# Пролог

Ангел Ночной

Более сорока лет прошло с тех пор, как принц Баург приезжал сюда на обряд погребения своей матери. Смерть матери, причины которой Баургу так и не удалось выяснить до конца, застала его уже в "Мэрнэссе", когда ему исполнилось сто десять лет. С того времени город, где он родился и в который его звала любовь к матери, больше не радовал Баурга, хотя оставался таким же прекрасным. На эльфийских землях, во время обучения в "Мэрнэссе", ему стало казаться в обоих мирах может меняться всё что угодно, но Карфагес не меняется никогда: величественный, подземный, вечно не спящий город с его оранжереями и высеченными из красного мерколита столпами, вот уже целую вечность держащими на себе с помощью магии и солнечной энергии тяжёлые своды земли над городом, украшенным тысячами солнечных шаров, не говоря уже о маленьких, не редко разноцветных огоньках из окон "домов", дополняющих его картину.


Ни одно разумное земное существо не может обходиться долгое время без солнца. Тёмные эльфы-мавелиты сумели решить эту проблему, создавая множество солнечных шаров, освещающих города и жилища. Но если для своего жилища каждый мог пойти к магу и настроить светило под себя, то городские светила подпитывало то же самое солнце, что и у людей. Солнце заряжало своим светом кристаллы-накопители на поверхности земли, и потому мавелиты не зависели от вращения земли вокруг солнца и от смены дня и ночи.


Дома в привычном для эльфов и людей понимании в Карфагесе, как и во всех остальных подземных городах, мавелиты почти не строили из страха перед землетрясениями, предпочитая высекать себе жилища в скальной породе. Исключением были только дома боевых магов, фасады которых были украшены разного рода горельефами и барельефами с изображениями демонов и узорами защитных рун, не редко усыпанных драгоценными или полудрагоценными камнями, и великолепнейшей дворец правителя из строгого тёмного гранита и вплавленных в него с помощью магии изумрудов и малахита.


Большую часть площадей Карфагеса покрывали клумбы, сады-оранжереи, обеспечивающие жителям воздух и пищу. Вода была на вес золота, но Карфагес питало несколько подземных рек. Мавелиты превратили подземные реки в искусственные артезианские озёра. Этой воды хватало не только Карфагесу, но и соседним городам.


Но скоро Баургу придётся покинуть этот славный город и продолжить обучение в академии боевой магии, а в сущности монастыре "Мэрнэсс", так как срок, отпущенный каждому студенту для улаживания домашних дел, уже подходил к концу. Впрочем, домашними эти дела можно было назвать с большой натяжкой, ибо заключались они в том, что благородный тёмный род Таури в очередной раз решил заявить свои права на владения рода Баури на эльфийских землях, подняв там мятеж, который принцу Баургу де Баури и его солдатам, ценой немалых потерь, всё же удалось успешно подавить.


Графу Мэнтиасу Таури, каким-то немыслимым способом, удавалось заручиться поддержкой светлоэльфийских королей, в том числе и короля Велиэля, буквально натравливая их на правящий род Баури и поддерживая перманентное состояние войны между земными эльфами-мавелитами и светлыми эльфами-эвелитами. При этом графу Таури удавалось оставаться в стороне и сохранять свою репутацию абсолютно незапятнанной.


Неделю назад солдатам короля Артениса удалось похитить одного из старших офицеров белоэльфийской армии, отец которого служил личным секретарём древнеэльфийского короля Велиэля. Отец этого офицера - Рантивиэль - когда-то спас жизнь Велиэлю - правителю первоэльфов, поспособствовал миру со светлоэльфийскими домами и стал его другом и личным секретарём. С тех пор светлоэльфийские маги имели право обучаться в королевстве Велиэля взамен на то, что они не будут претендовать на тайную книгу и престол его королевства. Баург не сомневался, что сынок Рантивиэля мог быть ему очень полезен... Учитывая юный возраст пленника, у Баурга не возникало ни малейших сомнений, что его назначение офицером было скорее всего по политическим мотивам, нежели за реальные заслуги. И Баург был уверен, что сможет вытрясти из пленника всю нужную ему информацию. Он ждал пленного офицера в допросной комнате. Времени у него было в обрез, потому что король и его свита через полчаса лягут спать. Жаль, что в отличие от эльфов и людей, мавелиты спят только два часа в сутки.


Баург ещё раз перебрал в памяти разговор с отцом, которым тот удостоил его за ужином, почему-то распорядившись подать ужин в свой кабинет и пригласив Баурга именно туда, а не в обеденный зал. Отец ждал его в любимом красном кабинете. Он вальяжно сидел на большом кожаном диване в домашнем одеянии похожем на шёлковый халат черного цвета. Отец Баурга - король Артенис - не высокий, мускулистый, с черными короткими волосами мавелит. У мавелитов длинные волосы носили только маги, дети до ста лет и врачи, поэтому королю, не обладавшему выдающимися магическими способностями, в отличии от Баурга, ничего не оставалось, как соответствовать облику воина. Баург с самого детства не бывал в этом кабинете, где на стенах, обитых тёмно-красным бархатом расшитым золотыми и серебряными нитями, всё так-же висели: инкрустированные мечи в ножнах и клинки поверженных им врагов. Впрочем, это было единственным украшением кабинета, в котором не было ни одной лишний вещи.


- Здравствуй, отец, - с лёгким почтительным поклоном поприветствовал его Баург.


- Баург, как я рад тебя видеть! Ты последнее время редко здесь бываешь, "лесной ужас эльфов". Не наигрался ещё? Ах да, ты же у нас боевой маг. Тебе же нужно где-то упражняться? - иронично ответил Артенис, встал с дивана, похлопал Баурга по плечу и жестом предложил ему кресло, стоящее напротив дивана. Баург сел в него, за аккуратно примостившийся между диваном и креслом, маленький столик с лёгким ужином.


- Баург, ты же знаешь за что мы бьёмся? Но, на сей раз, мне от тебя нужно нечто другое... Вот я и позвал тебя, чтобы обсудить это с тобой. Мне нужен от тебя один очень важный для нас артефакт - тайная книга или доступ к ней. До твоего отъезда в Мэрнэсс, у меня для тебя есть одно очень важное поручение... Ты должен стать хранителем этой книги любым мирным способом, - мягким, отеческим тоном промурлыкал Артенис, глядя Баургу в глаза своими жутковатыми белыми, хитро прищуренными глазами, продолжил... Он объявил, что подошло время окончить войну и пора попробовать добиться своих целей мирным путём. И для этого ему понадобится полное доверие Баурга.


"Ну да, конечно, доверюсь я тебе, папочка. Я уже давно знаю, что это равносильно самоубийству", - мысленно ухмыльнулся Баург. Его упорно мучило ощущение, что отец явно и сознательно не говорит всей правды. Меньше всего Баургу хотелось быть участником очередной интриги отца.


- Ну, и что мне нужно для этого сделать? - поинтересовался Баург, беря в руку кубок с красным оранжерейным вином.


- О, сынок, не волнуйся, я уже всё продумал, - с весёлой дружеской улыбкой сказал отец. - Сначала мы заключим мир с Велиэлем и введём тебя в светлоэльфийский двор, а потом по обстановке... Я скажу, что тебе предстоит делать дальше.


Последняя фраза отца, сказанная за ужином, не предвещала Баургу ничего хорошего. Он хотел понять намерения отца до того, как станет "пешкой" в его игре, наивно полагая, что сможет что-либо изменить. Через полчаса, мило распрощавшись с отцом, Баург отвесил положенный его титулу традиционный поклон, изобразил на лице улыбку любящего сына готового во всём брать пример со своего отца-кумира и вышел из кабинета. Подперев спиной дубовую массивную дверь, он выдохнул и бегом отправился на нижние уровни города, где содержались пленённые светлые эльфы и рабы. Другого способа добыть информацию у Баурга не было; стоило лишь только самую малость начать кому-либо вторгаться в мысли короля, в том числе и ему, как об этом становилось известно Бэларису - королевскому магу-хранителю и его "цепным псам" помощникам. Да и читать мысли другого, не открывая при этом своих, может далеко не каждый маг, и увы, Баург этим умением пока не обладал.


* * *

Внимательно оглядев комнату на предмет прослушивающих заклятий магов отца, Баург мысленно усмехнулся: "Да, так и есть!"


В допросной было минимальное количество мебели: прямоугольный покрытый дубовым шпоном стол, две каменные скамьи по обе стороны стола. Даже в такой скромной обстановке королевский маг ухитрился спрятать маленький клубок тёмных магических нитей. Баург мысленно проследил за тонкой серой нитью, ведущей от клубка, спрятанного под базальтовой плитой потолка в темном углу над дверью, к огромному шару-накопителю информации. Он изготовил и накинул на неё свою нить, чтобы стереть всё, что ему нужно до того, как информация попадёт в накопитель, расположенный в лаборатории отца.


"Кажется, всё готово... Можно начинать", - подумал Баург и сел за стол.


Через некоторое время в дверь допросной постучали. Начальник стражи подземных темниц решил помочь и лично привёл особо ценного пленника, во избежание лишних свидетелей. Увы, но его такое рвение не насторожило Баурга, а зря... В комнату вошли двое. Начальник стражи, одетый в офицерскую синюю форму, высокий, широкоплечий мавелит с тёмно-зелёными глазами и тёмно-серого цвета шевелюрой, едва доходившей ему до плеч. И на две головы ниже его пленник, одетый в фиолетовую выцветшую разодранную форму светлоэльфийского офицера - бледный, худой, измождённый блондин, с ввалившимися глазами мышиного цвета. Баург мысленно ухмыльнулся, отмечая эту забавную гармоничность между конвоиром и его пленником. Усадив пленника на скамью за стол напротив Баурга, начальник стражи Оллерис Гед Пау отошел к двери и замер, как статуя, ожидая дальнейших распоряжений. Он уставился на Баурга уставшим взглядом и дал понять, что с гораздо большим удовольствием он бы уже давно лёг спать, чем стоял бы здесь и выполнял капризы юного господина. Оллерис глядел на него с искренней надеждой, что допрос не продлится всю ночь.


- Оставь нас, Оллерис, на пару часов, - приказал принц Баург и получил от него одобрительный кивок.


- Если понадоблюсь я буду поблизости, ваше высочество, - отозвался Оллерис, выходя из допросной, и запер за собой дверь.


- Итак, что ты знаешь о первоэльфах и, в частности, о короле Велиэле? Отвечай. Иначе, поверь мне, тебе будет очень плохо... Я не собираюсь ждать, пока ты строишь из себя героя, - тихим вкрадчивым голосом обратился Баург к пленному эльфу, наблюдая за его реакцией.


Пленник, судя по всему, порядочно пострадал от ментальных пыток. Его лицо выражало полную отстранённость от всего вокруг, а в глазах казалось навсегда запечатлелся ужас. Он испуганно передернул плечами и поглядел на Баурга затравленными тёмно-серыми глазами. Прикрыв глаза, Баург пригляделся внутренним зрением к его ауре и увидел: одно из самых ужасных и красивых заклятий магов своего отца, которое не давало пленнику ни единого шанса солгать и, при малейшей попытке утаить что-либо, разрывало его тонкие тела. Множество магических нитей напрямую привязанных к чакрам, отвечающим за умственные функции мозга, память и речь, пронизывали его ауру.


- Не надо, я прошу вас, не надо меня пытать! Я вам всё расскажу, может тогда вы меня хотя бы убьёте?! - захохотал он и уставился на Баурга взглядом сумасшедшего.


"Да, теперь мне понятно, почему он просит о смерти, не завидую я ему, под таким заклятием не захочешь, а предашь и выложишь всё, что знаешь, - размышлял Баург. - Он слаб, но пытать его с помощью магии всё же нельзя, иначе маги отца немедленно учуют это".


Через полчаса Баург уже знал, что у короля Велиэля нет наследников, а единственная дочь короля не может быть наследницей, потому что наследовать в их роду могут только единокровные потомки короля по мужской линии: если нет сына, то наследует внук при условии кровных уз с предком.


- А почему он не родит ещё детей? - спросил Баург, сидящего напротив пленника, который казался окончательно спятившим.


- Он не может, его семя мертво, и оно больше не может дать жизнь. Он очень древний первоэльф-исполин. Велиэль пожертвовал своей способностью к зачатию, переведя почти все жизненные резервы энергии в магию, чтобы создать другое измерение и эвакуировать туда большую часть эльфов-исполинов и их потомков: светлых и тёмных. А твой дядя Арделиэль пожертвовал своей, чтобы спасти брата и всех оставшихся тёмных эльфов-мавелитов. Он единственный во всей вселенной "тёмный", которому удалось создать мерколитовые столпы. Ты никогда не задумывался, почему мерколит здесь такая редкость? Я отвечу тебе: тёмные эльфы не могут создавать мерколит, не пожертвовав своим возможным потомством ради магии. Мерколит могут создавать безболезненно для себя только "Сыны неба", вы и люди называете их ангелами. Их потомки, светлые эльфы, это тоже могут. Но увы, не все, ибо раньше такого строгого запрета соблазнять девственников не было... Многие дилирэны тратили лучшие запасы жизненной силы, сам понимаешь на что...


Баург кивнул в знак того, что они поняли друг друга и пленник продолжил:


- И на свет стали появляться эльфы полностью или частично лишённые магии, и даже мало живущие, да и просто больные эльфы. Тогда светлые и тёмные эльфы вынуждены были создать "Всеэльфийский совет", чтобы разобраться в причине вырождения и принять некоторые брачные законы. Эльфы использовали ди-союзы с более молодыми магами для того, чтобы как можно дольше избегать старости, и поэтому они не смогли отказаться от этого вида брака полностью, а всего лишь ограничили его применение вторым браком. Ещё для того, чтобы беззащитные маги-целители получали защиту боевых магов, и, наконец, им нужны были союзы королей, которые не редко составляли двуглавые советы и навечно оканчивали войны в своих королевствах. А впрочем, ты о них узнаешь, когда окончишь "Мэрнэсс" и с тебя будет снят обет целомудрия. Мой отец тоже когда-то мечтал учиться там, но у него не хватило способностей к магии.


- Зачем "небесные" хотели уничтожить эльфов? - спросил Баург, поскольку ему показалось это странным, ведь считалось, что первоэльфы служили сынам неба и создателю.


- Я не знаю, зачем они это сделали. Я всего лишь сын его секретаря, но король Велиэль намного старше всемирного потопа, во время которого вычищали всё живое. Возможно, это и было причиной эвакуации, - сообщил пленный офицер с беспечным видом смертника, которому нечего терять.


Баург утешал себя мыслью, что хоть какая-то информация лучше, чем никакой, и задал ключевой для себя вопрос:


- Кому король Велиэль может передать тайную книгу в случае, если его жизнь в опасности?


Пленник посмотрел на него с нескрываемой ненавистью и, собрав остатки воли в кулак, молчал.


- Отвечай! Или не надейся на быструю смерть! - прорычал Баург, понимая, что второй час уже почти на исходе, подошёл к пленнику и поднял его за горло.


- Хорошо, я скажу тебе! - яростно прошипел сдавленным голосом эльф. Баург разжал руку, выпуская его стиснутое горло, пленник рухнул обратно на скамью и злорадно захихикал. Баург вернулся на прежнее место напротив пленника.


- Правда это вряд ли вам понравится, ваше высочество! Книгу может заполучить внук короля, да и то при условии, что его мать действительно дочь короля и её муж отречется от своего рода или преемник, - на этом слове эльф "заржал" и злобно посмотрел на Баурга.


- То есть, понадобится заставить его отречься от престола в пользу того, кого он назовёт преемником? - уточнил Баург, чувствуя явный подвох.


- Не совсем так, - промурлыкал пленник издевательским тоном. - Преемник - в данном случае, не должность... Обряд посвящения в преемники в полном смысле аналогичен брачному... Король делит с преемником власть, дар, обязанности хранителя книги, королевство и супружеские обязанности дилирэна тоже.


- Как ты смеешь мне такое говорить?! - Баург не мог поверить в то, что слышит.


Слова, этого полусумасшедшего насмешливого "слизняка", казались ему: насмешкой, издёвкой, оскорблением, чем угодно, но только не правдой.


"Мой отец задумал лишить меня дара?! Нет, он не мог так со мой поступить!" - мысленно воскликнул Баург и почувствовал, как в нём закипает ярость. Вскочив на ноги, он перескочил через стол, сметая эльфа со скамьи и вбивая его в стену.


- Убью! - прошипел Баург вне себя от ярости, выкручивая пленнику руки.


- Убей меня, сделай одолжение. Твой отец меня уже спрашивал об этом три дня назад, - прошептал он. - Мне всё равно не жить. Артенис убьёт меня за то, что я рассказал тебе... Ты воин, ты честный. Убьёшь быстро, а он натравит на меня своих магов и будет мучить, долго мучить, пока ему не надоест.


- Ты хочешь сказать, что мой отец собирается отдать меня Велиэлю в качестве его дилирэна?! Отвечай! Ты лжёшь?! - воскликнул Баург, прекрасно зная, что пленник солгать просто не в состоянии.


- Ты прав, принц, твой отец хочет отдать тебя ему! Артенис не такой, как ты... Ему плевать на твою честь, для него это всего лишь предрассудок. Он спрашивал меня каким способом маг может передать свой дар не кровному родственнику? Может, ты знаешь другой способ? Я - нет, - прошептал пленник почти беззвучным от боли голосом.


- Так это ты надоумил моего отца на это?! На твоём месте я бы сдох молча!.. Ах ты, жалкий червяк! Как же я вас светлых ненавижу! - прошипел Баург, стараясь раздавить его о стену.


- Лучше бы ты не ответил моему отцу на этот вопрос. И благодари своё небо за то, что я не отдал тебя моим солдатам! - прорычал Баург, закатывающему глаза и задыхающемуся от боли, эльфу.


- А зачем мне молчать, если я смог сделать то, что не смогла вся эльфийская армия? Династия магов Баури прекратит своё существование. Вашим потомкам никогда больше не быть магами и ты, принц, уже ничего не изменишь! А мне уже всё равно, что со мной будет, - с торжествующим видом прошептал пленник.


На красивом лице принца проявился почти звериный оскал, и он принялся с досады короткими и быстрыми ударами "пересчитывать" эльфу рёбра.


- Принц Баург, нам пора,- раздался из-за спины голос Оллериса. - Нас заметят.


- Ты прав, Оллерис, пора, - отчеканил Баург, стараясь унять острое желание уничтожить эльфа.


Через несколько минут Баург вошёл в свои покои, чтобы сделать обманное заклятие, которое бы создало иллюзию для охраной магии дворца. И они бы не узнали о его отсутствии, хотя бы полдня. За это время Баург успел бы добраться до Арделиэля и не допустить этого позорного для воина-мавелита брака со своим заклятым врагом. Для Баурга потерять свой кровный магический дар, из-за нарушения обета целомудрия, было бы несусветной глупостью. Как-то дядя Арделиэль рассказывал ему, почему юным магом запрещено пробуждать плоть. Он говорил, что есть две чакры, которые без необходимости распечатывать нельзя, если не умеешь владеть своим даром: одна может умертвить тебя, другая может умертвить твоё семя. И грустно вздохнув, он добавил, чтобы Баург не повторял его ошибок, не пробуждал их силу раньше времени.


Отношения Баурга с отцом всегда были далеки от обычных отношений отца и сына. С раннего детства Баург чувствовал, как отец сознательно отстраняется от него и, иногда ему казалось, боится его, как обычно боятся только хищных зверят. Баург не мог понять почему и в чём его вина? Позже, на воспитание Баурга забрал дядя Арделиэль в своё поместье на эльфийской земле. Арделиэль стал ему другом, учителем и наставником, заменившим отца. Со временем Баург просто смирился и перестал задаваться этим вопросом.


"За что отец так ненавидит меня? Неужели это правда?", - Баург задумался над давним, тихо тлеющим и вновь разворошённым в душе, вопросом. - Мой отец ненавидит меня за то, что я маг. Только это может объяснить, то что он хочет сделать меня дилирэном Велиэля. Отец никогда не видел во мне сына, а всегда видел во мне лишь помеху и будущую угрозу своей власти. О, теперь я понимаю, почему дядя старался оградить меня от отца и заставил его отдать меня в "Мэрнэсс", как только мне исполнилось сто лет. Чтобы он не смог вытворять со мной подобных вещей и использовать меня в своих интригах: как пешку, соучастника или как-то иначе!.. И это значит, я должен сбежать отсюда, как можно скорее".


Пройдя несколько шагов по своей комнате, Баург увидел там, стоящего у окна, отца. Пока он удивлённо смотрел в белые бесстрастные, как лёд глаза отца, к нему приходило осознание того, что его предал Оллерис, который был обязан Баургу за свою неоднократно спасённую в боях "шкуру". Один из королевских магов появился у Баурга за спиной и применил к нему одно из самых мощных заклятий, способных вырубить мага любого уровня.


* * *

Очнувшись, Баург осознал, что лежит на холодной, гладкой, каменной плите, как раз в тот момент, когда чьи-то руки с остервенением пытаются, судя по периодическим всхлипам и сердитому шипению, тщетно снять с него защитный пояс. Магам всё же удалось частично обезвредить его и снять с Баурга всю верхнюю часть формы, обнажив торс и спину. Пояс, видимо, продолжал доставлять им некие неудобства, и они не оставляли своих попыток его снять.


"Что со мной? Почему я не могу пошевелиться и даже открыть глаза? Тело не подчиняется!"


- Пришёл в себя, Баург? - раздался справа от него голос отца, - Рановато, сынок, мы ещё не закончили...


"О... Я знаю где эта плита! Я в лаборатории. И кажется, на сей раз, в качестве подопытного животного!" - мысленно простонал Баург.


- Отец, что ты хочешь от меня, моей смерти?


- Нет, сынок, не смерти, а всего лишь твоего послушания... Я же говорил тебе, мне нужно твоё доверие, но ты меня не послушал. Ты должен стать хранителем! Я знал, что ты не годишься для политических игр, потому и не сказал тебе всей правды. Я думал поставить тебя перед фактом, и тогда было бы достаточно одного лишь мощного приворотного заклятья, и ты бы с радостью стал преемником Велиэля. Но ты всё узнал немного раньше, чем я хотел. Неужели ты думал, что я позволю тебе сбежать и всё испортить?!


На этих словах отца, Баург вновь провалился в глубокую черную бездну забытья.


- Бэларис, успеете закончить с рунами до утра? - звучным низким голосом спросил король Артенис.


Придворный маг уже перевернул "спящего", полуобнажённого Баурга на живот, заплёл его смоляные волосы в тугую косу и провел ладонью по его спине.


- К сожалению, нам не удалось снять с него пояс. На нём очень древняя защитная магия, - посетовал Бэларис, разведя руками и поглядев на одетого в тёмный походный костюм короля, добавил. - Первые руны уже впитались и поработили его тело. Можно приступать к любовному заклятию. Мне нужна кровь короля Велиэля.


- Оставь пояс как есть, это подарок Арделиэля, его так просто не снимешь. Нам нужна только спина Баурга, - сказал король Артенис, передавая магу приготовленный ларец с клинком Баурга. - Он, единственный из мавелитов, кому удалось ранить Велиэля за последнюю тысячу лет.


Маг достал из ларца клинок с запёкшимися на нём следами крови.


- Мало, но я сделаю руны, это очень сильная кровь, - печально вздохнув, сказал маг и мысленно произнёс заклинание.


Кровь на клинке стала жидкой, собралась в небольшую каплю на кончике острия кинжала. Маг обмакнул кончик клинка в маленькую чашу, стоящую на краю плиты рядом с телом Баурга, смешал кровь с краской и стал наносить на спину принца руны.


- Я приду за ним утром,- произнёс король Артенис, выходя из лаборатории.


- Да, ваше величество, всё будет готово к утру, - проговорил рыжеволосый, одетый в домашнее светлое одеяние, верный маг и воспитатель тёмного короля, не отрывая агатового цвета глаз от кисти, которой каллиграфически наносил руны.

Глава опубликована: 13.07.2015

Редактировать текст главы