# За краем холста

Жанна Владимировна Нижегородова

За краем холста

В маленькой мастерской на холмах Прованса, где по утрам воздух был густым от лаванды и мёда, работал художник Элиан. Никто не знал, сколько ему лет. Он просто был. И рисовал так, будто краски шептали ему тайны.


В тот день солнце стояло высоко и щедро, заливая ателье тёплым золотым светом. Элиан закончил новую картину - "Поле вечного лета". Широкое поле, усыпанное маками, васильками, ромашками и лавандой. В центре - молодая женщина в белом платье, босая, с распущенными волосами. Она стояла лицом к зрителю, слегка улыбаясь, и держала в ладонях охапку только что сорванных цветов. Солнечные лучи на холсте казались живыми.


Он никогда не использовал огонь. На этот раз он просто поднёс ладонь к полотну и тихо сказал:

- Проснись.


Сначала ничего не произошло. А потом солнце на картине начало по-настоящему светить.


Тёплый, настоящий свет полился из холста в комнату. Элиан почувствовал, как кожа на лице нагревается. Лёгкий ветерок, пропитанный сладким ароматом цветов, коснулся его волос. Цветы на картине дрогнули. Лепестки мака качнулись, будто от настоящего дуновения.


Женщина медленно повернула голову. Её глаза были цвета спелой пшеницы под полуденным солнцем.

- Ты наконец позвал меня, - произнесла она.


Голос звучал как шелест травы и далёкий смех девушек, собирающих букеты.


Элиан опустился на колени перед холстом. Сердце билось ровно и сильно.


- Кто ты?


- Я - то, что вы всегда теряете. Я - память о днях, когда люди ещё умели просто радоваться солнцу. Ты рисовал меня много раз. В разных платьях. Под разными именами. Но всегда - меня. Ту, что стоит посреди жизни и не боится быть счастливой.


Она шагнула вперёд. Края холста мягко разошлись, словно занавес. Женщина полностью вышла из картины - и комната мгновенно наполнилась запахом тёплой земли и цветов. Под её босыми ногами на деревянном полу начали прорастать тонкие зелёные стебли. Маленькие васильки раскрывали лепестки прямо у него на глазах.


Элиан протянул руку и коснулся её пальцев. Они были тёплыми от солнца.


- Зачем ты пришла?


- Чтобы напомнить тебе. Ты устал. Ты рисуешь красоту для других, а сам давно не выходил в настоящее поле. Ты забыл, каково это - лежать в траве и смотреть, как облака плывут, а солнце целует кожу.


Она взяла его за руку и мягко потянула за собой. Элиан не сопротивлялся. Когда он перешагнул через край холста, мир перевернулся.


Он оказался посреди бескрайнего поля. Настоящего. Живого. Солнце стояло в зените, но не жгло - оно обнимало. Ветер играл с его волосами. Цветы доходили ему до пояса. Женщина шла рядом, и каждый её шаг рождал новые бутоны.


- Здесь время не крадёт. Здесь можно остаться навсегда, - тихо сказала она.


Элиан оглянулся. Сквозь невидимую границу он видел свою мастерскую - маленькую, пыльную, одинокую. Там, на мольберте, осталась пустая рама.


Он улыбнулся. Впервые за многие годы - по-настоящему, всей душой.

- Я могу вернуться, когда захочу?


- Конечно. Дверь всегда открыта для тех, кто умеет видеть. Но теперь ты знаешь: красота не заперта в красках. Она ждёт тебя здесь. Каждый день. Стоит только позвать.


Женщина вложила ему в ладони большой букет - тёплый, живой, пахнущий летом всего мира. И растворилась в золотом свете, став частью поля, частью ветра, частью самого солнца.


Когда Элиан вернулся в мастерскую, на холсте осталась только пустая золотистая равнина. А в его руках лежал настоящий букет.


Цветы не вяли.


С того дня, когда Элиан вернулся из-за края холста с живым букетом в руках, в Провансе начали происходить странные и светлые вещи.


Сначала заговорили старухи на рынке. Они клялись, что видели, как старый мсье Элиан, который годами не выходил дальше своего сада, теперь каждое утро уходит на рассвете в холмы и возвращается с цветами, не вянущими даже через неделю. Цветы светились изнутри, будто в каждом лепестке было поймано маленькое солнце.


А потом появились дети.


Они приходили к его мастерской тихо, словно боясь спугнуть чудо. Приносили старые, потрёпанные рисунки: кривые солнышки, цветы-палочки, поля, нарисованные дрожащей рукой. Элиан не прогонял их. Он просто клал ладонь на их бумагу и тихо шептал то же самое слово:


- Проснись.


И рисунки оживали. Не так ярко, как его большие полотна, но достаточно, чтобы маленькие ромашки на бумаге начинали поворачивать головки к настоящему солнцу, а нарисованное поле слегка колыхалось от ветра. Дети уходили домой счастливые, прижимая к груди тёплые листки.


Но самой красивой легендой стала история о девушке, которую позже назвали Дочерью Вечного Лета.


Говорят, однажды поздним летом в мастерскую пришла молодая женщина по имени Элиза. Она была бледной и печальной - недавно похоронила мать и потеряла всякую радость. Она попросила Элиана нарисовать для неё "просто поле". Без людей. Только цветы и солнце.


Художник работал три дня и три ночи. Когда картина была готова, он не стал звать её сам. Он просто оставил холст у открытого окна, где закатное солнце падало прямо на него.


В полночь Элиза вернулась. Она не могла уснуть. Что-то звало её.


Когда она вошла в мастерскую, поле на картине уже дышало. Золотой свет лился из холста, освещая всю комнату. Женщина из прежней картины - та самая, с распущенными волосами - стояла на краю поля и протягивала руку.


- Иди, - сказала она Элизе. - Твоя мама просила передать, что там не больно. Там только свет.


Элиза заплакала, но сделала шаг. А потом ещё один.


Она вошла в картину.


Там, посреди бесконечного цветущего поля, её ждала мама - молодая, смеющаяся, с венком из маков на голове. Они обнялись, и Элиза впервые за долгое время почувствовала, как внутри неё снова расцветает что-то живое.


Когда утром Элиан пришёл в мастерскую, на холсте остались только поле и два силуэта - женщина и девушка, идущие рука об руку сквозь высокую траву. А на столе лежал свежий венок из настоящих цветов, который не мог завянуть.


С тех пор в деревне появилась новая традиция.


Каждый год в самый длинный день лета люди приносят Элиану свои самые светлые воспоминания, нарисованные как умеют. Старики - выцветшие акварели, дети - цветные карандаши, влюблённые - неловкие пастели. Он никогда не отказывает.


Говорят, если твоё сердце чистое, а память о счастье ещё жива, то однажды ночью ты услышишь, как тебя зовут из-за края холста.


И тогда ты сможешь войти в Поле Вечного Лета.


Там всегда светит солнце.

Там никогда не вянут цветы.

И там всегда ждут те, кого ты любил больше всего на свете.


А Элиан...


Он уже почти не рисует новых картин.


Он просто сидит у окна, улыбается и смотрит, как по его старым холстам гуляют люди, которых давно нет в этом мире.


Потому что настоящие художники не создают картины.


Они открывают двери.


И однажды, когда придёт его время, последняя картина в мастерской оживёт сама. На ней будет старый художник, идущий по золотому полю. Рядом с ним - женщина в белом платье, а чуть позади - улыбающаяся Элиза и её мама.


Они протянут ему руки.


И Элиан наконец останется там навсегда - там, где лето никогда не кончается.