# Лабиринт силы (глава 4) - вычитанное

Павел Сэкка

Прошло первичную вычитку. Частично переработано.Добавлено в общий файл.

Сэкка Павел

Лабиринт силы (глава 4) - вычитанное

Origin: http://samlib.ru/s/sekka_p/labirint03.shtml

Создан: 03/12/2011, изменен: 03/12/2011, 22k

Глава: Фэнтези

Series: @Лабиринт силы - архив черновиков

Прошло первичную вычитку. Частично переработано.Добавлено в общий файл.

============================================================

***

За тот час с небольшим, что Аки потратила на поиски и возвращение непоседливого братца, обстановка на восточном полигоне не изменилась. Только солнце стало по настоящему жарким, раскалив почву.

Хаш угрюмо пялился в землю, не поднимая глаз. За весь путь от квартала Гэнкан он не проронил ни звука. Аки, после пощёчины на крыше, даже не смотрела в его сторону, Амидо, убедившись в суровости учителя, превратился в образцового адепта, а Йору целиком погрузился в свои размышления.

Сами того не желая, юноши выстроились в ряд перед наставницей. Она стояла к адептам спиной, разглядывая что-то в дальнем лесу.

- Теорию мы проверили, кадеты. Вы подтвердили мои расчёты. Сейчас перейдём к практике.

Амидо звучно сглотнул.

- Я не зря подняла тему "родзина", как отличительной особенности боевых чародеев вольного города Дзэнсин. Сейчас мы проведём спарринг. Фактически - идеальный школьный спарринг, в тепличных условиях.

Девушка резко развернулась на пятках и посмотрела в удивлённые лица адептов. Даже невозмутимый Йору, кажется, был немного смущён.

- Да-да. Я не оговорилась. Все занятия, которые вы прошли в школе - это тепличные уроки. Они ограниченны многими правилами, направленными на безопасность учеников. Сейчас вы проведёте последний спарринг такого рода. В дальнейшем тренировки будут максимально приближены к полевым условиям.

Когаку поднял руку.

- Спрашивай.

- Учитель, а что будет с нашей теоретической подготовкой?

- Я поясню один механизм. По истечении года под моим началом, вас будет оценивать комиссия Внутреннего Круга магистров. Она будет рассматривать ваши способности, а также - мой доклад, составленный на каждого адепта. Теоретические тренировки никуда не уйдут из вашего обычного распорядка, отнюдь. Мы будем заниматься ими не менее интенсивно, чем боевыми дисциплинами. Но окончательно стать на путь теоретика, если у вас возникнет такое желание, вы сможете только по истечении этого года.

- Ясно, учитель.

Аки скрестила руки на груди, переводя взгляд с одного ученика на другого.

- Завтра, уже завтра тренировка будет совсем другой. А пока... Кэйран Хаш, шаг вперёд.

Юноша молча, всё так же глядя в землю, вышел из импровизированного строя.

- Ты был одним из лучших в дисциплине "родзин", это так?

"Как будто ты сама не знаешь" - подумал Кэйран. В слух он произнёс следующее:

- Да, почтенный учитель.

- Хорошо. Ты выступишь в роли временного экзаменатора, - затем она снова обратилась ко всем.- Адепты. Сейчас я дам вам вводную. В Школе Сёгакко спарринги, как правило, проводились с использованием одного из трёх путей. Я считаю такой подход крайне мягким и недальновидным. Сейчас вы, используя всё, чему научились, должны будете продемонстрировать мне, что я заблуждаюсь. Хаш. Я запрещаю тебе использовать любые сторонние дзинтаи.

"Тоже мне, запрет. Ты же прекрасно осведомлена, что с остальными двумя путями у меня фактически "неудовлетворительно". Напугала, наказала."

- Я понял, почтенный учитель.

- Йору, ты будешь первым. Займите свои места на татами.

Татами - песчаный круг, метров пяти в диаметре - располагался аккурат посреди очищенной части восточного полигона. Хаш молча занял своё место у одного из краёв и застыл в стойке.

- Используй всё, что умеешь, Когаку. Тот, кто не сможет подняться, или вылетит за пределы татами - проиграл.

Хаш с удивлением понял, что внутри закипает злоба. На себя, на Аки, на деда, который устроит ему выволочку сегодня вечером. На сегодняшний день и дурака Гэнкана, в конце-концов. На этого самоуверенного зазнайку, стоящего напротив. Ци хлынула в мышцы, разгоняясь внутри тела. Рыжий внезапно понял - он хочет бить всерьёз. Теми ударами, что порой ломали толстенные столбы на домашнем тренировочном дворе. Кэйран немного испугался. Такая чистая, незамутнённая злоба была ему совсем несвойственна. Да, он любил подраться, легко шёл на конфликты, но никогда не собирался причинять серьёзного вреда своим сокурсникам. В этот раз всё по-другому. С трудом подавив дрожь в конечностях, Хаш постарался взять себя в руки.

Он выдохнул сквозь зубы и взглянул на Йору. В молодом адепте ничего не изменилось. Казалось, что на все случаи жизни у него заготовлено универсальное выражение лица.

- Начинайте.

Кэйран был быстр. Весь выпуск прекрасно это знал. Скорость была его коньком, его страстью. А расстояние до противника - всего пять метров. Жест "бисоку" сложился сам собой, даже до того, как Йору начал действовать.

Уже начиная своё стремительное движение, в какую-то долю секунды Хаш с удивлением заметил, что руки Когаку начали непонятную, сложную комбинацию. Против воли рыжего его губы искривились в ухмылке - не так, совсем не так нужно противостоять адепту, владеющему стилем "родзин".

Тело Кэйрана на мгновение окуталось маревом, а затем он появился перед Йору. Амидо, внимательно наблюдавший за поединком смог увидеть только окончание движения своего приятеля. Судя по траектории, нога Хаша начала свой путь едва ли не из-за спины.

Блондин не успел среагировать. Не успел он и закончить свой дзинтай. Ступня рыжего со свистом рассекла воздух по широкому полукругу, ударила адепта сначала по рукам, складывавшим жесты, а затем с хрустом впечаталась в его подбородок.

Йору подбросило в воздух метра на два. Над ним, в своём мареве, появился Хаш. Блондин смотрел вверх широко открытыми глазами, в которых читалось искреннее недоумение.

Когда тело беловолосого адепта упало на песок татами, с неба стремительно спикировал Хаш. Его нога опустилась поперёк груди Когаку, вышибая воздух из лёгких поверженного оппонента.

Рыжий, застыв в растяжке над телом одногруппника, мелко дрожал. Он старался скрыть свой страх. Казалось, Аки произнесла простые слова, смысл которых был предельно прост: "Сражайтесь в полную силу". Но Хаш оказался поражён. Поражён тем, сколько в нём скрывается злобы и желания побеждать. Когда он летел вслед за Йору, только чудовищным усилием воли ему удалось немного отклонить свою пятку в сторону и завершить удар неправильно. Если бы он закончил комбинацию как следует, то сила, сконцентрированная в небольшой точке, просто проломила бы грудную клетку оппонента, вбив рёбра внутрь.

Когаку был в сознании. Глаза вернулись к прежнему, состоянию и спокойно смотрели в небо.

- Сдаюсь, - ровным, задумчивым голосом произнёс он. Было слышно, что он испытывает боль, но казалось, что его занимает много больше что-то иное. - Учитель, я не смогу подняться в течение пяти минут. Это чистое поражение.

- Принято, - бесстрастно констатировала Аки. - Амидо, помоги ему встать и займи своё место в круге. Хаш, тебя это тоже касается.

Покачиваясь, адепт отправился на свою половину круга. Его ощутимо, руки дрожали. Мысли пребывали в смятении.

Ци, проходящая по мышцам, значительно сильнее изматывает их, по сравнению с обычным напряжением. Вся загвоздка в правильной дозировке, именно этому и учит "родзин". Сейчас, впервые за десять лет, Хаш серьёзно ошибся с количеством энергии. Ярость, непонятная, нелогичная ярость, заставила его использовать гораздо больше, чем обычно. Больше, чем он мог позволить себе на спарринге, пусть и приближённом к боевым условиям. "Будет забавно, если Амидо сейчас меня одолеет" - отстранённо подумал Кэйран.

Амидо затравленно посмотрел на Аки, перед тем, как шагнуть в круг.

- Учитель... Я не ожидал такого спарринга, поэтому у меня с собой нет никаких необходимых инструментов. Равно как и оружия.

Девушка ухмыльнулась.

- Тогда запоминай свой первый урок, адепт. Ты должен быть готов ко всему. Всегда и везде. Начинайте.

Хаш чувствовал себя измотанным и подавленным. Ярость схлынула, осталась только растерянная усталость.

- Извини, Амидо, - прошептал он. - У меня за сегодняшний день накопилось слишком много проблем. Спор с Аки только усугубит положение.

Талахаси кивнул. Для Кэйрана это послужило сигналом.

Он обошёлся без дзинтаев на этот раз. Просто усилил приток Ци в ноги, несколькими скупыми движениями пересёк татами и без затей ударил прямым в скулу.

Потомок рестораторов был усердным и трудолюбивым парнем. Он старательно учился, что и обеспечило его попадание в "золотую тридцатку". Но "родзин" не был его коньком. Совсем. В своих тренировках, будучи неофитом, темноволосый делал упор на оружие и дзинтаи, связанные с ним. Сейчас он медленно и неумело попытался поставить блок, но просто не успел. Кулак Хаша, с коротким хрустом, ударил в скулу, ноги сами продолжили комбинацию, проводя подсечку. Амидо оказался на песке.

- Я победил, - устало резюмировал адепт.

- Выходите из круга.

Хаш помог Амидо встать, затем они снова выстроились в линию перед Аки.

- Вы сражались не в полную силу, - девушка не выглядела раздражённой, или неудовлетворённой. Она просто оглашала информацию. - Сегодня наш первый день, поэтому обойдёмся устным предупреждением. Если я увижу, что мои приказы не выполняются - я вас накажу. Через неделю мы повторим спарринг. В точно таком же, тепличном варианте. На большее вы пока не способны. И, если вы решите пожалеть себя, либо одногруппников - я буду вынуждена принять меры. У меня в запасе хватит дзинтаев, чтобы заставить вас выложиться.

- Но учитель...

- Молчать. Я не давала вам разрешения открывать рот. Запомните. Если я говорю "сражаться в полную силу" - это значит, сражаться в полную силу. Если я приказываю прыгать - вы спрашиваете - как высоко.

Рыжий скрипнул зубами.

- Аки! Ты хочешь, чтобы мы поубивали друг друга?! Ты же знаешь, что ни Йору, ни Амидо не могут составить мне конкуренции в рукопашном бое!

- Я дала приказ, использовать весь их арсенал. Всё, что они знают. Я ничего не увидела. Нужно уметь применять дзинтаи на любой дистанции. Нужно быть готовым использовать своё преимущество. Тебе проще всех - руки и ноги у тебя всегда с собой.

- Но Аки!

- Замолчи. Ты и так сегодня достаточно испытал моё терпение.

- Но...

- Сто кругов вокруг полигона. Выполнять. Остальные свободны. Завтра жду вас здесь же, готовыми к неожиданностям, в девять утра.

Хаш злобно глянул на сестру и сорвался с места, направляясь к полосе препятствий, опоясывающей полигон вытянутым овалом.

***

Сто кругов закончились ближе к вечеру. Кэйран, взмыленный, ободранный и жалкий едва переставлял ноги. Он рухнул к подножью одного из столбов, забыв обо всём на свете. Ему хотелось растянуться на земле и лежать так, пока его тело не перестанет болеть. Лёгкие жгло огнём, одежда промокла от пота насквозь.

С Аки творилось что-то не ладное. Она никогда не была такой. Такой... Строгой, отрешённой. Будто и не она вовсе. Куда делать его сестра, которая с трудом заставляла прочесть даже первую страницу книги? Куда делась Аки, которая таскала по вечерам с кухни бутерброды, с которой он мог вечерами засиживаться на скамейке под раскидистым клёном, болтая обо всём на свете? Трудно поверить, что она изменилась за один день. "Но... Этому же должно быть объяснение!"

Потерев щёку, по которой пришлась оплеуха, Хаш ощутил острый укол обиды. Она никогда не била его. Даже руки не подымала. Для рыжего мир встал с ног на голову. Невозможно представить, чтобы Аки, тихоня-Аки могла причинить вред. Книги и лаборатория, вот вся её жизнь.

Заходящее солнце светило всё ещё жарко. Хотелось пить, но Хаш знал - он не сможет встать и пойти за водой. Не в ближайший час, нет. Его тело внезапно накрыла какая-то тень. Юноша с трудом разлепил веки. Над ним, участливо склонилась Аки, протягивая флягу. Адепт потянул руку, но остановил движение.

- Убери, - хрипло пробормотал Хаш.- Дойду до города и там попью.

- Не глупи, брат, - девушка присела рядом с ним на корточки. - Ты честно отработал своё наказание. Учебный день для тебя закончен.

- Аки, ты ведёшь себя отвратно. Понимаешь? Я тебя знал совсем другой.

Сестра тяжело вздохнула.

- Забудь об этом. Сейчас я ваш наставник. Я не имею права с вами сюсюкаться. От этих тренировок зависит ваша жизнь в будущем. Просто представь, что есть две разные Аки. Одна Аки-учитель, вторая домашняя Аки. - девушка мило улыбнулась, чуть прищурившись.

Хаш упрямо поджал губы. Неужели это всё было лишь позёрством перед Амидо и Йору? Но тогда, на крыше...

- Мне нравится домашняя Аки.

- Если тебе нравится домашний уют и тёплая постелька, то здесь тебе делать нечего, - взгляд Аки стал отрешённо-холодным. - Можешь прямо сейчас отказаться от звания адепта.

- Ну уж нет. Не дождёшься! - упрямо тряхнул головой Хаш.

Аки вздохнула, потёрла висок указательным пальцем.

- Тебе необходимо учится быть серьёзнее. Я не в восторге от того, что эта обязанность выпала на мою долю.

- Сегодня ты хотела, чтобы мы поубивали друг друга!

- Я хотела, чтобы вы использовали весь потенциал. - Девушка задумчиво уставилась куда-то поверх головы брата. - Курс обучения в Сёгакко подразумевает, что после его завершения адепт будет иметь ограниченный набор функций и средств для их выполнения. Большинству, как правило, хватает этого базового набора. До конца жизни они не поднимаются выше звания рядовых адептов вольного города Дзэнсин. "Золотая тридцатка" - это будущие офицеры. Бакалавры, магистры. Их ожидают гораздо более широкие задачи, гораздо более сложные, которые требуют гибкости ума и умения использовать свои знания. Даже те, кто планирует связать свою жизнь с исследованиями должны пройти годичный курс обучения у офицеров-инструкторов. А любой магистр, который хочет продвинуться выше должен побывать в роли инструктора.

- Но мы могли пострадать, - обескуражено возразил Хаш.

- Глупый маленький брат. Наш вольный город, как ты думаешь, что он вообще такое?

- Ну.. э-э-э... это наш дом. Это центр науки. И магии.

- Это армия. Фактически, вся боеспособная армия Акиномори. Боевые чародеи не пашут землю, не занимаются торговлей. За них это делают жители деревень, вокруг Дзэнсина, не являющиеся гражданами города. Всё, все, что тут изобретается, прежде всего, рассматривается с точки зрения военной науки. Боевые чародеи должны быть готовы в любой момент отработать своё проживание и содержание. И говорить о том, что тренировки суровы - глупо. Враг не будет стремиться предоставить тебе комфортные условия в бою.

Хаш молчал. Нет, конечно, он знал это. Но внешний мир существовал где-то там, далеко. За пределами внешних стен. И он не рассматривал его как нечто совершенно реальное.

- Между государствами сейчас вооружённый до зубов нейтралитет. Но боевых чародеев используют как шпионов, диверсантов, наёмников. И, уверяю тебя, тех, кто попадает в руки соседей, ждёт незавидная участь. Ведь убить боевого чародея - значит ослабить соседа. Простая логика.

- Но ведь сейчас мир...

- Конечно мир. Но и в мирное время интересы государств постоянно вступают в конфронтацию. Это стало для тебя новостью?

Кэйран кивнул.

- Ясно. Ладно, мне пора идти. У меня много дел помимо вашей группы. Отдохни и ступай домой. Тебя ждёт серьёзный разговор с дедом, насколько я могу судить.

Аки исчезла в своей любимой манере - тихо, быстро, без всяких спецэффектов. Хаш завистливо цокнул языком - когда-нибудь он тоже будет двигаться с такой скоростью. Наверное.

Когда юноша почувствовал, что тело готово его слушаться, хоть и отзывается болью натруженных мышц, он встал и не спеша поковылял домой.

***

В родной квартал Кэйран вернулся после заката. Он лелеял надежду, что дед уже спит. По крайней мере, ему этого очень хотелось.

Старик пользовался огромным авторитетом внутри клана. Формально он не был его лидером, но Кэйран Сакудо держал старого Рокоцу в качестве своего первого советника и командующего ударными отрядами клана. Молодой лидер после своего восхождения решил ничего не менять, таким образом дед Хаша занимал свою должность вот уже тридцатый год. И всё это время был настоящей грозой для молодых неофитов с адептами.

В семье дед тоже не давал никому послаблений. Все молодые отпрыски ветви Рокоцу с самого детства ощущали на себе постоянный контроль старика. Хаш имел относительную свободу только в силу определённых обстоятельств, так уж получилось. Его дед муштровал реже, чем остальных. Но если добирался...

Сейчас Кэйран хотел только одного - тихонько прошмыгнуть в свою комнату и затаиться до утра. Потом улизнуть на занятия. А там, глядишь, дед отвлечётся на более важные дела.

Ворота Хаш преодолел чисто - аккуратно перепрыгнул стену и переулками направился к родному дому. Майская ночь разлилась над городом, утопила его в мягкой темноте, сиянии звёзд и пении цикад. Патрули исправно несли свою вахту и, даже если заметили передвижения Хаша, виду не подавали совершенно. Ну, крадётся и крадётся, эка невидаль, в первый раз, что ли?

Маленькая дверца в воротах дома тихонько скрипнула, пропуская юношу во двор. "Осталось совсем чуть-чуть" - подумал Хаш и почувствовал, как настроение улучшается. "Да, сумбурный сегодня вышел день, многое предстоит обдумать".

Удар стал для него совершенной неожиданностью. Молодому Кэйрану показалось, что его ударили в грудь крепостным тараном. Рёбра опасно затрещали, глаза заволокло красноватым туманом, и только когда Хаш ощутил, что отрывается от земли, стало ясно - попался.

Фигуру деда освещал рой "светлячков" сгустков Ши, озарявших ночь мягким зеленоватым светом. Мрачное лицо старика, с резко обозначившимися морщинами, частично скрытое тенью, ничего хорошего не предвещало. Хаш уныло обмяк, зная - сопротивление бесполезно.

- Ты разочаровал меня, внук. Опять. Но страшно не это. Сегодня ты опозорил клан.

"Нет уж. Ты выскажись, сбрось пар старый. Лучше я пока помолчу, целее буду".

- Я спрошу только один раз - и хочу услышать ответ. Почему ты сегодня опоздал на тренировку? Почему вчера тебя не было на ритуале? И, наконец, зачем ты полез в квартал Гэнкан?

- Эт-то... дедушка, если ты отпустишь моё горло, я постараюсь всё объяснить, - хрипло пробормотал юноша.

Рокоцу разжал пальцы и подросток упал на землю. Потирая шею, Хаш медленно поднялся и, глядя в землю, начал оправдываться:

- Дедушка, я признаю свои провинности, - молодого Кэйрана бесила такая манера речи, но он твёрдо знал, что старик в таком настроении как сейчас сможет воспринимать только её. - Сегодняшний пропуск случился по причине отсутствия знака адепта...

- Знаю. Это мне рассказал Талахаси. Почему ты не получил знак вчера, как это заведено?

- Мы опоздали на церемонию. Пришлось тайно проникать в школу ночью, чтобы добыть нужные сведения. К сожалению, знаки были для нас недоступны.

"Да и никто про них не вспомнил, если честно. Но тебе знать об этом не положено".

- И как? Добыли?

- Да, дедушка. Мы вовремя прибыли в школу утром и провели первое теоретическое занятие с наставницей Аки.

- Ясно. Как практическая часть?

- Сегодня был поединок, Аки хотела увидеть, на что мы способны.

- Ты проявил себя?

- Да, дедушка. Я одержал две победы, одну из них - над третьим номером в выпускном списке.

- Вот как?

В голосе старика мелькнуло какое-то непонятное чувство. Оттенок гордости.

- Да. За опоздание Аки уже наказала меня.

Рокоцу легонько кивнул. Зная деда, Хаш мог предположить, что колотить его сегодня уже не будут. По крайней мере, всерьёз.

- Я не могу назначить второе наказание за одну и ту же провинность. Своё отсутствие на церемонии ты искупил, показав себя умелым и инициативным адептом. Наказание за опоздание ты уже отработал перед Аки.

Хаш облегчённо выдохнул, не в состоянии поверить в свою удачу.

- Но ты нарушил границы квартала Гэнкан и вступил в конфронтацию с последним представителем клана. Ты не прав и должен извиниться перед ним от имени семьи Кэйран. Даю тебе на это неделю, внук.

Юноша склонил голову. Спорить бесполезно, старик не менял своих решений.

- Я буду ждать письменного заверения от Доко Гэнкана. И да, с третьим, говоришь? Неплохо. Возможно ты и не самый большой позор клана, возможно, этот титул всё ещё остаётся у твоего отца. Отправляйся в постель. Кэйран почесал затылок, осмысливая услышанное. Это что же, дед его похвалил? Ничего себе. Наверное, мир сходит с ума.