# Фетида

Жанна Владимировна Нижегородова

Фетида

Драма Матери


Фетида, великая морская богиня, родила Ахиллеса - живое воплощение боли. А боль, как известно, всегда женского рода.


Она окунула его в воды Стикса, держа за пятку, словно боялась, что даже смерть может отнять у неё сына не полностью. Потом спрятала на Скиросе, переодев в женское платье. Там Ахиллес стал Пиррой. Полюбил. Родил. Передал дальше дар рождать и страдать.


Парис увёз Елену.

Елена не была красавицей. Она была чёрной Персефоной - притягательной тьмой, в которую хочется упасть. Троя стала Аидом: снаружи - золото и белый камень, внутри - уже мёртвое.


Фетида послала сына вернуть то, что принадлежит Матери.


Десять лет длилась война.

Ахиллес был самым страшным из воинов, потому что воевал не за славу - он воевал за материнский приказ.


Когда Гектор убил Патрокла, Ахиллес убил Гектора и трижды протащил его тело вокруг стен - как будто хотел, чтобы Троя сама почувствовала, как это - терять детей.


Ночью к нему пришёл старый Приам. Его вёл Гермес.


Гермес (тихо):

Идём, старик. Я просто курьер. А вся эта война... это, знаешь ли, материнская инициатива.


Позже Елена сама вышла за стены.


Елена:

Ты пришёл за мной, сын Фетиды? Ты - карающая рука Матери.


Ахиллес:

Ты - часть замысла. Я должен вернуть тебя.


Елена:

Боль нельзя вернуть, герой. Её можно только продолжить.


Стрела Париса, направленная Аполлоном, вошла в пятку.

Фетида вышла из моря, взяла тело сына на руки и унесла на Белый остров.


А потом в Трою вошёл деревянный конь.

Во главе греков шёл Неоптолем - сын Ахиллеса, рождённый им в женском платье. Круг замкнулся.


Елена спокойно вышла из горящего города.

И всё-таки вернулась.


Это почти Шекспир. Чистая трагедия.


Быть или не быть - вот в чём вопрос.

Терпеть ли дальше удары судьбы или одним ударом закончить эту войну раз и навсегда? Уснуть навсегда... умереть... и больше не мучиться. Звучит почти как избавление.


Но вдруг там, за чертой, будут сны?

Вдруг окажешься снова в женском платье, с ребёнком на руках, и будешь спрашивать себя в пустоту: "Я достаточно настрадалась?"


Кто захочет терпеть всю эту войну - обиды, бои, предательство, стрелы и ужасные улыбки богов?

Страх неизвестного делает нас трусами. Поэтому великий план Богини-Матери едва не рухнул.


Но Ахиллес всё равно выбрал.

Встал.

Сразился.

И красиво упал.


Вот и вся Троянская война.


Сон


Из моря величественно вышла Фетида - вся в пене, в драме и в гневе. Рядом с ней, лёгкий и наглый, парил Гермес, едва касаясь крыльями волн.


Фетида :

Не поймёте вы, мужчины! Все вы такие! Я даю жизнь! Я рожаю! Я создаю боль, через которую рождается новый мир! А ты... ты просто таскаешься в Аид, как мальчишка с письмами!


Гермес (с широкой ухмылкой, крутя кадуцей):

Ой, началось. "Все вы, мужчины". Сразу тяжёлая артиллерия. Фетида, ты ради своей "жизни и боли" десять лет войну устроила, а я, значит, главный злодей?


Фетида (гневно):

Да! Вы, мужчины, только и умеете - заканчивать! А я начинаю!


Гермес (громко смеётся, откидывая голову):

Ты даёшь жизнь, а потом эту жизнь посылаешь убивать всех вокруг. Красиво, ничего не скажешь. Я, между прочим, после твоих "творений" работаю сверхурочно. У меня уже от ваших героев мозоль на крыльях.


Он покрутил кадуцеем в воздухе и добавил, уже взлетая:


Гермес:

Но ладно. Продолжай в том же духе. Рожай ещё пару-тройку великих трагедий. А я пойду... "заканчивать". Работа у нас разная, мамочка.


Гермес улетел, весело посвистывая, растворяясь в предрассветном небе.


Фетида осталась стоять в волнах. Морская пена обвивала её ноги, словно пыталась успокоить. Она крикнула ему вслед - яростно, протяжно, так, что задрожала вода:


Фетида:

Вот именно! Все вы такие!!! Мужчины.