# Верификация

Андрей Николаевич Мальков

Мальков Андрей Николаевич

Верификация

Origin: http://samlib.ru/m/malxkow_a_n/verdocx.shtml

Создан: 01/09/2026, изменен: 01/09/2026, 29k

Рассказ: Фантастика

Series: Так могло быть

_______________________________ _____________________________________

- Услуга верификация литературного произведения будет доступна в личном кабинете через час-полтора. Могу я вам ещё чем-то помочь? - спросила молодая женщина.

- Нет, спасибо, - ответил Фёдор, покачав головой.

- Благодарю за обращение в наш регистрационный центр. Женщина дежурно улыбнулась, поднялась из кресла и направилась к выходу из приёмного бокса. Фёдор задумчиво смотрел вслед, взгляд невольно задержался на форменной юбке, юбка была элегантной и то на что она была надета было достойно самого пристального внимания.

Для тридцатидвухлетнего Фёдора, неженатого и не имевшего сколько-нибудь постоянных отношений с женщинами, любая юбка была достойна внимания. Но для этой девушки Фёдор как мужчина не существовал в принципе. Она даже никак не отреагировала, когда в заявлении прочитала его имя-отчество и род занятий. Фёдор Михайлович, род занятий - писатель. Где бы он ни представлялся, данное словосочетание вызывало у собеседников живейший интерес. Девушка же, служащая государственного регистрационного центра, даже бровью не повела. Серьёзная девушка, выбрав госслужбу, выбрала стабильность. Мужчина ей тоже был нужен стабильный, с которым можно построить хорошую семью, вырастить детей. Одним словом, прожить нормальную, пусть не богатую, но достойную жизнь. Умные, серьёзные девушки ещё со времён Фёдора Михайловича Достоевского прекрасно знали, что писатели стабильную жизнь обеспечить не могут. Жить с писателем это бесконечные нервы, измены и нищета. Для романтичных особ это возможно казалось привлекательным, но романтичные особы в последнее время совершенно повывелись.

Время сейчас практичное и циничное. Сложное время, особенно для пишущей братии, имя которой - легион. Книга окончательно превратилась в товар, стала продуктом, в производстве мало отличимым от микроволновки. Литературу, в соответствии с основами маркетинга, нарезали на тонкие сегменты, определили потребительские группы, у групп выявили предпочтения, под предпочтения подогнали рекламные сообщения и всё. Теперь любая книга, по сути, состоит из двух страниц. На первой странице обложки должна быть соответствующая целевой группе яркая картинка, чтобы покупатель взял её с полки в руку. На последней станице обложки нужна короткая забористая аннотация с ключевыми сообщениями, чтобы он её купил. Всё, что между этими двумя страницами - по большей части неважно.

Возможно кто-то, где-то кропает великие тексты, выковывает новые смыслы, вытаскивает напоказ пороки общества, но об этих талантах никто не узнает. Все их произведения, ещё до написания, похоронены под мегатоннами контента, ежедневно генерируемого тысячами сомнительно образованных производителями этого самого контента. К таким же контентмейкерам Фёдор причислял и себя.

Если бы мама, учительница и большая любительница русского языка и литературы, с детства ненавязчиво направлявшая сына на работу со словом, могла знать, во что превратится литература двадцать первого века... Возможно она бы прислушалась к мнению мужа и Фёдор стал бы инженером или учёным, все предпосылки у мальчика были, математика, физика, химия ему давались легко. Поступить в технический ВУЗ не стало бы проблемой.

Как любой писатель Фёдор тешил себя надеждой, что когда-нибудь он сможет написать что-нибудь великое, ну если не великое, то хотя бы среднее. Но все попытки вставить в свои тексты хоть чуточку глубины, какую-нибудь оригинальную мысль на корню пресекалась Виолеттой. Виолетта была его литературным агентом. Имя ей это совершенно не шло и скорее всего было ненастоящим. Про себя он звал её гХаля, через букву "х", на южнорусский манер. гХаля, наглая, пробивная тётка, не имевшая никаких принципов и ничего не смыслящая в литературе, русском языке и вообще в творчестве. Зато гХаля имела связи в нескольких издательствах, и без неё зайти в эти издательства было абсолютно невозможно. Поэтому говорить, что она была его литературным агентом было неправильно. Он был её литературным, если не рабом, то уж точно холопом и, конечно, не единственным. Сколько, таких как он, Фёдор не знал, но судя по выходящим под её патронажем книгам - немало. Каждый холоп специализировался на определённом направлении - были писатели любовной прозы, романтического романа, детективов, тёмного фэнтези..., Фёдор же писал фантастику, вернее, ту её часть где говорилось о путешествиях во времени. Схема была простая: редактора в издательствах сливали гХале информацию о планах, гХаля вздрючивала холопов, они к определённому времени выдавали тексты, которые гХаля тащила этим редакторам. Если текст устраивал, книга выходила. гХаля получала свои деньги, что-то в качестве гонорара отстёгивали и писателю. Тиражи были небольшие, расходы на маркетинг, как говорила гХаля, высокие, поэтому Фёдор за свои три изданные книги получил слёзы. Прожить на эти деньги было невозможно, приходилось подрабатывать копирайтером, заполнять карточки в интернет-магазинах, писать какие-то небольшие тексты на заказ. Одним словом, приходилось много бегать, мало работать и ещё меньше есть. Как назло, алгоритмы лишали Фёдора существенной части и этих непостоянных доходов.

Один из бывших заказчиков Фёдора, свято уверовавших в искусственный интеллект, которому тот пытался объяснить, что синтезированные тексты скучные, не цепляют, уверял, снисходительно похлопывая Фёдора по плечу:

- Федя, пойми, мне не надо чтобы текст цеплял, мне надо чтобы их было много, быстро и везде. Ты же за каждую строчку деньги берёшь и время, это всё накладной расход, а GPT всё это генерит быстро и почти бесплатно. Не надо клиенту мозги пудрить запятыми, сложносочинёнными и подчинёнными предложениями. Его роль в другом: прочитал - захотел - бабки отстегнул, и всё! А бабки он легче отстегнёт тому, кто с ним на одном языке разговаривает. Они в телеге треплются без заглавных букв, без запятых, даже без пробелов иногда, и ничего, понимают друг друга. Вот и мне нужны такие тексты, простые и понятные. Буккер, как тот скрипач - не нужен. Так что извиняй, друг, время писателей кончилось, против прогресса не попрёшь.

Фёдор мог сколько угодно рассуждать что тут прогресс, а что регресс, но денег от этого больше не становилось.

Примерно такой же философии придерживалась и гХаля, требовала текстов простых, незатейливых, написанных короткими рублеными предложениями. Поменьше описаний, характеров, побольше экшена, гротеска, и всё прикрыто толстым слоем фальшивых страданий и романтических соплей.

Но в чём-то заказчик и гХаля оказались не правы. Всё изменилось, когда ввели закон о верификации литературных произведений.

Закон обязывал помечать литературное произведение как абсолютно вымышленные или научно-достоверные. Творческая интеллигенция поначалу, как водится, испугалась и свой испуг попыталась замаскировать стёбом. В силу своих творческих способностей, скучно и уныло представляя государство, в очередной раз, как полицмена и солдафона - душителя свобод. Им совершенно недопустима была мысль, что государство тоже учится, и люди, работающие на него, вполне могут быть творческими. Повозмущавшись, "твориты" быстро успокоились, потому что никаких наказаний за неисполнение этого законна не предусматривалось. Но через пару лет государство ввело акцизы на вредный информационный контент, так же как на алкоголь и сигареты. Книги, не прошедшие верификацию, все однозначно помечались как вымышленные, в простонародье - бред.

Акцизы принудили выплачивать сначала магазины, интернет-площадки, а потом и издательства. И тут против писателей и издателей всякой чепухи сработало два фактора: во-первых, акцизы увеличили стоимость их товара для потребителя, во-вторых, читатель откровенный бред, особенно если он был за маскирован под историческую, научную и иную литературу, читать не захотел.

Вот тут и оказалось, что читать-то, по сути, у нас и нечего. Купят-не купят твою книгу, а акциз издательства обязаны были заплатить. И словно по мановению с полок стали исчезать романы о галактических войнах, попаданцах всех сортов, альтернативщина, книги о тайных знаниях и истории про сто двадцать пять любовниц императора Николая II. Спрос покупателей сместился на более-менее качественную литературу, а чтобы статус такой литературы подтвердить, нужно было пройти верификацию.

Понятно, что детективы и любовные романы верифицировать невозможно, а историческая литература, детективы на фоне исторических событий, любовный романы с реальными историческими персонажами, все необходимо было подтвердить в специальном научном органе, в центре верификации.

Собственно, поэтому Фёдор и оказался сегодня здесь. Издательство кинулись искать произведения, на которые не накладываются акцизные платежи. Но писателей, хоть сколько-то разбирающиеся в технике, истории географии, политике, почти нет. Ну скажите, кто за последние тридцать-сорок лет написал хоть что-то научно-содержательное в научной фантастике? Нет таких произведений, и нет таких авторов.

Но гХаля не была бы гХаля, если бы в ненавидимом и проклинаемом законе не увидела возможность подзаработать. Она насела на Фёдора с требованиями пройти верификацию его четвёртого романа. В "Темпоральном челноке" путешественник во времени носился туда-обратно, выигрывая на разнице валют, заранее зная курсы, события, и на свою беду, естественно, встретил в прошлом любовь всей жизни, ну и так далее.

Для прохождения верификации нужно было получить доступ к соответствующей услуге, отправить произведение для оценки научного совета, пройти верификацию. "Статусную" книгу (получившую статус верифицированного произведения) издатели отрывали с руками. Единственное, что смущало Фёдора, - это непонятность самой процедуры верификации. В чём она заключалась было неизвестно. Ходили слухи, что кто-то прошёл верификацию, ответив на какие-то тесты, кого-то заставили выполнить какие-то задания, но всё очень расплывчато и, видимо, для каждого произведения выбирался свой метод.

Ещё Фёдор надеялся, что получив статус, он сможет послать гХалю куда подальше и войти в издательство с парадного входа уже на своих условиях.

***

У входа красовалась табличка: "Центр верификации" и всё. В прохладном холле, стоял терминал электронной очереди, больше никого и ничего не было. Аппарат выплюнул талончик с номером "В1". Тут же на экране высветился номер кабинета и сыграли колокольчики. Отыскав взглядом нужную дверь, Фёдор оказался в небольшом, скучном кабинете. За столом его поджидал лысоватый человек средних лет в белом халате. Человек жестом предложил сесть на стул напротив, бросил короткий взгляд в планшет и в упор посмотрел на Фёдора.

- Фёдор Михайлович, если вы не против давайте перейдём на "ты", деловым тоном сказал человек. Меня зовут Илья разница в возрасте у нас не велика, а дело предстоит важное и, возможно, наш разговор не единственный.

- Хорошо, Илья. - Кивнув согласился Фёдор. Он тоже не любил излишнюю фамильярность

- Я сейчас буду озвучивать зафиксированные у нас вводные, а вы, если что не так, поправьте. Итак, Фёдор Михайлович Кузнецов, тридцать два года, образование - факультет журналистики, профессия - писатель. Автор литературного произведения "Темпоральный челнок". Запросил верификации своего произведения, как научно-фантастического романа. Всё правильно?

Фёдор кивнул.

- По результатам анализа произведения научный совет пришёл к выводу, что сюжет романа построен на утверждении возможности перемещения материальных тел во времени, на дистанцию около 10 лет, с последующим возвращение в точку отправления во времени и пространстве, правильно?

Фёдор кивнул.

- Перемещение осуществляется мгновенно?

- Да.

- Очень хорошо! - Илья заметно оживился.

Для верификации данного произведения научным советом предложено автору совершить путешествие во времени на эти самые десять лет. Но сначала провести тренировочное перемещение, конкретно, в прошлое на один час назад длительностью один час с возвращением в текущее общечеловеческое время. Перемещения будут производиться с максимально возможным, в плане реализма, формате. Вы согласны?

- В каком смысле назад? - переспросил Фёдор.

- В прямом. - Ответил Илья - мы поместим вас в хронокапсулу и отправим на один час назад. В прошлом вы пробудете час, не выходя из капсулы, и вернётесь обратно. После данного путешествия, если пожелаете, вы совершите скачок на десять лет, как герой вашего романа, и, если всё пройдёт хорошо, ваш роман получит статус верифицированного произведения, со всеми вытекающими финансовыми привилегиями. Это всё.

- Вы хотите сказать, что путешествие во времени возможны? - переспросил Фёдор.

- Если бы это было невозможно, мы бы отказали вам в верификации сразу. Извините, Фёдор, наша хронокапсула не так совершенна, как машина времени в вашем романе. Есть определенные временные интервалы, в которые мы можем ее запустить, поэтому соглашайтесь быстрее.

- Хорошо, - согласился Фёдор. Посидеть в какой-то капсуле один час ему не показалось большой проблемой. Может быть даже в конце этого часа он увидит самого себя, который в этом часе появляется.

Хотя какой-то частью сознания Фёдор ощущал себя словно сам оказался в фантастическом романе. Что вот так просто, взять и совершить путешествие во времени, буднично-рутинно, размышлял он. Но с другой стороны, техника постоянно развивается, что там в этих институтах происходит простому обывателю, вроде него, неизвестно. Может быть, уже давно перемещаются.

Илья тем временем сделал какие-то пометки в планшете и встал, жестом приглашая Фёдора к двери.

- Пойдёмте, надо успеть переодеться, закрепить на вас датчики.

Они вышли в коридор и по лестнице поднялись на второй этаж. Вошли в широкую металлическую дверь. Вот за этой дверью всё было похоже на научную лабораторию. Многочисленные стойки занимали непонятные Фёдору приборы, везде светились мониторы, по стенам висели толстые жгуты проводов. В помещении слышался лёгкий гул вентиляторов, было прохладно. В лаборатории находились пять человек, две женщины и один мужчина сидели за мониторами, двое мужчин стояли в центре помещения возле матовой сферы около двух метров в диаметре и о чём-то разговаривали. Илья жестом попросил Сергея остаться у двери, а сам подошёл к мужчинам, обменявшись рукопожатиями, начал что-то объяснять, указывая в свой планшет. Мужчины слушали, смотрели в планшет, кивали, что-то уточняли, это продолжалось минуты две. Когда обмен данными был закончен, Илья с одним из мужчин подошел к Фёдору.

- Это Сергей, он руководитель научный группы. Желаю удачного полёта!

С этими словами Илья протянул Фёдору руку и вышел из лаборатории.

Федора немного озадачило пожелание именно полёта, в литературе временные перемещения обычно называли прыжками. Но долго размышлять или задавать вопросы ему не дал Сергей. Он внимательно с ног до головы оглядел Фёдора и крикнул в зал: - Лена, готовь "Эм-ку". Одна из женщин встала из-за монитора и молча ушла в глубь помещения. Фёдору Сергей сказал:

- Раздевайтесь до белья, одежду положите в этот шкаф, потом проходите вон к тому креслу. У Фёдора было двойное чувство: с одной стороны, деловитость и не суетливость придавали уверенность, что эксперимент проводится не в первый раз, и, видимо, результаты были положительные. С другой стороны, хотелось ощутить торжественность момента, всё-таки не каждый человек путешествует во времени, хотя бы и на один час. Но стрелять из пушек и бить в барабаны никто не собирался, поэтому Сергей послушно разделся до трусов и прошёл к похожему на стоматологическое креслу. Сергей и девушка Лена усадили Фёдора, зафиксировали руки и ноги эластичными бинтами и стали наклеивать на грудь, запястья и за ушами датчики, от датчиков тянулись тонкие провода, которые тоже крепились к телу небольшими кусочками лейкопластыря. Провода сходились в две коробочки, закреплённые ремнём на поясе Фёдора. Сергей пояснил, что одна коробочка, это кардиограф, контролирует сердечную деятельность. Вторая коробочка регистрирует его нервные импульсы и является монитором нервных функций. Из всей процедуры самым неприятным было введение катетера в вену у локтевого сгиба. От него тоже шёл проводок к кардиографу и тонкая прозрачная трубочка к третьей коробочке, закреплённой чуть выше локтя. После этого на Фёдора одели белый, просторный комбинезон из плотной, синтетической ткани и подвели к двухметровой сфере.

- Это - хронокапсула, - пояснил Сергей. Она герметична, автономность два часа. Во время путешествия, можно общаться с ИИ-помощником, задавать вопросы по работе капсулы, по окружающей обстановке, если таковые возникнут.

- Леонид, мы готовы. - Крикнул Сергей вглубь зала. Никто ему не ответил, но сфера треснула примерно пополам, и меньшая её часть стала отъезжать в сторону. Образовался проём около метра шириной, внутри кабины вспыхнуло освещение, стало видно кресло, смонтированное в центре капсулы.

- Аккуратно проходите и садитесь, - скомандовал Сергей.

Фёдор, стараясь не задеть нечаянно какой-нибудь из проводков, закреплённых на его теле, протиснулся в проём и забрался в кресло.

- Пристегнитесь. Здесь напротив смотровой люк, сейчас он закрыт, откроется после перемещения, примерно через пять минут. Над иллюминатором находится индикатор, сейчас горит зелёный, значит всё в порядке, все системы работают нормально. Вот здесь ниже - экран, на котором выводятся все параметры жизнеобеспечения: энергия, запас кислорода, давление, радиация - всё на стандартных индикаторах. Вы научную фантастику пишете?

- Да, - ответил Фёдор.

- Значит, разберётесь. Активизация ассистента происходит стандартной командой: "Алиса". На время переброски ваши руки и ноги будут зафиксированы, это необходимо для безопасности. Во избежание темпорального шока сознание будет немножко приглушено. После перемещения, когда параметры тела придут в норму, фиксаторы уберутся. Убедительная просьба ничего внутри камеры не трогать, с кресла не вставать, не перемещаться. Санитарных удобств здесь нет, поэтому потерпите. Вопросы есть?

- Вопросов нет, - проникнувшись деловым тоном Сергея, ответил Фёдор.

- Тогда счастливого путешествия. Леонид, начинайте.

Стенки сферы сошлись, и Фёдор остался в полном одиночестве. Перед ним включился экран, на котором светились индикаторы жизнеобеспечения. Все стрелочки находились в зеленых зонах. Через какое-то время сработали захваты, плотно обхватив руки и ноги Сергея. Стало не по себе, ещё смущала абсолютная тишина, уши словно заполнили ватой. На индикаторе зажглись цифры: шесть и ноль, но тут же сменились на пять и девять, затем девятка стала восьмёркой - минутная готовность догадался Фёдор. Ожил, чуть запульсировав, катетер в вене на правой руке. За двадцать секунд до прыжка эмоции успокоились, всё стало безразлично, видимо подействовали препараты, притупляющие остроту восприятия. Фёдор равнодушно наблюдал за убывающими цифрами: 05, 04, 03, 02, 01, 00, по хоронопокапсуле пробежала едва заметная короткая дрожь, цифры на табло мигнули и пошли в обратном направлении 01, 02, 03, 04, 05. С лёгким щелчком разошлись ножные зажимы, Фёдор на это никак не отреагировал. Когда цифры переварили за 60 с таким же легким щелчком раскрылись зажимы рук. Фёдор продолжал смотреть на цифры, после 120 он начал ощущать лёгкое любопытство, после 250 его сознание почти пришло в норму, он пошевелил руками и ногами, повертел головой. Самочувствие было почти нормальным, немного подташнивало, но не сильно. Тело было непривычно лёгким. На 290 секунде свет в кабине наполовину угас, с лёгким гудением, стали раскрываться шторки иллюминатора. За шторками, вопреки ожиданием, оказалась темнота. Сначала Фёдор подумал, что в комнате час назад был выключен свет, но, когда прямоугольный иллюминатор полностью открылся, он заметил яркие точки. По мере того, как зрение фокусировалось и сознание прояснялось точек становилось всё больше. Скоро не оставалось сомнений, в иллюминаторе он видит звёздное небо.

Неужели что-то пошло не так? Взгляд Фёдора метнулся к экрану с индикаторами, стрелки спокойно стояли в зелёных сегментах, зелёный индикатор над иллюминатором также горел ровным светом.

- Алиса. - позвал Фёдор.

- Алиса на связи, - прозвучал знакомый голос.

- Где мы? - спросил Фёдор.

- Уточните вопрос, - переспросила Алиса.

- В какой точке планеты Земля мы находимся?

- Мы не находимся на планете Земля.

- В смысле?

- Уточните вопрос.

Фёдора охватили страх за себя и злость на тупость ассистента. Он снова почувствовал короткую пульсацию катетера. Да, надо успокоиться, а то будешь всё путешествие сидеть овощем. Сделав несколько глубоких вздохов, Федор собрался с мыслями и спросил.

- Алиса.

- Алиса на связи.

- Перемещение во времени прошло по плану?

- Да. Капсула переместилась точно на один час назад по временной шкале.

- Хорошо. А где мы находимся в пространстве?

- Капсула находится в точке пространства, в котором она находилась за один час до момента перемещения.

- Допустим, а почему мы не на Земле?

- За один час планета Земля переместилась в пространстве.

- Намного?

- Перемещение точки отправления относительно вращения Земли вокруг своей оси составляет примерно девятьсот тридцать семь километров. Относительно вращения Земли вокруг Солнца примерно сто семь тысяч двести километров. Относительно движения вокруг центра галактики примерно восемьсот двадцать восемь тысяч километров. Относительно реликтового излучения - примерно один миллион триста тридцать две тысячи километров.

Ничего себе - Думал Фёдор, - на один часик переместился и раз в пять дальше Луны оказался!

- Да, я понял. Надеюсь, вернуться нам это не помешает?

- Нет. Через сорок минут циклограмма сработает в обратном направлении.

- Ну, хоть на том спасибо!

- Пожалуйста! В любом случае переживать не стоит. Если что-то пойдёт не по плану, нас обязательно спасут.

- Кто? - удивился Фёдор. - С чего ты это взяла?

- В моём распоряжении вся библиотека по хроно и космо-путешествиям. Пять тысяч четыреста тридцать шесть произведений.

- И что?

- В ста процентах текстов, человек оказавшийся в открытом космосе бывает спасён.

Похоже Алиса сбрендила. Но это-то не удивительно, - подумал Фёдор. Посмотрел на индикаторы жизнеобеспечения. Стрелки воздуха и энергии заметно сдвинулись, но находились ещё в зелёных зонах.

- Может ты знаешь, кто нас спасёт?

- С вероятностью шестьдесят три процента - случайно пролетающий мимо корабль, обычно торговое судно или частная яхта. Они доставят вас на ближайшую обитаемую планету, которой, в нашем случае, является Земля.

- Надо же, как оригинально! Ещё варианты?

- Перечисляю в порядке убывания вероятности: ваши друзья, ваши враги, космический патруль, космические пираты, инопланетяне, вы сами из будущего, ваши дети, явление, которое невозможно описать человеческим языком...

- Хватит, я понял. - Фёдору надоел этот бред, надёрганный из выдумок фантастов. Может быть, и из его сочинений тоже. Сидя дома, на диване, фантастика про гиперпереходы, ВАРП-двигатели, временные прыжки, защитные поля воспринимались вполне себе, а вот тут, в маленькой капсуле с двухчасовым запасом воздуха, в паре миллионов километров от Земли, очень сильно захотелось опираться на скучную науку, просчитанные инженерные решения и отработанные технологии.

- Алиса. А можно перемещаясь во времени, оставаться на Земле?

- Такое перемещение потребовало бы одновременного перемещения во времени и пространстве. Перемещение во времени происходит мгновенно. Пространственное перемещение массивных тел мгновенно невозможно. Это противоречит теории относительности.

- Спасибо!

- Всегда рада помочь.

- Я хочу в тишине посмотреть на звёзды.

- Могу придать вращательное движение капсуле.

- Давай.

Под креслом Фёдора, недолго загудело и звёзды в иллюминаторе неторопливо двинулись влево. Свет в капсуле погас.

Это было восхитительно красиво. Капсула вращалась не в плоскости эклиптики, солнца и Земли Фёдор не видел. Зато Млечный путь был прекрасен, ярок и очень отчётлив. С Земли он всегда выглядит серым, худым, длинным облаком, но тут он был скоплением звёзд, неисчислимым количественно, но отдельных и разноцветных звёзд.

Почему в репортажах с космических станций никогда не показывают вот это? Почему только Землю? Почему не звёзды? Человечество же стремится туда, а не оттуда.

Из созерцаний и раздумий Федора вывел голос Алисы, предупредивший, что через пять минут начнётся обратное перемещение. Процедура уже была знакома, зажимы рук и ног защелкнулись, катетер завибрировал, сознание накрыло прозрачной волной безразличия. Цифры отсчитали время до нуля, капсула вздрогнула.

Фёдор равнодушно смотрел на застывшие нули. Субъективное время шло, но ничего не происходило, зажимы не отстёгивались, иллюминатор не открывался.

- Алиса. - Позвал Фёдор.

- Алиса не связи.

- Мы переместились?

- Да.

- Как выйти из капсулы?

- Капсулу покинуть нельзя.

- Почему?

- Открытие капсулы в космосе опасно для жизни.

- Почему в космосе? Открой иллюминатор.

Створки разошлись и Фёдор, как в телевизоре, увидел Землю. Под ним проплывали облака, едва заметный изгиб горизонта, свидетельствовал, что высота ниже орбит космических станций. Наверное, около двухсот километров.

- Алиса, почему мы не в точке отправления?

- При перемещении, капсула покинула гравитационное поле планеты и один час двигалась по собственной траектории, отличающейся от орбиты Земли из-за разницы в массах. При возврате в нормальное время разница в пространственных координатах не компенсируется.

- Ты это знала заранее?

- Я не знаю, я вычисляю в соответствии с заложенными алгоритмами.

- Ты могла это вычислить заранее?

- Да. Если бы поступил соответствующий запрос.

- Что нас ждёт? Рассчитывай.

- Жизнеобеспечения хватит на один час. За это время нас спасут.

- Кто нас спасёт, дура! - закричал Фёдор и катетер предательски завибрировал.

- С вероятностью шестьдесят три процента - случайно пролетающий мимо корабль, обычно торговое судно или ...

- Заткнись! Что будет если нас не спасут?

- Через сорок минут, мы войдём в плотные слои атмосферы с перегрузкой пятнадцать G. Температура обшивки достигнет трёх тысяч градусов Цельсия.

- Капсула может это выдержать?

- Нет.

- Спасибо!

- Всегда рада помочь.

Ни в какие спасательные корабли Фёдор не верил. Он попытался освободить руки из захватов, но это не удалось. Опять завибрировал катетер, и его накрыло равнодушие.

Минут через двадцать, зелёный индикатор погас, ещё через десять загорелся красный. Индикаторы жизнеобеспечения, горели кто как: радиация была в норме, энергия - жёлтая, воздух - красный. Дышать было тяжело. Началась перегрузка, сначала еле заметно, но плавно и неотвратимо нарастая она пыталась вытащить Фёдора из кресла, ремень больно врезался в живот. В душной кабине стремительно поднималась температура.

Вот так! Вспышка в небе и нет больше научного фантаста Кузнецова Фёдора Михайловича. Хотя какой, к чертям, он научный? Фантаст-неуч!

***

- Как вы себя чувствуете? - Илья перешёл на "вы".

- Терпимо - зло ответил Фёдор.

- Ну и отлично! Имитатор вы прошли успешно. Теперь можно переходить к боевому режиму. Прыжок на десять лет. Готовы?

- Нет. Я отказываюсь от верификации.

- Как будет угодно. Распишитесь вот тут и тут.

***

- Ты прошёл верификацию? - звонила гХаля.

- Нет.

- Почему?

- Потому что перемещения во времени не имеют смысла.

- Да что ты говоришь? У всех имеют, а у тебя не имеют...

- У дураков может и имеют.

- У тебя же хорошо на эту тему получается?

- Значит, я хороший дурак был, больше не хочу. И Галя..., не звони, я с писательством завязал.

- Я Виолетта! Что делать будешь?

- Учиться.

- Федя, у тебя просто творческий кризис, - голос гХали попытался изобразить заботу, - ты отдохни недельку. Хочешь я тебе психолога посоветую?

- Не надо.

- Ну как знаешь. Позвоню через неделю, - проговорила агентша и отключилась.

- Не надо, - в пустоту буркнул Фёдор.

Он отложил в сторону толстенный учебник по квантовой физике и раскрыл книгу по орбитальной баллистике. Уже неделя, как его увлекли графики и формулы. Знаний физики и математики категорически не хватало, но то, что ему открывалось, иначе как фантастикой назвать было нельзя.

_______________________________ _____________________________________

© Мальков Андрей Николаевич. Верификация

Origin: http://samlib.ru/m/malxkow_a_n/verdocx.shtml

Создан: 01/09/2026, изменен: 01/09/2026, 29k

Рассказ: Фантастика

Series: Так могло быть