# (15-2) Когда не высохнет роса

Роман Марин

Авдей зашел перекусить в буфет. Взял полстакана сметаны, сладкий коржик и компот. Повернувшись к залу, увидел у стены за столиком сокурсников-знакомцев Колю и Серегу.


Эти два пупер-студента, кое-как сдав зачет по химии, сидели неровно, в смысле - нервно. Невооруженным глазом было видно, что они что-то химичат.

На подошедшего Авдея, удивленно открыли оба рта и вытаращились во все четыре глаза:

- Привет пацан! Слушай... как я забыл, тебя... Андрей зовут?

- Я Авдей.

- Привет, Авдей! Ты садись к нам. Вот встреча так встреча! Ты вообще как здесь, ты на курсы что ли ходишь на подготовительные?

- Ученье свет,- Авдей приветливо кивнул головой, сел за столик.


- А мы вот химию сдали! Ну, и после экзамена,- Серега перешел на шепот.- Немножко отмечаем. Только тс-с!

- Ну, вы мужики, совсем уже!- Авдей лишь головой покачал.- Да за такой компот, из института даже не выгнать... выпнуть могут.

- Тихо, я сказал. У нас компот, понятно?- Серега воровато оглянулся.- И мы по чуть-чуть. Мы вечерком в общаге... тогда уже по-взрослому. А сейчас пока так, надо же отметить. Химия, это я тебе скажу, такая гадость. Вот если поступишь, так узнаешь какая гадость эта органическая химия.

- И неорганическая тоже,- добавил Коля.


Неожиданно, или ожидаемо (кому как), в буфет вошел профессор Иван Ефремович Землянкин. Остановился у прилавка.

Авдей, мгновенно оценив обстановку, наклонил голову, тихо сказал как приказал: " От вас и вашего компота за версту несет сивухой, аж наизнанку выворачивает. Валите отсюда немедленно".

Но "истинные фермеры" и без Набокова уже поняли, что лучший способ сокрытия запаха сивухи - это унести его вместе с собой.

Они ушли быстрее, чем убежали.


Профессор Землянкин с борщом, котлетами и компотом приземлился за столик к Набокову.

Он повел носом, взглянул в честные глаза юноши и заметил, оглядываясь по сторонам: "Что-то здесь русским духом пахнет, вам не кажется?"

- Иван Ефремович, я не знаю. Одно могу сказать точно - это не мальбек,- спокойно отбился Авдей, и добавил.- Я думал в буфетах борщ не подают.

- Верно, не продают. Это Ниночка, буфетчица, по моей просьбе приготовила. Хорошая девушка, чистая. Она из Колодезей, есть такая деревенька вдали от всех городских шумов. Хочет в этом году к нам снова поступать. У нее со знаниями в прошлом году - не очень, вот она сюда и устроилась на время.


Землянкин, отцведав три ложки ароматного борща, благодарно взглянул на буфетчицу, перевел взгляд на серое окно: "Снег однако. На улице неприветливо и зябко. А что в Аргентине?"

- Там, Иван Ефремович, солнце. Сейчас - палево. По телеку я слышал, они свой Буэнос называют "Город о́рно". Орно это по ихнему - печь. Город-печь. Интересно, не так ли? Похоже на слово "горн", но не пионерский горн, а печь для накаливания и переплавки металлов. Но это семанически, вы меня понимаете?


- Ну, вот тебе и на тебе,- профессор покачал головой.- Например, у них там есть мыс Горн. Это, к слову сказать, не Аргентина, а Чили. Хотя там всё рядом, и язык один. Просто я полагал, что это слово, как раз по семантике относится к "пионерскому" Горну. Это же там у них, в южном полушарии - ревущие сороковые, пятидесятые и далее по спуску. Я преподаю химию, но география моё хобби. Без фанатизма конечно.

- Один секунд,- Авдей поднял палец вверх, достал свой переводчик, набрал Мыс Горн, появился ответ на испанском:

Cabo de Hornos. Кабо - мыс, Орнос - печи.

- Так и есть - Иван Ефремович - Печи... Ну, там же Огненная земля, вулканы наверное? А вулканы и печи - это совсем рядышком.

- Рядышком, но... МИМО! - профессор снисходительно улыбнулся.

Вулканов в Чили, если я правильно помню, около ста сорока. Но там где проплывал Магеллан их и близко не было и нет. Название "Огненная земля" к вулканам никакого отношения не имеет. Просто моряки увидели на берегу множество огней. И есть разные версии происхождения названия.


Первоначально Магеллан назвал землю "Земля Дымов" (Tierra de los Humos). У них есть карта 1529 года.

Но название "Земля Огней" утвердил испанский король Карл I. Он якобы рассудил, что "дыма без огня не бывает", и повелел именовать острова именно так.

- Иван Ефремович, вы кладезь знаний. С вами минуту поговоришь и такое впечатление, будто прочел большую энциклопедию.

- Футы-нуты, вы так льстите... вы же почти еще ребенок, и вы видели этот фильм "Мы с вами где-то встречались" 54 года... тысяча девятьсот?

- Так я же люблю все смешное и Райкина особенно. Хотя тогда еще даже мои родители не родились.


Экзамен по биологии - на третий день. В этот раз Набоков пришел к аудитории в числе первых и без сувениров. Подошедшие знакомцы Коля и Серега снова недогадливо и очень удивились.

- Да успокойтесь вы уже, мужики. Я тоже вместе с вами - на курсе.


- Как это вместе с нами? Ты же не поступил, ты же сам сказал, что даже на тройбан не сдал?

- Я так не, говорил,- с улыбкой ответил Авдей.- Я в тот раз, при поступлении, вечером в общагу пришел, сказал - пора собирать манатки. Ты спросил - Что даже на тройбан не сдал?

- Я ответил - Да, на тройбан не сдал.

- Ну - и?

- Я сдал на пятёрку, и меня приняли, потому что школу я окончил с медалью, и был нужен всего один экзамен при поступлении.


На экзамен Набоков сам вошел первым, и Колю с Серегой почти насильно в аудиторию затащил, прошептав при этом: " Первым трем студентам "неуд"... если у кого даже три извилины в голове, да и то две из них - в ипотеке... вряд ли профессор поставит неуд".

У Сереги был вопрос "Пищеварение у ночных бабочек", у Коли "Жизнь стрекозы до реинкарнации", у Набокова - "Колорадский жук".


Авдей быстро и шёпотом объяснил товарищам чем отличается пища ночных бабочек от диеты водяной хищницы.

Поднял руку, призывно закашлялся: "Профессор, а если я уже сейчас отвечу раньше времени, и, например, на тройку я могу рассчитывать на плюс один балл?

- Нет, молодой человек, не можете. На сколько ответите столько и получите.

- Ну и отлично, судьбу не обманешь,- сказал Набоков подходя к кафедре. Он быстро, много и верно ответил на вопрос получил "отлично".

- Так вот вы какой, студент Набоков, самый молодой... и медалист к тому же. Надеюсь, что продолжение будет на таком же высоком уровне?


- Учиться, профессор, мне нравится. Биология, Кирилл Степанович, удивительно интересная наука!


Серегу с Колей Авдей дождался в буфете. Оба получили по тройбану, и оба были очень довольны, потому что тройбан -

-это "удовлетворительно".

- Все удовлетворены,- так Коля сказал, а Серега кивнул так, как будто это он сказал.

- А ты, пацан, ловкач, я только одного не понял: с золотой медалью ты же в любой институт мог поступить, тем более, что ты... ты даже не деревенский. Дай зачетку посмотреть.

- Авдей показал. Серега посмотрел, вздохнул, показал Коле.

- Да, Авдей Александрович, язык у тебя без костей, и с тыквой у тебя все в порядке, и лицо у тебя... все девки твои, а если не все - то любая. Кому-то везет, а нам - удовлетворительно.


Третий экзамен предмет "Земледелие"(у Набокова 5➕), выпал на особенно особенный день: У Авдея днюха - девятнадцать (по паспорту - восемнадцать) лет. Так ещё и невестка Мария рано утром родила здорового красивого мальчика: 3900/57.


Счастливая бабушка, довольная тем, что в палату к Марии пускали по времени, но без проблем. Палата на двоих: Мама и Ребенок; была недовольна тем, что в роддом пускали, но в палату букеты вносить было нельзя, а нужно ставить в вазы, стоящие на полу, в коридоре у двери. Еще она хотела, чтобы внука назвали Илюшей, в честь погибшего на войне ее деда, внуку - прапрадеда, и отдала в роддом полчемодана розового обмундирования для младениц.


Батяня Вадим так переживал за жену и сына, что даже про днюху брата вспомнил лишь к вечеру.

- Ох ты черт! А я с этой родовой и послеродовой горячкой, совсем забыл. Ты уж, братик, извини, с меня подарок.

- Извинения принимаю... подарок необязательно. Лучший твой подарок мне, это будет мой подарок тебе!

Вадим лишь головой мотнул:- С этого места поподробнее. Я, Ава... не сойти мне с этого места, сейчас ничего не понял?

- Это, Вадик, все после, и даже не здесь. Когда дома будем, там и будет тебе поподробнее.


Дети: Света и Виталина получили от Москвы массу удовольственных впечатлений. И на Красной площади были, и царей: фальшь-пушку видели, и расколотый русскими разгильдяями колокол, видели; на горках сумасшедших навизжались; на колесе чертовом их мороженое побывало на невиданной для мороженого высоте; в музеях, для Виталины скучных, бабушка внучкины глаза заставляла не спать. Магазины, кафешки, реинкарнированные Макдональдсы,- все было, с помощью бабушки и дедушки, к их услугам.


Авдей своим отличным оценкам... да наплевать. Но Коля с Серегой ему втолковали суть истины и пользы. Вот смотри, пацан: в отличие от тебя,- мы фермеры, работы даже зимой в достатке, а летом полная запарка. Моя, то есть наши жены, отпустят нас в столицу на пару недель? Да ни в жисть. А так мы студенты, в Академии учимся. Мы же еще молодые. Это тебе кажется, что мы уже старики.

Ты, Ава, как-то обмолвился, что отец у тебя фермер, и с деньга́ми у вас порядок, и морда у тебя... Алэн Делон махорку курит в сторонке, девки-то поди хоровод вокруг тебя водят. Счастливый человек! А нам - семь потов каженный день. Но мы не жалимся, скажи, Серега. Но два раза в год на пару или даже тройку недель мы в Москве, и мы молодые. Теперь ты понял, зачем нужно учиться в этой бессмысленной для нас, итак фермеров, академии?

Да понял я, мужики, я все же не совсем дурак. Летом увидимся!

-------------------------

окончание главы - вчерне


30. 07. 26.