# Экскурсия с погружением

Сергей Владимирович Мякин

Вы можете наблюдать за аборигенами, но не имеете права как-либо обозначать свое присутствие и вмешиваться в их жизнь, в том числе в вопросы жизни и смерти. Нарушение данного запрета влечет за собой лишение права на космические путешествия, а при наличии отягчающих обстоятельств - лишение свободы...

Поторопитесь, до отправления корабля остается десять местных минут.

Напоминания и инструкции звенели в сознании Лормана, отвлекая от пляжа, лазурного моря, сливающегося на горизонте с небом, и

... зова, ведущего в горы, чтобы спасти тех, кого ожидала мучительная смерть...

Противоречивые мысли раздирали его на части.

"Если я послушаюсь рассудка и вернусь на корабль, меня ждут экскурсии на следующие планеты - красивые, но безжизненные или населенные только примитивными существами, а потом снова родной мир - тихий, спокойный и изобильный, но скучный и однообразный... И я буду бесконечно жить с сознанием того, что мог спасти этих разумных существ, но не сделал этого".

"А если все-таки им помочь? Это нарушение всех правил. Корабль не будет меня ждать, потому что иначе портал закроется, и он не сможет покинуть планету. Мне придется вернуться на базу и ждать следующего экскурсионного или технического корабля, возможно несколько местных лет. Меня будут судить, но ведь я поступаю по совести, а ее никто не отменял... Минтара... мой поступок разлучит нас с ней..."

Волны нестерпимых страданий, идущие с гор, склонили чашу весов в сторону, противоречащую инструкциям и всей предыдущей жизни. Лорман устремился к поросшему лесом перевалу между скалами. Серая тень промелькнула над пляжем, но осталась незамеченной для отдыхающих, разморенных жарой и освежающим купанием...


Сорвавшийся с вершины поток камней и вязкой грязи вдавил в грязь троих аборигенов - двоих мужчин и женщину. Изо всех сил концентрируя силовое поле, Лорман попытался вырвать их из плена стихии, но самые большие камни поднять не удалось. "Если я ничем не могу помочь, может быть еще не поздно вернуться, полутора минут хватит на квантовый скачок", - подумал он, но в тот же миг ощутил вихрь, скользнувший по нему знакомой теплой волной и принявший привычные очертания.

- Я почувствовала, где ты и тебя не брошу, сейчас помогу, - прошептала Минтара, окутывая коконом глыбу, сдавившую молодую девушку.

Через несколько минут они склонились над освобожденными жертвами, пытаясь восстановить жизненно важные органы и энергетические каналы. Одного из мужчин, грудь которого была пробита острым обломком скалы, спасти было уже невозможно - зеленоватый сгусток покинул его голову и устремился куда-то вверх. У лежащей рядом женщины были сломаны ребра и повреждены шейные позвонки. Когда Лорман и Минтара выровняли ее ауру, она зашевелилась и прошептала что-то неразборчивое, но тут же встряхнула головой и устремила взор в небо. По мере того, как сине-зеленый вихрь покидал ее тело, глаза становились неподвижными и стекленели. Слова "Иду за тобой" безмолвно прошелестели в сознании спасателей ...

Оставался третий. У него была пробита голова, разорвана шея и сломана рука. Пока Лорман останавливал кровотечение, а Минтара выправляла ауру, бледно-зеленый сгусток вырвался из распластанного на камнях тела и стал подниматься, но, словно задумавшись о чем-то, остановился и, описав полукруг, вернулся в голову.

- Местные врачи его не спасут. Ему надо на нашу базу, - ощупав пострадавшего, сказал Лорман.

- Но это запрещено, его могут не принять. И как..., - засомневалась Минтара, но Лорман прервал ее словами:

- Я войду в него и выведу. А ты возвращайся и позови подмогу с базы. Даже если мы опоздали и нарушили все правила, они не имеют права оставлять нас в беде.

С трудом передвигая ноги пострадавшего и удерживая его энергию своим полем, Лорман побрел наверх, к уступу на полпути к вершине, вспоминая...

родной дом под красновато-лиловым солнцем...

бесконечно далекое детство...

экскурсию по галактике...

планету Грилдан, покрытую бескрайним зеленым океаном с гигантскими разумными существами, строящими причудливые здания на дне...

Арклан с буйной оранжевой растительностью и множеством гигантских хищников...

Синклон с оставшимися от вымершей цивилизации руинами и карликовыми аборигенами, живущими в норах и пещерах...

множество других обитаемых и необитаемых миров...

Наконец, эту третью планету у небольшой желтой звезды, на которой они провели восемь местных суток - семь с экскурсоводом по крупнейшим городам и самым красивым природным достопримечательностям, а последний день с самостоятельным осмотром. Хотелось намного большего - познакомиться со всеми особенностями их быта, общения, развлечений и игр... посещать музеи, стадионы, клубы и обычные жилища аборигенов, где они разговаривали, смотрели разные представления по дистанционному каналу и предавались любовным утехам...

И Минтару, с которой он предавался страсти - и дома в плотных телах, сжимая друг друга всеми шестью щупальцами, и в полете, сливаясь прозрачными полевыми оболочками...

Полупрозрачный серый диск с пульсирующими разноцветными огнями по периметру завис над уступом и плавно спустился, становясь все более плотным и втягивая в себя аборигена и Лормана ярко-зеленым лучом...


--- --- ---


А-а-а-а! - полный отчаяния и вместе с тем надежды крик вырывался из горла Олега, растворяя последние воспоминания о родном доме, родителях, школе, первой любви, играх и работе. С истошным плачем он покидал теплое и уютное лоно матери навстречу новой жизни и...

... в очередной раз просыпался со смешанным чувством тревоги и тоски.

Как всегда, вслед за пробуждением приходили воспоминания о том, что с ним происходило...

Поход, в который он увязался с лучшим другом Олегом и его женой Катей. С ними должны были идти еще трое друзей, но в последний момент передумали, словно предчувствуя...

... обвал...

... грохот... чудовищная сила, прижимающая к земле... нестерпимая боль... серая мгла...

... отделение от тела... легкость и стремление куда-то ввысь...

... и образ Нади, не дающий раствориться в бесконечности и зовущий вернуться назад...

Новая могущественная сила, вырвавшая тело из бездны предсмертной агонии, а сознание из небытия в поток серого полузабытья и подчинения чужой воле...

Диск с пульсирующими огнями... стремительный полет...

Полупрозрачные фигуры, обволакивающие тело теплым упругим коконом, растворяющим боль...

И пробуждение в небольшом домике на краю полузаброшенной деревни, название которой было знакомым по какой-то старой передаче об аномальной зоне.

Пожилая женщина с добрым проницательным лицом и пронзительным взглядом, ее отвары с удивительными ароматами и слова:

- ОНИ тебя спасли, с того света вытащили. Теперь ты, как и я, между мирами будешь. Знаю, домой тебе хочется, только тяжело тебе там станет и обратно сюда придешь.

Через неделю, оправившись от травм, он поехал в родной город - сначала на попутке до райцентра, а потом на поезде.

Мир встретил его подозрительным непониманием.

- Гражданин Ковалев, расскажите, что случилось с вами в горах.

- Почему вы не оказали помощь погибшим товарищам и бросили их в беде?

- Где вы провели все это время?

Он отвечал правдиво, но сознавал, насколько дико звучат его слова. Его направили на психиатрическое освидетельствование. В диспансере тоже задавали множество тошнотворных вопросов, говорили что-то о посттравматическом психозе и помрачении рассудка, назначили лекарства и велели регулярно наблюдаться. Он не хотел иметь дела с этими врачами и потому не стал рассказывать о странных снах, в которых каждую рождался вновь и кормился грудью матери, а пожаловался только на головные боли, с каждым днем становящиеся все более сильными.

С работы в фирме, где он следил за работой компьютеров и настраивал бухгалтерские программы, его уволили, и остались лишь редкие фрилансерские заказы на фоне пустоты, заполняемой телепередачами, пивом и мыслями о Наде...

Андрей влюбился в нее на последнем курсе, когда они учились в параллельных группах потока. Тогда они встречались полгода и расстались из-за глупой ссоры и взаимных подозрений в измене. Боль от разрыва поглощалась напряженной подготовкой к защите диплома. Потом были магистратура, работа, мимолетные связи и даже брак, сменившийся разводом через полтора года, но все это время Андрей не мог ее забыть и вспоминал почти каждый вечер. Вскоре после расставания с женой он позвонил Наде, но она сказала, что скоро выходит замуж...

Он снова набрал ее номер, но так и не решился продолжить разговор после дежурных слов "Как дела?" и краткого обсуждения жизни бывших одногруппников.

"Зачем я ей нужен - безработный, с больной головой, идиотскими снами и депрессией?", - решил он и, не став ни о чем распространяться, попрощался привычно-прохладным "Пока".


Два месяца назад он вернулся в поселок и постучался в знакомый дом. Головная боль отступила еще на проселочной дороге, а окончательно прошла, когда знахарка Серафима встретила его душистым травяным отваром и словами:

- Ну и хорошо, что вернулся, я так и думала. Здесь тебе место найдется.

Место нашлось - и небольшой бревенчатый домик, давно покинутый уехавшими в город жильцами, и занятие - настройка компьютеров, роутеров, мобильников и телевизоров была очень нужна тем, кто остался в этом полузаброшенном селе на берегу извилистой реки.

Они давно привыкли к полупрозрачным шарам и всполохам, появляющимся в ночном небе, серым силуэтам на опушках и таинственным огням, иногда загорающимся над лесом. Когда-то об этом месте писали в газетах и приезжали экспедиции, но находили только отдельные необычные явления, но не настолько сверхъестественные, чтобы стать сенсацией. А сейчас остались только редкие группы энтузиастов-аномальщиков, сплавляющиеся по реке туристы и грибники, иногда забредающие в эти края.

Здесь было тихо и спокойно. Раньше Олег не очень любил ходить в лес, но за эти недели привык бродить по опушкам и зарослям, собирая ядреные шоколадные боровики, красные и оранжевые подосиновики, черно-пестрые подберезовики, ярко-желтые лисички, чернику и бруснику, и сдавая урожай Серафиме. Несколько раз он ходил на рыбалку с местным старостой Василием, который подарил ему две удочки. Сидя на берегу у излучины с темным омутом и время от времени вытаскивая окуней, ершей и плотвиц, старожил рассказывал Олегу о чудесах, происходящих в этом месте.

- Смотри, вот они, - сказал он как-то, показывая на серый диск, на несколько мгновений зависший в небе, а потом ставший прозрачным и растворившийся среди облаков.

- А откуда они прилетают и почему именно сюда? - спросил тогда Олег.

- Кто откуда - во Вселенной звезд великое множество, а планет еще больше. А почему - так природа здесь особая. Наверное, только такая им и нужна. А ты разве не чувствуешь, что здесь всё не так, как в других местах? Вот поднимись на пригорок и прислонись к трем березам, тогда поймешь, - проникновенным и слегка скрипучим голосом ответил Василий.

Вскоре он понял. От тех сросшихся берез исходило тепло, вызывающее приятную вибрацию во всем теле. Были в лесу и такие места, где голова начинала кружиться, а ладони пощипывать, и такие, в которых непреодолимо клонило в сон и появлялись видения совершенно незнакомых деревьев и домов... А однажды на берегу Олег отчетливо ощутил, что на него кто-то пристально смотрит. Он инстинктивно оглянулся и увидел два прозрачных серых силуэта на фоне темного ельника. Сердце замерло от страха, но через несколько мгновений на смену ему пришла волна радости и легкой светлой грусти...

А потом, когда холодные ветра стали безжалостно срывать с берез и осин разноцветную листву, а к югу с печальными криками потянулись клинья гусей и журавлей, пришла смертельная тоска. От мысли, что здесь придется зимовать, хотелось куда-то идти, бежать или ехать - быстро, далеко и без оглядки, чтобы снова оказаться в ярком, теплом и шумном городе. Или хотя бы позвонить Наде и излить душу. Он никак не мог решиться, но...


--- --- ---


... она позвонила сама. В прошлый раз она так и не решилась рассказать о том, что незадолго до этого видела сон, в котором Олег лежал окровавленный и умирающий в грязи, а потом его тело озарилось серебристым свечением и куда-то вознеслось... и о том, что заподозрила жениха в измене.

"Зачем ему морочить голову? Он жив и здоров - значит это был просто ничего не значащий кошмарный сон, и моя личная жизнь его тоже не касается", - решила тогда она и закончила разговор привычно-прохладным "Пока".

А сейчас, когда измена подтвердилась и свадьба была со скандалом отменена, а почти каждый вечер вспоминалась первая любовь, позволяя отвлечься от душераздирающей обиды и тоску, она решила набрать его номер.

Олег рассказал всё - и о случившемся, и о том, где находится.

На следующий день Надежда взяла билет на поезд...


--- --- ---


Прогулявшись по лесу, они вошли в дом Олега и стали снимать одежду, слегка промокшую под начавшимся промозглым осенним дождем. Поговорив обо всем самом важном и наболевшем, они уже почти поняли, что не могут жить друг без друга.

Обнявшись, они устремились к кровати.

- Погоди... тебе не кажется, что на нас кто-то смотрит? - внезапно вздрогнула Надежда.

- Не бойся, в этой зоне чего только не кажется, - прошептал Олег, слегка подталкивая ее к постели...


--- --- ---


Лорман и Минтара в последний раз предались воспоминаниям...

... о родном доме под красновато-лиловым солнцем...

... экскурсиях по разным мирам...

... спасении аборигена и опоздании на корабль...

... наказании - запрете покидать зону перехода...

Им было поручено наблюдать...

... за тем, чтобы портал в параллельный мир случайно не открылся и сюда не проникли чужие существа...

... и за людьми, приходящими на подконтрольную территорию...

За прошедшие два с половиной месяца они показали группе уфологов-любителей исчезающий светящийся шар и дважды напугали проплывающих на байдарках туристов мороками водных чудовищ. Это было предусмотрено инструкцией для поддержания веры местных жителей в сверхъестественные силы.

Несмотря на это необычное занятие и живописную природу, в целом здесь было скучно и тоскливо. Соблюдая маскировку, корабли прибывали на базу в глубине леса почти каждый день, но экскурсионного рейса с родной планеты предстояло ожидать еще четыре местных года, и даже если им разрешили бы вернуться, то запретили бы в дальнейшем космические путешествия.

Впрочем, оставался еще один вариант. Особым объектом наблюдения был тот, кого они спасли. Он ушел, а потом пришел снова, отвергнутый своим миром, и жил здесь в тоске и ожидании своей второй половинки, ради которой отказался покидать изувеченное тело и принял помощь извне. Кроме того, его полевая структура была немного изменена спасительным внедрением Лормана, и теперь была возможность встроиться снова, но уже по-другому.

Они получили разрешение. Недавно временными наблюдателями были приняты трое добровольцев, вновь прибывших из другой галактики, и их освободили от этих обязанностей...

Они сопровождали Олега и Надежду в лесу, впитывая вибрации их взаимного притяжения и обретенного счастья. Проникнув вслед за ними в дом, они дождались, когда страстное влечение достигнет высшей точки и, в последний раз вспомнив всё, что привело их сюда, устремились в водоворот любви...


--- --- ---


Вечерняя семейная прогулка по деревенской улице подходила к концу.

- Мама, почему ты хочешь утром уехать в город? Давай еще завтра здесь останемся и на речку сходим, - попросила четырехлетняя Света.

"Анечка, у нас много дел дома, а в понедельник на работу", хотела ответить Надежда, но в следующее мгновение, вздрогнув, удивленно произнесла:

- Откуда ты знаешь, что я этого хочу? Я этого не говорила.

- Но ты об этом думаешь, - глядя ей в глаза, сказала девочка.

- Хм...м, ну давайте еще подумаем, может и не будем торопиться, с утра сходим на речку, а потом поедем, - предложил Олег и, желая отвлечь семью от споров и возможных детских слез, поднял палец вверх со словами:

- Посмотрите на небо. Сколько там звезд.

- Какие они красивые! Только вот там еще одна звездочка должна быть, но ее отсюда не видно, - тихим задумчивым голосом произнес брат-близнец Светы Антон, указывая пальцем куда-то в сторону пояса Ориона, огромной бабочкой сияющего на небосклоне.