# Пилигримы вечности.Начало

Михаил Михайлович Мельцер

В бескрайнем космосе, где звезды таинственно пульсировали, подобно живым душам посреди мертвой Вселенной, внезапно начали возникать порталы, похожие на арки, сшитые из звездного света. Они прорывами в самом сплетении времени и пространства раскрывали перед людьми нечто невероятное - туннели, мосты, соединяющие разные временные эпохи Земли. Взгляды миллионов и миллиардов людей всех эпох, наполненные удивлением и трепетом, сосредоточились на этих окнах в будущее.

Человечество вдруг оказалось на границе между реальностью и своей собственной мифологией. Порталы, внешне напоминавшие зрачки огромных глаз, стали символами, воспринимаемыми по-разному, в зависимости от культурных и религиозных норм каждой эпохи. Средневековые рыцари увидели в них пророчества, обещания благословения свыше. Ученые Эпохи Просвещения расценили их как чудо науки и техники, что возвышает человечество, казалось бы, к недоступным ступеням знания. Артисты и поэты Романтизма улавливали в порталах врата в мир фантазий и вдохновения.

Но истина оказалась даже более фантастичной, чем то, что могли предложить сказания и верования. Перед людьми всех эпох стояла группа истинных пилигримов Мультивселенной, людей, достигших гармонии с энергиями мира и овладевших искусством прокладывания путей через воды времени. Они оказались первопроходцами бессмертия, хранителями тайн и надежд.

Во главе этой невероятной экспедиции стоял командор Ник - человек, на которого легли тяжелые тысячелетия исканий, но дух которого никто не мог сломить. Девиз "Никогда не сдавайся" был выгравирован на его сияющем посохе управления, который он крепко держал в своей руке. Он стоял там, где сливалось прошлое и будущее, и его душа горела ярче любой звезды на небе. Взгляд его пронзал бескрайние просторы времени, словно он видел всю историю человечества, все те боли и радости, что формировали его путь.

- Люди всех эпох! Нас объединила не только мечта о бессмертии, но и сила нашей воли, наша готовность отдать всё, чтобы спасти сущность человеческого духа! Смотрите вокруг - ваши предки, вы сами в других эпохах, мы вместе прокладываем путь в бескрайние просторы времени. Мы стоим величественно на пороге возможностей, о которых никто не смел даже мечтать. Впереди - не просто бессмертие, но и воскрешение всех тех, кто когда-либо жил! Это наше наследие, наша память, наша долгая история, связывающая каждого с космосом, временем и друг с другом!

Слова Ника звучали, как переливы водопада, наполняющего пространство гармонией и мощью. Люди будущего, отряд командора, его спутники, внимательно слушали, и их взгляды отражали множество эмоций - надежду, вдохновение, трепет перед неизведанным, но вместе с тем и готовность отдать свои силы ради общей цели. Сейчас они понимали, что тот момент, когда человечество вырвется из объятий времени и оков смерти, близок.

Командор продолжил свою речь, его слова рождались из искры вдохновения и мудрости, выкованной тысячелетиями упорной борьбы:

- Люди всех эпох, не ограничивайте себя оковами времени и смерти! Мы предлагаем вам мосты в новое будущее, где смысл жизни заключается не в страхе перед завтрашним днем, а в уверенности в вечной жизни!

И вдруг, как будто в ответ на его призыв, из порталов начали вырастать мосты, звездные трассы, что протягивались сквозь пространство, соединяя каждого из его времени и эпохи с этим невероятным будущим. Вдоль этих путей вдохновения и надежды потоками двигались люди - обычные смертные из всех эпох, вожди и простые труженики, наряду с гениальными умами, что возвеличивали человеческую расу на протяжении столетий.

Сначала по мосту, протянутому через века и сотни световых лет, прошли философы древности: Платон и Аристотель. Их глаза сияли, как звезды, мудрость освещала неведомые просторы, а сердца их были наполнены восторгом.

Леонардо да Винчи и другие мастера Возрождения следовали за ними, их шаги были легкими, наполненными великой радостью. Руки художников тянулись к небу, словно они готовы были воплотить свои гениальные идеи в реальность, оживив своим гением мертвую материю.

Всякий, пересекая пороги времени и восходя по мостам света, менялся и преображался. Тела их становились легче и ярче, словно облачения из чистой световой энергии, а умы наполнялись знаниями. Проходя сквозь колонны света, обрамлявшие звездные дороги, каждый из них ощущал, как бремя времени снимается, и перед ним открывается бессмертие.

Восторг, охвативший встречающих, был невероятен. Люди будущего, жившие в мире, где смерть и забвение уступили место бессмертию и творчеству, восклицали от восторга и радости. Их сердца бились в унисон с космической симфонией, а ум прояснялся истиной и наполнялся вдохновением.

Это была эпичная сцена, соединявшая в себе магию времени, мощь звездного космоса и откровение человеческой души. С каждым шагом, с каждым взглядом, с каждым мгновением миры прошлого и будущего сплетались в невероятную симфонию возможностей, которые прорастали в каждом человеке.

В мире звезд и времени, командор Ник и его соратники с волнением всматривались в мерцающую звездную дорогу, которая вела к XX и XXI веку, переломному времени, когда все начиналось. Они были бессмертными и обладали силой, которая позволяла им управлять пространственно-временным континуумом, но предстоящее событие было невероятным даже для них.

Пролеты звездного моста начали оживать - по ним шли фигуры. Ник и его спутники не могли скрыть своего трепета. Те, кого они спасли, те, кто жил в эпоху, где старость и смерть были неотъемлемой частью бытия, шли к ним по этой световой трассе, как невидимая нить, связывающая их с прошлым.

- Мама... папа... - Ник глубоко вздохнул, его голос дрожал от эмоций. Он вновь видел своих родителей. Он помнил, как они исчезали в песках времени, и вот теперь они снова были здесь, перед ним.

Друзья и спутники также смотрели в изумлении, как их близкие, многие из которых тщетно боролись со временем, шли к ним. Они видели, как в них зажглась новая жизнь.

- Ты видишь? Это наши родители! - воскликнул один из спутников, его голос звучал словно благодарность за чудо, происходящее перед ними.

Встреча прошлого и будущего была полна эмоций, невероятных и сложных. Родные и близкие, идущие по световой трассе, были поражены переменами, произошедшими с ними. Они воспринимали происходящее со смешанными чувствами удивления и смирения.

- Сын мой, я не могу поверить своим глазам, - прошептал отец Ника, его голос звучал как признание в непостижимости происходящего.

- Мы спасли вас, родители! Мы дали вам новую жизнь, - сказал Ник, его голос был спокойным и умиротворенным. - Мы создали мир, где смерть больше не является неотъемлемой частью бытия. Мы сломили оковы времени.

В то время, как близкие испытывали смешанные чувства удивления, радости и недоумения, враги и критики стояли в ужасе, уставившись на происходящее. Но когда их глаза встретились с глазами бессмертных, что проложили им путь к новой жизни, они увидели не презрение, а милосердие.

- Мы пришли не мстить, пришли не доказывать, мы пришли предложить мир, - сказал Ник, его слова звучали как луч надежды во тьме.

- Мы предоставили вам шанс начать новое, освободив вас от оков времени.

Среди безбрежных звездных дорог, среди миллиардов лиц из разных эпох, Ник возвысился, стоя перед ними с энергией будущего в глазах и пламенной речью на губах. Он ощущал, как их взгляды сходились на нем, ища ответы и надежду, они стояли тут в ожидании судьбоносных слов.

- Собравшись здесь, мы видим многовековую цепь, соединяющую нас с прошлыми поколениями, - начал он, его голос звучал возвышенно, как отголосок речей прежних пророков.

- Мы - наследники тех, кто искал истину, стремился превзойти свои ограничения, создавал искусство и познавал мир.

Взгляды слушателей были прикованы к нему. Они слушали, вдохновляясь, их лица отражали смешанные эмоции - от восторга и вдохновения до смущения перед неизведанным.

- Сотни философов, мудрецов, духовных учителей говорили о важности мечты, - продолжил Ник. - Они говорили о пути к истине, который ведет через мечту, веру и разум. Наши предки видели в мечте смысл жизни, в стремлении к ней - сущность бытия.

Он призвал восстановить в памяти те времена, когда человечество осваивало атмосферу, когда смелые космонавты впервые взлетали в космос, когда ученые разгадывали тайны микробов и бактерий, чтобы избавить от них человечество. Он показал, как мечта и вера вели их вперед, как они преодолевали трудности и находили ответы.

В пространстве среди звездных дорог были те, кто слушал, невидимо соглашаясь, кто испытывал трепет от предвкушения новых горизонтов, и те, чьи лица выражали стыд за то, что они не всегда верили в мечты.

- Мы стоим на пороге новой эпохи, - объявил Ник, его голос прозвенел повсюду. - Мир, который создали мы, наши усилия, мечта, вера и разум показали нам новую судьбу. Сейчас мы открываем новый портал - во Вселенную, которую будем строить сами.

Слова его задевали сердца, как ноты мелодии, переплетающей прошлое и будущее. Ник взмахнул управляющим жезлом - и вот перед ними возник портал, мерцающий невиданными возможностями. Он закрыл глаза, словно предоставляя им выбор.

Когда он открыл глаза, произошло нечто невероятное. Все миллиарды лиц в одном порыве, словно волна надежды, двинулись к порталу. Они выбрали жизнь, преображение, бессмертие и бесконечное развитие.

И вот весь человеческий род, объединенный мечтой и верой, вошел в светящийся портал, оставив позади страх и сомнения, готовый начать новое путешествие в мире, где старость уступает место росту, где смерть теряет свою силу перед жизнью, полной преображения и бесконечных возможностей.

Ник закрыл глаза, словно пытаясь сохранить в себе тот миг, что только что пережил. Но когда он снова их открыл, то обнаружил себя в обычной квартире на окраине Москвы. Он простой журналист - Николай Иванов, такой же, как и многие другие. Свет уличных фонарей проникал в комнату, словно напоминая о реальности.

Дыхание стало поверхностным, а серое утро, окутывало всё вокруг тонким слоем уныния. Ник встал, ощущая, как тяжесть снова охватывает его тело. За стеной разнеслись звуки непрекращающейся перепалки родственников, как грустное напоминание о мире за стенами.

Гул машин на улице разливался назойливой дробью, медленно проникая в голову и вызывая неприятную мигрень. Каждый звук стал частью серой палитры реальности, которую он не хотел видеть.

По его лицу прокралась тень разочарования, отразившаяся в глазах. Этот сон, мечта о мире без границ времени и старения, был всего лишь облаком, которое рассеялось в холодных лучах утреннего света.

И тут, когда обыденная реальность почти взяла верх, стерев ночное наваждение, его взгляд встретился со спокойными глазами незнакомца, сидящего рядом. Этот человек носил маску, и на лацкане его элегантного пиджака горел значок с буквами "РК". Его голос прозвучал глубоко и убедительно:

- Ну что, Ник, хочешь узнать свое будущее?

Ник смотрел на него с недоумением и удивлением, словно открылась волшебная дверь, за которой скрывались тайны и возможности, от которых зависела его судьба.

Он с тревожной надеждой взглянул на незнакомца, ожидая, что теперь сможет увидеть своё будущее, связанное с великой целью борьбы со старением и смертью. Незнакомец нажал кнопку на странном приборе, и Ник закрыл глаза, позволяя волнам ожидания охватить его.

Когда журналист снова открыл глаза, то понял: что-то пошло не так. Он стоял в той же квартире, но всё было немного иным, словно время наложило на предметы свою метку, сделав хрупкими и дряхлыми. В воздухе стоял запах пыли и затхлости. Но самым ужасным было то, что он видел своё отражение в зеркале, и это отражение тоже было старым и дряхлым.

Волосы превратились в седые пучки, кожа покрылась морщинами, а глаза потеряли прежний блеск. Ник попытался шагнуть назад от ужасного зрелища, но его тело было тяжелым и слабым. Он почувствовал бессилие и боль, пронизывающие каждую клетку его организма, а шаги стали неуверенными и дрожащими.

Каждый вздох был тяжёлым и затрудненным, словно лёгкие не могли уже справиться с этой ношей времени. Сердце стучало неровно, иногда пропуская удары, а иногда бешено колотилось, будто пытаясь вырваться из груди.

При каждом движении, даже при прикосновении одежды к телу, он чувствовал свою хрупкость, словно мог развалиться в любой момент. Ник попытался выговорить что-то, позвать на помощь, но его голос звучал слабо и хрипло, как будто он забыл, как говорить.

И тут волна боли охватила его, начавшись в груди и распространяясь по всему телу. Он понял - это сердечный приступ, и его слабый, дрожащий организм в этот раз не смог справиться с этим испытанием. Боль стала невыносимой, он не мог ни шевельнуться, ни даже вскрикнуть.

В этот момент, когда жизнь покидала его измученное тело, Ник ощутил неописуемую тревогу, страх перед неизбежностью ухода. В его глазах мелькнули кадры прошлой жизни, мечты, надежды, которые уже никогда не сбудутся.

Смерть пришла к нему незаметно, как вор, и он больше не мог сопротивляться. Всё, что осталось в этом моменте - жалость к себе, ушедшая молодость и упущенные возможности.

Эмоции переполнили Ника: горечь, страх, сожаление.

Секунды медленно таяли, возвращая в реальность. Глаза Николая медленно раскрылись, и его дыхание стало неуправляемо быстрым. Он лежал на своей кровати, ощущая каждую нить ткани под собой и каждое дуновение ветра из окна. Пальцы судорожно сжимали простыню, а грудь поднималась и опускалась, словно в ответ на быстрый танец сердца в груди. Он был снова молодым, здоровым, но его душа пребывала в смятении.

- Что произошло? Все эти видения, воскрешение, битва со временем, мудрость тысячелетий... - Николай попытался собрать мысли воедино, словно старался удержать воду в ладонях.

Будто из мрака перед ним вновь возник незнакомец. Его глаза сверкали тем же загадочным светом, а маска, казалось, непостижимым образом улыбалась

- Ты вернулся, - прошептал человек в маске.

Николай кивнул, губы его так истосковались по звуку произносимых слов, но все что он смог сделать - это закусить нижнюю губу и почувствовать горький вкус жизни.

- Что... что это было?

Его голос дрожал, словно он заговорил впервые. Незнакомец подошел ближе, и его присутствие было ощутимо, как легкое дуновение ветра, несущее с собой ароматы моря и звездного неба.

- Ты видел мнемоническую волну, прошедшую сквозь каждую душу на этой планете, - произнес незнакомец.

Николай вспомнил свой сон: свет, звезды, вековую мудрость, объединение человечества в борьбе против старения и смерти. И он вспомнил второе видение: тьму, одиночество, смерть в старости.

- Два пути, - тихо произнес незнакомец. - Один - путь победы, где человечество обретает силу, чтобы обуздать время и смерть, поднимаясь над всем, что казалось непреодолимым. Другой - путь смерти, обыденной и никем не замеченной, где ты умрешь в одиночестве.

Слова человека в маске прошли сквозь Николая, словно они были не просто звуками, а ключами к разгадке. Он понял, что предыдущие видения показали не только две возможности, но и выбор. Изменить будущее, направить его по пути победы, стать той силой, которая несет надежду и обновление.

- Так, как раньше уже не будет, - прошептал Николай, чувствуя, как страх сменяется решимостью. - Я выбираю путь борьбы, путь к переменам.

Незнакомец одобрительно улыбнулся и положил руку на плечо Николая. Этот жест был подобен касанию самого будущего и дарил уверенность.

- Ты - воин! - произнес незнакомец, и его голос звучал как приговор и похвала одновременно. - Ты несешь в себе возможность не только спасти свое будущее, но и повернуть ход истории.

Взрыв эмоций вспыхнул в Николае, словно море, на миг отразившее палящие лучи дневного светила, и он почувствовал, как силы рождаются в груди. Он взглянул в глаза незнакомца, и в этом взгляде отразилась не только решимость, но и надежда. Перед лицом неизведанного, с верой в сердце и готовностью к борьбе Николай начал свой путь, чтобы изменить свою судьбу и будущее всего человечества.


Великолепный кабинет Эдуарда Хантера, владельца корпорации "Future United" излучал атмосферу роскоши и власти. Кожаные кресла, украшенные деревянные панели, массивный письменный стол с кристальной скульптурой двух борющихся титанов в центре - каждая деталь отражала его статус и успех. Огромные панорамные окна открывали вид на светящийся огнями город, словно символизируя его контроль над течением деловой жизни.

Все в кабинете было уместно, аккуратно и строго. Эдуард всегда поддерживал порядок во всем, будь то его деловая репутация или личные вещи. Он был не просто бизнесменом, он был лидером, смело идущим к своим целям, не благодаря, а вопреки.

"Люди? Либо они часть проблемы, либо часть решения", - всегда говорил он. Своей волей и умом он создал грандиозную империю, которой гордился. Обычно это обеспечивало бизнесмену уверенность и придавало жизни неповторимый терпкий вкус.

Этот день, однако, был иным. Взгляд Эдуарда, обычно полный холодной решимости, сегодня выдавал смятение. Этой ночью он видел странные грезы: звезды, переплетающиеся сотнями путей, миллиарды лиц из разных эпох, словно входящие в универсальное слияние вопреки законам времени. Он не мог понять, что это могло значить. Возможно, слишком много работы, слишком много стресса.

Он даже начал задумываться, насколько надежны его мысли и решения, может быть, стоит обратиться к специалисту... Ведь он всегда следовал своему кредо - контроль и воля. Но сейчас он не мог контролировать свои собственные мысли. Он чувствовал, что ситуация становится непредсказуемой, и ему это не нравилось.

Внезапно обернувшись, последовав зову интуиции, Хантер замер в немом удивлении. В его кабинете, его крепости и бастионе, стоял незнакомец. На элегантном пиджаке, облекавшем высокую атлетичную фигуру, сверкали и переливались буквы "РК", а лицо было скрыто маской. Эдуард сразу же почувствовал, что это появление как-то связано с его видением. Рука главы корпорации уже потянулась к кнопке вызова охраны, но незнакомец успел заговорить:

- Прошу прощения за вторжение, Эдуард. Но я знаю о твоем видении. Я знаю, что ты видел.

Слова незнакомца звучали убедительно, как будто он читал мысли Эдуарда. Неожиданно он спросил:

- Хочешь увидеть будущее?

Хантер был ошеломлен. Но в этот момент сила, с которой незнакомец говорил, заставила его согласиться, словно под гипнозом.

- Да, - шепнул он, и взгляд незнакомца на мгновение замерцал, словно звезды в том таинственном видении. Все стало растворяться в странном тумане.

Эдуард оказался на грани реальности и сна. Он не мог почувствовать свое тело, только размытые фрагменты его существования. Лишь какие-то далекие мысли мелькали в размытом сознании, как тени прошлых воспоминаний. Он даже не мог удержать в памяти свое имя, оно скользило в его уме, будто тонкая нить, которая могла оборваться в любой момент.

Он лежал на чем-то холодном, чуждом, словно на больничной койке. Чувство собственного тела исчезло, оно стало каким-то инородным, не подчиняющимся ему. В его вену воткнуты какие-то тонкие иглы, он напряг внимание и понял - это капельницы, ведь он чувствовал, как непонятные жидкости проникают в его организм и струятся по венам.

Стремительный укол стыда. Подгузник, который окружал его бедра, стал мокрым и неприятно холодным. Он не мог даже двигаться, чтобы изменить свое положение. Эдуард чувствовал себя как младенец, беспомощно зависящий от других. Больше он не был главой корпорации, символом успеха и власти. Он был никем.

Сквозь мрак бессилия и боли Эдуарду удалось как бы выйти из своего тела и посмотреть на него со стороны. Он вдруг увидел себя - исхудалого, слабого старика, лежащего в сверхдорогой больничной палате. Этот старик был обречен на зависимость, он был пленником своего собственного тела, был не в состоянии даже выполнять самые простые действия. Ни деньги, ни власть не имели силы перед этой жестокой реальностью. Эдуард видел свое будущее, и оно было беспощадным.

Ужас бессилия и беспомощности окутал его. Он не мог произнести ни слова. В его размытом восприятии были слышны только звуки, звенящие во тьме. И тогда он услышал голоса. Голоса, которые были знакомы, но искажены - их тоже не пощадило время. Это были его партнеры, соратники. Они обсуждали Хантера, не как лидера, а как обузу, которая мешает им двигаться дальше.

- Когда же этот старик кончится? - спросил один голос.

- Мы не можем дальше развиваться, пока он - наш багаж. Время забирать свою долю.

- А что, если мы немного поможем этому процессу? - прозвучал второй голос.

Рука Эдуарда, в которую была воткнута капельница, словно в ответ начала ощущать жжение, в вену потекла совсем другая жидкость, несущая смертельную опасность. Он судорожно сжался, и мог только молча страдать и терпеть.

И тут, в этой мучительной реальности, видение оборвалось. Он снова оказался в своем кабинете, сердце своей империи, его сердце колотилось, а впереди, по-прежнему, сидел незнакомец. Невидимые под маской губы начали неспешное движение, разрывая покров мрака в уме:

-Эдуард, ты видел свое будущее. Ты видел, что даже деньги и власть не спасут тебя от старости и бессилия. Но было и другое - дорога, которая может спасти все человечество. Об этом было твое ночное видение.

Эдуард устремил взгляд на фигуру в своем кабинете, словно в поисках ответов, которые он так отчаянно нуждался услышать.

- Мнемоническая волна, прошедшая сегодня сквозь всех жителей планеты дала тебе два видения, Эдуард. Она показала тебе миллиарды возможных будущих исходов. Ты видел себя как успешного бизнесмена и как беспомощного старика. Ты видел, как человечество с твоей помощью сможет освободиться от рока, стать общностью творцов, над которыми не довлеет проклятье смерти. Теперь ты свободен выбрать, каким путем идти. Ты один из семи человек на планете, Эдуард, которые смогли это увидеть. Ты избранный, кому дана эта возможность. И лишь ты волен сделать свой выбор. Твои действия будут влиять не только на твою судьбу, но и на судьбу тех, кто еще не родился и тех, кто уже ушел. Ты можешь стать частью потока жизни и борьбы за нее, который соткан из выборов и решений многих.

Наконец, Хантер снова ощутил границы своего кабинета, но теперь они померкли перед неизведанной широтой возможностей, раскрывающихся перед ним.


***


В гостиничном номере великолепного отеля, наполненным царственным блеском и роскошью, просыпалась Миленна. Ее имя было на устах миллионов, ее голос пленял сердца, а ее образ сиял на обложках журналов. Ночь перед этим утром была полна веселья, следы которого сохранились в номере и сейчас. Недопитое шампанское на столе, косметика, разбросанная повсюду, а рядом - таблетки, которые она, возможно, приняла, чтобы справиться с последствиями бурной ночи.

Миленна была звездой мирового масштаба. Она взлетела на вершину славы стремительно, словно метеор, разрывающий небеса. Ее хиты считались гимнами поколений, а выступления были искусством, способным покорить каждое сердце. Она собирала арены, она была любимицей толпы, ей аплодировали стоя. Вся ее жизнь кружилась вокруг лучей софитов, а имя сияло на небе славы целого мира.

Толпы поклонников, тысячи фанатов, миллионы долларов - всё это было у Миленны. Она была королевой, сияющей на троне поп-музыки. Весь мир поклонялся ей, весь мир любил ее. Ей было позволено всё - она была иконой моды, красоты, музыки и стиля.

Но та ночь принесла что-то странное. Во сне она увидела звездные дороги и мириады лиц из разных эпох. Казалось, созерцая это движение, она ощущала тот же восторг, что и в концертном зале, когда смотрела на восхищенные тысячи глаз и слышала бурные овации. Этот сон отличался от всего, что она когда-либо видела. Он оставил в ее сердце след.

- Что это за ерунда!

Решительно поднявшись, Миленна отогнала эти фантазии, тряхнула головой и только собиралась вернуться к реальности, но... внезапно перед ней возник незнакомец. Чужой! В ее номере! Маска, элегантный костюм, на лацкане буквы "РК". Он спокойно присел на угол кровати и посмотрел на супер-звезду без восторга и почитания, к которому она привыкла.

- Хочешь увидеть будущее? - голос незнакомца был спокоен, в нем не было места возражениям. Это было как приглашение, которое она не могла отклонить.

- Да, - это единственное, что оставалось сказать в ответ. Взгляд Миленны растворился в глазах незнакомца, и мир вокруг начал медленно исчезать, словно уступая неопределенности грядущего.

Сознание девушки возвращалось, словно туман расступался перед первыми солнечными лучами. Но то, что она увидела, пронзило её душу больше, чем любая роль на сцене.

Она сидела в инвалидной коляске, её некогда грациозные руки стали худыми, лишёнными той гармонии, которую они обычно излучали. Мгновение, и она поняла, что дряблость и слабость охватили всё её существо. Она потянулась ко лбу, чтобы поправить прическу, но рука, лишённая присущей ей ранее уверенности, теперь лишь коснулась лысой головы.

Смутное ощущение непонимания, бессилия и отчаяния охватило её. Она взорвала бы этот кошмар, если бы могла, она вернула бы свою прежнюю жизнь, но вместо этого она оказалась в мире, где все блистательное и красивое было отнято у неё.

Почему? - мелькнула в уме жалобная мысль. Слёзы подступили к глазам Миленны, но даже плакать она больше не могла.

Коляску катили мимо кабинета врача. Знакомые ароматы антисептика и медицинских инструментов окутали её. Она слышала отчужденный голос, произносящий научные термины, как проклятие, которое несёт на себе ее несчастливая судьба.

- Химиотерапия не принесла нужного результата. Необходимо ампутировать левую грудь. Организм ослаблен. Прогноз после операции неизвестен, - слова тонули и растворялись в её ушах.

Левая грудь - часть её женственности, часть её бытия - и её хотят отнять. Она ощущала наступающий ужас, чувствовала, как неверность основ ее жизни, которые казалось были незыблемы и жестокость болезни отрывают её от всего, чем она была.

- Не со мной! Нет, только не со мной! - она кричала внутри себя, но тело не могло передать её голос. Она была заперта в этом ослабленном, измененном облике, она была пленницей несправедливости, и всё, о чем она могла мечтать сейчас, это хотя бы о возможности рыдать.

Миленна пришла в себя в своем номере, грудь вздымалась, сдерживая слезы, а все ее существо содрогалось от эмоций. Придя в себя, она вцепилась в плечи незнакомца и начала стучать кулаками в его грудь. Её силы были невелики, но это был крик её боли и отчаяния.

Человек маске встретил её взгляд с пониманием и нежностью, как родитель, утешающий ребёнка. Он позволил ей выплеснуть свои чувства. Постепенно её рыдания утихли, а силы иссякли. И тогда он начал говорить.

Он объяснил ей, что сегодня она видела два возможных варианта будущего. Один - это продолжение её славы и успеха, но с тенью недолгой жизни и угасающей славы. Другой - это мир, где человечество объединяется, чтобы победить старость и смерть, начав новую главу в своей истории.

Семь избранных на планете смогли воспринять мнемоническую волну. Эти семеро, включая Миленну, имеют выбор.

Миленна ощущала смятение эмоций: горе, боль - всё это было в ней. Но постепенно эти чувства уступили место решимости. Её мир изменился. Она осознала, что больше не может быть прежней, она должна действовать. Она должна найти тех, кто также чувствовал призыв, и вместе они могут попытаться изменить будущее.

Незнакомец смотрел на неё понимающе и нежно. Глаза Миленны сияли, наполняясь новыми надеждами и решимостью. Её путь теперь был обозначен, и она готова идти вперед, наперекор судьбе, времени и смерти, ради нового будущего.


В это время в других частях мира метаморфозы происходили и с другими людьми.

Китайская хакерша, Чэн Ли, всегда была поклонником высоких технологий и их потенциала. Она тоже пережила видение будущей победы над смертью и встретила незнакомца в маске, который развернул ей картину вероятного будущего, в котором Чен Ли умирала в изоляции, окруженная лишь своими кодами и компьютерами. Это видение потрясло ее - дало осознание, что весь вклад ее таланта в мир будет бесполезен, если она не найдет способ преодолеть судьбу, которую ей предсказали. Чэн Ли решила использовать свои навыки и знания для борьбы с тем, что казалось неизбежным. Она направит свои усилия в создание технологии, способной изменить баланс между человеком и временем.

В Индии чудесный и вдохновляющий сон пришел к Манешу Агравалу, ученому биологу, забывшему о себе в своем стремлении раскрывать природу жизни. Видение, которое он созерцал, показало ему, что его собственные исследования исчезнут в вихре времени, если не найти способ сохранить их ценность в будущем. Манеш решил сделать все возможное, чтобы разработать методы омоложения и борьбы со старением, чтобы знания и мудрость могли передаваться от поколения к поколению без потерь, чтобы жизнь развивалась не только количественно, но и качественно.

На просторах южноамериканского континента вещий сон посетил Марсио Фернандеса, опытного политика, который всегда стремился к переменам в своей стране. Его видение демонстрировало ему, что его усилия оказались напрасны, поскольку он умирал, оставив свой народ в конфликтах и недопониманиях.

Этот образ стал для него катализатором - он понял, что настоящая великая перемена начинается с изменения человека изнутри, и он обязан создать на земле более справедливое общество, которое невозможно в ситуации висящей над всеми неизбежности конца.

В Австралии мнемоническая волна настигла Элизабет Макконнелл, талантливого адвоката, чья карьера была связана с защитой прав человека. В своем видении она увидела, как ее собственные усилия оказывались недостаточными, чтобы предотвратить нарушения прав человека в будущем. Право на жизнь нарушалось и подвергалось поруганию двумя главными причинами - старением и следующей за ним смертью. Это был не только жизненный, но и юридический факт. Элизабет осознала, что защита прав человека должна стать неотъемлемой частью культуры и образа жизни, и в этой борьбе нельзя допускать полумер. Право на жизнь означает право на жизнь, а не право на старение и смерть.

Семь пробудившихся людей и незнакомец в маске на одной чаше весов. И восемь миллиардов человек на планете, которые просто следуют своему пути от колыбели до могилы, на другой чаше. Какое будущее им предстоит? Возможно, это зависит от взмаха крыла бабочки...


В глубоких подземельях, скрытый тоннами горных пород, располагался командный пункт управления, который не был обозначен ни на одной карте. Сотни мониторов теснились друг к другу, непрерывно высвечивая все новые данные. Графики и диаграммы, постоянно меняющиеся на экранах, могли вызвать рябь в глазах. На больших цифровых панелях непрерывно проносились заголовки новостей, отражая напряжение и беспокойство царящие во всем мире. Большая, во всю стену, карта планеты показывала мерцающие точки событий и происшествий, многие из которых вызывали тревогу и смятение. Люди в белых халатах и серых пиджаках двигались между мониторами, выполняя свою работу с методичной самоотдачей.

В центре комнаты, за пультом управления, сидел мужчина. Маска, скрывающая его лицо, выглядела не как символ, а как простое средство скрыть свои эмоции. Он повернулся, и его взгляд, холодный и беспощадный, приковал внимание сотрудника, подходившего с докладом.

Сотрудник стоял уверенно, но его слова звучали осторожно, будто он ступал на незнакомую и опасную территорию.

- Господин, наши приборы зафиксировали проход через Землю мнемонической волны, - доложил он.

- Вполне возможно, снова могут появиться люди, которые увидели приближающуюся развилку пространственно-временного континуума. Они могут начать пытаться что-то делать... Это может не понравиться... нашим... эммм... акционерам. Они и так понесли потери за последние несколько столетий... отмена рабства, всякие права человека, улучшение качества жизни людей. Боли и страданий становится меньше во многих сферах...

Человек за пультом медленно повернул голову.

- Передай акционерам, - сказал он, и его голос звучал безразлично и отстраненно:

- Для беспокойства нет поводов. Простая мысль всегда победит сложную, а удовольствие сейчас всегда сильнее ожидаемой награды в будущем. Люди никуда не денутся.

Сотрудник внимательно слушал, словно принимая инструкции от руководителя, чьи решения давали определенность в неопределенности.

- Акционеры только приобрели за последние столетия,- продолжил человек за пультом. - Все знают, что животные в неволе размножаются хуже, так и с людьми - пусть думают, что они свободны, тем сильнее разочарование, когда человек-батарейка понимает, что отслужил свое... Даже их коучи учат, что бизнес должен найти "боль" своих клиентов; значит, для того, чтобы бизнес рос, нужно увеличивать и количество боли. Все идет по плану.

Вокруг продолжали работать мониторы, а люди в халатах и пиджаках продолжали выполнять свои задачи, словно часть большой системы, готовой поддерживать статус-кво.


Летящие за окном серые облака плыли, как бесконечная цепь секунд, монотонно и беспощадно. Николай сидел в своей квартире, окруженный пустыми бутылками и обгоревшими окурками. На столе перед ним стоял недопитый стакан, спиртное как будто плавно пульсировало в такт его болезненным мыслям. Горький привкус утерянной надежды, разбитых иллюзий и забытых мечтаний медленно окутывал его сознание.

Глаза Ника устало смотрели в никуда, словно пытаясь увидеть ответы, которые он так искал и не нашел. В его душе бушевала буря из разочарования, обиды и горечи. Он вспоминал тот день, когда с горящими глазами и сердцем, полным вдохновения, он поделился своей идеей обретения человечеством бессмертия, разрушения оков смерти общим человеческим усилием, с близкими.

Первое, что он сделал, это пошел к своим друзьям и родственникам, рассказать им о своем видении, о том, что можно победить старение и смерть. Надежда сверкала в его глазах, когда он с волнением и страстью делился своими мыслями. Но в ответ он получил лишь непонимание.

Сначала он обратился к своим родителям, с надеждой, что они поймут его, как всегда. Однако, его отец покачал головой, словно отбрасывая наивные мечты:

- Николай, это всего лишь пустые фантазии. Не утруждай себя, занимайся чем-то реальным.

Мать, опустив глаза, прошептала:

- Сынок, я понимаю, что ты волнуешься за будущее. Но такие вещи недостижимы. Нам нужно просто жить своей жизнью.

Сестра, с которой они всегда делили все секреты, встретила его взглядом, полным недоумения:

- Ты хочешь помогать старикам, которые цепляются за жизнь? Лучше бы люди поубавились, а не добавлялись. Мир и так перенаселен.

Затем он поделился своими идеями со своим лучшим другом, надеясь на его поддержку. Но тот только пожал плечами:

- Ты что, серьезно? Ты хочешь вечно жить? Ник, ты много на себя берешь. Не нам решать, сколько и кому жить.

И коллеги журналисты, которым он всегда доверял, усмотрели в его идее не более чем трусость:

- Ты видишь, какой мир стал? Такое предложение, как твоё, выглядит как попытка укрыться от смерти. Лучше жить ярко и умереть молодым, чем томиться вечно.

Эти слова, сказанные теми, кого любил и уважал, больно ранили Николая. Он чувствовал себя одиноким и непонятым, как путник, блуждающий во мраке. Он сломался, понимая, что цель недостижима. Проклинал незнакомца в маске за то, что тот вырвал его из уютного мирка обычного человека...

В этот момент в дверь его квартиры тихо постучали. Он вздрогнул, словно пробудился от кошмарного сна, и поднялся с кресла. По дороге к двери его сердце забилось быстрее - кто мог прийти сейчас?

Открыв дверь, Николай увидел конверт, украшенный изысканными буквами "РК". Тонкий слой пыли на нем указывал, что этот конверт лежал здесь долгое время и ждал своего часа. Осторожно открыв его, Николай с удивлением достал билет на самолет в Египет и бронь для заселения в хороший отель. Но это не было главным. На дне конверта была небольшая записка со словом "Продолжим".

Все эмоции, которые, казалось, он давно утратил, взорвались внутри него. Глаза Ника наполнились слезами - слезами горя, надежды и вновь обретаемой веры. Он понял, что это было послание, напоминание о его первоначальной идее, о его мечте остановить время и стать его хозяином.

- Да, прошептал Николай, словно отвечая не только на вопрос записки, но и на все сомнения и недопонимания, которые он пережил. "Продолжим". Его голос снова был твердым, как решение, и он чувствовал, что его вдохновение вновь оживает, словно искра, пронзающая темноту.


Самолет быстро преодолевал пространство, но время внутри него медленно тянулось, словно узкая тропка сквозь лабиринт сомнений. Николай сидел, погрузившись в свои размышления, вспоминая те дни, когда его идея столкнулась с непониманием. Он прокручивал в памяти бесконечные страницы интернета, заполненные спорами, честными попытками что-то изменить и жаждой быстрого успеха. Там, где он надеялся найти пути к победе над старением, он обнаружил лишь коварные частные интересы.

Ученые, предаваясь борьбе за гранты, выдвигали амбициозные, но противоречивые и, кажется, несбыточные идеи. Журналисты, делая громкие заявления, преследовали лишь эффектный хайп, а бизнесмены пытались выгодно спекулировать на надеждах людей. Николай видел, как амбиции и жажда прибыли переплетались с искренними попытками понять, как сделать жизнь долгой и качественной.

Сквозь иллюминатор самолета показались контуры Египта. Николай приземлился, и, сойдя по трапу, восхищенно вздохнул, оказавшись на этой древней земле. Но встречали его не только теплый ветер и яркое солнце, но и бурлящие сомнения.

Когда он вошел в отель, его страхи снова усилились. Зал был наполнен шумом и разнообразными лицами, но вместо радостных ожиданий, он ощущал напряжение. Николай оглядел окружающих.

Разодетая, яркая женщина что-то втолковывала двум своим бодигардам. Почему-то она показалась ему знакомой... В стороне от них стоял темнокожий индиец и молча что-то читал. В кресле сидел мужчина с волевым лицом, разговаривая по телефону о сделках и акциях, словно сам был средоточием деловой интриги и спекуляций. Узкоплечая китаянка, на носу которой красовались очки с огромными линзами, скрылась за огромным ноутбуком, словно укрывшись за ним. Грузный мужчина латиноамериканской наружности, обливаясь потом, разговаривал с высокой и стройной женщиной с европейскими чертами, но очень хитрым лицом... Впрочем, когда Николай рассматривал этот человеческий пазл, он прекрасно осознавал, какой след оставило время и на его собственной внешности. Годы депрессии и борьбы забрали у него живую силу и страсть, оставив лишь тени на лице и во взгляде. Те, кто теперь окружал его, не проявляли никакого интереса к вошедшему гостю.

Блестящие поверхности и роскошь предметов интерьера отеля обрамляли атмосферу подозрительности. Взгляды, мимолетные разговоры и скрытые улыбки создавали напряжение, которое было почти ощутимо, как электрический заряд в воздухе.

Николай понимал, что его прибытие сюда стало пиковой точкой прежнего пути. Ему предстояло побороть сомнения и пройти испытание, чтобы найти ответ на свой вопрос и истину, скрытую за горизонтом. Он не знал готов он или нет.


В самом центре оживленной Каирской улицы, где восточная суета и шум создавали удивительную и полную самобытности атмосферу, располагалось маленькое кафе. Древние фасады, усыпанные яркими вывесками, казалось, еще чуть-чуть и переплетутся с бегущими по тротуарам людьми, с вездесущими торговцами, предлагающими свои товары и услуги. Воздух пропитан ароматами специй, а звуки музыки и разговоров на разных языках создают мозаику, похожую на мелодию.

Внутри кафе, в углу, стол был накрыт на несколько человек. Незнакомец в маске занял свое место за ним, и его спокойная, уверенная фигура выделялась на фоне шума и движения вокруг. Он был неподвижен, словно архитектурный элемент среди городской суеты.

Прошло совсем немного времени, и вокруг стола собрались те, кто несколько лет назад стали свидетелями видения о возможной победе над смертью. Они сидели в напряженном ожидании, их лица выражали смешанные эмоции - разочарование и недоверие, но вместе с тем и надежду на то, что этот момент может что-то изменить.

Обстановка в кафе была настолько насыщенной, что казалось, будто весь город, могучим водопадом вылился в этот небольшой живописный уголок. Шум, голоса продавцов и сменяющие друг друга ароматы придавали картине неповторимый колорит восточной жизни, где каждый двигался, словно песчинка, увлекаемая набегающими на берег волнами.

Николай взглянул на своих спутников. В их глазах была нерешительность. Он видел их недовольство присутствием друг друга. Их пути пересеклись по случайности, и теперь вот приходится делить этот момент, будто известным персонажам из басни "Лебедь, рак и щука".

Человек в маске наблюдал за ними, его глаза, смотревшие сквозь тонкую щель ее пластин, не выражали ни сострадания, ни обвинения. Он был лишь наблюдателем, хранителем важной цели, которую они все разделяли.

Элегантный пиджак незнакомца, выглаженный до идеального состояния, словно символизировал его спокойствие и уверенность. Огонь на лацкане его пиджака в виде вензеля РК, по-прежнему горел мягким пламенем, подчеркивая его принадлежность к этой загадочной организации.

Николай оглядел всех вокруг, чувствуя, что эта сборная компания - то, к чему его привела судьба, но явно не то, на что он рассчитывал. Мгновение прошло, и в его уме промелькнула мысль: "Это худшая компания за всю мою жизнь".

Он чувствовал себя как рыба, выброшенная из своей естественной среды, но понимал, что встреча все же обещает что-то гораздо большее, чем он мог представить. Вот только сбудутся ли эти обещания?

Наступило мгновение ожидания, в воздухе разлилось напряжение, как перед сильным порывом ветра или грозой. Наконец, незнакомец прервал тишину. Его голос звучал спокойно, но в нем были слышны и глубокая забота, и легкое разочарование одновременно.

- Сыны и Дочери Человеческие,- начал он, словно приглашая их к размышлениям. В этой фразе проскальзывала какая-то древняя мудрость и тайное знание, которое, как бутон цветка, готово было раскрыться, но еще не созрело для этого.

- Я понимаю ваши разочарования и не осуждаю их, - продолжил он, словно понимая все тайны их душ. - Я видел, как сложны были для вас последние годы, как трудно было принять то, что вы увидели. Но прошу вас взглянуть при этом и на себя, и на свои ошибки.

Его слова растворились в воздухе, но оставили в сердцах присутствующих горькое послевкусие. Незнакомец обратил взор на Николая, словно заглядывая глубоко в самую его суть.

- Как алкоголь и сигареты помогут тебе достичь победы над старением и смертью?

Голос незнакомца был нейтрален, но в его вопросе звучала неотвратимая логика. Он обратил внимание на то, как Николай решил справиться с собственными сомнениями, как он обвинял других в неприятии его идей.

- Твои близкие не видели того, что видел ты, - продолжал незнакомец, - так каким образом, могли они принять идею, которая разрушает весь привычный уклад и ставит их перед невероятной неизвестностью?

Николай молчал. Ему нечего было сказать.

Маска медленно повернулась к Миленне. Незнакомец, кажется, улыбнулся.

- Ты окружила себя экстрасенсами и целителями, которые обманывали и продолжают обманывать тебя. Маги и волшебники, конечно, всегда сулят самый легкий путь к бессмертию и победе над временем, - с иронией сказал он.

- Доверять каждому, кто предложит тебе волшебную пилюлю от старости, - не лучший путь, он неизбежно приведет к разочарованию и гибели, - продолжил незнакомец и стал на мгновение похож на сурового наставника из сказок и фильмов.

- Необходимо следовать за фактами и видеть реальность такой, какая она есть, а не впадать в слепую веру.

Девушку охватила волна смущения, и она опустила голову.

Глаза незнакомца обратились к Эдуарду Хантеру, словно разгадывая его тайные намерения.

- Вложение миллиардов в борьбу с деменцией - благородно, но даже если ты избежишь деменции, старость сделает свое дело и унесет с собой твою жизнь другим способом.

Хантер лишь стиснул зубы и не отвел взгляд от маски.

Слова незнакомца тем временем продолжали звучать, как печальное напоминание о заблуждениях каждого из присутствующих. Он говорил с ними по очереди, подчеркивая каждое их действие и следующие за ним ошибки. На лицах людей читались смешанные эмоции: удивление, смятение, растерянность. Они пришли, чтобы обвинить, но теперь понимали, что их собственные шаги и выбор оставили след в невидимой сети событий.

Никто не произнес ни слова, но все они поняли, что перед ними стоит гораздо более сложная и глубокая задача, чем можно было себе представить.

После нескольких минут молчания собеседники, переборов шок от услышанного, в едином порыве обратились к человеку в маске, и их голоса слились в один вопрос:

- Что же нам делать?

На лице незнакомца, скрытом за маской, заиграла слабая улыбка, оставшаяся невидимой для окружающих. Он словно предвидел этот момент.

- Позвольте мне рассказать вам притчу, - заговорил глава собрания и начал свой рассказ.

- Старый английский рабочий, отдыхающий от своих трудов, сидел за столом со своей женой и другом, сержантом, вернувшимся из Индии. Сержант показал хозяевам талисман - высушенную, сморщенную обезьянью лапу. Эта лапа, говорил он, была заколдована индийским святым, который даровал ей способность исполнить три желания для трех человек.

Незнакомец на мгновение сделал паузу, чтобы позволить слушателям окунуться в суть рассказа, и продолжил:

- Сержант рассказал, что не знает первых двух желаний первого владельца лапы, но последним из них была - смерть. Второй владелец, сам сержант, не стал раскрывать свои желания лапе. Более того он выкинул талисман в пламя камина, чтобы попытаться избавиться от него.

Речь незнакомца изливалась, как река, перенося слушателей в историю.

- Его друг - рабочий, спас лапу из огня и, решив попробовать ее магическую силу, загадал свое первое желание - 200 фунтов стерлингов. И вот, стук в дверь, и служащий из фирмы, где работал его сын, вошел в комнату. Ваш сын умер в результате несчастного случая на работе, сказал он, но фирма, чтобы избежать ответственности, предлагает вознаграждение в 200 фунтов. Отец, убитый горем, назвал свое второе желание - вернуть сына. Вновь раздался стук, дверь открылась, и перед ним появилось нечто, что некогда было сыном несчастного старика - его призрак. Последним желанием дерзнувшего использовать лапу было - убрать призрака прочь.

Слова незнакомца затихли, описав последний штрих этой древней истории. В комнате кафе, окруженной восточной суетой, вдруг стало тихо, словно магия унесла присутствующих в другой мир, который до сих пор помнил горечь героя притчи. Человек в маске внимательно смотрел на собеседников, словно призывая их к пониманию, лишь огненный знак "РК" не переставал мерцать.

Собеседники сидели в напряженном молчании, они понимали, что слова, которые будут сказаны сейчас, могут изменить все их представления о мире. Незнакомец продолжил свою речь, его голос звучал уверенно, но в то же время был наполнен пониманием и заботой.

- Слушайте, Сыны и Дочери Человеческие, - заговорил он. - Понимаю, что многие из вас разочарованы, обижены и чувствуют себя обманутыми. Но в этом нет ничьей вины. Мир таков, какой он есть, и мы не можем изменить его сразу и радикально.

Голос незнакомца стал более тихим и теплым, словно он обращался к каждому из них по отдельности.

- Не ожидайте, что мир побежит за идеей, которая реализуется через годы или даже десятилетия. Простые идеи, которые могут быть поняты сразу, всегда побеждают сложные. Удовольствие, которое можно испытать здесь и сейчас, перевешивает потенциальный успех завтрашнего дня. Это законы этого мира, и мы должны их учитывать.

Глаза Николая метались между незнакомцем и его собеседниками. Он пытался найти в их лицах подтверждение тому, что слышит, или же возможность опровергнуть сказанное. Его брови сошлись на переносице, глаза искали поддержку на лицах товарищей, но видели лишь смятение.

Один Эдуард Хантер сидел, скрестив руки на груди, и вглядывался в лицо незнакомца, словно пытаясь прочитать между строк смысл его слов. Его лицо отражало внутренний диалог, сомнения и надежды, борьбу с собой, словно его ум пытался обработать новую информацию, но сердце было не готово еще полностью принять ее.

Миленна, даже в такой ситуации сохраняя удивительную грацию, немного опустила голову, взгляд ее был устремлен на стол, как будто она старалась скрыть свое внутреннее состояние от окружающих. Она, казалось, углубилась в размышления, пытаясь объединить слова незнакомца с собственными переживаниями, со своим путем к точке времени и пространства, где оказалась.

Остальные участники встречи также выглядели более или менее обескураженными.

- Вы, Сыны и Дочери Человеческие, являетесь той самой обезьяньей лапой, о которой я говорил. Вам не дано избежать законов этого мира, пусть и жестоких, и даже абсурдных, вы часто выбираете быстрое удовольствие сегодня, забывая о последствиях в будущем. Но вы можете и должны попытаться выполнить желания этого мира не так, как он хочет. Обогнать - не догоняя. Победить в войне - не начав ее.

Последние слова были произнесены уже тише, словно удивительный человек, скрывший лицо маской обращался к каждому индивидуально, сквозь годы и опыт. Глаза Николая сузились, он проникал в смысл сказанного, пытаясь уловить намеки, которые, возможно, упустил ранее. Эдуард сместился на стуле. Его внутренний конфликт набирал обороты, и он стремился разгадать смысл того, что слышит.

- Задача тех, кто хочет изменить мир, не в том, чтобы биться головой об стену. Попытки менять общество напрямую могут привести к негативным реакциям. Используйте ключи. Первый - это принцип кунг-фу. Используйте силу противника против него. Доводите его аргументы до абсурда, ищите лазейки в его правилах и законах и выигрывайте, пользуясь его же аргументами.

Взгляд Николая оживился, в его голове начали складываться кусочки головоломки. Эдуард вдруг пристально посмотрел на незнакомца, будто слова про кунг-фу пересеклись с какой-то его личной мыслью. Миленна прищурила глаза, словно она представила себя, бьющуюся с аргументами тех, кто отвергает лучшее будущее для людей, как с соперницами на арене.

- Второй ключ, основан на законе Карла Маркса. Этот великий человек учил, что количественные изменения неизбежно приводят к качественным. Под натиском упорного труда, постоянно накачивая систему изменениями, вы добьетесь того, что она изменится. Возможно, это не произойдет за одну ночь, но это закон изменений.


Словно иллюстрируя только что сказанное, незнакомец взял в руки герметичную пластиковую емкость и подсоединил к ней электрический насос. Все внимание собравшихся было устремлено на это действие. Он включил насос, и время начало течь медленно. Сначала ничего не происходило. Но настойчивость принесла свой результат - через некоторое время емкость деформировалась и лопнула.

- Смотрите, - сказал незнакомец, указывая на остатки сосуда. - Я делал одно и то же - накачивал воздух. Это могла быть ваша настойчивость. Если бы я остановился на первой минуте или даже на десятой, ничего бы не произошло. Важно не останавливаться, и, направляя свой труд в одну точку, вы неизбежно измените систему.

Николай слушал, пристально смотря в глаза незнакомца, ища там ответы. Эдуард медленно кивнул, как будто осознал, что ключи к изменениям действительно могут быть простыми, как законы природы. Внимали происходящему с трепетом и остальные члены собрания.

Все обдумывали сказанное. Но не все были готовы его принять. Эдуард Хантер, обладатель сильного характера и многомиллиардный бизнесмен, кривил губы в усмешке, словно смотрел на что-то, что считал пустой трепотней. Взгляд его был полон недоверия к незнакомцу, он словно собирался разоблачить обман, скрытый за его словами.

- И что же, мистер...? - начал он, заметно подчеркивая отсутствие имени у человека в маске.

- Может быть, Вы уговорите нас отдать все свое время на поддержание Вашего идеала? Но в чем гарантия, что даже через десять поколений мы, сейчас живущие, получим то, что обещаете Вы? Каким образом все это убережет меня от деменции и старческой смерти на этом веку? Нет, мне кажется, что ваша идея - это просто "плохие инвестиции".

Секунды тянулись медленно, как будто в ожидании судьбоносного ответа. Все присутствующие находились на высочайшей грани напряжения. Каждый из них понимал, что это столкновение сильных характеров может изменить их жизни.

Незнакомец, казался спокойным, словно непоколебимая скала, о которую могли бы разбиться самые бурные волны. Он принял обвинение Эдуарда словно тяжелый груз, но его голос звучал ровно и без колебаний.

- Господин Хантер, - начал он, и его слова звучали как холодный бриз, окутывающий всю комнату.

- Вы правы, что достижение нашей цели требует времени и прозорливости. Но именно здесь и сейчас, в этот момент, мы имеем возможность заложить основы для будущего. Что касается моей личной выгоды, то вам стоит знать, что я не являюсь выгодополучателем этой сделки, как вы выразились. Я уже нашел свой путь.

Все замолкли, словно ожидая дальнейших слов незнакомца, которые могли бы поменять ход беседы. Взгляды были устремлены на него.

В маленькой городской кофейне словно остановилось время. Собеседники, сидящие за столом, были подхвачены ветром перемен, словно частицы самого великого и древнего Каира, словно пирамиды - свидетели времени и затерянных в веках мечтаний фараонов. Стены великих построек древности молчали, но их тронутые тысячелетиями камни, казалось, сосредотачивались, прислушиваясь к разговору, который разворачивался перед ними.

В этот момент, казалось, что древняя египетская земля, пережившая эпохи и тысячелетия, словно затаила дыхание. Она, та, что когда-то помнила о мечтах фараонов о бессмертии и вечной жизни, словно дала благословение сидящим в маленькой кофейне, где сейчас, перед ее глазами, разворачивалась история новых мечтаний и новых битв.

Незнакомец вздохнул, словно признавая, что в словах Эдуарда есть доля истины. Смотря на него, он подтвердил сказанное:

- А Вы правы, господин Хантер. Прежние попытки вмешательства в ход событий и борьбы с главным врагом человечества, многократно сталкивались с человеческой природой, ее недостатками и желанием думать о себе в первую очередь. Действительно, жить для других сложно, а признание этого факта может быть угнетающим. Но, как говорил великий русский философ Николай Федоров, жить надо не для себя или для других, а со всеми и для всех.

Он взял в руки небольшой прибор, и перед их глазами возникло трехмерное изображение обычной лабораторной крысы. Ее живые движения, то, как она обнюхивала свой вольер, легкость каждого шага умилили собравшихся. Улыбки невольно заиграли на лицах.

- Это - ваш план "А", Сыны и Дочери Человеческие, - продолжил незнакомец.

-Эта крыса воскрешена благодаря технологии пересадки органов, которые предварительно были заморожены до температуры жидкого азота, а потом восстановлены в прежней работоспособности. Это уже не будущее, это реальность. Мы можем погрузить сложный многоклеточный орган в состояние криосна и вернуть его к жизни, заставить вновь функционировать. Даже если вы сейчас проиграете в этом раунде, но приблизите общую победу, вы сможете остановить время для себя, войти в состояние криосна, чтобы дождаться момента, когда ваши товарищи пройдут дальше - научатся воскрешать тех, кто находится на грани жизни и смерти, тех кто находится в криосне.

Человек в маске смотрел на них, словно проверяя реакцию. Он задал вопрос, оставив его висеть в воздухе:

- Вы понимаете, какую возможность это открывает? Какова ценность этой технологии для вас?

Собеседники обменивались взглядами, и в их глазах отражалось смешанное чувство удивления и восторга. Эдуард, ранее так скептически настроенный, теперь казался сосредоточенным, словно пытаясь сдержать свои эмоции. Миленна, столь много до этого уделявшая магии и эзотерике, уловила важность момента, ее глаза сверкали от интереса к новым горизонтам. Николай, наблюдая за всем этим, понимал, что пред ними стоит не просто человек в маске, а носитель ключей к невиданным возможностям.

Незнакомец продолжил:

- Итак, вот что я предлагаю вам: вам нужно создать прочную связь друг с другом, как никогда прежде. Обязательство помогать и заботиться друг о друге, о тех, кто будет находиться в криосне, когда придет их время. Вместе вы сможете преодолеть любые трудности, вместе вы сможете изменить ход истории. Помните, это не просто ваша борьба - это борьба всех нас, нашего прошлого и будущего, за жизнь, за победу над временем.

Взгляды собеседников снова пересеклись, и на этот раз они были полны решимости и надежды. Независимо от того, какие разногласия могли бы их разделять, перед ними стояла задача, которая объединила их цели и желания.

Тем не менее не все приняли сказанное одинаково. Миленна, пытаясь сдержать эмоции, голосом, в котором звучала едва контролируемая истерика, задала вопрос, отозвавшийся в сердцах многих:

- Да что нам принесет лежание в жидком азоте? Это же, по сути, та же самая смерть - без дыхания, без пульса... Ее лицо исказилось. Она сдерживала слезы. Незнакомец уловил схожие эмоции в глазах остальных участников беседы. Он улыбнулся, готовясь к ответу.

- Вы думаете, что смерть - это однозначный факт, раз и все, но вы ошибаетесь. Смерть - это процесс. Вначале ее определяли отсутствием дыхания, затем остановкой сердца. Но наука расширяла эти грани: дыхание можно восстановить, сердце - вернуть к жизни. Сейчас смерть для ученых - это прекращение электрических импульсов в мозге. Однако кто знает, что произойдет завтра? Сколько людей могло быть спасено, если бы дефибриллятор был изобретен ранее? Подумайте о том, какие новые достижения ждут науку и технологии - что превратит текущее состояние, называемое смертью, в будущем в просто вариант состояния клинической смерти. Ведь мир постоянно меняется, и мы должны идти в ногу с этими изменениями!

Он произнес свои слова с уверенностью, приглашая всех присутствующих поразмышлять над этим.

Слова незнакомца, наконец, развеяли туман сомнений. Новые друзья, которых судьба привела в маленькое каирское кафе, поняли, что теперь их судьбы неразрывно связаны друг с другом не только в этой жизни, но и в ожидании, когда судьба на грани миров - жизни и смерти - будет решаться на весах общего усилия всех людей.


Марсио Фернандес - был политиком с не самой привлекательной внешностью, но выдающимися способностями. Высокий, довольно полный, с лицом, словно грубо слепленным из глины, он выделялся из толпы, не всегда к этому стремясь. С детства он сталкивался с трудностями из-за своих физических особенностей. Веселые и активные сверстники постоянно высмеивали его, а он, несмотря на боль, которую приносили насмешки, не нашел силы не закрыться в себе. Вместо этого, он нашел в себе лидерские качества, властность и умение видеть то, что скрыто от других.

Быстро осознав, что физические достоинства для него не в приоритете, Марсио начал развивать другие грани своей личности. Он стал мастером в области межличностных отношений, способным читать желания и потребности людей вокруг. Его умение находить компромиссы и создавать соглашения, в которых каждая сторона получала желаемое, превратило его в настоящего арбитра среди самых разнообразных групп и сообществ. Он умело собирал вокруг себя альянсы и коалиции, объединяя заинтересованные стороны, даже если они казались полностью несовместимыми.

Сказка из далекой России "Каша из топора" стала его жизненным девизом. Он понял, что каждый обладает чем-то ценным, и, если собрать все эти кусочки воедино, можно создать нечто невероятное. В этом он видел свой путь - собирать маленькие и большие интересы, кусочки власти и влияния, чтобы сварить из них великолепный социально-политический суп.

С годами Марсио Фернандес стал известным политиком, его имя стало символом примирения и способности направлять усилия многих в нужное русло. Он создавал союзы и альянсы, которые казались невозможными, заключая сделки и соглашения, где все стороны получали свою выгоду.

Он стал одним из семи людей, принявших много лет назад мнемоническую волну, и занял свое место в этой удивительной команде. Он не только предвидел события, но и умело манипулировал этими знаниями, чтобы воздействовать на их ход. Его жизнь и карьера стали своего рода доказательством того, что иногда самые неприметные аспекты личности могут обернуться могущественным влиянием. Политическая арена Южной Америки была его территорией, где он воплощал свои идеи и стратегии. Он стал примером того, как даже недостатки можно превратить в силу, а умение находить общее в разнообразии сделать золотым ключом к успеху.

Сегодня его личный лимузин катился по великолепным автобанам Европы. Вечерний свет запада заливал салон дорогого автомобиля мягким, теплым оттенком. Марсио Фернандес устало откинулся на спинку сиденья, массажируя виски кончиками пальцев. Его взгляд был устремлен на аккуратные домики и зеленые лужайки, плывущие мимо, похожие на картины в художественной галерее. Он ощущал некоторое облегчение после завершения важных переговоров, но и усталость в каждой клетке тела.

Рядом, на сиденье напротив, секретарь и личный помощник Фернандеса, Хосе Лопес внимательно и методично внес последние пометки в календарь, затем аккуратно убрал заключенное соглашение в папку. Он ощущал гордость и восхищение своим шефом, человеком, который умел навести порядок в хаосе, направить усилия в нужное русло и сделать невозможное возможным.

- Это просто чудо, Марсио, - не удержался Хосе, оторопело поднимая глаза на своего начальника.

- Мы действительно смогли объединить вокруг нашей цели такое разнообразие групп и сообществ...

Фернандес устало улыбнулся, словно вздохнув после долгого подъема в гору.

- Это не они присоединились к нам, а мы к ним, - его голос звучал спокойно

- Именно так должен думать любой партнер

Хосе взглянул на Фернандеса с восхищением. Он видел в своем начальнике не только политика, но и мастера убеждения, стратега, который знал, как обратить на свою сторону даже самых неожиданных союзников.

- Понятно, когда к движению за борьбу со старением присоединились правозащитные организации и объединения пациентов, людей старшего возраста, даже экологи и техногики, но насколько я понимаю, теперь даже фанатские клубы поддерживают нас, - сказал Хосе, словно не веря своим ушам.

Марсио с улыбкой кивнул, закрывая глаза, чтобы на мгновение отдохнуть.

- Предложи людям то, что они хотят сейчас, и они поддержат тебя в том, чего ты будешь достигать завтра.

Взгляд Хосе наполнился пониманием, а уважение к своему шефу укрепилось еще больше. Они продолжали ехать, переживая момент тишины, словно усталость и радость от победы пронизывали воздух вокруг.

- В конечном счете на нашей карте союзников в борьбе за идею победы над старостью и смертью стало на одну точку больше, - произнес Марсио, глядя на закат за окном. - Мы сделали хорошую работу.

В салоне царила атмосфера удовлетворения, стремления идти вперед, был сделан еще один шаг в неизведанное будущее.


Светильники в кабинете судьи Сюзанны Мэдоуз отбрасывали мягкий и приглушенный свет на её усталое лицо. Вечер уже давно перерос в ночь, но она все еще сидела за своим столом, погруженная в кипы разнообразных документов. Сюзанна была опытным юристом, уважаемым и умным, и она знала, что на этот раз перед ней лежало дело не просто о чьих-то правах, а о будущем всего человечества.

Сюзанна металась между страхом перед ее могущественными друзьями в высоких кабинетах Правительства, которые ждали от неё "правильного" решения, и профессиональной этики, которая требовала рассмотреть дело честно и независимо.

На столе лежал иск о рассмотрении в Правительстве гражданской петиции, предлагающей признать старение болезнью и перераспределить усилия государства для достижения цели продления здоровой жизни людей до 120 и более лет. Юридически документ полностью корректен, а аргументы сформулированы так обдуманно, что не оставляли никаких юридических лазеек. Более миллиона подписей под петицией говорили о серьезности данной инициативы. "Как же они это сделали?" - этот вопрос крутился в голове женщины, подобно назойливой мухе.

Наконец, стук в дверь прервал размышления судьи. Сюзанна вздохнула:

- Войдите

В комнату зашла высокая, худощавая женщина с красивым, проницательным лицом.

- Элизабет, - приветствовала её Сюзанна:

- Похоже, ты победила

- Ты знаешь, Сюзанна, политические лидеры могут меняться, но принципы права должны оставаться неизменными, - произнесла Элизабет Макконнелл с улыбкой, но в её словах звучало недвусмысленное послание. "Сделай правильный выбор и присоединяйся к будущему".

Сюзанна кивнула, её лицо выражало сложную смесь эмоций: страха и неуверенности. Она знала, что завтрашний день принесет миру вердикт, который она должна будет объявить и утвердить.

В этот момент, за тысячи километров от них, в маленькой заставленной вещами квартире, Чэн Ли, цифровой гений и хакер, удовлетворенно улыбалась. Она понимала, что план сработал. Электронную петицию она превратила в часть нескольких глобальных игровых квестов, которые ежедневно проходили миллионы людей. Они не только подписывали петицию, но и погружались в мир головоломок, где поиски сокровищ переплетались с пониманием важности борьбы со старением.


День за днем Николай усиленно трудился, забывая о сне и покое. В его красных глазах отражалась усталость, а запах кофе окружал, как аура. Петиция в поддержку борьбы со старением, которая собрала огромное количество подписей, была вновь отклонена судом. Но факт заключался в том, что Николай не был расстроен. В действительности, он был полон восторга. Ведь это был информационный повод, который они искали.

Новость о том, что петиция была отклонена и Правительство отказалось ее даже рассмотреть, распространялась как огонь пожара. Это не было случайностью, была проделана тщательно спланированная и сложная информационная работа. Скандал охватил мир, вызвав волну возмущения. Люди, сидя перед экранами телевизоров и смартфонов, приподнимали брови от удивления и тревоги. Взрыв эмоций и недоумения наводил на мысль, что что-то здесь не так.

"Политики и власти хотят, чтобы мы умирали! Они не желают помогать старикам жить дольше, и нам не хотят продлевать молодость!" - это возмущение заставило людей выйти из себя. Волна негодования захлестнула интернет, огромные горы возмущенных писем ложились перед политиками и чиновниками.

И тогда случилось нечто, о чем Николай и его друзья мечтали и на что надеялись. Судья Сюзанна Мэдоуз изменила свое решение. Новость о решении пересмотреть петицию вновь была отправлена в массы. Николай понимал, что теперь о проблеме говорили не только немногие сторонники, но и множество людей, которых она непосредственно касалась. Власть начала чувствовать давление общественного мнения.

Николай улыбнулся, чувствуя восторг от того, что их план действует. Теперь они добились того, что жажда перемен и борьбы за продление жизни вспыхнула как никогда прежде. Множество дискуссий и разговоров начало шуметь в сети. Не только вопрос о том, почему петиция была отклонена, стал главной темой, но и дополнительный элемент, который Николай внедрил в сюжет. Слухи о том, что секреты борьбы со старением скоро будут раскрыты для богатых и избранных, распространялись как огонь. Люди чувствовали зависть к тем, кто мог обеспечить себе эту невероятную привилегию, и это стало настоящим стимулом для действия.

Эти движущие силы - страх и зависть - пробуждали горячие обсуждения, волнения и желание что-то изменить. Они пронизывали общество, как электрический заряд, мобилизуя людей и побуждая их к действию. Теперь, когда секреты борьбы со старением стояли на грани раскрытия, они стали магнитом, притягивающим внимание миллионов.

Весь мир разделился на две части: те, кто считал, что это беспрецедентный шанс изменить общество, и те, кто боялся, что это создаст еще больше неравенства и дисбаланса. Люди обсуждали, спорили, высказывали свои опасения и надежды. Николай понимал, что именно этот разделенный на две части мир, который мечется между завистью и страхом - станет двигателем перемен.


Годы тяжелой, но увлекательной работы объединили группу семерых соратников, которые много лет назад стали свидетелями проявления величественного образа возможного будущего. Теперь они были фигурами не только общественных дебатов, но и глобальной политической сцены. Их идея о возможности более долгой жизни и победе над смертью перестала быть сокровенной мечтой и стала битвой, которую вели многие. Она поднялась на уровень важных мировых вопросов, таких как борьба с бедностью, климатические изменения или права человека.

Впрочем, время не пощадило семерых друзей. Даже на лице Миленны, которое когда-то казалось бесконечно молодым, появились тонкие морщины, но их глаза по-прежнему сверкали страстным желанием. Они знали, что времени становится все меньше, но их решимость не иссякала.

На этот раз встреча соратников, проходила в очень необычном месте - в сердце далекой и загадочной Якутии, занесенной снегами и скованной вечными льдами. Огни прожекторов резко обрисовывали контуры снежных гор и пронзали темную ночь.

Эдуард Хантер кивнул спутникам, подтверждая, что подарок человечеству, который они готовили много лет, наконец готов. Он пригласил всех внутрь шахты, казалось забытой временем, где когда-то, еще в пятидесятые годы прошлого века, добывали руду для советского промышленного чуда. Сейчас здесь царила высокотехнологичная обстановка. За темной входной аркой располагалась замаскированная металлическая дверь, ведущая внутрь. Там их ждало нечто удивительное.

Спутники спустились на лифте, и перед ними открылась потрясающая картина. Подвешенные к потолку светильники создавали ощущение, будто сам воздух пропитан электричеством, заставляя каждый объект сверкать и переливаться. Но главное внимание приковывал гигантский кристаллический монитор, занимавший почти всю стену. Он излучал яркий свет, который отражался от ледяных стен шахты, словно в волшебном зеркале.

Шахта была полностью изолирована от внешнего мира и оборудована автономной энергосистемой. Впечатляющие вычислительные системы и банки данных обеспечивали всю необходимую обработку информации и техническую поддержку.

Спутники были поражены красотой зимней ночи, сочетающейся с передовыми технологиями - воплощением человеческой мечты. Эмоции на их лицах переплелись в целую гамму: восхищение, удивление и решимость. Николай, стоя рядом с Хантером, обменялся взглядами с остальными. Этот момент означал начало новой фазы в их путешествии, борьбе за будущее, которая постепенно становилась всемирным стремлением.

Семь друзей шли дальше, и перед ними предстало грандиозное криохранилище. Это место выглядело как слияние научных открытий и волшебной сказки. Тысячи капсул, украшенных орнаментами и переливающихся бликами отраженного света, ожидали своих будущих обитателей. Высокая технологичность сочеталась здесь с торжественностью момента, создавая впечатление, что каждая капсула - это ценное сокровище, ожидающее своего времени.

Металл здесь соседствовал с блеском хрустальных деталей. Как будто в этом месте столетия магии смешались с передовыми научными достижениями. Каждая капсула была словно хрустальным ложем, на котором отдыхала надежда на будущее без смерти.

Атмосфера здесь была наполнена величием и таинственностью. Огромные кристаллические панели освещали криохранилище, как бесценную и нетленную реликвию. Холод и блеск создавали атмосферу ожидания, но в этом ожидании было нечто великое - возможность дать тысячам людей шанс на новую жизнь.

Спутники замерли, впитывая великолепие этого места. Они чувствовали, что стоят у порога чего-то большего, чем просто лаборатория. Это было свидетельство смелой мечты, тщательной работы и веры в человеческий потенциал.

- Это место напоминает мне сказку о мертвой царевне, которая на хрустальном ложе дожидалась, когда принц разбудит ее поцелуем, - только и могла вымолвить Миленна.

- Принц обязательно придет,- ответил ей Ник.

Манеш Агравал, не скрывающий своего волнения, возглавил экскурсию по криоцентру, который был готов к своему открытию. Он провел своих друзей через двери лабораторий и коридоров, раскрывая им мир возможностей, который они создали. Он объяснил, что здесь, помимо огромного криохранилища, располагаются передовые лаборатории, где проводятся исследования, позволяющие значительно продвинуться в технологии заморозки и последующей безопасной разморозки биологических объектов.

Манеш рассказал, что теперь исследования не ограничиваются отдельными органами, а идут дальше - на их пути оказались небольшие живые существа. Мыши, крысы, даже морские свинки - все они подверглись экспериментам, и успех не оставил себя ждать. Проект идет по плану и даже опережает его. Ученые смогли добиться значительных успехов в сохранении жизни и здоровья в условиях глубокой заморозки органики.

В разговор включилась Элизабет Макконнелл, сообщив, что практически завершена подготовка документов для регистрации страховой компании, цель которой - обеспечить доступ к криосохранению для всех желающих, вне зависимости от их финансового положения. Она с радостью объявила, что скоро каждый человек сможет позволить себе, внеся небольшой страховой взнос, быть уверенным в том, что его ждет место в этом великом начинании.

На лицах семерых соратников отразилось удовлетворение и гордость. Этот момент означал не только успех их долгой работы, но и надежду на то, что скоро многие люди, ранее обреченные на неминуемую смерть, получат второй шанс - шанс на долгую и здоровую жизнь. Это была не только технологическая революция, но и моральная победа, ставящая под сомнение давно устоявшиеся представления о жизни и смерти.


Подземный бункер управления пульсировал, словно огромное сердце, бьющееся в ритме мировых событий. Сотрудники сосредоточенно двигались по залу, сидели за пультами управления, на связи со всем миром. Сигналы, данные, сообщения - все слилось в единый поток, создавая монументальный оркестр информации.

В центре помещения, за массивным пультом управления, сидел человек в маске. Его глаза сверкали под защитной панелью, словно зеркало, отражающее весь мир. Вокруг него толпилось множество докладчиков, подававших отчеты о событиях, связанных с борьбой за продление жизни и победой над старением. Слова о петициях, обращениях к правительствам и об открытии криоцентра в России звучали как барабанная дробь, отбивающая ритм, какого-то нового, неизвестного до сей поры марша.

Внезапно шум разговоров и докладов замолк, и множество докладчиков начали расступаться, уступая место высокой фигуре. Она была закутана в плащ, который словно символизировал не только власть, но и тьму, скрывающуюся внутри. Глаза ее жгли, словно огонь, а присутствие вызывало дрожь воздуха.

Руководитель бункера, привыкший к контролю и власти, почувствовал, как его позиция вдруг стала неустойчивой. Он поднялся со своего кресла, словно автоматически реагируя на присутствие этой загадочной фигуры. Голос ее прозвучал без всякой церемонии, словно приказ, не ожидающий возражений.

- Я принес известия от акционеров, - произнесла фигура, голос прозвучал как скрип.

- Они недовольны. Смерть - это основа порядка, старение - основа контроля. Они вместе - залог покорности. Семь человек, на которых ты не обращал внимания, столько лет, представляют угрозу. Они научились играть на нашем поле и использовать те же инструменты, что и мы. Эта угроза должна быть устранена.

Человек в маске смотрел в бездонные глаза фигуры, его мысли бурлили, а сердце забилось в такт с грядущими действиями, которые нужно было предпринять.

- Я понял, - ответил он холодно, хотя его голос утратил ту уверенность, которую он всегда считал свой броней.

В бункере вдруг стало тихо. Но в этой тишине ощущалась гнетущая атмосфера, словно угроза повисла в воздухе. Семеро смельчаков, бросивших вызов обычному порядку вещей, еще не знали, что стояли перед лицом неотвратимой беды, не представляли мощь и безжалостность абсолютной власти, которая могла в любой момент разрушить все, чем они так долго и упорно занимались.


Миленна, блистательная суперзвезда, олицетворение элегантности и изысканности, не упускала ни одной возможности использовать свои статус и влияние для распространения идей крионики и победы над старением и смертью. Ее появление на светских раутах и вечеринках считалось важным событием, которое вызывало восхищение и интерес даже у самых влиятельных людей мира.

Поп-дива была мастером намеков и случайных комментариев. Она игриво подбрасывала загадочные фразы в разговоры, рассказывала о перспективе продления жизни, о возможности не уйти в небытие, и она делала это так убедительно, что многие начинали интересоваться, к чему же клонит звезда.

На светских мероприятиях Миленна с грацией демонстрировала кулон, висящий на ее шее. Сердце, в которое была вписана снежинка - символ криокомпании Хантера и Агравала - самого большого и доступного крио-центра мира, основанного ими в далекой и загадочной стране шаманов - Якутии. Это не только подчеркивало ее статус клиента компании, но и становилось своеобразным проводником для тех, кто хотел узнать о новой перспективной технологии.

На встречах и в интервью Миленна невозмутимо делилась своими мыслями:

- Мы - свидетели изменений, новых горизонтов. Почему бы не подумать о том, чтобы остаться среди этих перемен?

С какой-то неотразимой магией, которая крылась в мелочах, взгляде, движении плеч, улыбке, она призывали людей открыть глаза на бесконечные возможности.

Постепенно среди звезд и мировых лидеров поднялась настоящая волна. Мода на крионику стала темой горячих дискуссий в СМИ и сладких разговоров в кулуарах. Все, от звездных актеров до влиятельных предпринимателей, стали активно обсуждать перспективу дать себе шанс на жизнь в будущем. Даже среди их фанатов начали появляться те, кто решил последовать этому примеру.

Знакомые и поклонники дивы тоже вступили в эту новую гонку.

- Ух ты, у Миленны тоже такой кулон! Ты что, тоже хочешь стать клиентом компании? - с улыбкой спросил парень у своей девушки на концерте певицы.

- Ну, конечно! Если это дает шанс не просто существовать, а жить с надеждой на что-то лучшее, - ответила она.

А завтра увидела своего парня с кулоном в виде сердца со снежинкой.

Ведущий журналист Энди Волкер провел интересное интервью с несколькими героями этой истории, вот выдержка из разговора с одним из участников:

- Сначала казалось, что крионика - это фантастика, но сейчас она стала настоящим вызовом для общества. Миленна, Манеш Аргавал и другие докажут нам, что границы возможностей человека все еще можно расширять.

Число тех, кто хотел остаться между жизнью и смертью и ждать победы над последней, росло с каждым днем. И сердце со вписанной в него снежинкой - символ борьбы за продление жизни - стало не просто модным аксессуаром, но и знаком солидарности, единства в стремлении к новому, где возможности уже не имеют границ.

Шли годы. Миленна, по-прежнему блистательная и очаровательная, вышла из роскошного автомобиля, словно настоящая королева вечера. Каждый ее шаг на красной дорожке искрился элегантностью и уверенностью. На ее груди по-прежнему блестел кулон в виде сердца, в котором заключена снежинка - символ страстного стремления к продолжительной жизни и к преодолению смерти.

Сияющие огоньки софитов обрамляли ее путь, создавая атмосферу волшебства и ожидания. Гости, собравшиеся на этом светском банкете, не могли отвести глаз от захватывающей женщины, которая словно воплощала в себе не только красоту, но и надежду на лучшее будущее.

Как только Миленна начала движение, зал охватило напряженное ожидание. Огоньки светосфер играли на ее платье, добавляя волшебства. Дива подошла к микрофону, ее взгляд уверенно скользил по аудитории. Все замерло. С нескрываемым волнением певица начала исполнять свою новую песню "Say Forever".

Музыка заполнила пространство, словно волна, захватывая всех присутствующих. Текст песни рассказывает о великом стремлении жизни к победе над смертью, которое начинается с маленького цветка, прорывающегося через толщу асфальта, и заканчивается космическими кораблями, несущими людей в бескрайний мир звезд.

Под звуки последних аккордов песни и аплодисментов, Миленна словно обнялась с музыкой, выражая через каждую ноту свою страсть и уверенность в будущем. Она завершила свое выступление, и зал взорвался овациями, призывая ее вернуться на сцену. Вернувшись, улыбаясь и раздавая воздушные поцелуи поклонникам, звезда сделала несколько пластичных движений, словно в танце пытаясь уловить весь этот момент.

Сойдя с подиума, как королева и сделав глубокий вдох, Миленна почувствовала всю потрясающую силу и красоту жизни, все что она последние годы пыталась передать в своем творчестве. Она подхватила бокал с шампанским, с подноса официанта, тонко улыбнулась всем вокруг и сделала несколько глотков. Воздух наполнился звуками аплодисментов, но вдруг дива замерла. Ее тело, вдруг ставшее таким неповоротливым и тяжелым начало падать, звон бокала, выпавшего из разжавшихся пальцев, недоумевающий и гаснущий взгляд... Мгновение неопределенности, а затем все стало очевидным. Жизнь покидала певицу... Аплодисменты стихли и сменились ошеломленной тишиной...


В момент, когда зловещие огоньки индикаторов на специальных часах, украшавших запястья борцов за победу над смертью, вспыхнули красной вспышкой - символом максимальной опасности, время словно застыло. Они находились в разных частях мира, но одновременно испытали одно и тоже чувство - боль утраты и неприятие произошедшего.

На экранах их лэптопов высветилось имя "Миленна", и его блеск стал фоном для целого диапазона эмоций, которые охватили каждого. Минуты текли медленно, словно песок в песочных часах, сердца участников группы словно остановились. Тот, кто мог это видеть был поражен горьким недоумением, ощущением потери и укором перед тем ударом, что явился к ним непрошенным.

На экране видеосвязи общим для всех соратников появилось лицо Элизабет Макконнелл. Ее глаза блестели от слез, но решимость не покидала ее взор.

- Мы не можем допустить, чтобы ее останки оказались в чужих руках, - прозвучал ее голос, пронизывая воздух словно лезвие.

Она несла с собой не только документы, которые помогли бы сделать это, но и огромную ответственность за то, чтобы спасти последний шанс Миленны на будущее. Остальные согласно кивнули.

Прошло всего несколько часов с момента трагической смерти великой поп-дивы. В зале, где она выступала, по-прежнему, толпились люди, ходили и что-то делали полицейские и врачи. Начали скапливаться репортеры.

Внезапно в дверь вошла юрист и адвокат Элизабет Макконнелл, ее взгляд был настойчивым, а в руках она держала официальный ордер на изъятие тела Миленны. За ней следовал спецназ, готовый выполнить свою миссию, даже если придется противостоять местным полицейским. Но и те были в растерянности, не зная, как реагировать.

Элизабет, несмотря на слезы в глазах, оставалась решительной, направляя все свои силы на выполнение этой тяжелой задачи. В зале стояла напряженная атмосфера, и, когда сирены за окнами начали завывать, люди, словно не удивившись, невольно стали жаться к стенам, обитым бархатом и покрытым дорогой лепниной, словно ища защиты у них. Вслед за сиренами, бригада врачей ворвалась в зал. Они везли с собой портативную крионическую капсулу, созданную специально для этой ситуации. Все было готово заранее...

С оперативностью и быстротой, свойственной только профессионалам, врачи начали готовить капсулу. Местные полицейские отступили, не зная, как вести себя в этом неловком положении. Тело Миленны было бережно помещено в хранилище, а Манеш Агравал, ведущий специалист в области крионики, наблюдал за происходящим лично. Он выглядел спокойным и сосредоточенным, но на его глазах тоже блестели слезы.

Врачи быстро и слаженно выполнили свою работу, и капсула с телом Миленны была загружена в вертолет, который, словно судьба, уносил ее в далекий путь. Элизабет, адвокат, которая привыкла считать себя лишенной эмоций, вглядывалась в небо почти не сдерживая рыданий, а сирены на улице завывали все громче. Вскоре вертолет взмыл в воздух, оставив за собой ошеломленную публику и зал, наполненный напряженной тишиной.

Только стойкий звук моторов еще некоторое время нарушал спокойствие. Зал остался сценой последнего взлета и падения великой певицы, а память о Миленне висела в воздухе, будто соединяясь с этим местом, этими лицами, этими сердцами.


В молчаливой обители холода, где ледяные воды горных рек Якутии и древние снега хранили в себе тайну вечности, собрались те, кто отвергал смерть. Друзья и соратники, имена которых отзывались в умах у тысяч людей во всем мире, как гимн живой надежде, встали в молчании вокруг хрупкой капсулы. Ее стеклянные стены, будто сквозь время, отражали серьезные и решительные лица.

Сердце Якутии и ее заснеженная земля, ставшая надеждой на бессмертие человека, обрела свой первый кристальный алтарь. Сквозь огромные окна зала криосохранения проникало умиротворенное сияние луны, словно даруя друзьям поддержку в этот тяжелый час.

- Она ушла, но осталась с нами, - прошептала Элизабет, и ее голос касался душ всех присутствующих.

Николай взглянул в окно на бесконечные холодные сугробы, словно черпая вдохновение из их покровов.

- Мы соединились, чтобы победить не только старость и смерть, но и разлуку, - сказал он, и его слова звучали как обет, несмотря на неимоверную сложность его исполнения.


- Она восстанет из этого сна, - сказал Манеш, голос которого звучал как мантра, обещающая чудо в будущем.

- С помощью лучших технологий, мы создали мост между прошлым и будущим, между жизнью и смертью. И она успела на него взойти.

Капсула стояла перед ними, как святыня, в которой совершается таинство вечности. Хрупкое тело Миленны, которое выглядело словно прекрасная греческая статуя, было погружено в жидкий азот, застыв в нерушимой дреме. В глубокой морозной тишине, казалось еще немного, и она вздохнет и откроет глаза.

Николай приблизился к капсуле, словно обнимая ее взглядом.

- Принц придет, - прошептал он, оживив в своей памяти их первый визит в только что построенный криоцентр. Его слова растворились в воздухе, оставив после себя отголоски будущего, которое уже началось в этот момент.

Чуть заметное колыхание воздуха привлекло внимание друзей. Во мраке ночи, когда тени горечи и печали окутывали их сердца, перед ними явился незнакомец - фигура, одетая в маску, узоры которой скрывали истинное лицо этого человека. Его присутствие несло с собой какую-то загадочную тайну. Тем временем незнакомец, словно соратник, которого они не ожидали увидеть, медленно подошел к собравшимся. Взгляд его глубоко пронзил мрак.

- Скорблю вместе с вами, но истина - это бремя, которое несем только мы сами, - сказал он, голос его был наполнен сопереживанием.

- Смерть Миленны - это не случайность, это убийство, - произнес он медленно, словно ему было тяжело давалось каждое слово.

Взгляды друзей застыли, прикованные к его лицу.

Незнакомец поднял взгляд на капсулу с Миленной, и вновь заговорил будто бы обращаясь к ее душе.

- Мы перешли черту, за которой находится борьба не только за будущее, но и за право выбора. Наш враг - это наш страх, наше нежелание принять ответственность за свою судьбу, за судьбу этого мира, - прошептал он, как будто повторял древнее заклинание.

В то же мгновение, когда казалось, что мрак ночи готов был ему ответить, незнакомец опустился на колено перед капсулой, словно служитель перед алтарем.

- Клянусь, что отныне мои действия будут направлены на защиту пути, который вы, друзья, начали строить. На защиту от зла, которое противостоит переменам и новому началу, - произнес он, и его клятва словно стала частью той ночи, которую никто из них не сможет забыть.

Шестеро слушали слова человека в маске, и их сердца застыли. Они осознали, что даже в свете кажущейся победы каждому может грозить опасность. Они поняли, что сила, которую они создали, может быть использована против них, если не стать более бдительными и мудрыми.

Под лунным светом, словно герой из мифа, незнакомец поднялся с колена. Его маска скрывала лицо, но глаза были наполнены решимостью не позволить злу победить.

- Мы сделали первый шаг. Пусть он принесет нам мудрость, а не самонадеянность. Пусть наш дальнейший путь будет наполнен нежеланием возвратиться к прежнему, к устоявшемуся, - прошептал он, словно служитель тайной истины.

В сердцах друзей боролись скорбь и надежда, опасения и решимость. Они поняли, что борьба за бессмертие - это борьба не только против смерти, но и против зла, затаившегося внутри человеческой души.

Так, под луной Якутии, среди снегов и молчания, соратники поняли, что их битва только начинается, и в этой битве они должны быть бдительными и сильными. Возможно, их надежда будет разбита в прах, но их души сильны и готовы нести ответственность за светлое будущее, за мир без страха и зла, без скорби, болезни и старости.


Как известно, беда редко приходит одна. После трагической утраты Миленны, словно кто-то неведомый открыл ящик Пандоры, и удача начала медленно отворачиваться от оставшихся вшестером борцов за жизнь. Как оказалось, волна дискуссий и обсуждений, поднятая ими и захлестнувшая мир, принесла не только поддержку ярых сторонников, но и раскол в обществе, обостренные споры, а также ожесточенное противостояние. В этом стремительном водовороте информации, мыслей и чувств разных людей и групп интересов, они столкнулись с оппозицией, которой не ожидали.

Маститые ученые, опираясь на логику, историю науки и статистику, начали открыто защищать старение, как естественный процесс, оспаривая идею возможности его лечения. Их аргументы казались солидными и вескими. Научное сообщество раскололось, и группа борцов превратилась в центр споров, подвергаясь нападкам с тех сторон, откуда они даже не ожидали.

Религиозные лидеры стали их непримиримыми оппонентами. Взлет инициативы по радикальному продлению жизни смутил многих из тех, кто видел в старении Божественный замысел. Консерваторы, проповедники и традиционалисты считали, что борьба за бессмертие - это нарушение установленного Богом порядка, осквернение священного. Призывы к изменению статус-кво были встречены негодованием. Пасторы и имамы осудили соратников за "попытку стать равными Богу".

СМИ и пресса, обожавшие сенсационные заголовки, набросились на шестерых друзей, словно голодные пираньи. Заголовки пестрили оскорбительными формулировками: "Борцы за бессмертие: Мессии или Шарлатаны?", "От Жизни до Блуда: Иллюзия вечной молодости", "Бессмертие - это грех: церковь говорит "нет".

Появились карикатуры, которые преувеличивали образы соратников, изображая их в нелестном свете. Колдовство, вампиризм, бесовские ритуалы - все это было выставлено на обозрение, как их грехи. Друзей стали изображать в обличьии демонов и вампиров, утверждая, что стремление к вечной жизни не что иное как "порождение дьявола".

В этом потоке ярости и ненависти, Элизабет отбивалась от исков, поданных не только против нее, но и против всех шестерых товарищей. Она сталкивалась с атаками, обвинявшими их в нарушении свободы вероисповедания, нарушении общественной морали, мошенничестве. Казалось, что каждое действие соратников вызывает волну негодования.

В это время Николаю особенно тяжело было держаться на передовой информационной войны. Как человек, ответственный за информационную компанию против старения и смерти, он чувствовал, что они проигрывают. В прессе раздавались мнения ученых, которые считали их предприятие бессмысленным и опасным для баланса природы. Религиозные деятели публично осуждали их, призывая остаться верным Божьему намерению.

Среди этого шума и крика, голоса противников становились громче, а друзья чувствовали, как их цель начинает тускнеть перед напором врагов.


В просторном офисе криоцентра собралось шестеро друзей, много лет деливших друг с другом радости и лишения ради того, чтобы воплотить одну, общую для всех идею. Их взоры не отрывались от большого окна ведущего в зал, заполненный криокапсулами. Взгляды, полные горечи, невольно были устремлены к хрустальному ложу, в котором покоилась прекрасная Миленна, словно бы искали в ее безмолвии поддержку и надежду. Молчание прервал Марсио Фернандес. Он взял слово. Взор политика выражал тревогу, а рассказ был наполнен беспокойством. То, что он рассказал, действительно не вызывало радости: сеть договоренностей, которую они создали, начала рассыпаться. Прежние союзники, казалось, очень хотели остаться в тени, молчали или не были так решительны, как раньше. Ощущение пропасти и отчуждения вместо готовности поддержать вызывало беспокойство. Попытки убедить людей превратились в трудное испытание. Марсио описывал, как тяжело теперь донести до них свои идеи, как будто слова легко сносило порывами ветра, и они кружились как осенние листья в вихре, не находя ни поддержки, ни понимания.

Затем настала очередь Хантера говорить. Он взглянул в глаза друзей, и в его голосе звучала усталость. Он поделился своими мыслями о том, что их усилиями удалось создать великую силу, но теперь она начинает ослабевать. Атаки на его корпорацию оставили свои следы. Под ударом информационной войны пришлось резко сократить бизнес, и великая идея плавно ушла на второй план перед необходимостью выжить. Под угрозой оказалось даже финансирование исследований. Конечно, те, кто уже заснул в криокапсулах, не ощущали этого, но будущее проекта, их усилия в этом направлении начали подвергаться существенным рискам.

Элизабет, продолжив беседу, также внесла невеселую лепту в этот разговор. Она поделилась своей тревогой, ведь если атаки юридического характера будут так же сильны, как сейчас, то это, в обозримом будущем может привести к очень серьезным последствиям, включая уголовное преследование. Она рассказала, что благодаря постоянной клевете и наветам, их проект, начавшийся с амбициозных намерений, может превратиться в опасную игру с законом, и как их старания уже сейчас встали на грань негативной моральной, а, возможно, и юридической оценки.

Николай хотел вмешаться в разговор и уже набрал воздуха в легкие, но он не успел. Экран перед ним засветился, и на нем появилось встревоженное лицо начальника охраны криоцентра. Он обратился к Манешу Агравалу и доложил, что на подлете к охраняемой территории замечены десятки неизвестных вертолетов. В глазах у начальника читалась тревога, а его голос не мог скрыть нервного напряжения. Стараясь сохранить тон нейтральным, он спросил, как им следует поступить: противостоять неизвестной угрозе или не оказывать сопротивления, ведь никаких ордеров и документов они не получали, по сути, налицо незаконное вторжение. Манеш оглянулся на своих друзей, словно ища поддержку в их глазах, и, чуть помолчав, ответил, что сопротивляться не нужно. Их цель - нести жизнь, а не смерть в этот мир.

Друзья переключили экраны на наружные камеры и увидели, как вертолеты зависли в воздухе вокруг их здания. По канатам спускались бойцы в камуфляже и масках. Никаких опознавательных знаков не было видно, только холодный блеск металла их оружия. Бойцы медленно, но уверенно начали двигаться к зданию. Группа соратников переглянулась с недоумением и печалью в глазах. Похоже, что вновь наступил переломный момент. Неужели их усилия и мечты оказались слишком амбициозными, недостижимыми? На краю разочарования и горечи их застали вошедшие в зал люди в камуфляже и масках. В руках они держали короткоствольные автоматы. Глаза бойцов были лишены каких-либо эмоций - они были готовы выполнить приказ. "Прошу пройти за нами, господа и дамы", - раздался холодный голос офицера, зашедшего следом.

Прошло несколько часов. Шестерых друзей вели через разграбленный криоцентр, и они с болью смотрели на царивший вокруг абсолютный беспорядок. По всей территории здания сновали солдаты, вынося оборудование к рядам фургонов, погрузочная техника ревела, словно зверь, выпущенный с цепи. Вооруженный конвой сопровождал их, не отступая ни на шаг.

Николай шел, опустив глаза. Он, человек, отвечавший за информационную компанию и видевший совсем недавно столько успехов, ощущал горечь разочарования. Он понимал, что информационная война, которую они вели, окончилась поражением. Его лицо было бледным, и в глазах читались муки сомнений и вины.

Поступь Хантера оставалась твердой, но внутри предпринимателя все просто заледенело, подобно вечным снегам Якутии. Он не боялся за свою жизнь, но как инвестор, который вложил свои средства в развитие криоцентра и верил в его будущее, тоже чувствовал горькое разочарование. Его мечта о борьбе со смертью и старением, казалась теперь совершенно недостижимой. Смешанные эмоции гнева и печали терзали его душу.

Рядом нетвердыми шагами и покачиваясь, будто пьяный, двигался Манеш Агравал, ученый-биолог и создатель криоцентра. Ему оставалось лишь молча смотреть на пламя, пожирающее их идею. Его долгие годы труда и исследований обернулись теперь пеплом и дымом. Он чувствовал горькое разочарование перед потерей всего, во что верил.

Перед вертолетом, к которому их подвели конвойные, Чэн Ли обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на их разрушенную мечту. Горькая тоска и беспомощность охватили ее. Их центр, их надежда - горел, отправляя в безразличное небо языки огня и клубы дыма. Ее взгляд наполнился горечью, ведь всё, за что они так упорно боролись, исчезало в огне и дыму.

Словно зловещая птица, вертолет начинал подниматься в воздух. Чёрный дым и пламя стояли перед глазами соратников. Это был конец их мечты, и они осознавали это каждой клеткой тела. Их сердца бились быстрее, их дыхание становилось тяжелым. Они находились во мраке и молчании, и их мир словно погрузился во тьму.

Внутри себя каждый из них переживал страшные моменты терзаний и самообвинения. Они видели, как их мечта о бессмертии разрушается на глазах, понимали, что не смогли защитить свою идею, и вина тяжелым грузом лежала на душах. Кроме того, там в руинах, в гари и копоти навсегда осталась и их Миленна... Горечь и утрата наполнили их сердца. Они понимали, что эти чувства будут с ними всю оставшуюся жизнь.


Несколько следующих мучительных дней соратники провели в относительно сносных номерах-камерах, но эти комфортные условия лишь подчеркивали мрачную атмосферу заточения. Каждый из номеров был небольшим, но довольно уютным, снабженным всем необходимым для жизни. Были удобные кровати с чистыми простынями, стол для обедов и встреч, мягкие кресла для отдыха и даже небольшой холодильник, в котором хранились продукты и напитки. Но все эти удобства были обрамлены стенами без окон и находились за закрытыми дверями, отделявшими от мира.

Каждый номер был оборудован системой видеонаблюдения и аудиозаписи. Все коммуникации были изолированы и контролировались очень строго, друзья не могли выйти из покоев в общую комнату без предварительного разрешения охраны. Даже самые робкие попытки обойти эти правила сурово пресекались.

Соратники прекрасно понимали, что находятся под наблюдением, и это лишь усиливало их чувство заточения. Охранники следили за каждым их шагом, даже когда они пытались разговаривать друг с другом шепотом. Каждый раз, когда они пытались выяснить, что происходит или какова судьба их Криоцентра и капсул с пациентами, им отвечали загадочными улыбками и обещаниями "все в свое время".

В течение этих долгих дней друзья старались держаться вместе, поддерживая друг друга. Элизабет часто беспокоилась о судьбе своих детей, которые остались вне их поля видимости. Она бесконечно переживала за их безопасность и с каждым днем все чаще просыпалась по ночам от кошмаров. Хантер, обычно вдохновлявший своим оптимизмом, начал постепенно терять уверенность. Он убеждал всех, что ситуация решится в их пользу, но даже у него начали сдавать нервы от бесконечного ожидания. Неизвестность делала свое дело, и его оптимизм угасал с каждым часом.

Манеш Агравал, обычно спокойный и рассудительный, начал разрабатывать планы побега. Он использовал свои знания и опыт, чтобы собирать любую информацию о своих захватчиках и их намерениях. Но, несмотря на его усилия, успеха не имел.

Чэн Ли продолжала молча медитировать и делиться своими философскими размышлениями, пытаясь найти душевный покой в этой сложной ситуации. Ее спокойствие и внутренний баланс были для всех источником вдохновения, но и она не могла скрыть тревожность, которая боролась внутри.

Несмотря на их усилия поддерживать надежду, каждый мучился от отсутствия информации о том, что происходит в мире за пределами их камер. Этот страх, неведение и тревожное ожидание только усиливали чувство беспомощности и неопределенности. Где бы они ни находились, их судьба оставалась загадкой, и они не знали, что ждет их впереди.

После долгих дней ожидания, которые казались вечностью, пришла та минута, которую друзья так боялись и ждали одновременно. Охранники вошли в их номера и сказали, что время пришло. Соратники, хотя и были готовы к этому моменту, не могли скрыть своего напряжения.

Друзей вывели из здания, завязали глаза, и в тот момент, когда их сажали в полностью тонированные машины, все понимали, что скоро загадка будет разгадана, и им предстоит узнать свою судьбу. Будет дан долгожданный ответ на многие вопросы, который страшил и волновал их одновременно.

Шесть человек, которых некогда называли борцами со смертью и которые сами сейчас походили больше на смертников, сидели в машинах, чувствуя каждый километр, который отдалял их от места, где они провели последние дни. Ощущение неопределенности было невыносимым, и каждый из них боролся со своими думами. Были ли они преданы или проданы? Что ждет их впереди? Эти вопросы метались в их уме, как бесконечные тени в ночи.


Друзей высадили из машин в месте, которое было им совершенно незнакомо. С завязанными глазами, они долго шли по коридорам, и, наконец, когда их привели в какое-то помещение и сняли повязки, они словно оказались в другом мире. Первые секунды были непередаваемыми: сначала зрение медленно восстанавливалось, и друзья вынуждены были щурить глаза от яркого дневного света, бившего в окна. Когда же окружающий мир наконец прояснился перед их взорами, они едва могли поверить своим глазам.

Перед ними раскинулся большой кабинет, выполненный с суровой роскошью. В центре комнаты стоял массивный т-образный стол, вокруг которого располагались ряды стульев. Взгляды друзей скользнули по мраморному полу и высоким потолкам, которые казались недосягаемыми. На стене, за спиной человека, который ждал их, висел флаг одной из самых могущественных стран мира, новости о которой регулярно попадали в топ журналистского внимания, а лицо президента этой страны было знакомо, пожалуй, каждому жителю планеты. Он и находился сейчас перед ними.

Шок и удивление отразились на лице каждого из соратников. Они ожидали многого - агентов спецслужб, тайных орденов, представителей мировых организаций, инопланетян, но не этого. Перед ними сидел человек, который держал судьбы миллионов в своих руках. В его позе и жестах сквозило спокойствие и уверенность, которая заставила друзей задуматься о том, что может скрываться за этой встречей.

Элизабет была первой, кто смогла совладать с эмоциями и заговорить, хотя ее голос дрожал:

- Но зачем? Зачем Вы нас похитили? - она взглянула на президента с презрением и непониманием.

Собеседник ответил на ее взгляд, и его взор остался спокойным и решительным:

- Я не похитил вас, дорогие гости, я пригласил вас, - прозвучал его ответ, который принес соратникам еще больше недоумения и непонимания.

Тем временем один из самых ярких и в чем-то одиозных мировых лидеров, сидя за тяжелым столом, начал свой рассказ. Его голос был спокойным, но в то же время настойчивым, словно убеждая слушателей в важности сказанного.

- Мне давно докладывали о странном общественном движении, которое начало охватывать мир, - начал он. Его руки лежали на столе, а пальцы медленно стучали по деревянной поверхности, словно ритмически подчеркивая важность каждого слова.

- Это социальное движение требует не денег, власти, привилегий или льгот, с таким мы сталкиваемся постоянно. Оно требует чего-то гораздо более необычного и амбициозного - оно требует жизни без смерти, оно стремится к дополнительным десятилетиям, а, возможно, и векам для каждого из нас.

Президент продолжал говорить, его слова заполняли комнату, и друзья слушали, словно попав под гипнотическое влияние.

- Изначально это явление казалось интересным, скорее даже забавным, - продолжал он.

- Мы смотрели на него как на проявление человеческой натуры, стремящейся к большему, но никогда этого не достигающей, но исключительное упорство, с которым это движение распространялось и проникало в общество, не могло не привлечь внимание.

Президент задумчиво взглянул в сторону окна, как бы видя прошедшие события.

- Затем стало понятно, что у нас, у государства, и у этих почти фанатиков есть общие цели, - продолжил он.

- Есть закрытые данные, подтвержденные и перепроверенные, что мир стоит на пороге глобальной катастрофы. Но это не война, не природные бедствия, и даже не падение метеорита. Это искажение демографической пирамиды населения.

Президент поднял руку и начал пальцами рисовать в воздухе схему.

- Обычно демографическая пирамида выглядит как треугольник, поставленный стороной вниз, - сказал он.

- Внизу - дети и молодежь, в середине - взрослое население, которое является активным производителем благ, и наверху - пожилые и старики, которые не могут производить, но потребляют и требуют общественной заботы. Так было всегда в истории человечества.

Он закончил свою абстрактную схему и взглянул на друзей с серьезным выражением на лице.

- Но сейчас всё меняется. Через несколько десятилетий в развитых странах и через столетие в развивающихся, пирамида перевернется. Пожилых и стариков, которые сами ничего не производят, но потребляют и требуют общественной заботы, станет больше, чем молодых. Общество не сможет себя обеспечить, и неизбежен коллапс.

Президент взглянул на друзей с волнением в глазах.

- Мы говорим не о каком-то абстрактном будущем, - сказал он.

- Мы говорим о возможном будущем наших народов, о судьбе миллионов, а, возможно, и миллиардов людей, о риске скатиться в варварство и дикость. Но мы нашли ключ к решению этой проблемы, и он - именно в вашей идее.

Их глаза были прикованы к президенту, и они начали постигать масштабы того, что происходит. Президент подробно описал ужасную картину, которая ждала мир, если проблему не решить.

- Представьте общество, в котором больше людей на пенсии, чем работающих. Экономика начнет колебаться, бюджеты не выдержат нагрузки, и начнется кризис в системе здравоохранения и социальном обслуживании.

Его голос звучал как предостережение от ужасающего будущего.

- И это только начало, - сказал он. - С ростом числа пожилых и стариков возрастет и потребность в пенсиях и пенсионных фондах. А где взять средства на это, если активное население сокращается?

Президент медленно поднял руку, указывая на важный момент.

- И еще более серьезным станет вопрос о медицинской заботе. С возрастом люди нуждаются в более интенсивном уходе, в медикаментах и медицинских процедурах. Но как обеспечить это, если молодых специалистов и медицинских работников становится меньше?

Его жесты были убедительными, его мимика выражала беспокойство за судьбу страны и всего мира, стоящих перед угрозой демографического коллапса. И друзья начали понимать, что их идея, их мечты могут стать не только реальностью, но и спасением для многих.


Друзья слушали речь президента со все возрастающим чувством шока, и каждое его слово казалось невероятным в устах похитителя и разрушителя их мечты. Манеш, обычно спокойный и собранный, не смог сдержать своего негодования и воскликнул со жгучей яростью:

- Вы же сами уничтожили все, что мы создали! Вы убили сотни крионированных людей!

Его собеседник, отвечая на этот всплеск эмоций, лишь устало улыбнулся.

- Вы меня не услышали, - ответил он спокойно.

- Мы не уничтожили, а, наоборот, спасли ваше дело. Вы просто не представляете, с какими силами вам пришлось столкнуться в своей борьбе.

Президент продолжил разговор, подробно описывая закулисье борьбы за власть в масштабах всего мира, о котором мало кто знал.

- Силы, которые правят миром всегда одинаковы в своей жажде контроля. Имея власть и могущество, они хотят только одного - еще больше власти и могущества, - говорил он.

- Но они делают ставку на разные методы. Некоторые придерживаются старых институтов и технологий, берегут старые элиты и аристократию. Другие идут на риск, выбирая новые пути.

- Вспомните историю, - продолжал он, - когда феодальная система уступила место капитализму. Кто-то из правителей сделал ставку на старую аристократию, старые идеи и методы. Но кто-то рискнул, выбрав инновации и новых предпринимателей. Борьба была жестокой, но новое выиграло.

Президент рассказал друзьям, что флаг желания жить не старея и победить смерть был поднят ими достаточно высоко, чтобы вызвать страх и интерес у сильных мира сего.

- Сегодня могущественные силы уверены, что краткость человеческого века - старение, господство смерти и контроль над продолжительностью человеческой жизни - это ключ к власти и контролю, - сказал он.

- Смерть вашей соратницы Миленны была не случайной. Вам всем грозила та же участь.

Их спаситель объяснил, что его страна решила идти на риск и поддержать идею друзей, исходя из собственных интересов.

- Мы хотим быть первыми, - сказал он, - и надеемся на вашу помощь в этом нелегком, но важном деле.

Слова президента подтвердили страхи и догадки друзей о событиях, которые происходили в последнее время. Их всех хотели устранить.

- Но каким образом вы узнали об опасности, которая грозила нам? - спросил Хантер, всё ещё не до конца осознавая, что происходит.

Президент рассказал, что его спецслужбы получили информацию, что буквально через несколько дней криоценттр должен был быть взорван в результате теракта, а само это событие в СМИ было бы представлено, как детонация, случайно произошедшая из-за страшных и бесчеловечных экспериментов, которые соратники там проводили. Он объяснил, что времени оставалось слишком мало и действия его людей были необходимы, чтобы спасти не только их шестерых, но и всех криопациентов.

- Мы успели вывезти криокапсулы с людьми и оборудование. Все установлено и функционирует, - заверил он.

Друзья почувствовали облегчение и надежду.

Затем глава государства задумчиво добавил:

- Я всегда был из тех, кто ставил на новое. Того же мнения придерживаются и мои соратники. Вас всегда было семеро, а сейчас осталось только шесть. Вы позволите мне стать седьмым?

Друзья обменялись взглядами, и каждый из них понял, что это предложение имеет огромное значение. Элизабет сказала с уважением:

- Да, мы согласны. Вместе мы сможем добиться большего.

Семь человек, соединив руки и сердца, стояли в молчании в огромном кабинете президентской резиденции, а из больших панорамных окон на их лица лился солнечный свет.

Каждый из друзей в этот момент вспомнил слова незнакомца, произнесенные во время их первой встречи. Слова о количественных изменениях, переходящих в качественные. Этот образ стал для них проводником в неизвестность и теперь приобрел новый смысл. Они как будто наяву, услышали звук электрического насоса, нагнетающего воздух в пластиковую емкость, и хлопок, с которым она через некоторое время лопнула. Их будущее было полно неопределенности, но теперь они чувствовали, что у них есть надежда.

Но и на этом судьбоносная встреча еще не была завершена. Президент, чуть лукаво улыбнувшись, продолжил свою речь, вновь привлекая к себе внимание друзей. Он приглушил голос, чтобы каждое слово прозвучало ярко и понятно.

- И это, мои дорогие друзья, - начал он, подчеркивая важность сказанного, - еще не все хорошие новости на сегодня. Ученым нашей страны удалось немного продвинуться в понимании процессов криосохранения. Все смотрели на фигуру в президентском кресле, еще не понимая, к чему тот клонит.

- Конечно, далеко не всех криопациентов можно вернуть из их ледяного сна с нашими технологиями. Многие из них пока и не нуждаются в этом - медицина еще не изобрела лекарств и методов лечения от болезней, которые стали причинами их смерти, - продолжал президент, словно раскрывая долгожданный секрет.

Друзья слушали, судорожно вдыхая воздух, словно боясь упустить хоть одну деталь этой невероятной новости.

- Но Миленна, - сказал глава государства, придавая этому имени особое и весомое звучание, - она была еще довольно молодой, здоровой женщиной. Нейротоксины, ставшие ее убийцами, можно будет вывести из организма в процессе возвращения к жизни, и... у нас есть все шансы на успешную реанимацию.

Эта информация поразила сердца друзей, словно мелодия надежды, которую они так долго ждали. Они не могли поверить своим ушам - возможность встретиться с Миленной, вернуть ее к жизни, казалась недавно еще полностью невозможной.

Президент, чувствуя волнение и радость, которые овладели его слушателями, тепло улыбнулся. Он знал, как важно это событие для каждого из них.

- Так что вы скажете, друзья? - спросил он. - Согласны ли вы на этот эксперимент?

Шесть человек, сияя от радости и надежды, как один, ответили согласием, словно поддерживая друг друга в этом невероятном моменте. "Да!" - раздался их возглас, наполнивший комнату чувством великого воссоединения и надежды на будущее.


Подземный бункер управления вибрировал информацией, словно разворошенное осиное гнездо. Мониторы мигали тревожно, отражая потоки данных и жизненно важные сообщения. Люди в залах и коридорах суетились, кивали головами, их голоса звучали нервно и отрывисто. Они выполняли свои обязанности, зная, что на их плечах огромная ответственность.

Человек в маске все еще сидел перед центральным пультом управления. Он задумчиво вертел в руках какой-то предмет, словно символ своей власти и контроля. Он ждал. Это был момент истины, и каждая секунда казалась драгоценной.

Внезапно бронированные двери бункера открылись, и в помещение вошла фигура в темном плаще. Она буквально искрилась яростью и решимостью. За ней следовали вооруженные люди, их взгляды были холодными, словно лезвия ножей. Сотрудники центра управления, испуганные, прижались к стенам, их сердца бились в унисон с напряженной атмосферой.

Фигура в плаще взлетела на подиум, словно теневой мессия, и медленно, но неумолимо, стала приближаться к человеку в маске. Глаза под капюшоном сверкали ненавистью, в движениях читалась жажда мести.

- Ты! Ты упустил их! Криоцентр разрушен, но пуст! Вывезено все оборудование и трупы! Акционеры разочарованы в тебе, глупый ничтожный человек! Сейчас ты будешь уволен из этой жизни - произнес посланник, и его слова залили весь зал, отразившись от стен, подобно раскаленной лаве, грозящей поглотить всё вокруг.

Бойцы, следовавшие за посланником, уже поднимали оружие, готовясь к казни прямо на месте, а напряжение в бункере достигло предела. Но взгляд незнакомца остался спокойным, и, кажется, он улыбался под узорами своей маски.

- Позвольте мне два слова, милорд, - спокойно прозвучал голос приговоренного.

- Эта информация может оказаться полезной и вам, и вашим хозяевам.

Он едва заметно прикоснулся к кнопке, вмонтированной в предмет, который держал в руках, и весь бункер внезапно ожил. Включились магниты, встроенные в панели пола. Словно огромные руки, они вырвали оружие у приспешников фигуры в плаще и пригвоздили автоматы к полу. Сам посланник был охвачен, упавшей с потолка сетью, через которую пробегали искры электрического тока. Он, впервые испытав страх, упал на колени, но гордость все еще не позволяла проявить слабость, рыча, он делал попытки подняться.

- Я хотел бы попросить вас, милорд, передать акционерам, что их доли выкуплены, предприятие теперь принадлежит другим владельцам, - звучал спокойный голос человека в маске. В его руке покачивался небольшой брелок в виде высушенной обезьяньей лапки.

Из боковых панелей в стенах бункера выбежали солдаты в камуфляже, и на их шевронах были знаки различия страны, в которую недавно столь странным образом были эвакуированы шестеро друзей и криокапсулы.

- Уведите их всех, - обратился человек в маске к солдатам

- А нашего гостя отпустите. Ему предстоит передать важное послание.

Хозяин бункера сделал глубокий вдох и с благоговением прицепил на лацкан своего элегантного пиджака ярко сияющий значок с вензелем "РК".


Зал, в котором проходило выступление Миленны, мог сравниться, пожалуй, лишь с ожившим сном архитектора будущего. Его футуристический стиль представлял собой искусное сочетание минимализма и современности. Светящиеся стены, покрытые текстурными панелями, словно оживали, переливаясь оттенками сиреневого, голубого и пурпурного. Воздух наполняли тонкие мелодии, напоминая звук ветра, бесшумно пронизывающего ночное небо.

Миленна возвышалась на огромном подиуме посреди всех этих чудес. Ее наряд, словно созданный для крыльев звездных ангелов, сиял мягкими огнями и переливался всеми оттенками радуги. Изящное платье со вставками из кристаллов делало ее похожей на живой алмаз. Волосы, распущенные на ветру, как водопад серебра, украшали бледное, но все также прекрасное лицо.

Ее выступление было чем-то волшебным. Она пела, как никогда в жизни, ее голос звучал, словно музыка самой души. Каждая нота, каждое слово несли в себе глубокий смысл и эмоциональную насыщенность. "Say Forever" была не просто песней, это был гимн победы жизни над смертью, гимн заре нового мира. Словно волшебный заклинатель, Миленна завоевала сердца каждого присутствующего, даря надежду.

Зал был полон восторженных слушателей. Люди аплодировали, кричали и плакали от счастья. Эмоции витали в воздухе, словно невидимые краски, раскрашивая мир вокруг себя.

В первом ряду сидели шестеро друзей, президент, спасший их всего несколько месяцев назад, и незнакомец в маске. Они смотрели на Миленну с гордостью и невероятной любовью. Их глаза были наполнены слезами счастья. Они затаили дыхание, словно боялись потерять этот момент.

Наконец, овации стихли, но в зале еще долго витали отзвуки восторга и восхищения. Незнакомец обратился к своим соратникам и произнес:

- Ну что же, сначала Вас было семеро, теперь нас стало девять - тоже хорошее число.

Все улыбнулись друг другу, их глаза сверкали радостью и надеждой.

- Наверное, теперь пришло время познакомиться, - сказал их вечный проводник, и маска скользнула с его лица, словно ветер сдул последние облака перед рассветом.

Эдуард Хантер, Николай Иванов, Элизабет Макконнелл, Манеш Агравал, Чэн Ли, Марсио Фернандес и даже президент смотрели на незнакомца, и каждый из присутствующих увидел в открывшемся лице свое собственное отражение.

История не заканчивалась. Она только начиналась.