# Соновая биржа. Глава 1

Жанна Владимировна Нижегородова

Соновая биржа

## Глава 1


В новом районе Нижнего Кольца сны стоили дороже еды.

Не все, конечно. Обычные - серые, повторяющиеся, с работой и метро - шли по три-четыре кредита за ночь. Яркие, цветные, с сексом или полётами - уже по двадцать-тридцать. А кошмары... настоящие, те, от которых просыпаешься с мокрой подушкой и сердце колотится часами - их скупали богачи с Верхних уровней по сотням. Говорили, что кошмары лечат скуку лучше любого наркотика

Аня продавала только свои.

У неё был редкий дар: она могла видеть один и тот же сон в двух версиях.

В первой - счастливой - мы с ней всё ещё были вместе.

Там лето 2029-го, крыша старого дома на окраине, запах нагретого асфальта и её смех. Я целую её в шею, она шепчет: "Останься навсегда". Мы не ссоримся, не расстаёмся, не умираем. Просто существуем в этом мягком, золотистом свете. Покупатели плакали от такой нежности - и платили двойную цену.

Во второй версии - той, что Аня прятала даже от меня - всё рушилось.

Там я предаю её.

Не ножом в спину, не изменой с другой - хуже. Я просто ухожу. Стою в том же месте на крыше, смотрю, как она плачет, и говорю: "Прости, но я устал". А потом поворачиваюсь и ухожу вниз по лестнице, пока она кричит мне вслед. Этот сон был короче, резче, без красивых деталей. Но именно он уходил за тысячи. Покупатели хотели именно такую боль - чистую, без примесей надежды.

Я узнал об этом случайно.

Однажды ночью проснулся от собственного крика - и понял, что это не мой сон. Это её сон просочился ко мне. Тот, второй. Я стоял на крыше, видел, как она плачет, и знал: это я ухожу.

С тех пор я перестал спать.

Сначала кофе, потом стимуляторы из чёрного рынка, потом вообще ничего. Лишь бы не видеть. Потому что если я увижу ещё раз - тот сон материализуется. Уже не в голове, а здесь. В комнате. В нашей жизни.

Но сны не любят, когда их игнорируют.

Они начинают просачиваться наяву.

Сначала мелочи: её смех из счастливой версии доносился из вентиляции по ночам. Потом - запах её духов на моей подушке, хотя она уже три месяца как ушла. А вчера я открыл дверь в ванную - и там стояла она. Та, из первого сна. Улыбалась, протягивала руку: "Вернись ко мне".

А за её спиной, в зеркале, отражалась другая - та, что плачет на крыше. И она шептала: "Ты же обещал остаться..."Я не сплю уже неделю.

Но знаю: скоро сломаюсь.

И когда я наконец усну - эти два сна сольются.

Один счастливый, другой предательский.

И я не уверен, в каком из них я проснусь.

Или - останусь навсегда.


Его звали Виктор К.

На аукционе "Соновая биржа" он всегда сидел в ложе No7 - той, что с затемнённым стеклом и отдельным нейроинтерфейсом.

Не для того, чтобы прятаться (все и так знали, кто он), а чтобы никто не видел, как у него дрожат пальцы, когда ведущий объявляет: "Лот 41. Двойной нарратив. Женщина, 27 лет. Версия А - эйфория, любовь, вечное лето. Версия Б - предательство, разрыв, крыша, слёзы. Оба в 4K, без цензуры, с запахами и тактильной памятью. Старт - 12 000 кредитов".

Виктор поднял руку на 18 тысячах.

Никто не перебивал.

Когда лот ушёл ему, он улыбнулся - впервые за полгода искренне.

Дома, в пентхаусе над облаками, он лёг в капсулу, подключил свежий чип и запустил

Сначала была Версия А.

Тёплый ветер, запах разогретого бетона, её волосы tickling его щёку. Она смеялась так, будто мир только что изобрёл смех. Он чувствовал, как её пальцы переплетаются с его, как сердце бьётся в унисон. Это было... слишком чисто. Слишком хорошо. Виктор почти разозлился - он покупал кошмары, а не сказки. Но потом понял: именно эта сладость делала вторую часть невыносимой.

Переключение произошло резко, как удар током.

Версия Б.

Та же крыша. Тот же вечер. Только теперь он - это он - произносит: "Прости. Я устал".

Голос был его собственным. Интонация - его. Даже жест, которым он отводит взгляд - его.

Она кричит. Плачет. Падает на колени. А он уходит по лестнице, и каждый шаг отдаётся в груди как выстрел.

Виктор проснулся в поту. Сердце колотилось. Он рассмеялся - нервно, хрипло.

"Чёрт, это было... идеально".

Но на следующую ночь сон вернулся сам.

Без капсулы. Без чипа.

Виктор проснулся в три часа ночи от ощущения, что кто-то стоит у кровати.

Открыл глаза - никого. Только запах её духов (тех самых, из Версии А).

Потом услышал шёпот из коридора:

"Останься... навсегда".

Голос был мягкий, ласковый.

Он встал, пошёл на звук - и увидел её. Стоит в гостиной, в том же летнем платье, улыбается. Протягивает руку.

Виктор шагнул ближе - и в этот момент зеркало за её спиной отразило другое лицо. То же платье, но глаза красные от слёз. Она шептала:

"Ты обещал... ты же обещал..."

Он отступил. Споткнулся о стул. Упал.

Она (обе) двинулись к нему одновременно - одна с улыбкой, другая с искажённым от боли ртом.

Виктор закричал, пополз назад, схватил со стола первый попавшийся предмет - стеклянную статуэтку - и швырнул в них.

Статуэтка прошла насквозь.

Но стекло разбилось о стену - и в этот момент комната дрогнула.

Как будто реальность треснула.

Он побежал.

Коридор, лифт, вниз по лестнице (лифт не отвечал).

На 47-м этаже остановился, задыхаясь. Посмотрел вниз - через перила.

А внизу, на площадке, стояла она. Обе.

Одна махала рукой: "Вернись ко мне!"

Другая просто смотрела. И слёзы текли без остановки.Виктор понял: это уже не сон.

Это он купил не просто воспоминание. Он купил обещание, которое кто-то когда-то дал и нарушил.

И теперь это обещание хочет, чтобы его выполнили.

Любой ценой.Он рванул к аварийному выходу, выскочил на крышу пентхауса.

Ветер хлестал по лицу. Город внизу сиял, как будто ничего не случилось.

А за спиной - шаги. Два набора шагов. Один лёгкий, радостный. Другой - тяжёлый, полный боли.

Виктор обернулся.

Они стояли у края.

Одна протягивала руку - нежно.

Другая просто сказала, тихо, почти спокойно:

"Ты устал? Тогда уходи. Как тогда"

Он шагнул назад. Пятка повисла над пустотой.

И в этот момент он понял, что выбора нет.

Либо прыгнуть - и закончить всё сразу.

Либо вернуться - и позволить им слиться внутри него навсегда

Он закрыл глаза.

И прыгнул.

Но вместо падения - темнота.

А потом - знакомый запах асфальта после дождя.

Крыша. Лето.

Она рядом. Улыбается.

"Останься навсегда".

И он остался.

Потому что устал бежать.