# Новогоднее

Владимир Прудков

Худощавый подросток девяти лет, дождавшись темноты, перелез через каменный забор и направился к двухэтажному особняку. Прячась в кустах, он бросил камешек в большое окно, задёрнутое шторами. Ни звука в ответ. Не сработала сигнализация, не включилось освещение.

"Никого нет", - решил парнишка и вышел из кустов. Теперь задача - как пробраться вовнутрь. Пустое брюхо урчанием одобрило его помысел. Проникнуть вовнутрь оказалось просто. Да, парадный вход заперт, дверь внушительная, плечом не вышибешь. Зато на втором этаже - балкон, стеклянная дверь и большое окно с приоткрытой форточкой. Забраться на рядом растущую березу, спрыгнуть оттуда на балкон ему-то, лёгкому, ловкому, - плёвое дело. А просунуть руку в форточку и нажать на шпингалет, открывающий окно, ещё проще.

И вот уже он в большой, красиво убранной комнате. Довольно светло, в окно заглядывает луна. Впрочем, можно свет включить и почувствовать себя, хоть ненадолго, хозяином. Тепло, в прихожей чуть слышно работает настенный газовый котел. Первым делом - на кухню, она прямо по коридору.

О! Большой белоснежный холодильник. Жаль, на полках пусто, только небольшая стеклянная баночка. Внутри видны продолговатые ягоды, надпись на этикетке - "Маслины с косточкой" Что за хрень? Он не знал. Во! Банка со сгущенкой. Это уже что-то. Он увидел на столешнице острый в окончании нож, проткнул им жесть и присосался. Уф, хорошо пошла.

Удовлетворив первый позыв голода, обшарил взглядом другие полки: к сгущёнке потребовался хлеб, чтобы в попе не слиплось. Сдобная булочка в белой хлебнице, сильно засохла. Наверно, хозяева давно сюда не заглядывали. Ну, сгодится. Зубы у него крепкие, только два впереди отсутствовали - выбили в драке.

Насытившись, он перешел в большую комнату, захватив с собой банку с маслинами. Плоский телевизор на стене, напротив диван, шкаф с книгами, рядом с диваном низкий столик.

Слева закрытый шкафчик, а в нём красивая бутылка со светлым вином, блестящие бокалы. Наливай и пей, закусывай ягодами. Только надо быть осторожным. Парень припомнил свой первый залёт. Было дело в родной деревне, ночью он забрался через задний вход в магазин, поел мятных пряников и запил красным вином из большой бутылки. И так расслабился, что заснул в подсобке на кушетке. Снились ему приятные сны, покуда не разбудила его злая тетка, владелица магазина, следом явился участковый...

Нет, от греха подальше - лучше вино не трогать и уходить, пока хозяева не явились. Однако на улице холод, неприятно подвывает ветер, а сытое брюхо просит тепла и уюта. В конце концов, можно и погодить. Парень плюхнулся на диван и продолжил пиршество. Открыл банку, выудил пальцами маслину. Не ахти ягода, горьковатая - не то, что сладкие вишни в бывшем дедушкином саду.

Рядом, на столике, лежала раскрытая на середине книга. Ха, должно быть, хозяин - культурный мужик, коли книги читает. Парень включил настольную лампу, взял книгу и стал читать на раскрытой странице. Читал он медленно, чуть ли не по слогам, водя по строчкам пальцем. Все-таки практики чтения у него было недостаточно.

Ванька Жуков, девятилетний мальчик, отданный три месяца тому назад в ученье к сапожнику Алёхину, в ночь под Рождество не ложился спать...

Он удивился. Сильно удивился. Кто-то написал про него. Да, он тоже Ванька Жуков, правда, в учение его никто не отдавал, сапожника Алёхина он не знал, не было такого в их деревне. Был художник Ираклий, приезжавший из города навестить свою тетку. Но в ученики он не брал. Обычно просил: "Ваня, а ну-ка, загрунтуй мне холст".

Он продолжил чтение. И дальше находил сходство с собой, хотя его дедушку звали не Макаром, а Захаром. Впрочем, больше о родственниках книжного Ваньки ничего не сообщалось. Но нетрудно догадаться, наверно, он был сиротой или брошенным ребенком. Не книжный Ванька вздохнул. Потому что и это совпадало. Отца он не знал и не помнил, а мать сильно бухала, жалуясь на тяготы жизни. У неё отказала печень, дедушка Захар похоронил её в гробу, который вообще-то сделал для себя. После чего, не имея на случай смерти домовины, прожил ещё три года.

А вот интересно, кто был этот дедушка Макар? В книжке не рассказывалось. А дедушка Захар был и плотник, и столяр - на все руки мастер, работал всю жизнь с малых лет, но рабочего стажу не имел, так как был человеком бесшабашным и всю жизнь ездил по шабашкам. Поэтому пенсию получал маленькую. Однажды пошел на почту за очередной пенсией и вернулся пустым. Сказал, что уже сняли. А кто снял? Неизвестно кто, сказал дедушка. А как жить будем? Да проживём, картошка есть; вот жаль маслица её заправить нет. Вот тогда-то, не спросив совета у дедушки, Ванька и полез в магазин - за растительным маслом.

Перелистнул страницу. О, а тут уже совсем про другое. Про девочку, которой очень хочется спать.

Бывают минуты, когда хочется, ни на что не глядя, повалиться на пол и спать. День проходит. Глядя, как темнеют окна, Варька сжимает себе деревенеющие виски и улыбается, сама не зная чего ради. Вечерняя мгла ласкает ее слипающиеся глаза и обещает ей скорый, крепкий сон.

Ванька Жуков почувствовал, что и он, как неизвестная ему Варька, очень хочет спать. Но он держал в памяти свой первый налёт и бодрился, щипал себя за мочку уха. То закрывая глаза, то открывая их вновь, читал, как Варька боролась со сном и не поборола этого искушения. Написано было очень искусно, завораживающе, и Ванька тоже уснул.

И не видел, не слышал, как к дому подъехала черная машина, из нее вышел мужчина и вошел в дом, волоча пахнущую снегом и хвоей елку.

Парнишка вскочил. Опять попался! Ну нет, надо бежать! Только куда? Опять через балкон? Не удалось. Мужчина оказался проворным и схватил его за руку.

- Постой! Ты кто?

- Я Ванька.

- Какой Ванька?

- Жуков.

- А что ты тут делал? - продолжал допытываться мужчина.

- Да вот... книгу читал, - признался парнишка. - Про самого себя.

Признаться было легко, тем более что это было чистой правдой. В комнату вбежала девчушка с румяными щёчками. В белой шубке и розовой шапочке, руки в варежках.

- Ой, а кто это у нас? - удивленно спросила она.

- Это гость, Ваня Жуков, - нравоучительно сказал мужчина. - Он читал книгу. Не в пример тебе, Маринка. Тебя не заставишь. А вот он, попав к нам в гости, прежде всего, стал читать Чехова. Весьма приличный молодой человек.

- А он теперь с нами будет жить? - ещё спросила Маринка.

- Ну, я за него решить не могу. Место-то конечно, есть. Но захочет ли?

- Ваня, ты будешь с нами жить? - не отступала девчонка.

- Буду, если возьмёте, - согласился Ванька Жуков. - "До лета можно будет здесь перекантоваться". Этого он, конечно, вслух не сказал.

- На фигурках умеешь кататься? - продолжала щебетать девчушка.

- Не-ет, не пробовал.

- Ну, я научу тебя фуэте крутить, - пообещала она. - А что ты умеешь?

- Пилить, строгать, грунтовать холст, ну ещё снег чистить.

Девчушка сбросила варежки и захлопала в ладоши.

- Папа, он нам сгодится!

- Погоди, - сказал мужчина. - А родители твои что скажут?

- Нету у меня родителей, - ответил Ванька. - Дедушка Захар был и тот помер.

- А почему ты не в детдоме? - продолжал допытываться мужчина.

- Ну, вот ещё! Век воли не видать, - фыркнул парень.

Мужчина поморщился, услышав жаргонный ответ. Парнишка-то приблатнённый оказался, наверняка с неблагоприятным прошлым.

- Хм, надо подумать, - осторожно сказал он. - Это не так просто.

- Да что думать! - нетерпеливо сказала девчушка. - Мама мне обещала братика в магазине игрушек купить, а сама упылила с дядей Борей на остров Бали и забила на своё обещание.

Мужчина помрачнел. Да, его женушка улетела на Бали с продюсером Кайгородовым - отдохнуть, набраться впечатлений под знойным южным небом. "Как же так? - растерянно сказал он, когда она объявила о своем намерении. "Не беспокойся, милый, - ответила она. - У нас с Борисом чисто производственные отношения".

А дочь, милое создание, предоставленное самой себе, не слабее этого мальчугана-бродяжки, нахваталась где-то жаргонных словечек. Предупреждала ж его благовоспитанная мама: "Сынок, не женись на молодой". Нет, ослушался. Маринка теребила папу, ожидая ответа, и парнишка тоже застыл в ожидании.

- Ладно, дети, уговорили. После праздников займусь, - пообещал им. - А пока давайте елку наряжать. До Нового года осталось совсем немного.

В итоге, в ночь под Новый год у беспризорного Ваньки Жукова благодаря настойчивости девочки Марины, появилась новая семья. И вышло совсем не по-книжному, не по Чехову, где мальчика Ваню, когда он чистил селедку, хозяйка отхлестала ейной мордой по его лицу.