# Лабиринт силы (глава 20)

Павел Сэкка

- черновое, вычитки не было. Общий файл.

Сэкка Павел

Лабиринт силы (глава 20)

Origin: http://samlib.ru/s/sekka_p/labirint99.shtml

Создан: 10/12/2011, изменен: 10/12/2011, 26k

Глава: Фэнтези

Series: @Лабиринт силы - архив черновиков

- черновое, вычитки не было. Общий файл.

============================================================

Кэйран успел переместиться в защитную стойку, приготовился контратаковать, а затем столкнулся со стеной. Тяжёлой, быстродвижущейся гранитной глыбой.

Чудовищной силы удар выбил остатки воздуха из лёгких, сбил с ног и проволок по диагонали через весь зал. Когда тело, оставляя кровавый след на каменном полу, наконец остановилось, Хаш почувствовал, как сознание начинает гаснуть. Он изо всех сил старался не отключиться, но мир вокруг начал стремительно терять краски. Восприятие действительности затрудняла и кровь, льющаяся из рассечённого лба в глаза.

Адепт видел, видел то место в десяти метрах, где остановился Доко. Видел кривую торжествующую улыбку на его лице. И видел холодный свет, вспыхнувший за спиной чернокнижника. А потом увидел Йору.

Блондин чуть парил, не касаясь поверхности, с непостижимой скоростью, но для юноши время словно замедлилось. В отнесённой для удара правой руке Когаку словно сжимал звезду. Яркую, холодную звезду, освещавшую всё поле боя. Она рвалась наружу между его пальцами, она жаждала отринуть сдерживающую её плоть. И товарищ отпустил звезду на волю.

Невероятно, но чернокнижник успел среагировать. Он встретил Йору жёстким прямым ударом в грудь, мгновенно погасив инерцию движения. Что при этом ощущал Когаку, Хаш был не в состоянии представить. Но его друг достиг своей цели. Уже принимая удар, блондин сделал движение, словно давал пощёчину. Пространство заполонил свет, от которого заболели глаза. Потом грохнуло, звук рвал уши и мял сознание как хотел. Хаш прижал ладони к голове и открыл рот.

Сложно сказать, в какой момент всё улеглось. То ли через секунду, то ли через час. Кэйран затруднялся ответить. Просто свет погас, надсадный грохот и рёв утихли. У входа, привалившись спиной к стене, сидел Йору. Бледный, почти до белизны. Из уголков рта адепта стекали струйки крови.

На том месте, где стоял Доко в момент удара сейчас высилась груда какой-то чёрной, спёкшейся субстанции. От неё остро несло палёным. Едкий запах быстро заполнял всё помещение, Хаш закашлялся.

- Ты, блондин... Зря на Талахаси кивал... мол, боишься его... Сам-то... - начал адепт слабым, сиплым голосом.

Его прервал смех. Заливистый, истеричный смех. Он начался с тоненьких звуков, но быстро разнёсся до громогласного хохота. Смеявшийся захлёбывался, упивался происходившим с ним. И вместе с этим звуком начала шевелиться обугленная груда.

С ужасом юноша узнал Доко в существе, принимающем нормальное для человека положение. Чернокнижник пугал. По-настоящему. Без скидок.

Большая часть кожи обгорела до состояния хрустящей корочки. Одежда частью просто испарилась, частью спеклась в однородную массу и покрывала тело уродливыми наростами. Волосы исчезли. Кое-где поверхность треснула, обнажая клочья багровой плоти. Лицо... Лицо превратилось в безумную маску. Часть кожи уцелела и сейчас белёсым островком выделалась на фоне почерневшего, обожжённого месива. На изуродованных губах играла улыбка. Глаза сверкали безумием. Он не должен был жить. После такого это невозможно. Но Доко, видимо, об этом не знал. Или решил немного расширить границы знания о существовании.

- А неплохо, недоучки, неплохо! - голос Гэнкана тоже прошёл некую трансформу, стал взлаивающим, высоким. - Вы смогли нанести мне серьёзный урон и славно меня позабавить. Но мне это надоело.

Чернокнижник сложил одному ему известные жесты и обожжённая плоть стала облазить с него, как шкура со змеи. Помешать или ударить в этот момент у адептов просто не было сил. Когда трансформа закончилась, Доко остался почти без одежды, только в обугленных лохмотьях комбинезона.

- Игры кончились. Мне пора заняться главной своей задачей. Убивать.

Он взмахнул правой рукой, отыскал глазами глаза Хаша, чтобы удостовериться, что то смотрит и всё понимает. Убедившись, бывший адепт удовлетворённо кивнул и сложил дзинтай поднятой рукой. В Йору, не успевшего даже среагировать ударил поток пламени.

- Я убью их ме-е-едле-е-ен-н-но-о-о, - своим трансформировавшимся голосом протянул Гэнкан. - Посмотри на блондина - температура этого пламени чуть ниже жара, необходимого для приготовления хорошего куска мяса. Он протянет минут десять. Потом я возьмусь за твоего дружка Амидо, а потом - за твою девчонку. Если, конечно, ты не попытаешься их защитить, - чернокнижник сделал картинную паузу. - Ах, я забыл. Такое ничтожество как ты, просто не сможет остановить меня. Тебя хватило только на один удар в этом бою. Ты - никто.

Ненависть. Теперь Хаш чувствовал только ненависть. Эта тварь убивала его друзей. На его глазах. Единственным искуплением для ублюдка может быть только смерть.

Пошатываясь и помогая себе руками, Кэйран поднялся. Весь мир сейчас перестал существовать, он сузился до той точки, где стоял Доко.

- Знаешь, - сквозь зубы прошипел рыжий. - А я ведь тоже не стоял на месте с нашей встречи.

По рукам, расслабленно болтавшимся вдоль тела, пробежали багровые и синие всполохи. Доко только оскалился, вспомнив, видимо, их прошлую встречу.

На этот раз всё было немного по-другому. Туман не окутал Хаша полностью. В нём скрылись только руки. Гэнкан, хорошо выучивший значение метаморфозы, прервал огненный дзинтай, и едва успел встретить летящего на него Хаша.

Думать, даже в состоянии частичной трансформы, получалось слабо. Хаш тонул в своей ярости. Голос изменился - стал низким, раскатистым. Больше нескольких слов за раз произнести не удавалось.

- Я долго думал над тем случаем, - эту фразу Кэйран сопроводил серией быстрых ударов по корпусу врага. Чернокнижник подставлял блоки, но на местах, соприкоснувшихся с кулаками адепта мгновенно начинали наливаться синяки.

- И понял вот что, - резкий хук слева заставил Доко отступить от тела Йору вдоль стены.- Когда я, - резкая подсечка, уход Доко от атаки прыжком. - Вижу перед собой такую мразь как ты, - непрекращающееся после подсечки движение, полный оборот с использованием рук и размашистый удар по Доко той же ногой, но уже по верхней части туловища. - Я не остановлюсь, пока не убью её, - предыдущий удар достал врага. Гэнкан отлетел к стене и сейчас стоял на четвереньках, пытаясь сориентироваться. С последним словом Хаш подскочил к нему и с чудовищной силой пнул под рёбра. Доко успел сгруппироваться и удар прошёл вскользь, тыльной стороной ступни. Конечность что-то словно отвело в сторону, погасив большую часть силы.

Чернокнижник оттолкнулся руками от ноги адепта, плавно пролетел несколько метров и приземлился, замерев в низкой стойке.

- Ты даже научился управлять этим! Да ты талант! Только вот сила - это не всё, дурак. Необходимо уметь её применять! Имодзуру!

В руках бывшего выпускника Школы Сёгакко зазмеилась огненная плеть. Почти белый хлыст, состоящий из жгучего пламени, перед которым не устоит ничто. Хаш об этом знал совершенно точно. Доко несколько раз взмахнул своим оружием для пробы, а затем обрушил на замешкавшегося Кэйрана.

Хаш не врал, когда говорил об изменениях. Он с пользой потратил недели после спарринга. Адепт тренировался. Он скрупулёзно восстановил своё состояние тогда, на реке. Сделал выводы. И смог снова вызвать удивительную трансформацию своего тела. Далеко не столь сильную - объём Ци увеличивался от силы на треть. Затем у юноши это получилось снова. И опять. На сегодняшний день Кэйран худо-бедно мог управлять странным даром. Возможно, оно к лучшему - при частичном всплеске Хаш мог осознанно действовать.

Именно это спасло адепта от вёрткой огненной плети. Парень отскочил в сторону, перекатился по полу и замер метрах в десяти от Доко, внимательно наблюдая за его действиями.

Чернокнижник замолк, прищурился, обдумывая что-то и ударил. Просто, честно и открыто. Хаш удивлённо отступил в сторону, не понимая манёвра противника.

- Дурак, - констатировал последний из Гэнканов.

Пламя плети на мгновение вспыхнуло ярче, словно к нему притёк свежий воздух. Кэйран смутно что-то заподозрил, рванулся назад, но оказалось слишком поздно. Чернокнижник пустил по плети "воздушную волну".

Оружие тут же исчезло, погасло, но адепта с чудовищной силой ударил в грудь сжатый до состояния камня горячий воздух. Рёбра, находившиеся в плачевном состоянии, не выдержали. Когда Хаш остановил движение и замер, отброшенный ударом почти в то же место, что и после первой атака, то почувствовал, как осколок кости пробивает лёгкое. Юноша закашлялся, с чудовищными хрипами, бульканьем, разбрызгивая кровь вокруг себя. Чернокнижник захохотал.

- Ка же ты жалок. Какой же ты слабак. Твой товарищ, - Доко кивнул в сторону неподвижного Йору. - Ухитрился ударить так, что мне пришлось потратить половину своей Ци на восстановление. Кстати, отличный дзинтай, совершенно мне незнакомый. Жаль, умрёт вместе с ним. На тебя, с твоим удивительным всплеском силы я расходовал всего лишь треть силы. Треть! - Гэнкан вскинул указательный палец.

Сказанное доходило до сознания Хаша с трудом. Багровый туман растворился без остатка, адепт чувствовал - жизнь уходит.

- Ты рос, окружённый заботой. Тебя тренировали лучшие учителя клана. Тебя опекала сама учитель Аки. Я всего добивался сам. Сирота. Наследник мёртвой семьи. Я добился всего сам!!! - последние слова Доко проорал, лицо при этом исказилось до неузнаваемости. - Твой друг Когаку мог бы понять меня. Он тоже искал силы. Но он не смог пойти до конца. А я - смог!!! - чернокнижник снова сорвался на крик. - Но им нужен ты!!! Что, что в тебе такого, чего нет у меня, ничтожество?!!!

Затем эмоции улеглись. Доко принял расслабленную позу, скрестил руки на груди.

- Не обвиняй меня в жестокости или бесчеловечности. Слабые - игрушки, жертвы, пища для сильных. Природа знает много законов. Закон силы - один из них. В каждом из нас есть животное, которое требует обходиться с теми, кто слабее, как с мусором. Это натурально.

Тот, кто слабее меня, заслуживает только моего презрения, - чернокнижник выразительно посмотрел на Кэйрана. - Я не знаю целей, которые преследует учитель Аки. Тем более, я не знаю целей учителя Гихана. Но мне поставили задачу - заставить тебя раскрыться или убить. Я с самого начала знал исход этого боя. Пришло время закончить. Пришло время тебе - умереть, а мне - взять то, что учителя припасли сильнейшему. Мне. То, чего не смог получить ты.

Короткий, сочный шлепок стал точкой в монологе Гэнкана. Что-то вязкое, хлюпнув, размазалось по затылку Доко. В зале тут же разлился терпкий хвойный запах. Для Гэнкана такой поворот событий стал совершенной неожиданностью, шоком. Он начал оборачиваться, с выпученными глазами и приоткрытым ртом, как раз в этот момент второй комок грязно-жёлтой гадости поразил голову чернокнижника, залепив половину лица.

Хаш перевёл взгляд и увидел Амидо, сидящего на корточках у разбитой "еловой бомбы". В руках Талахаси сжимал две тоненькие, почти невидимые лески, уходившие к Доко.

- После этого не восстановишься, тварь, - потомок рестораторов пропустил по лескам Ци.

Кэйран не знал, что точно намешал Амидо в свою "взрывчатку". Помнил слова про масло, еловую смолу и насыщение Ши. Но не ожидал смеси, по консистенции больше напоминающей желе. И вначале даже не понял действий товарища.

Масса на голове Доко мгновенно раскалилась и вспыхнула ярким, багровым светом. Больше всего это напоминало тлеющий уголёк, с редкими языками пламени. Снова пахнуло палёным мясом, от чернокнижника повалил дым. Гэнкан, не ожидавший подобного, дико взвыл, руки рванулись к пылающему на голове составу, отдёрнулись. Вой перешёл в крик, юноша упал на пол, катаясь по земле. Недолго. Через минуты три он затих, издав последний хрип.

- Готов, - равнодушно бросил Амидо. - Спёкся, первый номер.

У Хаша не хватало сил даже на облегчённый выдох. Адепт просто улыбнулся и сплюнул кровью на пол.

Амидо, спокойно переждавший битву даже не имел серьёзных повреждений. Он поднялся на ноги, отряхнулся и, кивнув Хашу, торопливо подошёл к Йору. Приложил руку к горлу, нащупывая биение сердца.

- Уф, - с облегчением выдохнул Талахаси. - Вроде жив. Так... Сейчас надо сообразить, как нас отсюда вытащить, надо позвать на помощь. Вычислитель!

Брюнет начал разгибаться, намереваясь подать сигнал, с помощью странного вычислителя. Но застыл, не закончив своё движение.

Его плечи дёрнулись, по груди побежала кровь. Амидо с удивлением смотрел на дыру, непонятным образом возникшую справа, чуть ниже ключицы. Затем тело подкинуло вверх и с силой швырнуло в сторону. На Хаша пристально смотрела Аки.

***

Кеншин сидел у порога гробницы. Ударный отряд магистрата только что отрапортовал, что найден ход на нижние уровни. Магистр приказал не вмешиваться до его приказа. Рядом, с закрытыми глазами расположилась Отомэ.

Её Ци сейчас пронизывала каждый закуток заброшенного склепа. Об увиденном девушка сообщала в монотонной манере, присущей только работающему чародею-сенсору.

- Ци Гэнкана погасла. Всплеск энергии неизвестной природы погас.

- Понятно. Наше вмешательство не потребуется?

- Секунду... Кэйран! Аки Кэйран! Она там, внизу!

- Спокойно. Она одна?

- Она... Всплески! Ёкаи! Сторожевые ёкаи! На верхних ярусах и надземном этаже. Три... Пять... Двенадцать. Сейчас они материализуются и...

- Нам придётся поработать, - Ронин встал, взяв в руку ножны с катаной. - Хиго не ошибся. Он появится здесь.

Девушка распахнула глаза, щурясь на утреннее солнце.

- Но адепты внутри... - неуверенно начала она.

- Нам нужен тот, кто выдавал себя за Гихана. Пока он не появится здесь - мы не будем вмешиваться.

- Откуда вы знаете, что он придёт? Возможно, он почувствует наших чародеев?

- Он придёт. Он ждёт. Чего - пока непонятно. Пойдём, подготовимся к торжественной встрече.

***

- Мой глупый, глупый маленький брат... - с некоторым сожалением произнесла девушка.

Одежда сестры изменилась. Исчезли мужские штаны, исчезла жилетка. Сейчас на Аки было что-то вроде чёрного, свободного халата с длинными полами и широкими рукавами. Поверх накинут чёрный же, отороченный серебряной каймой плащ с капюшоном. Волосы, обычно распущенные, подвязаны чёрной лентой. Руки скрывают перчатки, на ногах - сапоги из мягкой кожи. Единственным "светлым пятном" на фоне одежды оставалось только бледное лицо.

Аки неторопливо повела рукой из-за спины. В ладонь уже втягивалось теневое копьё, пронзившее Амидо.

Хаш почувствовал, как на него наваливается безразличие, усталость и сонливость. Эти ощущения вытеснили боль. Он просто лежал и смотрел, как будут развиваться события. "Наставница Кэйран" молчала, разглядывая юношу. Не подходила, не делала никаких жестов. Просто смотрела. Знакомым с детства птичьим движением склонила голову.

- Ты совсем не оправдываешь надежд, возложенных на тебя. Возможно, Доко, - она переступила тело юного чернокнижника, даже не удостоив его взгляда, - прав. Ты совсем ничего не можешь.

- О чём ты... - с трудом прохрипел Хаш.

Аки остановившись возле столешницы с зависшей над ней Рикко. Задумчиво провела пальцами по краю.

- Ты так и не понял? Даже после рассказа отца? Даже после слов Доко? - Кэйран криво усмехнулась. - Неужели ты настолько туп? Глупый маленький брат. Ты эксперимент, Хаш. Мой неудачный эксперимент. Ты должен был умереть, - она присела на корточки, взяла парня за волосы, заставив посмотреть себе в глаза. Хаш дёрнулся, но слишком ослаб, что бы сопротивляться. - Но я тебя спасла. Подарила жизнь. Я хотела... хотела, чтобы ты вырос лучшим. Сильным. Ты должен был им стать. Я не допустила старых ошибок, я сделала всё, что бы ты не только выжил... - её лицо странно исказилось, хотя глаза остались все так же безразличны. - Я сделала тебе дар, которым ты не смог воспользоваться. Ты не оценил мой подарок.

- Какой подарок...

- Рой, Хаш. Рой моих творений, росших и лечивших тебя всё это время. Рой... Ты должен был становиться сильнее с каждым годом. Ты должен был превратиться в лучшего боевого чародея своего поколения. А затем... Хотя, какой теперь смысл вспоминать о несбыточной мечте, - Аки снова усмехнулась. - Ты всё погубил. Разрушил. Мой эксперимент, работу моей жизни. Слабак. Просто слабый глупый мальчишка.

Рыжий никак не реагировал на её слова. Он чувствовал лишь усталость и пробирающий до костей холод. В голове что-то тоненько звенело, глаза закрывались.

- Всё что тебе было необходимо - просто захотеть. Просто захотеть. Обрести себя в полной мере. Но ты не смог. Не смог, как и многое другое. Даже своего врага, - Аки кивнула в сторону Гэнкана, - ты одолел лишь чужими руками. Беспомощный глупец. Ни на что не способный сам. - Она брезгливо разжала пальцы. Хаш в последний раз попытался рассмотреть хоть какое-то выражение в льдистых глазах, но увидел только холод. Равнодушие.

- В том есть и моя вина. Я слишком осторожничала. Я боялась форсировать события. Эксперимент провалился. Нужно начинать всё заново. Впрочем, - девушка поднесла палец к губам и задумалась. - В последнее время ты показал кое-какие успехи. Стоит попробовать последнее средство.

Адепт непонимающе смотрел на чернокнижницу.

- Я изолировала тебя от бывших дружков. Лишила внимания. Дала шанс почувствовать хуже всех. Но ты не собирался становиться лучше. Не собирался преодолевать трудности. Вместо этого ты лишь жалел себя и находил тысячи оправданий. Мне даже пришлось стать твоим врагом! - Аки впервые повысила голос. - Я пыталась убить твоих единственных товарищей! - она обвела помещение рукой. - Ты слабак. Даже сейчас ты всего лишь бесполезный кусок мяса, способный только захлёбываться собственной кровью и бессилием. Но ты получишь мой дар сполна, хочешь того или нет! Неужели, неужели мне и теперь придётся делать всё за тебя?!

Девушка порывисто распрямилась, повернувшись спиной к адепту. Хрустнула суставами сплетённых пальцев.

- Твой отец наверняка напел тебе красивых песен. О долге. О защите. О семье. О друзьях. Проверим, возможно, его мотивация сильнее, - она вернулась к столешнице. - Странно, девочка всё ещё под действием дзинтая Доко. Вас ведь связывают какие-то чувства, верно? - Аки обернулась, на её губах плясала недобрая улыбка. - Ах, юность так прекрасна, эмоции так сильны, так ярки. Они раскрашивают жизнь, заставляют сердце биться чаще. Перед тобой - живое воплощение долга боевого чародея. Юкиона. Твоя подруга. Как и ты, член большой, дружной семьи вольного города, - эти слова бывшая наставница словно выплюнула. - Сосредоточие всех принципов. Защищать. Жертвовать. Что ты сделаешь, если я попытаюсь её убить?

Оцепенение схлынуло с Хаша в один момент. Сердце бешено затрепыхалось в груди. Он закашлялся, сплюнул кровь, даже попытался встать.

- Не смей... - тело отказывалось повиноваться, но каким-то чудом, юноше удалось подняться, опираясь спиной о стену. - Не смей прикасаться к ней!

Аки звонко рассмеялась.

- А иначе что? Давай, останови меня, - она подняла руку, лениво, будто нехотя. - Ах да, я забыла. Ты же ничего не можешь. - С её пальцев сорвались тонкие теневые иглы. Пять. Пять тёмных линий, кажущихся плоскими. Они метнулись, как змеи к добыче.

Юкиона дёрнулась, на губах выступила кровь. Дзинтай Аки прошил тело девушки - бедро, живот, грудь, руку. Шею. Когда последнее копьё входило в плоть Рикко, та распахнула свои зелёные глаза. Она смотрела прямиком на Хаша. Непонимание, удивление, страх. Именно в такой последовательности пронеслись эмоции. А затем взгляд помутнел.

- Слабак, - издевательски констатировала Кэйран. В тот же момент она слетела с ног от мощного удара. Девушку протянуло по полу, предварительно перевернув в воздухе. Когда она неторопливо поднялась, на одежде не осталось даже соринки. Но такие детали занимали чернокнижницу в последнюю очередь. Она внимательно смотрела на то место, где только что стояла сама.

Фигуру адепта скрывал багровый туман. По поверхности пробегали насыщенные, синие блики. Изредка от краю отрывались яркие искры и уносились в сторону, как отголоски сильного пламени. За клубящейся, перекатывающейся силой, охватившей юношу, очертаний самого Хаша почти не было видно.

Кэйран в этот момент испытывал двойственные ощущения. С одной стороны адепт чётко осознавал себя. Чувствовал боль. С другой - он сроднился с Ци, хлещущей сейчас изнутри. Не просто переполнявшей - выплёскивавшейся наружу. Он был и не был. Кэйран Хаш стал потоком, сумасшедшим потоком энергии, вышедшим из-под контроля. Если бы у этого нового существа не было цели - оно разрушало бы всё вокруг просто так, от излишка Ци. Но цель была.

"Она. Убила. Рикко". Мысли всплывали с большим трудом. В раздвоенном сознании они отражались громогласным эхом. "Она. Предала. Город". Ци нашла точку приложения. Нашла себя место фокусировки. Энергией управляла ненависть. "Она угроза. Смерть".

Когда отзвуки последней мысли улеглись в сознании адепт атаковал. Сейчас он не был способен на какие-то сложные дзинтаи - невозможно обуздать селевой поток, ворвавшийся в русло горной речушки. Действовал Кэйран немногим лучше упомянутого потока. То есть - нёсся прямо к своей цели, не смотря ни на что.

Наблюдавшая со стороны Аки удивлённо вскинула бровь. Тело брата заволокло туманное марево. Он не бежал, не шёл, не прыгал. Сложно описать способ, выбранный для перемещения в пространстве. Движения тела, переполненного Ци до отказа не просто быстры. Глаз за ними совершенно не успевает. Багрово-синее облако просто исчезало в одном месте, на мгновенье появлялось во втором - и неслось прямо на Аки. Впрочем, эффектами продвижения своего брата пришлось любоваться недолго. Полтора десятка шагов, разделяющих противников Кэйран преодолел меньше чем за десятую долю секунды.

Облако тумана, скрывающее юношу, появилось прямо перед бывшей наставницей. Что он предпримет Аки не могла знать - сквозь пелену не рассмотреть не то что движений - просто конечностей.

Хаш тем временем, в своём субъективном восприятии просто плыл. Медленно-медленно он двигался по залу, ставшему в одно мгновенье просто громадным. Двойственность сознания усилилась. Себя он видел только со стороны и контролировать действия мог весьма ограниченно. Ци захватила его в свой круговорот. Юноша почти растворился в этом бушующем потоке. Правда, его желание исполнилось - поток обрушился на убийцу.

Атака, несмотря на всю свою простоту впечатляла. Ци гнала перед собой волну воздуха, им не находилось места в одной точке пространства - настолько плотной стала концентрация энергии изливающейся из Хаша, направленной на Аки.

Адепт осознавал, что ударом, направленным на Аки можно свернуть гору.

Наконец энергия достигла цели. Волосы Аки взметнулись, когда мимо неё пронеслась ударная волна. А затем багровое облако добралось до фигурки девушки.

Грянул беззвучный гром. Всю гробницу, от основания до макушки тряхнуло, как при землетрясении. По стенам зазмеились трещины. Пол тяжко застонал и, хрустнув, исторг из себя глубокий пролом, ведущий ниже фундамента усыпальницы. Сила клокотала в пространстве, разливалась от стены до стены, заполняла всё вокруг. Удивительно, как этот океан не крушил стены, потолок и не устремлялся наружу. Учитывая, что это были лишь остатки, основной поток ударил по Аки, сложно представить, что испытывала на себе молодой магистр.

Девушка, попавшая под такую мощь, не могла выстоять. Это выше разумения и возможностей любого человека, это сравнимо с извержением вулкана. При столкновении с такой Ци тело не выдержало бы, не спасли бы никакие барьеры. Именно так должно было случиться. Но только не с Кэйран Аки.

Всё закончилось резко, в один момент. Только что на чернокнижницу двигался неукротимый селевой поток. Он поглотил её, он мог оставить от человека только облачко кровавого пара. И вот - в вытянутой руке магистра трепыхается рыжи, тощий, окровавленный шестнадцатилетний мальчишка, вокруг которого рассеиваются облачка багрового тумана.

- Бездарь, - Аки скривилась, глядя на Хаша. - Ты даже ненавидеть по-настоящему не умеешь, - с этими словами она швырнула Кэйрана через весь зал, по диагонали, шагов на тридцать. - Я дала тебе силу. Силу, способную двигать горы, - мелодичный, спокойный, чуть грустный голос. Не обвиняющий. Просто констатирующий факт. - А всё, на что ты оказался способен - увеличить свой объём Ци в несколько раз. Причём, даже без возможности управлять этим потоком! Жалкое ничтожество. Брак. Калека. Ты ущербен! - на этих словах эмоции снова взяли вверх, лицо исказилось.

Она не двигалась с места, буравя Хаша, поднимающегося на ноги ненавидящим взглядом. - Я ошиблась. Ошиблась. Если ты Кэйран, думала я, значит, силён. В тебе есть врождённая особенность, которая и позволила выжить, при введении роя. Я считала, что это только первая ступенька на пути твоего возвышения. А это оказался твой потолок!