# Паутина света. Расширеное издание. Часть 1. глава 4

Сергей, Горный-Цветок Плотников

Юто оценивает прошедшее время. Прогулки после школы. Заседание клуба ДНД.

## Глава 4. Размышления о насущном.


5.

Месяц. Я создал этот мир или попал? Или, если чуть более развёрнуто: создан ли этот мир людской фантазией, или мангака, гм, предвосхитил его? Да, я понял, где я. Экспертов по созданию миров в прямой видимости нет, и спросить не у кого. Или стоит придерживаться теории бесконечной множественности миров... или расписаться в верности религии имени Макса Фрая, и Джуффин Халли пророк его.

Впрочем, с точки зрения физического наблюдателя это всё фигня. Наблюдателю дико не нравится, что он "избранный", сиречь попал по полной программе. Духи какие-то... Простите, аякаси. А мадзоку и кишины не затесались? Ещё и манга мне попалась из разряда "этти" - то бишь "извращения". Ну, с японской точки зрения извращения: я в разглядывании красивых неодетых девушек для молодого парня ничего извращённого не вижу. Вот если бы меня парни интересовали... Брр, не надо о плохом! Почему я верю, что попал в мангу? А почему нет? Сам факт "попадания" куда как более невероятен.

Но вернёмся к манге. "Моя (тело)хранительница Химари". Запомнил я её среди всех сюжетов наличием ГГ с саппорт-специализацией. Некая клановая особенность, "Паром Света". Название странное, при чём здесь паром? Причём это моя единственная "сверхспособность", в отличии от представителей других кланов, которые колдовать и так, и эдак могли... вроде. Давно читал мангу, помню не всё. Если адаптировать историю, то предки (мои) - не дураки: единственная доступная магия является расширенным аналогом фуиндзюцу клана Удзумаки из "Наруто". Да, "Наруто" я тоже смотрел. Мой, теперь уже личный клан - а я в нём один, последний наследник, и, значит, глава. Девятилетний глава, просто супер. Но я отвлёкся.

Так вот, предки, теперь уже мои, "Наруто" не смотрели, но сражались примерно так же: кастовали на себя спеллы (типа "духовное зрение", "ускорение", "усиление мышц" и ещё хрен-знает-какие) и рубили аякаси. Ах да, мой клан занимался охотой на демонов. Мило. Этакие тайные магические шиноби, привет "Наруто" ещё раз. Обычные люди об аякаси прочно забыли, спасибо правительству, которое нас бережёт. На полном серьёзе говорю - охотники-бессребреники остались далеко в прошлом, японцы, конечно, народ консервативный, но тлетворное влияние Запада внезапно раскрыло магам глаза: какого хрена?! Теперь наши (из кланов экзорцистов, а их аж двенадцать на маленькую Японию) обсидели правительство, пролезли наверх. Не все. По манге получается, что мы, Амакава, оказались за бортом. Интересно, с хрена ли. И интересно, почему нас осталось так мало, что хоть в красную книгу заноси. Ага, ногами вперёд. Опять отвлёкся.

Амакава. Способности. Духов - это если по-русски - выносить проблемно в связи с их ипиче... эпической силой. Не всех - некоторых. И вот один мой умный предок лет двести или триста назад (плохо забыть историю собственного клана, плохо!) решил вопрос кардинально. Поймал кошку. Эй-эй, демона-кошку! Как там... "бака-нэко"? Нет, "бакэнеко".

То есть духа-кошку, но по силе - весьма продвинутый юнит, чуть предок там не кончился. Но фигня - кошку привели к вассальной клятве. Как?! Меня больше всего интересует этот вопрос. Ибо в 16 лет мой амулет закончится, и я буду вкусно пахнуть на всю округу халявной магической энергией.

Для духов халявной, потому что последнего наследника никто и не думал обучать. Зато выдали авансом потомка той самой кошки, которая явится меня "защищать и наставлять" после окончания действия амулета. И, как я помню, духов вокруг соберётся - как мух на... мёд. А я - ни мечом и ни магией! Даже приказывать не смогу своему единственному боевому юниту. А всё почему? По манге - родители забрали и жёстко огородили от всего сверхъестественного. Вроде поссорились со старшими родственниками. А почему дед тогда амулет выдал? Сплошные вопросы...

Pov Ринко.

Юто сегодня с утра очень задумчивый, сказал что должен побыть один и подумать. По-вспоминать старое. Я приготовила ему завтрак и пошла домой читать мангу "Молния в узкой улице", а потом можно взять почитать "клинок говорит".

А Юто читает свои звездные войны и говорит что тащится от Люка Скайуокера.

***

Наш город стоял на берегу большого тихого озера, и казалось, что вся вода в нём знает, куда ей течь. От озера по городу разбегались тонкие жилки речушек, будто линии на чертеже. Одна такая речка, не шире школьной парты, текла прямо через их район. Над ней стоял железный мостик - ровно такой, чтобы на нём могли разойтись двое, если один идёт в школу, а другой - из магазина с пакетом булочек.

Ринко любила этот мостик. Она всегда останавливалась посередине, смотрела вниз, где вода обтекала пару гладких камней, и говорила:

- Видишь, как ровно она огибает? Как будто знает маршрут.

Юто кивал, потому что ему это нравилось: вода не спорит, она просто следует рельефу. Для него это было как ещё одна понятная система.

- Тут даже считать не надо, - как-то сказал он. - Если бросить палочку, она сама покажет путь.

Ринко хихикнула и бросила в воду сухую веточку. Та закружилась на маленькой воронке, потом выправилась и поплыла дальше, вдоль берега, мимо старых домов, к озеру.

- Вот, - сказала она. - Она не теряется.

- Потому что ей некуда деваться, - спокойно ответил Юто. - Русло не даёт.

Президент клуба Физики как-то привёл их сюда на мини экскурсию. Он принёс прозрачную линейку и показал, как мерить скорость течения по тому, сколько секунд палочка плывёт от одного камня до другого. Юто записал всё в тетрадку: "Шаг 1: бросить. Шаг 2: засечь. Шаг 3: посчитать". Для него это был не "прогулка у воды", а настоящий опыт.

***

А после кружка каллиграфии они шли домой той же дорогой. Ринко болтала без умолку, а Юто смотрел, как на мостике тени от перил ложатся ровными полосками, и ему казалось, что город наконец-то перестал быть слишком большим. В нём были свои ориентиры: табличка "2 A", клуб "физики", запах тайяки у лотка - и вот эта маленькая речка, которая просто текла себе и никому не мешала.

Они устроились на плоском камне в "Уголке у двух ив" - так теперь все называли это место. Ринко достала из рюкзака самодельную башню: бруски были чуть неровные, но гладкие, отшлифованные до тёплого бежевого цвета.

- Учитель труда дал заготовки, - гордо сказала она, выкладывая их на камень. - Сказал, что главное - чтобы все были примерно одинаковые.

Тайзо, новенький, наклонился поближе, щурясь, будто пытался разгадать секрет:

- А если упадёт?

Ринко хихикнула:

- Тогда соберём заново. В этом и смысл.

Юто молча придвинулся и начал укладывать первые ряды. Он делал это не быстро, а очень точно: каждый брусок ставил так, чтобы стыки не совпадали, как в настоящей кладке.

- Так крепче, - буркнул он, не поднимая глаз. - Если швы идут в одну линию, стена падает. Тут то же самое.

Тайзо хмыкнул, будто оценил подход:

- Ты как инженер.

- Я как тот, кто не хочет собирать всё заново, - спокойно ответил Юто, и впервые за вечер чуть улыбнулся.

Когда башня доросла до восьми рядов, Ринко вытянула боковой брусок. Башня дрогнула, замерла - и устояла. Ринко взвизгнула негромко, прикрыв рот ладонью, чтобы не спугнуть удачу:

- Получилось!

Настал ход Тайзо. Он потянул брусок снизу, чуть резковато, и башня качнулась. Юто инстинктивно подался вперёд, будто хотел её удержать, но не коснулся.

- Не двумя руками! - тут же шепнула Ринко. - Только одной. И можно чуть подвигать, чтобы понять, какой сидит свободно.

Тайзо замер, потом медленно, уже осторожнее, подтолкнул другой брусок. Тот вышел легко.

- Ага! - выдохнул Тайзо, и в его голосе было столько восторга, будто он только что запустил ракету. - Он сам выскользнул!

Он положил брусок сверху, кривовато. Юто чуть нахмурился, но ничего не сказал. Просто взял и чуть подвинул брусок, выравнивая край.

- Прости, - тихо сказал Тайзо. - Я не очень аккуратный.

- Ничего, - вдруг спокойно ответил Юто. - Тут важна геометрия. Если край ровно ложится, башня стоит. Если нет - она сама себя предаёт.

Ринко села поудобнее, обхватив колени:

- Знаешь, мне нравится, когда она чуть дрожит. Как будто живая. Будто чувствует, что сейчас решающий ход.

- Она не чувствует, - тут же возразил Юто. - Это физика. Центр тяжести смещается, и если мы правильно кладём верхний ряд, он его возвращает.

Тайзо посмотрел на него, потом на башню, потом снова на Юто - и вдруг рассмеялся, легко, без насмешки:

- Ты даже в игре всё считаешь.

- Да, - просто сказал Юто, не стыдясь. - Мне так спокойнее. Когда понятно, почему что то стоит или падает.

И настал его ход. Юто долго водил пальцем по нижним рядам, проверяя, какой брусок сидит свободнее. Он не торопился. Наконец выбрал один, потянул - медленно, ровно, без рывка. Брусок вышел, будто сам хотел быть вытащенным. Юто уложил его сверху, аккуратно, точно по линии.

Башня стояла.

Ринко тихонько хлопнула в ладоши:

- Идеально. Прямо как по учебнику.

- Как по чертежу, - поправил Юто, но в голосе у него не было строгости.

Вечер уже опускался на город, и над речкой потянуло прохладой. Где то далеко крикнула птица, а здесь, у двух ив, было тихо, только слышалось, как Ринко шепчет: "Твой ход", как Тайзо тихо считает ряды, и как Юто объясняет, почему именно этот брусок можно трогать, а тот лучше не трогать.

После Дженги Ринко плюхнулась на асфальт, вытащила из кармана три мелка - жёлтый, синий и красный - и радостно потрясла ими в воздухе:

- Сейчас нарисуем карту! Настоящую, с дорогами и тайными тропами!

Тайзо присел рядом, уже тянулся к жёлтому:

- Давай сразу солнце! И домик. И... ну, чтобы красиво.

Юто не шевельнулся. Он смотрел на мелки, будто это были не кусочки известняка, а детали незнакомой схемы. Цвета казались ему слишком свободными - как линии, у которых нет чертежа.

Но вместо того чтобы отмолчаться или уйти, он вдруг наклонился, взял все три мелка, разложил их в ряд - строго по оттенкам, от тёмного к светлому - и тихо, но твёрдо сказал:

- Сначала правила. Если будем рисовать как попало, потом сами не разберём, где что.

Ринко замерла с мелком на полпути к асфальту, потом медленно опустила руку и хитро прищурилась:

- Ты хочешь быть главным по карте?

- Я хочу, чтобы было понятно, - спокойно ответил Юто. - Вот смотри: жёлтый - это вода. Только речка и озеро. Ни солнца, ни цветов. Только вода.

Он провёл чёткую жёлтую линию - ровную, без завитков.

- Синий, - продолжил он, беря следующий мелок, - это дороги и тропинки. Всё, по чему можно идти. От школы до нашего уголка, от магазина до дома Хару.

Тайзо хмыкнул, но уже не тянулся рисовать наугад, а слушал, будто запоминал инструкцию.

- А красный, - Юто чуть помедлил, будто взвешивал слово, - это границы. Где нельзя. Где опасно. Где вода может разлиться. Или где забор. Или просто: "сюда не ходи, тут чужой двор".

Ринко тихонько хихикнула, но не насмешливо, а так, будто ей вдруг стало спокойнее:

- То есть ты делаешь карту, как в том учебнике по безопасности, что нам показывали на уроке?

- Почти, - кивнул Юто. - Только тут мы сами её строим. И если все будут помнить цвета, никто не запутается. Даже если кто-то новенький придёт и спросит: "Где вы?", мы скажем: "У жёлтой речки, рядом с синим путём, но не заходи за красную линию".

Тайзо вдруг улыбнулся - широко, искренне, без подвоха:

- Знаешь, это... круто. Как будто у нас своя инструкция.

И он не стал спорить, не стал тянуть жёлтый мелок, чтобы нарисовать солнце. Вместо этого он аккуратно взял синий и провёл тонкую линию от края жёлтой полосы:

- Вот тут тропинка. Она петляет, но если идти по ней, точно придёшь к мостику.

Юто посмотрел на эту линию, чуть подправил её угол - совсем на миллиметр, чтобы стык лёг ровно, - и впервые не нахмурился от "творчества". Потому что теперь это было не просто рисование. Это была разметка.

Ринко, уже понимая правила, взяла жёлтый и дорисовала изгиб речки - но ровно по краю, не вылезая за пределы:

- А тут она делает поворот. И там, за поворотом, наш уголок.

Солнце садилось, и длинные тени от ив ложились прямо на их карту, будто добавляя ещё один слой разметки. Юто смотрел на три цвета, на чёткие границы и думал, что, может быть, мир и правда можно сделать понятным - если просто договориться, что значит каждый цвет.

- Хорошо, - тихо сказал он, когда карта стала похожа на схему, а не на каракули. - Теперь это карта. А не просто рисунок.

Ринко улыбнулась и подвинулась, освобождая ему место на тёплом от солнца камне:

- Значит, ты - главный инженер. Я - главный художник по изгибам. А Тайзо...

- А я, - быстро подхватил Тайзо, - главный по тропинкам. Знаю все дорожки, даже те, где никто не ходит.

Они сидели рядом, втроём, и смотрели на свою карту: жёлтая речка текла, синяя тропинка вела, красная линия держала границы. И в этом порядке Юто наконец-то чувствовал, что он не просто "другой", а тот, кто умеет делать так, чтобы всё сходилось.

Pov Ю.

Клубная комната пахла старой бумагой и чем-то сладким - Юми принесла пачку печенья, которое в магазине стояло "почти просрочено", но она всё равно купила: "Зато скидка пятьдесят процентов!"

На столе громоздились листы с заметками, миниатюры, мешочек с кубиками и открытый ноутбук, где в чате висело: "Ю, глава готова? Мы ждём!"

Ю, в своих очках с минус единицей, снова щурилась на экран, пытаясь поймать фокус без того, чтобы снимать и надевать их каждые две минуты.

- Тут вот фраза... "He had always been a half-blood". Я уже три раза переписывала. Хочется, чтобы звучало не как справка из учебника, а как будто сама магия шепчет.

Юми села рядом, подвинула к себе листок и тихо прочитала вслух:

- "В его жилах всегда текла смешанная кровь".

И вдруг улыбнулась:

- Знаешь, это звучит как заклинание. Как будто ты не просто переводишь, а накладываешь чары на слова.

Ю выдохнула, будто с плеч свалился камень:

- Спасибо. Я боялась, что это слишком пафосно.

- Не пафосно, - уверенно сказала Юми. - Это как наш паладин: он не кричит "я герой", он просто встаёт перед дверью и говорит "я держу". Вот и твои слова - они держат историю.

Ю наконец нажала "одобрить". В чате тут же посыпались: "Спасибо, Ю!", "Ты лучшая!", "Читаю!"

Ю чуть покраснела, но улыбнулась.

- Ладно, хватит работы. Пять минут на D&D. Ты будешь паладином, я - волшебницей, которая знает все заклинания.

Юми тут же схватила мешочек, встряхнула, высыпала кубики. Один покатился прямо к краю стола, и она ловко поймала его, как будто это был не кубик, а что-то очень важное.

- Договорились. Но если опять выпадет единица, я скажу, что это проклятие тёмного мага.

- Ага, - засмеялась Ю, - и я скажу, что перевела это проклятие неправильно.

***

В коридоре уже гасили свет, и только в комнате клуба ещё горел тёплый прямоугольник. Девочки шли по полутёмному коридору, Ю прижимала к груди папку с распечатками, а Юми болтала про новую идею для кампании - про город, где магия запрещена, и все заклинания надо прятать в обычных фразах.

- То есть как твой перевод, - вдруг поняла Юми.

- Точно! - Ю просияла. - Ты говоришь "я открою дверь", а на самом деле это "алохомора". Ты говоришь "пожалуйста, тише", а это "силенцио".

Юми кивнула, будто это всё объясняло:

- Значит, ты не просто слова меняешь. Ты даёшь людям способ пронести магию туда, где её быть не должно.

Ю сняла очки, протёрла их краем свитера, надела - и мир снова стал чётким.

- Иногда мне кажется, что если я хоть одну строчку сделаю неправильно, вся магия рассыплется.

Юми остановилась, посмотрела на неё серьёзно:

- Но ты не делаешь неправильно. И даже если вдруг сделаешь - я буду тут. Мы вместе поправим.

Ю улыбнулась, и на этот раз улыбка не была торопливой, не той, что прячут.

- Спасибо.

***

У них в клубе есть своя "карта кампании" на доске - и рядом с ней приклеена распечатка с цитатой из Поттера: "It does not do to dwell on dreams and forget to live". Ю её повесила, потому что боялась утонуть в переводах и забыть про всё остальное. А Юми дописала маркером снизу: "Но иногда мечты - это тоже жизнь. Особенно если ты делаешь их для других".

И когда кто-то из ребят спрашивает: "А зачем вообще столько возиться с переводом?", Ю просто кивает на эту надпись. И все понимают.

Свет лампы над столом стал каким-то особенно тёплым, будто сам клуб решил, что сегодня ему положено быть уютным. Все телефоны легли экраном вниз, ноутбуки закрылись, даже чат с переводами замолчал - на время. На столе остались только листы с характеристиками, миниатюры, мешочек с кубиками... и две коробочки с моти: одна с зелёным чаем (матча), другая - с красной фасолью. Юми притащила их после уроков: "Это не просто десерт. Это награда за спасение башни!"

Ю аккуратно сняла очки, протёрла их краем блузки, надела и посмотрела на свою карточку персонажа.

- Я готова. Моя волшебница сегодня не будет шептать заклинания вполголоса. Сегодня она кричит.

Юми, уже расставившая миниатюры так, будто это не фигурки, а настоящие союзники, подняла бровь:

- Ого. Это из-за того, что в прошлый раз паладин заслонил тебя от дракона, а ты сказала "спасибо" шёпотом?

- Нет, - Ю чуть улыбнулась. - Просто сегодня я хочу, чтобы было слышно.

Мастер игры, старшеклассник с толстыми очками и футболкой с драконом, постучал карандашом по столу:

- Итак, отряд на опушке. Перед вами - заброшенная сторожевая башня. В окнах мелькает свет, и ветер приносит запах гари. Что делаете?

Юми подвинула вперёд миниатюру своего рейнджера:

- Мой рейнджер уходит в тень. Он чувствует, что там кто-то есть - не просто стражник, а что-то... старое. Он подаёт знак остальным: "Тихо. Не выходите на открытое место".

Мастер кивнул, сделал пометку.

- Ю? Твоя волшебница?

Ю посмотрела на кубик, потом на Юми. Та едва заметно кивнула: мол, всё нормально, ты можешь.

- Моя волшебница достаёт жезл, - сказала Ю, и голос её звучал ровно, без дрожи. - И произносит заклинание света. Она хочет увидеть, что прячется в тенях.

Мастер улыбнулся:

- Хорошо. Ты создаёшь яркий шар, он взмывает вверх и замирает над башней. В его свете видно: на стене, высоко, стоит фигура в рваном плаще. И она смотрит прямо на тебя.

Ю сжала мешочек с кубиками.

- Тогда я бросаю на атаку. Огненный снаряд.

Она встряхнула мешочек и катнула кубик по столу. Он прокатился, подпрыгнул на уголке листа и замер.

- Двадцать, - тихо сказала Ю.

Юми тут же хлопнула ладонью по столу - негромко, но так, что все в клубе невольно улыбнулись.

- Да! Критический удар! Вселенная просто говорит: "Наконец-то ты крикнула!"

Мастер сделал пометку и кивнул:

- Огненный снаряд летит точно в цель. Пламя охватывает фигуру, плащ вспыхивает, и она срывается со стены... но не разбивается. В последний момент она растворяется в тени, оставляя после себя только запах озона и пепла.

- Она ушла, - сказал мастер, - но вернётся. И теперь она знает ваши лица.

В комнате на секунду стало тихо. Потом Юми подвинула к Ю коробочку с моти.

- Держи. Это "зелье восстановления морали". Мягкое, липкое, но работает безотказно.

Ю взяла моти с матча, осторожно откусила. Сладость красной фасоли и лёгкая горчинка матча на секунду сделали всё проще: башню, врага, даже собственные сомнения.

- Значит, башня теперь наша, - спокойно сказала Ю, глядя на миниатюры. - Мы заняли позицию. И мы знаем, что враг вернётся. Но теперь мы будем готовы.

Юми кивнула, расставляя фигурки так, чтобы они смотрели в разные стороны.

- Мой рейнджер займёт пост у входа. Он будет следить за тенями.

- А моя волшебница поставит сигнальные огни, - добавила Ю. - Пусть они будут не слишком яркими. Пусть просто напоминают: мы здесь. И мы не боимся кричать.

Мастер посмотрел на них, потом на свои заметки, и тихо сказал:

- Отлично. Отряд занял башню. Следующий ход - за тенями. Но пока у вас есть эта минута тишины.

***

Когда листы были убраны, миниатюры спрятаны в коробки, а кубики вернулись в бархатный мешочек, в клубе стало совсем тихо - только слышно, как кто-то шуршит фольгой, а кто-то наливает зелёный чай из термоса.

Ребята из клуба расселись прямо на полу, поджав ноги, и передавали друг другу коробочки с моти. Кто-то смеялся:

- Я так волновался, что мой паладин упадёт с лестницы, что чуть не уронил настоящий стакан!

Кто-то серьёзно кивал:

- Но он не упал. Потому что мы прикрывали.

Ю сидела, прислонившись спиной к шкафу, и держала в руках пластиковый стаканчик с зелёным чаем. Юми плюхнулась рядом, протянула ей моти с красной фасолью:

- Это трофейное. За критический удар.

- Спасибо, - улыбнулась Ю. - Но вообще... это был не только мой удар. Это был весь отряд.

- Ага, - кивнула Юми, откусывая моти и чуть морщась от сладости. - Но кубик-то выпал у тебя. Значит, сегодня ты - главная удача отряда.

Один из ребят поднял свой стаканчик:

- За башню. За то, что мы её взяли.

Все подхватили:

- За башню!

Ю тихо рассмеялась, и этот смех был таким же спокойным, как глоток зелёного чая.

- Знаешь, - сказала она Юми, когда все заговорили о следующей игре, о новых ловушках и о том, как лучше прятать рейнджера в тенях, - иногда мне кажется, что если я хоть одну строчку в переводе испорчу, весь Хогвартс рухнет.

Юми посмотрела на неё серьёзно, без шуток:

- Но ты не испортишь. А если вдруг покажется, что испортила - мы сядем, выпьем чаю, съедим по моти и поправим. Как сегодня: сначала спасли башню, потом сели и выдохнули.

Ю кивнула.

- И моти помогает.

- Конечно, - уверенно сказала Юми. - Это не просто сладость. Это официальное зелье "+2 к спокойствию и +1 к дружбе". Проверено.

И в этой минуте тишины было всё: остывший зелёный чай, мягкое моти, миниатюры в коробках, и две подруги, которые знали: пока они рядом, даже самая тёмная тень не сможет забрать у них этот вечер.