# Рон уизли и философский камень V2. глава 5-3

Аноним Горный-Цветок

Хоровое пение любимых песен. Поход в гостиную Грифиндора. Обустройство в спальне.

## Глава 5.3 Поход в спальни.


Я согрелся, размяк и ощутил, что у меня начинают слипаться глаза. Меня разморило от переедания. Десерт точно был лишним. Рядом со мной сонно моргал Гарри. Он тоже объелся. Только он уплетал фруктовые корзиночки. Чтобы не заснуть, мы вытаращили глаза и начали глазеть по сторонам, наконец уткнувшись взглядом в учительский стол.

Хагрид что-то пил из большого кубка, профессор МакГонагалл беседовала с профессором Дамблдором, а профессор Квиррелл, так и не снявший свой дурацкий тюрбан, разговаривал с незнакомым преподавателем с сальными черными волосами, крючковатым носом и желтоватой, болезненного цвета кожей. Видимо это и есть Снейп.

- Ой! - Гарри внезапно хлопнул себя ладонью по лбу. Шрам разболелся что ли?

- Что случилось? - поинтересовался Перси.

- Н-н-ничего, - с трудом выдавил из себя Гарри.

- А кто это там разговаривает с профессором Квирреллом? - спросил он у Перси.

- А, ты уже знаешь Квиррелла? Не удивляюсь, почему он такой нервный - занервничаешь тут, когда рядом сидит профессор Снейп. Он учит тому, как надо смешивать волшебные зелья, но говорят, что это ему совсем не по душе. Он хороший ученый, мастер зелий. А косорукие ученики его просто бесят. И что он в школе забыл? Все знают, что он хочет занять место профессора Квиррелла. Он большой специалист по Темным искусствам, этот Снейп. У него штук восемнадцать статей в международном вестнике зельеварения и около сорока в журнале Европейских Темных искусств.

Гарри какое-то время понаблюдал за Снейпом. Мне же было уже все не интересно. Я наелся и очень хотел спать.

Когда все насытились десертом, сладкое исчезло с тарелок, и профессор Дамблдор снова поднялся со своего трона. Все затихли.

- Хм-м-м! - громко прокашлялся Дамблдор. - Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать еще несколько слов. Прежде чем начнется семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом... Прогулки в лес за ингредиентами осуществляются только в присутствии нашего лесничего Хагрида.

А ведь в Запретном лесу растет очень много растительных ингредиентов, да и животных можно на составляющие пустить, если они тебя сами не прибьют конечно. Мне там курса до четвертого - пятого делать точно нечего. А по ночам туда вообще лучше не ходить. Поговаривают что в Запретном лесу живет стая оборотней.

Сияющие глаза Дамблдора на мгновение остановились на рыжих головах моих братьев. Хотя на опушку можно и сходить, там Хагрид неподалеку живет. Ничего опасного там быть не должно.

- По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. И тем более швыряться заклинаниями друг в друга. Для этого у старших курсов есть дуэльные комнаты. А теперь насчет тренировок по квиддичу - они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Хуч. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью.

Гарри рассмеялся, но таких весельчаков, как он, оказалось очень мало. Друг похоже не воспринял слова директора всерьез. Или это нервный смех у него? Так, не нравиться мне это. Жопой чую неприятности. Мои братья туда точно сунуться. И что нам делать потом - хоронить то что от них останется?

- Он ведь шутит? - пробормотал Гарри, повернувшись к Перси.

- Может быть, - ответил Перси, хмуро глядя на Дамблдора. - Это странно, потому что обычно он объясняет, почему нам нельзя ходить куда-либо. Например, про лес и так все понятно - там опасные звери, это всем известно. Близнецы даже как-то признались, что видели там маленького акромантула. А тут он должен был бы все объяснить, а он молчит. Думаю, он, по крайней мере, должен был посвятить в это нас, старост. - Перси тоже нервничает, глядя на близнецов. Хоть он и ворчит на нас, но семью он любит.

- А теперь давайте споем шатландские и уэльские песни. Начнем с My Bonnie Lies Over the Ocean.

Мы подхватили шотланскую местную народную песню. Братья рассказывали что её вообще часто поют на вечеринках в гостиной. Потом была Sosban Fach, валлийская народная песенка. Все живущие в Уэльской части волшебного мира с радостью начали её петь. Потом спели Loch Lomond, душевную шотландскую песню. Запевали шотландцы, а мы им подпевали. Потом снова валлийскую Yma o Hyd, cnfdie. Ставшую школьным гимном много веков назад, обожаю её.

Весь зал голосил популярный валиский напев.

"Ты не помнишь про Годрика, Салазара,

Про Кандиду и Хельгу - давних мастеров.

Сотни лет прошли, но пламя не угасло:

Мы храним заветы первых чародеев вновь.

Когда основатели подняли эти стены,

Чтоб укрыться от бурь и от чужих ветров,

Они верили: настанет день и час,

Когда их наследие продолжит каждый из нас!

Припев - К нам присоединились ученики из Шотландии и маглорожденые.

Мы всё ещё здесь,

Мы всё ещё здесь.

Несмотря на грозы и шторма,

Несмотря на тьму и холода,

Несмотря ни на что, всегда -

Мы всё ещё здесь!


Куплет 2

Ветер бьёт в витражи, и буря воет с гор,

Тени шепчут в коридорах, пугая новичков.

Но в Большом зале горит живой огонь,

И в наших сердцах - не страх, а свет веков.

Пусть шепчутся враги и строят козни вновь,

Пусть пророчат нам забвенье и конец без слов -

Мы не сдадимся, не отступим ни на шаг:

Школа - наш дом, и мы держим этот флаг!


Припев (повтор) - к детским голосам присоеднились голоса учителей.

Мы всё ещё здесь,

Мы всё ещё здесь.

Несмотря на грозы и шторма,

Несмотря на тьму и холода,

Несмотря ни на что, всегда -

Мы всё ещё здесь!


Куплет 3 - заключительный куплет пел весь зал хором.

Помним мы заветы, что нам оставили они:

Знанье, честь и смелость - вот что мы храним внутри.

Мы поклялись не гасить этот внутренний огонь,

Чтобы даже в самую тёмную ночь был виден он.

Не сломают нас ни проклятья, ни года,

Ни чужие страхи, ни чужая вражда.

Мы будем стоять, пока стоит этот зал,

Пока в коридорах слышен наш дружный крик: "Ура!"


Припев (финальный)

Мы всё ещё здесь,

Мы всё ещё здесь.

Несмотря на грозы и шторма,

Несмотря на тьму и холода,

Несмотря ни на что, всегда -

Мы всё ещё здесь!


Раздался детский смех и аплодисменты.

- О, музыка! - воскликнул Дамбодор, вытирая глаза: похоже, он прослезился от умиления. - Ее волшебство затмевает то, чем мы занимаемся здесь. А теперь спать. Рысью - марш!

Первокурсники грифиндорцы, возглавляемые моим братом, прошли мимо еще болтающих за своими столами старшекурсников, вышли из Большого зала и поднялись вверх по мраморной лестнице.

Мои ноги снова налились свинцом, только уже не от волнения, а от усталости и сытости. Я был очень сонным и совершено не обращал внимая на то, что люди, изображенные на развешанных в коридорах портретах, перешептываются между собой и показывают на первокурсников пальцами. И воспринял как само собой разумеющееся то, что Перси дважды проводил нас сквозь потайные двери - одна пряталась за раздвижными панелями, а вторая скрывалась за свисающим с потолка длинным гобеленом. Зевая и с трудом передвигая ноги, мы поднимались то по одной лестнице, то по другой. Я терпеливо ждал, когда же мы доберемся до цели и тут Перси вдруг остановился.

Я встряхнулся и насторожено замер. Потом снял с плеча Паршивца и спрятал его в карман.

Перед нами в воздухе плавали костыли. Как только Перси сделал шаг вперед, костыли угрожающе развернулись в его сторону и начали атаковать. Но они не ударяли, а останавливались в нескольких сантиметрах, как бы говоря, что он должен уйти.

- Это Пивз, наш полтергейст, - шепнул Перси, обернувшись к нам. А потом повысил голос: - Пивз, покажись!

Ответом ему послужил протяжный пердеж.

- Ты хочешь, чтобы я пошел к Кровавому Барону и рассказал ему, что здесь происходит?

Послышался хлопок, и в воздухе появился маленький человечек с неприятными черными глазками и большим ртом. Он висел, скрестив ноги, между полом и потолком, и делал вид, что опирается на костыли, которые ему явно не были нужны.

- О-о-о-о! - протянул он, злорадно хихикнув. - Маленькие первокурснички! Сейчас мы повеселимся.

Висевший в воздухе человечек вдруг спикировал на нас, и все дружно пригнули головы.

- Иди отсюда, Пивз, иначе Барон об этом узнает, я не шучу! И снова накостыляет тебе. - резким тоном произнес Перси.

Говорят кровавый барон муж дочери основательницы школы - Равенны. И он перед самоубийством поклялся основательницы защищать школу, раз уже не смог защитить её дочь.

Пивз высунул язык и исчез, уронив свои костыли на голову Невиллу. Похоже, специально выбрал самого безобидного из нас. Мы слышали, как он удаляется от нас, из вредности стуча чем-то по выставленным в коридоре рыцарским доспехам.

- Вам следует его остерегаться, - предупредил нас Перси, когда мы двинулись дальше. - Единственный, кто может контролировать его - это Кровавый Барон, а так Пивз не слушается даже нас, старост. Вот мы и пришли.

А кровавый барон помогает только слизеринцам. Класс. Ну что ж буду считать стычки с Пивзом тренировкой. Еще бы дорогу запомнить. Наконец-то мы пришли.

Мы стояли в конце коридора перед портретом очень толстой женщины в платье из розового шелка.

- Пароль? - строго спросила женщина.

- Капут драконис, - ответил Перси, и портрет отъехал в сторону, открыв круглую дыру в стене. Чарли бы прибил Перси за такой пароль, или это полная дама пароли устанавливает.

Все пробрались сквозь нее самостоятельно, только неуклюжего Невилла пришлось подталкивать. Круглая уютная Общая гостиная Гриффиндора была заставлена глубокими мягкими креслами.

Перси показал девочкам дверь в их спальню, мальчики вошли в другую дверь. Мы поднялись по винтовой лестнице, комната находилась в одной из башенок - и, наконец, оказались в спальне. Здесь стояли пять больших кроватей с пологами на четырех столбиках, закрытые темно-красными бархатными шторами. Постели уже были постелены. Все оказались слишком утомлены, чтобы еще о чем-то разговаривать, поэтому мы молча натянули свои пижамы и забрались на кровати. Я устроился рядом с кроватью Гарри. Тот выбрал кровать рядом с окном. Вот придурок, там же дуть зимой будет.

- Гарри может переляжешь? Зимой из окна дуть будет.

- Нет, я хочу чтобы окно было рядом. Люблю в окна смотреть.

- Ну ладно. Классно поели, правда? - пробормотал я, за тяжелыми шторами.

Недоуменно смотрю на Паршивца. Так, у тебя что снова зубы чешутся?

- Уйди отсюда, Паршивец! Представляешь, Гарри, он жует мои простыни!

Я залез в чемодан и достал собранные специально для Паршивца веточки и шарик из фольги обмотанный нитками - его любимую игрушку. Я когда показал его Перси, тот наложил на него бытовые чары, чтобы фольга слабо светилась в темноте и не гремела сильно. А еще старую коробку из под шоколадных лягушек и хлопковый старый носок из пары которого крысюк дома в моей комнате обустроил себе гнедо. Крыс сразу перестал грызть простынь и принялся за носок, потом жалобно пискнул обнюхивая мой пергамент. Я достал пару листов и протянул их паршивцу. Так, надо будет еще ему принести на прозапас.

Так щас пристрою ему коробочку в уголок комнаты. Я поискал уголок. Проклятье, комната же круглая и что делать? Я начал осматривать все что есть в комнате. Так от окна сквозит, я почему и хотел убрать Гарри подальше от него. Так а под кроватью? Блин, так пыльно. Нет не пойдет. О поставлю за сундуком и перед стеной в получившуюся нишу. Никто не заденет и крысюку будет уютно.

- Паршивец посмотри тебе уютно будет здесь гнездо сделать?

Крыс обошел коробку, потом схватил носок в зубы и потащил в коробку, потом вернулся за пергаментом.

- ну вот и ладно. Вот тебе еще палочка для зубов и любимая игрушка.