# Богер

Василий Мустяца

из записей, сделанных в тетради от Наташи Цабур


Иметь талант недостаточно: нужно

также иметь на это ваше позволение, -

не так ли, друзья мои?

Фридрих Ницше


1

Миша с Лилей Видрашку возвращались лесной тропою с боевого задания: они взорвали мост с гитлеровским поездом, в котором перевозили немецкие танки. Был послеобеденный час, весна 1944-го была в разгаре.

- Здорово ты подгадал, - сказала Лиля, - взорвал, когда паровоз проезжал посередине моста.

Миша сел под дерево, положив автомат рядом.

- Я буду президентом, - сказал он.

За деревьями послышался треск сучьев.

- Фашисты! - воскликнул Миша, взяв с травы автомат.

Из-за деревьев раздались несколько выстрелов. Лиля упала. Миша склонился над ней. Два фашиста бросились ему на спину.

Богер сидел на своём любимом стуле. 'Когда-нибудь ты сядешь на электрический стул!' - говорила ему Лиля.

Шеллинг и Браун ввели полуживого Мишу.

- Что вам надо? - спросил Миша.

- Вот бумага, - сказал Богер. Он спешил, и ему некогда было с диверсантом возиться. - Здесь десять вопросов. Под каждым напиши 'да' или 'нет', и мы закончим.

Мишу подвели к столу, Шеллинг сунул в его руку ручку.

- Вот и хорошо! - сказал Богер, взяв подписанную Мишей бумагу.

Шеллинг дал Мише чашку с дымящимся кофе.

- Ты свободен! - сказал Богер и дал ему пропуск.

Миша вышел из избы на порог. Во дворе было десятка два фашистов. Рядом с Мишей стоял часовой, с автоматом в руках и двумя гранатами за поясом. Изнурённый Миша бросил на него взгляд... вдруг, ударил фашиста, фашист упал. Миша быстро взял его гранаты, бросил в толпу фашистов, и стал расстреливать остальных из автомата.

Шеллинг и Браун опять ввели избитого Мишу. Богер встал из-за стола, снял салфетку со своей груди.

- Шалишь, Миша! - сказал он. - Иди к своим, и всегда помни об этом! - он помахал листком допроса перед носом Миши.

В начале 1992-го года Лиля Видрашку, уже пожилая, стояла возле магазина теле и радиоаппаратуры. Шёл снег; по улице двигалась чёрная машина, у магазина остановилась. Пожилой Михаил выбрался из машины, подошёл к Лиле.

- Я работал с британской разведкой, - сказал он. - В 85-м они меня вывели в президенты. Всё шло хорошо, в одном я с британцами не сошёлся: они не хотели объединения Германии. Но я объединил её: теперь британцы выкинули меня на пенсию, и работают с Ельциным.

- Объединение Германии? - сказала Лиля.

Михаил устало взглянул на неё.

- Из-за документа Богера? - сказала она.


2

Богер первым вошёл в гостиную, подошёл к дивану, повалился на него. Большие часы на стене, с кукушкой, показывали половину второго вечера. Богер был не в фашистском мундире, а в гражданском; и было ему не тридцать, столько ему было в конце войны. Сейчас шёл апрель 1963-го. Дело было в Житомире.

Следом за Богером вошёл Шеллинг, тоже в гражданском, с чёрным портфелем в руках. Он бросил портфель на стол, стоявший в центре гостиной.

- Надо бы пересчитать, - предложил Шеллинг. - Должно быть 50 тысяч.

- Утром пересчитаем, - сказал усталый Богер. - Туши свет.

Больше часа просидел в кресле в тёмной гостиной Шеллинг, не смыкая глаз. Часа в три утра он встал с кресла, подошёл к дивану с финкой в руке, и всадил её в бок Богера. Взял портфель со стола и вышел в ночь.

'Остап Бендер умер!' - сказал Воробьянинов в фильме Леонида Гайдая. Но нет, ни Бендер не умер, ни Богер. Оставшись один, он повернулся на диване и упал на пол. Пополз к двери, выполз на лестничную площадку, постучал в соседнюю дверь. Минуты через три дверь отворилась.

На пороге стояла Лиля Видрашку.

- Что с вами? - спросила она.

- Я ваш сосед, - сказал Богер. - Мне надо в больницу.

Минут через сорок машина Скорой помощи с раненым Богером подъехала к больнице. Богера внесли в больничную палату и положили на постель. Вошёл доктор с седыми висками, осмотрел рану Богера.

- Доктор! - еле проговорил Богер.

- Позовите медсестру! - сказал доктор санитару.

- Не надо! - проговорил Богер. - Священника мне!

- Священника? - удивился доктор. - У нас это не принято.

Богер закрыл глаза.

- Ладно! - сказал доктор.

Нашли священника, через час он вошёл в больничную палату. За окном уже начинало светать.

В коридоре за столом сидел дежурный фельдшер Александр Семко. Рядом сидел санитар.

- Батареи я в своей квартире, - сказал Семко, - вырвал и выбросил. Всю зиму в доме не топлю, окна всегда открыты, и днём и ночью. Когда ухожу из дома, закрываю - от воров.

- Да, воры - это наше всё. Ещё Карамзин на вопрос, чем занимаются россияне, ответил одним словом: воруют!

- Ну и, конечно, - сказал Семко, - гимнастика - каждый день.

- Ну, а мой знакомый таблетка кушает...

Священник вышел из палаты Богера, увидел Семко и санитара.

- Умирает, - сказал священник. - Исповедался. Он, оказывается, фашист - гестаповец. Сталин, говорит, не сам умер; отравлен по приказу Черчиля. В том же 1953-м Черчиль за это получил награду. О Михаиле Горбачёве рассказал.


комментарии: на фото - Лиля Видрашку.