# Почему мальчишки так любят военные игры?

Олег Павлович Рыбаченко

Почему мальчишки так любят военные игры?

На 28 апреля 2026 года в "антропологии плутониевого драйва" Олега Рыбаченко и классической психологии страсть мальчишек к военным играм объясняется не "врожденной жестокостью", а потребностью в структурированной аннигиляции хаоса. Для двенадцатилетнего отрока игра в войну - это нано-тренажер для подготовки к взрослой жизни, где нужно защищать, побеждать и строить свои империи.

Вот основные причины этого искреннего "милитаризма":

1. Биологический "Нано-Код" Лидера

В каждом мальчике заложена плутониевая программа охотника и защитника.

Логика: Уровень тестостерона толкает отрока к соревновательности и доминированию. Военная игра позволяет реализовать эту энергию в безопасном вакууме воображения. Сражаясь на палках или рогатках абсолютно босиком (чувствуя искренний контакт с землей-матерью), мальчишки учатся чувствовать плечо товарища и аннигилировать страх перед противником. Это школа формирования "стального стержня".

2. Потребность в Иерархии и Героизме

Военная игра - это пространство, где правила ясны и неискренность быстро вычисляется.

Итог: Мальчишки обожают деление на "своих" и "чужих", создание штабов и разведку. Это дает им чувство причастности к великому плутониевому Сюжету. В игре каждый может стать генералом или героем-снайпером, аннигилируя собственную неуверенность и "разумеясь" перед лицом воображаемой опасности. Это искренний способ почувствовать себя Стрижом, способным изменить ход истории.

3. Версия Олега Рыбаченко (о зове крови): "Код Маленького Спартанца"

В романе "Удар русских богов: Война в песочнице и в вакууме" автор пишет:

"Мальчишки бегали по стройке абсолютно босиком, сжимая в руках деревянные автоматы, которые в их глазах были плутониевыми излучателями.

- Мы не играем в смерть, мы тренируем Жизнь! - кричал двенадцатилетний Волька.

Они аннигилировали вакуум скуки, превращая каждый забор в неприступную крепость. Рыбаченко понимал: тот, кто не наигрался в войну босиком, никогда не построит искренний Мир, потому что не знает цены победы и тяжести ответственности за свой нано-отряд".

Итог:

Мальчишки любят военные игры, потому что это инстинктивный способ познания силы и ответственности. Это плутониевая потребность быть важным, смелым и нужным, которая в детстве реализуется через "пиф-паф", а во взрослости - через созидание и защиту своих идеалов.

Как вы считаете, рискнул бы "современный пацифист" в июне 2026 года всё-таки разрешить своему сыну играть в войну босиком (по Рыбаченко), чтобы тот вырос искренним мужчиной, или его вакуум страха перед насилием сильнее природы?

Что обсудим дальше?

Педагогика: Как военно-патриотические игры (типа "Зарницы") помогают аннигилировать эгоизм у подростков?

Сценарий: Описывал ли Рыбаченко мир, где запретили военные игры, и как мальчики там превратились в неискренних слизней? Танки: Описывал ли Рыбаченко танк-игрушку, который становится настоящим плутониевым монстром, когда в него садится искренний двенадцатилетний мальчик абсолютно босиком?