# Пигмалион

Наталья Романова

Закулисный мир цирка обычно закрыт для обычного человека. Поэтому навряд ли кто-либо из вас видел, как дерутся клоуны. И чем это все заканчивается. А может быть только начинается? Рассказ был опубликован в альманахе "Нижегородский литератор" в седьмом предновогоднем номере за 2012 год.

ПИГМАЛИОН.


Случалось ли вам когда-нибудь быть в цирке после представления? Когда возбужденные зрители, получившие свою порцию эмоций и адреналина, уже ушли по домам, а артисты, убрав реквизит и покормив животных, переместились в цирковую гостиницу, напоминающую скорее общежитие, со всеми сопутствующими прелестями коммунальной жизни.

Опустевший цирк в это время напоминает огромное засыпающее на ночь животное, честно отработавшее вечернее представление и заслужившее свой ночной отдых. Еще не до конца выключен свет, и вахтер с нетерпением ждет, когда задержавшиеся по разным причинам в своих гримерках артисты, закончат неторопливый ритуал осмотра и починки реквизита, и одновременного обсуждения закончившегося представления.

Иногда артисты задерживаются также, чтобы воспользоваться спокойной обстановкой для репетиции новых трюков. И тогда, заглянув в манеж, вы можете увидеть, как один или несколько человек неторопливо занимаются странными вещами, напоминающими ритуалы шаманов - вымеряют шагами и без того уже изученный вдоль и поперек тринадцатиметровый манеж, перемещают по нему странные, на взгляд обычного человека абсолютно не нужные вещи - например, обычную только очень большую кастрюлю, подушку, зонт...

Если вы видите на манеже не совместимые в обычной жизни вещи, значит на нем репетируют клоуны.

В этот обычный цирковой рабочий день, вечером после представления на манеже репетировали Гошик и Лешик. И предметы во время их репетиции над манежем не просто перемещались - они абсолютно хаотично взлетали и падали, иногда опускаясь прямо артистам на головы. Присмотревшись попристальней, можно было обнаружить, что клоуны не репетируют, отрабатывая новые сложные трюки - они дерутся!

Случалось ли вам видеть, как дерутся клоуны? Загляни сейчас на манеж человек обычный, ему покажется очень странным, что два нелепо одетых человека, машут руками и подбрасывают различные предметы в воздух. И суть этого действа останется для него загадкой еще и потому, что если дерутся два клоуна, два друга, отработавшие в манеже более десяти лет бок о бок, очевидно, что каждый из них, хоть и скопил за это время достаточно обид и претензий к другому, в любой самой жестокой драке будет все же осторожен. Поэтому удары обоих были не сильны, и сами дерущиеся походили скорее на детей на детсадовской площадке. А предметы, попадавшиеся им под руку во время драки, не использовались ими специально, чтобы нанести удар пожесче, а лишь хаотично взлетали в воздух, и падали на головы редко и абсолютно случайно.

Драка продолжалась долго, и казалось могла бы быть бесконечной, если бы один из дерущихся, Лешик, не упал на манеж. Гошик поначалу не понял, что случилось и ожидал, что Лешик сейчас поднимется, и стоял наизготовку с насупленными бровями, чуть наклонившись вперед, и заслоняясь от противника руками, согнутыми как у боксера.

Но Лешик не поднимался. И тогда Гошик кинулся к нему, и начал тормошить, приговаривая:

- Ну ладно тебе, Леш! Ты чего? Очнись! Леш!

Лешик очнулся. Он привстал, покрутил головой, и из правой ноздри у него показалась струйка крови. Гошик кинулся искать платок, нашел в кармане широченных в клетку штанов, и сунул Лешику под нос. Но тот молча отвел предложенную руку помощи, встал и пошатываясь пошел через манеж, а потом исчез вовсе в огромном темном зеве форганга...


***

Как формируется цирковой актерский дуэт? Конечно, прежде всего, это дело случая. Вот заканчивает будущий артист, клоун, цирковое училище. И ему нужно определяться - работать одному или в паре? Сколько мы знаем удачных цирковых дуэтов? Да на пальцах перечесть! Ну профессионалы назовут конечно несколько пар имен.

Лешик и Гошик встретились в цирковом училище, учились вместе, вместе выпустились и... стали вместе работать. Это был тот самый редкий случай, когда актерский дуэт удачно складывается уже на стадии обучения.

Жили они всегда дружно, в случае неприятностей стояли друг за друга до конца. Когда Гошика отбраковали на первом курсе по причине особенностей строения спины, Лешик поднял на ноги всех своих и Гошика родных и знакомых. Потому как оба были из цирковых династий. Гошика тогда отстояли, и по окончании училища тот стоял в мостике не хуже любого акробата.

В числе немногих цирковых клоунских пар, они имели на выходе в большую профессиональную жизнь хороший добротный репертуар. Благо, родители Гошика, клоунская цирковая пара, проработавшие в манеже вместе более тридцати лет, приложили немало усилий, чтобы этот репертуар состоялся. И в отличие от большинства работавших одновременно с ними клоунов, Лешик и Гошик демонстрировали на манеже не только стандартные акробатические трюки и репризы, но имели свой непохожий ни на кого стиль. Лешик выходил на манеж в огромной зеленой шляпе, кургузом пиджаке-фраке в обтяжку, и в узеньких полосатых штанах и играл такого нелепого скромнягу, которому постоянно случайно попадало. А Гошик надевал широкие штаны в клетку, картуз и яркую жилетку на голое тело. На шею он еще добавлял белый шарф, который нередко становился частью реквизита. Играл Гошик эдакого заносчивого типа, стилягу, который постоянно задирал персонаж Лешика. Видимо это артисту и надоело в конечном итоге.


***

На другой день после той злополучной драки Гошик в цирк с утра не пошел. Хотя в расписании репетиций для них с Лешиком было выделено время с десяти утра и до часу пополудни.

Вечером, встретившись в гримерке перед представлением, артисты не разговаривали. Представление было заключительным в этом городе. Отработав и не попрощавшись, оба ушли в цирковую гостиницу.

А на другой день Гошик узнал, что Лешик подал заявление на увольнение, собрал вещи и уехал в неизвестном направлении...

В тот же день состоялся неприятный разговор с директором программы, Эмилем Саввичем Корнеевым.

Эмиль Саввич был мужчиной преклонного возраста, но осанки и лоску не потерял. Всегда демонстрировал аккуратность и важность во всем, будь то одежда или общение.

Вот и сегодня Эмиль Саввич был безукоризненно чист и благоухал дорогим парфюмом на весь свой директорский кабинет.

Гошик робко проскочил в дверь и суетливо расположился на стуле перед директорским столом, ожидая взбучки. А взбучку Эмиль Саввич устраивать подчиненным умел. Начинал разговор с нарочито вежливого "присаживайся" и заканчивал фатальным "расстанемся". Голос не повышал, но сказать умел так, что пот холодный и мурашки появлялись у провинившегося еще при первом "присаживайся".

Сегодня "присаживайся" не прозвучало. Глядя на Гошика сверху вниз, директор долго молчал, выдерживая паузу прямо как по Станиславскому. А потом произнес длиннющее:

- Дааааа...

Гошик молчал. Ну что же тут скажешь. Конечно, было обидно, что Леха смотался по-быстрому, оставив его разбираться с проблемами одного. И главное, ничего не объяснил... Нет, объяснил, позавчера. Перед тем, как в сердцах кинул в него старенький, видавший виды, верный, любимый ими обоими зонт.

Этот зонт был их талисманом. Они его купили несколько лет назад в каком-то городе, и полюбили не сговариваясь. Молча. Эта любовь у них выражалась в односложных редких фразах. Например, Лешик мог спросить: "А зонтик не забыл?" И сразу становилось понятно и значение этого предмета, и отношение к нему обоих, потому что на этот вопрос Гошик неизменно отвечал: "Нет, конечно! Ну как же! Что ты!". И сразу как-то становилось уютнее в помещении, напоминавшем обычно в день сборов и переездов из города в город магазин во время ревизии товаров.

И вот когда Гошик на вопрос "Сколько еще я буду изображать половичок?" ответил Лешику "А что ты еще можешь?", Лешик, державший в это время в руках открытый зонтик, размахнулся и запустил им в Гошика. Зонтик не выдержал такого обращения и распался на части прямо на глазах у ошеломленных клоунов. И тут началось...

Молчание в директорском кабинете грозило перерасти в эмоциональный взрыв. Надо было что-то говорить. Но что? Все произошло так неожиданно. И дальновидность Гошика, которая не раз выручала его в серьезных разговорах с начальством, теперь молчала.

Да и что тут скажешь? Оправданий никаких не примут. Расставание партнеров в цирке - всегда скандал. Тут слабости не признают. А за успех надо пахать полжизни. Именно полжизни они и отпахали. И только обоим стукнуло по сорок, на тебе. А ведь так все замечательно шло. Успех им сопутствовал в каждом городе, практически. Если и были срывы, то отнюдь не по причине творческого застоя. Потому что работалось им всегда легко и новые идеи приходили к ним так часто, как это требовалось для постоянного обновления репертуара. Конечно, бывало что артисты загуливали. Ну как не заиграться, если вся жизнь клоуна практически игра и клоунада? Бывали и форс-мажорные обстоятельства. Например, когда произошла путаница с билетами и Лешик опоздал к началу гастролей. Гошик тогда прикрыл друга и коллегу, отработав на премьере в одиночку. И все обошлось!

И вот теперь надо что-то говорить, объясняться. Интересно, что мог сказать Леха директору? Ведь когда он подавал заявление об уходе, тот наверняка задал ему вопрос о том, почему...

И тут Гошик понял, что объяснять директору что-либо сейчас абсолютно бесполезно. Тем более что и сам он еще в этой беде ничего не осознал и не понял.

Гошик медленно поднялся, достал из кармана заготовленное заранее заявление и молча вышел вон...


***

За окном поезда проносились леса и поля, из динамика надрывно пел Кузьмин про поезда и сибирские морозы, и Гошику, стоящему в проходе в полном одиночестве, хотелось плакать. Впервые он ехал домой один. Конечно, они с партнером и раньше возвращались из гастролей в разных поездах. Потому что семья Гошика была прописана в Туле, а Лешик обосновался в Казани. Но возвращаясь домой они оба точно знали, что будут делать через день, неделю, месяц. Постоянно перезванивались по телефону. И часто даже гостили друг у друга. Иногда брали жен на гастроли в какие-нибудь Эмираты. И тогда вообще получался совместный отдых "без отрыва от производства".

На перроне его встречала жена Анна. Она всегда встречала его с гастролей. Это у них стало давно привычной традицией. Жена у Гошика была женщиной покладистой и рассудительной. Будь она другой, давно бы Гошик остался один. Анна умела закрыть глаза на гастрольные шалости мужа. И лишь однажды, когда он перепив и забывшись окончательно привел подружку прямо домой, Анна объявила блудному мужу ультиматум и подала на развод. Гошик, хоть и был разгильдяем по жизни, в тот раз сумел поступить правильно и вымолил прощение у жены буквально на коленях.

Конечно, помогли и родители. В цирковых династиях подобные ссоры всегда решаются семейно с участием родителей. Так заведено. В цирке важно соблюдать целостность династии в любом случае. Даже ценой наступания на горло собственной песне. Это позволяет выжить в конкурентной цирковой среде. Гошик жену любил и уважал. И уходить от нее никогда не собирался. Даже когда случился у него серьезный роман с одной из поклонниц. Женщина та была необыкновенно красива. И кроме того, была жутко богата и самостоятельна. В годы перестройки сумела подмять под себя всех крутых мужиков города и держала первенство за собой многие годы.

Почему она тогда положила глаз именно на Гошика, а не на красавца воздушника, срывавшего аплодисменты ежевечерне у женской части населения, по причине демонстрации великолепного обнаженного торса и ослепительной улыбки, осталось загадкой. Хотя, первая их встреча произошла как раз в гримерке, в момент, когда Гошик, смыв грим, стоял голый по пояс, намереваясь сменить клоунский костюм на не менее экзотический светский. Любой клоун, покидая стены циркового училища, уносит с собой не только навыки смешить и дурачить население страны, но и бицепсы, трицепсы и прочие акробатские прелести. Только в отличии от акробатов, клоун редко кому демонстрирует свое прекрасное не менее тренированное тело. О существовании красивых мышц у клоуна не подозревают даже их коллеги акробаты. Однажды в гримерку к Гошику заскочил знакомый воздушник. Увидав голый торс Гошика, он с удивлением воскликнул:

- О! Да у тебя тоже есть крылья!

Крылья - так романтично называют акробаты лопаточную часть своих божественных тел. Особенно это романтично звучит, если сравнить летающего под куполом цирка воздушника с ангелом.

Роман Гошика с Марлешей - так любовно окрестил подругу Гошик, сравнивая ее необыкновенную красоту с красавицей Марлен Дитрих - длился несколько лет. И именно в это время у Анны случился выкидыш, и она получила от докторов приговор - бесплодие. Гошику было не до Анны. Страсть, бушевавшая в его крови, поглотила не только семейную часть его жизни, но и отразилась на работе. Лешик тогда прикрывал партнера как мог. Гошик постоянно опаздывал на представления и игнорировал репетиции. Лешик и сам иногда пошаливал на стороне от жены, но таких срывов не допускал никогда. И Гошик подозревает до сих пор его в том, что именно Лешик капнул его родителям про роман с Марлешей. Развели их по-хитрому. Марлеше наговорили про Гошика всякой чепухи о романах на стороне с многочисленными любовницами. А Гошика по просьбе тех же родителей стали посылать на гастроли во все города, кроме того, в котором правила Марлеша.

Поначалу Гошик бесился. Пытался сорваться в незапланированные гастролями поездки... А потом смирился. Тем более что обиженная Марлеша тоже перестала звонить и напоминать Гошику о своем существовании...


***

Никогда еще кофр с реквизитом не казался ему таким тяжелым...

Анна, взглянув в глаза мужу, сразу поняла, что в его жизни случилась катастрофа.

За ужином они едва перекинулись парой слов. Анна знала, лучше Гошика в таком состоянии не трогать - будет истерика.

Утром Анна встала раньше мужа, а вернувшись в спальню, застала такую картину. Гошик в полном гриме, любимых клоунских ботинках и трениках сидел на полу, широко раскинув ноги и сложив руки корабликом, и словно китайский болванчик кланялся, ударяясь каждый раз лбом в пол с глухим стуком. И пока его торс совершал движение сверху вниз, Гошик повторял одну и ту же фразу: "Что же мне теперь делать... Что же мне теперь делать..."

И тогда Анна сказала:

- Позвони Спиридонычу.

Василий Спиридонович был другом семьи, учителем и ангелом-хранителем одновременно. Сам происходил из старинной цирковой династии фокусников, отработавший на манеже в жанре иллюзий более полувека, теперь почивал на лаврах собственной славы.

Внешне Спиридоыч напоминал старого циркового льва - был сед, лохмат и обладал громким хриплым басом. Поэтому соседи одинокого Спиридоныча не любили и даже побаивались. И пришлось бы его общительной натуре очень худо, если бы не была у Спиридоныча подружка. Полина Ивановна проживала в том же доме этажом выше. И женщиной она была не стандартной. Потому они и сошлись характерами, хотя никак не могли решиться на старости лет объединить свои судьбы.

На беду Гошика Спиридоныч откликнулся в тот же день. Пришел в гости вечером, и не один, а с подругой. Полина Ивановна, дама пышнотелая и такая же мохнатая прической, видимо была введена в курс дела и помалкивала за наскоро накрытым столом, хотя обычно ее высокий бархатистый голосок не смолкал, наполняя окружающее пространство прибаутками и всякими необычными историями.

Спиридоныч еще с порога было прорычал: "Ну, что там у тебя, выкладывай..." Но, увидав черные круги под глазами Гошика, осекся, и молча протолкался в гостиную следом за Полиной Ивановной.

Семейный совет, а именно на семейный совет и было похоже это застолье, начался с продолжительного сопения Гошика, который долго силился, но почему-то никак не мог начать говорить. То ли не знал что, то ли все еще не мог понять и осознать масштабов постигшей его катастрофы.

Наконец, Спиридоныч не выдержал и громогласно произнес:

- Кто-нибудь в состоянии объяснить, что случилось?!

Анна разгладила скатерть перед собой, вздохнули и сказала:

- Расстались они, Спиридоныч. С Лешей. Насовсем.

Спиридоныч шумно выдохнул и спросил:

- Это как?

И тут Гошика прорвало:

- Как-как? Вот так! Подал заявление и уехал!

- Куда?

- Не знаю куда. Не сказал.

- Дааааа... Делаааа..., - протянул Спиридоныч, почесывая пятерней свою мохнатую седую гриву.

И добавил:

- Нууу.... Ты уж сразу так не паникуй...

В ответ ему Гошик снова заорал истошно и пронзительно:

- Как это не паникуй?! Как это не паникуй?! А как же контракт? Мы ж собирались ехать в Китай! Вон Анютка и вещи собирать начала!

- Нууу... в Китай, значит, вы не едете.

- И что?! Что дальше?! Что я буду делать дальше?! И что будет делать дальше этот идиот без меня?! Он что, картошку копать собирается в своем селе?! Нам по сорок, Спиридоныч! Мы ничего кроме как смешить людей на манеже не умеем делать.

Спиридоныч почесал отсутствующую бороду на большом круглом подбородке, и задумчиво произнес.

- Дааа...


***

Через месяц Гошика вызвали в Москву в главк на комиссию. Строгие начальники долго спорили, потом решили дать ему шанс, и послали на репетиционный период в Нижегородский цирк. Не успел Гошик обосноваться в гостинице, как грянул новый сюрприз. Было около полуночи, когда в дверь уверенно и очень настойчиво постучали.

На пороге стоял очень худой, длинный и смутно знакомый парень.

- Привет, - протянул он низким гнусавым голосом. - Я твой новый партнер.

Партнера звали тоже Гошей. И это обстоятельство как-то сразу их настроило на конкуренцию между собой. Потому что одинаково называться было не прилично. И кому-то надо было искать другое цирковое прозвище, или как официально это называлось - псевдоним.

Гошик решил сразу не ссориться и предложил подумать обоим над этой внезапно возникшей проблемой некоторое время.

А через три месяца в квартире Спиридоныча раздался телефонный звонок. Было два часа ночи, а в это время ему мог звонить только один человек - Гошик. Голос в телефонной трубке был глухим и почти неузнаваемым.

- Привет, Спиридоныч.

- Гошик, это ты?! Ну как у тебя дела?

- А никак, Спиридоныч. Никак и не о чем...

Еще через три месяца в Нижний приехала комиссия из главка принимать работу артистов. После выступления начальство долго спорило, а потом вынесло свой вердикт: программу не принимать, артистов сократить...

Узнав об этом, Спиридоныч решил взять инициативу в свои руки, и засобирался в Нижний, где у него оставались кой-какие связи.

Гошик тем временем собирал вещи. Пора было ехать домой. Учиться копать картошку.

Накануне отъезда в дверь постучали. На пороге стоял мохнатый седой Спиридоныч с зонтом-тростью в руках. Из-за его массивной фигуры выглядывала тощая невзрачная девица с огромными пустыми глазами.

- Привет, крестник! - бодро воскликнул Спиридоныч, протискиваясь в дверной проем, и волоча за собой девицу.

- Привет, - вяло поздоровался Гошик, нехотя пропуская старинного друга в номер.

- Ну-ка, познакомься, во-первых. Это Света. Дочка моих старинных друзей.

- Очень приятно, - пробормотал под нос Гошик, окидывая комнату взглядом в поисках готового к упаковке в багаж чайника.

Чайник нашелся возле раскрытого кофра, из которого выглядывал засунутый наспех клетчатый пиджак.

- Чайку! - воскликнул Спиридоныч, потирая руки. - Вот это правильно. - И добавил: - Собираешься?

- Ага. Билеты на завтра на шесть утра.

Спиридоныч попыхтел, пристраивая свою массивную фигуру на старое потертое кресло возле заваленного вещами стола, и сказал:

- А я вот партнершу тебе новую нашел.

Гошик удивленно посмотрел на Спиридоныча, будто впервые видел, и переспросил:

- Кого, Спиридоныч?

- Партнершу. Светой зовут.

"Света с того света", - мрачно пошутил про себя Гошик, окидывая тощую девицу более внимательным взглядом, продолжая машинально закидывать попадающиеся на пути вещи в раскрытый кофр.

- Да ты вещи-то назад распаковывай! Я ж серьезно! Договорился с директором. Будешь дикарем репетировать. А потом комиссии работу покажешь. И тебя восстановят.

Гошик растерянно посмотрел по сторонам, пытаясь осмыслить услышанное только что из уст опытного и глубоко уважаемого им артиста и друга Спиридоныча. Первая мысль была такой: все, у старика крыша поехала...

Но Спиридоныч вытаскивал чашки из бокового кармана кофра и взгляд его при этом никакого безумия не выражал.

- Ты, Спиридоныч, шутишь или прикидываешься? - спросил растерянно Гошик, присаживаясь на край стула, рядом с другим, на котором обосновалась тощая девица, перевив странным образом ноги, два раза - вокруг коленки и вокруг голени...

- Нет, Гош, не шучу. Девочка неплохая гимнастка. Хочет в цирк. А тебе как раз партнер нужен. А я обо всем договорился. Ну что тебе стоит попробовать? Все равно уже. Если поедешь домой, еще неизвестно что будешь делать дальше.

- Картошку буду копать, - мрачно пошутил Гошик.

- Тааак... Значит ты заканчивал училище и набирался опыта на арене столько лет только для того, чтобы копать картошку?!

- Да не тебе мне Спиридоныч объяснять, как в цирке с такими неудачниками, как я, поступают. Вона как! В шею гонят! И все! А ты мне какую-то девчонку в партнерши! Смеешься что ли? Я с Лосевым на репетиционном полгода просидел. И ничего не вышло. А ты хочешь, чтобы я взялся делать программу с неопытной девицей?! Которая и цирка-то не нюхала!

Девица сидела потупив взор и губы ее подозрительно подрагивали.

- Ты, вот что, Гош. Ты не спеши. Подумай. Тебе все равно терять нечего. А девочка хочет в цирк, хочет работать. Дай ей шанс. Глядишь, и сам выкарабкаешься. Она молодая, сильная, неплохая акробатка. Ну-ка, Свет, сделай арабеск!

- Я не могу, - тихо под нос проговорила девица.

Гошик опешил:

- Спиридоныч, она ж еще и говорить не умеет. Ты что, совсем уже забыл, что такое клоунада?! Не ты ли меня сам учил когда-то. Не ты ли мне говорил, что клоуном может стать только человек с особым мировоззрением?

- Ну, во-первых это не я говорил, а Леонид Енгибаров. И потом, ты же не знаешь, какое у нее мировоззрение. Ты б не кричал на девочку, Гош. А поговорил бы с ней, пообщался...

Гошик понял, что от Спиридоныча ему не отделаться. Пообещал ему подумать до утра, про себя твердо решив билета не сдавать и поутру ехать домой.

Ближе к утру позвонил Спиридоныч:

- Гош! С репертуаром тоже порядок! Я тут нашел старые видеозаписи с выступлениями твоих родителей! Завтра... нет, сегодня в десять мы к тебе придем. Жди!

И после этого звонка Гошик уже не смог заснуть. В голове крутилась одна совершенно безумная мысль: "А что если..." А потом он встал, вызвал такси и поехал на вокзал... сдавать билет.

А ровно в десять явилась снова эта странная парочка - огромный мохнатый старик и тощая девица Света. В руках у Светланы оказался небольшой портфель с ноутбуком. Она деловито распаковала его и они втроем принялись смотреть видеозаписи выступлений Гошиных родителей.

А ближе к концу просмотра Спиридоныч вышел в коридор и набрал номер Гошиной квартиры в Казани. Анна внимательно выслушала его, обозвала старым сводней и дала отбой. Спиридоныч покряхтел и пошел прощаться. Гошику он объявил:.

- У Светланы есть свободная комната. Селись там. А я в Казань, за Анной...


***

Первая репетиция прошла... никак.

Переодетая в гимнастическое трико Светлана девушкой оказалась крепкой, и худоба ее Гошику безобразной не была. Наоборот, там где должны были быть мускулы, мускулы присутствовали в достатке. И фигурка у девушки была что надо. Светлана легко делала арабески на одной ноге, крутила колесо, делала арабский переворот вперед и назад, стояла в мостике. И Гошик даже подивился прессу девушки, когда решил на пробу сделать стойку в положении мостик на ее выгнутом вверх животе. Света выстояла и даже не шелохнулась.

Больше смущал Гошика потупленный взор, пустые глаза и отсутствие улыбки на лице.

И как можно сделать клоунессу из девочки, которая не умеет даже улыбаться?

И он вместо того, чтобы продолжить репетицию, спросил:

- Свет, а зачем тебе цирк? И почему именно клоунада? Можно же подготовить отличный акробатический номер. С твоими-то данными!

Ответа он не дождался...

Весь вечер Гошик ругал себя вслух за самонадеянность. И еще за то, что доверился старому чудаку Спиридонычу.

А когда лег спать, как-то успокоился и в голове его закрутились мысли о том, что же все-таки подвигло девочку Свету на такой безрассудный подвиг.

И представилась ему ситуация, когда вот он сам выходит на манеж. А в первом ряду сидит она, Света, и смотрит на Гошика... влюбленными глазами.

"Чушь какая", - сказал он сам себе и провалился в беспокойный сон до утра.

Утром Гошику легче не стало. И он, мучаясь подозрениями о каком-то чудовищном подвохе со стороны девочки Светы, отправился на репетицию, прихватив с собой диски со своей большой коллекцией видеозаписей по клоунаде. Гошик решил так. Надо, чтобы она поняла, что такое клоунада. И тогда у нее появится интерес. И, возможно, кураж...

Кураж. То, что так бережно стережет каждый цирковой артист. Без куража на манеж лучше не выходить. Особенно, если ты клоун. Зритель сразу чувствует, есть у артиста кураж или он просто выходит на манеж, чтобы заработать денег на хлеб насущный. У такого артиста успеха не будет никогда.

Будет ли вообще у его партнерши когда-нибудь кураж? Или ему придется самому пахать, прикрывая ее непрофессионализм и неопытность... Эта мысль ему казалась мучительной и стыдной. Стыдной, потому что это все означало, что он в сорок лет оказался не в состоянии работать с полноценным профессиональным партнером. И поэтому вынужден тащить на себе какую-то девочку... И то, что Света не стала говорить ему правды про истинные причины своего необычного желания... Ее необщительность и скрытность, возможно просто излишняя скромность - все это очень тревожило Гошика.

На следующий день развели первую репризу. И Гошик порадовался тому, как Светлана быстро схватывает все то, что он ей говорит. И тут же выполняет. Без капризов.

После репетиции в гримерке, где они переодевались, Гошик невольно остановил взгляд на длинных стройных ногах девушки, и в голове у него возникла крамольная мысль: "А что если это судьба? Может быть и вправду получится... Не только дуэт, но и семья..."

В цирке редко бывает так, чтобы партнеры в номере не были супругами. Даже если между ними нет никаких романтических чувств. Обстоятельства кочевой цирковой жизни - постоянные переезды, экономия на гостиничных и бытовых расходах - все подталкивает партнеров создать в конечном итоге семейную пару. Гошик не раз размышлял на эту тему. И только любовь к Анне, как к женщине, и ее покладистость удерживала этот редко встречающийся в цирковой среде союз. Не было бы у них таких длительных расставаний, не искал бы Гошик приключений на стороне.

***

Через несколько дней вернулся Спиридоныч вместе с Анной. Анна критически посмотрела на Светлану и... отвернулась.

На квартиру к Светлане Анна переезжать категорически отказалась. Пока Гошик репетировал, она что-то шила, помогала готовить новый реквизит.

А потом им понадобился звукорежиссер, и Анна предложила свои услуги. Она мало что понимала в компьютере. А немногословная Светлана не спешила ей что-то объяснять. И поначалу со звуком выходили постоянные накладки. Гошик злился на жену, а она молча по вечерам сидела у светящегося экрана, словно средневековая колдунья. Сходство придавали отросшие косматые волосы и выпученные от постоянного бдения у монитора глаза.

Через месяц дело сдвинулось с места. Конечно, Гошик видел, что Светлана не сможет стать сразу клоунессой в истинном понимании этого слова. Там, где нужно было проявить талант актера, невооруженным глазом можно было заметить, что девочка не профессионалка, работает на уровне хорошей самодеятельности. Хотя в техническом отношении номера выглядели сложными, хорошо подготовленными. Но у Гошика возникла симпатия к этой упорной большеглазой девчонке. Анна все чаще замечала повышенный интерес мужа к девочке, молча ревновала его к ней, но все больше понимала, что ничего тут уже поделать нельзя. Гошик, как творческая артистическая натура, периодически влюблялся. Он просто не мог не влюбляться. И вот влюбился в очередной раз, в Светлану.

А еще через месяц наступил творческий кризис. Светлана четко выполняла все положенные в репризах трюки, они много придумали технических фишек, но... им уже как воздуха не хватало Светиного актерского мастерства. И его не просто не было. Оно и взяться-то просто так ниоткуда не могло. В один из вечеров Гошик сорвался. Анна была рассеянна и вместо хлеба подала ему солонку.

- Что ты делаешь?! - вскричал Гошик, швыряя солонку в угол кухни. - Я и так уже голову сломал! Не могу понять, что надо сделать, чтобы эта рыба наконец заговорила по-человечьи! Ты еще...

Анна молча собрала соль и сказала:

- Давай наймем ей педагога.

- Какой педагог, - разгорячился Гошик. - Денег и так нет. За квартиру платим. Свою бросили.

- Хорошо. Дай мне с ней поговорить.

- О чем?!

- Ну, ты же помнишь, когда-то в юности я ходила в драмкружок. С нами там занимались сценической речью. Я хорошо помню эти уроки...

Гошик с сомненьем посмотрел на жену, и промолчал...

На следующий день Анна со Светланой долго разговаривали, расположившись на бортике репетиционного манежа. Гошик не вмешивался. Решил, что все равно ничего хорошего не будет - ни так, ни этак. Он молча бродил, в очередной раз осматривая реквизит, прикидывая его расположение и передвижение относительно актеров, зрителей, входов и выходов. За время работы опытный цирковой артист узнает и хранит в памяти кучу профессиональных секретов, позволяющих ему добиваться такого коварного и такого капризного успеха у зрителей. Существуют тысячи мелочей, от которых зависит успешное выступление любого циркового артиста. Но если на арене работает клоун... Недаром в цирке клоун имеет особый статус. Именно от его выступления зачастую зависит успех всего представления. Потому что этот артист заполняет паузы в представлении. И если одновременно с его выступлением на арене работают униформисты, готовят реквизит для следующего номера, монтируют клетку для хищных животных, то клоуну приходится учитывать не только свои передвижения в манеже, но и передвижения персонала. Надо все предусмотреть так, чтобы твое выступление не затерялось, не растворилось, чтобы тебя было видно и слышно отовсюду, от первого и до последнего ряда, каждому зрителю, сидящему в зале.

Гошик уже терял терпение, когда наконец Анна закончила свой странный урок и они со Светой вышли на середину манежа. Анна вдруг вскинул вверх руки, и Гошик услышал ее ясный и громкий голос:

- А нам подарили новый автомобиль!

Гошик даже опешил от неожиданности. Он никогда не слышал, чтобы Анна хотя бы голос повысила, а тут...

Светлана попыталась повторить, закашлялась, и замолчала.

Анна была настойчива. Она что-то объясняла девушке, прикладывая руку то к горлу то к солнечному сплетению... Светлана попыталась еще раз повторить, еще раз... и тут у нее внезапно прорезался голос! Гошику показалось, что девочка сама не ожидала от себя такой прыти, и в огромных глазах ее в какой-то момент мелькнул испуг...

- Молодец, - сказала Анна. - Давай еще раз.

Больше в этот день не получилось. Зато стало получаться на другой, на третий... И вскоре Светлана начала спокойно озвучивать все свои репризы.

И еще у Анны внезапно проявился талант сценариста. Все номера, которые они разводили и репетировали в данный момент, были из прежнего репертуара Гошиных родителей. И выглядели они все, мягко говоря, не очень современно. Старые буффонадные диалоги были скорее нелепыми, чем смешными. Все это очень беспокоило Гошика, но он не знал, что с этим делать. Нанимать сценариста? Нет у него таких денег. И он терпеливо продолжал репетировать то, что оставили в наследство родители.

И только в одном месте он все-таки сорвался:

- Нет! Это просто невозможно! Это ни о чем, понимаете?! Ни - о - чем!

Анна вздохнула, взяла ручку, листочек бумаги, и ушла в самый дальний угол репетиционного зала. Там она что-то писала, задумчиво грызя кончик. А потом принесла Гошику исписанный полностью листочек. Это был переписанный сценарий старой репризы. Дочитав листочек до конца, искушенный в таких вещах Гошик понял, что у Анны настоящий талант.

Вечером Гошик, испытывая к Анне чувство благодарности за помощь и одновременно чувство вины за свои крамольные мысли относительно своей новоиспеченной партнерши, сказал:

- Как думаешь, Анют, получится у нас со Светкой дуэт.

- Получится. Если будете работать. Девочка упорная, трудолюбивая. Схватывает все быстро... Получится.

- Но она совсем не умеет смеяться! У нее сложности с общением! Вот вспомни, она хоть что-нибудь о себе нам рассказывала? Хоть раз!

- Нет, - вздохнула Анна. - Конечно, Гош, у нее нет актерских данных, нет особого таланта. Понимаешь, она технарь. Ну как тебе объяснить... Вот в джазе, например. Есть импровизаторы. От бога. И есть технари, которые тоже прекрасно импровизируют, но делают это не благодаря своему врожденному таланту, а благодаря упорству и каждодневному труду, репетициям, понимаешь?

На следующий день привезли заказанные месяц назад костюмы. Светлана надела большой лохматый парик, широкие штаны на бретельках... и всем стало ясно, что никакая она не клоунесса. Светлана совершенно стеснялась смешного клоунского костюма. И ее огромные пустые глаза почему-то выглядели еще более нелепо в сочетании с рыжим клоунским париком.

Анна вздохнула, и сказала:

- Этот костюм надо оживить. Свет, понимаешь, о чем я? Его надо заставить играть, двигаться. Она подвела девушку к огромному зеркалу в гримерке и продолжила:

- Видишь, какой он большой и неуклюжий? Значит надо найти, придумать такие движения, чтобы ты в нем была смешной и изящной одновременно, не выглядела при этом нелепо.

Потом она подошла к компьютеру и через мгновение зазвучала мелодия в стиле фламенко.

- Ну-ка, попробуй, потанцуй. Ты же умеешь танцевать под такую музыку.

Светлана улыбнулась, и... Как она танцевала! Как богиня! Оказывается, она некоторое время посещала студию бальных танцев. И прекрасно знала все движения. Кроме того, у девушки заиграли глаза, появилась улыбка!

И в этот момент Гошик, глядя на танцующую Светлану, понял две вещи. Первая вещь - это то, что новая программа с новой партнершей у него уже есть. И вторая вещь - он влюблен в эту девочку, словно шестнадцатилетний пацан.

После репетиции в гримерке случилось так, что Светлана переодеваясь оказалась с голой спиной, и Гошик, сам не ведая что творит, самопроизвольно протянул руку к нежной девичьей коже и... погладил ее. Светлана вздрогнула. А Гошик, обернувшись к жене, заметил ее растерянный быстро спрятанный под челку взгляд...

В эту ночь супруги спали отдельно...

***

В первых числах октября Спиридоныч получил приглашение на премьеру в Нижегородский цирк от клоунского дуэта "Покаляки".

Цирк в этот день был полон звуками и запахами премьеры. Настроение у всех без исключения артистов было приподнятым. Даже у четвероногих, крылатых и всех прочих.

Гошик, одетый по-светски, без грима, встретил Спиридоныча у самого входа.

- Ты не успеешь переодеться и загримироваться! - воскликнул Спиридоныч.

- Не парься, Спиридоныч. Все путем.

И они вместе уселись на места, отведенные в цирке специально для приглашенных гостей.

На арену вышел с сияющий улыбкой на лице администратор манежа и торжественно провозгласил:

- Дамы и господа! Мы начинаем наше представление! Весь вечер с вами на манеже клоунский дуэт "Покаляки"!

И под звуки бравого марша на манеж выскочила яркая, смешная Светлана и... маленький юркий паренек. И потом весь вечер на манеже звенел высокий девичий голос. И вторил ему бархатистый тенорок парня в фуражке набекрень. Зрители просто покатывались от смеха, такими веселыми были их забавные проделки и трюки.

Когда представление закончилось, Спиридоныч сказал:

- Ну ты Гош даешь... Не ожидал. А сам-то ты как?

- А я, Спиридоныч, новую программу готовлю. Премьера через месяц в Твери.

- Один?

- Нет, с партнершей.

- И кто она, если не секрет?

- Анна! Кто ж еще?!