# Басни Посохова про творчество

Александр Николаевич Посохов

Басни Посохова про творчество


Москва

2026


Басня - один из самых древних и популярных литературных жанров. За рассказом с вымышленными персонажами скрываются, как правило, нравственные и общественные проблемы. В данный же сборник вошли басни, отражающие проблемы и иные аспекты творчества в различных сферах искусства - в живописи, музыке и литературе.


Глухарь-баснописец


Глухарь явился к Журавлю,

Тот был издателем, и говорит:

- Я басни Филина люблю

И знаю.

Но кто-то ж и сейчас творит.

Я тоже вот давно их сочиняю

И про лисиц, и про ворон.

- Зачем?

Ведь всё равно, как он,

Писать ты никогда не сможешь.

- И что ж?

- Ну как ты, глупый, не поймёшь.

Он эталон,

Известный всем.

Тебя с ним рядом не положишь.

Поэтому, глухой,

Лети домой.

Один великий баснописец есть

И хватит!

----------

Кстати,

Вчера у нас, в столице здесь,

Кого-то памятной доской прибило.

Правда, было.


* * *


Поэт и Аполлон


Сошёл однажды Аполлон на Землю

С инспекцией насчёт искусств.

Присел на лавочку, а сзади куст

Дурмана и росточек хмеля.

Обмяк и задремал немного бог,

Сказался аромат пьянящий.

И вдруг поэт, как будто настоящий,

Пристроился, подобно кораблю,

И тоже малость во хмелю.

А дальше краткий диалог.

Поэт:

"Я вас и творчество люблю.

Но не могу никак понять,

Свободный я поэт иль узник,

И что мне на Парнас с собою взять,

Кляп здоровенный иль подгузник?"

Аполлон:

"Купи себе тетрадь,

Засунь её в карман толстовки

И отправляйся в лес статьи писать

Про лесозаготовки".

Поэт:

"При чём здесь это!

Я ж не прозаик, а поэт".

Аполлон:

"Писать стихи не значит быть поэтом.

Невольник ты, коль воли нет

Дарить богам душевный свет,

Не думая про страхи и конфузы.

Уж лучше расскажи, как валят лес.

А на Парнас не лезь,

Там я и Музы".


* * *


Змея и лирик


Влюблённый лирик,

Идущий по дороге у гумна

И сочиняющий сонет,

Упал в кювет.

А вот сатирик

Шёл бы прямо, глядя на

Любые ямы и канавы возле,

А басню написал бы после

За кружкой пива

И за вазочкой с кешью.

Но лирик-то свалился на змею.

И нет в том никакого дива,

Что у змеи смертельный яд.

----------

Мораль сей басни наугад,

Другой пока что нету:

Когда ты пишешь у гумна сонеты

И даришь их любимой даме,

Но не той,

То можешь оказаться в яме

Со змеёй.


* * *


Строфа и рифма


Сидит поэт, сидит,

Не спит.

Пред ним тетрадный лист

И авторучка.

А за окном Луна и тучка,

Фонарь и мотылёк -

Пейзаж лирический.

Напряг он ум свой поэтический,

Да всё не впрок.

Остался лист тетрадный чист.

"Чего я зря сижу,

Ума не приложу?

Пойду-ка лучше в ванне полежу".

Водичка тёплая, журчащая,

Лафа!

А вот и рифма подходящая,

И первая строфа

О тучке, о Луне...

----------

Сия история, друзья, о том,

Что не рождается стих за столом.

Поэзия ума является обманной,

Душа творит, увы, лишь в ванной.

Ну, может быть, ещё во сне.


* * *


Дураки


Я, было, в зеркале увидя образ свой,

Тихохонько Крылова толк рукой:

"Смотрите, говорю, учитель мой,

Что это там за рожа с басней "Дураки"?

Я удавился бы с тоски,

Когда бы сочинил такую ахинею,

Ещё и в интернет бы вышел с нею.

А ведь, признайтесь, нынче есть

Из баснописцев дураков пять-шесть,

Я даже их могу по пальцам перечесть".

"Чем дураков считать трудиться,

Не лучше ль на себя оборотиться?"

Крылов мне отвечал.

Но сей совет лишь попусту пропал.

----------

Таких примеров много в мире,

Никто не любит узнавать себя в сатире.

Вот Климыч сочинил дурацкий стих,

Все говорят ему, стихи не пишут так.

А он кивает на Петра и на других:

Что, мол, не я ж один такой дурак.


* * *


Вертлявый писатель


Решив писателем вдруг стать,

Лохматый дед достал тетрадь

И сел за стол на кухне.

"Колени-то чего опухли?"

Погладил, помассировал, потёр.

Встал, форточку открыл.

Сел, взял авторучку,

Изобразил большую закорючку.

Встал, закурил.

"А что ж вначале написать,

Роман или рассказ?

Схожу-ка лучше я на двор,

Подумаю и причешусь как раз".

Вернулся, сел.

"А где-то у меня была халва?"

Встал, отыскал, поел.

И снова сел.

"Творить на сквозняке негоже!"

Встал, форточку закрыл,

Тулуп надел.

"А то чего-то мёрзну".

----------

Мораль сей басни такова:

Рождённый ёрзать,

Писать не может.


* * *


Памфлет и Притча


Случается -

Отправились в дорогу разом

Памфлет и Притча.

Памфлет орёт,

Клеймит, ругается,

Пугает всех сарказмом,

Издевается,

Упрёками наотмашь бьёт.

А Притча рядышком идёт

Задумчиво, прилично,

Поклоны раздаёт,

Подсказывает, учит, улыбается.

Год вместе шли, устал Памфлет,

Ни сил, ни голоса уж нет.

И говорит он, издыхая:

- Похоже, дальше мне никак.

- Ну что ж! -

Сказала Притча тут в ответ. -

Большую жизнь не проживёшь,

Всё время злясь, ворча и хая.

А у меня судьба иная -

На века.


* * *


Хоррор


Устала бабушка с внучком Егором,

Всё пристаёт к ней, что да как.

Пристал с вопросом тут, чудак,

Что означает слово хОррор?

А бабушка хитрющая была,

Пропела колыбельную и завела

Внучонка в сонную пещеру.

Кого ж там только не узрел Егор:

Шипящих тварей целый хор,

Кикимору, Бабу-Ягу, Химеру,

Дракона, чёрта с бородой,

Все чудища явились чередой

Пред спящим взором.


А через год Егору в первый класс.

Пришёл из школы он и выдал враз:

- Теперь я знаю, что такое хОррор!

----------

Бояться наяву важнее,

У жизни жанры пострашнее.


* * *


Срок жизни


У каждого срок жизни свой,

Судьба жестока.

----------

Морозным вечером домой

Шёл молодой поэт Гаврила,

Через лесок поближе было.

Вдруг в темноте протяжный вой

И страшные глаза за ёлкой.

"Волки!", -

Решил поэт и в снег зарылся

С головой...

А жаль,

Зря он в сосульку превратился:

Глаза - так это дом светился,

А вой - так это вьюга выла.

----------

Мораль:

Кто духом пал,

Тот и пропал,

До срока.


* * *


Колпачок и авторучка


Один известный журналист

Из пула президентского

Забыл в Кремле простую авторучку

Без колпачка.

И та, свободной став, исподтишка

На целый канцелярский лист

Такую наваляла кучку

Дерьма иноагентского,

Что журналиста бедного того

Из статусного пула

Будто сдуло.

----------

В Кремле не забывают ничего.

И ты не забывай, приятель, впредь

На авторучку колпачок надеть.


* * *


Две песни


В эфире, голосов обители,

Две песни встретились,

Вот как хотите вы.

И спрашивает гордо та,

Что целый день орёт с утра:

- Скажи, сестра,

А кто твои родители?

- Не знаю, право, - был ответ. -

Да их давно в живых уж нет.

- А кто ж тогда тебя поёт?

- Народ.

- Ну, вот!

Я так и знала наперёд,

Что на тебе покров из пыли.

- Зато, как видишь, не забыли

И здесь, на радио, меня.

- А без меня оно ни дня

Не может даже обернуться.

- Ты погоди, когда загнуться

Твои родители, а ты

В пылу эфирной суеты

Вдруг вместе с ними не схлопочешь.

Тогда и хвастайся, сколь хочешь.


* * *


Волк и цирковые собачки


Пышногривый Пекинес

И кудрявая Болонка

С весёлым лаем забежали в лес.

И видят, на лужайке, чуть в сторонке,

Худой, облезлый, старый Волк лежит.

- Вы кто такие? -

Говорит.

- Мы из Москвы,

Собачки цирковые.

А вы?

- А я издалека пришёл к столице,

Чтобы полегче прокормиться.

Но дичи никакой тут нет,

Одни заборы и дороги.

- А вы идите к нам, у нас порядок строгий:

Попрыгал, поскакал - обед,

Покувыркался - ужин.

- Такой порядок, мне не нужен!

Я лучше сдохну прямо здесь,

Чем буду бегать по арене.

----------

Ну не мораль, так просто мнение:

Не вытравить из волка честь,

Как из того, кто за прокорм покорно служит

На задних лапах вскок, поджав передние.


* * *


Признание


Едва

Смогли узнать друг друга два

Товарища - так сильно сдали.

- Пойдёшь?

- Пойдём.

Поковыляли.

Пришли, расположились, взяли.

И потекла живая речь.

- Однажды выложил я печь,

Такую печь, что до сих пор

Меня там помнят.

Да, Егор.

Работал я и печником.

- А что потом?

- Потом я был массовиком

Потехи ради.

- Вот не подумал бы, Аркадий.

- Потом с тоски преподавал,

Афиши в клубе рисовал,

Тайгу валил,

Дома рубил,

В кино работал,

Крыши крыл,

Китов ловил,

Баранов брил,

Огонь тушил,

Костюмы шил,

Играл в оркестре на трубе,

Таскал диваны на себе,

Был массажистом в финской бане,

Брал чаевые в ресторане,

Фотографировал,

Доил,

Полы паркетные стелил,

Потом работал в профсоюзе,

Потом выделывал на пузе

В каком-то цирке номера,

Давал и уголь на-гора.

Потом писать пришла пора.

- Да, необъятно как-то очень.

Но больше всё ты был рабочим.

А вот начальником ты был?

- Был я этим, правда, был.

В одном

Совете областном.

- А был ли ты парашютистом?

- Был.

- А журналистом?

- Был.

- А?..

- Был.

- Так кем же не был ты?

- Специалистом.


* * *


Богоявление


Давным-давно один ваятель

Старинный Бахуса приятель

Чего-то вылепил, как смог,

И всем сказал, что это бог.

Но видно было, что не тот

У образа сего живот,

И зад не тот, и рот,

И голова наоборот,

Не бог, короче, а урод.

Но восприимчивый народ

И на такого стал молиться,

К перстам холодным так и льнёт.

И вдруг сам Бог сошёл на Землю,

И что он видит - люди внемлют

Какой-то пьяной небылице.

Его ж никто не узнаёт,

Ни по лицу, ни по одежде.

И прежде,

Чем он представиться хотел,

В него булыжник полетел.

Прижавши нимб, задравши тогу,

Бежать пришлось живому Богу...


* * *


Редактор и Трактор


Какой-то работящий Трактор за весну

Вспахать задумал целину.

Чтоб взращивать на ней полезную культуру.

Не для себя, конечно, для людей.

Но не учёл он ту натуру,

Которую имел Редактор

Всех местных земледельческих работ.

И вот

Стоит на поле Трактор

И получает от начальства нагоняй:

- Всё, отпахал, ретивый, на себя пеняй,

Не надо было лезть, куда не просят.

Одни проблемы от твоих идей.

Согласен, каждого заносит,

Ну в грязь, ну в яму, ну в кювет.

Тебя ж в бурьян зачем-то потащило.

Ума в тебе, как видно, никакого нет.

Зато в две сотни лошадей

Есть необузданная сила.

Так я её убавлю быстро.

Солью бензин и ни канистры

Ты не получишь больше впредь.

И после этих слов Редактор

Сливную крышку стал вертеть.

Взревел на то мгновенно Трактор

И резко двинулся вперёд,

Вскрывая землю крупными пластами...

----------

Великий наш чиновник-господин,

Коль ты имеешь властный чин,

Напутствуй, помогай, учи.

А не чини препятствий доброй силе.

Иначе, что б ни говорили,

Рискуешь, как Редактор тот,

Попасть под Трактор вместе с сорняками.


* * *


Конфуз


Пёс пудель Бим

Был страсть любим

В среде ценителей от Бога.

Он рисовал давно и много,

Имел и звания и фонд.

Им восторгался весь бомонд

В Москве, в Париже, в Праге, в Риме.

В энциклопедии о Биме

Была аж целая статья.

Житья

Такого псам другим

Желал от сердца славный Бим.

И тут-то с ним,

Уже седым,

Конфуз обидный приключился.

Та баня, где он раньше мылся,

За подворотнею как раз,

Его поддела на заказ.

Примерно год художник бился

С идеей, с красками, с собой.

И в результате получился

Пейзаж с болонкой, как живой.

Повесили картину в бане.

А через день несут назад.

- Клиенты наши говорят:

"Давайте даму в крупном плане.

Не полубоком, а с хвоста.

И чтобы шерсть не так густа..."

----------

Идея басни сей проста:

Работа для таких судей

Не стоит никаких идей.


* * *


Поэт и придурок


Художника обидеть может каждый.

Но не поэта -

Стихи его страшнее лома,

Нет против них приёма!

----------

Однажды,

Летом,

У окна

Меж лестничных площадок

Многоквартирного жилого дома

Один мужик сказал

Другому:

- Курилка тут запрещена,

Не надо нарушать порядок.

Иди на улицу, сосед.

А тот в ответ:

- Иди ты на...

Но не пошёл туда поэт,

А кисть да краску взял

И на двери курильщика намалевал:

"Он бросил в подъезде окурок

И сплюнул во след по-блатному.

Поскольку с рожденья придурок,

Схвативший не ту хромосому".


* * *


Алиса, спой за соловья!


И вновь черёмухи цветут,

А соловьи уж не поют

В Москве и в Подмосковье.

----------

Здоровье

Чудесных птичек

Здесь абсолютно ни при чём.

Проблема в том,

Что не для кого петь.

Нет ласточек-сестричек,

Скворцов, дроздов, щеглов, синичек,

Клестов, зарянок, зябликов, чижей,

Весёлых взбалмошных стрижей

И даже хищников пернатых,

Которые враз улететь

Давно, оказывается, спелись.

Воробушки куда-то делись.

Лишь дятлы не меняют рубежей,

Пока полно дубов щербатых,

Домыкивающих свой тяжкий век.

А что же человек?

А он, печальный, в кабинете

Припомнил встречу у ручья

И молится на нейросети:

- Алиса, спой за соловья!

----------

Мораль такая тут друзья:

Мертва без мира Божьего Земля,

Исчезнет всё, и вы, и я.


* * *


Плохой танцор


Есть в мире пауки,

Которые танцуют перед самкой.

Отплясывает воздыхатель и не знает,

Что, если танец даме не понравиться,

То исполнителя она съедает.

Но не таков был наш паук,

Попавший случаем в края чужие.

Ему выпендриваться было не с руки

Перед какой-то там заморской дамкой,

Скакать, кривляться, кланяться.

И он поведал ей без лишних мук,

Что планы у него большие,

Что из-за них танцор он никакой,

Учиться некогда и бесполезно,

Зато мужчина он лихой,

Дай бог остаться ей самой живой...

Жива осталась паучиха и довольна.

----------

Совет я всё равно тут дам:

Веди себя, мой друг, достойно.

В одном чего-то где-то там мешает,

В другом оно же возвышает.

А вот каким танцором был Адам,

Мне неизвестно.


* * *


Поэт и Боты


Себя давно

Свободной птицей представляя,

В окно

Смотрел поэт,

Ворон считая.

Уж много лет

Он не имел другой работы.

Боты

Сушились тут же на окне.

И говорят они вдруг тихо, сухо:

"Не птица ты, поэт, а муха.

Летаешь с нею наравне,

От койки и окна - к буфету,

А от буфета - к туалету".


* * *


Дед Мороз и Фея


Поспорили у Мавзолея

Дед Мороз и Фея,

Кто главный всё ж из них,

Волшебников таких?

- Я чудо всем дарю.

- А я подарки раздаю.

- Я приношу удачу.

- А я на Новый год чудачу.

- Я просьбы исполняю.

- А я природу охраняю.

- Я всех могу от хвори исцелить.

- А я пургу могу враз усмирить.

- А у меня корона классная.

- А у меня костюм атласный.

И вдруг на площадь Красную,

Услышав сей дуэт,

Сам Президент явился.

- В хороших сказках главных нет! -

Сказал и удалился.

----------

Мораль в сей басенке проста,

Как суть текущего момента:

Не спорить надо иногда,

А слушать Президента.


* * *


Хау ду ю ду


В семье московских старичков беда:

Жена чужой язык на курсах изучает

И русский позабыла навсегда.

Дед за предательство её ругает,

А бабка ничего не понимает

И только "хау ду ю ду" твердит в ответ

Иль "ай донт си" красиво изрекает.

----------

Мораль в сей басенке такая:

Чужих словечек полон свет,

Но без своих и Родины как будто нет.


* * *


Душа и Закон


Заспорили Душа с Законом,

Кто ж всё-таки главнее для людей?

Душа звенела колокольным звоном,

Закон кивал на право и судей.

Не сговорились

И за решением к Всевышнему явились.

Послушал их Творец и говорит:

- Вот было б так, что всё цветёт, а не горит,

То главною была бы ты, родная.

Но на Земле одна война, потом другая.

Поэтому там главным должен быть Закон,

И не иначе.

Когда духовного единства в мире нет,

Душа почти что ничего не значит.

----------

И я хочу сказать, хоть я не Он,

Примерно то же:

С враждой людской весь божий свет

Совсем не божий.


* * *