# Ингвар и Химицу

Аноним Горный-Цветок

Сироту Ингвара Анохина поддерживает влюбленная в него соседка Химицу. Но теперь в школу вернулась старая любовь парня. Которая ни на йену не ставит чувства бывшего влюбленным в него Инга. Выплывает история с работой его покойных родителей. А Ингвар гуляет последние деньки, перед военной академией.

Пролог.


03.04.1987

Эти падающие лепестки сакуры... Неужели для кого-то это красиво? Неужели для кого-то в их круговерти есть глубокий смысл. Возможно, эта игра цвета, пурпурный бархат на фоне заката, действительно завораживает. Наверняка я тогда тоже думал так же. Смотрел на кружащиеся лепестки... Наверное прошло слишком много времени. Я забыл, я изменился. Такими же остались только деревья им все равно. Они родились раньше меня и переживут моих потомков. Им все равно они не заботятся о красоте падающего лепестка. О его скорости, угле наклона, векторе. Зачем им думать о таких мелочах. Для них это лишь привычная смена сезонов. Для меня же поток воспоминаний...

Дерево передо мной такое же, как было тогда. В тот день когда еще что-то можно было сделать и в тот день когда сделать уже ничего было нельзя. Такое же. Так же падали лепестки, предательски безразлично. Ведь им и правда все равно. Ведь им плевать что потом какой-то там фотограф сделает из их снимков целую выставку, а влюбленная парочка возможно станет еще влюбленнее наслаждаясь их бесконечным танцем. Ведь это природа. Это не я...

Как тот день, год назад... Тогда тоже падали лепестки. Тогда тоже природа, не умирала, нет пробуждалась ото сна чтобы к лету вновь зажечь огонь своей жизни. Я вспоминаю сидя под этим деревом, вспоминаю всю радость, всю грусть.

- Ты правда меня любишь? - произнесла Катя.

- Да...

- Правда?

- Да...

Она отвернулась а лепестки все падали запутываясь в её волосах делая её ещё красивее.

- Знаешь лепесток сакуры тебе так идет.

Катя обернулась. Наверное не хотела. Наверное ждала чего-то другого. Изящных фраз, умных слов, чего-то не этого.

- Правда?

- Да, конечно.

Она улыбнулась. Наверняка и я ждал чего-то другого. Чувств, признаний, таких же прекрасных как порхающий лепесток. Но ведь тогда эти слова для меня были важнее всего. Важнее дерева, важнее этого момента, важнее жизни. Ведь я понял что они тот же лепесток только не упавший на землю, а покоящийся в руке, такой драгоценный, такой хрупкий, такой близкий...


## Глава 1.


12.06.1987 г

Я проснулся. Как всегда омерзительно гудел вентилятор, наверное он меня и разбудил. Конечно надоело но без него никуда. Лето, жара, не спасают даже открытые двери. Три часа ночи и эта отвратительная тишина.

Ей богу хоть бы полицейская сирена, крики подвыпивших соседей, или визг колес припозднившейся машины. Что угодно, только не этот омерзительный шум гудения вентилятора.

Я бы давно его выключил но жарища такая что я точно сварюсь заживо. Да, лето в Японии куда хуже зимы в России. Тем более во Владивостоке, где я раньше жил.

Я с трудом встал и пошел на кухню попить воды. Глухо скрипели полы, а остальной мой дом, три спальни, гостиная не упоминая про кладовки и ванную комнату - мирно спал, не обращая внимания на единственного жильца.

И ведь правда, три часа ночи. Я жадно выпил стакан воды выливая половину на себя. Может хоть попрохладнее станет. Значит, завтра надо сходить в школу.

Надо? Впрочем кому? Денег на университет у меня все равно нет. Так что меня ждет военная академия. Или в полицию пойти?

Я налил и выпил еще один стакан воды и вернулся в постель. Луна светила ярко, оживляя каждую пылинку. В её почти траурном свете моя комната казалась совсем не такой, как обычно, словно дверью в другой мир. Мир создать который не под силу даже мне... Серебристый луч упал на стол медленно подбираясь к кипе бумаг. Конспекты, не законченный роман, письма... От бабушки, от друзей из России... и... Я встал и убрал этот клочок бумаги в ящик.

Оно пришло год назад? Или... Почему это должно меня волновать? Но с другой стороны почему оно лежит на столе? Давно пора выбросить. Я вскочил, сделал шаг по направлению к столу и замер. Нет...

Громко зазвонил телефон. Очень громко. Три часа ночи, кому в такое время мог понадобится несчастный школьник погруженный в собственные рефлексии. Впрочем, я привык.

Я проигнорировал его. Телефон на мгновение затих но тут же затрезвонил вновь. Такими темпами всю ночь будет трезвонить.

- Але?

- Ало, ты не спишь? - Химицу, ну надо же.

- Как видишь.

Очень хотелось бросить трубку и выключить телефон. Еще больше хотелось чтобы она сейчас была здесь, рядом.

- А почему?

- Откуда я знаю? Потому что ты позвонила наверное.

Она пробубнила что-то бессвязное.

- И как дела вообще?

- А как они "вообще" должны быть в три часа ночи?

- Ну не знаю... Отлично.

- Значит, отлично.

- Да ну тебя...

- А что ты хотела услышать?

- Хотела... ну то есть... просто позвонила!

- То есть в три часа ночи звонить это нормально?!

- Я видела что у тебя свет зажегся на кухне, значит не спишь.

- Следишь за мной?

- Нет, я просто попить встала.

- Ладно, давай начнем сначала. Что хотела?

- Хотела узнать... - замялась девочка. Она остановилась на полуслове, словно собираясь с духом. А затем продолжила уже увереннее.

- Ты придешь завтра в школу.

Мда, а ведь она надеется, что я пересилю себя и заявлюсь. Нет все таки военная академия. У меня все же дед лейтенантом разведке был.

- Может и приду.

- Тогда я утром за тобой зайду.

- Спасибо Химицу, но ты на время смотрела? Уже три утра а ты зайдешь. Через сколько, три часа?

- Чтобы не опоздать?

- Химицу, мы живем в одном квартале от школы! Туда идти минут двадцать, а занятия начинаются в восемь.

- Не закрывай дверь завтра с утра.

- У тебя есть ключи от моего дома. Какая разница закрываю я дверь или нет.

- А, ну да. Точно! Ну тогда до завтра.

- До завтра...

Блин, а ведь она придет в шесть и разбудит. И вот зачем я дал ей ключи тем летом. Хотя мне было очень плохо после убийства родителей. Хотя выглядело все довольно невинно просто автокатастрофа. Но я нюхом чуял что здесь пахнет гнилью.

Завести что ли будильник на без десяти шесть? Хоть в туалет спокойно схожу.

Нет хочет приходить утром пожалуйста, а вот будить себя я больше не позволю.


07.09.1987 г.