# Три головы

Олег Павлович Рыбаченко

Эдмонд Д"Артаньян по пути стал сочинять...


Три монгольских тумена под командованием брата Батыя Шейбани-хана ворвались Булгарское царство. Монголы проносились по городам и селам как раскаленная лава, зловещее торнадо смерти. Шли постоянные повальные грабежи, насилия, изуверские казни. Как и следовало ожидать, основные силы Булгарского царя отступили в хорошо укрепленную Бухару. Это город напоминал тюбетейку на бритой башке, довольно высокие стены господствовали над возвышенностью. Молодой надменный хан Шейбани взобрался на самый большой холм, но даже на возвышенности ему не хватало высоты. Слишком уж высокое самомнение!


-Эй, ленивые собаки, оседлайте плетьми невольников, пускай возведут для меня высокую башню.


Повинуясь грозному приказу брата великого джихангира, монголы согнали многие тысячи ремесленников, не жалели кнута и палок. Кололи тех, кто отставал копьями, а то подносили факелы к голым спинам. Подобные изуверские приемы дали эффект и спустя сутки башня была готова.


Свежеиспеченный полководец, хищным взором всматривался, в узкие Бухарские улочки. Плотоядный взгляд отмечал ширину стен, глубину рва, приблизительное число защитников. Похотливые очи жадно всматривались в золотые купола православных церквей и роскошные белокаменные дома богатеев. Для того чтобы лучше видеть Шейбани достал изумруд, отраженные в его гранях девушки казались особенно красивыми и свежими. Хан облизнулся приятно заныло в паху и он, прищурившись, приблизил камень к глазам. Изображение стало более крупным - многочисленные разряженные ратники сновали по улочкам, булгарские витязи помимо воли вызывали тревогу:


-Судя по всему, эти глупые булгары собрали сюда все свое войско и многих простых людей. Что скажешь Бурундай?


Уже немолодой могол с крысиным лицом голодной и лютой женщины, злобно ответил:


-К сожалению не весь простой люд схоронился в этой ловушке, многие булгары нашли приют себе в землях урусов.


-И наверняка погрузили свой скарб и казну.


Бурундай скривился, кривой рот стал еще безобразнее:


-Бухара град торговый многие купцы, прикрыв свои лавки, вместе с товаром бежали в Суздальские земли.


Шейбани подбросил вверх украшенный каменьями кинжал, лезвие воткнулось в деревянные перила. Хан со злобой произнес:


-Так, так и как я понял Бурундай, князь урусов Георгий Всеволод приютил беглецов. Не бывать сему сраму! Бери тумен и скачи за купцами, хватай их, волочи на арканах, терзая и избивая вместе женами и детьми.


Монгол проскрежетал зубами:


-А Бухара царевич?


Брат Батыя сделал презрительный жест, выдернув кинжал:


-Двух туменов достаточно, для осады, пороки и катапульты уже сгружают с плотов, когда ты вернешься, будет главный штурм. Кровь булгар и башкир заполнит сырую землю.


Шейбани разрезал воздух саблей - значит вперед в атаку.


Тумен Бурундая, полководца, прозванного за хитрость и скорость "борзым лисом" устремился на запад. Хотя приказа вторгаться в уруские земли и не было, почему бы и не провести разведку боем, заодно и прихватить богатую добычу. Многоопытный Бурундай участвовал еще в первом китайском походе, вид крови и зверски насилуемых женщин возбуждал в нем похоть. Особенно когда китаянками пробивали крюком лоно, вешали потом на перекладины и еще живых раскачивали, избивая плетьми. Теперь тоже самое творили, только с преимущественно светловолосыми или рыжими людьми. А это, пожалуй, еще приятнее. По дороге монголы разграбили селение Листва, небольшой детинец был взят после кровопролитного штурма. Пленных не брали, с тех, кто уцелел, живьем содрали кожу, а оголенные тела посыпали солью. Бурундай дико смеялся, глядя на мучительные конвульсии умирающих людей. В городке было много мирного населения, в том числе беглые женщины с детьми. Всех особей женского пола построили в колонну, раздели, затем на глазах у детворы принялись насиловать в извращенных садистских формах. Бурундай начал первый, удовлетворив животную похоть, кайфуя от стонов и криков, он принялся срубать детям головы:

- Вот посмотрите славные батыры, я могу одним взмахом отсечь три головы.