# The Shadow Stone. Книга 1. глава 12

Richard Baker

Казнь и побег из замка.

Отряд солдат в кольчугах протащил Аэрона через деревню к зияющей пасти замка. Они не причиняли ему никакого неудобства, жестоко избивая его, как будто он был сопротивляющимся берсерком. Поначалу Аэрон почти радовался их вниманию; каждый удар подтверждал его выход из мира теней и напоминал ему о реальности.

Стражники, не теряя времени, привели его к графу Раделю, в большой зал, обшитый дубовыми панелями. Зал был переполнен вооруженными людьми и вассалами Раделей, а также несколькими деревенскими вождями, у которых этим утром были дела к графу. Разговор затих, когда в комнату ввели Аэрона.

Форос Радель поднялся с высокого места, не скрывая удивления.

- Мориет! - заявил он с расслабленным лицом. Молодой лорд пополнел за два года, прошедшие с тех пор, как Аэрон видел его в последний раз; часть его с таким трудом приобретенных мускулов обвисла вокруг талии, а лицо, когда-то точеное и чистое, теперь казалось более румяным. Но сила его рук и жестокость в глазах остались, и широкая улыбка удовлетворения расплылась по его лицу, когда он медленно приблизился. - О, как я мечтал об этом моменте. Я целый месяц не мог видеть, прежде чем мой отец нашел священника, который смог снять с меня заклятие.

Аэрон выпрямился и спокойно встретил взгляд графа.

- Я сделал то, что должен был сделать. Ты бы убил Кестрел, если бы я не начал действовать. - Он поколебался, затем добавил: - Я не хотел, чтобы ты был моим врагом, Форос.

- Ты не хотел, чтобы я был твоим врагом? - Радель разразился резким смехом. - У Регоса до сих пор остался шрам, который ты оставил, когда распорол ему руку. Мирох, ты сжег заживо. Ты околдовал моих гвардейцев и ослепил меня! И теперь ты сожалеешь об этом?

Аэрон подождал, пока Радель перестанет смеяться. Знакомый или нет, Форос все равно не желал ему ничего хорошего. Он сдержал гневную реплику, старый шрам над левым ухом ныл, словно напоминая ему о том, с чего началась его вражда с молодым лордом. - Я всего лишь пыталась защитить себя и тех, кого люблю. Я не жалею, что спасла Эриале от внимания Мироха или помогла Кестрел сбежать из ваших подземелий, но я бы хотел, чтобы в этом никогда не было необходимости.

Радель моргнул. Он долго изучал Аэрона, прищурив глаза.

- Ты изменился, - сказал он наконец.

- Во мне почти не осталось сил для борьбы, - ответил Аэрон.

Молодой граф долго не сводил с него глаз, прежде чем перевести взгляд на стражников.

- Уведите его, - сказал он. - Он виновен в поднятии руки на лорда, подстрекательстве к мятежу, колдовстве и десятке других обвинений. Завтра утром его повесят.

- Одно одолжение, Радель? - сказал Аэрон.

Форос удивленно повернулся к нему.

- Ты хочешь попросить меня об одолжении? Ты с ума сошел?

- Прости Кестрел и Эриале. Ты арестовал их только для того, чтобы поймать меня.

- Помиловать их? Почему? Они мятежники и предатели, сбежавшие из моих подземелий!

- Теперь, когда я в твоей власти, отпусти их, - сказал Аэрон.

Форос нахмурился.

- Какая разница, помилую я их или нет? Они бежали из Мерхлина два года назад.

- Они никогда не делали ничего плохого, Форос. Неправильно, что они из-за меня оказались вне закона.

Граф взвесил слова Аэрона и неожиданно согласился.

- Очень хорошо. Кестрел и Эриале прощены, чего бы это ни стоило. - Он махнул рукой охранникам Аэрона, отпуская их. - Будьте осторожны с Мориетом. Он искусный колдун. Держите его руки связанными, а на голову наденьте капюшон. И я хочу, чтобы в его камере его круглосуточно охраняли двое мечников. Он больше не выйдет из моей темницы.

Стражники оттащили его в темницу замка. Они неохотно оставили ему немного еды, поэтому, прежде чем надеть капюшон на голову, Аэрон откусил кусок черствого черного хлеба и запил его холодной водой. После этого он почувствовал себя намного лучше, и к тому времени, когда закончил, он чувствовал себя просто уставшим, а не вымотанным до предела.

Аэрон даже не думал о побеге. Израсходовав всю свою магию, у него не было ни единого шанса против охранников, которых Радель приставила к нему. И даже если бы у него все еще оставалось немного магии, он не был уверен, что смог бы использовать Плетение, не прибегая к силе Камня Теней; даже ради спасения собственной жизни он не хотел этого делать. Так что Аэрон закрыл глаза и заснул без сновидений, все еще пытаясь прийти в себя после пережитого испытания.

Ближе к вечеру его разбудил охранник, ткнувший его ногой в ребра.

- К вам посетители, - сказал он.

Аэрон покачал головой, удивляясь, почему он ничего не видит, а затем вспомнил о капюшоне.

- Кто это? - спросил он.

- Аэрон? Это действительно ты? - Эриале опустилась на колени рядом с ним и крепко обняла его, ее голос дрожал от волнения. - Мы боялись, что больше никогда тебя не увидим!

- Да, парень. Где ты был? Мы отправили дюжину писем в колледж, но там ничего не знали о твоем местонахождении. - Сильные руки Кестрела сжали его плечи.

- Отойди от заключенного, - сказал один из охранников. - Граф приказал не вступать в контакт. - Сталь заскрежетала по коже, когда парень обнажил клинок, чтобы подчеркнуть свои слова.

Эриале неохотно отпустила его, и Кестрел убрал руки. Аэрон почувствовал, как они отступили на несколько шагов. Он снова потряс головой, пытаясь стряхнуть с себя паутину. - Какое сейчас время суток? Я спал.

- До полуночи еще около часа. Мы приехали так быстро, как только смогли, - сказала Кестрел.

Аэрон на мгновение задумался.

- Это в полудне езды от твоего нового дома. Как ты узнал, что я здесь?

- Ты помнишь Торика и Шиллу Голдшиф, - сказала Эриале. - Когда Торик услышал о твоем возвращении и о том, что граф простил отца и меня, он одолжил самую быструю лошадь в деревне и отправился в мое поместье. Я никогда в жизни не скакал так быстро.

- Я не думал, что ты рискнешь снова появиться в Мерхлине, - тихо сказал Аэрон. - Граф может отменить свое помилование. Он услышал тихое, сдавленное рыдание. - Эриале? С тобой все в порядке?

Последовала долгая пауза, прежде чем она ответила, и голос ее звучал напряженно.

- Да, я в порядке. Просто это несправедливо, что мы наконец-то снова тебя увидели, но завтра тебя должны повесить.

Впервые тяжесть приговора Фороса обрушилась на Аэрона. Возможно, это была обычная смерть по сравнению с тем, что случилось бы с ним в тени, но это все равно была смерть, до которой оставалось всего несколько часов. Аэрон забыл, каково это - быть беспомощным и слепым. С его магией он мог бы освободиться от пут десятком разных способов.

- Это лучше, чем то, что могло случиться со мной, - тихо сказал он.

- Что ты имеешь в виду, Аэрон? - спросила Кестрел.

Аэрон вздохнул.

- Думаю, сейчас это не имеет значения. - Он хотел рассказать им что-нибудь о своем опыте в колледже, объяснить, как он оказался в подземельях Раделя, но не мог заставить себя заговорить об этом. - Я многому научился в колледже и с головой ушел в учебу. Но терпение никогда не было моей сильной стороной, и я ввязался в опасные дела. Одно из моих заклинаний пошло не так, и вот я здесь. Думаю, мне повезло, что я пережил это испытание.

- Достаточно удачлив, чтобы угодить в темницу своего злейшего врага, - сухо заметила Кестрел. - Аэрон, что ты делаешь?

- Ладно, хватит, - рявкнул охранник. - Десять минут - это все, что я должен был вам дать, а вы и так получили гораздо больше. А теперь пошли. Возможно, вам разрешат попрощаться завтра утром.

Аэрон услышал шаркающие шаги, когда стражник проводил Кестрел и Эриале к двери. Внезапно он почувствовал себя таким маленьким и одиноким.

- Аэрон, мы можем что-нибудь сделать? - Позвала Эриале от двери камеры. - С кем-нибудь, с кем мы могли бы поговорить, чтобы отсрочить казнь? - Она всхлипнула. - Мы должны что-то сделать!

- Я сказал, хватит! - прорычал охранник.

Аэрон быстро соображал. В его голове была только одна надежда.

- Скажи Финегалу! - крикнул он.

- Где мы можем его найти? - Спросил Кестрел.

- Эриале может показать тебе. Сходи в разрушенную башню или в долину с водопадом... - Что-то тяжелое ударило его по голове и опрокинуло на пол. Даже с закрытыми глазами он видел извивающиеся фигуры из разноцветного света, а во рту почувствовал вкус крови. Он понял, что охранник ударил его.

- Это все от тебя! - огрызнулся охранник. - Продолжай болтать, и мы задержим твоих друзей здесь, чтобы убедиться, что они не причинят вреда. Так что давай, продолжай говорить, если хочешь. Хочешь еще что-нибудь сказать?

Аэрон придержал язык. Он слышал лязг дверей, голос Эриале, когда она спорила со стражниками, уводившими ее, резкие ответы других тюремщиков. Он надеялся, что солдаты позволят им уйти. Конечно, они могли бы бродить по Маэрчвуду неделями и не встретить никаких признаков Финегала, подумал он. Эльфийский лорд мог быть где угодно. А может, он и не хотел, чтобы его нашли. И даже если они найдут его, он, возможно, не захочет помогать, если это не будет означать вмешательства в дела людей. Аэрон попытался подавить растущую боль отчаяния в своем сердце, но потерпел неудачу. Он снова опустился на землю, молча склонив голову.

- хорошо. Я думал, ты попридержишь язык, волшебник. Гвардеец рассмеялся и принялся рассказывать красочные истории своему товарищу по дозору.

***

- Вставай, ты, кусок дерьма. Ты не опоздаешь на свое дежурство в мою смену. - Двое или трое мужчин подняли Аэрона на ноги и начали трясти его, чтобы разбудить. Он закашлялся и застонал. - Клянусь Асураном, я снова заснул! - пробормотал он. Он яростно боролся со своими путами в течение часа или больше после того, как Кестрел и Эриале ушли, но обнаружил, что его руки слишком крепко связаны. Он помнил, как в отчаянии сдался, думая о том, что предпринять дальше... А потом ничего. Он упустил свой шанс.

- Подождите, - сказал он, пытаясь упереться ногами в землю. - Разве я не получу последний обед? Апелляцию? Возможность поговорить со своими друзьями?

- Приказ графа. - Вы отправитесь в путь на рассвете, никаких посетителей, никаких обсуждений. А теперь перестань извиваться. Граф спустит с меня шкуру, если ты не свернешь себе шею с первыми лучами солнца. Охранник фыркнул. - У тебя сегодня не слишком удачный день, но нет причин, по которым мой день тоже должен быть несчастным.

Аэрон брыкался и топал ногами, извиваясь из стороны в сторону, но охранники только смеялись и усиливали хватку. Ему удалось высвободить одну руку, но кто-то сзади ударил его по затылку увесистой дубинкой. Он обнаружил, что лежит на земле, его нога касалась стены, а голова раскалывалась от боли. Он больше не сопротивлялся, когда стражники подняли его на ноги и поволокли по коридорам замка.

Они вытащили его во двор и сняли кожаный капюшон. Аэрон покачал головой и огляделся; ранний утренний воздух был прохладным и влажным, и после почти целого дня ношения капюшона на лице ощущалась свежесть. Свет был тусклым и розоватым, длинные тени косо ложились на открытый двор. Посмотреть собралась небольшая толпа; бросив быстрый взгляд, Аэрон увидел множество знакомых лиц. Охранники протащили его через двор к деревянному помосту с изогнутой перекладиной и единственной петлей. Ошеломленный стремительностью событий, он не оказал никакого сопротивления, когда они подняли его по коротким ступенькам и поместили под петлю, поставив на простую доску над квадратным отверстием в деревянном настиле. Рядом стоял палач в черном капюшоне с большой мотыгой, чтобы выбить доску у него из-под ног.

Пока стражники разбирались с его веревками, чтобы повесить, Аэрон оглядел двор. Большинство людей, наблюдавших за происходящим, были слуги и солдаты Радель, но несколько жителей деревни нервно переминались с ноги на ногу, наблюдая за приготовлениями.

- Теперь без фокусов, - прорычал один из мужчин рядом с ним, затягивая петлю на шее Аэрона.

Аэрон поморщился, но не сопротивлялся. Веревка врезалась ему в шею. Он снова оглядел двор, надеясь на чудесную отсрочку, и его взгляд упал на Кестрель и Эриале, наблюдавших за происходящим со спины. Лицо Эриале было залито слезами, а Кестрел выглядел так, словно мог сжечь стражников Аэрона одним лишь жаром своего гнева. Двое стражников стояли прямо за ними, им было приказано присматривать за его родственниками и следить за тем, чтобы они не вмешивались.

Люди, готовившие виселицу, закончили свою работу и отступили назад, ожидая. Короткая пауза затянулась в невыносимое ожидание, пока Аэрон ворочался и проверял свои путы. Волнение в толпе привлекло его внимание, и, подняв глаза, он увидел Фороса Раделя и его ближайших слуг, которые неторопливо входили во двор. Молодой граф остановился в нескольких футах от виселицы, глядя на Аэрона.

- Если он начнет произносить заклинание, заставьте его замолчать, - сказал он стражникам поблизости. Он обратился к Аэрону: - Какие будут последние слова?

Аэрон обдумывал страстную просьбу, но один взгляд в глаза Фороса сказал ему все, что ему нужно было знать. Раделя это не тронуло.

- Нет, - ответил он.

- Что ж, очень хорошо. - Форос начал жестикулировать в сторону ездового, когда пронзительный крик нарушил утреннюю тишину.

Эриале закричала и стала прокладывать себе путь сквозь небольшую толпу.

- Нет, мой господин! Я умоляю вас, не убивайте его! Он не хотел причинить вам никакого вреда. - Двое охранников Радель поймали ее за пять шагов до того, как она добралась до графа, и удержали, хотя она сопротивлялась с яростью дикой кошки. - нет!

Форос кивнул стражникам, и они оттащили ее назад.

- Сделайте это, - приказал он.

Краем глаза Аэрон увидел, как тот, кто владел кувалдой, поднял тяжелую дубинку и опустил ее вниз. От удара его ноги подкосились, и доска под ним, вращаясь, отлетела в сторону.

Он успел только вскрикнуть от удивления, прежде чем веревка туго затянулась, перекрыв ему доступ воздуха. Что-то хрустнуло у него в шее, и он тяжело рухнул на землю, ошеломленный и бездыханный. Он лежал на боку на холодной земле, его руки все еще были связаны за спиной, и в поле его зрения, выходившего во двор, внезапно появились стражники Раделя, которые кричали друг на друга.

- Ты, гребаный дурак! Веревка порвалась!

- Я проверил это дважды. Все было в порядке!

- Что ж, возьми еще одну веревку и на этот раз сделай все как надо.

Аэрон хотел откатиться назад и посмотреть, что там у него за спиной, но, похоже, забыл, как это делается. От пристального взгляда у него защипало в глазах, но он не мог закрыть их и не мог вычистить грязь изо рта. С холодным, болезненным ужасом он осознал, что не дышит. "Нет необходимости делать это снова", - подумал он. Веревка, должно быть, перерезала мне шею.

Двое стражников схватили его за руки и подняли на ноги, но он так и остался стоять, уставившись в землю. Голоса во дворе становились все тише, и казалось, что солнце скрылось за облаками, так как становилось совсем темно.

- ...думаю, он мертв.

- ...вот, смотри. Он мертв.

- ...наверное, при падении он сломал шею.

- Вот и врач. Это он?

- ...без сомнения. Уведите его.

На его лицо было накинуто тяжелое белое полотняное покрывало, и он смутно осознавал, что лежит, завернутый в саван. Он хотел возразить, но у него не было голоса, и он вообще не мог пошевелиться. Он собрал всю оставшуюся силу воли и попытался пошевелиться, но не мог сказать, удалось ему это или нет.

- ...Глаза Ассурана! Его рука двигалась!

- ...видел труп, идиот? Они так делают.

Его подняли и прислонили к скрипучему дереву, выпрямили и уложили поудобнее, а затем накинули на него еще одно одеяло. Мысленно он сорвал покрывало со своего лица, выбрался из тележки, позвал на помощь. Несмотря на охватившую его панику, его тело отказывалось двигаться. Его внимание привлек новый голос поблизости - Эриале.

Он услышал печаль в ее словах.

- Теперь мы можем забрать его домой?

- Мы похороним его на кладбище замка, если хочешь.

Кестрел:

- Нет. Мы положим его рядом с родителями.

- Тогда уведите его отсюда. Теперь это ваше дело.

Повозка двигалась и поскрипывала, катясь по изрытой колеями дороге. Аэрон оставил попытки избежать своего состояния и стал ждать в полной безнадежности. Значит, это была смерть? Сознание заключено в неподвижную оболочку? Как долго еще будет жить мысль, сколько времени пройдет, прежде чем та тусклая искра, что все еще горела внутри, сойдет с ума без всякой причины? Он молился о забвении, прежде чем это произошло.

- ...пока еще достаточно далеко?

- Продолжай идти. Они могут последовать за ним, просто чтобы убедиться.

Его снова передвинули, привязали к узкой доске и протащили довольно долго. Он не был уверен, но ему показалось, что он в лесу, потому что он чувствовал, как корни и ветки цепляются за сани, и ему показалось, что здесь прохладнее и темнее. Осторожные руки уложили его на холодную каменную поверхность, и он почувствовал, как с его тела снимают саваны. Наконец повязка с его глаз была снята.

Он смотрел вверх, на полог леса. Было еще раннее утро, и верхушки деревьев отливали золотом и оранжевым в лучах солнца. Эриале и Кестрел склонились над ним, растирая его конечности, на их лицах было написано беспокойство. Серебристый волкодав, тихо поскуливая, начал облизывать его лицо. Раздался смех нечеловеческого совершенства, и пес отошел в сторону. Финегал склонился над Аэроном, улыбнулся и произнес короткое слово, которое Аэрон когда-то знал.

- Встань, мой друг. Паралич должен постепенно проходить из твоего тела.

Приложив все усилия, Аэрону удалось моргнуть и вздрогнуть. Он попытался заговорить, но вместо этого только застонал.

- С ним все будет в порядке? - С тревогой спросила Эриале.

- Дай ему минутку, - ответил Финегал. - Заклинание, имитирующее смерть, медленно срабатывает, но он скоро должен быть с нами. - Он наклонился вперед и положил руку на лоб Аэрона. - Вернись, Аэрон. Ты не так мертв, как думаешь.

На этот раз Аэрону удалось вставить слово.

- Как...?

Эльфийский лорд ухмыльнулся.

- Я убедился, что веревка не выдержит твоего веса, но, конечно, они нашли бы другую и повесили тебя во второй раз. Итак, пока ты лежал оглушенный на земле, я сотворил заклинание, к которому до сегодняшнего дня никогда не прибегал, - смертельные чары.

Аэрон облизнул губы и обнаружил, что у него достаточно сил, чтобы приподняться на локтях.

- Они... они думали, что я мертв?

Кестрел фыркнул.

- Аэрон, я знал, чего ожидать, и я думал, что ты мертв. Радель и его приспешники празднуют, пока мы тут разговариваем, уверенные, что они избавили мир от последнего из Мориетов.

Аэрон вздохнул с облегчением и откинулся на землю. Теперь он узнал это место; это была та самая эльфийская башня, где они с Эриале впервые встретились с Финегалом.

- Я так понимаю, тебе удалось добраться до Финегала?

Эриале улыбнулась.

- На самом деле, мы нашли его здесь. Или, лучше сказать, он нашел нас. Кажется, он ожидал твоего возвращения. - Она схватила его за руки и подняла на ноги.

Аэрон обнял ее, а затем и Кестрель. Наконец он повернулся и пожал Финегалу руку в эльфийском приветствии.

- Спасибо. Я был бы мертв, если бы ты не помог.

- Возможно, мы расстались в гневе, Аэрон, но я не желаю, чтобы с тобой случилось что-то плохое. - Эльфийский маг кивнул Кестрел и Эриале. - Поблагодари и своих сородичей. Если бы они не разыскали меня, я, возможно, не прибыл бы вовремя, чтобы помочь.

Аэрон потянулся и потер плечи.

- Жаль, что ты не мог сообщить мне, чего ожидать. Я был уверен, что я мертв.

- У нас было мало времени, Аэрон, и я не мог рисковать, обнаруживая свое присутствие. Они бы убили тебя в твоей камере, если бы заподозрили, что я могу появиться.

- Где ты прятался? - Спросил Кестрел эльфа. - Я не видел никаких признаков твоего присутствия, совсем никаких.

Финегал улыбнулся.

- Я все время стоял рядом с тобой. Я был мельником.

Кестрел изумленно уставилась на него.

- Этот жирный старый скряга?

Эльф пожал плечами.

- За любым незнакомцем во дворе пристально наблюдали бы.

Аэрон долго молчал, обдумывая ход событий, пытаясь осознать, где он находится и что произошло.

- Послушай, - медленно произнес он, - я совершил несколько серьезных ошибок, принял несколько очень плохих решений. В колледже я был втянут в опасные интриги. А когда я ушел, то надолго застрял в темных и незнакомых местах. Несколько раз меня чуть не убили. Я... Я не знаю, действительно ли я сбежал от того, что ждало меня там, или нет.

Эриале побледнела от ужаса, а Кестрел заворчал и нервно заерзал. Финегал просто смотрел на Аэрона с непроницаемым лицом.

Аэрон продолжил.

- Я прикоснулся к камню тьмы, чему-то сильному и злому, во что невозможно поверить. Это оставило свой след в той части меня, которая когда-то владела магией. Чтобы спастись, мне пришлось отказаться от той силы, которая у меня была. Я... Я больше не могу владеть магией. - Когда он произносил эти слова, его голос дрогнул.

- Если это была цена, которую ты заплатил за свою жизнь, считай, что тебе повезло, - наконец сказала Кестрел. - Ты здесь и жив. За это стоит быть благодарным.

- Что ты теперь будешь делать, Аэрон? - Спросила Эриале. - Ты вернешься в колледж?

Аэрон вздрогнул.

- нет. Я не знаю, смогу ли я снова научиться владеть магией, и даже если бы я был уверен, что смогу, я не хочу возвращаться туда. - Он подумал об Орисее и его последователях, стоящих в черном сиянии Камня Теней. Город Кимбар был слишком близко к осколку. - Нет, я не хочу возвращаться. Что сделано, то сделано. Он посмотрел на Кестрел. - Может, тебе понадобится еще пара рабочих рук в Садене?

- Что ты предлагаешь? Чтобы он снова на долгие годы остался один? - Спросила Эриале с раздражением в голосе. - Куда бы он пошел? Что бы он делал?

- Он мог бы поехать со мной. - Эльфийский маг пожал плечами и посмотрел на Аэрона. - Я все еще хожу по Маэрчвуду, и лишь немногие люди отмечают мой путь. Ты можешь остаться здесь, Аэрон. Ты хорошо знаешь лес, и я был бы рад твоей компании.

- Но моя магия исчезла, - запротестовал Аэрон.

- Я думаю, время твоего ученичества давно прошло. Я спрашиваю тебя как друг, а не как твой учитель. - Финегал махнул рукой, указывая на зеленый и золотистый лес, оживленный ранней весной. - А если у тебя тяжело на сердце, я не знаю лучшего лекарства, чем весенний Маерчвуд.

Аэрон перевел взгляд с Кестрель и Эриале на Финегала и обратно.

- Если ты составишь мне компанию, я поеду с тобой, - сказал он. - Я смогу навестить свою семью?

- конечно. Просто постарайся какое-то время не показываться в доме Кестрель.

Он некоторое время обдумывал слова эльфа, а затем кивнул в знак согласия.

- Спасибо, Финегал.

Эльфийский лорд поднялся и жестом подозвал Байллега.

- Тогда давайте отправляться в путь. На мой взгляд, мы все еще слишком близко от Мерхлина, и нам нужно выкопать пустую могилу, прежде чем мы уйдем.