# Роман "Когда не высохнет роса 12 - 3

Роман Марин

Роман "Когда не высохнет роса 12 - 3"

Глава двенадцатая, часть третья

Золотая карта


В остатний день в главном курортном городе страны наши путешественники "выжимали воду из камня". Так мама и бабушка сказала, и она была... не права. Анна Андреевна просто уже и думала о доме и хотела только домой. И выжатый камень этот, подвернулся под язык лишь по ее настроению.


А воды у них как раз набралось... "в двух количествах".

В первом количестве - бассейн - на термальных водах и с искусственными волнами.

Было приятно поколыхаться на искусственных волнах. Света и Виталинка болтались подпоясанные желтыми надутыми жилетами. Авдей был рядом, внимательно смеялся и следил за каждым качком девчонок. Анна Андреевна подколыхивалась рядом, но стоя на неглубоком дне бассейна.


В другом количестве: Искупались на прощанье в Атлантическом океане; для этого им подсказали одну бухточку, где есть хороший волнолом, и он там все волны беспощадно ломал, оставляя лишь плавное качание океана на поверхности.


Посмотрели и другие досто... и просто примечательности.


Посетили парк аттракционов "montaña rusa" - русские горки.


(((Странные между странами иногда случаются переплывы в языках. В Москве, в России такие аттракционы называются "Американские горки", здесь в Аргентине "Монтанья руса" - Русские горки.

Или у нас - салат Оливье, а в Аргентине - "Енсала́да руса"- русский салат.)))


Ели снова в ресторане, и снова в Бюргер Кинге (не считая забегаловок и выбегаловок).

Очень трудно умереть от голода в сытом, богатом городе, особенно, когда в наличии у голодающих есть "Золотая карта".


Дни считанные, плотно упакованные, развлечениями, едой, водой и визжащими горками, пролетели быстро.


День пятый - дорога.


Анна Андреевна прощалась с быстрым (бурным) отдыхом - с радостью. Авдей со Светой без сожаления. Одна Вита с грустью смотрела на синее море и кораблики, уплывающие вдаль от их уезжающего "Фиата".


За рулем - Авдей. Навигатор он настроил на русский язык. Мало ли что. Одно дело - просто поболтать, другое дело - дорога в чужой стране.

Он вспомнил, как братка Вадим ему когда-то прочитал свой стих-шедевр: "На дороге думай о дороге, и не думай больше ни о чем... Чтобы, если что, остаться ни при чём".


Света сидела рядом с Авдеем, мама с внучкой - на заднем сиденье.

Авдей ехал по почти пустым дорогам под сто пятьдесят. О штрафах за превышение скорости, если и думал, то просто: "Дороги почти пустые. Нет здесь никаких камер... А парагвайцы, если что, расплатятся. Деньги - никакие, им тачка, как бахилы в больнице,- бесплатно достаётся".


В Пергамино, как только приехали, так сразу, заехали в офис по продаже авиабилетов, где произошло слегка неприятное происшествие. Билетов на рейс, на котором летели Авдей с Виталиной и Светой не было.. Совсем.

Из рейсов близких по времени до Адис-Абебы: один на три часа раньше "авдеева" самолета и другой - на три часа позже. Мама запаниковала, стала звонить мужу.


Авдей думал быстро, поэтому быстро отобрал у мамы трубку:

- Мам, не паникуй. Во-первых билеты нужно брать на рейс ДО нас,- ежу понятно. Ничего страшного, посидите в африканском аэропорту несколько часов, дождетесь нас. А от Эфиопии проблем нет, самолет в Москву полетит полупустой. И другой вариант. Наш самолет садится в Бразилии. Сан-Паулу, это близко. Подождать нас всё одно вам придется, но от Сан-Паулу тогда полетим все вместе... если есть билеты. Давай разговаривай, у тебя быстрее получится... а то офис скоро закроется.


От Сан Паулу места были, что маму и бабушку отвлекло, отвело от близкого обморока на безопасное расстояние.

К тому же это другой рейс до Бразилии, по времени на ожидание "авдеева" самолета - выходило всего сорок семь минут. Билеты куплены,- мама-бабушка прыгала до потолка (внутри духа своего).


На ферме, вперёд ужина, сверх всех пределов радостный отец, отобрал у сына "старую" золотую карту, достал из кармана рубашки новую, и показал всем фокус: "Как одна банковская карта, легким движением руки превращается в две золотые карты". При этом он стал сам себе аплодировать.

Женщины тоже захлопали в ладоши.

И Авдей был рад, но хлопать не стал, он уже было посчитал, что "старая" карта теперь перейдет к нему "по наследству". "Ложка дёгтя в бочке мёда" улыбку с его лица не стерла, но настроение ему слегка царапнула.


Но то что произошло далее... Здесь вполне угодна знаменитая фраза- "Держите меня семеро".


Сначала произошел ужин. Тут все сытно, но обычно. Чудеса начались в зауженное время - сеньора Лаура неожиданно вызвала Набокова младшего к себе в дом "на ковер". Авдей удивился, но пришел быстро в кабинет хозяина (теперь - сеньоры).


- Вы были в Мар-дель-Плате; хорошо отдохнули?- спросила Лаура.

- Отлично, сеньора. Так мы не только отдыхали, мы ещё отель отремонтировали. Хозяин был очень недоволен, но мама его успокоила.

Лаура удивилась, попросила подробностей. Авдей, не без юмора, нарисовал подробностей.


- Я вижу, ты без работы не сидишь?

- Да, сеньора, я очень люблю работать.

- Хорошо, я устала, мой юный друг, поэтому без долгих предисловий... Я позвала тебя... Хочу извиниться. За... полтора миллиона. Ведь шестьсот тысяч... - в два с половиной раза меньше обещанного.


- Это, сеньора Лаура, как бы дело не ко мне,- мягко возразил Авдей.- Но... в основе проблемы, насколько мне известно, не деньги, а эта ферма и дарственная на нее. Но цена продажи может быть разная... А с другой стороны, мы итак люди небедные. Наша ферма в России, наша земля и наш магазин несут пользу... неплохую прибыль. И шестьсот тысяч от вас, это очень хороший подарок.


-Ты не спорь со мной,- перебила Лаура.- Я итак волнуюсь... Мне неловко перед твоим отцом. Я твоим родителям жизнью обязана некоторым образом; а другим некоторым образом я им, да и вам всем, судьбу переломала. Видишь, я позвала тебя, а не папу твоего. Хочу через тебя извиниться, но... не только.


Лаура неловко поправила волосы; ее смущала красота этого русского юноши. Она и сама в свои молодые годы была привлекательна, но этот мучачо*, во всем его облике - что-то из ряда вон. Природа, выражаясь языком футбола, закрутила такой сухой лист, от которого сошел с ума весь стадион.


- Ты в неведении за мое предложение,- стараясь говорить спокойно, продолжила Лаура.- Я хочу исправить свою слабость, к сожалению частично. Мой сын, мои двенадцать с половиной миллионов$ считает уже своей собственностью. Я уступила... не хочу в последние дни с ним совсем поссориться. Но у нас с моим Игнасио; об этом никто не знает, есть и заначка, о которой даже сын не знает. Сейчас это мои деньги, и я могу делать с ними все что угодно. Захочу, закопаю в могилу моего мужа... А могу даже... кинуть в печь! Мама твоя говорила,- ты отличный ученик? Ты должен знать из вашей литературы подобную историю.


Авдей с улыбкой согласился:

- Вы, очевидно, имеете в виду Достоевского и его роман "Идиот"?

- Да, мой юный друг... Как ловко вы знаете именно то, что я хотела услышать... Вы проходили Достоевского в школе?

- Именно этот роман в нашем интернате мы не проходили, мы проходили про... настоящего идиота... с топором... Но и

роман "Идиот" я читал. У нас в доме на ферме - неплохая библиотека.

Я услышала слово библиотека... Выходит слово одинаковое с нашим.

- Так точно, сеньора; в наших языках много слов почти одинаковых по звучанию. Идиот, кстати, тоже - слово международное.


- Понятно... но я быстро устаю, поэтому про все дела скажу коротко. Я видела этот роман в кино. Оно давнишнее, еще тебя да и твоих родителей на свете не было... Там в романе есть персона Ганечка. Ты знаешь, он копия моего Эктора... Такой же жадный... Деньги сводят с ума многих... Это плохо... Но на этом... на деньгах весь мир стоит.

Однако достаточно, я вас, молодой мой юный друг, позвала... Боже мой, какой ты красивый... На тебя... смотреть страшно. Вот так бы тебя и съела... Но деньги... Везде деньги... Тебе завтра... вам с моим доктором нужно будет съездить в Пергамино, в банк. Там вы откроете два счета, и я переведу пятьсот тысяч$ доктору Диего, он за столько лет, заслужил. И триста тысяч$ на твой счет. Это снова меньше, чем я... чем мы с моим Игнасио вам обещали, но больше не могу. Заначка, всего один миллион. А мне еще с кухаркой нужно рассчитаться. Я ей сто тысяч обещала, но она хочет наличными. Я удивилась, спросила: - Почему? Она сказала, что хочет подержать в руках столько денег, сколько никогда в жизни не держала.

Мир очень разен. Для кого-то сто тысяч - мелочи. А для других - tesoro (сокровище).


Авдей от таких слов сеньоры слегка опешил, что случалось с ним крайне редко.


- Я не понял... Почему мне? Это вам бы, сеньора Лаура, с отцом эту тему решить... закрыть... Или с мамой.

- Так вот как раз твоя мама мне и рассказывала... Она очень добрая, открытая душа. Мы с ней любили поболтать, мне интересно было узнавать о вашей жизни, мама твоя всегда делилась... Она еще до твоего приезда в Аргентину, рассказывала, что вы с отцом часто ругаетесь... То из-за земли, то ты просишь денег на свой бизнес, а он тебе отказывает... ну, вот, как мы с моим сыном... Так вот, эти триста тысяч, это будет твое решение. Захочешь, все деньги себе оставишь, захочешь,- все отцу отдашь, захочешь,- поделишься с кем хочешь... захочешь... в печку бросишь.

- Я не умею,- с трудом пошутил Авдей.

- Что не умеешь?

- Я не умею печку топить... деньгами.

- Именно поэтому... Ты в свои... почти еще детские годы, занялся скотоводством, мама твоя о многом мне рассказывала. Мне интересно поболтать с умной женщиной, она мне как дочь, и она рада за вас, за детей своих. Россия страна богатая природными ресурсами: нефть, газ, лес... много всего. Но ваша страна бедная едой. Мяса у вас крайне мало и оно очень дорогое, я имею в виду говядину, конечно; свинину я за мясо не считаю; она жирная, а значит очень вредная.

Хотя для меня и говядина вредная... в мои годы - почти любая еда вредная. Я устала, не обижайся за мою сбивчивую речь, я волнуюсь... даже при таком раскладе, при моем таком к тебе предложении.


- Сеньора, Лаура, я вам крайне благодарен, у меня даже слов нет. Но... но всё же, может быть вы, ВСЁ ЖЕ, поговорите с моим отцом?

- Ни в коем случае, Авдей! И отцу не нужно ничего говорить. Ни слова... пока вы здесь.

Скажешь... когда... через дни... или в крайнем случае... или когда вы будете уже в самолете... высоко в воздухе.


Выходя из дома Лауры, Авдей едва не упал с крыльца (ступил через ступеньку). По дорожке он шел какой-то "лунной" походкой; то ли хромая на обе ноги, то ли на обе ноги подпрыгивая.


Как только вернулся в домик к родителям, Набоков старший - тут как тут:

- Ну, и о чем, интересно, вы с Лаурой говорили?

- Она сказала, что... нехорошо,- у сына последнюю золотую карточку отнимать.

- Так откуда она зна... ты что ей уже нажаловался?


Авдей промолчал.

- Но это моя карточка,- закричал хмельной отец.- Это мои деньги... я восемь лет... я восемь лет...

- Успокойся пап... Лауре я ничего не говорил... Тебе - в шутку ответил. Не нужна мне твоя золотая карта, я себе... я своей обзаведусь.


Отец был навеселе, но не весел; он за вечер сыну несколько раз задавал один и тот же вопрос, но сын молчал. Мама встала на защиту.

- Ну, чего ты пристал? мы с Лаурой часто разговаривали, и ты ни о чем почти и не спрашивал.

- Так вы женщины, вам бы лишь потрещать, вас хлебом не корми... Но Авдей... что она от тебя хотела, в последний раз спрашиваю, признавайся давай.


Наконец Авдей не выдержал и признался:

- Она хотела меня... съесть.

- Как это... съесть?

- Она сказала - "Ты такой красивый... Так бы тебя и съела".


- И правильно сказала!- воскликнула мама.- Ты у нас самый красивый и самый умный... И давай, Шурик, прекращай этот глупый допрос; сынок сам скажет, если захочет.


На следующий день, с утра, было решено всем поехать в Пергамино за подарками. Авдей тайком дал Свете триста долларов на презенты для "своих родаков", но сам не поехал. Пожаловался на живот; мол, вчера съел чего-то...

- Я могу поехать, но на всякий случай не поеду,- спокойно сказал он.- Не хочу попасть в стыд... перед собой и перед вами, и, не дай бог, на улице где-нибудь. Мама сильно обеспокоилась, хотела позвать доктора Диего, но сын убедительно не разрешил, и мама поехала вместе со всеми, наказав сыну звонить ей "каждые пять минут".


Ситуация складывалась для Авдея более чем удобная. Не будет опять и снова ненужных вопросов "позачем и почему".


Они с доктором Диего поехали в тот же Пергамино получасом позже родительского "Фиата", но не за подарками, а в банк, по приказу сеньоры Лауры.


День стоял жаркий, у банка, стеклянного и сверкающего, высокие пальмы приветливо мотали зелеными головами.


Через час по приезду в национальный банк Аргентины ДЕЛО было сделано. Доктор Диего оформил - положил на свой счет "половину зеленого лимона", на Авдея он так же оформил счет и триста тысяч$ легли тем же переводом. Оба получили золотые карты.

При этом Авдей сразу же поменял пинкод на своей карте и снял "на мелкие расходы" 3000$.


Когда вышли из банка Авдей вспомнил известный анекдот, нервно и коротки рассмеялся и сказал при выключенном переводчике: "Вот так сходил за хлебушком!!!"


Доктора Диего тоже слегка пробивала нервная дрожь, он уже осознал, но еще не осознал, что стал полумиллионером. На непонятное восклицание Авдея спросил: "Тодо биен? (Все нормально?)

- Си,- сказал Набоков,- я в приятном шоке. И похлопал доктора по плечу, как приятеля по неожиданному счастью.


Авдей, задрав голову, снова посмотрел на верхушки высоких пальм, качающих зелеными головами в ярком ветре, включил кнопочный телефон, который тут же зазвонил.


- Ава, что случилось?- услышал он крайне взволнованный голос мамы.- Я не могу до тебя дозвониться? Если у тебя живот сильнее разболелся, тебя нужно отвезти в госпиталь!


- Какой, мамуля, живот?- легко и громко рассмеялся сын.- Ничего у меня не болит. Я перепутал, точнее перестраховался, чтобы не вляпаться в стыд. Доктор, кстати, рядом со мной.

- Почему ничего не болит?.. какой доктор? Немедленно дай доктору трубку.


Доктор Диего сказал, что ничего про живот сына не знает... В Пергамино они приехали по просьбе сеньоры, а теперь вас ищем.

- Бамос а Карефур, аи еста ту фамилия,- возвращая телефон Авдею сказал Диего.


Авдей не стал включать переводчик.

"Итак понятно,- уже в машине подумал Набоков. - Фамилия - это семья, Карефур - это супермаркет. А отцу я пока ничего не скажу... побуду, даже если ненадолго, реально состоятельным пацаном с золотой картой... Дальше видно будет".


В супермеркадо Карефур (перекресток) доктор Диего передал Авдея с рук на руки семье и уехал.


Набоковы накупили подарков. Авдей для мамы Светы купил не самый дорогой но и далеко не самый дешевый ноутбук.

Света начала что-то мямлить:- Мля-млю-мля... не надо бы - не надо...

Авдей напомнил: "Это не тебе ноут - для мамы твоей. Тебе я в Москве куплю хороший смартфон. Закрыли тему".


В отделе для новорожденных бабушка стала сокрушаться: "Почему Мария так не сделала узи и непонятно, какого цвета подгузники, розового или голубого надо покупать. Авдей сказал, что нужно покупать всё синее, потому что будет мальчик.

- А если - нет?

- Никаких если нет --- нет,- отрезал Авдей.- А если девочка, оставите бельё в роддоме. Машку же не в тот же день из роддома забирать. Успеете накупить... Тряпок в наших магазинах - не меньше чем здесь.


Мама перечить сыну не стала. Она махнула рукой, и купила и того и другого "обмундирования".


Подарков накупили полный багажник; так еще и в салоне у каждого на коленях по пакету.


И доставку из Карефура на адрес отеля Авдей, сообразил, на имя Парамонова. Перед этим Володе позвонил, сказал что

возвращает телефоны и ключ от номера.

"Передай, плиз, на ресепшен; а в номере немного верхней одежды, бутылка самогонки; это куда хотите; вентилятор возьми себе. И за беспокойство - двадцать долларов... И суертэ (удачи) вам на новом месте.

============================================

* Muchacho - слово в испанском языке, которое может иметь несколько значений.

Существительное мужского рода. Обозначает:

мальчика;

подростка, юношу;

слугу.

Прилагательное. Значение: "юный, молодой"; "зелёный" (перен.), "безусый".

=================

Окончание двенадцатой главы - вчерне.