# О Руби Р. и Силе Земли

О. Мафин

Мафин О.О Руби Р. и Силе ЗемлиOrigin: http://samlib.ru/m/mafin_o/ssss.shtmlСоздан: 16/03/2004, изменен: 02/10/2014, 27kРассказ: ФэнтезиSeries: @Mobi-2============================================================        Шон О'Брайн знал о себе все, но это ничего не меняло. Быть может осознание собственной исключительности, теперь терзало его. Будучи глубоким философом О'Брайн пытался найти ответ на каждый свой вопрос. Ему хотелось узнать, чем живут люди, к тому же мрачные пейзажи печальной Ирландии, где ему суждено было возродиться уж в третий раз, очень располагали к размышлениям. Шон знал, что эта страна как нельзя лучше отображает его сущность. У каждого должна быть родина, подумал он и решил, что это самое подходящее место для него. Каждый раз его звали - Шон О'Брайн. Древнейший род О'Брайнов хранил эту тайну, передавая её из поколения в поколение. Одного из сыновей обязательно называли Шоном, его готовили и обучали, в любой момент он должен был быть готов впустить в себя всю Силу Земли.

Шон и не предполагал, что избранным будет именно он. Вот уж несколько столетий о "возрождении" никто ничего не говорил, не было даже никаких знамений.

Все произошло как-то внезапно, Шону показалось будто, что-то стучится внутри него, словно просит отворить дверь, словно ему чего-то не хватает, такое странное ощущение томления. Шон пытался побороть эти неясные чувства, но это было сильнее его. Он думал, что ему просто одиноко и тоскливо или что-нибудь еще в этом роде.

В ту ночь, когда его прадед Шон Дэвид О'Брайн скончался, юный Шон постиг глубину Знания, то что они называли Силой Земли. С этого момента он, Шон О'Брайн, с одной стороны был человеком, ничего в нем не изменилось, а с другой стороны.... Выглядел он так же как и прежде - копна русых волос, большие выразительные глаза, улыбка смущенного школьника, все до самой маленькой родинки на его теле было таким же как и раньше. Вся его сущность осталась в нем самом нетронутой, но появилось и столько нового!

Шон О'Брайн понял, что он жил всегда, даже тогда, когда еще не существовало слова Земля. Он не был творцом, но проникал везде. Шон помнил о каждом камушке лежащем на дне глубокого ущелья, знал мельчайшую песчинку бескрайних пустынь, он чувствовал прикосновение всех корней деревьев и трав, он был у подножья и одновременно на вершине любой горы. В нем воплотилась вся геологическая история, каждый пласт занимал в его сердце свое место.

В течение семи дней Шон О'Брайн не выходил из своей комнаты, он настолько погрузился в себя, практически не чувствуя потребности в еде, что очень беспокоило его окружающих. На восьмой день, под вечер Шон соизволил покинуть свою "келью".

"Дорогой, на тебе лица нет, - его мать, Дороти О'Брайн, была как и все О'Брайны посвящена в тайну, но даже и не подозревала, что это могло коснуться ее сына, - Неужели ты все еще так переживаешь из-за Руби? Целую неделю провести в своей комнате! Так можно вогнать себя в могилу. Забудь ты ее!"

На самом деле сделать это было очень сложно, даже новому, могущественному Шону. К тому же сейчас, когда все его чувства обострились, а мысли о Руби, среди прочих, не выходили из головы. Казалось бы, что ему теперь до юной, провинциальной девчонки. Она - это какое-то мгновение в бушующем потоке времени, маленькая звездочка среди бескрайних просторов вселенной, так почему же ему, великому не было покоя?!

____________

Руби Р. была дочкой местного фермера, имеющего пятерых детей и небольшой доход со своих полей. Ее сестра близнец, Лайза была точной копией Руби, даже старшие братья иногда путали их. Сестер забавляло подобное сходство, но порой оно могло перерасти в проблему.

Шон познакомился с Руби прошлым летом на ежегодной ярмарке устраиваемой в честь Святого Патрика. Она была похожа на Золушку попавшую на бал, но забывшую сменить платье. Глаза ее сияли, казалось, она впервые очутилась на подобном представлении. На вид ей было лет девятнадцать, но на самом деле могло быть и больше, ее маленький рост вводил в заблуждение. Шон не умел знакомиться с девушками, он знал, что может нравиться, но очень редко пользовался этим. В его жизни пока не было того, кто мог по настоящему заинтересовать. Тогда же, на ярмарке, О'Брайн почувствовал необходимость подойти к этой девушке. Минут пятнадцать он стоял в нерешительности, гадая, что же она может ответить на его предложение угостить ее чем-нибудь, будь-то мороженое или пиво.

Шон слишком увлекся своими размышлениями, как вдруг понял, что потерял девушку из вида. Он оглядел всех, кто столпился посмотреть "Народные танцы в исполнении девочек восьмилеток", но ее среди них уже не было. Миновав торговые ряды, О'Брайн направился к центральной площадке, где выступала какая-то модная группа, концерт которой начался всего минут пятнадцать назад. Народу там было очень много, и разглядеть маленькую Золушку становилось практически не возможно.

"Как жаль, - подумал Шон, - стоит только увидеть понравившееся лицо, как оно вдруг исчезает. Все идет как-то не так. Мне уже двадцать шесть лет, а у меня даже нет постоянной подружки. Так мне, дураку, и надо, будь я порешительней, вся моя жизнь сложилась бы по-другому. Крис младше меня на три года, а у него уже двое детей и жизнь его наполнена хоть каким-то смыслом. Я же жду наступления того дня, когда, наконец, проснувшись рано утром пойму, что настал и мой час.... Подобные ожидания длятся изо дня в день, из года в год, а время все идет и чем дальше, тем меньше остается надежды на чудо".

Шон совсем затосковал. Люди кругом веселились, а он почему-то не мог. Все эти рассуждения о смысле жизни вывели его из равновесия. О'Брайн жалел, что не пришел сюда с кем-нибудь из друзей или со своей сестрой, на худой конец. Во всяком случае со стороны не так бы бросалось в глаза, что он блуждает здесь один, словно затерявшись в лесу.

Когда Шон О'Брайн снова увидел Руби, то почему-то обрадовался ей словно старой знакомой. Она сидела за столиком передвижного кафе и пила пиво из пластикового стакана. Шону показалось, что она уже не такая счастливая, как прежде, но это отнюдь не делало ее менее привлекательной.

"Привет!" - Шон, уже больше не раздумывая, подошел к столику.

"Привет, - мило отозвалась она, но тут же выражение ее лица стало серьезнее, - А разве мы знакомы?"

Шон растерялся. Конечно, в его представлении нормальная девушка так и должна была себя повести, и если она собиралась отшить его, то была по-своему права.

"Нет, пока еще нет, - начал оправдываться Шон, - Но я ищу тебя по всей ярмарке вот уже часа полтора, поэтому мне показалось, будто я уже знаю тебя".

"Как это ты меня ищешь? Зачем?" Руби подняла свои миленькие бровки.

Шон столько раз видел, как Крис запросто умел завязать разговор с незнакомыми людьми, но у него это абсолютно не получалось.

"Я подумал, что мы просто могли бы посидеть где-нибудь вместе и поболтать. Понимаешь, я пришел сюда один и почему-то чувствую себя паршиво, хотя наверное должен веселиться. Вот увидел тебя, и мне очень захотелось подойти. А что в этом плохого?"

"Ясно, - Руби взглянула на него подозрительно, - Я вижу ты легко находишь подход к девушкам".

"Кто, я?" - Шон был шокирован подобным заявлением. Он даже не нашелся, что и сказать в ответ.

Руби расхохоталась: "Ладно, шучу. Присаживайся, если хочешь. На самом деле, я тоже жалею, что пришла одна. Тут так здорово, но вот пообщаться не с кем. Меня зовут Руби, а ты наверное Шон О'Брайн?"

"Откуда ты знаешь?" - удивился Шон.

Она внимательно посмотрела на него и ответила: "Ты просто очень смахиваешь на одного знакомого моего брата. Его зовут Крис, и он говорил, что у него есть старший брат, а еще, что гораздо проще, я и моя сестра учились в одном классе с твоей. Вот и все! Так, что видишь, оказывается я знаю тебя лучше, чем ты меня".

Вот так они и познакомились. Шон был рад тому, что он все-таки решился подойти к ней. Чем дальше, тем больше Руби нравилась ему. С ней было легко общаться, такая хорошенькая и веселая, казалось, они и в самом деле знают друг друга очень давно. Потом Шон проводил Руби до дома, и они условились встретиться через три дня.

Все эти дни Шон пытался узнать о ней хоть что-нибудь от брата и сестры, но из этого мало, что вышло. Крис заявил, что действительно не плохо знает Питера, брата Руби. Ее же саму видел всего пару раз, и то до сих пор не очень-то уверен, была ли это она или ее сестра. Единственное, что понял Шон из рассказа Криса, это то, что Питер отличный парень, на что, собственно ему было плевать.

Когда же он спросил сестру Келли, о том, что она знает о Руби Р., то та почему-то долго смеялась. Шон так и не понял, что было забавного в его вопросе. Келли сказала лишь: "Если тебя интересует то, как она училась, то спроси об этом лучше у нее самой. Но, если хочешь знать мое мнение, то она мне всегда больше нравилась, чем ее сестренка".

_____________

Шон О'Брайн, обретший Силу Земли, вышел из дома ранним утром, с небольшим рюкзаком за плечами и смятением в душе. Ему необходимо было попасть на железнодорожную станцию к 12 часам дня. Шон решил не брать машину, потому, как не знал, вернется ли он обратно или нет. К тому же ему необходимо было подумать. Теперь, обладая великой силой и могуществом, О' Брайн мог изменить многое в своей прежней жизни, но стоила ли она того? Он понял, что изучение человеческих отношений, дело весьма не благодарное.

Какая глупость, отчего Сила Земли не посетила его раньше, тогда, когда Шон жил беззаботно и маялся от однообразия жизни? История с Руби вывернула его чувства наизнанку и заставила совершенно по-другому взглянуть на мир. Ему, "обновленному" Шону, так же как и прежнему было все это вновь. Теперь же покидать эти места было сложно, однако что-то непреодолимое гнало его прочь, в далекие края, туда, где он сможет, наконец, стать самим собой и избавиться от глупых человеческих страданий.

__________

Спустя три дня, Шон заехал к Руби с букетом цветов из собственного цветника. Он сам собирал их, думая о том, что этот букет должен непременно понравиться ей.

Руби сразу же выскочила к нему на встречу, запрыгнула в машину и поцеловав Шона в щеку торопливо зашептала: "Поехали скорей, пока моя сестра нас не заметила. Она почему-то терпеть не может моих поклонников".

Шон удивился, но долго уговаривать себя не заставил. Цветы Руби понравились. Она их нюхала всю дорогу и говорила, что подобный знак внимания ее очень тронул.

О'Брайн собирался отвезти девушку в ресторан, поговорить, узнать друг о друге побольше, но Руби выразила желание потанцевать где-нибудь, и Шон не мог отказать ей.

"Я совершенно не хочу есть, - глаза Руби горели, как тогда на ярмарке, - а вот танцевать я хочу всегда. Во мне столько энергии!"

"Еще бы, - подумал Шон, - Ей же всего двадцать лет. Было бы кощунством тащить ее в какое-нибудь чопорное место и утомлять долгими беседами".

Руби сама выбрала дискотеку. Шону же было все равно, ему просто нравилось видеть ее сияющее лицо и довольную улыбку.

"А ты умеешь танцевать?" - задорно спросила она, в то время, когда они протискивались к стойке бара.

"Мне кажется, - усмехнулся Шон, - ты должна была выяснить это еще до того, как затащила меня сюда".

"Ну вот! - Руби выпятила нижнюю губу - Если тебе здесь не нравится, то мы можем уйти. Не хочу, чтобы ты обвинил меня потом в том, что ужасно провел время".

" Да нет, все в порядке".

Шон и впрямь давно не посещал подобные заведения, а когда и был, то только после посиделок в каком-нибудь баре. Поэтому ему было сложно представить себя, отплясывающим минут через пять так, словно он делал это всегда.

Они взгромоздились на высокие стулья возле стойки и Шон заказал себе и Руби пива.

"Чем ты занимаешься?" - поинтересовалась она, внимательно разглядывая Шона.

"Что за вопрос? Я думал ты знаешь обо мне все". Подобное высказывание почему-то смутило девушку, она покраснела, но ответила достойно: "Никогда ничего подобного не говорила! Я сказала лишь, что знаю о тебе больше, чем ты обо мне. Вот и все".

"Слава богу, - Шон не переставал улыбаться. Ему понравилось, как она вспыхнула, это выглядело забавно. Нет, не смешно, а очень даже мило. - Теперь у меня все-таки появился шанс говорить о себе весь вечер".

"Ты не хочешь отвечать? Ну и не надо. На самом деле для меня это не имеет абсолютно никакого значения, просто было немного любопытно...".

После этой фразы Шону стало как-то неловко, словно он хотел что-то скрыть.

"Я работаю в строительной компании". "Да? - оживилась Руби, вы строите дома?"

"Нет, не строим, а проектируем. Да это и не простые дома, а домики для животных". Девушка изобразила удивление. " Это что же, скворечники, да клетки?"

" Вовсе нет, мы проектируем конюшни, курятники, овчарни и прочее".

" Забавно, а, что готовых проектов не существует?"

" Да сколько угодно, но многие фермеры хотят иметь персональную планировку, в соответствии с размерами их земель и возможностями".

"Интересно, никогда не думала, что этим кто-то занимается".

Шон уж было собирался поговорить о самой Руби, ведь он практически ничего не знал о ней, кроме обрывочных сведений собранных у своей родни, но не успел. К ним подскочила рыжая девица с серьгой в носу и минимальным количеством одежды.

" Привет! Ты Руби или ....". "Я, Руби, - прервала ее та, - Как дела?" " А где Лайза? - рыжая сама продолжала задавать вопросы, - Вы теперь не вместе?"

Лицо Руби сразу же посерьезнело, глаза перестали светиться, а брови сошлись к переносице.

"Нет, почему, мы ходим иногда куда-нибудь, но с тех пор, как стали взрослее, это происходит все реже и реже".

" Как жаль, - девица покачала головой, - Раньше вас было не оторвать друг от друга".

"То было раньше, а теперь мы разные". Руби не знала, как прекратить этот разговор. Во всяком случае, так показалось Шону.

"Пойдем потанцуем?" - вдруг выпалил он.

"Извини, Люси, - обрадовалась Руби, - это моя любимая песня". И они углубились в толпу танцующих.

"Спасибо тебе, - сказала девушка, когда они удалились на достаточное расстояние от ее подружки. Так, старая знакомая, уж очень любопытная особа. Ненавижу людей, которые суют нос не в свои дела".

После этого высказывания, Шон решил попридержать свои вопросы, хотя ему многое и хотелось узнать. Особенно ему было любопытно, почему она так разозлилась на невинную болтовню рыжей девчонки.

В остальном, вечер выдался чудесный. До часу ночи они танцевали, пили пиво и разговаривали о всякой ерунде.

Когда же наконец Шон попал домой, лег в кровать и выключил свет, то понял, что теперь, после этого вечера, он и вовсе без ума от Руби.

_____________

Он миновал автобусную остановку и вошел в лес. Здесь ему стало как-то легче. Шон чувствовал, как дышит Земля, впитавшая в себя свежесть раннего утра. Он видел, что деревья тянут свои гибкие ветви, пытаясь коснуться его хоть разок. От подобного приема у Шона потеплело на душе. Они все его любят, как дети, а их преданность безгранична. Он же был в ответе за все эти создания. Подобные мысли придавали О'Брайну силы. Каковы бы ни были его воспоминания, они все были в прошлом. Утекло, улетело безвозвратно. Теперь Шон О' Брайн - бог, повелитель вершитель судеб. Ничто нельзя уже изменить, даже если бы он этого захотел. А хотел ли он? Неужели было лучше оставаться наивным Шоном, которого так легко обмануть? ---------------------------

_____________

Шон позвонил Руби на следующий день. Он не мог ждать дольше. К телефону подошел один из ее братьев, который поведал ему о том, что Руби на работе. Однако, если она нужна Шону срочно, то он может открыть секрет, где ее найти.

Кафе, в котором работала Руби, не отличалось ничем примечательным, кроме того, что по мнению О' Брайна, там работала самая привлекательная девушка во всей Ирландии. Шон проделал все то, что обычно показывают в кино, то есть он сел за самый крайний столик и прикрывшись небольшим листочком меню, наблюдал, как Руби порхает по залу. Все эти косыночки и фартучки, как нельзя лучше подходили к ее образу Золушки. Она заметила Шона только минут через десять его пребывания в кафе. Сначала ее лицо выражало удивление, а потом в глазах заблестели привычные огоньки. Шон был более, чем уверен в том, что тоже нравится ей.

"Может сходим сегодня в кино? - предложила она, - Еще пока не знаю, что там идет, но кино само по себе - прекрасно".

После танцев, Шон был согласен на все ее предложения. Вероятно, подобное поведение можно было бы назвать и глупым, но людям влюбленным так, как влюбился Шон, обычно бывают чужды разумные поступки. Он с легкостью поплыл по течению любви, постепенно закручивающему его в водоворот страсти.

На этот раз, Шон не стал рвать цветы у себя в саду. Он купил большой букет бордовых роз, которыми остался очень доволен и с нетерпением стал дожидаться Руби. Она пришла ровно в восемь и не заметив Шона, стоявшего возле своей машины, стала изучать афиши.

"Ну, что же мы будем смотреть сегодня?" - поинтересовался О'Брайн, деликатно положив руку ей на плечо.

Руби вздрогнула и обернулась. Он заметил красные круги вокруг глаз, словно она недавно плакала, да и припухший носик говорил об этом.

"Даже не знаю, - она равнодушно пожала плечами, - Выбирай сам".

" У тебя все в порядке? - Шон был удивлен, он никогда еще не видел ее такой грустной, - Это тебе". Он протянул цветы. Казалось она вот, вот снова расплачется.

" Сейчас пройдет, - Руби попыталась улыбнуться, - не обращай внимание".

"Хочешь, не пойдем мы ни в какое кино? Пройдемся, погуляем...". Она согласилась.

Шон принялся рассказывать всякие смешные истории, обычно это получалось у него не плохо, но в этот день выходило как-то неважно. Руби улыбалась, но было видно, что ей вовсе не смешно.

"Ладно, давай поговорим серьезно, - не выдержал О'Брайн, - что у тебя случилось? Тебе не понравились цветы?"

"Нет, цветы замечательные. Дело в другом, это мое личное, семейное...".

"Это касается твоей сестры?" - Шон буквально ткнул пальцем в небо.

"Сестры? - встрепенулась Руби, - Почему ты так решил? Что ты имеешь в виду?" Она еще больше занервничала.

"У вас какие-то проблемы?" - Шон понимал, что начинает давить, но по-другому добиться от нее чего-либо было не возможно.

"Да, - легко сдалась девушка, - это касается ее, только не спрашивай меня ни о чем больше, прошу тебя!"

"Хорошо, - согласился О' Брайн, ему не хотелось снова расстраивать ее - только обещай, что ты сейчас же успокоишься".

"Как ты ко мне относишься? - тихонько спросила она, - Я тебе хоть немножко нравлюсь?"

Шон растерялся, конечно, она ему нравилась, просто он не ожидал подобного вопроса. Вместо ответа он подошел к ней и поцеловал. Поцеловал так, чтобы у нее не оставалось никаких сомнений на этот счет. И потянулись их встречи, удачные и не очень, походы в кино, рестораны на танцы и выезды на пикник. Шон с головой ушел в их отношения. Никогда в жизни он не чувствовал ничего подобного.

Руби умела веселиться, но порой на нее что-то находило и она плакала, как тогда возле кинотеатра. Шон мог говорить с ней обо всем, не трогая лишь тему о ее сестре. Чем дольше они общались, тем любопытней ему становилось, но он никогда не пытался что-либо узнать об этом.

В один прекрасный день Шон понял, что созрел для принятия решения. Он собрался сделать Руби предложение, он даже познакомил ее со своей семьей, хотя она так и ни разу не пригласила его в свой дом.

В тот день, он купил кольцо и заказал столик в самом дорогом ресторане их городка.

Он ждал ее больше часа, но она не пришла. Когда же Шон уж было собрался уходить, ему принесли конверт, на котором было написано: "Для Ш. О' Брайна".

Там, внутри находилось длинное послание, которое Шону пришлось перечитать несколько раз, дабы полностью понять написанное.

Дорогой Шон!

Я знаю, что ты очень расстроился из-за того, что я не пришла, хотя и обещала. Прости меня, даже зная, что этот вечер должен был стать особенным для нас, я не могу встретиться с тобой. Каким образом не важно, но я узнала, что ты купил сегодня обручальное кольцо и поняла, что пора наконец открыть тебе всю правду.

Я и моя сестра Лайза, близнецы, об этом ты наверняка знаешь.

Лайза сходила с ума по тебе еще со школы. Конечно, ты этого не можешь помнить, так как видимо и не подозревал о нашем существовании. Мы были девчонками, а ты уже взрослым парнем. Ты приходил порой встречать сестру. Все в школе знали, что Лайза сохнет по тебе, и многие подшучивали над ней. Я никогда не понимала ее, ведь кругом было полно сверстников. Но знаешь, ты стал для нее чем-то вроде "принца на белом коне". Все эти годы она помнила о тебе, а в нашей семье твое имя знают абсолютно все.

Поэтому, когда ты подошел ко мне на ярмарке, я была очень удивлена. Как жаль, что на моем месте оказалась не Лайза. Но, что вышло, то вышло, изменить уже ничего нельзя. Знаешь, ты мне понравился, и даже очень, но не сказать о нашем знакомстве Лайзе я просто не могла, и после нашей второй встречи, я рассказала ей все. Ты бы видел, что с ней происходило! Она бросалась на меня с кулаками, говорила, что я стерва и, что я подлая, но в тоже время Лайза была рада нашему с тобой знакомству. После этого концерта, который она мне устроила, сестра просто встала на колени и сказала: "Руби, если ты мне не разрешишь пойти на свидание к нему вместо тебя, то я выброшусь из окна!"

Я без тени сомнения поверила ей, Лайза вполне способна на подобное. Мне пришлось уступить. Сейчас, я ругаю себя за это, но тогда мне казалось, что ничего страшного не произойдет, если наконец "заветная мечта" моей любимой сестренки все же исполнится. Но когда она вернулась и начала взахлеб рассказывать о тебе, я поняла, что не смогу просто так отдать тебя ей. С этого все и началось....

Ты не поверишь, через какие муки нам обеим пришлось пройти, каждый раз решая кому из нас идти к тебе на свидание. Самой страшной угрозой из уст обеих было "Я ему все расскажу!" Этого боялась и она и я. Мы превратились в злейших врагов, но чем дальше, тем сильнее нас засасывало. Ты никогда не узнаешь, кто из нас и когда приходил к тебе, потому, что мы и сами запутались в этом. Каждый раз, мы были вынуждены мучить друг друга, рассказывая во всех подробностях о прошедших свиданиях, чтобы ты в следующий раз не заметил подмены.

Сегодня же, когда мы узнали о том, что ты купил кольцо, Лайза просто взбесилась, перебила всю посуду в доме и даже пыталась меня задушить. Она не могла смириться с тем, что жениться ты собрался на мне, а о ней самой практически ничего не знал.

Так или иначе, мы дали друг другу клятву, что никогда больше ни одна из нас не встретится с тобой, в противном случае в нашей семье произойдет что-нибудь страшное.

Прости, Шон, двух идиоток, за то, что они так поступили с тобой. Я знаю это подло и отвратительно, и ты никогда меня не простишь. Прошу понять только лишь то, что я и Лайза, мы обе, слишком любим тебя, чтобы отказаться от этой любви. Это просто немыслимо каждый день осознавать то, что на месте одной из нас могла бы быть другая.

Поэтому умоляю тебя, не пытайся встретиться с нами никогда, так будет лучше для всех.

Руби.

" Ерунда какая-то", - подумал Шон прочтя послание в первый раз.

Осознать же наконец смысл написанного он смог только после того, как еще пару раз перечитал то, что написала Руби.

После, О' Брайн сидел не шелохнувшись около часа и тупо смотрел перед собой.

"Как она могла! - негодовал Шон - Как могли они... Все то, что он считал любовью превратилось в грязь, в девчоночьи шалости, в какую-то нелепую игру. Он был попросту втянут в непонятные женские интрижки. Ему не было жалко ни Руби, ни ее сестру, Шону было страшно обидно за самого себя и за те чувства, которые он все еще испытывал к некой двуликой особе, той, что он привык называть Руби, а на самом деле представляющей из себя некий симбиоз двух глупеньких девчонок.

Шон О' Брайн очень долго переживал случившееся. К своему ужасу он не мог отделаться от мысли, что все еще продолжает любить ее, или их....

_______________

На станцию Шон попал ровно к двенадцати часам. Как только он вскочил в поезд, двери за ним сразу же закрылись.

Эта прогулка, которую он совершил, дала ему очень многое. Шаг за шагом, прежний Шон О'Брайн оставлял позади свое прошлое, свои переживания, отпускал грехи себе и другим. И уже здесь, в поезде, он наконец смог ощутить дыхание перемен происшедших с ним и осознать всю абсурдность той ситуации, в которую он попал будучи еще простым человеком. Горечь и обида отошли куда-то на второй план, оставив лишь теплые и светлые воспоминания о девушке Руби, милой Золушке с ярмарки.

Впереди же, его ждала неизвестность. Шон не знал сможет ли он достойно реализовать в себе все то, чем обладал, но теперь больше всего на свете, ему, новому Шону хотелось достойно исполнить свою миссию и вернуться обратно в блаженное небытие, как можно дольше не возвращаясь в чудовищно иррациональный мир людей.

1 9