения, но я выбрал только один. Я согласился оставить её, согласился никогда не напоминать ей о моём существовании, я не согласился и не смирился только с одним. С тем, что буду помнить её всегда... Я последний раз поцеловал её, последний раз обнял и последний раз посмотрел ей в глаза. Огонёк надежды в её глазах угасал....

Следующее что я помню, как сквозь дождь мчал домой, старайся избавиться от всего этого. От всего, что давило на мои плечи. Я осознавал только одно, из моей жизни вычеркнули ещё одного человека. Человека, которого я любил по-настоящему. Я точно знал, что такого со мной больше не случится никогда. Я знал, что пора покинуть свой мир фантазий и вернуться к реальности. Вернуться туда, где меня всё тяготит. И пока я ехал, я принял одно важное решение, ещё важнее, чем то, что брать в баре. Пиво или что-то покрепче... - Кирилл закрыл глаза.

- И, что же вы решили?

Кирилл долго тянул с ответом. Складывалось ощущение, что он будто бы не хочет говорить. Будто бы он оттягивает момент с ответом. Но собравшись, наконец, ответил доктору:

- Простите меня, док, но я больше не хочу об этом говорить. Вы правы, надо было остановиться. Хоть я и выговорился, но мне стало ещё тяжелее.

- Что же. Я не настаиваю, продолжим на следующем сеансе. Но позвольте мне выразить свою точку зрения. Вы сказали, что обрели друга, и потом лишились его, но обрели больше, обрели любовь. Потом вы лишились любви, возможно в следующий раз вы обретёте намного больше, чем имели тогда и больше, чем имеете сейчас. - И.И. говорил, и делал пометки в своём планшете. - Знаете, Кирилл, терять близких людей всегда большая трагедия и всегда большая утрата. А самое печальное то, что на месте этой утраты может образоваться пустота, и эта пустота будет расти всё больше и больше, если вовремя не заполнить её. Но мы испытываем чувство потери не только к друзьям или родственникам... Скажем, враги или соперники. Когда я учился в университете, у меня был приятель - Игорь. Мы сразу невзлюбили друг друга. Мы постоянно задирали друг друга, стараясь доказать кто из нас лучше и умнее. Правда, учились мы на разных курсах, но на одинаковых специальностях. Я психолог, и он психолог. Смешно. - И.И. улыбнулся. - И вот после окончания обучения, мы сделали себе карьеру, я начал работать здесь, а он стал преподавать в университете. Хоть и подружились настолько, насколько это возможно, мы не переставали подшучивать друг над другом. И ирония заключается в том, что когда его не стало, мне почему-то было очень грустно. Я стал чаще думать о нём. Поэтому я понимаю вас, каково это - терять близких людей, таких, которых ни у кого нет.

- А что с ним стало? - спросил Кирилл.

- На старость лет начал нести какой-то бред про конец света, и про то, что мы все давно умерли и не живём. Потом он сбросился с моста. Странный был тип, но замечательный собеседник.

- Да...- задумался Кирилл. - Бывает же такое. Док, у нас осталось ещё немного времени, но я, пожалуй, пойду. Я хочу побыть один, хочу подумать.

- Так вы не рассказали, к какому выводу вы пришли, когда ехали домой.

- В следующий раз док, в следующий раз. - Он встал, обулся и направился к выходу, потом обернулся и спросил. - Когда можно будет прийти?

И.И. посмотрел на своё расписание, потом обратился за помощью к Софочке.

- Приходите 29 ноября, конец месяца. Думаю, день будет свободный, но запишитесь на всякий случай.

Они попрощались, и доктор остался один. И.И. задумчиво почесал свою бородку и попросил Софочку принести бумаги для заполнения. Он сел в кресло, и, всматриваясь в пасмурное небо, стал заполнять анкету. Имя, возраст, и прочее. Самое трудное было составить диагноз. И.И. до сих пор не мог понять, в чём проблема Кирилла. В голове была одна мыслишка, но она слишком дерзкая, чтобы быть диагнозом. Хотя, в этом мире всякое может быть. Он отложил бумаги на стол и подошёл к своему любимому бюсту. Он долго всматривался в него, потом сделал вывод:

- И зачем же у Вас Илья Исаакович такой большой здесь нос? Разве в действительности всё именно так? Сомневаюсь, голубчик. - Потом он обратил внимание на маленькую трещину в волосах на бюсте, трещина была идентична седому волосу на голове доктора. - Как Вы всё-таки думаете, пациент рассказывает правду? Или у него недостаток внимания, ведь проблему со своей женой он описывал весьма поверхностно, почти ничего не сказав о ней. Хотя, выслушаю его на следующей неделе, мне даже стало интересно, что он расскажет в следующий раз. - Затем он ещё раз осмотрел бюст и подытожил. - Никогда не замечал, что у Вас такой большой нос, сколько вы стоите у меня в кабинете, это первый раз, когда я заметил. - И тут же ответил сам себе. - Да, Игорь Борисович слегка ошибся, делая его. Но его простить можно, лучшими друзьями, вы никогда не были.