# Пробуждение-2. Новорожденные. Глава 12. "Месть"

Скорпианна

Месть - это слабых душ наследство, В груди достойного ему не место

Скорпианна

Пробуждение-2. Новорожденные. Глава 12. "Месть"

Origin: http://samlib.ru/p/paramonowa_a_a/02_12_probuzhdeniye.shtml

Создан: 07/01/2018, изменен: 08/01/2018, 70k

Глава: Приключения, Фэнтези, Любовный роман

Series: Пробуждение: новорожденные

Месть - это слабых душ наследство, В груди достойного ему не место

____________________________________________________________

Глава 12. "Месть"

"Месть - это слабых душ наследство,

В груди достойного ему не место"

Карл Теодор Кёрнер

ХXI век...

Ненавижу... как же сильно я его ненавижу... То как он смотрит на нее, то что он делает для нее, из-за нее... Понимает ли она? Осознает его чувства? Испытывает ли что-то в ответ? Не для него я переступил через... Она его... Нет, невозможно. Ее сердце до сих пор принадлежит другому... черт бы его побрал тоже! Быть может, это расплата? Иногда я жалею, что стал причиной. Не задержи я его, он и она успели бы... нет, выбора не было! Все так, как должно было быть.

(Ада)

Эмма медленно собирала в сумку свои вещи, в том числе и многострадальный брошенный ею без внимания недоконспект. Еще раз укорив себя за то, что уделяет мало времени обучению, она подумала о расставленных ранее приоритетах и... сдалась этой мысли.

Долг перед Сущим превыше собственных амбиций. Сначала они должны исправить ошибки, совершенные некогда их далекими предками. Да, они обязаны вернуть все на свои места и доказать всему миру, что они способны и.. достойны их уважения... Стоп. А это разве не проявление амбиций?

Размышляя, Эмма шагала по ступенькам вниз. Она углубилась в себя настолько, что не заметила приближающуюся опасность. Результат сей невнимательности не заставил себя долго ждать. Почти у самого выхода Кейт Мидл изловчилась поставить ей подножку, отчего Эмма потеряла равновесие и...

- Осторожно! - предупредила Кира хватая ее за локоть. - Она как с цепи сорвалась с тех пор, как Демиен попал в медицинское крыло. Все спрашивала меня, почему вы оба там лежали. Мне кажется, она убеждена, будто это ты уложила туда Дема.

- А ты что думаешь? - спросила Эмма, когда они подходили к столовой.

- Ничего, - спокойно ответила та. - Я знаю, что произошло. Макс рассказал мне обо всем в тот же вечер.

Эмма ощутила, как кровь отхлынула с лица.

- Об их неуместном споре и поведении лошади.

Эмма выдохнула.

- Он конечно сильно преувеличил уверяя, что у Демиена не было пульса...

Эмма занервничала и едва не подвернула ногу на лестнице. Стараясь не подавать вида, она проигнорировала эту фразу.

- Знаешь, - добавила Соболева, - что-то не так с тем вечером. Я знаю, что Шоколадка не подарок, но с твоим приездом она действительно стала мягче. И Демиену даже пару раз удалось покормить ее.

Услышав столь неожиданную новость Эмма остановилась. Но Кира вновь взяла ее за руку и повела в направлении друзей.

- Она вела себя вполне дружелюбно, - сказала девушка напоследок, прежде чем оставить Эмму за ее столом. - Не понимаю...

Вот и Эмма не понимала. Шоколадка позволила Альгадо себя покормить? Предательница! А, что же потом? Нет, как бы ни была она расстроена, Сэм правильно решил временно вывести строптивую Ганноверку из числа выездных. Так будет лучше.

Эмма вспомнила рассказ Макса о том, как ругались ректор и ее декан, обсуждая решение первого отослать животное прочь. Макс не слышал о чём они говорили. Он спросил об этом самого Артура. Декан хмуро сообщил о намерениях Диего, но тут же успокоил парня тем, что решил вопрос и Шоколадка останется в поместье. Ее герой...

Улыбнувшись, Эмма подсела к друзьям.

Элеонор О" Рой спускалась с верхнего этажа академии. До ужина оставался час и 10 минут. Почти целая пара. Ее пара. По расписанию стоял 3 курс физико-математического факультета, но пройдя мимо указанной аудитории, женщина направилась в сторону своего кабинета.

Отменить занятие с любимой группой младшего брата не казалось ей чем-то важным. Курс лекций по гражданскому праву 19 века по большая часть студентов не воспринимала всерьез. Те же, кто работал более-менее сносно, были отпрошены по распоряжению ректора в связи с их участием в репетиции к открытию весеннего бала.

Элеонор вставила ключ в замочную скважину, собираясь сделать оборот, но обнаружила, что дверь не заперта. Женщина нахмурилась. Единственный комплект дубликатов ключей находился у смотрителя поместья, однако она сомневалась, что он посетит кабинет проректора вне присутствия, и без предупреждения самой хозяйки. Напротив, в личности нежданного гостя она была почти уверена.

Закрыв за собой дверь Элеонор остановилась между черной и белой скульптур. Перед ее взором, на фоне огромного окна, стоял Диего Альгадо. Мужчина задумчиво всматривался в тускнеющую гладь голубого неба. Солнце все еще яркое, уже стартовало к земле.

- Скоро сядет, - произнес он на выдохе, клубы дыма разошлись вокруг, сделав воздух несколько плотнее. - Часа полтора, может меньше.

- В моем кабинете не курят.

Голос Элеонор был спокоен. Диего казалось проигнорировал ее слова. Он сделал еще одну затяжку и все же затушил сигарету на половине, прямо в блюдце, которое стояло на стеклянном столике. Кофе в чашке остыл. Оправив полы пиджака, мужчина опустился в мягкое кресло из черной кожи.

Все еще находясь на прежнем месте, она молча наблюдала за его действиями. Диего изобразил подобие улыбки и указал ей на кресло рядом. Он всегда указывал, что ей следует делать. Это раздражало. Поэтому вопреки его предложению он заняла кресло за своим столом.

- Почему ты не предупредил меня о своем приходе? Мне казалось, я не давала тебе полномочий распоряжаться моим кабинетом и посещать его, когда тебе заблагорассудиться. Тем более, в мое отсутствие. И вообще...

Диего сделал жест, и она замолчала.

- С тех пор, как я занял пост ректора в "Пятом луче", я сам устанавливаю и меняю возложенные на меня полномочия. У меня так же есть право доступа во все помещения замка и тех, что находятся на территории поместья. В том числе - личные покои. - Он усмехнулся и добавил совершенно не значащее: - В чрезвычайных ситуациях, конечно. Если ты помнишь, Нора, ректор так же имеет права выдвигать на обсуждение совета попечителей такие вопросы, как утверждение на должность... или снятие с нее, и решающим голосом является именно мой.

И вообще, - он перехватил ее попытку возразить, - сейчас все, что происходит в этих стенах, совершается по причине моего согласия, моего распоряжения, моего личного желания.

Слова "моего" он произносил с особым ударением, вкладывая в него вполне себе конкретный смысл.

Элеонор откинулась на спинку. Ее взгляд был оценивающим.

- Не то что бы я не могла понять тебя... просто хотелось бы уточнить: что именно ты пытаешься мне сказать?

Диего клацнул языком и подался вперед, пальцы сложились домиком у подбородка.

- Просто напоминаю тебе степень моей власти. Она распространяется на все в этом поместье.

Его голос стал жестким, и женщина напряглась в ответ.

- А знаешь, в чем я власти не имею, Нора?

Молча подняв глаза, женщина снова нахмурилась.

- Всего лишь одно слово, дорогая сестра, - он сделал короткую паузу и произнес, растягивая слоги: - Эс - ка - да!

Элеонор поежилась от того, как по коже пробежала волна мурашек.

Диего поднялся и подошел к ее столу. Он оперся ладонями о его поверхность и слегка склонил голову глядя ей в глаза. Элеонор не собиралась показывать свое волнение. Даже сменив фамилию она все еще оставалась урожденной Альгадо. Собравшись с духом, женщина приняла самый беззаботный вид и улыбнулась.

- Так вот оно что... Ты пришел сюда, чтобы покапризничать из-за игрушки в кое то веке доставшейся мне?

Диего рассмеялся. Он отстранился от стола и пожал плечами.

- Не то чтобы я обижаюсь... Нет, что ты, Нора. Однако, твои действия или бездействия - как угодно, во главе этого совета нисколько не способствуют осуществлению моего плана. Отнюдь, они мягко говоря мешают мне идти к цели.

Элеонор догадывалась, что он имел ввиду. С тех пор, как большинством голосов, совет избрал ее на пост главы СКД, она сумела выстроить работу так, что любые - даже самые безобидные палки, вставленные ее братом в колесо успеха, были сломаны.

Все еще страдая от чувства вины перед обозначенными, она видела в этом свое искупление. И пусть, никто не знал. Она старалась помочь, где могла это сделать незаметно от Диего. И поэтому, в то время как он заваливал студентов работой на занятиях и заставлял держать видимость нормальных людей, принимая участия во множестве секций и мероприятий - она освобождала свои пары, отдавая их для работы с новорожденными магами, стекающимися со всего мира, благодаря усилиям мистера Брейна и Саманты Вега с ее сетью новостных агентов.

Элеонор стала замечать, что и тут ее брат выпустил свои щупальца. Под видом осторожности он устраивал многоэтапные проверки приезжающих новорожденных, задерживая тем самым сам процесс. Он так же вносил смуту, проводя беседы на тему опасности и неизбежности выхода обученных людей из-под контроля. К своему глубочайшему сожалению, Элеонор находила подтверждение справедливости его опасений.

За последние пару месяцев в оперативных сводках часто упоминали группу бандитов, совершающих удивительные по своему характеру нападения и грабежи. В одном из таких репортажей говорилось, что органы правопорядка не смогли определить используемое бандой оружие. Детекторы, мимо которых члены группировки проходила наравне с мирными гражданами, молчали. Ни металла, ни особо опасных веществ...

Однако, оказавшись внутри банка они применили к людям огнеметы, оглушающие шашки и нейропаралитический газ кратковременного действия. Один источник из полиции Баварии сообщил ей лично, что согласно официальному отчету, ни огнеметов, ни шашек с газом, камеры не зафиксировали. Но тем не менее, какие бы сомнения не вызывал в совете Диего, их было явно недостаточно, чтобы связать данную группу с использованием магии и запретить Жрецам продолжать свою деятельность, во избежание огласки.

Чаша весов все еще находилась на их стороне. Но зная брата, Элеонор понимала - он не остановится. Она сидела в кресле и терпеливо ждала, когда же он озвучит свой следующий шаг.

- Ты должна уступить мне место во главе Эскады.

Элеонор закрыла глаза и вздохнув провела пальцами вверх по переносице и обратно.

- Меня выбрали, Диего. Большинством голосов.

- Всего один голос, Нора, всего один чертов голос!

- Ну и что? - она уставилась на него. - Я не думаю, что пост главы поможет тебе в увеличении влияния над членами "Созвездия" и их родными. Они просто не станут тебя...

Резкий стук его кулаков по столу оборвал фразу. Элеонор зло посмотрела на брата и откинулась назад в кресло.

- Я не просил тебя думать! Я требую, чтобы ты добровольно сложила свои полномочия на ближайшем заседании!

- И чем по-твоему я должна аргументировать столь странный шаг?

- А тем, что ты уяснила насколько ошибалась, поддерживая столь некорректную политику. Что столь опасное предприятие, как передача воли действий подросткам с доисторической идеологией, не принесет ничего кроме неприятностей, крупных неприятностей в виде разоблачения или смерти! И ты твердо решила, что разделяешь убеждения своего брата и считаешь его позицию единственно верной в данной сложившейся ситуации! И ты убедишь всех, что я единственный, кто понимает, как нам следует вести себя, чтобы защитить детей от любых угроз, будь то внешние или внутренние атаки!

Диего говорил минут десять, не меньше, и каждое его слово было ложью. Безопасность чужих детей и его мало волновала. Он и своих родных мог пустить в расход, если он встанут поперек его правого дела. Вот это пугало ее больше всего. После того, как во время ритуала Элеонор увидела истекающего кровью племянника, она вдруг осознала насколько нелепы были их притязания. На словах все было по-другому.

За долгое время убеждений и хранения тайны, она смогла убедить себя, что это нормально... но это было не нормально. И ощутить это она смогла только благодаря Демиену, отчаянно сражавшемуся за то, чтобы его друзей отпустили. Поведение племянника настолько потрясло ее, что мозаика убеждений треснула, позволив взглянуть на все иначе. И она поняла, она раскаялась. Она, но не Диего.

В дверь постучали и следом, не дожидаясь приглашения, вошли двое мужчин и девушка. Их лица, не тронутые воспитанием, оттеняло легкое раздражение. Элеонор уставилась на них в изумлении. День непрошенных гостей, не иначе.

- Артур, - заговорил коренастый мужчина, - мистер Шорс сказал, где вас можно найти, сэр.

Мужчина, выглядел старше остальных и как показалось Элеонор был ей откуда-то знаком.

- Вам стоило дожидаться у моего кабинет, - строго ответил Диего.

- Это срочно сэр, - вставила девушка, косясь на Элеонор, видимо раздумывая можно ли обсуждать при ней приведший их сюда вопрос.

Диего застучал пальцами по столу и Элеонор поняла, что брат думает

- Ждите меня у ректорской через пятнадцать минут, - сказал наконец он и махнул на дверь. Непрошенные гости вышли вон.

- Что это сейчас было? - рассерженно спросила женщина.

- Это? - Диего указал на дверь. - Мои люди. Ты вероятно видела их среди обучаемых в седьмом корпусе.

Глаза Элеонор непроизвольно расширились. На лице отразилось удивление. Это был первый случай, когда брат общался непосредственно с так называемой им "обузой". Вопрос сорвался прежде чем она подумала:

- Зачем тебе эти люди? Ты же видеть их в поместье не желаешь!

Диего усмехнулся и развел руками.

- Ну, как оказалось и я могу ошибаться, Нора. Многие из прибывших вполне себе ничего. А поразмыслив, я и вовсе пришел к выводу, что они даже могут быть мне полезны.

- А жрецы знают, как и где ты используешь их подопечных?

Взгляд Диего потемнел.

- С каких пор я должен отчитываться перед кем бы то ни было?

Злость брата набирала обороты, но она не собиралась молчать.

- Ты и Артура сюда вплел? Что он знает?

Диего вопросительно изогнул бровь.

- Мы с тобой договорились, Диего! Мы договорились о том, что не имеющие знака будут в безопасности. Ты сам хотел, чтобы Артур оставался в неведении относительно нашего семейного долга - поиска... этих чертовых сумасшедших...

- Хватит! - гаркнул Диего, и она застыла. - Успокойся. Не ожидал я, что ты будешь так печься об Артуре. Хотя, - он поймал суть, - вероятнее всего это просто проекция твоего истинного страха - за физическую и психологическую безопасность твоего собственного сына.

Элеонор заскрежетала зубами. Диего же рассмеялся.

- Не волнуйся, Нора. Артуру ничего не известно. По крайне мере пока.

- А когда узнает? Что тогда?

Диего помедлил.

- Тогда, я уверен, он примет мою сторону без колебаний.

Он кивнул ей и направился к выходу, когда услышал ее смешок. Диего обернулся.

- Что?

- А, я вот не уверена, что он поступит именно так, Диего. Думаю, его чувства к мисс Кёрн...

- Просто увлечение, - парировал мужчина.

- Как и у тебя с ее матерью?

Диего свирепо глянул на нее исподлобья.

- Не лезь не в свое дело! - сказал он тихо, едва слышно. - Слушайся того, что я тебе говорю! Делай так, как я велю! И тогда, никто не пострадает...

- Тебе Диего самому стоит придерживаться своих советов! Не лезь ко мне и моей семье! Нас с Грегори больше не интересуют твои идеи и поддержки от нас ты не получишь!

Глаза мужчины опасно сверкнули, и он медленно спросил:

- Это твоя окончательна позиция?

- Да.

Диего вышел, не сказав больше ни слова. Стоя между столом и креслом, Элеонор хватала воздух, которого вдруг стало очень мало.

***

Обед прошел нормально. Впереди их ждала пара с деканом ЮПЭ. Но, вместо того, чтобы идти вместе в аудиторию, Кайорел остановил ее подъем на лестнице первого этажа и потянул за собой обратно.

- Куда ты меня тащишь? - возмутилась Эмма. - Мы опоздаем на пару декану О Рой!

Кайорел остановился и уставился на неё в недоумении.

- Ты что, забыла? У нас репетиция весеннего бала! Декан отпустила всех участников конкурса "Одаренные".

- Зачем?

Она пыталась вспомнить, но тщетно. А может быть, как и в прошлый раз, ей просто забыли сообщить?

- Нам следует быть там потому что группа занявшая первое место на конкурсе удостоится чести открывать весенний бал!

Это показалось знакомым. И потянув за ниточку она вспомнила как в прошлом году Ванесса сожалела о том, что они не приняли участие в конкурсе и о том, что весенний бал прошел словно родовая дискотека. Сама же она не помнила ни то ни другое мероприятие. Слишком уж многое стояло на карте тогда. Впрочем, как и сейчас...

- Ну, хорошо. Пойдем.

- Скорее, я не хочу опаздывать.

Восторженный настрой испанца вводил в замешательство. Таким увлеченным она его видела впервые. Он правда настолько глубоко радел за их выступление? Эмма мысленно приняла это как должное. Вполне вероятно она не так уж и хорошо его знала.

- Не понимаю, почему этот конкурс так важен для тебя?

- Потому что этот конкурс, весенний бал, да и просто обыденная жизнь студента дает мне ощущение единения прошлой и нынешней жизни. Это помогает переключиться. Развеяться и почувствовать себя свободным. Ну и, Минна убьет нас всех, если мы ее подведем...

Прыснув от смеха, Эмма сказала:

- Свобода, значит...

Вместе они зашли в наполненный светом и разговорами бальный зал.

Внутри было много народа. Играла тихая музыка. Разноцветные рубашки мелькали то тут, то там. Эмма огляделась по сторонам. Согласно правилам конкурса, каждый факультет мог собрать команду в количестве не более пятнадцати человек. Здесь же, на ее взгляд, собралось как минимум сто пятьдесят.

- Неужели всех просто взяли и отпустили ради танцулек?

Само помещение было украшено по-особенному. Кроме традиционных для весны клумб с живыми цветами и искусственной тематической бутафории на стенах и лестницах к балконам, в самом центре был установлен изящный круглый фонтан диаметром около двенадцати метров. Струи воды тихо журчали, спадая с высоты двух метров многоярусным водопадом, похожим на торт.

Эмма и Кайорел заметили у бортика деканов социально-психологического и химбио. Мэриан Сион спорила с Дмитрием Прохоровым, а рядом стоял пожилой профессор-лингвист, кажется декан Вивиен. Неподалеку от троицы разминалась группа людей в потрясающих костюмах. Нежные шоколадно-персиковые тона с вкраплениями серебра приковали ее внимание.

- Ах, вот вы где!

Голос Минны Ханнеман был как всегда звонким, а так как они не успели пока ее огорчить, еще и приветливым. Староста нагнала их у фонтана и спросила у Кайорела:

- Ты рассказал ей?

Эмма посмотрела на испанца. Что еще он забыл?

- Эээ, - протянул он. - да.

- Отлично, - воскликнула Минна и исчезла за фонтаном.

В самой гуще нежно-сиреневого пятна химбио Лилиан Брейн эмоционально жестикулировала, будто слов было недостаточно. Недостаточно, чтобы донести что-то до... Морисы Штандаль. Эмма наблюдала, как хмурится девушка. Не нужно было зваться эмпатом, чтобы правильно трактовать эти плотно скрещенные на груди руки, эти брови, нависшие над прищуренными глазами, эти упрямо вросшие в пол стопы... этот брошенный в сторону и мигом похолодевший взгляд, который прямо сейчас буравит ее в ответ... Эмма застыла. Мориса очнулась быстрей. Придав лицу выражение презрения, она развернулась на каблуках и зашагала прочь от мулатки.

Поймав печальный взгляд Лилиан, Эмма улыбнулась как можно искренне и сделала взмах рукой. Этот жест как бы говорил "Забей! Нам и так хорошо". Ведь правда? Улыбка вышла натянутой, совсем не реалистичной. Лилиан покачала головой. Не правда.

Эмму качнуло. То ли от того, что она почти ничего не съела за обедом, то ли все еще не пришла в себя после проведенного некоторое время назад ритуала удержания душ. Завтрак, кстати, тоже нельзя было назвать полноценным. Тем временем дело плавно двигалось к ужину.

Кстати, о движениях. Танцевальная группа закончила разминку и стояла полукругом перед своим руководителем. Реплика Кайорела о милых маааааленьких юбочках и неотложке рассмешила. Искренний смех и добрый друг рядом сделали свое дело, развеяв ее пасмурное настроение. Она даже ощутила это дуновение, уносящее мрачные мысли прочь из ее головы. И, похоже, они летели прямо... через ухо?

- Чеееееерт.

Эмма лихорадочно зарывалась пальцем в ушную раковину.

- Дорогие студенты! Как всем вам известно, в конце мая состоится ежегодный весенний бал. Это событие является завершением и новым началом. Очень скоро большинство из вас закончит очередной год обучения в этом прекрасном месте. Уже осенью вы поприветствуете новый учебный год. И лишь небольшая часть из вас, простится с академией и вступит в новый этап своей взрослой, восхитительной, наполненной новыми возможностями жизни!

Такое невозможно не заметить. Это нельзя пропустить. Это должно быть окрашено в самые яркие краски и эмоции! Мы не можем позволить вам забыть этот момент, словно данное событие лишь проходной этап. Мы верим в обратное. И мы готовы сделать все возможное и невозможное, чтобы вы смогли ощутить всю магию этого вечера до последней искры!

На слове "магия" Эмма легонько вздрогнула. Кайорел заметил это и подмигнул, как бы напоминая, что все студенты, за исключением малой части, подразумевают под этим выражением - красоту обстановки, ощущение что вот-вот начнется нечто восхитительно прекрасное, яркие положительные эмоции от происходящего. У каждого из них слово "магия" ассоциируется с чем-то волшебным, но никто не воспринимает его в истинном значении.

Учитель танцев продолжал вещать о красоте музыки, о неповторимых энергетических нитях, что связывают танцующих. О том, как разряжается наше сознание и какую свободу обретает душа человека, отдающего всего себя во власть изменчивым прекрасным движениям. Какое наслаждение для глаз представляет вся композиция в целом.

Эмма, как большинство ее знакомых девушек, женщин, любила танцевать. Она никогда не училась этому искусству. Считала, что для ощущения радости, о которой рассказывал приглашенный гость, не требуется выполнять сложных штампованных движений. Танец должен идти от сердца! Эмма улыбнулась. Эти слова произнесла бабушка Карен, когда они наблюдали за карнавалом, отдыхая в Шартре во Франции. Эмма помнила, то чувство всепоглощающего счастья, когда их втянули в толпу танцующих и она танцевала, танцевала и не хотела останавливаться. Усталости словно не существовало.

Размышления прервал тихий шепот друга.

- А знаешь, - Ладария указал пальцем на выстраивающихся в пары девушек и парней из танцевальной группы. - Танец - это своего рода искусство, творчество другим словом. В танце, если подумать, освобождается огромное количество творческой энергии. Древние шаманы использовали этот прием для осуществления своих магических ритуалов. Энергия танца питала его, позволяя зачастую избежать человеческих жертвоприношений...

Эмма оторвала взгляд от начинающегося действа и застыла на смеющемся лице испанца.

- Ты верно шутишь.

Она имела виду, что его упоминание о жертвоприношениях, совершенно не к месту при данных обстоятельствах, но парень лишь пожал плечами.

- Нет, я читал об этом... просто вспомнилось. Кстати, в танце раскрываются не все энергетические каналы. Некоторые из них, отвечающие за наши истинные эмоции, тайные желания, раскрываются во время исполнения песен или при длительной медитации.

- Все это очень познавательно, - Эмма улыбнулась, - но, кажется, нам пора закругляться в разговорах. Смотри, похоже, мы пропустили ту часть, где всем сказали разбиться на пары.

Оглядевшись, парень кивнул. Эмма заметила вставших неподалеку от них Лилиан и одно из парней ее группы. Где-то справа послышалось шипение, с которым староста ее бывшего факультета, отчитывала Макса за его "медвежьи лапы". Парень искренне извинялся. Минна Ханнеман говорила, что в позапрошлом году эти двое уделали академию своим потрясающим выступлением в дуэте.

Ей довелось послушать, как они поют под гитару в те редкие разы, когда "Созвездие" собиралось в своем штабе. Уютная комнатка, созданная самой природой из сросшихся воедино множества стволов деревьев. Примыкая к горной цепи, дом на дереве был устойчивым убежищем и исключительно их территорией. Друзья создали внутри уют. Они укрепили стены и потолок там, где это требовалось, чтобы избежать попадания влаги и ветра. Стены были утеплены, а полы покрыты мягким настилом. Просторная пещера была оснащена настоящим, выложенным вручную камином, мебелью и иными предметами интерьера.

На лице Лилиан отразилась печаль. Проследив ее взгляд, Эмма обнаружила Ричарда, примостившегося у одной из стен вместе с эффектной блондинкой, лет тридцати. Она что-то говорила, но из-за шума голосов и отдаленности пары, услышать суть разговора было невозможно. Ричард кивал, не отрывая при этом взгляда от своей камеры. Было похоже, что он настраивает ее для съемки. В последнее время парень с ней не расставался.

Эмма послала подруге улыбку и со вздохом отвернулась. Послышался звук включающегося микрофона. Шарканье ногтей и скрипучий продолжительный фоновый гул возвестили о желании охватить всю аудиторию. Передав микрофон своей коллеге, учитель танцев присел на бортик фонтана, подозвав к себе группу. И пока он что-то им разъяснял, мастер с вдохновением рассказывала, что именно будет представлять собой танец открывающий весенний бал. Смесь вальса с бачатой. Очень плавной, медленной бачатой, как выразилась женщина.

Элементов будет немного. Повторить их не составит большого труда любому, даже самому не танцующему человеку. А для того, чтобы прочувствовать чары этого танца, учителя попросили студентов разбиться на пары. В этот урок они просто потанцуют, пытаясь повторять за профессионалами, что постоянно будут у них перед глазами.

- В этот урок? - простонала Эмма и, прослушав последние наставления, задумчиво поплелась за Кайорелом в сторону, правее фонтана.

Она была обеспокоена растратой времени. Пусть, сегодня их отпустили со студенческих пар, но не было гарантии, что следующее занятие не отнимет время у их собственных занятий с пробудившимися.

По взмаху руки в зале послышались первые аккорды. Эмма и Кайорел встали напротив друг друга на расстоянии не более пятнадцати сантиметров и взялись за руки так, как это сделала разместившаяся неподалеку пара танцоров. Мелодия была чудесная, Эмма уже слышала ее однажды, но не могла вспомнить, где и когда это было.

Из размышлений ее вывел голос партнера:

- О чем задумалась?

- Да так, обо всем сразу, наверное. Я волнуюсь за успех нашей работы с новорожденными, пробудившимися. Правильно ли мы действуем, получим ли мы то к чему стремимся, или все же мистер Альгадо в чем-то прав, и мы действуем не обдуманно.

Кайорел пожал плечами.

- Ты не замечал, что некоторые из обучаемых, как будто не доверяют нам? Один из последней группы пробудившихся сказал мне недавно, что мы используем их, чтобы тренировать свои навыки, а вовсе не за тем, чтобы помочь им. Он сказал, что-то чему мы учим - не полное знание и самое лучшее мы наверняка оставили себе. Мне кажется, они считаю, будто мы навязываем им свое лидерство.

Кайорел кивнул.

- Да, я тоже замечал недовольство в некоторых из них.

- На прошлой неделе пара девушек играючи сбили с подоконника горшок с цветами, и он упал, наделав шуму и напугав гуляющих внизу студентов. Элеонор пришлось уверять их, что это ветер и в закрытом крыле никого нет. Мы с Ванессой побеседовали с ними и услышали, что мы оказывается эгоистки и мешаем людям развлекаться. Что здесь у нас скукотища и диктатура.

- Тебя беспокоит только это?

Эмма вздохнула и покачала головой.

- Я все не могу избавиться от мысли, что со мной что-то не так. И если бы это была только магия, которую я не могу полноценно использовать, нет... Чем дальше, тем все больше мне кажется, что вся моя жизнь подходит под эту характеристику - "что-то не так". Папа, переписка бабушек, магия, отношения с парнями, это дурацкое...

- Предсказание, - понимающе кивнул испанец.

- Научился читать мысли? - прищурилась девушка.

Кайорел рассмеялся. Он закачал головой в знак того, что она ошибается.

- Что тебя беспокоит, Эмма? Ты можешь сказать мне. Я бы даже попросил тебя сказать мне! Ты же знаешь, что мне поручено помочь тебе разобраться с этой головоломкой.

- Вот именно, - заворчала девушка, - головоломка, Кайорел. Это головоломка. И знаешь, я не хочу в ней разбираться! Мне так надоело чувствовать себя...

- Разрывающейся на части? Постоянно сомневающейся в том, чего хочешь?

Эмма уставилась на него. Она даже на миг остановилась, забыв, что перед ней довольно сильный маг-эмпат.

- Я растеряна, - призналась она. - Если верить предсказанию, Удвоенная А - Артур - мужчина, с которым я должна быть вместе.

- Не то чтобы ты должна, - вставил Кайорел, - Если он и есть тот самый, ты не будешь воспринимать это как долг. Он ведь нравится тебе?

- Да, - призналась она, - и... нет.

- Нет? - удивился Кайорел. - Я наблюдал за вами однажды. Уж прости! Я видел, что ты испытываешь. Он тебе действительно нравится. Хотя...

Он задумчиво сканировал ее взглядом.

- Что значит твое "хотя"?

- Я еще ни разу не замечал проблесков твоих чувств, когда ты о нем говоришь.

Эмма озадаченно моргнула.

- Может быть ты не столь хорош в эмпатии? И не можешь видеть так глубоко?

- Возможно, - согласился парень. - Но я отчетливо вижу безмерную нежность, любовь и грусть, когда ты говоришь о Феликсе.

- Возможно, я просто запуталась. Чересчур многое навалилось за последний год. И меня беспокоит часть предсказания об Альгадо.

Кайорел внимательно слушал ее, продолжая вести в танце.

- Я вижу его и постоянно боюсь, что вот-вот он сделает что-то, что было предначертано. Я опасаюсь, что предсказание правда, а значит - мы не должны доверять ему. Но нам приходится сотрудничать, делать одно дело... которое, как сказала предсказательница, он и развалит. Я испытываю противоречивые чувства, Кайорел. Мне совершенно не хочется...

- Чтобы предсказание сбывалось? Ведь если, сбудется хорошее, плохое тоже непременно сбудется и разрушит наш зыбкий мир?

- Да, - ответила она. - Наверное это именно то, чего я боюсь. Именно поэтому я продолжаю отталкивать Артура.

Лицо испанца было задумчивым, взгляд устремлен куда-то за ее спину. Эмма казалось спрашивала, а не утверждала.

- Тебе не стоит зацикливаться на одном варианте толкования, - спокойно сказал парень. - Просто подумай о том, что Д.А., может быть не только Демиен Альгадо. Это может быть и его отец, раз уж мы говорим об имени. И мотивы помешать общему делу, у того как мне кажется имеются.

Эмма с недоверием покачала головой.

- В предсказании говорилось об эгоизме и безрассудстве. Диего не отличается безрассудством, да и в отношении нашей работы он выступает против от части потому, что беспокоится за нас. Ну, за себя и свою семью скорее всего, но все же...

Кайорел промолчал весь остаток мелодии, до ее конца.

Они танцевали час с лишним, когда объявили второй перерыв. Во время него Кайорел отлучился, а его отсутствие скрасили Макс и Ванесса. Оба порядком устали и всерьез подумывали улизнуть из помещения на свежий воздух. Увидев друзей вместе Ричард ненадолго подскочил к ним - снять крупным планом и пообщаться.

Ребята шутили в камеру и смеялись, когда Эмма вновь начала теребить ухо. Макс предложил ей сходить к отоларингологу и, если не поможет - залить уши воском, на что девушка состроила ему гримасу. В момент, когда к ним присоединилась Лилиан, Ричард нахмурился и под предлогом работы поспешил удалиться. От расстройства девушка прикусила губу.

- Ну что я сделала?

- Ну, не знаю, - картинно подпирая голову, заговорил Макс, - может быть ты что-то забыла?

- Например, что? - раздраженно поинтересовалась она.

Макс и Ванесса переглянулись, как бы решая, говорить или нет. Затем Макс спросил:

- Скажи, Лилиан, когда у Ричарда День Рождение?

В голове у Эммы словно щелкнуло. Она поймала взгляд Ванессы, которая кивнул ей, подтверждая догадку. Лилиан все еще не осознавая ответила:

- В апреле, кажется, а что?

Друзья молча уставились на нее. Лилиан поочередно на них посмотрела и на ее лице отразился ужас понимания.

- Ох, - лишь вымолвила девушка.

Она ведь совершенно забыла. Он говорил ей. Где-то в середине апреля, или чуть позже, в конце? Вероятно, позже. Конечно же она успеет что-нибудь придумать и...

- Оно было вчера, вообще-то, - заметил Макс с легким укором.

И Эмма вдруг почувствовала, как ей самой становится стыдно. В прошлом году, в это же время они все еще не успели отойти от трагической гибели Бориса Громова. Им было не до празднеств и близнецы, как и другие ребята не праздновали. Эмма и сама сомневалась - устраивать ли свое день рождение, но друзья настояли и позже она понимала, что это был их шанс - план по выводу из игры главы охотников за сокровищами.

Именно тогда она осознала, что, не смотря на ужас происходящего, они должны продолжать жить свое жизнью. Должны использовать все возможности и радоваться здесь и сейчас, потому как иного завтра может не быть. Как это произошло с Феликсом... А теперь они просто забыли о дне рождения Ричарда и... Вивиен. Эмма всплеснула руками и посмотрела на друга.

- Вивиен! - воскликнула она.

- Да уж, - кивнул Макс. - Неприятно, правда?

Девушки закивали.

- Мы поздравили их вчера, - вставила Ванесса. - Вообще-то, Сион не любит повышенного внимания. Но вот Ричарду явно обидно, хотя он и не признается.

Последняя реплика была адресована Лилиан, и та покраснела от досады.

- Я чувствую себя ужасно, - проговорила девушка. - Что мне делать?

Раздался голос, возвестивший конец перерыва. Все начали потихоньку занимать места рядом со своими партнерами. Макс, желая смягчить ситуацию, проводил мулатку к ее факультету и по дороге попросил поговорить со своим парнем.

- Он поймет, - дружески заверил он. - Ты только больше не позволяй ему чувствовать себя не нужным и магическим ущербным.

Лилиан кивнула почти сквозь слезы и вернулась к своей конкурсной команде. Макс быстро нагнал Ванессу и уже встал с ней в пару. Другие пары, уже менее вдохновленные чем час назад, устало мялись с ноги на ногу. Голос призвал студентов набраться сил перед завершающим этапом занятия и сосредоточиться на выполнении своих движений, не привязываясь к своему партнеру, потому что...

А почему Эмма не расслышала. Ведь в этот момент к ним подскочила Минна Ханнеман и громко напомнила о репетиции команды их факультета в "гнезде".

- На следующей неделе! - повторила она и подмигнула парню. - Я готова, Кай.

Парень кивнул в ответ и странно посмотрел на Эмму. Или ей показалось? Но это было не столь важно, потому что...

- Кай? - переспросила Эмма, наблюдая удаляющуюся рыжую волну волос.

- Не спрашивай, - отшутился тот и поспешил взять ее за руки.

Заиграла музыка и пары начали плавные движения. В этот раз усталость чувствовалась и у партнера. Кайорел вел ее напряженно, пару раз почти наступил на ногу. Кроме того, он постоянно сбивался с ритма, метал взгляды по сторонам и иногда на часы, что были на его руке.

- Все в порядке? - спросила Эмма, когда он, зачем-то смещая их пару с привычного места стал наступать, заставляя ее тем самым отступать назад. И он все-таки наступил на ее большой палец.

- Ой, - взвизгнула Эмма и сердито уставилась на него. - От Макса косолапостью заразился?

Он открыл было рот, но тут увидел нечто за ее спиной и облегченно улыбнулся. В этот миг раздался голос:

- Меняемся!

Пожелав удачи, Кайорел подхватил под руку, взявшуюся откуда не понятно Минну и скрылся с ней среди толпы. И, не успела Эмма понять, что произошло, как за спиной раздалось легкое покашливание. Видимо, ее новая пара... Вздохнув, девушка обернулась и... застыла.

Перед ней стоял Демиен Альгадо. По его слегка озадаченному выражению лица можно было догадаться - он и сам, так же, как Эмма, едва ли понимал, что сейчас произошло. И все же, он первым взял себя в руки и шагнул ей на встречу.

В следующий миг она почувствовала легкое касание его пальцев. Взгляд прямо в глаза и... никакой насмешки, никакого позерства? Ни намека на издевку или грядущее оскорбление. Нет, он просто взял ее руки в свои и притянул ближе, увлекая в танце.

С легким оттенком недоверия она позволила положить свою руку на его плечо. Тонкие пальцы скользнули по шее вверх, едва касаясь темных волос. Медленно и плавно, словно это элемент танца, он притянул вторую ладонь девушки к своей груди. Другая рука парня мягко легла ей на талию. Они закружили меж пар, легко и свободно.

Мелодия, та же, что и в самом начале занятия, приятная и немного космическая, звучала будто из воздуха. Голос певицы, глубокий и такой сильный, но в то же время нежный и завораживающий, перебирал внутренние струны. Отлаживал их, настраивал игру в унисон. Что-то было в этой мелодии, в этом голосе, в этом воздухе. Воздух...

Демиен сжимал ее ладонь у себя на груди и тепло разливалось волнами с каждым новым ударом. Его сердце билось ровно. И пусть он этого не знает, в том была и ее заслуга... Не то чтобы она гордилась собой. Хотя, кого она обманывает? Конечно гордилась! И не верила себе.

С тех пор, как стало ясно, что она магически-ущербна, а это не раз подтверждали ее неудачи в освоении магии наравне с друзьями, Эмма поняла насколько важно для нее быть не как все и в то же время не хуже тех, кто разделял их общую тайну.

Господи! Да, когда до нее дошло, что ей удалось совершить, осознание упало словно молот Тора из поднебесья. Она поняла, что дело вовсе не в кровной линии. Что-то другое мешало ей делать магию так же хорошо, как делали это друзья. Что-то. Но что именно?

Возможно, это были ее собственные страхи. Страх неудачи, страх показаться слабой, глупой, никчемной. Страх - вечный призрак прошлой ее, вечный страж настоящей. Той, которой она становилась. Именно страх мешает людям двигаться вперед к цели. Он застилает глаза, отрезает слух и замораживает способность мыслить. Страх, словно бетон, обволакивает и застывает, сковывая, обездвиживая, останавливая на полпути...

Так было с большинством пробудившихся. Так, вероятно, было и с ней тоже. Но не в тот раз... Не в тот, когда, не помня себя от страха, она не видела другого выхода. Вообще-то она совсем ничего и никого не видела. Ничего и никогда так сильно не хотела, кроме того, чтобы этот парень, лежащий перед ней на покрытой снегом ледяной земле, жил.

Воспоминания всколыхнули эмоции и Эмме внезапно очень захотелось, чтобы он все-таки знал. Захотелось так остро и дико, что она едва успела остановить срывающиеся с губ слова. И все же он уловил ее порыв. С легким удивлением приподнял брови, когда она закусила губу и отвернулась. Сердце скакнуло, но тут же выровнялось. Его сердце.

Музыка сделала пару ускоренных поворотов и на очередном из них она позволила опрокинуть себя назад и вернуть обратно, сократив дистанцию между ними до минимума. Волосы, упавшие вниз, почти касаясь каменного пола, взметнулись вверх, рассыпаясь по ее плечам водопадом. Пара волнистых локонов зацепились за ворот его рубашки. Он... улыбается?

Демиен улыбнулся, когда она, не размыкая их рук, попыталась освободить свои волосы вертя головой, но лишь еще больше запуталась в них сама. Непослушные локоны прилипали к лицу, и Эмма безуспешно пыталась сдуть их.

Звук его дыхания заставил ее прекратить старания и поднять глаза. Жгуче-карий взгляд парня был теплым, словно... Эмма вдруг почувствовала, как из легких выкачали воздух. Весь, до последнего кубического нанометра, если такая маленькая измерительная величина вообще существует...

Что-то екнуло в груди, когда он запустил ладонь в ее волосы и осторожно отвел пряди в сторону ото лба, зачесывая назад. Сотни электрических импульсов пробежались по позвоночнику вниз. Ладонь, дрожащая на его груди, зарегистрировала серию быстрых ударов, затем тишину и снова бег.

Что за чертовщина между ними творится?

Эмма безуспешно пыталась нормализовать дыхание.

То они цепляются друг к другу, то соглашаются в совершенно неожиданных спорах. То снова сыплют оскорблениями без причины, брызжа нелепой напускной ненавистью, то совершенно неосознанно пытаются защитить друг друга... Как он, бросая вызов группе вооруженных убийц тем летом. Как она, вытягивая его с того света, на исходе этой зимы.

Щеку обожгло приятным и в тоже время пугающим теплом. Когда он успел уничтожить расстояние между ними? Или это она? Эмма моргнула. Они танцевали тесно прижавшись друг к другу. Плавно, слаженно, как единое целое. Так близко, что, подняв глаза она уткнулась носом в его подбородок. Прерывистое дыхание Демиена обжигало ей лоб.

- Что ты делаешь? - спросила она почти шепотом.

- Танцую с тобой.

Кажется, ему тоже не хватало воздуха.

Ее накрыло странное и в то же время знакомое чувство естественности происходящего. Она и не заметила, как ее тело расслабилось, но почувствовала, как он вздрогнул, когда она обняла его несколько крепче.

Где-то отдаленно прозвучало знакомое и такое ненужно "Меняемся!". Прозвучало и растворилось в начавшейся сначала волшебной мелодии. Он не дернулся, только слегка провел ладонью по ее спине. Эмма закрыла глаза.

- Альгадо...

- Ммм?

Пауза.

- Как ты себя чувствуешь?

Странный вопрос, немного не в тему, наверное.

Пауза слегка затянулась, после чего он ответил:

- Я... не знаю.

И снова, словно совсем себя не контролируя, она плавно провела пальцами от середины лопаток, по позвоночнику, касаясь одними подушечками, до линии роста волос и погрузила пальцы в густые мягкие волосы на затылке, слегка перебирая короткие пряди. И услышала, как он задержал дыхание, а выдохнув снова, сместил свое лицо ближе к ее виску, касаясь мягко, почти нежно.

- Твои повреждения...

Эмма снова провела рукой по шее вниз до середины спины и застыла, слегка сжав пальцами ткань его рубашки.

- Оказались не такими серьезными, как всем показалось, - хрипло ответил он.

Он глубоко вздохнул и внезапно развернув ее от себя плавно вернул обратно. Рука легла на талию, но лишь на секунду, после чего нервные окончания заискрились от потока, сопровождающего движение его ладони вверх по ее спине. Пальцы обхватили предплечье и легонько сжали его.

- Я...

Эмма запнулась и желая понять причину он слегка отстранился. Совсем чуть-чуть, чтобы увидеть, как она испуганно распахнула свои большие солнечно-карие глаза и мигом опустила их, глядя куда-то в сторону.

Выражение ее лица было таким серьезным, и немного печальным. На его же лице читалась целая буря эмоций, сменяющих друг друга не в силах договориться между собой. Осторожно, словно в продолжение очередного движения танца, Демиен снова убрал упавшие локоны и развернул ее лицо к себе. И снова - эти ее глаза...

- Я беспокоилась...

Ладонь пылала на ее щеке. Или это ее кожа горела? Он не мог разобрать. И все мысли выстроились в этом желании. Не ослышался ли он?

- Ты... что? - переспросил он, не разрывая взгляда.

- За тебя, - тихо добавила она и непонятно зачем уткнулась носом в его шею.

Демиен опустил ладонь на ее затылок и зарылся в волосы.

Мелодия продолжала перебирать тонкие внутренние струны. Ей казалось, что они сейчас находятся где-то далеко, совсем в ином месте, совершенно в ином времени...так далеко, так давно... и в то же время так близко. На душе было так хорошо, так непривычно. И, наверное, поэтому вечно накрученный мозг вновь закрутил колесиками... Что происходит?

Эмме вдруг стало страшно. А он, словно поняв это, провел ладонью по ее волосам, пропуская пряди меж пальцев. Затем он вернул ладонь на место и снова повторил все сначала, будто утешая.

- Все в хорошо, - услышала она его шепот. - У нас все будет хорошо.

И эти слова... в них было столько искренности. Ощущение сходно с теми, как если бы она окунулась в источник со святой водой. Все стало кристально чисто и естественно правильно. Впервые за долгие месяцы это чувство овладело ею без остатка. Она была в полной безопасности, на своем месте. Как и все, что ее окружало, гармонично сложенное в единую картину. Это было так прекрасно и так... неправильно, что водоворот возвращающихся мыслей заставил ее очнуться и понять - музыка закончилась...

Резкий восторженный восклик буквально оторвал ее от партнера.

- Браво! Мисс, мистер! Браво!

В трех метрах от них с Альгадо стоял один из приглашенных учителей. Он довольно улыбался, переводя свой взгляд с юноши на девушку и обратно. Только сейчас она заметила, что окружающие их студенты кидают на них взгляды с разно полярными эмоциями и тихо перешептываются. Она взглянула на Альгадо. Он, казалось, совсем потерялся в этой ситуации и смотрел куда угодно, только не в ее сторону.

- Вы - идеальны! - продолжал учитель, сияя. - Я очень и очень надеюсь, что именно ваш факультет удостоится чести открывать весенний бал.

Сложно было понять, о чем он сейчас думает. Она сама вдруг ощутила, как где-то в глубине ее зарождается клубок неконтролируемого страха, накручиваясь, увеличиваясь, разрастаясь внутри, пережимая легкие, перекрывая кислород.

- У вас такая, убийственная совместимость, - продолжал учитель, в то время как пары начали расходиться. - Вы удивительно полно чувствуете своего партнера...

И тут нить порвалась, наваждение схлынуло, возвращая ее в реальность. В относительной тишине раздался сочащийся желчью голос Кэйт:

- А у Кёрн со всеми партнёрами, - она целенаправленно выделила это слово, - убийственная совместимость! Как совместится с кем прибудь, так все - парень не жилец... Спросите у Штандаля!

Секунда тишины и кто-то засмеялся позади, противно так. А следом за ними еще и еще. Большинство из этих весельчаков даже не слышали, о чем речь, и все же стадное чувство взяло верх над воспитание.

Среди десятков, обращенных к Эмме и Демиену взглядов, серые глаза Морисы ошарашенно смотрели на злорадное лицо Кэйт. Сердце Эммы сжалось в комочек. Не само. Его будто сдавило тисками. Она ощутила, как изнутри бурной волной несется ярость... Такая огненная, всепоглощающая, чистая ярость. Увидев ее в глазах Эммы Кэйт мгновенно поменялась в лице. Она даже сделала пару шагов назад, пока не уперлась в бортик фонтана, у которого в замешательстве стояла Мориса.

- Успокойся, Кёрн, - услышала она перед собой голос Альгадо, - Кэйт всего лишь забавно пошутила.

В следующий миг мозг осознал суть его слов, и Эмма задохнулась. Словно ее со всей силы ударили прямо в солнечное сплетение. Безжалостно бросили с многоэтажки, впечатали в асфальт.

Она... сделала... что?

Эмоции овладели ею, и девушка подняла глаза и увидела, как заслонив собой обзор, он... ухмыляется.

Ухмыляется?.. Ему весело... Он нашел это забавным...

Эмму начало трясти от клокочущей ярости. Пальцы сжались в кулаки, лицо побледнело, но лишь на пару секунд, после чего по нему начали проступать красноватые пятна.

Боль, отчаяние, ярость, перекрывающие кислород вырвались, направленные туда, куда и должно было с самого начала. На него.

В следующий миг Альгадо отлетел от нее так стремительно, что в миг перекрыл расстояние до фонтана и со всей силы врезался в стоящих там Кэйт и Морису. Сбитые с ног, обе девушки с криками полетели в фонтан. Плеск воды приглушил их визги, очнувшиеся преподаватели заспешили на помощь.

А Эмма, не в силах больше сдерживать слезы, бросилась прочь из бального зала. Она уже не видела, как подлетела к фонтану староста ее факультета. Не заметила, как смотрел ей вслед Демиен Альгадо. Как удивление на лице Кайорела Ладарии сменилось просветлением и улыбкой. Эмма выскочила из дверей и полетела наверх по ступеням.

Помогая Морисе выбраться из фонтана, Демиен проигнорировал руку, протянутую ему Кэйт. Он стоял теперь и рассматривал вымокшие манжеты рубашки, в то время, как кто-то снова пошутил:

- Ничего себе ударчик! Ей бы к нам в команду! Цены бы не было в дальнем броске!

Демиен раздраженный репликой поднял глаза, но не смог определить, кто это сказал. Он не мог понять и того, как Кёрн смогла сгенерировать такую мощную волновую атаку. Заметив, как она молниеносно выписала знакомую руну, он и не думал обороняться. Все знали, что атакующая магия дается девушке с большим трудом, а результаты попыток были едва ли не такими же, как у простых пробудившихся.

Демиен усмехнулся. Все-таки сейчас она его сделала. И нахмурился... Сделала во всех смыслах. Из размышлений его вывел резкий голос Минны Ханнеман.

- Ну ты и дрянь! - зашипела она, выволакивая Кэйт за шкирку из бассейна.

- Осторожно, - огрызнулась та, - Не забывай, кто мой отец!

Мориса угрюмо стояла рядом с Демиеном, опустив глаза.

- Твой отец - слабак, вырастивший чёртову истеричку! - гаркнула Минна и Кэйт вжалась в бортик позади себя. - Еще раз увижу, или узнаю, что ты достаешь Эмму Кёрн, вылетишь из состава конкурсной команды, а она займет твое место! Усекла??

- Да, - с жалобой в голосе ответила Мидл и поспешила удалиться.

Мориса несмело шагнул следом, но Демиен схватил ее за руку и строго сказал:

- Что бы там не пела Кэйт, и что бы ты сама не думала - Кёрн любила твоего брата. Она до сих пор хранит это чувство. И в следующий раз, прежде чем вести себя, как тупая овца, спроси себя, достойно ли ты чтишь его память.

С ужасом в глазах, пристыженная, девушка одернула руку и поспешила исчезнуть из поля его зрения.

Бальный зал медленно опустел.

Провожал Минну к выходу, Кайорел бросил взгляд на стоящего у фонтана парня. Шепнув ей что-то, он попрощаться и направился в его сторону. Но Демиен тут же пошел навстречу, обходя испанца стороной, к выходу. Но у самых дверей ему пришлось остановиться, потому что выскочившая из них Лилиан налетела прямо на него вслед за мулаткой в зал сорвалась Вивиен Сион. В ее глазах плескалась тревога.

Сосканировав обоих, Кайорел мигом оказался рядом.

- Где она? - хватая воздух спросила Лилиан. - Где Эмма?

Вивиен охватила взглядом залу и встретилась к лестнице, ведущей на балконы. О

Она уже занесла ногу над старенький, когда Демиен схватил ее за руку и крутанул обратно.

- Сион, что случилось? Почему у тебя на лице выражение, словно кого-то убили?

Вивиен жалобно сомкнула губы.

- Эмма! - позвала Лилиан. - Эмма!

Демиен развернулся через плечо сказал:

- Ее нет здесь. Убежала минут 10 назад.

- Убежала? - глаза Лилиан округлились, - К-куда?

В надежде она перевела взгляд на Кайорела, но тот покачал головой.

- Я не знаю, Лилиан. У нее произошел инцидент. Она убежала прочь в слезах.

Девушки захлопали глазами, переваривая полученную информацию. Демиен Альгадо отпустил руку Вивиен и требовательно повторил:

- Что случилось, Сион? Говори.

Быстро, насколько это было возможно для чужого восприятия, Вивиен пересказала парням, как они с Эммой послали сообщение Диане. О содержании сообщения и о чувстве зуда в ушах, преследовавшего их в последние сутки. А также о том, как она догадалась о причине происходящего.

- Что было у тебя в ушах? - переспросил Демиен.

- Голос, - повторила девушка. - Это был голос. И он предупредил нас об опасности!

Вопреки своей сдержанности Демиен усмехнулся.

- Ты хоть понимаешь, как это звучит со стороны, Сион?

Девушка нахмурила брови и ткнула в него пальцем.

- А ты, до сих пор не понял, что мы разбудили мир, в котором все возможно?

Демиену пришлось признать ее правоту, и он кивнул.

- Так что там сказал этот голос?

- Ты его узнала? - спросил Кайорел.

- Нет, - ответила за нее мулатка. - Но он представился.

- Это был Фесс. Ветрянин, что провожал нас с Инниса, - уточнила Вивиен.

- Серьезно? - брови Демиена взметнулись вверх.

- Он сказал, что перехватил сообщение, отправленное нами Диане. Сказал, Диана и ее собратья, что помогли нам пройти посвящение и обрести силы, находятся в заточении у королевы сидхе.

- Но почему? - спросил испанец.

- За измену, - понял Демиен.

Вивиен кивнула. Она рассказала, что королева перехватила их сообщение и готовится нанести сокрушительный удар. Это должно произойти сегодня вечером.

- И место нахождение ваше и время ей на руку, - заметил Кайорел. - Вот только, серьезно: что может сделать маленький сидхе взрослому человеку, к тому же - жрецу-друиду?

- Ты верно мало знаешь о сидхе, - заметил Альгадо. - Этот народец очень хитер и злопамятен. А учитывая роль друидов в исчезновении магии... черт, мы должны были предвидеть нечто подобное. Кто-нибудь из вас знает, как обезвредить сидхе?

- Не сидхе, - Вивиен тревожно теребила пальцы, - они не делают грязную работу. Я читала кое-что... Кроме того, ветрянин упомянул о темных стражах. Из пяти народов эти - самые опасные. Их принято называть наемниками, потому что они выполняют всю грязную работу. Например...

- Например, убийство, - закончил Демиен.

Вивиен побледнела еще больше.

- Неужели вы думаете, они и правда нападут на нас? - спросил Кайорел.

- Сообщение, переданное по ветру - это не совсем то, что можно назвать привычным, - разозлилась Лилиан. - И уж точно не стоит игнорировать опасность, когда мы знаем на что способна магия, и совершенно не представляем, до какой степени ненавидят нас сидхе!

- Ну, тогда все просто, - Кайорел взял мулатку за руку. - Если верить этому вашему ветрянину Сидхе полагают, что вы ждете Диану у Друнеметона. Поэтому теперь это последнее место, куда вы направитесь в одиночку! Солнце почти село. В академию, где их будут ждать жрецы и толпа пробудившихся сидхе не сунутся, я надеюсь, и...

Парень запнулся, заметив, как поменялся в лице Альгадо. Демиен бросил взгляд за окно и лицо его превратилось в камень.

- Сион, Брейн! Бегите за подмогой! - скомандовал парень. - Ни слова Эскаде! Только Артур, Громов и Лем... и Сваровский. Вам ясно?

Вивиен кивнула.

- Но где мы ее найдем? - пискнула Лилиан. - На сообщения она не отвечает. Вдруг Эмма решит пойти туда одна?

Демиен напряженно писал сообщение с пейджера. Он поднял глаза на Кайорела и тот все понял.

- Поздно, Брейн. Она уже там.

Оставляя позади застывших от ужаса девушек, Демиен стремительно направился к выходу из бального зала.

- Ты куда? - крикнула Лилиан.

- За дядей. Ты же не думала, что я пойду искать Сваровского? Поторопитесь, время идет.

Немедля более, девушки помчались вверх по лестнице на второй соединяющий корпуса этаж. Кайорел последовал их примеру, но тут заметил, что Альгадо шагает в другую сторону.

- Ты куда? - крикнул он. - Мистер Шорс скорее всего в деканате сейчас.

Демиен удалялся. Чертыхнувшись, испанец последовал за ним.

- Так что? - спросил он нагоняя. - Ты не идешь за ним?

Они спускались по ступеням у главного входа. Демиен достал свой пейджер и показал его спутнику.

- Мне не к чему лично идти за дядюшкой. Я уже написал куда и зачем ему бежать.

Кайорел на секунду застыл от неожиданности. Получается, Альгадо не собирался делать того, что сказал девушкам минуту назад. Он решил иначе.

- Ладария! Ты идешь? Или будешь ждать, пока эти улитки разыщут остальных?

Кайорел моргнул и прибавил шагу. Он нагнал одногруппника у калитки в сад. Они быстро преодолели его, а потом серию жилых домов персонала. Прошли мимо заложенного прошлым летом лаза у примыкающей к скале стены. Но это не стало помехой. Друиды уже давно нашли другой способ выскользнуть из поместья, когда это было необходимо.

Каких-то сто метров и парни оказались у старой железной калитки. Краска на ней почти вся сошла, обнажая обретенную со временем ржавчину. Плотные заросли высокой изгороди скрывали проход от посторонних глаз.

- Ты уверен, что она ушла к храму? - спросил Кайорел.

Но ответ был очевиден. Дверь открыта настежь. Похоже, Эмме не было никакого дела до соблюдения мер предосторожности.

- Она там, - голос Демиена был полон уверенности, - она всегда там.

За стенами академии парни ускорили бег. С каждой минутой небо угасало все быстрее. Вокруг стояла тишина. Казалось, даже ручей, ведущий от поместья к Друнеметону застыл. И лишь хруст мелких ветвей под ногами разбавлял ее. Но замечать детали было некогда. Все мысли вертелись вокруг сказанного девушками.

Сообщения по ветру, которые не только передаются, но и перехватываются. Диана, заточенная неизвестно где вместе с друзьями. Ветрянин, мотивы которого были не ясны. Сидхе, задумавшие месть и наемники магического мира, как орудие этой мести. А еще были непрекращающиеся препирания членов Эскады относительно выбранного ими пути, методов обучения пробудившихся и конечно же их самих. Их будущего, которое каждый из совета видел по-своему и считал наиболее значимым и верным.

- Что мы будем делать, если на нас нападут? - спросил Кайорел. - Я не силен в атакующей магии!

До места им оставалось не более трех километров.

- Вы эмпаты, вообще - ущербные, - огрызнулся Демиен.

Чуть сбавив бег, он подхватил с земли крепкий сук дерева и остановился. Испанец следил за тем, как отдышавшись парень глубоко вздохнул и начертил над деревяшкой незнакомую руну. К полному изумлению Кайорела, сук немедленно преобразовался в нечто длинное и посверкивающее своей остротой. В руке у Альгадо был самый настоящий меч.

- К-как ты...

- Кира научила.

- Делать мечи из дерева?

- Нет, - Демиен казалось и сам был удивлен результатом, - видоизменять предметы.

- Серьезно?

Кайорел указал на меч.

- И он просто выглядит очень острым, или...

Резко рубанув по ближайшему дереву, Демиен оставил на его коре глубокую отметину.

- Тебе стоит сделать такой же, - сказал парень и бросил ему еще один сук.

Поймав его, Кайорел повторил увиденные манипуляции, но сук так и остался деревом. Он попробовал снова, но тщетно.

- Ладно, - в голосе Альгадо сквозило разочарование, - бери так.

Ладария кивнул, и снова они пустились в бег, по знакомой, протоптанной дорожке.

***

Эмма сидела на сырой земле у могилы Феликса и рыдала. Она не говорила, не думала. Просто сидела, изливая свою боль, а та все текла и текла. Но, подпитка все же прекратилась. И, как и любой искусственный водоем, этот источник постепенно иссяк, а опустошенное сознание вернулось в реальность. И вот тут-то, карабкающаяся из глубины, пугающая мысль больно царапнула его.

Почему так тихо? Ни птиц, ни ветра, ни сверчка... ни единого звука вокруг. Боль сменила нарастающее чувство тревоги. Оно затопило образовавшуюся внутри пустоту. Эмма поняла, что боится сделать глубокий вдох, будто бы он нарушит тишину и это будет фатальный поступок.

Медленно, пытаясь совладать с дрожью, девушка поднялась на ноги. Она окинула взглядом пространство вокруг себя, в горле предательски пересохло. Опасность волнами ложилась на ее кожу, волосы покалывало легкими электрическими импульсами.

Внезапный глухой удар заставил вскрикнуть. Глаза заметались по сторонам, сердце бешено колотилось. Но в вечернем сумраке широкие стволы деревьев казались сплошной стеной, скрывая все, что находилось за ними.

Эмма кинула быстрый взгляд вниз, и нервно усмехнулась. На земле, у самых ног лежала маленькая черная коробочка. Ее пейджер. Она просто не заметила, как выронила его.

- Черт знает, что, - произнесла она и резко наклонилась, чтобы поднять нарушитель спокойствия.

Уже на полпути к земле она услышала свист, с которым нечто пролетело мимо ее головы. Острая боль полоснула по уху. Вскрикнув, Эмма прижала к нему ладонь, из-под которой по шее побежал теплый ручеек.

Слева послышался хруст ветвей. Молниеносно развернувшись, она поставила перед собой щит - единственную защиту, на которую была способна. Нечто ударилось о преграду и та пала, выполнив свое предназначение. Первой мыслью Эммы было то, что Кэйт решила отомстить и проследила до храма. Но прямо перед ней, меж двух деревьев, стояла вовсе не Кэтрин Мидл. Из полумрака на нее смотрел оценивающий незнакомый взгляд.

Эмме хватило секунды, чтобы охватить всю картину. Высокий мужчина, крупного телосложения. Он был облачен в плотный костюм со вставками из кожи и множеством ремней на руках и ногах. Эти своеобразные подвязки служили их обладателю фиксаторами. Не сложно было понять, что на них по обоим его бокам в ряд висели острые ножи. Из-за спины торчала тускло поблескивающая рукоять. Мужчина носил кожаные перчатки и мощные ботинки, зашнурованные узкими полосками из того же материала. Суровое, покрытое шрамами лицо выделялось на фоне длинных, серых, засаленных волос. Острый взгляд скользнул по ней, и Эмма ощутила новую волну ужаса, когда заметила его движение навстречу.

Сделав пару шагов, незнакомец остановился примерно в восьми метрах от нее. Инстинктивно она подалась назад и ударилась спиной о ствол дерева. "Храм!" пронеслась в голове радостная мысль, но громкий хруст веток справа и слева, уничтожили эту маленькую надежду. Не успела она и руку протянуть, чтобы расцарапать ладонь, как острая, режущая боль пронзила ее чуть выше колена. Ноги, потеряв контроль, сложились увлекая тело к земле.

Пересиливая боль и страх, девушка смогла поставить два щита по бокам и заметила, что вышедшие из леса другие двое мужчин остановились на таком же расстоянии от нее, что и первый. Они ходили из стороны в сторону, оглядывая невидимый барьер. И это могло бы обрадовать ее, если бы он был так же надежен в отношении их оружия.

Знакомый свист и руку пронзило еще одно лезвие... Эмма закричала. Она попыталась сделать барьер левой рукой, но как только подняла ее, мужчина напротив метнул в нее веревку, которая хомутом обвилась вокруг запястья и затянулась. Мужчина рванул ее на себя, и Эмма поняла - ее собираются вытянуть за границы. И как только это случится, они получат ее.

Интуитивно она знала, каковы бы ни были причины этой внезапной атаки, в плен ее не возьмут. Кто эти люди? Возможно, охотники за сокровищами. Те, что по иронии судьбы вернули магию в этот мир. Думать о том, кто еще мог желать ей зла было некогда. Нужно спасать себя. Потому что, если сейчас не предпринять что-то, завтра для нее уже не наступит.

Эмма собрала все свои силы и поставила барьер меж собой и мужчиной с веревкой. Рука не слушалась, но видимо это ей удалось. Лицо мужчины исказила гримаса злости. Веревка, которую он держал в руках натянулась, но только до границы барьера.

Эмма сделала глубокий вдох и поднялась на ноги. Изнывая о боли, она поставила щиты по сторонам от себя, отрезая двух других нападавших. Теперь оставалось только открыть дверь. И сделать это так быстро, будто с ее телом все в порядке, словно она - легкий форвард из команды по баскетболу.

Ей потребовалась пара мгновений, чтобы оказаться у заветного места. С ключом проблем не возникло - ее кровь была повсюду. Эмма прижала ладонь к замку и ощутила, как исчезает твердь под ней. Осталось совсем немного. Вот уже показались заветные ступени. Нужно сделать всего шаг, второй и она в безопасности...

В следующий миг, нечто вонзилось ей в левый бок. В глазах потемнело, ноги словно потеряли опору. Оседая на землю у такого близкого, но недостижимого пути спасения, она пыталась сделать глубокий вдох, но боль сковала легкие и получались только отрывистые маленькие глоточки. Трясущиеся пальцы нащупали рукоять, торчащую из тела. "Нож, - пронеслось в голове, - Неужели это конец?"

Резкий рывок и ее развернуло от дерева. Веревка натянулась, рука вскинулась за голову. Ее потащили по земле. Одежда задралась, ноги и руки покрылись новыми ссадинами, но она их не чувствовала. Эмма осознала, что пересекла границу, когда движение остановилось, и она услышала тяжелые шаги. Со всех сторон к ней приближались размытые черные фигуры.

Из последних сил она подняла дрожащую руку, чтобы соорудить щит, но рука безвольно метнулась в сторону, отброшенная резки ударом ноги. Кто-то наклонился над ней. Словно в дымке, перед глазами блеснуло длинное широкое лезвие. Сознание покидало. Где-то на его границе Эмма услышала топот и хруст ветвей вдалеке. Наверняка подкрепление... Для нее одной? Маленькой девушки, которая даже драться толком не умеет?

Голова повернулась на бок, запах сырой земли и собственной крови, наверняка были последним ароматом в ее жизни. Такой недолгой жизни... В голове вереницей понеслись картины того, что она потеряла. Ее мама и Сэм гуляют с Кари и Алеком в саду. Созвездие в домике на дереве весело отмечают день рождение близнецов. И Мориса с ними. Артур за кафедрой объясняет аудитории очередную тему. Группы пробудившихся сменяют друг друга, прибывая и покидая поместье, как в ускоренной съемке.

Планета, ее дом... Невероятно живая, планета выглядит потрясающе красивой в сиянии пробудившейся магии. Континенты, где она никогда не побывает. Реки, моря, океаны и горные цепи... бескрайние леса Баварии, заряжающую энергию которых никогда не почувствует и... глубокий, теплый, такой... необходимый... взгляд жгучих карих глаз парня, обнимающего красивую шоколадную Ганноверку, ластящуюся к его лицу, и маленькая темная родинка в уголке губ, дрогнувшая в грустной улыбке...

В мутной поволоке образов появились две новые фигуры. Они быстро увеличивались в размерах. В плывущих лицах проскальзывали знакомые черты. Разум играл с ней, не иначе! Горечь потери шлейфом тянулась за угасающей жизнью. Она оставила здесь все... Родных, друзей, свои мечты...

Глаза обреченно закрылись.

Конец главы

Следующая

__________________________

Друзья! Прошу, оставляйте Ваши комментарии в общем файле! Жмем на картинку снизу

____________________________________________________________

© Скорпианна. Пробуждение-2. Новорожденные. Глава 12. "Месть"

Origin: http://samlib.ru/p/paramonowa_a_a/02_12_probuzhdeniye.shtml

Создан: 07/01/2018, изменен: 08/01/2018, 70k

Глава: Приключения, Фэнтези, Любовный роман

Series: Пробуждение: новорожденные