# 9. El Condor Pasa

Рябцев Андрей

МОЛЧАНИЕ КОНДОРА


Пока наш лендровер наматывал на колеса шоссе, Вольф крутя настройку приемника, поймал местную станцию.

- Кондор пролетел. - выдохнул он вместе с сигарным дымом .

Я взглянул наверх.

- Фокс, так называется песня.

Но в белом расплавленном небе действительно висел кондор. Над пустыней Наска это не редкость.

- Кондор раскинул крылья, и удивляется - неужели все это его? Птицы большие собственники, - распространялся Вольф. - Стоит им подняться в небо, тут же пытаются охватить его руками и присвоить.

Романтик чертов! Когда он так говорит, хочется его придушить или проломить череп кувалдой. Когда-нибудь я так и сделаю. Думаете, случайно вожу с собой молоток в чемодане? Жаль что чемодан в багажнике.

- Вольф, нам надо на минуту остановиться.

- Знаю, Фокси, ты хочешь достать молоток. Нет. Лучше полюбуйся ландшафтом.

Тоже мне - любитель ландшафтного дизайна. Вокруг пустыня, плоская, как сковорода и воздух дрожит над дорогой. Справа Тихий океан, слева какой-то поселок, на горизонте - горы. И всё.

Впрочем, нет. Какой-то псих впереди выруливает на джипе кренделя. Он съехал с шоссе и кружит по равнине.

- Алкоголик. - заметил я.

- На себя посмотри. - буркнул шеф.

Джип замер. Было видно, что водитель не двигается, уткнувшись мордой в баранку.

- Подъедем, взглянем. - проворчал Вольф.

- Ни за что! Вы только что намекали, что в моем так сказать , лице можно увидеть всех алкоголиков мира. Так что неччо ехать , все пьянчуги на одну морду. Заплатите и смотрите.

Босс к тому времени уже съезжал с шоссе. Нас тряхнуло и тут меня осенило:

- Шеф, да вы же незаконнорожденный! Вы мне все мозги растрясли! Вот зараза! - Впрочем, последнее относилось уже не к шефу. На руле джипа, упав грудью, лежал крупный медведь гризли. С темени его на приборную доску стекала кровь.

Я выскочил из машины и откинув его голову, прощупал сквозь шерсть на шее сонную артерию. Она не пульсировала. Я попытался приподнять медведя, чтобы добраться до сердца.

- Босс, вы так и будете сторожить свою машину? Помогите перевернуть тело!

- И не подумаю. У него ранение несовместимое с жизнью. Достаточно и твоих отпечатков лап, чтобы полиция нашла убийцу.

- Шеф, а сколько мне дадут за двойное убийство?!

- Я и отсюда вижу, что у него череп пробит от темечка до шейных позвонков. Удивительно, как он при этом еще умудрялся вести машину.

- Шеф, посмотрите.

Пола куртки отогнулась и на солнце блеснула шерифская звезда.

- Шериф.

- Маршалл. - уточнил Вольф.

- Шеф, мотаем отсюда. Ничего себе посёлочек! Если здесь убивают маршаллов и шерифов, то уж простым зверям и подавно там неччо делать!

- Наша репутация детективов пострадает.

- Щас! Наша шкура детективов пострадает.

- Если хочешь, можешь выйти из машины.

- В пустыне то? Босс, мне надо по крайней мере вооружиться. Вы знаете, какой я трус. Мое оружие лежит в багажнике. Сейчас я его достану и мы...

- Я понял ход твоих мыслей. Ты достанешь молоток, шандарахнешь меня от души по черепу, сядешь за руль и отвезешь в Лиму. За оружием пойду я сам.

Вольф вышел из машины и, открыв багажник, ушел в него с головой.

- Фокс, зачем ты взял с собой надувного крокодила?

- Для приманки, босс. Дайте мне зелёную сумку.

- Волки - дальтоники.

- Значит, для вас она синяя.

- Ага. Тяжелая.

- Поскольку я страшный трус, то хочу обвешаться оружием, перед тем, как меня изрешетят бандитские пули. Может, хотя б одна от пистолета отскочит.

Один револьвер я спрятал за спиной, прикрыв отворотом куртки, другой повесил подмышкой, чтоб не бросался в глаза, третий спрятал за голенище сапога, ну и всем остальным нашлись места.

- Если не боитесь бандитов, то побойтесь хотя бы меня, я, когда мне страшно, палю во все стороны с закрытыми глазами. Еще прострелю ваши гениальные мозги, босс!

Босс в это время увлеченно копался в мозгах у медведя шомполом от ружья.

- Три свежих царапины, Фокс.

- Где, на извилинах?! Не удивлюсь, - вы бы там еще кочергой пошурудилли.

- На борту машины.

- Машине повезло больше, чем бедняге.

- Возможно, она просто из более крепкого материала. Поехали, Рауди.

- Пора, - наши похороны без нас не начнутся.

Но Вольф уже выжал акселератор и поселок начал стремительно приближаться. По мне бы, - одну хорошенькую бомбу на этот притон и мы успеем в Лиму к обеду.

"Эль Карасон. Население 127 душ" - гласила надпись на транспаранте у въезда в поселок.

- Шеф, остановите. - я вышел из машины и переправил число 127 на 126.

- Можешь исправить обратно на семерку. Маршалл был приезжим.

- Но мы же ведь убьем здесь кого-нибудь, правда, шеф?

- Договорились. И перестань разговаривать , как выходец из Гарлемского гетто. Где подцепил заразу?

- Я сожрал негра.

- И где ты его выкопал?

- Это были консервы. Ба-альшой цинковый гроб на кладбище.

- Какой ужас. Если ты не перестанешь разговаривать в такой манере, я устрою тебе промывание желудка. - пообещал Вольф сбавляя скорость.

Эль Карасон приближался, являя нам очарование посёлков в стиле Дикого Запада. Пыльная центральная улица безлюдна.

- Промывание мозгов - вот что надо устроить. Вам, остаткам ваших дурацких , совершенно безмозглых мозгов. Были бы мозги пояснее, мы бы сюда не свернули. Укокошат, к человеческой матери.

Я пронаблюдал, как какой-то пьяный койот мочился на ступеньки конторы шерифа.

- Здесь не уважают закон.

Вольф кивнул.

- Если закона нет здесь, то правда обитает там где выпивка. - и он развернул джип.

- Законы бывают разные, босс. - напомнил я. - Например, закон джунглей.

- Закон сообщающихся сосудов. Действует, когда из бутылок перетекает жидкость.

- Образование великая вещь! .- восхитился я. - Буду вспоминать ваши слова, когда вас прикончат. Как собаку.

Мы подрулили к бару с вывеской "БАРСУК".

- Шеф, судя по названию, приличные дамы в это бар не ходят.

Деревянную колонну подпирал серьёзно выпивший баран.

Мы вошли внутрь.

За стойкой стояла барвуман - лама. Над стойкой висело чучело барсука в натуральную величину.

- Буэнос диос! Прекрасное чучело. - сказал я ламе. - Из-за него бар так называется?

Барменша кивнула.

- Да, по имени бывшего владельца заведения. Это его чучело.

Я посмотрел в её большие серые глаза с невероятно длинными густыми ресницами и потерял ощущение реальности.

- Возьми себя в лапы. - тихо сказал Вольф. - Это просто лама.

- Да, босс, я ламаист. Есть такая религия.

Босс обратился к барменше:

- Мы хотели бы обед на двоих.

- Будете отбивную баранину с чилли?

Вольф кивнул.

- Пеппе! - крикнула она в зал. - Приведи на кухню этого пьяного барана с крыльца.

- Шеф, - тихо сказал я. - Сейчас его отобьют и зажарят. Мы попали в притон.

С некоторым опозданием, я осмотрел зал. Он был наполнен койотами. Слишком много нетрезвых койотов, чтобы чувствовать себя спокойно.

- Текилу? - спросила лама.

- За рулём. - буркнул Вольф.

- Настоящий мачо пьёт за рулём.

- Настоящий мачо сам решает, когда пить.

Какой-то койот провел мимо нас полупьяного барана и втолкнул на кухню.

- Это Лопес, наш повар.

Я без энтузиазма взглянул на койота.

- Не тот. - спокойно сказала лама. - Наш повар - этот тупой баран. Но готовить - мастер.

Мы устроились за стойкой.

- Здесь пахнет жареным . - сказал я.

- Угу. - буркнул Вольф. - С кухни несёт.

- Босс, да вы совсем нюх потеряли! Бар переполнен настоящими убийцами.

- Спокойствие Фокси. Самая частая причина убийств в наш век - это пищевой инстинкт. А волчатину и лисятину никто не ест.

- Да, зато из нас чучела сделают.

- Как противно пахнет гринго! - услышали мы сзади резкий тонкий голос.

Пришлось обернуться. На нас нагло вылупился полупьяный койот с порванным уголком пасти. За ним стояло ещё двое, с незначительными повреждениями.

- Вам не нравится одеколон "Харлей - Дэвидсон"? - сдержанно поинтересовался Вольф.

- Чего-чего? - и оскорбленные койоты ринулись на Вольфа. Все трое.

Я выдернул из под себя табурет и, один из койотов с ним столкнулся. Вольф же вообще, только чуть отклонился в сторону, в результате чего, - первый койот вписался головой в стойку бара, а второй получил по кончику носа, что, как известно, самое болезненное место у псовых. Носопострадавший громко взвыл и выскочил на улицу.

Дюжина койотов поднялась на задние лапы и зарычала.

Ну вот. Я засунул лапы за отвороты пиджака, где висело оружие, а Вольф положил лапу на пояс.

- Что происходит?! - тявкнул кто-то в дверях. Толпа притихла.

В дверях стоял рыжего окраса шакал невпечатляющих размеров. К жилету была приколота шерифская звезда. Взгляд его остановился на двух койотах валявшихся у стойки.

- Самооборона. - спокойно сказала Лама.

Я взглянул на неё с благодарностью.

- А где же Торрес?

- Ещё не явился. - Лама протирала стаканы.

Шериф подошёл к стойке и свирепо на нас уставился.

- Ваш джип стоит у входа?

Вольф кивнул.

- Вы арестованы за убийство маршалла Родригеса.

- Чушь!

- Следы на песке ясно показывают, что ваш джип подъезжал к его машине.

- Конечно подъезжал, мы это и не скрываем. Мы завернули в ваш посёлок, чтобы сообщить , что обнаружили тело.

- И поэтому подъехали не к конторе шерифа, а заглянули в бар, чтобы пропустить стаканчик? И я должен этому верить? Вы арестованы.

- Что нам грозит, если вину докажут?

- Вас повесят на доску почёта возле конторы шерифа.

- Видите, шеф, у них удивительно мягкое и справедливое наказание. Нравы Дикого Запада. Стенд "Наши Лучшие Стрелки". Как предупредительные дорожные знаки. Чтобы все знали и были осторожней. У меня есть с собой моё фото.

- Только нам ни к чему фото. - усмехнулся шериф . - Нам надо мыло и верёвку. Мы вешаем самих нарушителей.


Мне показалось, что Вольф сейчас пройдется насчёт конторы шерифа и скульптуры "писающего мальчика", но этой сцене не суждено было разыграться.

- Они не убивали маршалла. - раздался грустный голос из дверей. В проёме появилась новая фигура. Свет падал со стороны улицы и, поэтому мы видели только чёрный силуэт, шляпу и тени двух револьверов по бокам. Незнакомец повернул голову и мы увидели орлиный профиль. Настоящий гаучо. Он спустился по ступенькам вниз и подошёл к стойке. Кондор.

- Я видел, как машина альгвасила Родригеса выехала из посёлка. Она петляла. Гринго подъехали к машине гризли, когда она остановилась.

Кондор обратил немигающий взгляд на Ламу.

- Мате и солёную рыбу.

- Соль тебя погубит. - буркнул Шакал- шериф. - Но они могли выстрелить и, когда машина остановилась.

- Гринго не стреляли. - Кондор клюнул из чашки с горячим чаеподобным напитком, повернувшись спиной к койотам.

- Ладно. Сделаем вскрытие. А вы, гринго, должны остаться в посёлке до окончания следствия... Доктор пьян?

- Как всегда. - ответила лама.

Шакал подошёл к спящему за столом еноту и растолкав, увёл с собой. В зале снова зашумели.

- Спасибо. - негромко сказал Вольф кондору.

Тот молча кивнул.

Прихватив жаркое, мы переместились за свободный стол в глубине зала,

- Вы видели, какие у неё глаза?! - я хотел обменяться с Вольфом впечатлениями.

- Меня бы больше интересовали её ноги, Фокс.

- Босс, вы - сексуальный маньяк.

- Нет, сексуальный маньяк, как известно, - это ты. А меня как волка больше должно было бы интересовать, сколько мяса в её ногах и какого оно качества если зажарить.

- Тьфу! Платонический садист.

- А то, что у тебя в голове - это скотоложество.

- То, что вы называете скотоложеством - на самом деле расовая терпимость. Тем не менее, я не заходил даже в мыслях так глуб... так далеко.

- Извращенец. Знаешь, откуда появился сифилис? Ещё когда Колумб не открыл Америку, индейцы пасли стада лам в горах и месяцами обходились без женщин.

- О, ужас!

- И вот тогда они и занимались тем, что пришло в твою голову.

- Они приглашали их на чашечку кофе?

- Нет, на пучок сена! А во влагалище у лам нормальная микрофлора включает в себя трепонему паллидум, - это микроб , который является возбудителем сифилиса, если ты не в курсе. Сами ламы сифилисом не болеют, но его переносят.

- Какая несправедливость! Это называется сексуальный терроризм. Но это всё сказки, чтобы пугать маленьких детей.

Волк пожал плечами и пожевал кусок мяса.

- Моё дело предупредить.

К нашему столику подошла Лама и принесла две тыквенные чашки мате - напитка, родственного нашему чаю.

- Как вам жаркое?

- Оно великолепно! - восхитился Вольф.

- К моему ужасу, мне кажется, что оно из настоящей баранины. - высказал я сомнение.

- Так и есть. У нас здесь неподалёку одна из ферм, где разводят безмозглых баранов.

- Кошмар.

- На самом деле, безмозглых. В вашей стране это редкость и стоит дорого, а у нас намного дешевле. Разрешено законом.

- И много баранов в стаде?

- О , я не интересовалась, сеньор. Скажу только, что какой-то там зоотехник их размножает от баранов, которые не поддались мутации и остались животными.

- Какая прелесть!. Вы сняли тяжесть с моей совести. - заверил я.

- И переложила в ваш желудок.

- Скажите, - спросил Вольф. - А не могли бы вы передать тому кабальеро за стойкой приглашение присоединиться к нашему столу? И если он даст согласие, не найдётся ли у вас бутылочки хорошего белого вина, для рыбы. которую так любит этот сеньор?

- Я передам. Но он может отказаться. Эль Кондор страшно горд. - Лама улыбнулась, - А вот если вы меня пригласите за свой стол, я бы не отказалась выпить с сеньорами чашку кофе. Особенно ближе к закрытию, когда у меня будет меньше работы.

Лама улыбалась персонально мне.

- Для нас это большая честь, сеньора, - поспешил ответить я, - Но у нас к несчастью, деловой разговор с этим зубастым сеньором.

Лама улыбнулась

- Жаль. - и, повернувшись, ушла к стойке.

- Прошла любовь? - поинтересовался Вольф.

- Катитесь вы к свиньям! - попросил я.

- То-то же.

Лама в это время переговорила с Эль Кондором.

Тот повернулся, взял чашку с тарелкой и, с достоинством идальго , приблизился к нашему столу.

- Благодарю за приглашение.

Кондор опустился на предложенный стул.

- Прекрасный день, не правда ли, сеньор? - обратился Вольф к кондору на испанском.

- Си. Да. Солнечный день. - ответил он по-английски. - Кажется, второй сеньор не говорит по-испански?

- Очень любезно с вашей стороны. - поблагодарил я. - А то Вольф обо мне бы и не вспомнил. Шпарил бы на испанском.

Кондор забавно повернул голову в профиль, чтобы посмотреть на меня круглым глазом

Подошла лама и принесла открытую бутылку вина и три фужера. Разлила его по бокалам, строя мне глазки. Вот, верблюжья морда!

- А это вам от меня, сеньор, Лис. - Лама поставила передо мной запотевший высокий стакан с оранжевым коктейлем, в котором плавали кубики льда и лимон.

- Грациес, сеньора вербл... э.. Лама, а что это такое?

- Фирменный коктейль. Бед-Ламос. Текила, водка, апельсиновый сок, сок мескалито, лимон, лё-од.

Я выпил за её здоровье.

Кондор потягивал вино через соломку.

- Чем вы занимаетесь, сеньор Эль Кондор? - спросил Вольф.

- Наблюдаю сверху за безмозглыми баранами. Вы - приятное исключение.

- Вы философ?

- Нет, сеньор, я пастух. Я имею в виду стада натуральных баранов.

- Вот как?

Брови Вольфа изогнулись дугой и поползли вверх. Я схватил газету и попытался их прихлопнуть. Попробовал отодрать - не получилось. Брови перепрыгнули на стол и поползли по нему. Я действовал быстро и решительно: я шандарахнул кулаком по столешнице, - они перепрыгнули на дощатый пол и поползли по направлению к стойке. Там я их настиг и принялся топтать каблуками.

- Может быть включить аккомпанемент? - услышал я женский голос и поднял глаза. Из-за стойки на меня глядели огромные ламовитые глаза с длинными, как птичьи крылья ресницами.

- Ага. - сказал я и, подняв глаза, увидел как в бар с улицы пытается въехать самый настоящий паровоз старомодного образца, с паром, который валил изо всех дырок.

- А ну катись обратно! - заорал я и схватив вилку, попытался выпустить из него пар. Паровоз издал сиплый удивлённый гудок, я дёрнул его за стоп- кран, потом ударил табуреткой, чтобы он не гудел. Паровоз сошел с рельс и завалился на бок, крутя колёсами. Меня кто-то подхватил сзади и оттащил в сторону, потом окатил водой и я на какое-то время выключился.

Когда я пришёл в себя, я сидел на веранде бара с мокрым полотенцем на лбу. На небе уже взошла огромная серебряная Луна. Рядом сидела Лама и прикладывала к полотенцу лёд.

- Ничего себе пойло. - сказал я.

- Извините. - сказала Лама. - Я забыла предупредить, что сок из кактуса мескалито немного вызывает галлюцинации. Я не думала, что у вас будет так ярко.

- Ярко?

- Но мне понравилось. Сначала вы пытались отодрать брови у своего товарища, потом ловили что-то на полу. Затем стали отбивать чечётку. Как раз в этот момент появился на пороге Торрес - гроза здешних мест, наш бык вышибала. Вы обозвали его паровозом и сначала пробовали отодрать у него рог, а потом, когда он заревел от злости, двинули его по носу табуретом и он скопытился.

- Ой, как стыдно! Насмерть?

- Как же. Его убьешь. Лежит в баре, в себя приходит. На здешних это произвело большое впечатление, - еще никому не удавалось свалить с ног Торреса. Теперь вы - герой.

В её голосе послышалась насмешка.

- Как говорили, назывался ваш коктейль? Бедлам? Как правильно - Bad Lamos или Bed Lamos ? По английски это звучит как Плохая Лама или В Постели С Ламой.

- Хотели бы оказаться со мной в постели, сеньор? Выпейте лучше вот это. - она протянула мне стакан.

- Вы думаете, что это лучше?

- Лучше чем оказаться со мной в постели? Вряд ли. Но выпить стоит. Это нейтрализует действие мескалито. Хотя гадость страшная.

Я хлебнул нечто с запахом нашатырного спирта и встряхнулся.

- Нормально. Ещё есть?

- Достаточно. Пойдёмте-ка, я провожу вас к столу.

Вольф сидел с Кондором и о чём-то спорил по испански.

В углу откачивали огромного, размером с паровоз быка. На паровоз была натянута полосатая рубашка и необъятных размеров штаны с подтяжками шириной с Панамериканское шоссе. Передо мной все сразу расступились и начали разговаривать в пол-голоса. Я подошёл к Вольфу.

- Прошу прощения. - сказал я. - Я был не в себе.

- Ничего, бывает. - кивнул Кондор. - Мы тут беседовали об испаноязычной поэзии..

Он поднялся на ноги.

- Мне пора. Жалко, что вы не можете летать как мы, птицы. Сверху видно то, что не разглядишь вблизи. Например, рисунки в пустыне. Адиос, сеньоры.

Он удалился.

- Шеф, вы видели у него револьверы на боку? А как он стреляет - жмёт на курки перьями?

- У него есть по три пальца на каждом крыле.

- Да ну? Я думал, мне померещилось после коктейля. Неужели пересадка органов добралась и в этот уголок?

- Меня это тоже удивило.

Когда произошёл генетический взрыв, звери приобрели интеллект и голосовые связки, но вот руку - как тонко развитый инструмент, неведомому создателю генетической революции сотворить не удалось. За редким исключением, когда животным делали операцию. В случае с пернатыми - им вживляли пальцы в крылья, наподобие белки - летяги. Потом поддерживали инъекцией стволовых клеток и - инструмент готов.

А что касается оружия, то оно стало переделываться специально под звериные лапы - курки были без защитного ободка.

Рядом появилась Лама.

- Я слышала, вам придётся остаться на ночь, сеньоры. Я вам посоветую переночевать в старом пансионе. Ещё человеческом пансионе, созданном когда-то для человеческих туристов, которые приезжали чтобы посмотреть эти огромные рисунки в пустыне. Я дам ключ. Вам это не будет ничего стоить.

- Почему? - спросил Вольф.

- Вы мои гости. - она протянула брелок.


Мы закатили джип во двор трёхэтажного пансионата и выбрали себе по комнате на третьем этаже. Пробирались мы в полумраке, освещая дорогу свечами. В холле мы обнаружили много человеческого. Всякое барахло - акваланги, велосипеды, огромный воздушный змей. Свалка та ещё.

- Что будем делать в данной ситуации, босс? У вас есть план?

- Да. Назовём его план Дельта. Завтра узнаешь. Спокойной ночи.

Мы с Вольфом разошлись по одноместным комнатам, когда в мою дверь тихо постучали.

- Вольф, в шахматы на ночь я не играю. Ложитесь спать.

Дверь отворилась и на пороге показалась Лама. Она стояла, прислонившись к косяку, и держала, так сказать, на одной из передних ног керосиновый фонарь. Свет причудливо играл в её волнистой шерсти.

Она вошла и поставила на постель сумку, натренированными копытцами барменши ловко извлекла из неё бутылки текилы, лимонного сока и стаканы.

- На правах хозяйки. - сказала она, садясь на постель. Поставила стаканы на прикроватный столик и разлила текилу, смешав с лимонным соком.

- Я вижу, что тебе нравлюсь.

- Вы правы, сеньора... - осторожно начал я.

- Ну а после текилы я покажусь тебе ещё красивей.

Глаза с длинными ресницами заглянули глубоко внутрь меня.

- Ты немного нервничаешь. Это пройдёт.

- Конечно, пройдёт когда-нибудь.

- Выпей.

- Я сегодня и так...

- Я могу потребовать. На правах хозяйки.

- О, кей . - я опрокинул стакан.

Она разлеглась поверх покрывала.

- А вы, э... Не замужем? - спросил я.

- Здесь нет настоящих мужчин. А Торрес не давал никому ко мне приблизиться. Но после того, как ты его завалил, я знаю, кто настоящий герой.

- Вы хорошо информированы.

Я сидел на другом конце кровати. Она была двуспальной, что придавало двусмысленность разговору.

- Я первый раз в жизни вижу рыжего лиса. Красный цвет - это знак страсти. Я это сразу поняла, как только увидела тебя. И как только, ты взглянул на меня, у меня сделалось тепло в крови. Я поняла, что ты можешь окунуться в страсть с головой, не думая о последствиях.

- О каких это последствиях?

- В самом деле, амиго, никаких последствий. Можно не бояться и не применять разные досадные смешные штучки. Разность видов имеет свои плюсы. Правда?

- Конечно, правда. - сказал я неуверенно.

Что ей сказать? Не фиг было таращить на неё глаза.

- Конечно. Только ты должна знать, что у меня парацератериум.

- Что?

- Это редкая болезнь. Не очень заразная, может пронести.

- В чём выражается?

- Я же сказал, может пронести. Понос. Снижение либидо. Периодически, ночное недержание.

- Что такое либидо?

- Сексуальное влечение.

- А-а. Н-да. Ситуация.

- Пока ещё нет.

- Пожалуй, я пойду. Ты не обижайся, амиго, но снижение либидо меня ужасает, просто не смогу спать. Допей текилу один. Буэнос ночес, амиго.

Когда она ушла, я запер дверь на ключ, расстелил постель и, прикрыв лапами глаза, окунулся в сон.


Утром меня разбудил топот ног на крыше.

- Вольф!

На крыше как будто что-то оборвалось и стихло. Я натянул на себя джинсы и, ругаясь, выбрался на крышу, Вольфа там уже не было

. Наверное, навернулся с крыши. Наконец-то и на нашей крыше праздник. Я подошёл к краю и заглянул вниз, ожидая увидеть мокрое место. Но не тут то было.

Во дворе стоял Шакал и, прижав ладонь к глазам, наблюдал небо. Я тоже поднял глаза к верху. Высоко в небе, набирая высоту, парил Нигро Вольф. Он был похож на чучело птицы с длинными ногами. Вольф летел на дельтаплане.

Шакал сел в свою машину и укатил. А я впрыгнул в джип и доехал до "Барсука".

Заведение было пусто, только Лама стояла за стойкой. При виде меня на её губах появилась лёгкая, говорящая о превосходстве улыбка. Она молча поставила передо мной кофе и тарелку с буррито, блинчиками с острой начинкой.

- Как спалось? - улыбнулась она.

- Без вас - ужасно.

- Спасибо. Люблю мужчин, которые дружат с головой.

Я проглотил одну чашку кофе почти залпом.

Она вставила в автомат ещё одну чашку и приготовила кофе ристретто.

Она улыбнулась. - Тех, кто не станут связываться с переносчицами Трепонемы Паллидум.

Лисы не краснеют, потому что рыжие.

- У вас прекрасный слух.

- Чёрный волк гринго морочил вам голову. То, что он говорил, - неправда. Я не переносчица болезней. Так же, как и вы не можете быть переносчиком парацератериума. Я посмотрела в словаре, что это такое.

- И что?

- Один из видов динозавров.

- Ужас.

- Меня забавляет вас дразнить. Считаю себя отомщенной.

Я бросил взгляд в проём дверей, где, как картинка в телевизоре, появился бодро передвигающийся в нашу сторону Нигро Вольф.

- Вот он, окрылённый наш.

Вольф вошёл и остановился, давая глазам привыкнуть к полумраку. Он помахал лапой.

- Доброе утро, мисс Лама.

Он подошёл к стойке.

- Это было чудесно. Земля с высоты птичьего полёта удивительна. Я видел те самые рисунки в пустыне, о которых говорил Кондор. Представь, Фокс, сотни лет назад индейцы начертили на каменистом грунте рисунки, которые можно увидеть только с высоты птичьего полёта!

- Удивительно. - вежливо, но без энтузиазма я его поддержал.

- Линии в сотни метров, рисунки птиц, обезьян, пауков!

- А каким образом, позвольте спросить, они сами ими могли любоваться?

- Они летали, это очевидно!

- На дельтапланах? Я слышал, это рисунки для пришельцев.

- Пришельцы, это мы, Фокс.

- Мисс Лама, а ему вы ничего в выпивку не подмешивали?

Вольф пропустил моё замечание мимо стоящих торчком ушей.

- Рисунки животных, Фокс, и ни одного рисунка человека! Это подтверждает мою теорию о том, что ещё до людей существовала цивилизация животных! Разумных птиц!

- Температурку померили, шеф?

- Я хочу показать тебе Мачу-Пикчу, Фокс.

- Если это больно, то лучше не надо. В прошлый раз вы показывали мне места зимовки раков.

- Это древний индейский город в горах Перу. Стены его построены из огромных глыб природного камня и между камнями ни одной щели.

- Я рад.

- Без всякого раствора. Между камнями и лезвия ножа не просунуть!

- Да вы маньяк, шеф. На фига вам пихать туда лезвие?

- А на камнях нет следов обработки, - ни обтёсывания, ни шлифовки. Как думаешь, чем они этого добивались?

- Не могу знать, сэр!

- По легенде, людям помогали строить город птицы.

- Конечно птицы. Вы правы, как никогда. Они камни подтаскивали.

Народ потихоньку подтягивался.

- Чем живут все эти типы? - задал я вопрос Ламе.

Та пожала плечами.

- Сама задумывалась, где они берут деньги. Мне кажется, что наш шериф им за что-то платит.

Появился вышибала Торрес, он прошёл , бросив на меня косой взгляд и расположился на диване в углу.

Появился Кондор, заказал рыбу и мате, устроился в другом углу и принялся торопливо клевать свой завтрак .

В дверях появился шериф Шакал. В сопровождении двух койотов.

Вольф невозмутимо пододвинул к себе мою чашку и сделал глоток. При том, ещё и подпихнул меня в бок локтём.

- Эй, полегче!. - проворчал я, отодвигаясь. Мама мне говорила, чтоб я держался от психов подальше. Лучше поздно, чем никогда.

- Приготовь оружие. - не разжимая клыков, прошептал Вольф.

Шакал кивнул нам.

- Уезжайте, гринго. Я нашёл убийцу.

- Вот как. - отхлебнул кофе Вольф. - Могу я спросить, кто это, если не мы?

- Спросить можете, а получить ответ - нет. - Шакал покровительственно усмехнулся несколько напряжённой улыбкой. - Ладно. Скоро это станет известно всем... Вскрытие показало, что череп медведя был проломлен мелким камушком.

- Что это должен быть за камушек, чтобы пробить кость? - удивленно крякнул Вольф.

- Пущенным с очень большой силой.... Или с очень большой высоты. Очень метко.

Кондор перестал клевать.

- Говорят, что кондоры с высоты сто метров камнем разбивают яйцо страуса... что с вашим приятелем, сеньор Вольф?

- Убивается из-за страуса.

- Бедный, бедный страус. - пробубнил я, снимая ботинки.

Я увидел, что Вольф отогнул полу пиджака. Где-то прожужжала муха.

Кондор поднял голову. Кондор медленно поднялся. Повернув голову в профиль, он смотрел на шерифа и двух его койотов. Те смотрели на него.

Около полудюжины койотов в зале держали лапы на револьверах. Я покосился на Вольфа.

Лапа Шакала лежала на рукояти его револьвера. Крылья кондора с крючками пальцев прикрывали две рукояти.

У Кондора будет один шанс прорваться к двери - если он уложит шерифа с первого выстрела. А там, если повезёт, - свободен, как птица.

Пауза затянулась. Вестерн.

Шакал её нарушил:

- Ты должен бросить пистолеты.

Кто-то кашлянул. Шакал выхватил револьвер. Кондор - два.

. Время изменило свои свойства и пошло толчками

Кондор выстрелил из обоих револьверов, держа их под прямым друг к другу углом, в Шакала и койота, Два койота вскинули оружие, целя в меня и Вольфа. Шакал выстрелил, выстрелили оба койота, несколько койотов похватались за оружие, Вольф начал стрелять в сторонников шерифа. Один из его помощников свалился, Шакала откинуло назад и он пальнул в потолок, Вольф стрелял, укрывшись за опрокинутым столом, я выхватил всё своё оружие и открыл огонь по македонски - из четырёх пистолетов - с двух передних лап и с двух задних, по четырём направлениям.

Шакал откатился за дверь и стрелял снаружи, держась одной лапой за бок.

Очень скоро в помещении из-за дыма ничего не стало видно и количество выстрелов уменьшилось. Кто-то махал белым платком и всеми это было воспринято, как знак перемирия. Оказалось, что это пьяный енот отгонял от себя дым, но дело было сделано.

Когда дым рассеялся, не досчитались двух третей койотов. Шакал сидел на ступеньках крыльца, Кондор держал револьвер, прижав его дуло к шерифскому лбу.

- Вы кажется, стреляли о том, что я убил камнем Родригеса.? - переспросил Эль Кондор. - Я его не убивал. Но мне было видно, кто убил...

Прогремело ещё два выстрела.

Пуля из револьвера Торреса пролетела над головой кондора. Вольф опередил его на долю секунды. Бык развернулся в сторону Вольфа и сделал шаг, потом с грохотом рухнул мордой на дощатый пол. Выходное отверстие от пули на затылке было больше, чем входное на лбу.

- Следует ли мне объяснять, что Гризли Родригес был убит Торресом? - спросил Вольф.

Шакал покосился на Вольфа. Револьвер Кондора по прежнему упирался в его лоб. Я направил все четыре револьвера на койотов. Правда, их оставалось пятеро, но они не торопились сыграть на выбывание.

Шакал бросил грустный взгляд на тело быка и спросил:

- Кто вам это сказал?

- Гризли.

Шериф испытующе смотрел на Вольфа. Я миролюбиво начал забивать в револьверы новые патроны.

- Умеете вызывать духи умерших медведей? - скептически поинтересовался Шериф.

- Нет. Гризли написал это колёсами джипа на песке пустыни. Я летал сегодня на дельтаплане и видел надпись. Как рисунки в пустыне. Прописные буквы - "EL_TOR". По-испански - это означает бык, если я не ошибаюсь.

- Скажите еще - по-латыни. Как это бык летал по небу и бросал оттуда камни?

- Он не летал по небу. Он стрелял из рогатки.

- Какая же это должна быть ро...

- Большая. На выезде из посёлка у таблички, стоят два дерева. Между ними Торрес и натянул это оружие. - Вольф указал носком сапога на подтяжки на брюках быка. - Обратите внимание на потёртость посередине одной из подтяжек. А плакат "Добро пожаловать в Эль Карасон" весь побит камнями, бык сначала пристреливался. Как видно, он попадал не только в "карасон", но и в голову.

- Зачем так сложно? Бык просто мог пристрелить его.

- Тогда подозрение не упало бы на Кондора.

- Почему я должен вас слушать? Вы убили нескольких мирных граждан.

- Которые были вооружены и стреляли.

- А по какому праву вы влезли не в своё дело, гринго?!

- По праву полковника Кольта. Есть ещё право Маузера, Вальтера и даже право подтяжек между двух деревьев.

- Я вам приказываю бросить оружие.

- Обратите внимание на расстановку сил. Вас шестеро, нас трое. Я неплохой стрелок, как вы видели, Рауди стреляет не так точно, зато много, - по четырём противникам одновременно. Хотите продолжать?

- Ладно. - сказал Шакал. - Напишите это на бумаге. Лама, приготовь нам из этого мёртвого торреса с дюжину бифштексов. И уберите этот чёртов пистолет с моего лба.

Кондор опустил револьвер.

- Я напишу и приложу снимки, которые сделал с дельтаплана. - подтвердил Вольф. На них хорошо видна надпись и видно, что машина Гризли оставила след от входа в ущелье, где что-то находится, что именно вам лучше знать, шериф. С той же точки идёт тропа, которая заканчивается на берегу океана, а ведь там нет причала. Что туда возят? Может быть контрабанду? Вероятно, Гризли это знал точно, почему его и убили. И именно в ущелье, где ферма, вы ездили сегодня утром. Получили указания арестовать Кондора?

Шериф сделал быстрое движение и выстрелил, я выбил табурет из под Вольфа и выстрелил из трёх револьверов. Вольф упал на пол, а Шакал с тремя новыми дырочками на крыльцо. На Вольфа посыпались осколки бутылки со стойки бара.

- Какого... - Вольф возмущенно собрал свои кости с пола. - Фокс?!

- Прошу прощения, шеф, я не так быстро стреляю. зато быстро выбиваю табуретки. Шакал в вас стрелял. У меня не было времени на размышления, - что выбрать, - дать ему возможность прострелить вашу башку или разбить бутылку рома у вас за спиной. Будь у меня время, возможно, я бы колебался.

Вольф повернулся к койотам и рявкнул:

- Бросьте свои железяки!

Нам не пришлось их долго уговаривать. Думаю, они были напуганы грохотом падения Вольфа.

Я кивнул в сторону быка. - И никаких бифштексов с кровью! Похороните его по человечески.


- Потрясающее изобретение. - Вольф стоял лицом ко входу в ущелье. - Шакалбаум.

Конструкция перекрывала вход в ущелье и, честно говоря, ничем от обычного шлагбаума не отличалась. Над ходом в пещеру нависал каменный козырёк, под которым стояло огромных размеров корыто. Перед корытом было расположено высокое кресло.

-Игра слов . - согласился я, оглядывая деревянное сооружение, которое обычно называли шлагбаумом. - Берется один шакал, берется это бревно, опускается на голову шакала - Баум-м! И готово, одним шакалом меньше.

- Это кормушка. - пояснил Вольф.

- Вам виднее.

Вольф сел на камень и закурил. - смотри как устроено - чтобы быть допущенным к кормушке, надо пролезть под бревном. Это классический образец искусственного отбора. Гарантированно выживут те, кто сможет ползать на брюхе. И гарантированно дадут потомство. Направленная эволюция , выведение исполнителей. Это изобретение практикуется во многих аппаратах власти.

- Но он же может подниматься.

- Наверняка. Для тех, кто имеет ключи. Для таких как Торрес.

- У вас богатая фантазия, шеф.

Вольф хмыкнул.

- Развивая свою мысль, укажу на козырёк над входом - крупные птицы сюда не залетят, разве что - боком? Размах крыльев не позволит, а мелкие им не страшны. Это и входит в управляемую эволюцию.

Вольф посмотрел через подзорную трубу. В долине позади шакалбаума горели здания зоотехнической лаборатории и фермы. Сквозь языки пламени были видны грузовики, шедшие к океану. У берега на рейде стояло судно, к которому подходил наведённый понтонный пирс.

- Они эвакуируются.

- Ага. Если бы вы послушались меня и захватили бинокль, то мы развинтили бы его на две половинки и подсматривали бы оба . И даже с биноклем на таком расстоянии я не отличил бы трансгенного барана от обычного.

- Они уничтожают следы. А раз следы уничтожают, значит, есть преступление.

- Что будем делать?

- Ничего. Мы не можем преследовать их морем.

- Тогда, возьмём пару вёдер и будем носиться от моря до фермы, туша пламя.

Вольф не ответил.

- Ну, мы хоть погрозим им вслед кулаком?

Вольф вздохнул.

- Сколько угодно.


Когда мы загрузили немного провизии у бара, Лама принесла мне свёрток.

- На память, герой. Плед из шерсти. Сама связала из собственной мягкой и нежной шерсти. Будешь вспоминать меня в холодную погоду.

Приедем домой, сразу отправлю этот плед бабушке в Канаду от греха подальше. . Пусть вспоминает Ламу холодными зимними вечерами.

На выезде из посёлка, я вышел из джипа и уточнил число на табличке жителей городка.


Телефонную будку я увидел на обочине шоссе. Она стояла одна посреди пустыни и непонятно что тут делала. Наверное ждала кого-нибудь.

- Вольф, остановите.

Шеф остановился и даже сдал немного задним ходом.

Я обожаю такие телефонные будки, которые можно встретить в самых неожиданных местах. Я был просто обязан из неё куда-нибудь позвонить.

Я подошёл к потускневшему от ветров аппарату и прочитал на дощечке инструкцию. Если я вставлю кредитную карту, я могу достать любой конец мира. Я задумался и в голову пришла идея, которая мне понравилась.

Я набрал номер. Через мили телефонных проводов донёсся милый девичий голос.

- Да, я вас слушаю.

- Фокс Рауди, мисс Ларсен. Могу я задать вам один вопрос?

- Можете, Фок... мистер Рауди.

- Чем так опасны эти чертовы генетически мумифицированные продукты. что вокруг них происходит столько суеты? Алло! Почему вы молчите?

- Прошу прощения. я немного растерялась. Конечно я постараюсь ответить. хотя я не специалист по этой проблеме. И так, причин несколько:

На мой взгляд, главная опасность - это способ которым вносят изменения в геном. Это может быть разновидность вируса. К нему цепляют участок ДНК и он переносит его в клетку. Там он размножается. вырабатывает ещё такую же ДНК и распространяет по организму. Изменённый вирус может вырваться наружу и, к примеру, при поедании полусырого мяса новой породы, у вас может начать усиленно расти шерсть или вы будете давать по галлону молока в день.

- Ужас.

- Однажды люди вывели вирус, чтобы бороться с кроликами в Австралии, которые слишком расплодились. Этот вирус делал кроликов бесплодными. Кролики вымерли. А вирус мутировал и бесплодием были поражены сами люди.

Ну ещё - продукты с изменённым генотипом могут плохо перевариваться или вызывать заболевания в организме того, кто ими питается. Не на генном уровне. На биохимическом.

Могут быть растения у которых удалён ген самораспада при перезрелости. Внешне помидоры прошлого года будут выглядеть как только что сорванные с грядки, но полезных веществ и витаминов в них уже не будет, а это обман. Достаточно? Или продолжать?

- Почему их не запретят?

- Две причины, - первое некоторые из них приносят пользу и не приносят вреда. Вторая причина и главная. - они приносят Очень Большие деньги.

Почему вы решили задать этот вопрос именно мне, мистер Рауди, ведь есть специалисты по этой проблеме?

- У вас приятнее голос. Имеет значение место, - я звоню из телефонной будки на обочине Панамериканского шоссе посередине пустыни Наска, здесь очень красивый закат и я хотел услышать ваш голос на фоне этой картины для полного счастья., если вы меня понимаете, фрёкен Ларсен.

Её голос стал слышен тише.

- Кажется, понимаю, Фокс... Тебя это извиняет. Надеюсь, ты ещё позвонишь, когда тебе попадётся будка на самом краю земли?

Разговор окончился. Я сел в машину и, закурив, уставился на закат.

Вольф сделал то же самое.

- Я тебе завидую, Фокс. - он откинулся на спинку сиденья. - Потому что у тебя есть эта телефонная будка с видом море, из которой можешь позвонить куда хочешь... Ты просто богач.