# Записки профессионального эмигранта ( 1 )

Фёдор Александрович Никитин-Старший

Я хотел написать < Записки> - книгу в диалогах. Но мой приятель - Борис, несколько лет назад ушёл в мир иной. Так что эти письма я пишу уже мёртвому человеку.

Записки профессионального эмигранта


Письмо к другу (1)


Привет, Борис! Я согласен на такую форму создания моей книги об эмиграции. ( Но на моих условиях ) Ты литератор и наверняка придумаешь как оформить грамотно наш роман. Предлагаю назвать его


" Записки профессионального эмигранта" Только вот в чем заминка, ты все время намекаешь на то, что я несчастный эмигрант. Ты хочешь повернуть мою эмиграцию, как мою личную трагедию. Типа, вот я мол, покинул родину и теперь странствую по свету в страданиях. Мне бы не хотелось этого. Я люблю свою родину Россию и если бы наша родина давала возможность повидать мир; (другие страны) возможность какую имеют все граждане других стран и для них это норма, то я бы не помышлял уехать навсегда из Москвы. Тем более из Москвы, где я, и моя семья имели потрясающую квартиру, по (категории близнецов) - наших дочек, в центре города, возле Хамер центра. Трехкомнатную квартиру. Наверное в перестроечный период наша квартира, в почти 60 квадратных метров, стоила миллион долларов, не меньше. Но мне было больно за свою жену и за свою семью, и за себя самого, что другие люди, не чем не лучше меня, ездят по заграница и привозят от туда видеомагнитофоны и смотрят фильмы ужасов. Меня в Москве никто не травил и не делал мою жизнь невыносимой. Я не был диссидентом, хотя критиковал в разговорах советскую власть, но это скорее было не серьезно, а типа - бля-бля-бля!.. Окончательно заболел я эмиграцией, когда побывал на гастролях в Финляндии с моим театром " У Никитских ворот" Я тогда там играл Ивана Шатова в " Бесах" Достоевского. Эта поездка за границу, была моя первой в моей жизни; за несколько лет до Горбачевской перестройки. Мой отец, вечная ему жизнь в космосе, часто слушал по радио


" вражеские голоса" - " Голос Америки" , станцию "Свобода" ББС и другие станции. В армии, и на войне, отец служил во флоте, на корабле радистом. Так что ему легко было переделать советский радиоприемник на короткие волны. И ему удавалось пробиваться сквозь глушилки и все таки слушать зарубежные новости и передачи о зарубежной жизни. Это я уже потом, живя долгое время за границей, на так называемом западе, понял, что голоса часто безбожно врали. Как ты понимаешь, эти голоса описывали жизнь, скажем в Америке или в Англии, как жизнь в раю. Я был пацаном, и так же слушал вместе с отцом эти радио станции. И в моей душе зрела дикая мечта оказаться в этом раю, как можно быстрей. Это я уже потом понял, что в западном "раю" надо уметь выживать. Надо трудится в поте лица, чтобы жить без бедно. В западном обществе так же бывают: безработные, нищие, бездомные, средний класс, нижний класс и все остальные негативные элементы жития бытия в человеческом обществе. И еще до Финляндии я лежал на кроватке и под песню АББА " Победитель получает все" мечтал о моей жизни в Америке. Мне часто снился один и тот же сон; лечу я лечу над территорией Советского союза, подлетаю к государственной границе, перелетаю ее и уже лечу в другом мире. Лечу над зеленым полем. Лечу над зеленой травой и так хорошо в душе. Небо чистое, ясное, светит солнце и я лечу над зеленой травой, уже в свободном мире. Просыпался и ехал на работу в театр зверей им. Дурова. Я тогда работал с женой в этом театре, в надежде поехать на гастроли зарубеж. По существу этот театр Дурова, был цирком для животных на сцене. Наталья Дурова, внучка знаменитого дрессировщика Владимира Леонидовича, получила этот театр по наследству. У нее были хорошие отношения с секретарем московской области, членом политбюро - Гришиным. Он ей ( Дуровой) построил настоящий театр. Со зрительным залом на пятьсот человек, гримерки, с клетками для различных животных, и в конце концом восстановили знаменитую


" Мышиную дорогу" существовавшую еще при Дурове до революции. Что такое мышиная дорога ты знаешь. Напомню. Железная дорога с поездом. Поезд движется и в поезде все пассажиры, машинисты, проводники - настоящие мыши. Они бегают по вагонам поезда и создают иллюзию бурной жизни в движущемся поезде по рельсам. Это было любимое зрелище для детей. Но мы с женой работали на сцене театра зверей. Мы с женой были ведущими спектакля. Мы замещали Дурову. Конечно она была главной ведущей, ( красивая, шикарная с аристократической внешностью, с хриплым прокуренным голосом, что придавало ей еще больше шарма) Как я сказал; она была ведущей - но когда Наталья Юрьевна была занята другими делами, ( она плотно общалась с членами политбюро, с министрами - это была ее главная работа ) мы с женой замещали ее. Наша работа была простой - Выйти на сцену в начале спектакля и как в цирке объявить -


" Дорогие наши гости; дети и их родители ( в зале сидели зрители; дети вместе со своими родителями; с папами и с мамами) вы присутствуете в уникальном театре зверей имени великого и знаменитого на весь мир дрессировщика и ученого: Владимира Дурова! Наш театр, единственный в мире. Уникальный, потрясающий и многое другое. Короче говоря зрители должны были зарубить себе на носу что им сказочно повезло и они должны запомнить на всю жизнь свое пребывание в нашем театре.


Теперь несколько слов скажу в чем смысл театра и в чем состояла работа дрессировщиков. Перечислю номера на сцене: Дрессированные медведи, группа гимнастов пуделей, собака математик, обед обезьяны, бегемот-танцор и другие номера. Зверей артистов готовят годами. И они делают на сцене только то, чему их научили дрессировщики. Возьму к примеру " Собака математик" Дрессировщик выходит на сцену со своей собакой. Он представляет собаку как великолепного математика. Затем предлагает детям проверить математические способности четвероногого артиста. В руках у него дощечки с нарисованными цифрами - от одного до десяти. Он раскладывает дощечки по порядку на сцене большим кругом. Экзамен начинается. Дети спрашивают собаку; сколько будет; если два прибавить два? Собака бежит по кругу, добегает до дощечки с цифрой четыре, хватает ее зубами и несет дрессировщику. Дрессировщик показывает дощечку с цифрой четыре и весь зал аплодирует правильному ответу собаке-математику. Хитрость дрессировки очень простая, если знать. Когда собака пробегает мимо дощечки с правильным ответом, дрессировщик цикает губами, издавая ультразвук, который собачий слух улавливает, даже тогда, когда в зале гремит музыка и кричат зрители. Собака улавливает ухом этот ультразвук, поднимает дощечку, возле которой ее остановило цокание дрессировщика и правильный ответ собаки-математика получился.


Номер " Енот прачка " Когда дрессировщик получает животное, его работа начинается с привыкания к животному. Животное и человек друг к другу привыкают. Дрессировщик наблюдает за животным ( в данном случае за енотом) и использует его движения в жизни, в природе, для работы в номере уже на сцене. Еноты в жизни трут передние лапки друг об друга ( моют свою пищу в реке, или в луже) Тренер просовывает между лапок любую вещь: детскую майку, или трусики, или еще какую-нибудь одежду, енот трет передними лапками эту вещь и номер готов. Остальное дело за ведущим. Он кричит


( это зависит кто ведет спектакль; я или моя жена) в зал детям


" Дорогие дети, перед вами самая лучшая в мире прачка; енот-паласкун Лора! Вы можете дать любую вещь для стирки!


( Родители дают свои носовые платки, или детские косынки, дрессировщик просовывает косынку между лапок енота, и тот начинает свои природные движения ( тереть лапку об лапку) зрители в восторге!


Потом объявляется номер


" Танцор карликовый бегемот"


С ним выступала главная помощница Дуровой, пожилая женщина; Светлана Шейнина. Тебе известно метод дрессировки Дуровых - это вкусопоощрение. Животное долгое время перед выходом на сцену, перед номером - не кормят. И каждое животное знает, что получит вкусную еду если выполнит задание дрессировщика на сцене. Бабушка Светлана не утруждала себя дрессировкой, она просто не кормила карликового бегимота до выхода на сцену.


Шейнина выбегала с животным на сцену с каким-то кустом растения. Ведущий орал жизнерадостным голосом в зрительный зал -


" Дорогие, дети и их родителе, перед вами уникальный бегемотик танцор! Давайте его попросим нашими хлопками в ладоши, чтобы он станцевал нам вальс под музыку Хачатуряна!"


Звучит музыка, Светлана поднимает куст растения


( бегемоты жрут так же зелень) над головой бегемотика, тот, не евши целую ночь, становится на задние ноги ( как собака) и тянется к кусту, чтобы наконец-то пожрать. Продолжает звучать вальс - так-так-так!.. Бегемот тянется вверх к кусту, и Светлана начинает крутить куст над головой бегемота, заставляя его крутиться во круг своей оси, в надежде дотянуться до вкусной пищи. Музыка Хачатуряна продолжает звучать, бегемот крутится во круг своей оси, вот вам и вальс! Ведущая кричит:


" Наш бегемотик ( у него тоже было имя, не помню) танцует знаменитый вальс! Ваши аплодисменты, дорогие дети и их родители!"


Дети в восторге и дорогие родители тоже. Все радостные и счастливые поддерживают хлопками танцующее животное.


Прежде чем я расскажу об убойном номере, со слонихой Дашей, два слова о своем номере с обезьяной. Я работал в театре зверей не только ведущим но и заведующим труппой. Поэтому я общался с Натальей Юрьевной довольно часто. Однажды театр купил в институте полиомиелита - пять яванских макак. Над ними в институте делали какие-то опыты и искали средства лечения полиомиелита у людей, в частности у детей. Я попросил Дурову, чтобы она мне дала одну из обезьянок для дрессировки. Я был уверен что у меня получится хороший смешной номер. Я ведь играл в драматических театрах не только серьезные роли, но и комедийные. Я уже знал, что чистого циркового номера я не сделаю, но смешную клоунаду подготовить смогу. Ты не поверишь, но я за две недели сделать замечательный номер! Не буду рассказывать о самом процессе подготовки, опишу уже готовый номер. Я вел спектакль как ведущий и вдруг выходил с двумя огромными молочными баллонами - в одном из них уже сидела маленькая обезьянка. Я тебе уже сказал, что дрессировщики долго приучают своих животных и чтобы не сорвать его в самом начале, относятся к ним бережно и осторожно. Я в первый же день выхватил ее из клетки и стал ходить с ней по театру. Обезьяна сидела у меня на плече. Она возненавидела меня с первого дня, на этом я и построил номер. Ненавидя меня, она все же сидела на моем плече. И не потому что она меня любила, а потому что я был для нее деревом. На полу она боялась ходить


( опасно как в дикой природе, на дереве обезьянам безопаснее) поэтому она сразу же искала дерево, когда я ходил с ней по театру, и так, как я был ближе всего к ней, то не зависимо от ненависти ко мне, она забиралась по моему телу и садилась на мое плечо. Она меня боялась ужасно. Выходя на сцену, я ставил молочные болоны, и читал письмо, присланное мне якобы африканскими детьми. В письме был такой текст


" Дорогой ведущий московского театра зверей. Ты нам прислал в подарок московское мороженное, и мы тебе посылаем в подарок, который находится в одном из балконов"


Начинался номер. Я открывал болон, от туда выскакивала Гашка - так мы с Дуровой назвали макаку, - и она начинала убегать от меня. На сцене были поставлены: трапеции, тумбы, веревки, пандусы - все что высокое. Мне оставалось как клоуну пугать обезьянку и она, убегая от меня, прыгала с одного предмета на другой, а мне оставалось повернуться к зрителям и крикнуть " Але-гоп!"под гомерический смех зрителей и их аплодисменты. Сами опытные дрессировщики говорили мне, что уникальность моего номера заключалась в том, что я работал с обезьяной на сцене без поводка. Короче; мой номер был лучшим в спектакле.


Ну а теперь, чтобы закончить тему театра зверей им. Дурова, в двух словах расскажу о выступлении одной дрессировщицы ( имя ее не буду называть) со слонихой Даша. Цирк без слона- это не цирк. И цирк на сцене без слона - полуфабрикат. Со слонами работа длительная и трудная. Покупает театр разумеется маленького слоненка. И уже с первых дней начинают его дрессировать. Животные женского пола дрессируются легко, быстро и безопасно. Конечно со слонихой Дашей работал опытный дрессировщик Терехов. Но на сцене, со слонихой выходила Дурова и делала вид, что это она воспитала слониху. Терехов незаметно давал сигналы животному и она выполняла все его задания. Дуровой оставалось кланяться зрителям и получать восторженные возгласы. В самом номере со слонихой, была коронка! Великий момент! Когда Дурова ложилась на спину на сцене, а слониха, уже огромная по размерам, как и положено слонам, должна была пройти над ней, переступая ногами через тело Дуровой. Обставлялся этот номер торжественно. Сама Дурова восклицала на весь зрительный зал


" А сейчас, дорогие зрители, вы увидите уникальный и опасный номер с Дашей. Я лягу на сцену и Даша будет перешагивать мое тело. Надеюсь что после этого номера я останусь живой!"


Сцена затемнялась, звучала барабанная дробь как в цирке, Дурова ложилась на спину и Даша, под молчаливый зал с затаившимся дыхание, зачаровано взиравшим на сцену; переходила через тело Натальи Юрьевны. Вспыхивал яркий свет, звучал жизнерадостный марш и весь зрительный зал взрывался бурными аплодисментами! Все были счастливы, что Дурова осталась живая!


Все работники театра зверей знали, что никакой слон: ни индийский, ни африканский, никогда не наступит на человека. И без всякой дрессировки не наступит. Поэтому все в театре знали: и ассистенты и дрессировщики не волновались за художественного руководителя театра - слониха обязательно переступит огромными ножищами тело Дуровой и все закончится восторжен-ными аплодисментами.


Но вот что случилось однажды. Дурову замещала в номере со слонихой одна известная дрессировщица


( не хочу ее публично лажать и назову я ее, скажем, Стрелковой. ) Как я уже сказал животных кормили уже после того как они отработали на сцене. Дрессировщики это оправдывали так


" Ведь и в дикой природы звери трудятся, чтобы добыть себе пищу. Вот и в цирке, или в нашем театре, они должны заслужить вкусный обед. Отработал голодным, теперь получай еду сколько захочешь"


В тот день, о котором я хочу сказать, служитель, ухаживающий за животным и за клеткой,


( держать ее в чистоте) сдуру напоил слониху утром, перед ее выступлением.


Настал момент центрального места в спектакле. Ведущий объявил смертельный номер; начался барабанный бой, дрессировщица легла на пол сцены, Терехов толкнул незаметно Дашу в зад, давая ей понять, что пора переходить через человеческую женщину, слониха пошла и в тот момент, когда Стрелкова оказалась прямо под ней, слониха остановилась и начала ссать! Обоссала знаменитую дрессировщицу и двинулась дальше.


В любом случае, в театре зверей нам с женой было хорошо, но вскоре мы поняли, что театр в ближайшее время по каким-то причинам не собирается гастролировать по миру и мы вернулись в драматический театр. Это была моя вторая эмиграция. Для моей жены первая. Она считала, что переехать из Ташкента в Москву - это настоящая эмиграция.


Давай подсчитаем; сколько эмиграций я прошел. В Ростове-на-Дону, где я родился и провел свое детство, в призывном возрасте я должен был естественно загреметь в армию. К тому времени было принято решение вверху: оставить меня в спортроте


( хотя у меня был только первый спортивный разряд по кортовому теннису) Был и другой вариант - оставить меня в ансамбле песни и пляски Северокавказского военного округа, как чтеца патриотических рассказов и ведущего литературно-музыкальных композиций. Но "человек предполагает, бог располагает" - как известно. В далеком, совершенно неизвестном для меня Узбекистане произошло землетрясение. И было решено на самом верху окружного генералитета; было принято решение: весь ростовский призыв отправить в Ташкент, для восстановления разрушенного города


( откровенно говоря были разрушены несколько зданий, даже не разрушены а повреждены) Но приказ министра обороны, за которым конечно стояло политбюро КПСС, как мы знаем не обсуждается а выполняется.


Две, или три тысячи призывников были построены в шеренгу и начался отбор в хозяйственную роту ( забыл как она точно называется) вспомнил - хозвзвод! ) Командир взвода - старшина ( имена своих начальников естественно забыл, да и знал ли их я когда либо; ведь обращались мы к командирам не по именам, а " товарищ старшина, товарищ лейтенант, капитан, полковник и тд... К генералам рядовые почти не обращаются. Слишком высоко генералы от рядовых. А старшина продолжал выкрикивать, приглашая выйти из строя ( два шага вперед) названных профессионалов:


"Шофера - два шага вперед, электрики - два шага вперед, сантехники - выйти из строя!.."


Я стоял и слушал призывы. Я немедленно понял, что настал мой час облегчить себе дальнейшую службу. И хотя наш ростовский призыв в год землетрясения, все солдаты попали в стройбат, и тем не менее даже в строй бате хозвзвод, считался элитой отряда, или полка, или армии. Это как в тюремной зоне ( меня там не было, но я Вырос в Ростове с теми, кто там был и рассказывал в подробностях о жизни в зоне)


Повара в зоне были самыми удачливыми зэками. Не даром, если в тюрьме, или в зоне случался бунт, то резали; убивали, прежде всего поваров, тех же заключенных, но поваров. Я знаю почему была такая ненависть к поварам, но не буду останавливаться на этом.


" Повара выйти из строя" Не знаю как, но мои ноги сами шагнули из строя. Нас было трое, вышедших вперед. Все происходило на огромном поле. Весь хозвзвод отвели в угол поля. Затем нас, вышедших "поваров" представили шеф-повару. Это был сержант сверхсрочной службы Жичко. Что такое сержант срочной службы ты знаешь; это рядовой солдат дослужившийся до сержанта пожелавший после демобилизации остаться служить в армии. Он был вольным человеком; свободно распоряжался своим временем и пространством, только носил военную форму и работал в армии шеф-поваром. Жичко был хорошим и добрым парнем. Из двух тысяч новобранцев организовали отряд военных строителей. Потом погрузили в товарные вагоны ( там были вмонтированы деревянные кровати в два этажа) В таком вагоне помещалось человек сто. Поезд тронулся и повезли нас из Ростова - на - Дону в город хлебный - Ташкент. До Узбекистана мы добирались семь дней. Мы, вчетвером, ехали в одном вагоне, где уже стоял огромный котел для супа или борща. В этом же котле мы варили, на всех солдат, расположившихся во всех вагонах поезда, различные каши. Когда мы


( трое липовых поваров) оказались в одном вагоне, еще перед отправкой поезда, шеф повар задал нам вопрос -


" Конечно никто из вас не является поваром, и кроме яичницы вы готовить ничего не умеете?"


Мы честно признались сержанту, что являемся самозванцами поварами и естественно никогда и нигде не работали поварами. Жичко улыбнулся и сказал нам


" Ладно, дело знакомое, я вас научу поварскому делу в течении семи дней, которые мы потратим в нашем пути к Ташкенту"


И научил! Все семь дней мы учились поварскому делу и приехали в Ташкент еще не профессиональными поварами, но многое уже умели делать для приготовления пищи на весь военно строительный отряд.


Борис, на этом закончу первое письмо к тебе. И так, начинаем вместе писать роман о моей эмигрантской жизни. Пока.