# Дракончики 2

Олег Навик

Мимикрия

От кого в дивном саду прятаться дракончикам? Там даже таких птичьих разбойников как серые вороны не водится, не говоря о крупных хищных млекопитающих. Все пространство здесь заселено тварями не крупнее ежа. А! Ежи ведь едят (иногда, по крайней мере) змей и ящериц. Пресмыкающихся!

- Нет. Ежей тут нет. Я не видел.

- Если ты не видел, - отвечаю, - это еще не значит, что они здесь не водятся.

Черный дракончик фыркнул и сказал:

- Нет. Я сказал - нет, значит, их нет.

- Мы это знаем наверняка. И мы не пресмыкающиеся., - возразила самочка дракона, приземляясь на широкий лист уже цветущего лопуха (он же репейник), в то время как черненький примостился в его тени. - Мы - новый неизвестный науке вид живых существ.

Действительно - вылитые тритоны (читай - амфибии), но с крыльями. И теплокровные. Не говоря об испускании горючего пара!

- Ты вот на нас смотришь, думаешь: ах, какие хорошенькие зверюшки? - прищурил свои глазищи маленький дракон.

- Вовсе не...

Но он даже слушать меня не стал

- Думаешь-думаешь! Мелкие лапусенькие хвостатики, думаешь.

Дракониха отвернулась в сторону, зажимая мордочку лапками, чтобы не рассмеяться.

- А мы, может, потомки хтонических творцов всего данного нам сейчас в ощущениях мира!

- Ты хочешь, чтобы тебе поклонялись как божеству?

- Не, - расправила крылышки и, выгнув спину, потянула одну за другой задние лапки дракониха. - Он хочет сказать, что считать себя пупом земли свойственно любому разумному существу.

Потом она легко взмыла в воздух, заложила вираж перед самым моим носом и, облетая по спирали - снизу вверх -соцветия лопуха, спросила, повысив голос:

- Не хочешь поиграть с нами в прятки?

О, вот теперь мне стало понятно от кого они тут могут прятаться! От меня.

- Но у нас же будут неравные условия! Посмотри - твоего друга почти не видно в тени, а тебя саму - на фоне неба едва различишь.

Дракончики переглянулись, серо-голубая снова плюхнулась на лопух - так, что тот закачался, и, сложив передние лапки на груди, подперла правой подбородок, - очевидно, это означало крайнюю степень задумчивости.

Черный же дракончик перекатился на спину, демонстрируя светлое брюшко:

- А теперь? Меня-мня видно?

- Видно-видно. Но меня-то вам будет видно за версту!

- Да-да, - произнес он с важным видом, разводя все свои конечности в стороны, - мимикрия - не твой конек.

- А умные термины - не твой, - отозвалась дракониха.

- Мня, правда - я как римлянин люблю выражаться ясно и лаконично, без всяких терминов. Но это не значит, что я их не знаю.

А мне по-прежнему не давала покоя мысль: почему у дракончиков такая скромная защитная окраска?

- Потому, - облокотился на лапку дракончик, переворачиваясь на бок, - что мы любим играть в пряа-а-атки!

Серо-голубая же подползла к краю лопуха и свесила с него голову, чтобы полюбоваться на своего приятеля:

- Нет, у нас такая окраска, потому, что нас никто никогда не видел.

Не понимаю, что это она такое сказала. Говорят, женская логика имеет свои особенности. Наверное, именно в таких случаях и говорят.

- Ну-да, ну-да, - отозвалась маленькая самочка дракона, раскачивая лист , как трамплин для прыжков в воду, и, оттолкнувшись совсем сильно, в момент взлета продолжила:

- Нас никто не видел, значит, нас нет! Нас нет, значит, и окраска никакая. А самая лучшая мимикрия, это когда тебя нет!

Я встряхиваю головой, которая начинает немного кружиться, - должно быть от невероятных кульбитов ее полета. Окраски нет, а мимикрия - есть?

- Ну что же тут непонятного? - отзывается уже черный дракончик. Теперь он снова лежит на спине - передние лапки закинуты за основание шеи, - как люди закидывают руки под затылок, - голова на груди, задние - нога на ногу. И хвостик покачивает стрелкой туда-сюда.

- Никакая и не женская - мне вот понятно, а я мужского пола. Я - дракончик! Ты вот родителей наших видел?

- Нет.

- Лучше тебе их и не видеть, - подхватила самочка.

- Вот что ты думаешь об /их окраске? - продолжает дракончик.

Эм-м... Я пытаюсь сосредоточиться, но мысли как-то расплываются - как легкая облачность на здешнем небе: только вроде появилась - и опять небо чистое.

- И не думай! - говорит серо-голубая, срывая - с усилием - одуванчик, потому что для нее он как целое дерево. Наконец его сочный стебель делает - чпок, а она мне говорит, - как бы по-секрету:

- У них нет времени.... А у нас его - бесконечно много.

- Ты когда не думаешь, не видишь, - говорит черный, - потому окраска у нас такая, что никто нас не видел, а чего не видел - того и нет. Видишь, как все просто?

- Нет, - трясу головой, - не вижу.

- Именно! - вскрикивает самочка. - Так и действует мимикрия.

Нет, это они нарочно. Никто их не видел!

- Я-то вас вижу! А я не никто!

- А ты представь, что никто, - вперились в меня две пары огромных глаз.

О. А! Ну, конечно. Кажется, я начинаю понимать.

- Если ты никто, то можешь стать кем угодно.

- Тебе же говорили, что все просто, - снисходительно говорит дракончик. - Теперь давай играть в прятки - тебе уже не надо будет убегать за версту.

- А вам и прятаться ни от кого уже не нужно.


Её Королевское высочество

- А теперь я притворюсь, что я - принцесса.

Если разделить по вдоль стебель сорванного одуванчика, - каким-нибудь острым предметом, хоть ногтем, - на несколько полосок (чем больше, тем лучше), а потом макнуть в воду...

- Ой!

Ну-да, они закрутятся в спирали.

-Не, ну это как-то чересчур. Я хочу локоны.

Тогда надо подождать, пока подвянут, или аккуратно пораспрямлять.

- Пора-а-а.. Чего?

- Повытягивать!

Серо-голубая дракониха примеривает желтый цветок на голову и подвязывает "локонами" под нижней челюстью.

- Хорошо, ты теперь принцесса, а ты? Принц?

Черный дракончик опять растянулся в тенечке и, кажется, не собирается принимать в затее самочки никакого участия.

- Он будет подавать мне манто, - отвечает она важно, разглядывая себя в крохотное ручное зеркальце (откуда она его достаёт?).

- Не-не! Я глубоко-черный! - возражает вдруг дракончик, приоткрывая глаза. - Ничего лилового во мне нет.

- Так и мы не в Сингапуре! - отвечает дракониха.

О чем это они?

- Да так, - небрежно, как только принцессы умеют, бросает серо-голубая, - вспомнилась песенка* из вашего человечьего фольклора...

*смешались две песни Вертинского "Лиловый негр" и "Танго "Магнолия""

- Ты не одолжишь мне свой носовой платок? - спрашивает она, усевшись мне на плечо.

- Мне нужна королевская мантия.

Я не могу согласиться, - зачем ей мантия, когда вон какие крылья роскошные!

- Ладно, - кивает она, - но какая принцесса без юбки до пят?

- Э-эм-м... Африканская? И вообще - почему бы тебе не быть драконской принцессой?

Дракончик фыркает из тенька:

- У драконов не бывает принцев и принцесс! Достаточно того, что они - драконы!

Дракониха же тем временем построила нечто вроде гнезда из травы, и, повернув ко мне голову в золотой короне одувана, величаво произнесла:

- Так и быть, неси сюда сокровища, - я, как настоящий сказочный дракон, буду их охранять. И обойдусь без мантии и даже юбки.

А какие сокровища-то?

- Золото-бриллианты, конечно! Ну, что ты стоишь? Иди, в ближайшем ручье окатышей насобирай - и тащи сюда!

А. Но кто ж их знает, дракончиков? Если у них и треуголка, и зеркальце, - может, и сокровища в корнях дуба тоже припрятаны.

Сад раскинулся во все стороны - куда ни пойди: цветущая яблоня или слива, лужайка со свежей травой, холм из под которого бьет ключ. Пойдешь в другую сторону, а там уже спеет синяя вишня, гнутся по-над ручьем кусты черной смородины, роняя в воду ягоды. Тут - сирень, там - жимолость, а здесь... Так. А я-то где? Вот и солнце только что было, но незаметно обычная влажная дымка превратилась в довольно плотную облачную пелену, - и стало невозможно определить в какой стороне находится светило. Нет, заблудиться в саду невозможно - просто выходишь к старой липе или сосне. И всё. Всё-то всё, но дракончики были совсем в другой стороне. Где их теперь искать?

Когда ты в гостях как-то неловко бродить по обжитому другими пространству, не имея возможности занять себя хоть чем-то, разве что созерцанием. И это в том случае, если пространство не так чтобы и большое. А когда оно безгранично и хозяева не торопятся прийти тебе на выручку? Тихонько, не прощаясь, улизнуть домой? Тогда, может статься, тебя и видеть не захотят в следующий раз. С другой стороны - вот так бросать гостя тоже не очень-то веживо.

- А никто и не бросал.

Ой! Из-за спины у меня вылетает черный дракончик и зависает передо мной в воздухе, загребая крыльями вперед, как веслами в лодке старательный гребец.

- Подставь-ка мне руку, я устал.

Он устраивается у меня в ладони, как в кресле. И до чего же они лёгенькие! Наверное, у них полые кости, как у птиц. А, может, у дракончиков и воздушные пузыри как у рыб есть, - только наполняют они их не просто воздухом, а легким водородом, и становятся еще невесомее.

- А тебе не пришло в голову, что, - говорит дракончик, который с интересом изучает мои папиллярные линии, - что водород очень горюч. И взрывается при смешении с воздухом.

- А ты откуда знаешь?

- Это тебе надо знать откуда-то. А нам достаточно о чем-то подумать - и мы уже знаем.

- Удобно...

- Мня. Не всегда. Иногда ведь хочется додуматься самому. или поискать сведения где-то - потрудиться, так сказать. Вот и изо всех сил стараешься и думать и не думать, - а все равно уже знаешь. Ты вот, небось, радуешься, когда дошел до чего-то своим умом?

- Да, это приятно.

- Конечно. А у нас редко получается не знать. Зато мы можем тотчас всё позабыть, - и мы этому учимся, чтобы думать не разучиться. Кстати, мы делаемся легче из-за всяких эфирных соединений спирта, - это он горит, когда нам хочется выдохнуть посильнее. Ну, пошли, а то дракониха, наверное, заскучала.


Золотая ягода

- Вот, угощайтесь.

- Это что это? - Подозрительно разглядывая миску в моих руках, спросила дракониха.

- Мня... Ням-ням, - сказал дракончик, на лету схвативший золотистую ягоду.

- У вас такое не растет, - отвечаю.

- Почему это? У нас все растет! - осторожно беря лапами, похожую на янтарную крупную малину, морошину, говорит дракониха. - Ой! Она мягкая... и из нее течет сок!

Дракончик, тем временем, проносясь рядом с миской уже слопал несколько штук.

- А ты ее сразу в рот! Мня-мня.

- Какой странный запах...

Продолжает изучать незнакомое самочка дракона.

- А я знаю, - вдруг говорит черненький, присаживаясь на траву вплотную к миске, - этот запах.

- Опять из ниоткуда знаешь? - спрашиваю.

- Не. Очень даже откуда! Из ниоткуда я знаю это...

Он произносит загробным голосом:

- "Болото никогда не может надоесть. Вы не можете себе представить, какие удивительные тайны оно хранит. Оно так обширно, так пустынно и так таинственно".*

*"Собака Баскервилей" А. Конандойл.

- Ух ты ж! - восхищаемся мы на пару с драконихой.

- Я тоже вспомнила, - сказала жемчужная самочка, съев наконец ягоду, и облизав пальцы. Мечтательно глядя куда-то вдаль, она начала:

- Там, на севере нашего беспредельного сада... где туманная дымка переходит в густой туман... вечерами, когда оранжевый шар солнца готов провалиться за горизонт... В общем, оттуда тянет такой вот нотой, которая присутствует в твоих ягодах.

- И за сизым туманом, - продолжает она, снова вперившись в пространство, понизив голос и роняя паузы, - среди необъятных просторов, наполненных... наполненных... А что там есть - на болоте?

- Ну... На болоте мхи, подо мхом - торф, под торфом - черная-пречёрная вода. Темно-коричневая, вообще-то, как крепкий чай или даже кофе.

- А. Ну да. Наполненных высокими мхами и глубокими водами...

Нет. Мхи низкие, а глубокая вода, обычно под слоем торфа. А так - не вода, а трясина, жижа. Илистая. Когда торфяники разрабатывают, слой торфа вырезают, и тогда там остается канава с водой. Или снаряды во время войны падали и его пробивали. А так плотный торф плавает и ты по нему как по надувному матрасу или плоту ходишь.

- Не. Мы не ходишь, мы летаешь. - Улыбается дракончик.

- Ага. Короче, среди этих мхов есть остров, а на острове - гранитная скала, а на скале - гнездо, а в гнезде...

- Утка! - не очень удачно перебиваю я.

Дракончики переглядываются, взлетают, и начинают нарезать круги вокруг моей головы, а когда она вслед за ними тоже начинает кружиться, затягивают хором:

- Эни-бени, рики-факи, турба, урба, сентибряки. Эус-деус, краснодеус, бац!

- Мы опять в прятки будем играть?

Но парочка хором же объясняет:

- Это страшно сильное заклинание от превращения.

И, перебивая друг друга.

- Если кто-то...

- ... перебивает, когда ему что-то...

- ...говорят, то он может...

- Правда-правда!..

- ...превратиться...

-... во что-то..

- ... или в кого-то...

- ... или даже не пойми во что!

- Не веришь?! - хором.

Если бы мне было немного меньше лет, чем есть, то дракончики услышали бы в ответ что-то вроде: "Вот еще" или " "Разумеется, нет!", но не для всех прожитые годы проходят даром, и поэтому я говорю:

- Простите, я больше не буду перебивать. Так что там в гнезде?

Дракончики уже опустились на траву и, громко чавкая и хрумкая косточками, доели морошку: ням-мня, хрясь-ням. Соком, - морошка была совсем спелая, янтарная, - они перемазались чуть ли не до хвостов. А потом этот розоватый и прозрачный сок...

- Отвернись, мы стесняемся.

Интересно, с каких это пор? Я еще помню, как черненький на меня пописал - не стесняясь. Но я отворачиваюсь.

... и сок, судя по звукам, всосали.

Морошка вкусная и витаминная ягода, а ее сок обладает бактерицидными свойствами...им можно даже раны залечивать!

- Раны можно и подорожником - он невкусный, - говорят они.

- Так что там - в гнезде?..


�