# Несостоявшийся обмен

Алексей Леонардович Островский

Она пришла в гости просто так.

Пригласили зайти по пути вежливые пожилые люди, и им было сложно отказать. Всё, как обычно: чай, торт, светский разговор с супружеской парой, которая прожила жизнь и находится на заслуженном отдыхе. Всё как всегда, пока они не вышли в сад. Небольшой фонтан, статуи вокруг, море цветов. А что это? Редкий сорт рододендрона, хотите? Конечно, а я вам тоже сделаю подарок. У меня в хозблоке хранится скульптура какой-то богини, но как-то не вписывается она в пейзаж. Родители приобрели; их уже нет, к несчастью, а мне она не нужна. Я отдам её вам, только приведу в порядок.

Они согласились.

Она позвонила сезонному рабочему, тихому и незаметному, имя которого произнести невозможно, да и ни к чему. Он пришёл через час, взял губку и ведро воды, кивнул и вошёл внутрь. Прошло полчаса. Она позвала, но никто не отозвался. Тогда она открыла двери.

Он стоял перед статуей на коленях.

Губка выпала из руки, ведро лежало на боку, вода растеклась по грязному полу. А он смотрел вверх. Стоял беззвучно, неподвижно. Она подошла ближе, он не обернулся.

- Ты чего? - спросила она тихо.

Он не ответил. Она дотронулась до его плеча. Он вздрогнул, но колени не разогнул. Не отрываясь, смотрел в лицо со сколом, протянувшимся от губ к виску. Полуденный свет преобразил статую, и в том, как её плечо уходило в тень, и в гордой посадке головы, было столько жизни, что он перестал дышать. Он смотрел на неё так, будто она сейчас повернётся и заговорит с ним.

- Я не могу её мыть. Она чистая.

- Встань.

Он качнул головой.

- Я не могу уйти. Она меня видит.

Она хотела рассердиться. Хотела сказать, что глупости, что это просто кусок камня, что у неё есть обязательства, что скульптура должна стоять у фонтана, а не в подсобном помещении. Посмотрела ему в лицо и поняла: он не притворяется. Он потрясён.

Она отошла от двери. Достала телефон. Набрала номер новых знакомых и сказала:

- Извините. Обмен не состоится. Статуя останется здесь. Она не стала ничего объяснять. И не могла. Потому что объяснить это было так же невозможно, как заставить часть этой скульптуры встать с колен и взять в руки губку. Потому что есть люди, которые встретив свою богиню, уже не возвращаются. Потому что даже обнажённой у фонтана она не станет декорацией и не перестанет быть богиней. Она слишком величественна. Как истина, которую нельзя ни обойти, ни преодолеть ни проигнорировать.