# О.Г.Т: Худший технолог

Надежда Чернышова, Михаил Семенов, Светлана К.

Ольга Ивановна, начальница бюро мехобработки оборонного завода погибает в середине 90-х под колесами автомобиля сына местного депутата и оказывается в будущем, в 2025 года в теле недавней студентки, а ныне инженера-технолога с того же самого завода. Которую вполне заслуженно считают "худшим технологом". Вот только она не собирается вести праздный образ жизни прежней владелицы своего тела, а намерена показать всем, чего стоит советский инженер - пусть даже по дорогам ездят не "Москвичи" с "Жигулями", а "Лады" с "китайцами", а техпроцессы пишут не ручкой на бумаге, а на компьютерах в "Вертикали".
P.S. Действие происходит в альтернативной России с иными политическими фигурами и немного иной историей. Все возможные совпадения случайны.

Чернышова Надежда, Семенов Михаил, К. Светлана

О.Г.Т: Худший технолог

Origin: http://samlib.ru/s/semenow_igorx_andreewich/ogthudshijtehnolog.shtml

Создан: 09/08/2026, изменен: 15/08/2026, 424k

Роман: Проза

Series: ОГТ

Ольга Ивановна, начальница бюро мехобработки оборонного завода погибает в середине 90-х под колесами автомобиля сына местного депутата и оказывается в будущем, в 2025 года в теле недавней студентки, а ныне инженера-технолога с того же самого завода. Которую вполне заслуженно считают "худшим технологом". Вот только она не собирается вести праздный образ жизни прежней владелицы своего тела, а намерена показать всем, чего стоит советский инженер - пусть даже по дорогам ездят не "Москвичи" с "Жигулями", а "Лады" с "китайцами", а техпроцессы пишут не ручкой на бумаге, а на компьютерах в "Вертикали".

P.S. Действие происходит в альтернативной России с иными политическими фигурами и немного иной историей. Все возможные совпадения случайны.

____________________________________________________________

Пролог.

Устало вздохнув, Ольга Ивановна, начальница бюро технологов по мехобработке, вышла с проходной завода 'Спецмаш' и пошла к остановке трамвая. Моросил мелкий, неприятный дождь, отчего и без того плохое настроение становилось совсем уж отвратительным... Зарплату не выплачивали уже третий месяц, часть людей давно сидела по домам 'за свой счет' и не видно было ни конца, ни краю. Руководство обещало, правда, что на следующей неделе наконец-то что-то там перепадет, но цены росли как на дрожжах, так что толку с того будет не так уж и много. Так что жили, по большему счету, с дачи да с того, что мужу на его 'Москвиче' удавалось натаксовать по вечерам. Впрочем, за времена 'свободы и демократии' к этому успели уж попривыкнуть...

'По тридцать третьему заказу - ничего, ни одной машины на следующий год', - вспомнились ей слова главного технолога. А ведь именно он и кормил весь завод последние десять лет. 'Ваша оборонка никому не нужна, - говорили им. - Подстраивайтесь под рынок!' Вот только не больно-то шла и гражданская продукция - то же оборудование куда дешевле было не у них новое закупать, а старье из Европы с Америкой.

'Ухожу я, теть Оль, - вспомнился ей вдруг недавний разговор с бывшей подчиненной. - Подпишите заявление'.

'Ты чего, Катюш, - удивилась она тогда. - Ты ж у нас лучший специалист! Никто лучше тебя в зуборезке не разбирается! Как одиннадцатый цех без тебя работать-то будет?'

'Справятся как-нибудь, - грустно усмехнулась женщина. - А мне детей кормить надо...'

'И куда ж ты теперь?'

'На рынок... Куда же еще?'

Эх... Катя Васнецова... Та, кого Ольга готовила себе не смену, когда ее перевели из ведущих инженеров в начальницы. Ее главная надежда. А теперь - все. Нет, ну пока-то она справится сама, а что дальше? Специалисты уходили, не оставляя себе никакой замены - кто в челноки, кто на рынок или в охрану. А кто и куда похуже... 'А молодежь?' А хочет ли она идти на заводы? Пока как-то не видно...

Зажегся зеленый свет, и Ольга Ивановна, оглядевшись по сторонам, стала переходить дорогу. Сейчас еще повернуть направо, пройти полквартала - и там уж и остановка трамвая. А вон и трамвай - только во встречном направлении. Не горящая левая фара, фанера на месте пары стекол, давно вылинявшая краска. Под перестук колес он подкатился к остановке, где со скрежетом раздвинулись двери. Две из трех... Средняя не иначе как не работает. Впрочем, стоит ли этому удивляться?

Но вот и остановка. Теперь только стоять и ждать трамвая в нужном направлении... А вон вдали, кажется, и он. Повезло - даже двойник, которых на линии становилось все меньше. А то все те, с кем она вместе шла с завода, просто не поместились бы, а так хотя бы стоя да влезут...

- Ольга Иванна, - вдруг окликнул ее смутно знакомый голос. - А правда, что четырнадцатый цех у нас какой-то фирмочке в аренду сдают?

- Да, - вспомнила она недавний разговор. - Четырнадцатый и недостроенный инженерный корпус.

- Но ведь там же у нас весь крупногабарит! - удивился мужчина. - ГРы, продольно-фрезерный, карусельные станки... Куда их-то девать?

- Сказано - консервация. Станки, мол, второй год стоят, заказов нет, - усмехнулась Ольга. - Разберут и где-нибудь на складе кучей все свалят. А, скорее всего, продадут просто кому-нибудь. За бесценок. Как всегда...

- Все равно не понимаю, - вздохнул мужчина. - Ладно, инженерный... Все равно недострой. Помню, еще в 88-м говорили, что переведут туда ОКБ, ОГТ, металлургов. Понимаю, что старые корпуса Сталина еще помнят, но кто денег-то теперь на достройку даст... Но четырнадцатый-то зачем?

- А зачем частнику старые цеха? Им подавай все самое новое, самое современное... Чтобы минимум вложений, максимум прибыли... И место, опять же, удобное. Не где-нибудь в глубине... Цех 87-ого года постройки, удобный подъезд, новая подстанция... Чего еще нужно?

'Интересно, сколько ж директор с замами получили за эту 'очень выгодную' сделку по распродаже собственного завода?' - ехидно усмехнулся внутренний голос. Но рассуждать уже не было времени. К остановке наконец-то подъехал трамвай, и толпа народа полезла в и так уже прилично заполнившиеся вагоны.

'Проходим быстрее, не задерживаем движение! - ворчливо прозвучало в динамике голосом водителя трамвая. - Закрываю двери!'

С жужжанием мотора задвинулась дверь, отрезав Ольгу и тех, кто сумел 'забиться' в трамвай от тех, кому не хватило места. Вагон резко дернулся и поехал, унося Ольгу в сторону дома. 'Муж, поди, уже опять таксует, - подумала женщина. - А дочка уроки учит, через год школу заканчивает... А куда дальше идти?' Старший сын... Политех закончил с отличием. А сейчас у частника работает, конторка по ремонту компов... Второй сын... Физфак университета закончил, тоже с отличием. Работает у частника же трактористом... На стройках котлованы под магазинчики какие-нибудь строит. Оба неофициально, за наличку. Завтра работодатель захочет, что-то вдруг не устроит или бизнес прогорит, - выгонит пинком под зад. А дочка? Ей-то куда? Закончить институт и торговать в ларьке?

Но вот и ее остановка... Выбравшись из трамвая, Ольга Ивановна устало бредет к своему дому. К 'трешке', что успела получить от завода на самом-самом закате советских лет... И то, как говорится, счастье. Успела хотя бы это. '89-й год... Начало конца', - грустно усмехнулась женщина. И в этот момент спереди послышалась громыхающая музыка, а из-за поворота вылетела летевшая на полной скорости иномарка - в их моделях женщина, увы, не разбиралась. А дальше все было так быстро, что она не успела даже толком отреагировать... Точнее, еще попыталась отскочить от внезапно вылетевшей на тротуар иномарки, но было поздно. Визг тормозов, удар, - и вот уж она лежит у стены какого-то сарая...

Машина остановилась, из нее вышли пара молодых парней, что подошли поближе...

- Слышь, Андрюх, я что, тетку какую-то сбил? - пьяным голосом произнес один. - ***, скорую что ль вызвать?

- Ты дебил, что ли? - окликнул его второй. - Нас же в ментуру заберут! Валим скорее, пока никого тут нет!

'Свиньин, - в последний миг своей жизни вдруг поняла Ольга Ивановна. - Сергей Свиньин, сынок нашего депутата...' 'Будьте вы прокляты, твари! - успела подумать женщина. - Эх, мне б хоть крошечный шанс отомстить!'

Глава 1.

- Слышь, курица! - пришла в себя Ольга Ивановна совершенно неожиданным образом. - Я тебя последний раз предупреждаю! Или ты возвращаешься ко мне - или я тебя тут же и закопаю!

Она лежала на земле, а сверху на нее взирал здоровенный амбал с рожей полного дебила. 'И откуда только такие берутся? - успела подумать женщина.

- Ну, че молчишь, тварь? Язык откусила? - продолжил тем временем урод. - Так сейчас еще...

- Заткнись, с*ка! - внезапно рявкнула женщина, но голос вышел совсем не таким, каким должен был быть. Вместо грозного начальственного окрика начальницы бюро технологов по мехобработке - какой-то жалкий девчачий писк.

'Да он же бухой!' - успела подумать Ольга до того, как заметила, что тот вновь замахивается на нее ногой. Вот только становиться безвольной жертвой она совершенно не горела желанием. Резко взмахнув ногой, она ударила в первое попавшееся место, отчего пьяный урод буквально улетел куда-то в сторону. Резко встав на ноги, она подошла к нему и теперь уж сверху вниз взглянула на лежащего в грязи ублюдка.

- Верка, ты чего? - ошалело глядя на нее, произнес урод.

- Того! - огрызнулась женщина. - Еще раз хоть пальцем тронешь меня - убью! Понял?

- Ээээ.. ыыы... - ошарашенно произнес алкаш.

- Не слышу ответа! - рявкнула женщина.

- Понял, понял! - испуганно пролепетал паренек. - Ты чего, Верка? Взбесилась что ли?

Так и не удостоив алкаша ответом, она развернулась и двинулась прочь, вскоре выйдя из проулка и оказавшись на широкой улице... И совершенно не узнавая город. Не понимая, как же она тут оказалась и... кто она? 'Верка', - вспомнилось, как назвал ее урод. Почему Верка? Всю жизнь же Ольгой была? Или она - больше не она?

Резко остановившись, они принялась осматриваться по сторонам... 'Магнит', - попалась на глаза незнакомого вида вывеска. 'Пятерочка', - висело на соседнем здании. 'Студия красоты', - виднелась надпись на том же здании чуть дальше. Однако она искала не это. Она искала хоть какие-то знакомые ориентиры... Но не видела ничего. Даже табличек с названием улицы. Машины... Ни 'Жигулей', ни 'Москвичей'... Ничего. Все чужое, все непривычное... И где тут вообще наши, российские машины? Хотя... Вон же значок... 'Это что, 'Лада'? А почему название-то латиницей?' - ошарашенно подумала она.

Остановившись, она решила осмотреть карманы... Связка из четырех ключей. Зеленая пластинка с надписью 'СБЕР'. 'Банковская карта', - сообразила женщина, хоть никогда и не видала их 'вживую'. Какой-то черный чехол, содержимое которого смотреть она пока не стала. И показавшаяся знакомой белая пластинка. Пропуск. С которого на нее глядело лицо молоденькой, лет двадцать с небольшим, девушки. 'АО 'Спецмаш', - отпечатанная надпись в верхнем правом углу, а затем ниже, буквально посередине между фотографией и краем вставленного под толстую пленку листка бумаги надпись от руки: 'ОГТ'. И в самом низу - подпись и печать отдела кадров. Знакомая такая печать. Как у нее самой на пропуске было. И обратная сторона пропуска, где под пленкой на листке каллиграфическим подчерком написаны ее данные. Максимова Вера Антоновна. 'Верка', - вспомнились ей слова валявшегося в грязи уродца. Взглянув в стеклянную витрину, женщина увидела в ней отражение того самого лица, что было на пропуске. Значит, она теперь - эта самая 'Верка'... И как с этим быть дальше?

Отвернувшись от витрины, она засунула пропуск в карман и, наконец, приступила к последнему предмету из найденного кармана. Открыла чехол и взглянула на то, что оказалось внутри. Это была не записная книжка. Это было какое-то устройство... Гладкий, блестящий экран. Две кнопочки сбоку. И ничего больше. 'Пейджер что ли?' - подумала она. 'Или мобильный телефон?' Ни того, ни другого она прежде не видала, но слышала прежде про такое... Наугад ткнула пальцем в одну из кнопок, и экран засветился, показав какую-то картинку с датой и временем. 17.43. 8 июля... 2025 года.

'Что за пальцы-то!' - мысленно выругалась женщина. Какие-то здоровенные, уродливые пластины на ногтях мешали даже элементарно нажимать на кнопки, и от этого бывшей начальнице бюро хотелось материться. 'Скорее избавиться от этой дряни! - подумала она. - Только как? Хотя... Ацетон должен помочь'. Ацетоном раньше смывали лаки для ногтей, ацетоном растворяли цианокрилатные клеи, так что и тут должен помочь. Где бы только его достать? Нужен какой-то магазин стройматериалов... Еще вчера она бы нашла такой с легкостью... Но где искать сейчас? Тридцать лет прошло! Это уже совсем другой город... И кто знает, что изменилось с тех времен?

Вздохнув, она рассовала все по карманам и двинулась вдоль улицы... Эх! Как бы еще понять, куда идти-то хоть? И где ее дом? Или для начала хотя бы сориентироваться, где же она оказалась... Впрочем, последнее все же оказалось не так сложно. В конце квартала стояла явно новенькая двенадцатиэтажка, на стене которой висела непривычного стиля табличка-указатель с названием улицы. 'Октябрьская', - прочитала она. Улица Октябрьская... Такие, казалось бы, знакомые места! Только где же трамвайная линия, что пролегала по самому центру все те времена, что она только помнила себя? Линии не было. Ни рельс, ни растяжек, ни таких привычных вагончиков. Ничего. И оттого становилось как-то жутковато... Как же люди теперь ездят? Неужели все на этих многочисленных иномарках и 'маскирующихся' под них 'Ладах'?

- Женщина, - обратилась к какой-то накрашенной даме лет пятидесяти Оль... то есть, теперь уже Вера. - Не подскажите, где тут строительный магазин найти?

- Какая я вам женщина? - чуть не взвилась та. - И вообще по строительным магазинам я не хожу!

'Ну и ладно! - почему-то разозлилась Вера. - И без тебя найду. У мужика какого-нибудь спрошу. Вон, кажется, как раз парень идет...'

- Извините, а не знаете, где тут магазин стройматериалов? - обратилась она к нему.

- А? Что? - чуть не подпрыгнул от удивления тот.

- Магазин, спрашиваю, стройматериалов не подскажите, где?

- А зачем он тебе? - ошарашенно произнес паренек. - Ты что строить-то собралась?

- А не все равно? - удивилась такому любопытству Вера.

- Да хз, - помотал головой так, словно его спросили о чем-то невероятно странном, парень. - Мне коль чего надо будет, на валдбиризе закажу...

- Где закажите? - не поняла она.

- Ну 'валдбериз', 'озон', 'Яндекс-маркет', - удивленно пожал плечами тот. - Маркетплейсы, короче.

- Ну, спасибо, - вздохнула Вера, чувствуя, что мозг закипает от услышанной абракадабры.

Следующим кандидатом для опроса стал старичок лет семидесяти... И на этот раз ответ был тот, что надо.

- Строительный? - бросив на нее удивленный взгляд, произнес он. - Да вот тут прямо за углом и будет. Так и называется 'стройматериалы'. Даже и не думал, что кто-то из молодых девушек сейчас стройкой интересуется, - под конец с явным уважением в голосе добавил он.

- Ну как видите, - изобразила улыбку Вера и отправилась дальше. В тот самый магазин...

За углом - неприметное небольшое одноэтажное здание. Железная дверь, над которой висит неприметная вывеска 'Стройматериалы', а чуть ниже - 'все для дома и сада'. Около тротуара - пара непривычного вида мотокультиваторов, черенки для лопат, веники, садовая тачка. На дверях - табличка с временем работы. С 9.00 до 19.00. С усилием открыв железные двери, она оказалась в большом торговом зале, где, казалось, можно купить все, что только захочешь. Если только знать, чего же ты хочешь купить.

- Мне бы бутылку ацетона, - обратилась к продавцу на кассе Вера.

- Вот там, в третьем ряду возьмите, - машинально бросил он.

- А еще кисточку небольшую. И перчатки резиновые, - продолжила она.

- Это все у нас, на кассе, - ответил продавец.

Ацетон она нашла без проблем... Стеклянная бутылка с соответствующей надписью на полке не давала ошибиться. Девяноста четыре рубля... Много ли этого или мало? Этого она пока не знала, но скоро разберется. Взяв бутылку ацетона, она отнесла его на кассу продавцу. Где тот вытащил из-под прилавка какой-то приборчик на проводе и поднес к бутылке. 'Пик!' - послышался звук. Выложив на стол упаковку с перчатками и кисточку, он повторил эту процедуру. 'Пик, пик!' - прозвучало вновь.

- Чем будете оплачивать? Картой?

- Да, - вспомнив про банковскую карточку в кармане, произнесла она. Достав ее, она протянула продавцу, но тот брать не стал.

- Прикладывайте, - произнес он.

- Куда? - не поняла Вера.

- Вот же, перед вами, - указал пальцами на стойку с крошечным экранчиком продавец.

'Пик!' - пискнуло устройство, стоило ей приложить карточку к экрану. 'Тр-р-р-р!' - протрещал кассовый аппарат, отпечатав чек.

- Держите, - протянув ей чек, произнес продавец. - И товар свой не забудьте.

Перчатки с кисточкой - в карман. Бутылка... Ни сумки, ни авоськи с собой не было, так что пришлось нести в руке. Только куда дальше идти? Где ее жилье хоть? Она хорошо помнила свой дом из прежней жизни. Только сейчас ее там никто не ждет. Разве что муж или кто-то из ее потомков до сих пор живет там. Но мужу тому сейчас за восемьдесят будет, да и дети все давным-давно взрослые, у них своя жизнь. И уж они точно не узнают в молодой девчонке свою мать. 'Или все же дойти?' - вдруг подумала она. Ибо просто не знала, куда еще идти...

Почти сорок минут ходьбы - что это такое в двадцать с небольшим лет? Так она думала поначалу... И вскоре поняла, что ошиблась. Тело-то оказалось нетренированное, непривычное к нагрузкам... Но вот, наконец, и знакомая девятиэтажка. Но и тут все совсем не так, как она привыкла... Впрочем, город вообще переменился до неузнаваемости - это она поняла уже достаточно быстро. Так что прогулка явно не зря была...

Детская площадка перед домом - совсем не та, к какой она привыкла. Вся какая-то яркая, аляповатая. Но при этом какая-то совсем хлипенькая, ненадежная... Так и кажется, что вот те качели развалятся под малейшей нагрузкой. На кого они рассчитаны? На малышей-детсадовцев? Невольно вспомнилось, как они сами в детстве раскачивались на старых - пусть и несколько неказистых, но прочных советских качелей. Пацаны и девчонки пятнадцати лет... И они все выдерживали. Все им было нипочем. А эти? Смех один, право слово...

Вот уж и ее подъезд. Здесь в далеком уж 89-м им с мужем дали трехкомнатную квартиру от завода... Он тогда работал конструктором, она технологом. Советский Союз, последние его годы... Время, когда страну уже вовсю расшатывали, но еще оставалась хоть какая-то крошечная надежда на то, что все еще наладится...

'Домофон' на двери был неожиданностью... В 90-е такие были разве что на самых богатых домах, где жили очень непростые люди. Теперь же - вон, пожалуйста... Постояв какое-то время и понаблюдав за действиями других, она набрала номер 'своей' квартиры и нажала кнопку 'В'. С минуту из динамика доносилось лишь какие-то то ли бульканья, то ли пиликанье, но вот, наконец, из динамика послышался стариковский голос:

- Да, кто там?

- Здравствуйте, а Дмитрий Васильевич тут живет? - спросила она.

- Ну... я это, - после долгого молчанья ответил голос. - А вам-то, девушка, я зачем нужен?

- Ваша жена была начальницей бюро технологов по мехобработкие на 'Спецмаше', - ответила она. - Мне на заводе рассказывали про нее...

- Оли почти тридцать лет нет! - огрызнулся голос в динамике. - Чего вам нужно?

- Я сейчас на 'Спецмаше' в ОГТ работаю, - ответила она.

- Он еще работает? - удивился бывший (хотя как бывший - они ведь не разводились, просто она теперь в другом теле) муж. - Катя говорит, что когда мимо едешь - одни торгаши кругом...

- Да, - согласилась Вера. - Одни торгаши кругом...

Еще по дороге она видела один из бывших заводов города. Точнее, место, где он когда-то был... И что? Ничего... Сейчас на его месте - здоровенный магазин да дома-свечки. И никакого намека на действующие производственные помещения. А ведь тогда, тридцать лет назад, они держались получше их завода... Гражданское производство все же было. Так что вряд ли там стоило ожидать лучшего.

- Ладно, проходи, - ответил Дима. - Расскажешь хоть, как идут дела на 'родном заводе'...

Дверь запиликала, и Вера вошла внутрь подъезда... Казавшегося одновременно таким знакомым и таким чужим. Непривычно мертвенно-бледный свет на входе - и так хорошо знакомые три ступеньки до лестничной площадки. Знакомый лифт. И железные двери квартир первого этажа... Нажатие кнопки, и вот загудел привод лифта, а вскоре перед ней распахнулись двери кабины. Войдя внутрь, Вера нажала кнопку с цифрой 6 - и вот уж лифт едет наверх. Так знакомо, так привычно... Но вот уж дверь открывается на нужном этаже, и она выходит на лестничную площадку. Вот и дверь ее квартиры... Только не та, привычная, а железная, выкрашенная в серый цвет... Дмитрий уже ждет ее у входа.

- Вот, значит, какие у нас нынче технологи пошли? - несколько насмешливо бросил он.

'Восемьдесят четыре года!' - вспомнила она. Впрочем, выглядел лет на десять помоложе... Да, седой, почти облысевший, но взгляд... Прямо почти как в молодости - твердый, решительный.

- Какие такие? - заинтересовалась Вера.

- Фифы! - поморщился он. - Ладно, проходи, чего уж... Выгонять не стану.

Ну да... Она бы и сама так подумала о 'себе нынешней'... Особенно после того, как увидела свою морду в зеркале на входе. Бровки, подогнанные 'под шаблончик'.... Ну да хоть натуральные, а не нарисованные. Удлиненные ресницы... Здоровенные серьги-'колеса' в ушах. И те самые нелепые 'когти' на пальцах... Да еще и наколка на запястье в виде какого-то цветочка. Как у зэчки какой, упаси господи!

- Деда, а это кто? - выскочила из комнатушки девчонка лет пятнадцати.

- С нашей с бабушкой бывшей работы, - чуть поморщился он. - Технолог...

- Как бабушка была? - загорелось явное любопытство у нее.

- Угу, - поморщился вновь Дмитрий Васильевич, а затем обратился уже к Вере. - Пошли уж на кухню... Чай попьем да расскажешь про дела 'родного завода'...

Кухня... Почти не изменившаяся за тридцать лет. Холодильник 'Орск-8'. До сих пор исправно работает... Стол. Все тот же самый, за которым они обедали всей семьей. Кухонная мебель... Та же самая, хоть и несколько постаревшая. Только газовая плита новая... Да над ней появилась вытяжка. Даже кастрюля с цветочками, что стояла на плите - знакомая. 'Моя зарплата', - грустно усмехнулась женщина. Память о тех временах, когда часть зарплаты выдавали не деньгами, а продукцией завода... А потом перестали выплачивать вообще.

'Тррр!' - протрещала электрическая зажигалка, когда Дмитрий зажигал огонь под чайником. А ведь и она - тоже... Эти зажигалки выпускал их завод еще в советские годы. Ведь тогда делали не только военную, но и гражданскую продукцию...

- Говорят, у вас Толик-алкоголик теперь за главного технолога? - ехидно усмехнувшись, произнес Дмитрий Васильевич.

- Ну да, Анатолий Андреевич...

'Потапов?' - аж офигела от удивления женщина. В прошлую жизнь-то она его хорошо знала... В 90-е - инженер-технолог третьей категории в техбюро седьмого цеха. Увидеть которого в трезвом виде было занятием малореальным - и не выгнали его лишь потому, что были уверены: уж он-то точно никуда не убежит! Даже в те времена, когда люди бежали с заводов один за другим.

- Цирк! - фыркнул Дмитрий. - Он же чертеж от учебника по китайской грамоте не отличит... За то, поди, поддакивает всем указаниям свыше?

- А как иначе? - фыркнула Вера. - Главное, подписи ставит где надо.

Она уже начала малость понимать обстановку на заводе, а уж додумать недостающие элементы было делом техники.

- Четырнадцатый цех еще при Оле под нож пустить собирались... Потом литейный туда же, кузницу с горячей штамповкой. От инструменталки, говорят, одно название осталось. Гальванику почти всю развалили... Эх, видела б ты завод в его лучшие годы... - задумчиво произнес Дмитрий Васильевич.

'Видела я его! Сама, своими глазами!' - так и хотелось сказать девушке. Но сказать она этого не могла.

- Я слышала про те времена, - ответила она. - Про Ольгу Ивановну вон тоже рассказывали много... Она у нас как легенда стала...

В том, что оно так будет, она не сомневалась. Примерно так же, как в ее годы рассказывали легенды про поколение времен войны и восстановления народного хозяйства. То же самое наверняка будет и про нее. Почти наверняка будет.

- И я бы хотела быть на нее похожей, - добавила Вера.

- Похожей быть хочет, - фыркнул мужчина. - Ты вон на себя взгляни хоть... В таком прикиде что ли к станкам полезешь? Пальчики маслом мазать?

- А я уже начала, - усмехнулась Вера, а затем поставила прямо на стол бутылку ацетона. - Вот!

- Так ты... серьезно? - ошарашенно произнес Дмитрий Васильевич.

- Иначе и не пришла бы...

Дальше разговор пошел уж в совсем другом русле. Дмитрий Васильевич рассказывал о прошлом... О заводе, о своей работе конструктором, о ней как Ольге Ивановне - совершенно не понимая, что сейчас перед ней сидит она же самая, только в ином теле. Про 90-е. Как пришлось уйти с завода и зарабатывать на жизнь как получится. Таксистом, грузчиком... Про Ольги Ивановны, то есть на деле ее собственных, детей.

- Андрей вон программистом сейчас работает, программы под ЧПУ пишет, - говорил Дмитрий Васильевич. - Саша - в строительной конторе проектировщиком. А Катюша все же в маму пошла... Инженером-технологом стала.

- Молодец, - улыбнулась Вера. - А эта вот девчонка кто вам? - вспомнила она встречу в коридоре.

- Внучка... Катина дочь. Катька-то с мужем в отпуск на море укатили, а ей вот тут остаться пришлось... Приболела не вовремя.

Аккуратно подкидывая бывшему мужу вопросы, Вера постепенно все больше и больше разбиралась в том, какие же изменения произошли в мире за прошедшие тридцать лет. Про новые технологии. Про то, насколько широко распространились компьютеры и компьютерные сети. Про Интернет, смартфоны... Дмитрий Васильевич упоминал это все мельком, словно вскользь. А она брала на заметку - ведь в таком мире ей теперь жить. Жить и бороться...

'Не дождутся!' - подумала она. Ни Толик-алкоголик, ни все те... Пока, увы, именно 'те' - фамилии конкретных виновников ей пока были неизвестны, но она их еще узнает. Завтра же! Как выйдет на работу. И в этот миг что-то запищало в кармане. Вытащив из кармана, она с некоторым удивлением уставилась на прямоугольник телефона, на экране которого сейчас высветилась надпись 'Танюха' и, чуть ниже, две картинки - с изображением зеленой и красной телефонной трубки. И как прикажите этим делом пользоваться?

- Да возьми ты, чего уж, - махнул рукой Дмитрий Васильевич.

Легко сказать! А как сделать? Впрочем, если исходить из логики... зеленый - наверное, 'ответить'. Красный - нет. Вера попробовала тыкнуть пальцем в зеленый значок. Ничего! Блин, да как же оно работает? Однако все получилось словно само собой... Стоило слегка провести пальцем, и вот уж из смартфона послышался голос.

- Алло, Вер, ты куда запропастилась-то? Мы тебя все ждем-ждем, а ты никак не едешь...

- Алло, да заехала вот к одному человеку. А что такое?

- Да ты ж с работы три часа назад уж приехать должна была! Анька вон говорит, что ты ей какую-то новую штучку хотела показать?

- А вы где сейчас хоть? - растерянно произнесла Вера.

- Блин, Вер, ну не тормози! На квартире у нас, где ж еще?

- А что за штучку я показать-то хотела? - удивленно продолжила девушка.

- Ну ты ж там в интернете что-то в блогах увидала. Вы, говорила, закачаетесь! Щас только с работы отвалю!

- Блин, Танюх... Что-то даже и забыла, о чем речь идет, - подстраиваясь под речь 'подруг', усмехнулась Вера. - Работы навалили по уши...

- Работой, - заржала собеседница. - Да не грузись ты... Вер. От работы лошадь дохнет, - рассмеялась своей шутке 'подруга'. - Пусть ваша Грымза работает, если ей оно нравится...

- Ну надо ж и работать иногда, - изобразила 'полушутку' Вера.

- Блин, ты там что, передоз 'Работина' хапнула? Или стебануться над нами решила? - послышался в телефоне на этот раз голос другой 'подруги'. - Давай быстрей домой лучше. Блин, когда уж там получка у тебя? Хоть тусанемся, наконец!

- Четырнадцатого, - машинально назвала их извечный 'день зарплаты' Вера, а потом ей вдруг пришла в голову внезапная идейка о том, как узнать, где ж она живет. - Блин, девчонки... А не вызовите мне такси? А то ж поздно уже...

- Блин, а сама что не вызовешь-то?

- Да номера их нет...

- Так ты б в Яндексе загуглила! - на этот раз фыркнула 'Танюха'. - У тебя ж смарт с собой...

- Блин, Танюх, - изобразила каприз Верка. - Тебе что, так сложно что ли?

- А, ладно! - бросила та. - Давай адрес! Только платить сама будешь. Мы тут с Анькой на мели!

- 3-я Саратовская, дом 47Б, второй подъезд, - привычно бросила Вера.

- Фига се, куда ты забралась! Лады! Сейчас звякнем! Телефон-то какой, 'Билайн' указывать?

- Да любой, - ответила Верка, нифига не поняв в последних словах.

- Достали! - когда на экране появилась надпись 'вызов завершен', бросила Вера, и Дмитрий Васильевич внезапно расхохотался.

- Ну рассмешила ты меня, девка! - ответил он, явно услышав если не весь разговор, то большую его часть.

Глава 2.

Такси подъехало минут через пять, после чего у нее зазвонил телефон. Уже привычно приняв звонок, оно подтвердила, что сейчас выйдет.

- Ну, до свидания, Дмитрий Васильевич! - улыбнулась она.

- Прощай, - улыбнулся мужчина. - И знаешь, Вер. Подруги у тебя, конечно... Как в мое время говорили, 'таких друзей за яйца да в музей'. Может, грубовато, конечно.

- Так то - друзей, - вдруг усмехнулась Вера. - Тех хоть есть за что в музей тащить...

- Ах, ну да! - хлопнул себя по лбу мужчина. - У тебя же не друзья, а подруги. У них и яиц-то нету!

И в ответ Верка лишь рассмеялась и шагнула в как раз подъехавший лифт. Спустившись вниз и выйдя на улицу, она вновь бросила взгляд на дом, где жила в прошлой жизни. Да, теперь это не ее жизнь... Но и то, куда она собиралась ехать, назвать 'своей жизнью' было сложно. Свою жизнь ей придется строить с нуля... И, скорее всего, на новом месте. Но пока она ехала туда, где была прежняя жизнь Верки. Ведь другого жилья, другой крыши над головой у нее просто не было.

- Вы такси вызывали? - окликнули ее из машины с надписью 'Такси 'Звезда'' на двери.

- Да, - подтвердила Вера. - Точнее, подружки для меня.

- Ну тогда поехали, - мотнул он головой в сторону сиденья по правую сторону от себя.

Обойдя машину, она открыла дверь и плюхнулась на правое сиденье, машинально протянув правую руку за ремнем безопасности, а затем защелкнув его в замке. Привычно, как когда с мужем вместе в 'Москвиче' ездила.

- Сколько ж самокатчиков кругом! - когда они выехали на улицу, вновь обратила внимание на уже замеченное ей во время дороги к дому явление Вера.

- Ага, - хмыкнул водитель. - Задолбали уж эти придурки... По тротуарам летают как бешеные, на переходы вылетают, даже по сторонам не глядя. Сколько уж дебилов задавили, а все не переводятся! Когда уж у нас, как в Москве, запретят их нафиг? Вон опять... Куда прешь, долбодятел?!

Как раз в этот миг очередной самокатчик, не останавливаясь перед пешеходным переходом, проскочил через дорогу.

- Придурки тупорылые, - не столько даже со злостью, сколько с какой-то усталостью в голосе произнес таксист, а затем вдруг перешел на другое. - Вы, кстати, девушка, как платить-то будете?

- Картой, конечно, - даже несколько удивившись, произнесла она.

- Опять карты, - поморщился таксист. - Нет у меня терминала!

- Ээээ... А как тогда? - растерялась Вера.

- У тебя что, Сбер?

- Ага.

- Блин, и интернет опять блокируют... Приложением не воспользуешься.

- Из-за чего блокируют? - не поняла Вера.

- Да как обычно... 'Угрозу терроризма' час назад объявили, - поморщился мужик. - Задолбали, уроды! СМСкой-то знаешь, как переводить?

- Понятия не имею, - честно ответила девушка.

- Ладно, - вздохнул таксист. - Как доедем, покажу, как это делается. Уже недалеко осталось...

Вскоре они и впрямь свернули с основной улицы и медленно потащились по каким-то закоулкам да переулкам, пока наконец не остановились около обшарпанного вида 'хрущевки'.

- Давай телефон-то, - вздохнул таксист.

Взяв в руки телефон, он быстро разблокировал его и, коснувшись пальцем одного из значков внизу экрана, зашел в меню 'Сообщения'. Которых было дофига и чуть побольше.

- Вот, смотри, - ответил он. - Вот у тебя тут сообщения от банка. Заходишь, пишешь слово 'перевод', потом номер телефона и сумму перевода. Вот так. Держи, - протянул он смартфон обратно. - Сейчас придет СМСка с кодом подтверждения. Введешь его и нажимай отправку.

Через несколько секунд телефон вдруг и впрямь пиликнул, и на экране появилось сообщение с кодом. После чего Вера повторила все то же самое, что сделал перед этим таксист. И через еще несколько секунд ей пришло новое сообщение - на этот раз об успешном осуществлении перевода. И сумма денег на счету. 2743 рубля 32 копейки. При том, что сама это поездка обошлась ей в 440 рублей.

- Ну все, можешь идти, - ответил ей таксист.

А около дома уже стояла парочка девчонок в каких-то неимоверно пестрых нарядах, с такими ж здоровенными, но безвкусными, серьгами в ушах, с наколками и накладными когтями и ресницами.

- Верка! - радостно возопила одна из них. - А мы ж тебя четвертый час ждем!

Сразу после этого они чуть ли не повесились на нее, чем вызвали чувство откровенной брезгливости.

- Ладно, пошлите уж! - заявила Вера. - Жрать хочу дико, и спать!

Они поднялись по лестнице на третий этаж, где была их квартира, и Вера наконец-то ввалилась в свое жилье. Вот, значит, где жила та, в чьем теле она оказалась. Что ж, пора обустраиваться... И менять к чертовой бабушке всю эту жизнь!

- Что есть-то будем? - поинтересовалась Вера.

- Блин, Верк, ну не тормози! Пицуху в доставке закажи... Или вон у Аньки пачку 'ролтона' спроси, у нее есть еще. Что тебе, объяснять что ль надо?

- Что за 'ролтон'?

- Да лапша эта, в пакетах, - на этот раз ответила вторая - та самая Анька, судя по всему. - Принести?

- Ну давай, - вздохнула Вера, догадавшись, что больше есть-то здесь и нечего.

Скинув с ног туфли, Анька пошла в одну из комнат, откуда скоро принесла пакетик, на котором была изображена тарелка с макаронами и какой-то зеленью, а внизу написано: 'Макароны быстрого приготовления. Со вкусом индейки'.

- Держи, Вер! - чуть ли не с гордостью произнесла девушка.

- Спасибо!

Разувшись, Вера взяла пакет, а затем наконец-то улучила момент как следует взглянуть на подруг той, с кем снимала вместе квартиру та, в чьем теле она оказалась. Анька оказалась высоченной, под два метра ростом, блондинкой с синими глазами, небольшим носом. Длинные серьги в ушах, пышные, но явно ненастоящие, ресницы, накрашенные какой-то помадой с блеском губы и целая куча колец на пальцах. Нет, не золотых, обычный ширпотреб. Но ширпотреба этого - много. Одета в короткую зеленую кофточку с изображением простреленного сердца и такого же цвета шортики.

Впрочем, на фоне подруги Анька еще выглядела 'скромняшкой'. Ибо вид той и вовсе поражал взгляд бывшей начальницы техбюро... Розовые волосы, розовые ресницы, накрашенные таким же розовым цветом щеки, огромные ярко-алые губы и длиннющие, как у какого-нибудь хищника, когти на руках казались столь противоестественными, что сразу бросались в глаза. Как и торчащее из носа кольцо - словно ее, как быка-производителя, сажали на цепь. Ниже подруги, за то куда 'фигуристее'. А одета... Блин, это пижама что ли? Или нынче и впрямь так ходят по улицам?

'Пороть вас надо было в детстве, - внезапно пришла в голову такая странная, что Вера ее даже испугалась, мысль. - Ремнем солдатским'. Никогда в жизни ни родители ее и пальцем не тронули, ни она своих детей. Но эти... Эти, пожалуй, вполне заслужили.

- Ладно, девчули, побежала я! - бросила Танюха. - Через... семь минут меня подписчики ждут!

- Ладно, Вер, пошли похомячим что ли? - бросив взгляд ей вслед, бросила Анька. - Везет же, блин... Я целый день по городу курьером гоняю, а она вон в своем блоге не хуже меня получает...

- А что на завод какой не пойдешь? - поинтересовалась Вера.

- Вер, ты че? - аж остановилась от удивления Анька. - Если ты кукухой двинулась, в технологи пошла, то я пока не-не! Тем более, сама ж говоришь, что Грымза тебя выгнать хочет, да главный технолог не дает.

- Не выгонят! - резко ответила Вера. - Вот увидишь - скоро я всем им покажу еще... И 'Толику-алкоголику' тоже...

- Кому-кому? - не поняла Анька.

- Да вот сегодня с одним мужиком говорила. Его жена когда-то там начальницей бюро технологов по механике работала. Он-то и рассказал, что нашего главного технолога так звали когда-то.

- Ты только ему это не ляпни, - мрачно произнесла 'подруга'. - А то точно выгонит.

- Скорее я его сама оттуда выпру! - вспомнив алкаша, которого всегда искренне презирала, произнесла Вера. - Не место на заводе таким людям! Какая бы у него не была 'лапа'.

Они зашли на кухню, где Анька налила воды в чайник и воткнула его в розетку, щелкнув кнопку включения - и это было откровенно непривычно. Да, на работе у них раньше был электрочайник. Но не такой. Старый, советский - металлический, со съемным проводом. И без всяких выключателей. Вставишь вилку в розетку - работает. А тут... Пластиковый какой-то! Словно ненастоящий. А дома... Дома и чайник был другим. Там его грели на газовой плите...

Очень быстро чайник закипел, а затем послышался щелчок автоматики. Нагрев закончен. Можно пить чай... Ну или залить им эту лапшу - инструкцию по приготовлению Вера прочитала за считанные секунды. Так что теперь, взяв с соседнего стола чистую тарелку, она высыпала лапшу в тарелку и залила ее кипятком, оставив выпавший из пачки пакетик с приправами в стороне. Обойдется! Приправы - они должны по вкусу добавляться, именно те, что нравятся. А не 'сыпануть побольше', как поступила Анька с принесенным ей таким же пакетом лапши. Разница была лишь в том, что на том была надпись про вкус не индейки, а 'курицы в томатном соусе'.

- Блин, какая-то не своя ты сегодня, - доедая свою порцию лапши, заметила Анька. - Мамаша из своей деревни что ли на уши присела?

- Да при чем тут она? - вздохнула Вера. - Просто решила, что за ум пора браться...

- Ээээ... Ну ты даешь! - ошарашенно произнесла Анька.

- И ты бы тоже шла куда на нормальную работу, - добавила Вера. - Всю жизнь-то курьером пробегаешь ли? По улице, хоть в снег, хоть в дождь...

- На нормальную? - фыркнула 'подруга'. - Как ты? За двадцать пять тысяч? Или сколько там у тебя точно выходит?

- А что, больше нигде не платят что ли?

- Где больше платят, так там или лапу мохнатую подавай. Или стаж работы больше, чем мы прожили, - вздохнула Анька. - Нет уж, Верунь! Я хоть и конструктор по диплому, а за три копейки на завод не пойду! Пусть других дураков ищут...

- Ты? Конструктор? - ошарашенно произнесла Вера.

- Ну да... Политех закончила, - усмехнулась та. - Надо ж было бумажку какую-то получить... Родаки-то мои, сама знаешь, за учебу платить не смогли б, а там на бюджет конкурса почти и не было. Вот и пошла...

- И ты училась 'ради бумажки'?

- А как еще? - раздраженно бросила Анька. - У нас же сейчас даже в торговлю высшее образование подавай! Пофиг, какое...

- А Танюха? - вдруг спросила.

- Ну у нее-то родаки побогаче... Фермеры! - фыркнула девушка. - Квартиру вон ей осенью свою обещают. Учебу оплатили в экономе... Это тебе не моя мамка-училка в поселковой школе и батя - слесарь в 'Водоканале'. Ладно, пошли спать уж. Нам же на работу завтра... Не то, что этой...

И только тут Вера вдруг поняла простую вещь. Там, в разговоре по смартфону, Анька старалась вести себя примерно так же, как и 'Танюха'. Вот только для нее это было скорее маской. Желанием походить на более 'успешную' подругу. Хотя на деле она все же не настолько испорчена, как та... Скорее ей обидно за то, что она такая 'невезучая' в жизни. А еще, наверное, сейчас Анька увидела в ней что-то родственное... Потому вдруг и рассказала и про родителей, и про то, что на конструкторшу училась. Ведь, судя по тому, что она не удивилась ее реакции, прежде она про свое образование явно не рассказывала 'подругам'.

- Пошли, - согласилась Вера.

Свою комнату она нашла методом исключения, откинув ту, в которой сейчас о чем-то весело болтала с какими-то 'подписчиками' Танюха и ту, куда пошла Анька. Да и один из ключей из связки в кармане четко подошел к замку на двери... Хотя тот и оказался открытым. Зайдя в комнату, Вера заперла дверь и, раздевшись, плюхнулась на кровать.

Происходящее кругом казалось диким, немыслимым бредом. Даже на фоне маразма 90-х. Но теперь это была ее новая жизнь, ее новая реальность. И никуда ты от нее не денешься. Так что, взяв себя в руки, Вера встала и оглядела комнату. Стол у окна с ноутбуком - непривычно маленьким, тонким, не то, что те, что она видела по телевизору в 90-е. Небольшой шкафчик с одеждой. Тумбочка около кровати. И сама кровать... Деревянная, односпальная. Накрытая каким-то неимоверно пестрым пледом... Одевшись 'по-домашнему', в найденный в шкафчике полупрозрачный халатик, она присела за стол и, открыв ноутбук, быстро нашла и нажала кнопку включения. Решила посмотреть, чем же жила ее предшественница... И чем живет весь этот мир в целом.

Компьютер оказался совершенно не похожим на ту единственную ПЭВМ, что стояла у них в бюро и использовалась для расчетов. И на которой в обеденное время играли в 'тетрис' или 'Принца'. Вместо черного экрана командной строки - куча значков на экране, яркие, пестрые картинки... А на весь экран - яркая картинка. Прежняя Верка, Анька и Танюха напротив какого-то модного салона. Все явно 'навеселе', в каком-то пестром прикиде... Бррр! Как это все убрать? Увы, этого она не знала... Вместо этого стала читать подписи под значками на экране, для чего иногда приходилось сначала выделить их мышкой. 'Выпуск 2019'. 'Я и подружки'. 'Класс фотки'. 'Приколы'. 'Видосы'. 'Ирка Блинова'. 'Доки'. 'Фэнтэзи'. 'Мы и менты'. 'Вечеринка 2022'. 'Пароли интернет'. 'Старье'. И все! Больше ничего. Лишь значки с совсем уж непонятными названиями. 'Яндекс'. 'Word 2016'. 'Проигрыватель Windows Media'. 'uTorrent'. И еще целый ряд таких же, с совершенно ни о чем не говорящими названиями.

Ради интереса она стала щелкать по всем подряд значкам и смотреть содержимое. Картинки, видеозаписи, музыка. Ничего особо интересного. В папке 'фэнтэзи' наткнулась на какие-то книжки - художественные. 'После ДТП Лена Краснова очнулась в теле эльфийской принцессы. Магия, красота, долголетие... О чем еще может мечтать бывшая бухгалтерша? Только не о том, чтобы стать шестой женой престарелого короля из соседнего царства!' Бррр! Закрыла. И книгу, и всю папку. Что там еще? 'Мы и менты' глянуть?

Тут 'звездой эфира' оказалась Танюха. Вот она явно клеится к здоровенному лейтенанту милиции. А вот она в милицейской фуражке сидит за рулем патрульной машины, а тот сидит уже справа... А вон уже и видео... Снято с обочины, но хорошо видно, как машина со включенными мигалками и с Танюхой за рулем пролетает мимо кинооператора. И еще целая куча фоток... И, наконец, последняя - где все они, трое, вместе с парой 'ментов' стоят в обнимочку около патрульной машины. Цирк какой-то просто!

Папка 'Пароли интернет'. И тут оказалось самое любопытное. Куча текстовых документов, в большинстве из которых было ровно две строчки: 'Логин' и 'Пароль'. 'Яндекс'. 'Госуслуги'. 'Сбер'. 'Озон'. 'ВК'. 'Телега'. 'Одноклассники'. 'Инст'. И еще с десяток таких же, мало о чем говорящих, названий. И, наконец, папка 'Доки'... Картинки - сканы паспорта, СНИИЛС, диплома об образовании и еще целой кучи бумаг. 'Резюме. Сармаш'. 'Резюме. Спецмаш'. 'Резюме. Энерготех'. Во всех трех - один текст. Образование. Стаж работы - ноль. Желает быть инженером-технологом. На 'Спецмаш', выходит, в итоге и взяли это недоразумение...

Выключив компьютер, Вера приступила к давно запланированному. Достала бутылку ацетона, взяла с подоконника какой-то пластиковый стакан - и принялась отмачивать, отклеивать так раздражавшие ее накладные когти. Эх, хоть наконец-то человеком себя почувствует! Собой, а не этой Веркой. Пора превращать это тело в ту, кем она всегда была на самом деле...

Спать она легла за полночь, но проспала недолго - разбудило ее грохотом взрыва, за которым последовали громкие вопли сигнализации припаркованных машин.

- Что за хрень? - заполошно выскочила в коридор Вера, заметив лениво выходящую из соседней комнаты Аньку.

- Да как всегда поди, - равнодушно пожала плечами та. - Спать не дают, уроды... Не додавил их Жирик, от ковида откинулся, а этот, новый...

- Кто новый?

- Да президент наш... Расторгуев, блин! - поморщилась Анька. - Мы, говорит, должны повернуться лицом к мировому сообществу!

- Пустозвон! - поморщилась Вера.

- А ты другого покажешь? - усмехнулась подруга и, так и не получив ответа, продолжила. - Вот то-то же! А ты что, ногти сняла? - вдруг удивилась Анька.

- Ага. Надоели!

- Ну-ну, - фыркнула Анька. - Ладно. Пойду, чаю попью да дальше спать. И ты тоже иди...

Второй раз засыпала она куда хуже - и чуть не проспала подъем на работу! Но вот уж полшестого! Надо быстро жрать, умываться, зубы чистить и бежать. Краситься сегодня она точно не будет. Да и серьги как вчера сняла, так больше и не наденет. Надо их вообще в ломбард сдать, а купить что-нибудь маленькое и изящное. Или и вовсе ничего не покупать. Вот только жрать оказалось нечего!

- Да вон бутерброд с колбасой сделай, если хочешь, - пожала плечами Анька, а Танюха и вовсе заявила, что с утра она ничего не ест, а только пьет чашку кофе.

И пришлось последовать совету. Два бутерброда с маслом и колбасой, чашка чая - и пора собираться на работу. Где она живет - Вера уже сориентировалась, полчаса пехом. Так что и так дойдет. Быстро одевшись во что поприличнее, она выбежала из дома, отправляясь на завод. И вот перед ней все тот же хорошо знакомый город. Вон там, помнится, раньше ходили трамваи, а сейчас их нет. А вон школа - только сейчас она выглядела совсем иначе. А еще заборы, заборы и еще раз заборы кругом! Везде, где только можно. Вдоль дорог. Вокруг дворов. Около различных учреждений. И вывески... Уйма рекламных вывесок повсюду. Торгаши. Кругом одни торгаши!

Вот и завод... Точнее, тот самый четырнадцатый цех, что когда-то был заводом. А сейчас на нем - уйма пестрой рекламы разных фирмочек и вывеска с названием. ТЦ 'Весенний'. А прямо за ним - так и не достроенный инженерный корпус. Только и он совсем не похож на то, что должно было получиться по старому, советскому еще, проекту. И тоже надпись на входе. 'Бизнес-Сити'. 'За то все-таки достроили! - ехидно усмехнулся внутренний голос. - Вон какой! Вывески, пластиковые окна, фасад облицевали... Нам бы на завод такой!'

А дальше потянулась старая территория завода... Облезлый бетонный забор с написанной черной краской по трафарету надписью: 'Аренда, продажа производственных и складских площадей'. И номер телефона. А вон и административный корпус, где одна из проходных завода... Только... А где проходная? Вместо нее над входом висела табличка: 'ООО 'Спецхран'. Железные двери, решетки, охранные комплексы любого класса защиты!'

Пришлось идти к другой проходной - через которую, в основном, шли те, кто приезжал на работу на электричке. Как раз недалеко от остановки... И почти двадцать минут ходьбы, до начала работы остается пять минут, но вот она и здесь... Одноэтажное здание со старыми окнами, облупившаяся штукатурка на стенах. И люди, идущие на смену. Приложили пропуск к проходной, загорелась зеленая лампочка - проходят. Значит, и ей так же надо. Достать пропуск, приложить. И вот она снова на территории 'Спецмаша'... А, значит, пора браться за дело.

- Сумку покажите, - послышался ей голос охранника, и зашедший впереди мужчина открыл пакет, который нес в руках. - Проходите.

На нее - ноль внимания. У нее сумки нет. Так что прошла без всяких дополнительных проволочек - и вот перед ее глазами широкий заводской двор... И обшарпанные, облезлые здания цехов, горы какого-то мусора, ржавый автокран на базе старого 'ЗиЛа'. И виднеющийся вдали старый инженерный корпус, куда ей и предстоит топать...

Глава 3.

Отдел главного технолога находился все там же, на втором этаже трехэтажного инженерного корпуса. Теперь еще бы понять, где она работала... И кем вообще-то была! Но в этом плане ей повезло:

- Верк, ты что тормозишь? - бегом нагнала ее какая-то девушка, примерно ее же лет. - Бежим быстрее, а то Грымза опять ворчать будет, что мы опаздываем!

- Какая Грымза? - не поняла Вера.

- Да начальница наша, чтоб ей пусто было! - поморщилась девушка.

И они рванули вперед... Вот и двери здания, вбежать по лестнице, забежать на второй этаж, короткая пробежка по этажу. И вот уж и поворот в то самое, так хорошо знакомое ей крыло. Туда, где когда-то работала она сама. Бюро технологов по механической обработке. Четвертая комната...

- Без минуты восемь, - взглянув на них, ехидно произнесла женщина лет шестидесяти. - Еще даже успеете включить свои компьютеры.

И Вера вдруг узнала ее! Ксенка Павлова. Ее она знала хорошо... В середине 90-х она была инженером-технологом второй категории в техбюро седьмого цеха. Звезд с неба, что называется, не хватала, за то обладала отменной упертостью и работоспособностью. Из-за чего во многом после увольнения Васнецовой Кати была переведена в ОГТ и повышена до первой категории. Просто потому, что и выбора уж особого не было. Только сейчас она постарела почти на тридцать лет. И каким-то образом она стала начальницей всего бюро мехобработки ОГТ...

- Чего встала-то? - фыркнула начальница. - Включай комп и пиши техпроцесс, за тобой три детали еще не сданы.

- А какой смысл, Ксения Владимировна? - вдруг ехидно усмехнулась та девчонка, вместе с кем Вера прибежала сюда. - Все равно же будет все как прежде. Отпишутся, что на заводе нет производственных возможностей для изготовления. У нас за последние три года хоть один сторонний заказ взяли? Мы вон даже тридцать третий заказ 'Сармашу' подарили...

- В смысле, тридцать третий подарили? - пришла пора удивляться Вере.

- Два года назад от министерства обороны пришел запрос на изготовление в год двадцати пяти машин, - поморщилась, как от зубной боли, начальница. - Наши отказали.

- Но ведь в советское время по пятьдесят делали? - вспомнила тот заказ, что большей частью кормил их завод до 1993 года, Вера. А потом как отрезали! И началась та пляска с невыплатами зарплат...

- А сейчас сказали - не можем. Людей нет, оборудования нет. Ничего нет! Вот в министерстве и сказали на 'Сармаше' параллельно производство организовать.

- У них там что, все так прекрасно? - удивилась Вера.

- Всяко получше нашего... Да еще и мощностей недозагруз, как и везде почти, был приличный. Так что они за 'ноль сорок шестую' машину зубами уцепились! И так половину редукторов на тридцать третий уж они нам делают последние годы. И все литье. И вот... Вчера они первые три машины сдали.

- Ничего не производим толком. За то у директора тачка новая, - послышался насмешливый голос от окна. Это был мужчина лет сорока, сидевший за компьютером в дальнем углу комнаты.

- Вась, ну ты-то хоть мне на мозги не капай! - поморщилась начальница. - Ладно, работайте тут пока. А я к Алкоголичу на совещание...

Свое место Вера нашла 'методом исключения' - это был единственный компьютер, за которым не сидело ни одного сотрудника. Плюхнулась на жалобно скрипнувший старый стул, что помнил времена если не Сталина, то уж Хрущева точно. Нажала кнопку включения компьютера, который в ответ жалобно пискнул и выдал на экран картинку загрузки. Листочек с именем пользователя и паролем был воткнут прямо между кнопками клавиатуры - так что войти в систему не составило труда. А что дальше?

- Блин, вылетело из башки, с чем мы сейчас работаем? - спросила она у коллег.

- Заходи: сеть, K014, сторонние заказы, новые, АО 'МехПром', - ответила уже знакомая девушка, а затем чуть ехидно забыла. - Если и дальше что делать забыла, то открывай файл 'Задание на разработку'. Там список, кто на какие детали техпроцесс пишет. Вот и ищи нужные файлы...

Ну да, в файлах оказалась целая куча чертежей деталей. Длинные обозначение - сначала четыре буквы, указание на предприятие-разработчика. Потом две группы из шести и трех цифр, указывающие на то, что это за детали. Но перед тем, как смотреть на свое задание, Вера нашла несколько сборочных чертежей и по очереди стала открывать их, ища окончательную сборку. Вот она! Редуктор. Одна червячная передача, пара цилиндрических. Ничего удивительного. Ничего особо сложного. Даже конических пар или шестерен внутреннего зацепления нету! Да ведь раньше и гораздо сложнее изделия делали... Взять хоть редуктора на тот самый тридцать третий заказ! Так неужели такое стало заводу не под силу?

'Тррр!!!' - отвлек ее от мыслей треск старого телефона на столе.

- Слушаю! - машинально схватила трубку Вера. - Кто? Максимова, бюро механиков.

- Это Петров, бюро сборки, - послышался голос в трубке. - Ваш одиннадцатый цех прислал нам целую партию брака!

- Какого брака? - не поняла Вера.

- Шестерни 017, 022, 194, - спокойным поначалу голосом ответил мужчина, однако затем сорвался. - Мы не можем собрать девятнадцатый редуктор. Девятнадцатый редуктор! Самый, мать его, простейший во всем тридцать третьем заказе! Который всю жизнь не глядя собирался! Чего мне тогда ждать от вас по седьмому или, упаси боже, одиннадцатому? Хорошо еще, что хоть шестой с девятым нам теперь 'Сармаш' готовые шлет!

- В каком смысле не собираются? - насторожилась Вера. - Чей брак? Токарный, зуборезка?

- Клинят ваши шестерни! - буквально рявкнул Петров. - Вы там вообще биения зуба меряете хоть? Или как нарезалось - так и пойдет?

- А если прикатать их? - предложила Вера первое подходящее решение, что пришло в голову.

- Ну вот сама иди и прикатывай, если такая умная! - разозлился Петров. - Кто нам на твою прикатку нормочасы даст? Собрать редуктор, разобрать, промыть, собрать заново! Знаешь, сколько времени уйдет? В общем, жду тебя с техпроцессами в техбюро шестого цеха! - положил трубку мужчина.

- Пошла я, - вставая из-за компа, вздохнула Вера.

- Куда? - подняла взгляд на нее соседка, с кем они вместе шли до рабочего места.

- Сначала в архив за техпроцессом. Потом в шестой. Потом, наверное, в одиннадцатый надо будет.

- Может, вместе сходим? - с сомнением спросила она. - Ты ж в этих шестеренках... ээээ... - смутилась она.

- Как хочешь, - пожала плечами Вера.

Архив ОГТ - все там же, где и прежде. И, казалось, тут за прошедшие годы не изменилось ничего. Те же старые железные стеллажи, что установили еще во времена товарища Сталина. Те же старые деревянные столы с лежащими поверх них стеклами. Те же лампы дневного света под потолком. Та же стремянка, с которой дотягивались до папок на верхних ярусах стеллажей. И те же толстенные папки с техпроцессами... Разве что вместо извечной тети Маши здесь сейчас сидел какой-то паренек в очках.

- Привет, Вер, привет, Ир! - радостно поздоровался он с ними.

- Привет, Андрюх! - первой поздоровалась Ирка, за счет чего Вера наконец-то узнала ее имя. Как, впрочем, и пацана из архива. - Да за техпроцессами пришли. Тебе, Вер, на какие детали нужны?

Номера она назвала машинально - еще до того, как стала начальницей, она занималась преимущественно как раз зуборезкой. Так что децимальные многих деталей знала буквально назубок.

- А они в какое изделие идут? - растерянно произнес архивариус.

- На ноль сорок шестую машину, - ответила Вера. - Девятнадцатый редуктор.

- Ноль-четыре-шесть? - задумчиво произнес он. - Это ж старье какое-то... Где оно у нас было-то? А, вот! - достал он карточку. - Седьмой стеллаж.

То же самое место, что и тридцать лет назад! И вот через пять минут Андрей тащит парочку толстенных папок с подписанными децимальными номерами. С такого-то по такой-то. Открыв одну из них, он стал долго перебирать техпроцессы, каждый из которых находился в своеобразной обложке из развернутого на бок и сложенного пополам листа одиннадцатого формата. Полностью не закроет, конечно, но хоть можно отделить один от других. И вот спустя несколько минут перед ними лежит три техпроцесса. Новенькие, отпечатанные на гладкой белой бумаге, а не знакомые ей кальки.

- Новые? - удивилась Вера.

- Я полтора года назад писала, - согласилась Ирка.

Открыв техпроцесс, Вера бросила взгляд на маршрутку в начале. Деталь 'Трибка', заготовка - круг диаметром тридцать пять миллиметров из стали 14Х17Н2 ГОСТ 5632-2014. Обновили стандарт, значит. Но не суть. Заготовительная операция, токарная, токарная, еще токарная, еще, координатно-расточная. Дальше зубофрезерная...

- Почему нет двух шлифовальных операций? - удивленно произнесла Вера. - Где зубошевенгование?

- Шлифовка низкопроизводительна, - удивленно похлопала глазами Ирка. - А зубошевенгование - это что такое?

Быстро пролистав техпроцесс, Вера дошла до зубофрезерной операции - и чуть не схватилась за голову... Ну как так можно-то было?!

- Почему в центрах-то? - устало произнесла она. - Почему не в оправке?

- По-моему, деталь на другой станок переводили, - с сомнением произнесла технолог. - Оправка не подходила, а изготовление новой оснастки заказчик не подпишет. А за свои деньги завод тоже откажется делать. Да и кто делать будет?

- В смысле?

- Ты у нас конструкторов по оснастке видела? - спросила Ира.

- Ты чертеж-то смотрела? - вздохнула Вера. - Там база - вот эта поверхность, шейка под подшипник! - тыкнула пальцем в эскиз женщина. - А у тебя она висит в воздухе!

- Ладно, - вздохнула Вера. - Пошли в шестой. Выслушивать, что нам скажут сборщики...

Выйдя на улицу, они вновь оказались посреди заводского двора. Сзади на них смотрел окнами, где причудливо сочетались новые пластиковые и старые деревянные рамы, инженерный корпус. На высоте третьего этажа виднелся выложенный белым кирпичом на красном фоне год постройки - 1940. До войны еще. Напротив стоял бывший литейный цех, провалившаяся крыша которого лучше всяких слов говорила о том, почему литье нынче заказывают на Сармаше. Впрочем, судя по протоптанной тропинке к одной из боковых дверей, какая-то часть его территории еще использовалась. Кажется, когда-то там был электроцех... Чуть дальше виднелось здание относительного нового седьмого механического. С наполовину заколоченными фанерой окнами. А прямо напротив него и первая цель их похода - шестой сборочный. С облупившейся краской на фасаде и ржаво-коричневыми въездными воротами...

Впрочем, Вера не обращала на это особого внимания, а уверенно шла вперед, и Ирка с трудом поспевала за ней.

- Да подожди ты! - наконец, бросила она. - Куда разогналась?

- Дела делать надо! - коротко бросила Вера.

- Дела делать... - обиженно буркнула Ира. - Да откуда ты вообще взялась такая сегодня? Вчера сидела за компом, глазами хлопала. 'Ириш, а как бы мне вот эту втулочку сделать?' А сегодня в зуборезку вдруг полезла! Да у нас в ней вообще не разбирается никто нифига! На заводе второй месяц, а уже в самую жопу лезешь...

Но вот и цех. Все та же знакомая дверь с возвратной пружиной, все та же обстановка внутри... Хотя, нет. Как-то пустынно стало. Словно и нет никого на заводе. Так, буквально несколько человек...

- Вот они, девицы-красавицы, - раздался в стороне чуть насмешливый голос, и к ним подошел мужчина лет сорока. - А ты, Вер, сегодня хоть на человека похожа стала, - вдруг добавил. - Ладно, идите, смотрите на свой брак!

В техбюро они, вопреки ожиданиям, не пошли. Отправились сразу на сборочный участок. И вот уж перед Верой лежит на столе один почти собранный редуктор. Вон и та самая трибка 022. А вон и шестерни 017 и 194. Все вроде как в порядке! Вот только...

- А вот теперь смотрите! - обратился к ним Петров. - По техтребованям усилие не более двух килограмм, а что мы имеем на деле? Берем динамометр и смотрим! Один килограмм, два, три, четыре... Вот, пошло наконец-то! И как прикажите мне это дерьмо заказчику предъявлять? Чтобы мне возврат оформили? И что будем с этим делать, девицы-красавицы? Вы у себя хоть биения шестерен меряете - или и так сойдет? И это я уж про шероховатость молчу... Детали такие, будто их зубами грызли! Это, по-вашему, шероховатость ноль восемь? - тыкнув палец в ось лежащей на столе трибки, спросил технолог.

- А биения меряли? - спросила Вера.

- Чем? Пальцем? - усмехнулся Петров. - У нас сборка, а не механика! Мы биениемеров для зубчатых колес не имеем! Впрочем, что тут мерять - я и так вижу, что дерьмо мне ваш одиннадцатый прислал.

- Я уже смотрела, в чем дело, - вздохнула Вера. - Разность баз. При зуборезке база взята не от шейки под подшипник, а от центров.

- Ну что сказать. Молодцы! - фыркнул Петров. - Брак за механикой.

Чертеж на шестерню сейчас лежал перед ним на столе, а потому Петров сразу все прекрасно понял. Вот одна шейка под подшипник, которая идет как база. Вон вторая, связанная с ней допуском на соосность в четырнадцать микрон. Вон зубатый венец. Допуск на колебание измерительного межосевого расстояния двадцать два микрона. И все эти размеры никак не связаны с центровыми отверстиями.

- Маразм! - фыркнул Петров. - Чем дальше, тем больше. Шлифовку нафиг, режем как попало, а вы попробуйте собрать! Знаете, как достало уже? Скоро, наверное, плюну на все и вслед за Федотовым на Сармаш уйду. Там и бардака такого нет, да и платят, говорят, побольше. И пусть наш Алкоголич и дальше со Свиньиным в десны целуется да завод разворовывает.

- Со Свиньиным? - вздрогнула Вера, вспомнив фамилию того самого сынка депутата, чья машина задавила ее в прошлой жизни и отправила сюда, 'в будущее', в тело этой Верки. - С каким еще Свиньиным.

- Ну с директором нашим новым, Генкой Свиньиным, - фыркнул Петров. - Это ж он как два года назад пришел к нам, так и назначил Алкоголича главным технологом...

- Ты чего! - испуганно залепетала Ирка. - Выгонят же, если услышат...

- Да и плевать! - махнул рукой мужчина. - Если у нас на заводе найдутся такие крысы, кто побежит докладывать, кто тут что говорит, то и работать тут дальше нехер! Ладно, девчонки. Разбирайтесь там со своими техпроцессами, а мне дальше дела надо делать. Редуктора вон сдавать скоро, а тут и слон не валялся...

- Как собирать-то будете? Прикатывать? - все же спросила Вера.

- Соберу уж, - усмехнулся он. - Есть у меня тут одна заначка...

- Какая? - поинтересовалась Вера.

- А вот такая, - ехидно усмехнулся он, разворачивая сверток из промасленной бумаги.

Внутри его лежали три тех самых трибки, что вызвали у технолога по сборке больше всего вопросов. Пусть вымазанные солидолом, но явно совсем новенькие, качественные... С шлифованными шейками под подшипники и шевенгованными зубьями, как и было положено по написанному ей самой еще в далеком 82-м году техпроцессу.

- Откуда? - ошарашенно произнесла она, совершенно не ожидая ничего такого увидеть. - С СГД взял?

- Какой СГД? - вздохнул мужчина. - Нету давно ничего на СГД. А эти... Их давно уж ни в одном документе нет. Раньше-то по техпроцессу на каждую партию по технологической детали шло, для наладки. Но нередко ж бывало так, что вся партия годной выходила. Вот их списывали да откладывали - а ну как в другой партии брак больше одной детальки выйдет? Чтобы подменить было чем... Сейчас такого и нет уже. Отменили технологические детали. Так что эти последние, выходит, будут. Три редуктора с ними соберу. А еще на два уж как-нибудь из этих что получше выберем да прикатаем... Вот только последний раз у нас такой фокус удастся.

- Но ведь там не только по этой позиции вопросы?

- По другим тоже есть что-то, вроде. Тут уж у начальника одиннадцатого спрашивать нужно... У них ведь это добро все лежит. Червячных колес только точно нету больше. Но в девятнадцатом их и нет, к счастью.

Следующим делом в одиннадцатый цех, в механичку. Техбюро тут уже фактически не было - последних цеховых технологов сократили семь лет назад. Так что отправились прямиком к зуборезчику. Когда-то зуборезных участков на заводе было два, в одиннадцатом и четырнадцатом цехах. Причем, вторая зуборезка была больше первой... Но на месте второго теперь ТЦ, так что все станки стащили сюда. Ну и осталось их... Как успела узнать за время пути, сейчас их было всего восемь. А ведь когда-то было двадцать семь! Уж это она знала точно.

Но вот и цех, вот и зуборезка и... Ба, какие ж люди! Зуборезчика она узнала сразу - пусть тогда, в 90-х, ему было всего тридцать шесть, а теперь - за шестьдесят. Васька Скворцов... Откровенный раздолбай и лентяй, любимыми выражениями которого было 'я все делаю по техпроцессу!' и 'за такие деньги, что тут платят, я должен прийти, включить станок и уйти обратно'. Впрочем, откровенный брак он все же не гнал...

- Петрович! - поздоровавшись, обратилась к нему Ирка. - Мы тут к тебе по 017, 022 и 194 шестерням...

- Ну знаю я такие, - согласился он. - И что с ними не так?

- Да все не так, - поморщилась Вера. - Клинят при сборке. Конструкторская база не совпадает с базой при обработке.

- А ко мне-то какие вопросы? - фыркнул зуборезчик. - Техпроцесс у вас с собой? Ну вот, давай поглядим!

С этими словами он быстро пролистал его до своей, зубофрезерной, операции, после чего отложил в сторону несколько листов с эскизом и текстом операции.

- Ага, читаем. Операция сто пять. Смотрим, какой станок указан. Этот? - указав пальцем себе за спину, где оказался какой-то незнакомый Вере, что немало удивило ее, старый станок. - Этот! Все верно! Смотрим дальше. Переход один. Установить, закрепить. В чем? Тоже написано! 'Центра'! Смотрим дальше. Фрезеровать зубья, размер по роликам... Выдерживаю я? - хитро усмехнулся мужик. - А вот сейчас и проверим! Вон у меня на столе как раз одна такая трибка лежит...

С этими словами, он пошел к тумбочке, из которой быстро достал ролики нужного диаметра и стойку с микрометром и также быстро водрузил их на стол перед Верой с Иркой.

- Меряем. Одно положение, второе, третье, четвертое... Все выдержано! Все в допуске! Читаем дальше. Переход три. Снять деталь. Идем дальше. Техконтроль. Ну размер по роликам мы уже проверили, погрешность окружного шага - написано 'обеспечивается оборудованием'. Понятия не имею, правда, обеспечивается или нет. Станок аттестацию прошел - значит, должен обеспечивать. А если не обеспечивает - это у метрологов спрашивайте. Я что-то их около станка лет десять не видел. Погрешность направления зуба - ну можете, если не лень, в микроскоп глянуть сами. Погрешность профиля - 'обеспечивается инструментом'. Так что это тоже к метрологам, фрезу они проверять должны. Что остается? Колебания межосевого расстояния? Ну вот вам биениемер, - показал он пальцами на стоявший на столе межцентромер МЦ-320М.

С этими словами он быстро установил с одной стороны оправку с образцовым колесом, с другой центра, установил трибку и, заведя ее в зацепление, принялся крутить, показывая пальцем на показания индикатора.

- Как видите, двадцать микрон при допуске в двадцать два. Все в допуске! Можете и эту трибку на сборку забирать, мне она тут нафиг не нужна.

- А если мерить не от центров? Если взять оправку и померить от посадочного под подшипник? - ответила Вера.

- Единство баз должно быть, девочки! - хмыкнул 'Петрович'. - Единство баз! От какой режем, от той и мерим! А от другой резать мне не в чем - оправки на этот станок нет. Да и в техпроцессе не указана.

- А зачем вообще на другой станок переводили? - спросила Вера, но в этот раз ответила Ирка.

- Тот, на котором раньше делали, не обеспечивает точности... Каждую партию принимали по журналу отклонений.

- Именно что, - согласился зуборезчик. - Даже помню точную цифру. Двадцать семь микрон получалось. Вот тут и вспомнили про тот станок... Он-то хоть и привезен еще от немцев после войны был, но с тех самых пор в инструменталке стоял. На нем за всю жизнь деталей сделали меньше, чем на том, что раньше использовался, за год делали при Союзе. Вот и заявили некоторые умники - а давайте, мол... Придурки! - фыркнул Василий. - Не подумали, что на этот станок никто никогда никакой оснастки не делал! Там же инструменталка, все штучное было... Блин, заболтался я с вами! - взглянув на часы, хлопнул себя по лбу мужчина. - Обед через семь минут, а мне еще станок выключить надо!

На обед они с Иркой пошли в бывшую столовую номер два неподалеку от бывшей главной проходной. Часть административного здания сейчас сдавалась в аренду, но примерно треть его все же по-прежнему принадлежала заводу - и именно здесь, на первом этаже, была и столовая. Которая, к удивлению Веры, почти не изменилась со временем. Только на входе висела табличка с надписью: 'Столовая. ИП Мещерская'.

К их приходу здесь уже стопилась толпа народу, и молоденькая работница столовой разливала первые блюда и компоты и накладывала вторые. 'Пик!' 'Пик!' 'Пик!' - слышались звуки работающего терминала для банковских карт. Один за другим люди оплачивали покупки и, забрав подносы, шли занимать места. Вот уж и ее очередь...

- Мне полтарелки борща и пюре с двумя котлетами, - коротко сказала она. - И компот.

- Сейчас все будет! - коротко ответила работница столовой. - Разогреть?

- Давайте.

'Уууу!' - послышался гул микроволновой печи, куда она сунула тарелку.

- С вас двести семьдесят рублей, - коротко ответила она. - Карта или наличные?

- Карта.

- Прикладывайте, - коротко ответила девушка, сразу потеряв весь интерес к Вере и переключившись на стоявшую следом Ирку. - А вам что, девушка?

Дождавшись, когда согреется ее еда, Вера взяла пластиковый поднос и пошла к пустому столику у окна, мельком бросив взгляд в окно. Прямо там, напротив остатков административного здания, был проезд между цехами, а вдали виднелся словно перегораживающий его забор из блестящего на солнце оцинкованного профлиста.

- Что за забор-то? - когда к ней подсела Ирка, спросила у нее Вера.

- Этот что ли? - равнодушно бросила та взгляд в окно. - Там же склады какие-то были, ангары старые, железка... Вот это все строительной фирме в аренду сдали. Станки еще, говорят, стояли какие-то, из бывшего четырнадцатого цеха...

'Из четырнадцатого? - удивленно подумала Вера. - Это что же... Весь крупногабарит, что оттуда демонтировали, просто бросили ржаветь в старом ангаре для тракторов или прямо на улице?' Выходило так. Другого объяснения просто не было...

Глава 4.

В бюро Вера вернулась с обеда в полчаса первого, но их начальница уже была там - доедала какой-то салатик с колбасой.

- Ну, что там с девятнадцатым? - увидев ее, сразу бросила она.

- Брак, - коротко ответила Вера. - Шестерни клинят. Нужно или оправку зубофрезерную другую делать. Или на прежний станок возвращать, как по техпроцессу Васильевой было.

- Техпроцесс Васильевой! - фыркнула Ксения Владимировна. - Она его в начале 80-х писала! Тогда у нас все было... Люди, станки качественные, инструмент поверенный. Фонды на ту же оснастку такие выделяли, что сейчас и не снится... Сейчас никто не подпишет изготовление новой оснастки на изделие, которое делаем сорок с лишним лет.

- Тогда надо зажимать допуска, - предложила Вера вполне логичное решение. - Добавить на шейки под подшипники технологический допуск на биение относительно оси центров.

- Логично, - фыркнула начальница. - Только не выдержим... Тут только одно остается. Возвращать все на прежний станок.

- Он же точности не дает? Зуборезчик говорил, что двадцать семь микрон биения - удивилась Вера.

- Угу, я помню, - согласилась начальница. - Четыре года каждый раз заявку в журнал отклонений писали. Но с ними хоть редуктора без вопросов собирались и работали.... Ни разу возвратов по девятнадцатому не было!

- Но ведь это все равно брак... - вспомнила такие же истории со сдачей деталей по журналу отклонений в прошлом Вера. - Отказ в приемке с первого предъявления, падение показателей, комиссии, служебки... 'Провести анализ причина брака по следующим позициям... Создать комиссию для устранения...' И так далее.

- Буду в ОКБ писать, - вздохнула начальница. - Пусть понижают степень точности по всем сопряженным деталям... По-другому мы не сделаем. А пока механикам надо служебку написать, пусть тот станок посмотрят. Может, клинья там какие подзатянут или еще чего сделают. Может, хоть в двадцать пять микрон уложимся.

На том разговор был закончен. И, пока осталось время, Вера решила хоть мельком глянуть программы, что нынче использовались для черчения и написания техпроцессов. Их названия она уж, как бы между дела, узнала у Ирки. 'Компас' и 'Вертикаль'. Открыла для начала окно 'Компаса', нашла в меню справку и погрузилась в чтение, пытаясь понять, что и как тут работает. Как оказалось, работать тут можно двумя вариантами. Можно в трехмерке, делая модели деталей и выводя их на чертеж. А можно в двухмерке, примерно так же, как они чертили эскизы в прошлом. Только не линейкой с карандашом, а мышкой на экране компьютера, с помощью набора различных стандартных элементов. Точки, линии, кружочки, прямоугольнички, многогранники и так далее... Что ж. Для начала бы хоть с этим разобраться. А там и 'Вертикалью' займется... Тем более, что уже и обед закончился. Пришли назад Ирка, Василий и еще пара незнакомых женщин лет сорока-пятидесяти, с кем ей пока не довелось общаться. Пять человек - все бюро технологов по механике. Вместо двух с лишним десятков в прошлом. И это было только в ОГТ, без учета цеховых техбюро...

- Ну что, раз уж все собрались, - окинула взглядом комнату Ксения Владимировна. - Пора сообщить всем вам неприятную новость. От увеличения работ по тридцать третьему заказы наши начальники успешно отболтались... И получили себе на голову еще большую проблему. В министерстве внутренних дел хотят, чтобы наш завод наладил производство новой противодроновой системы для внутренних войск... Алкоголич вон рвет и мечет!

- И кто ей заниматься будет? - удивилась одна из незнакомых женщин. - В ОКБ у нас - три калеки...

- Чертежи нам передадут откуда-то из центра, - поморщилась начальница. - Из какого-то центрального КБ... Через полгода от нас хотят видеть первый собранный образец.

- И что там в этой системе? - насторожилась Вера.

- Да дофига чего... - поморщилась Ксения. - Ладно, четыре редуктора сразу на Сармаш отдаем. Мы их не сделаем, тем более в такой срок. Электронные блоки - на приборостроительный. Это вообще не наш профиль нынче. По остальному же... Корпуса, рамы, пулеметные модули... Это все придется делать нам самим. Ну и монтаж на базу.

- Какая база? - спросила одна из пока незнакомых Вере женщин.

- УАЗик, вроде. Вместо грузового кузова ставят будку с пулеметными модулями. Не суть, - ответила начальница. - Это ж не на передовую... У нас тут, города защищать от террористов.

- И мы это сможем сделать? В такой срок? - спросила Вера, получив в ответ лишь грустный смех всех собравшихся.

- Не сможем, - ответила начальница. - Если даже за год справимся - уже за счастье будет...

- Опять без премий работать будем, - поморщилась Ирка.

- Впервой что ли? - усмехнулся сидевший сзади Василий. - Ну скажут на балансовой, что фигово работаем, лишить отдел главного технолога премий... Проходили уже. Помнишь, как год назад на три месяца сдачу по тридцать третьему заказу просрочили?

- В общем, - хлопнула по столу Ксения Владимировна. - По сторонним заказам всю работу бросаем и пишем отказ. В папке 'новые заказы' лежат новые чертежи. Садимся, изучаем.

- А девятнадцатый редуктор? - спросила Вера.

- С ним я сама разберусь. Акта о внедрении новых техпроцессов еще нет же? Значит, напишу извещение на прекращение применения, - ответила начальница. - И заявку на внесение изменений в ОКБ.

- А оснастка? - вдруг спросила девушка. - Мы пару оправок на зуборезку сделать не можем... А тут целый новый заказ! Кто оснастку разрабатывать будет?

- Никто, - усмехнулась начальница. - Нет у нас больше конструкторов по оснастке. Пиши заявку в КБ средств техоснащения - и пусть они у Алкоголича на столе лежат, пачками.

И в это время в коридоре послышался топот ног, а вскоре на пороге появился и сам 'он'... Злой, запыхавшийся, с раскрасневшимся лицом. Анатолий Андреевич Потапов. Он же, в прошлом, 'Толик-алкоголик', технолог седьмого цена, а нынче - главный технолог завода с пренебрежительным прозвищем 'Алкоголич'.

- Так, девочки! - сразу недовольно фыркнул мужчина, кидая на стол начальнице бюро какую-то стопку бумаг. - Вот вам распоряжение директора. Вот вам служебка из ОКБ. Вот вам чертежи. Велено срочно, до конца недели, определить возможность изготовления.

- И что мне с ними прикажите делать? - ошарашенно подняла глаза на начальника Ксения.

- Да как обычно. Пролистать, просмотреть, написать, чего нет и в отказ. Не до этого, и так нагрузили по самую крышу!

- И что там? - тихонько пододвинув стопку, спросила Ксения Владимировна.

- Редуктора! Танковые! - словно выплюнул Алкоголич. - На Урале, где их делают, не справляются с объемами. Ищут дополнительных поставщиков.

- На 'Сармаш' пусть пишут, они такие штучки любят... - фыркнула начальница бюро.

- Те им уже отказ прислали. Нет, говорят, свободных мощностей, мы изделие ноль-четыре-шесть в серию запускаем, а там зуборезки - мама не горюй. Вот какой-то м*к в министерстве и вспомнил про нас...

- Дебилы! - выругалась начальница. - Мало нам этой 'Мухи', так еще и редуктора понавесить решили... Да мы бы с тем комплексом год провозились! И не факт, что и в это уложились бы. А редуктора... Мы ж их никогда не сделаем! Тридцать третий заказ-то, пять машин в год, еле тянем, 'Сармашу' большую часть отдать пришлось... А тут... Ох, е-мае! - прочитав служебку, ошарашенно произнесла Ксения. - Десять редукторов в месяц, начиная с января двадцать шестого...

- В общем, - хлопнул рукой по стопке документов Алкоголич. - В отказ однозначно. Но отказ надо обосновать. Пишите по максимуму всего! Станки самые навороченные - ЧПУ, обрабатывающие центры, автоматы. Ванны гальванические. Оснастки побольше. Метбюро скажу, чтобы печи с литейными машинами писали. Пусть в министерстве охренеют от наших пожеланий и отвяжутся!

- Всего побольше? - тихо произнесла начальница бюро. - А если они скажут - без вопросов, расписывайте загрузку оборудования, составляйте инвестпроект - мы все выделим? Что тогда делать будем? Ведь проблемы - они не столько даже в станках...

Уже развернувшийся было для того, чтобы идти назад в свой кабинет, Алкоголич замер. Медленно развернулся к Ксении Владимировне, протянул куда-то руку, а затем вдруг словно отдернул ее и провел по лбу.

- Не скажут, - коротко ответил он. - Зачем? Проще и дешевле найти другой завод. Кто сможет их сделать.

- Что у нас тут? - вытащив из стопки первый попавшийся чертеж, бросила взгляд на него начальница бюро. - О, как красиво-то! Коничка... Модуль два с половиной. Восьмая степень... Тридцать лет ничего такого не делали. Из-за этого же и шестой редуктор по тридцать третьему заказу на 'Сармаш' делать отдали. А это? - вытащила еще чертеж женщина. - Тоже красиво! Внутренний зуб, модуль два, седьмая степень... А здесь? Червяк. Ну резьбошлифовки у нас тоже нету. Объявление о поиске резьбошлифовщика четвертый год висит, да не идет никто.

- Ну вот! - обрадованно произнес Алкоголич. - Так и пишем... Нет оборудования. Нет специалистов. Нет измерительного инструмента. Некому оснастку разрабатывать. Пусть только отстанут от нас! - последние слова прозвучали как настоящий крик отчаянья.

Дверь за Алкоголичем захлопнулась, и в помещении бюро технологов по механике воцарилась тишина. Все собравшиеся технологи откровенно не понимали, что им теперь делать. По той работе, чем они занимались последние пару недель, по сторонним заказам, велено было все бросить еще до этого. Следом поступило было указание изучать чертежи на противодроновую систему, но сейчас и ее велено было отложить в сторону. Теперь их задача - вон те чертежи редукторов, что лежали на столе начальницы. Но сама она пока никаких указаний на этот счет не давала.

- Почему 'Сармаш' не хочет брать эти редуктора? - решила прервать молчание Вера. - Ведь тридцать третий заказ они забрали с радостью?

- Потому и не хотят, - ответила Ксения Владимировна. - Ты у них там была-то хоть раз?

- Нет, конечно...

- Ну вот... А я ездила не раз. Зуборезка там, конечно, не чета нашей. Есть даже станки с ЧПУ... Два зубодолбежных и один зубострогальный. После капиталки несколько станков... Но тоже людей не хватает. Зуборезчиков три человека всего. То же конструкторов, технологов нехватка... А на тридцать третьем заказе - полтора десятка редукторов. Каждой позиции - три десятка за год. Так что загрузились они по полной. Инструменталка, опять же... Им бы с прежними заказами справиться. А тут еще подваливают. Пять редукторов, каждого по десяток в месяц! Вот они и в отказ сразу. Не можем, не сделаем, мощности перегружены. И ведь возразить сложно! Год назад им ноль сорок шестую машину повесили. Ну ту, что у нас тридцать третьим заказом всегда шла...

- А если совместно с ними делать? - предложила Вера.

- 'Сармаш' не любит брать отдельные детали... Мы ж тоже сначала так хотели по тридцать третьему заказу - так они в отказ. Пришлось целиком несколько редукторов им передавать.

Ну да, логично... Это Вера давно знала. Во-первых, так получается неравномерная загрузка. Один производственный участок перегружен, а на другом делать нечего. А во-вторых... Очень приличную цену в любом изделии стоит сборка. Заводу гораздо выгоднее брать изделие целиком, а не отдельные детали к нему. Так было и раньше, а уж при капитализме оно становится еще более значимым вопросом... Ну и, в-третьих, контроль качества. Никому не хочется, чтобы к нему предъявляли претензии из-за того, что у кого-то там что-то не сошлось. Мы вам сдали готовый редуктор? Сдали! Соответствует характеристикам? Соответствует! Ну вот и мозги не морочьте...

- А с другими заводами если договориться?

- С кем? - фыркнула начальница. - С частниками сраными, где тебе все на отвяжись сделают, без всякого контроля качества? Был у нас как-то такой опыт... Заказали червячные колеса нарезать, ну они нам и нарезали... Сто процентов брака. Им там, как оказалось, даже биения померить не на чем! Да с таким подходом только на трактора шестеренки точить, а не на оборонку!

- А на другие заводы? В другие области? Есть ведь еще крупные предприятия...

- Долго, дорого... Да и не так просто найти тех, кто согласится. И кто сможет выполнить. Ладно, - вздохнула начальница. - Раз уж тебе так зуборезка интересна, ты шестернями и займешься. С Ирой на пару, возьмешь ее в помощницы. Может, хоть из кого-то из вас нормальный технолог по зуборезке выйдет. А то как Николай Фомич на пенсию в двенадцатом ушел, так и не было никого. Хотя и он-то сам тоже не семи пядей во лбу был... Эх, нам бы сюда Катю Васнецову или Ольгу Ивановну...

'Ольгу Ивановну?' - вздрогнула Вера, услышав свое имя из прошлой жизни. А Катя... Катю она тоже помнила хорошо. Считала ее своей будущей сменой. Пока в девяностые та не ушла на рынок торговать.

- Ты, Василий, как обычно, корпусами займешься. Лена, Света, - обратилась к двум оставшимся женщинам-технологам начальница. - За вами все остальное. Берем чертежи и приступаем к работе.

- Эээ... Это вот по этому мы будем работать? - подойдя к столу начальницы, поглядела на лист с чертежами одна из незнакомых Вере женщин. - У нас в ОКБ совсем кукукнулись что ли? Сборочный чертеж на А4 напечатать! А детали? По два чертежа на лист? Я вот эту мелкоту разглядывать должна?

- Сейчас позвоню им, чтобы в сеть кинули папку, - ответила Ксения Владимировна. - Альбомы-то нормальные пока еще отпечатают в архиве... Впрочем, для отписок и этого хватит, - усмехнулась она, а затем обратилась уже ко всем. - Как пришлют чертежи - печатаем, пишем на обратной стороне кратко маршрутку, применяемое оборудование и какая нужна оснастка - и отдаем мне. Наша задача - успеть просмотреть как можно больше деталей до конца недели.

- А где у нас альбомы по станкам? - первым делом спросила Вера.

- Вон там, сзади, но полках лежат, - ответил на этот вопрос Василий. - Тебя что, зуборезка интересует?

- Да в целом... Глянуть, что у нас живое есть.

'Там же, где и раньше', - мысленно отметила Ольга. Дойдя до полки, она быстро достала оттуда толстый альбом в коричневом переплете. 'Оборудование металлорежущее', - гласила надпись на обложке. А внутри - коричневые листы светокопий двенадцатого формата с перечнем всего того, что когда-либо имел и что имеет сейчас завод. Станки, отсортированные по группам. Токарные универсальные, где шел длинный перечень хорошо знакомых ей станков. 163, 1К62, 1К625Д, 16К20, 1М65, 1ИС611В, ТВ-320, 1Е61М, пара 'немцев'... Все такое знакомое. Модель, количество на заводе, цеха, в которых используются и их характеристики - те, что важны для технолога. Правда, около некоторых теперь стояла цифра '0' - то ли вообще их не осталось на заводе, то ли не осталось исправных. За то в конце списка появились две новых, вписанных от руки, строчки. KNUTH 300/2000 и GLY 16К20. Три станка одной позиции и два другой.

Следующая страница, токарные автоматы. Все без изменений, ничего нового. Следующая. Токарно-карусельные станки, где попалась на глаза зачеркнутая строчка станка с трехметровой планшайбой, что когда-то стоял в четырнадцатом цехе, что нынче стал торговым центром. Остался только один, метровый. С пометкой карандашом 'консервы'. Следующая страница - токарные с ЧПУ. Здесь тоже прибавилась пара строчек. К привычным 16К20Ф3, ИТ-42 и немецким 'Шаублинам' добавились три новых станка - правда, все под 'мелочевку', для деталей длиной не более трехсот миллиметров. Отдельная страница, станки продольно-фрезерные. Одна зачеркнутая строка. 'Все тот же четырнадцатый цех', - вспомнила Вера.

Следующая страница - универсальные фрезерные. И тоже самые разные модели, от довоенных и немецких трофеев до относительно новых типа 6Т13 и 6Б75ВФ1. Но вот нового тут не было ничего. Следующая страница. Фрезерные с ЧПУ и обрабатывающие центры. 6Р11Ф3, немецкий Micron WF3DCM, ИР500ПМФ4. И две новых строчки в списке... Четыре новых станка.

Дальше... Станки сверлильные. Все старое, советское. Станки координатно-расточные. Все то же самое. Все 'Сделано в СССР'. Новая страница. Станки горизонтально-расточные. И опять список моделей от самых старых до самых новых. Вот только самое новое тут - 2А622Ф1 и его же ЧПУшный вариант 2А622Ф4. И тут же - вычеркнутая строка 2А656Ф11. 'И вновь четырнадцатый цех!' - кольнуло воспоминание. Два станка, что и поработать-то толком не успели... В 89-м поставили. Три года поработали. Еще примерно столько же постояли до тех пор, пока цех не сдали в аренду. А потом, если верить словам Ирки во время обеда, крупногабаритные станки четырнадцатого цеха попросту вытащили на улицу как ненужный хлам - и они еще долго ржавели под открытым небом или, в лучшем случае, в старом ангаре транспортного цеха...

Следующая страница... Плоскошлифовальные станки. И опять ничего нового, все старенькое... Правда, в самом низу появилась и новая строчка. Обозначение, пометка 'продольно-шлифовальный станок, рем.цех'. Это что же, оборудование ремонтников теперь используют для основного производства? Следующая страница. Круглошлифовальные. Следующая. Бесцентрово-шлифовальные. Ничего нового. Следующая. Резьбошлифовальные. Одна единственная строка, три станка одной модели. Все как прежде! Да и что толку с тех резьбошлифовальных, если на заводе нет ни одного резьбшлифовщика? Электроэррозионка. Тут одна новая строчка... DK7720, проволочно-вырезной...

А вот, наконец, и зуборезка. Зубофрезерные. От стареньких 'немцев', ЗФ-01 и 'Комсомольцев' до 'японцев' производства середины 80-х. Только половина строк уже зачеркнута - и, к некоторому удивлению, остались большей частью старые советские станки. Да в конце еще приписали тот послевоенный станок, что приперли из инструменталки. Зубодолбежные станки... Пять строк. Две актуальные. Совсем древний, которого она точно не ожидала видеть в 'числе живых' 5А12 и относительно новый 5М161. И, наконец, на следующем листе зубострогальные станки... Их-то и раньше было не особое разнообразие моделей, но сейчас в эксплуатации остались ровно две. И ровно два исправных станка... 5П23Б и 5А250П. Вместо прежних семи станков, среди которых был и один под круговой зуб - 5С23П.

- Почему зуборезных станков так мало осталось? - вслух озвучила свой вопрос Вера.

- Так вторую зуборезку почти всю распилили, - ответила ей одна из незнакомых женщин. - Ту, что в четырнадцатом была. Станки сначала на склады оттащили, а потом что продали, что на запчасти, что в металлолом. Хорошо, что хоть что-то есть еще... Хотя, может, лучше б уж и не было б ничего. Хоть не лезли б к нам со всякими редукторами...

- Так! - обратилась ко всем Ксения Владимировна. - Смотрим все третий редуктор. Там одна цилиндричка, ничего сложного. Напишем, что его сделать можем. Литье только... Или на сторону отдавать надо, или пусть пишут разрешение из плиты делать, на гидрорезке. По остальным же редукторам... Там даже на первый взгляд жопа полная.

- Из плиты? - удивилась Вера. - Это ж какая трудоемкость!

- Других вариантов нет. Или на стороне. Или гидрорезка, - ответила начальница. - Нет, есть и третье, сварочный вариант. Но уж этого нам точно никто не согласует. Да и после сварки оно кривое все будет как... Как не знаю что.

- Когда чертежи-то нормальные будут, а не эта мелочь? - возмутился успевший взять со стола пачку чертежей Василий. - Как я их тут разглядывать буду?

- Никогда! - фыркнула начальница. - Я вон сейчас, сами видели, в ОКБ звонила. У них машина в архиве уже почти год не работает, а денег на ремонт не дают. И даже на А3 напечатать не могут - бумаги нужного формата нет. Но в сеть скинуть обещали...

- Ну у нас хоть А3 есть, - фыркнула Ирка.

- Ну вот и напечатаешь. Или в наш архив топай, чтобы там в большом формате сделали, - ответила начальница. - Вот, кстати... Скинули, наконец. В 'новых заказах', папка 'редуктора'. Смотрим третий. А ты, Вер, иди сюда...

Взяв альбом с информацией о станках, она положила его на свой стол, а затем подошла к начальнице, которая уже сложила в стопку несколько чертежей.

- Вот тебе зуборезка на третий редуктор. Пиши на них маршрутки и вперед, на нормирование. Напишешь, какая оснастка нужна, какой инструмент. Пусть там, наверху, думают. Потом остальным займешься.

- А с оснасткой как быть? - спросила Вера.

- Посмотри в сборнике, может чего найдется из ранее разработанного. А нет... Тогда так и пишешь... Оправка токарная 'С-01.' и пропуск под номер. Как присвоят - пришлют извещения. Оправка шлифовальная 'С-04.'. Оправка зубофрезерная 'С-07.'. И так далее. Оправка МЦ-320М контрольная 'К-07.' И так далее. Везде по пропуску под номер.

Ну да, эту систему обозначения она знала. Буква 'С' означала 'станочное приспособление', 'К' - средства контроля, 'Г' - гибочный штамп, 'В' - вырубной штамп, 'СБ' - сборочное приспособление... И так далее. Дальше шли две цифры - указатель операции. На что идет оснастка... Токарная, фрезерная, шлифовальная, зуборезная и так далее. За ним - четырехзначный номер, порядковый номер оснастки. Так оно всегда было. С тех самых пор, с каких только существует завод. С самого 1935 года, наверное... Когда конструктор разрабатывал оснастку, он присваивал ей номер и писал извещение в ответ на заявку технолога.

- А кто ее делать будет, оснастку эту? Если все равно конструкторов нет? - спросила Вера.

- А это уж не наше дело! - огрызнулась начальница. - Хоть Алкоголич лично пусть рисует, хоть ОКБшников заставит! Или пишет служебку 'изготовить универсально'. Я на себя ответственность брать не стану! Техпроцесс мы написали, заявку на разработку выпустили. А дальше уж не наша работа!

- Хорошо, - вздохнула Вера. - Схожу в цех тогда. С зуборезчиком поговорю.

На этот раз она пошла одна, без Ирки. Впрочем, не больно-то и хотелось брать кого-то с собой... Спустилась вниз, дошла до хорошо знакомого одиннадцатого цеха, где уже довелось побывать и в этом времени, и вновь оказалась посреди производства. Шумели несколько токарных станков, еще несколько человек работали на сверлильных, но она отправилась прямиком на зуборезный участок, где тоже шла работа.

- Петрович! - обратилась к зуборезчику Вера. - Тут к тебе вопрос. Прислали нам заказ на редуктора. Вот глянь, что про эти колеса скажешь?

- Работки подкинуть решили? - подкрутив ручку станка, спросил мужик. - Ну давай, валяй. Что у тебя там.

- Шестерни. Одиннадцать штук, - ответила она.

- Какой объем?

- Десять в месяц.

- Десяток? Ну за неделю можно сделать, - почесал в затылке он. - Ага, вот они какие...

Обозначения на чертеже были условные, это Вера прекрасно поняла. Передавая чертежи на другой завод, заказчики позаботились о том, чтобы обезличить их. Теперь это было просто 'Р3.05.11', 'Р3.05.14' и тому подобные номера. Впрочем, это не имело особого значения для дела...

- Вот эту - на долбяк, - махнул рукой в сторону 5М161 Скворцов. - Эти две - тоже.

- Почему? - удивилась Вера. - Их же проще фрезеровать?

- Проще, - согласился он. - А оправку на тот станок, что еще точность дает, мне Пушкин сделает?

- На тот, что с инструменталки притащили?

- Ага, - согласился Петрович. - На 'комсомольца' вон оправок пруд пруди. Да где тот 'комсомолец'? А на долбяк уж что-нибудь из подбора найду... Эту, - поморщился, крутя следующий чертеж в руках, зуборезчик. - Вал-шестерня, мать ее... Ну попробую на 'зээфке' сделать... Он хоть и старый, но еще выстучать можно. Вот эту - тоже на долбяк, - показал он следующий чертеж. - А остальные... Пиши на 'японца'. Он хоть и изношен, но девятую степень еще выдержит...

- А оснастка? - спросила Вера.

- Оснастка, - вздохнул зуборезчик. - Давай сейчас до начальника цеха сходим, скопируем чертежи. Погляжу, что найти можно...

Кабинет начальника цеха располагался все там же, на втором этаже прямо над инструментальной кладовой, и Вера поймала чувство 'дежавю'. Сколько раз в прошлой жизни доводилось бывать здесь? Только теперь все было иначе... На потолке виднелись следы протечек, где-то виднелись отвалившиеся куски штукатурки, а уж красили коридор цеховой конторы, наверное, еще в прошлом веке.

- Здаров, Санек! - по-свойски вошел в кабинет начальника зуборезчика. - У тебя там принтер еще работает?

- Да куда ж ему деться! - фыркнул начальник цеха, оказавшийся парнем лет тридцати. - Хоть что-то ж на этом чертовом заводе должно еще работать?

- Это хорошо, - усмехнулся Петрович. - Черновики там лежат?

- Да прямо за принтером.

- Тогда я тут у тебя сейчас листов десять потрачу...

Засунув в принтер стопку бумаги, зуборезчик принялся один за другим копировать листы, пока последняя копия не вылезла из принтера, после чего отдал Вере оригиналы, и они отправились обратно.

- Ну бывай, - наконец, сказал он, когда они дошли до зуборезного участка. - Только когда будешь техпроцессы писать, не бери пример с этой дуры... Понаписала тут мне... Заготовки без шлифовки прислали, а ты тут, Петрович, трахайся с ними как хочешь, выставляй!

'Это он про Ирку что ли? - подумала Вера. - И про те техпроцессы, что она написала взамен моим на тридцать третий заказ?' Но вслух ничего не произнесла, отправившись обратно, в ОГТ. Где ее уже ждали...

- Ну что там Васька сказал? - первым делом спросила ее Ксения Владимировна.

- Говорит, можем сделать...

- Ну, слава партии родной, - хмыкнула начальница. - Хоть что-то, значит, еще можем... Тогда готовь технологии на эти одиннадцать деталей... А там уж видно будет.

Интерлюдия. ОКБ.

Антон Краснов, главный конструктор завода 'Спецмаш', раздраженно пролистывал страницы чертежей на 'Муху', новый комплекс противодроновой защиты, и мысленно матерился. Какой придурок это рисовал? Слово 'чертил' в отношении этого 'гениального творения' на язык не шло категорически... Студентам что ли каким дали, в качестве дипломной работы? Часть размеров не сходилась друг с другом, часть вообще была откровенно абсурдна... Вон как вот эти. 1283,7+0,3 миллиметра, и это на сварку! Где ж вы, дебилы такие, беретесь-то? Каким способом предлагаете обеспечить этот размер?

А вон это? При взгляде на следующий чертеж старому конструктору казалось, что у него на голове встают дыбом остатки волос. И ладно б еще дело было в том, что замкнутая цепочка размеров... Вот только сами эти размеры не сходились меж собой. Вон берем общий размер - 172,3+0,25 миллиметра. Вот только если сложить отдельные размеры, то в итоге получалось 174 миллиметра! И это чертило 'шибко важное' подмосковное КБ... И все эти чертежи - с кучей подписей, все проверено несколькими людьми, прошло через технический и нормоконтроль и утверждено...

Поставив себе пометку в блокноте, Краснов перешел к следующей странице... Тут, казалось бы, все хорошо, все правильно. Вот только... Они что, предлагают делать отверстие 40Н8 с шероховатостью Ra12,5? Ведь никакой другой на этот размер не стояло, а неуказанная была именно такой. 'Тррр!' - затрещал на столе старенький телефонный аппарат.

- Да, слушаю, - взяв со стола трубку, коротко бросил главный конструктор.

- Здравствуйте! Это Павлова, начальница бюро механиков, - сквозь треск помех старого телефона послышался на той стороне голос Ксении Владимировны. - Тут у меня вопрос по тридцать третьему заказу, девятнадцатый редуктор.

- И что с ним? - нахмурился мужчина.

Когда-то тридцать третий заказ был одной из главных тем завода. В советское время они сдавали в год по полусотне этих машин - и никаких особых проблем с ними не возникало. Но в последние годы он превратился в их главную головную боль, источник проблем... И в итоге сначала пришлось передать на сторону, на 'Сармаш', изготовление некоторых наиболее точных и сложных редукторов, а потом и вовсе пришло распоряжение из министерства - передать им всю КД и организовать параллельное производство. Ибо от 'Спецмаша' запросили двадцать пять машин в год, а они прислали заказ. А 'Сармаш' согласились аж по тридцать делать! Давайте только заказ... Так что вполне может так статься, что скоро их завод и вовсе спишут на свалку истории. И то, что формально они пока еще ведут тему 'ноль сорок шестого' - это уже практически ни о чем.

- Мы не можем выдержать седьмую степень точности для зубчатых колес, - ответила начальница бюро механиков ОГТ. - Надо понизить до девятой.

- Почему именно до девятой? Почему хотя бы не до восьмой? - напрягся главный конструктор.

- Чтобы уж точно прошло, - вздохнула Ксения. - Хотя мы все же постараемся выдержать восьмую.

- Ладно, - после долгого раздумья ответил Краснов. - Пиши заявку, а я скажу Рыбаковой... Пусть вносит. Блин, еще и на 'Сармаш' теперь извещения об изменении рассылать.... То-то они поржут над нами.

Положив трубку, главный конструктор постучал двумя пальцами по столу, а затем вновь взял в руку трубку и быстро набрал диском четырехзначный номер шестого конструкторского бюро - единственного КБ, что вообще осталось на заводе.

- Мне Катю Рыбакову, - коротко бросил он. - Что, нет на месте? Ну пусть, как придет, топает ко мне.

Минут через пятнадцать дверь кабинета приоткрылась, и в него тихонько проскользнула девушка двадцати восьми лет. Одна из трех оставшихся на заводе конструкторов и единственная на заводе, кто еще мог начертить что-то сложнее элементарной втулки или болта. Все остальные давно кто ушел на пенсию, кто умер, а кто ушел на другие заводы, где людям платили хотя бы более-менее приличные зарплаты. Остались лишь откровенные бездари... И сейчас Краснов со страхом ждал тот день, когда на его столе появится заявление за подписью Рыбаковой: 'Прошу уволить по собственному желанию'. Ведь работать за тридцать четыре тысячи 'грязными' - это в наше время откровенное издевательство. И это у ведущего инженера-конструктора! Сам два года назад ей эту должность выбивал, доказывал начальству, что человек с трехлетним стажем может быть ведущим инженером. 'Может, начальницей КБ-6 ее назначить?' - подумал было Краснов. Больше года уж висит объявление в Интернете, 'требуется начальник конструкторского бюро' - и даже приходили люди, спрашивали. И сразу уходили, едва узнав про их зарплаты. Сорок 'на руки'...

- Здравствуйте! Вызывали? - коротко спросила девушка.

- Привет, Катюш. Вызывал, - подтвердил главный конструктор. - Тут на днях тебе заявка от механиков придет, понизить степень точности по нескольким позициям на девятнадцатый редуктор. В общем, все по девятой делай. Внесешь изменение, выпустишь извещения... Нусама знаешь, как это делается. - Смотри только, чтобы Павлова под шумок чего еще ухудшить не захотела...

- На 'Сармаше' в ОКБ ржать как сумасшедшие будут, - поморщилась Катя. - Они-то у себя седьмую выдерживают...

- Пусть ржут, - нахмурился от упоминания завода, кому пришлось отдать большую часть заказа, Краснов. - Как сейчас модно говорить, смех продлевает жизнь.

- Хорошо, я сделаю, - кивнула девушка.

- Ну тогда можешь идти, - ответил главный конструктор. - Уходить-то еще не надумала?

- Куда? - удивленно произнесла девушка.

- Да мало ли разве еще заводов осталось? - пожал плечами Краснов. - 'Сармаш', 'Нефтегаз', 'Энерготех', подшипниковый... И это без учета мелочи...

- Вы же знаете, Антон Николаевич, я из поселка, - вздохнула девушка. - Тут от электрички десять минут до проходной. А 'Сармаш'? Это ж вообще другой район, через полгода тащиться... Как и на ГПЗ с 'Энерготехом'. А 'Нефтегаз'... Вы ж, наверное, не хуже меня знаете, какая там обстановка. Чтобы в пять вечером домой уйти, на переработки не оставаться? Да там про такое и слыхом не слыхивали... А у меня электричка в шесть последняя. После нее уж никак до дома не добраться.

- И только поэтому ты здесь? - тихо спросил Краснов.

- Да, - согласилась Катя. - Мне больше некуда идти.

- Но ведь ты могла же найти другую работу. Не конструктором.

- В 'Пятерочке' продавщицей? Или курьером, пиццу таскать? - фыркнула Катя. - Нет уж, не хочу...

- Хорошо, - вздохнул главный конструктор. - Не буду обещать, но... Попробую все же тебе надбавку выбить. Объясню Свинье, что, если и ты уйдешь, завод просто встанет. Нам вон 'Муху' дают, а в ней ошибка на ошибке. Если некому будет сопровождать выпуск, мы ее просто не сделаем.

Возвращалась в КБ-6 Катя в откровенно паршивом настроении. Откровенно говоря, она и впрямь бы уволилась. Ушла бы на другой завод, стала бы там конструктором. В конце концов, стаж у нее есть, запись о том, что работала ведущим инженером - тоже есть. Она практически не сомневалась в том, что ее бы взяли хоть на 'Сармаш', где сейчас работала конструктором по сварочной оснастке одна ее однокурсница, хоть на 'Энерготех', где работал технологом другой ее однокурсник. И от них она прекрасно знала про обстановку на тех заводах. Про куда большие зарплаты, про лучшие условия... Только один простой вопрос оставался неизменен. Где жить? Снимать какую-нибудь комнатушку ей просто не хотелось - да и не любила она 'бетонные джунгли' многоэтажки. А частный дом... На его аренду она не заработает и на другой работе.

Но свои и КБ-6... Открыв дверь, она оказалась в большом помещении, где когда-то работало несколько десятков человек за кульманами, а сейчас стояли семь компьютеров. Семь... Именно столько здесь было конструкторов еще восемь лет назад. С тех пор кто-то ушел на пенсию, кто-то уволился. Дядя Коля, начальник КБ, которому было на тот момент 82 года, умер два года назад. И теперь их осталось всего трое. Только Тоха опять отсутствовал на работе, 'болея' всем известной 'болезнью', а Маринка лишь сидела за компьютером и, уставившись в телефон, красила ресницы.

- Ну что там главнюк вызывал? - даже не повернув головы, спросила 'конструкторша'. - Опять в какое-то дерьмо нас втянуть хотят?

- Ты лучше скажи, - бросила взгляд на нее Катя. - Ты когда уж хоть один чертеж, что тебе поручили, сдашь? Тебе две недели назад сказали ноль тридцать второй кронштейн в сборочный вариант переделать!

- Зачем его вообще переделывать? - все же отложив в сторону тушь, произнесла Маринка. - Сорок лет лили - пусть и дальше льют... Нет, сварной им подавай вдруг... И вообще, оно тебе надо, Кать? За такие зарплаты мы сюда должны поспать приходить.

- Нет у нас литья, - усевшись за компьютер, устало произнесла Катя. - И из куска не сделаешь... Больно сложная да громоздкая деталь. А на стороне литье заказывать - уж больно дорого выходит. И так вон на редуктора литье с 'Сармаша' берем...

- И что? Пусть печи новые покупают, литейщиков нанимают! - огрызнулась Маринка. - Я что ли им второй цех под нож пустила? Кто разворовал все - тот пусть сам и разбирается! Да ладно тебе, - вздохнула конструкторша. - Вон, сама гляди, сделала я модель. К концу недели, глядишь, сдам наконец-то...

- И на том спасибо, - обреченно вздохнула Катя. - А то мне тут еще с 'Мухой' разбираться надо...

Глава 5.

Вернувшись в ОГТ, Вера села за стол и положила перед собой чертеж одной из шестерен, а затем взяла со стола ручку и листок черновика, какой-то перечеркнутый лист из техпроцесса, и, перевернув его, стала писать на обратной стороне черновик новой технологии. Операция 003. Разметка. Чистовой диаметр 127 миллиметров - значит, берем круг диаметром 140, сталь 40Х. Чистовая длина 47 миллиметров - значит, размечаем 55+1 миллиметр Операция 005. Пило-отрезная. Операция 007. Технический контроль. Операция 010. Транспортировка в цех ?8 на термообработку. Твердость от 28 до 32 единиц - значит, калить сразу, до механики. Хотя, по идее, тут технологов по термичке спрашивать надо, это они дают указание, на каком этапе производится закалка. Дальше ссылочная операция на техпроцесс по термообработке. И опять... Операция 015. Транспортировка в цех ?11. Это прямо 'классика', типичное начало техпроцессов на зубчатые колеса.

Дальше... Операция 020, токарно-винторезная. Берем станок 16К20. Переход один. Установить в трехкулачковый патрон, закрепить. Переход два, подрезать торец в размер 52+1 миллиметра. Переход три. Зацентровать отверстие. Переход четыре. Сверлить отверстие диаметром 25 миллиметров. Переход пять. Теперь пора приняться за наружный диаметр. Поджать деталь центром, точить в размер 135 миллиметров на длину 33 миллиметра. Так, база под следующую операцию готова... Осталось последнее - обнижение. Наружный диаметр 117 миллиметров, внутренний 65, глубина 8 миллиметров. Вот из этого и исходим! Переход шесть. Врезаться на глубину 7,5+0,5 миллиметра на диаметре 125 миллиметров. Переход семь. Расточить обнижение, выдерживая размеры 117 миллиметров, 65 миллиметров и 8 миллиметров. И, наконец, переход восемь... Снять деталь.

Дальше. Операция 025, слесарная. Зачистить заусенцы, притупить острые кромки. И опять на механику. Операция 030, токарно-винторезная... Опять тот же 16К20. Переход один. Расточить сырые кулачки на партию деталей. Номер кулачков даже сам собой выскочил из памяти. С-01.0132. Сразу ж вписала в свой черновик. Разработка еще 60-х годов прошлого века, которая с тех самых пор неизменно применялись на производстве... Переход два. Установить деталь, закрепить. Переход три. Подрезать торец в размер 47 миллиметров. Переход четыре. Теперь пора приняться за ступицы. Точить диаметр 65 миллиметров предварительно с подрезкой торца в размер 22+1 миллиметра. Вот уж и зубчатый венец вырисовывается... Правда, пока вчерновую. Теперь переход пять. Точить диаметр 65 миллиметров окончательно с подрезкой торца в размер 20h12 миллиметров. Все! У нас есть ступица... Теперь осталось обнижение, как и на той стороне. Переход шесть. Врезаемся. Переход семь. Растачиваем. Переход восемь. Точим фаску на ступице. Переход девять. Снять деталь.

Место на листе кончилось, и Вера пододвинула к себе следующий черновик. И поехали дальше... Операция 035. Опять слесарка. Операция 040. Токарно-винторезная. И все по новой... Переход один. Расточить кулачки. Дальше хватаем за ступицу. Переход два. Установить, выдерживая биение в 0,1 мм, закрепить. И... тут Вера поняла, что она что-то забыла. Ну же, что? С этой мыслью она еще раз быстрым взглядом пробежала сначала по чертежу, а потом и по написанному ей черновику техпроцесса. 'Дура! Да вот же оно!' - мысленно выругалась Вера. Припуски на шлифовку торцев не оставила! А там, между прочим, биения в пятнадцать микрон и шероховатость Ra1,6! Быстро просмотрев предыдущие операции, она исправила размеры, добавив нужные припуски, а затем продолжила. Итак, переход три. Точить размер 127,6 миллиметров предварительно. Переход четыре. Теперь тот же размер окончательно. Переход пять. Расточить отверстие до диаметра 29,5 миллиметра, выдерживая соосность в 0,1 мм с наружным диаметром. Переход шесть. Развернуть отверстие 30Н7 предварительно. Переход семь. Развернуть окончательно. Переход восемь. Точить две фаски, в отверстии и на зубчатом венце. Переход девять. Снять деталь. И опять... Операция 045, слесарная. Операция 050, токарно-винторезная. Переход один расточить кулачки. Переход два. Установить, закрепить... Берем за будущий зубчатый венец. Переход три. Точим две фаски. Переход четыре. Снять деталь. И вновь операция 055, слесарная, а за ней операция 058. Промывка.

'А теперь техконтроль и шлифовка', - подумала Вера. Операция 065. Техконтроль. Подробно карту контроля расписывать она пока не стала. Потом, когда уж на компьютере писать будет, в 'Вертикали'. Операция 065. Круглошлифовальная. 'Так, какой там у нас станок есть среди живых? - подумала Вера. - Ага, вот этот вот пойдет...' 3М153АФ11. Оправка... Открыв сборник с перечнем ранее разработанной оснастки, упорядоченной по размерам, она достаточно быстро нашла подходящую оправку. 'С-04.0255', - выписала она номер из сборника. Только есть ли она еще в наличии? Плевать! Если нет - закажут в инструменталке дубликат, чертеж-то в архиве всяко найдется. Итак, переход один. Установить деталь, закрепить. Центра, хомут, оправка с указанием номера. Переход два. Шлифовать диаметр 127h9, выдерживая биения в пятнадцать микрон. Переход три. Шлифовать торец, выдерживая ту же величину биений. Переход четыре. Снять деталь. Операция 070, опять круглошлифовальная. И еще три перехода - на этот раз шлифуется другой торец, выдерживая размер 20h12. Операция 075, слесарная. Притупить острые кромки после шлифовки... 078. Промывка. И операция 080. Техконтроль. После которого идет операция 082. Консервация. Кто знает, сколько пролежит деталь до того, как перейдет на следующий этап?

А вот дальше... Дальше начинается зуборезка. Операция 085. Станок 5М161. Оправка... Ну вот эта, вроде, подходит. Только надо завтра у зуборезчика спросить, есть ли она в наличии. Но пока впишет номер. 'С-07.0045'. Переход один. Установить деталь, выверив допуск на биение, закрепить. Переход два. Долбить зубья, выдерживая размер по нормали. Переход три. Снять деталь. И дальше операции 088, промывка, и 090 - техконтроль. Тут Веру, в первую очередь, интересовала оправка для межцентромера МЦ-320М - и, кажется, она ее все же нашла. 'К-07.0084'. Остальное тоже распишет подробно уже на компьютере, пока же хватит лишь наброска. Чтобы не пропустить ничего нужного.

И вот уже осталось совсем немного... Одно отверстие в ступице и шесть в зубчатом венце. Последние-то, скорее всего, обычное облегчение, но и не делать их нельзя. Ведь в чертеже они есть. Если по-хорошему, это все сверлить бы по кондукторам. Так делали всегда, так оно логично... Но кто будет его разрабатывать? И сколько времени займет изготовление? Придется потом писать форму разрешения на отклонение от техпроцесса, бегать подписывать ее сначала у Алкоголича, а затем у главного инженера. Так что нафиг! Пишем по-другому! Операция 093. Консервация. Операция 095. Транспортировать в механический цех ?7. Операция 100. Координатно-расточная. Так, станок... Что мы там имеем? Да вон хотя бы 2450. Переход один. Установить деталь, закрепить. Приспособление - УСП. Переход два. Сверлить отверстие 4,95 миллиметра, выдерживая размер от торца... Переход три. Зенковать фаску. Переход четыре. Снять деталь. И сразу же операция 105. Тот же станок. Опять переход один. Установить, закрепить. Переход два. Отцентровать шпиндель. Переход три. Центровать шесть отверстий на диаметре 85,5 миллиметра. Переход четыре. Сверлить шесть отверстий диаметром 12 миллиметров. Переход пять. Рассверлить шесть отверстий до диаметра 20 миллиметров. Переход шесть. Снять деталь. Операция 110, слесарная. Переход один зачистить заусенцы, притупить острые кромки. Переход два. Нарезать резьбу М6-7Н. Операция 113. Промывка. И 120 - техконтроль. Теперь шпоночный паз... Операция 125. Горизонтально-протяжная. Вырезать шпоночный паз по размерам эскиза... Операция 130. Слесарная. Зачистка. 133. Опять промывка. 135. Техконтроль. И наконец-то вся механика готова! Дальше остается только операция 138, консервация, и 140 - транспортировать в цех ?5 для нанесения покрытий гальванических... Три страницы текста мелким почерком. И это еще только черновик... Готовый техпроцесс, с перечнем всего нормализованного инструмента, с эскизами и картами контроля будет гораздо толще, даже будучи отпечатан на компьютере.

Встав со своего места, Вера взяла чертеж, три листка с наброском техпроцесса и подошла к Ксении Владимировне, которая, как оказалось, сидела за компьютером и тоже писала техпроцесс на какой-то вал все того же третьего редуктора.

- Набросала тут черновик техпроцесса, - сказала она.

- Так быстро? - даже удивилась начальница. - Часа не прошло еще... Ну давай, посмотрим, что тут у тебя. Хм... А молодец, почти со всем согласна.

- Почему 'почти'? - не поняла Вера.

- А вот, сама смотри. Шпоночный паз, протяжка...

- И что не так?

- А нету у нас протяжки. Лет семь уж как нету. На DK7720 пиши, пусть проволокой вырезают. И слесарки после него не надо.

- Электроэррозионка? Дорого же...

- А больше никак. Не долбить же, в конце концов... Да и долбить уж некому.

- Понятно, - кивнула Вера.

- Да, и после зуборезки слесарную пропустила, - добавила начальница.

На миг стало стыдно... Ну как можно-то было такую мелочь забыть? Ведь, казалось бы, столько техпроцессов понаписала в свою бытность технологом... И на тебе, такая оплошность!

Дойдя до своего места, она зачеркнула ручкой слово 'горизонтально-протяжная' и написала рядом 'проволочно-вырезная'. А затем еще раз глянула в альбом, уточнив, в каком цехе находится DK7720. К счастью, тот же седьмой, значит дополнительной транспортировки не надо. Так, теперь дописать слесарную операцию после зуборезки, поменять номера по всей цепочке - и все. К счастью, больше ничего в техпроцессе менять не пришлось. Осталось разобраться с тем, как пользоваться 'Вертикалью', для чего она открыла один из ранее написанных еще 'прежней' Веркой техпроцесс на какую-то втулку... Ага, как-то так вот, значит? Ну что ж... Приступим!

Создав новый документ и, при необходимости пользуясь справкой, Вера стала одну за другой вбивать операции с переходами в программу, периодически прикрепляя к тексту операции нарисованные в 'Компасе' эскизы. Одна, вторая, третья. Вписать режущий, измерительный инструмент... Как оказалось, тут была целая библиотека с перечнем применяемых на заводе оборудования, инструмента и оснастки...

- А ты что вручную-то все по клавишам стучишь? - проходя мимо, удивленно взглянул в ее сторону Василий.

- А как еще? - не поняла Вера.

- Так тут же целая библиотека есть, с готовыми текстами переходом. Чуть подредактировала - и готово. Гораздо быстрее все получается. Вот, смотри, - взяв в руки ее мышку, щелкнул несколько значков на экране технолог. - Вот тебе на токарку, фрезеровку, зуборезку твою... На любой вкус! Только вписывай обозначения размеров...

На какой-то миг она даже смутилась... Все так просто, элементарно! И совершенно чуждо тому, к чему она привыкла. Когда каждый техпроцесс сначала писался ручкой на листе, рисовались эскизы. Затем отдавался наборщикам, которые перепечатывали его на бумаге. Затем с него делали кальки - и уже их отдавали на размножение в архив. Впрочем, кальки таки тоже бывали своего рода 'шаблонами'. Заранее готовые, отпечатанные в типографии формы - заполняй да отдавай...

- А слышали, сегодня ночью в Заводском опять прилет был? - неожиданно для Веры вдруг спросила Ирка.

- Слышала, - поморщилась начальница. - Недалеко от нас рвануло... Достали, уроды!

'Прилеты? - удивилась услышанному слову Вера. - О чем это они?' Однако слово 'рвануло' словно намекало - речь идет о том взрыве, что они с Анькой слышали среди ночи. Она еще даже успела подумать - 'что за хрень, чеченские террористы уже и до нас достали?' А еще вспомнились слова сказанные вечером таксисты слова. Интернет, мол, глушат из-за угрозы терроризма...

- Не любила никогда Жирика, но он бы такой дряни не допустил! - ответила на это одна из все еще незнакомых Вере женщин, то ли Света, то ли Лена.

- Вот знаете, - вдруг задумчиво произнесла Ксения. - Та антидроновая система, 'Муха' - она ж сейчас позарез нужна! А ее нам спихивают - нашему недозаводу...

- А почему нам? - вспомнив тот разговор, что был сразу после обеда, спросила Вера.

- А больно она дешевая... С нее много не заработаешь, - поморщилась начальница. - Ну что это такое - УАЗик, пара пулеметов, локатор примитивный... То ли дело - С-500, 'Панцирь', 'Стрела'... Там миллиарды, заводы готовы в драку за заказы. Да даже наш тридцать третий заказ... Директор 'Сармаша', поди, из штанов от счастья выпрыгнул, когда его себе загреб! Шутка ли - три десятка машин в год, да еще и часть узлов уже несколько лет как для нас делали! А тут... Эх, да что говорить?

Однако в этот миг разговор вновь прервало появление на пороге Алкоголича. Как и до того, запыхавшегося, раскрасневшегося...

- Так, тут это... Рассчетки ваши, - коротко бросил он, положив на ближайший стол кучу бумажек. - И это... Тут у директора на совещании вопрос поднимали, надо нам ускорять работу. Если, говорит, мы как всегда обосремся, то как бы вообще не... того... Ну, вы поняли. Закрыли, в общем. В общем, с 'Мухой' поторопиться надо! Чтобы если уж не готовое изделие, так хоть техпроцессы через полгода все были и уже что-то можно было б заказчику показать!

- Кто нас закроет? - фыркнула Ксения Владимировна. - А вот его снять - это запросто могут. Вот и трясется нам генеральный...

- Не важно! - коротко бросил Алкоголич. - Короче, говорят, чтобы мы тут у себя на сверхурочку выходили.

- За отгулы что ли? - фыркнул Василий. - Спасибо, у меня их и так на месяц наберется...

- Нет-нет! - помотал головой главный технолог. - За двойную, как положено!

- За двойную? - удивился Василий. - Ну это уже интереснее... Тут вон у моей долги по кредитам, хоть немного рассчитаться можно было бы...

- А как по мне, так все равно... Пошли они в пень! - буркнула Ирка.

- Весело, мать его... - задумчиво произнесла Ксения Владимировна. - Лет пятнадцать уж такого не видала... Неужто и впрямь так прижало-то?

- В общем, кто хочет - записывайтесь, мне завтра велено наверх список передать, кто согласен, - подвел итог Алкоголич. - И это... Что у нас по редукторам?

- Третий можем сделать, - ответила начальница. - Остальные нет. Но вы же сами говорили отписываться?

- Говорил! - выругался начальник отдела. - Да только тут уж сверху другое указание! Спрашивают, чтобы хоть два каких взяли, а по остальным уж как-нибудь отбрешемся. Отбрехался ж 'Сармаш', в конце концов...

- Два? - нахмурилась начальница. - Про два даже и не знаю... Там же в других коничка, червяки... В одном еще и внутренний зуб... А как нам все это делать?

- На аутсорсинг попробуем отдать, - пожал плечами Алкоголич.

- Еще б найти того, кто сможет... и захочет это делать. Да и потом... Редуктора эти ж еще испытывать, обкатывать надо. Оснастка нужна. А где у нас КБ по оснащению? Никого ведь не осталось! Ни одного человека! Оправку сраную нарисовать некому! - поморщилась начальница.

- Я давал заявку о приеме конструкторов по оснастке... Никто не идет! - пожал плечами Алкоголич.

- А потому, что репутация у нашего завода такая, - вздохнула Ксения Владимировна. - Ниже плинтуса...

- Ладно, побежал я, - коротко бросил главный технолог. - Мне еще к сварщикам забежать надо, к термистам, на сборку... Всем рассчетки раздать и порадовать новостью.

Дверь за Алкоголичем захлопнулась, и все присутствующие с некоторым облегчением вздохнули. Отвалило начальство - и на том спасибо.

- Все развалили, а теперь что-то требуют, - вздохнула начальница. - Да нет у нас больше завода, нет. Мастерская у нас... колхозная. Ну что, есть кто желающий сверхурочно на барина попахать?

- Я, наверное, выйду. Часа по два после смены смогу, - ответил Василий.

- Я тоже, - ответила то ли Света, то ли Лена.

- Ну а меня уж и спрашивать не будут, заставят, - вздохнула начальница. - Остальные все нафиг послали? - бросила взгляд на оставшихся, спросила Ксения Владимировна. - Ну и правильно, что не хотите. А вот меня как пить дать заставят... И фиг тут открутишься-то. Будем втроем, значит, по вечерам технологии писать.

И, глядя на все это, Вера лишь тяжело вздохнула. Да, и впрямь - был завод, да весь вышел. Стоило ли попадать из середины 90-х в 2025 год, чтобы увидеть всю эту разруху и упадок? Чтобы узнать, что прежде мощный завод ныне не может практически ничего? Смех и грех... Конструкторов по оснастке - и то не осталось! И на миг захотелось и впрямь на все плюнуть... Уволиться и уйти на 'Сармаш'... Если уж там, судя по рассказам коллег, все еще есть порядок. Только... На миг вспомнилась фамилия директора их завода. Геннадий Свиньин. Сын бывшего депутата Сергея Свиньина. Тот самый человек, по чьей вине она погибла в прошлой жизни. Кто вместе с кем-то из дружков сбил ее на машине и бросил умирать, испугавшись милиции. А, значит, теперь она должна отомстить...

Техпроцесс дописать она все же не успела... Не так просто работать с незнакомой программой на компьютере. Дошла только до круглошлифовальной операции, но не суть. Часы показали без пяти минут пять вечера - и народ стал выключать компьютеры и собираться. Те, кто захотел выходить на сверхурочку, записывали свои фамилии в лежавший на столе начальницы список, а затем брали с другого стола расчетку и шли домой. Свою рассчетку забрала и Вера, мельком бросив взгляд на ту сумму, что ей должны выплатить на днях. 'Инженер-технолог 2 категории', - прочитала она на листке. И сумма... 27632 рубля 'грязными' за месяц, то есть чуть больше двадцати четырех тысяч 'на руки'. Правда, 8800 рублей уже выплачено ранее как аванс. И чуть больше пятнадцати тысяч 14 числа придут ей на счет... Много это или мало? Насколько успела узнать Вера, до невозможного мало - и оттого вновь на миг появилось желание написать заявление на увольнение и уйти. Куда угодно! На 'Сармаш', на подшипниковый завод... Уж доказать, что она понимает в металлообработке, Вера могла без труда. Но снова на краю сознание мелькнула фамилия 'Свиньин', и она сдержала себя. Не время! Сначала надо очистить общество от одного урода. Вывести его на чистую воду. А потом... Потом видно будет!

Вон уж она снова идет к проходной мимо обветшавших цехов, каких-то куч мусора и голубых елей, что, будь у них такая возможность, смогли бы рассказать людям о лучших годах завода 'Спецмаш'... А вот и проходная - и, приложив пропуск, Вера проходит через вертушку и вскоре оказывается в полузаброшенной аллее... Да, северная проходная - она всегда была где-то на отшибе, вдали от больших домов и шумных улиц. За то здесь была прямая дорога к остановке электрички - и даже сейчас, как и много лет назад, немало людей шли именно в ту сторону. Вон, например, идет какая-то девушка чуть старше ее самой в этой новой жизни. А вот топает с палкой какой-то старичок. Ого! Да это ж Егор Фомич из отдела главного механика! Постаревший на тридцать лет, но все еще живой и ходящий на работу... Сколько ему сейчас? Кажется, уже за семьдесят будет...

Но ей дорога в другую сторону, на квартиру, где она жила вместе с Анькой и этой дурой Танюхой. 'Блогершей', как та себя называла вчера... И оттого идти домой заранее не хотелось. Вместо этого она еще раз взглянула на остаток денег на карте, на те самые 2743 рубля 32 копейки, и пошла в магазин за покупками. Сегодня жрать резиновую 'вермишель быстрого приготовления' она точно не станет, а сделает что-нибудь нормальное... Ну хотя бы нормальные макароны с жареной курицей...

Тушку курицы с пакетом 'рожков' купила в 'Магните' недалеко от дома, там же взяла бутылку подсолнечного масла и пачку масла, решив пока больше денег не тратить. И так не много их остается. После чего пошла на кассу, заметив интересное явление. Несмотря на то, что касс было несколько, работала всего одна продавщица. Но большинство людей и не торопились идти туда и вставать в очередь. Вместо этого они шли и совершали покупки в кассе самообслуживания, после чего сами складывали товары в сумки и шли дальше по своим делам. К кассирше, в основном, шли люди старшего возраста - и Вера взяла это на заметку. Надо будет разобраться с этой новой, неведомой ей технологией.

- Пакет надо? - когда подошла ее очередь, первым делом спросила у нее продавщица.

- Давайте.

'Пик! Пик! Пик! Пик!' - послышался писк компьютера, когда продавщица считывала штрих-коды на упаковках.

- Картой оплата?

- Да.

- Прикладывайте...

'Пик!' - внешний вид терминала для оплаты Вере уже был знаком, поэтому найти его и в этом магазине не составило труда. И вот уж, забрав чек, она складывает покупки в пакет и идет дальше домой. Открывает дверь в подъезде, поднимается на нужный этаж, заходит в свою квартиру. Слева, из комнаты Танюхи, слышится какой-то резкий писк то ли телевизора, то ли компьютера, справа, где комната Аньки, тишина. Отперев дверь в свою комнату, Вера выложила все покупки на стол, а затем стала переодеваться в домашнее. В тот самый полупрозрачный халатик, сквозь который отчетливо просвечивает нижнее белье. Увы, но никакой другой домашней одежды у Верки не было, а уличная... Многое из нее выглядело ничуть не лучше, а то еще и более вызывающе. Достаточно глянуть на практически ничего не скрывающие майки с яркими картинками и дурацкими надписями типа 'Kiss Me!' Едва ли не единственной приличной одеждой 'прошлой' Верки была та, в которой она ходила на работу...

Взяв продукты, она пошла на кухню, где в самой глубине шкафа нашла старую чугунную сковородку и принялась тщательно отмывать ее от многолетней залежи грязи. Наверное, за все время своего проживания в этой квартире эти девки не пользовались ею ни разу... Если, конечно, они вообще пользовались чем-то, кроме электрочайника и тарелок. Затем тщательно отмыла небольшую кастрюлю, варить макароны. Но вот, наконец, и готово... Можно приниматься за готовку. Но именно в это мгновенье на кухне появилось 'привидение'...

- Ты?! - послышался удивленный голос Аньки.

- А ты что думала? - удивленно спросила Вера.

- Да я и не знаю! - фыркнула соседка по комнате, плюхнувшись на ближайшую табуретку.

Только тут Вера окончательно рассмотрела ее облик, и оттого глаза ее буквально полезли на лоб... На морде - здоровенный кусок лейкопластыря, правая рука небрежно замотана бинтом, а сам вид соседки был таким несчастным, словно ей сказали о том, что завтра она помрет.

- Это что с тобой такое? - насторожилась Вера.

- Это? - как-то растерянно произнесла соседка. - Велосипед я, Верк, сломала...

- В смысле, сломала?

- Да вот так, - поморщилась Анька. - Через бордюр перепрыгнула, а он хруп... И нет велосипеда. Пополам. Рама лопнула... И я чуть под автобус не улетела. И все теперь. Даже не знаю, как дальше работать буду. А этот урод с меня еще и семь тысяч слупил, за испорченный тортик...

- Все равно не пойму, - вздохнула Вера. - Рама сломалась? КАК??? Там труба же!

- Какая труба? - на этот раз не поняла Анька. - Блин, Вер, ты серьезно? Да с трубой их уж полвека не делают! Там металл сейчас... Да миллиметра, наверное, толщины не будет!

- И на кой тебе такое дерьмо сдалось? - удивилась Вера. - Ты ж мне вчера сама говорила, что на конструктора училась... Неужто не понимаешь, как дерьмо от нормального отличить?

- Да сейчас все такие! - фыркнула Анька. - Не буду ж я на совсем уж старперских ездить...

- И что теперь дальше думаешь делать? - спросила Верка. - Ты ж в курьерах работаешь, говорила...

- А хрен его знает. К мамке поеду, на новый велик денег попрошу... - пожала плечами соседка, а затем вдруг добавила совсем неожиданное. - Пошли, тортик поедим что ли? Он хоть и мятый, но вкусный, а мне одной не съесть... Успеешь ты еще со своей курицей...

- А Танюху что не позовешь? - ради интереса спросила Вера.

- Да пошла она! - вдруг окрысилась Анька. - Будет тут еще свои калории считать да про диеты рассказывать... Я этого не ем, я того не ем... Пусть и дальше с подписчиками своими любимыми языком чешет! Она ж 'звезда' у нас, блогерша!

Глава 6.

Утро на заводе начиналось с очередного аврала. Для начала прямо утром к ним в бюро опять ввалился Алкоголич, объявив, что с сегодняшнего дня те, кого внесли в списки, выходят на сверхурочку и будут писать техпроцессы на танковые редуктора.

- До конца недели надо определиться, какой из редукторов берем в работу в дополнение к третьему, - коротко бросил главный технолог, вытирая со лба пот.

Выглядел он сегодня паршиво, словно с вечера хорошенько приложился к бутылке. Впрочем, Веру это даже ничуть не удивило. Помня, какие 'способности' проявлял в этом деле 'Толик-алкоголик' в 90-е, она даже удивлялась, что он не бухал прямо на рабочем месте. Видимо, хоть отчасти все же сумел взять себя в руки... Еще б ума от этого прибавилось, а пофигизма - убыло... А то, как она уже успела понять, практически вся работа завода в последние годы больше походила на штамповку отписок. 'Не можем', 'не имеем производственных возможностей', 'отсутствует оборудование соответствующего класса точности', 'отсутствует необходимый кадровый состав' и так далее...

- В общем, надо что-то делать, что-то придумывать! - подвел итог Алкоголич. - А то генеральный нас с дерьмом сожрет!

- А что с 'Мухой'? - коротко бросила в ответ Ксения Владимировна. - Нам же сроки поставили - полгода, а нынешним составом хорошо еще, если техпроцессы за это время напишем!

- В жопу 'Муху!' - буквально выкрикнул главный технолог. - Редукторы, только редукторы!

- Я вчера вечером оставалась, до десяти вечера просидела, - заметила Ксения Владимировна. - Проще всего из них будет второй... Но там коничка. А мы зубострогальный с тех самых пор, как вторую зуборезку порезали, практически не включали. Никакой серийной продукции не делали. Только запчасти!

- А в чем проблема? - не понял Алкоголич.

- Контролировать нечем, - ответила начальница. - Мы ж тридцать третий заказ больше десятка лет не делали. А как в середине 00-х он вновь пошел, так пришлось те редуктора, где коничка есть, на 'Сармаш' отдавать.

- Значит, надо придумать что-то! - заявил начальник. - Частники в гаражах вон режут же шестерни как-то!

- В гаражах, Толя, шестерни плюс-минус лапоть режут! - на этот раз показалось, что в голосе начальницы бюро сочится яд. - Крутится - и ладно! А здесь точность нужна... А у нас стенд для контроля пятна контакта есть? Или эвольвентомер? Или хотя бы проектор для контроля профиля? А если б и был проектор, то кто на новые детали эталонные профили начертит?

- Все равно... Что-то придумать надо, - не согласился Алкоголич. - На месте прикатать, в конце концов... Как хочешь, но с этой дрянью от нас не отстанут! Надо, значит, на коленке что-то лепить!

- Было бы, с кем лепить, - вздохнула Ксения.

Алкоголич ушел, и все вновь вернулись к работе. Вера вводила в 'Вертикаль' одну за другой операции, чем-то подобным занимались остальные. В общем, шла обычная, рутинная работу бюро мехобработки отдела главного технолога. Написать техпроцесс, проверить, отослать на нормирование, нормоконтроль, проверку метрологами... И каждый из них должен будет проставить свои подписи на титульном листе - лишь после этого техпроцесс уйдет на подпись Алкоголичу, как главному технологу завода.

- Так, ну с одной деталью я закончила, - обращаясь к Ксении, отметила одна из женщин-технологов, отправляя на печать готовый техпроцесс. - Сейчас подпишу и тебе.

- Давай, Свет, - ответила ей начальница. - Как все подпишешь - клади мне на стол.

'Света, значит, - мысленно отметила Вера. - А вторая, значит, Лена'. Ну вот и все, значит. Теперь она тут знает всех. Хоть знает, к кому как обращаться. Но вот и она дописывает свой техпроцесс. Время половина одиннадцатого... Вместе со вчерашним почти смена на работу ушла. Что ж, и на том хорошо... Хоть малость разобралась, что и как тут делается. Дальше-то дела пойдут веселей...

- Что там у тебя? - подойдя поближе, бросила взгляд на ее работу начальница.

- Проволочно-вырезную пишу, - машинально ответила Вера. - Точнее, уже закончила с ней, сейчас техконтроль буду.

- Заканчивай тогда и сходи с этими чертежами к Скворцову. Послушаем, что наш зуборезчик скажет, - положив на стол пару распечаток, сказала начальница.

Машинально пододвинув чертежи поближе, Вера взглянула на чертежи. На первом из них - коничка, сталь 40Х. Модуль 4,5. 50 зубьев, степень точности 8-В. Ничего невозможного... Для прежнего завода. Такого, каким Вера знала его в прежние времена. Когда конические шестерни выпускали порой тысячными партиями - и не видели в том никакой особой сложности. Но что сейчас? Оставалось только догадываться... Да, в списке оборудования числился 'среди живых' станок 5А250П. Но насколько он вообще в рабочем состоянии, насколько дает точность? В голове уже мысленно выстраивалась последовательность изготовления. Токарка, шлифовка, сортировка, зубострогание, координатка... И список оснастки, что для этого нужна - несколько оправок, шаблон на угол, высотка, скоба на толщину зуба по хорде, эталонный профиль... Только кто будет их разрабатывать? Кто изготавливать? И осталось ли нужное оборудование? Остались ли еще средства измерения для конических колес?

Взяла второй, лежавший под первым, лист. Червячное колесо. Модуль 3, два захода, 80 зубьев. Степень точности 8-В. Тоже вполне рядовая деталь для нормального производства. Но сейчас... Каждое червячное колесо - это своя собственная, специальная фреза. А кто будет ее рассчитывать, кто изготовит? А еще надо несколько оправок, профильный резец, шаблон на профиль проточки и скобу на ее диаметр... Хм, а еще и посадочный диаметр нестандартный - пробки подходящей наверняка не найдется.

- Мы можем запросить у заказчика чертеж фрезы? - спросила у начальницы Вера.

- Можно, наверное, - подумав, ответила она. - Только резьбошлифовки у нас нет, да и калить быстрорез негде. На стороне заказывать придется.

Закончив с техпроцессом, Вера щелкнула кнопку печати, и из стоящего на соседнем столе принтера один за другим полезли желтоватые листы отпечатанного техпроцесса. Встав со своего места, забрала распечатки и положила на стол. После обеда проверит. А пока, взяв два листа чертежей, пошла в одиннадцатый цех... Зуборезчик Скворцов был на своем обычном рабочем месте, налаживая один из станков под какую-то шестерню.

- А, пришла, - увидел ее Василий. - Ну посмотрел я вчера, что с твоими деталями можно сделать. Есть под них оправки, так что можем сделать. Вот я тут список написал, что на какую деталь.

Достав из кармана смятый листочек бумаги, он протянул его Вере. Список обозначений деталей - напротив которых стояли номера оправок. На станок и на прибор МЦ-320М.

- Спасибо, - кивнула девушка. - Буду знать, что вписывать. Только у меня теперь другой вопрос. Требуют от нас еще хотя бы один редуктор взять, а там коничка и червячное колесо.

- Ну давай посмотрим, - вздохнул Петрович, забрав чертеж. - Вот какой, значит, подарок мне преподнести решили? Коничка. Модуль 4,5... Ну пошли, покажу тебе станок...

5А250П Вера узнала сразу. Когда-то, правда, этот станок стоял в четырнадцатом цеху, во второй зуборезке, но после его закрытия станок, к счастью, не выкинули и не продали, а перетащили в другой цех. И теперь он стоял на краю зуборезного участка - покрытый толстым слоем пропитавшейся маслом пыли. В передней бабке станка стояли резцы, в шпинделе торчала оправка, на которой висела какая-то недорезанная шестерня.

- Вот он, зубострогальный, - прокомментировал зуборезчик. - Станок вполне исправный, последний раз на нем год назад для ремонтников шестерню резал, на голову фрезерного станка.

- И как, получилось?

- Со второго раза, - хмыкнул зуборезчик, а затем вдруг принялся разъяснять ей очевидные вещи, которые она прекрасно знала по прежнему опыту. - Тут ведь вон, смотри, в чем дело. Вот тут в табличке высота с толщиной по хорде стоит. Правильно?

- Ну да, - согласилась Вера, не поняв, к чему идет речь.

- Ну вот, сама видишь! - отойдя в сторону, Петрович достал из какого-то шкафчика и принес к станку штангензубомер. - Ну вот, есть у меня инстрУмент измерительный... Беру я плитку, плиту, выставляю высоту по хорде. Теперь беру деталь и меряю, что там получилось.

С этими словами он снял болтавшуюся на оправке шестерню и начал показывать, как производится замер.

- Ну вот... Размер по хорде мы, допустим, получили. Но тут ведь и еще размер стоит... Угол профиля. На цилиндричке-то он инструментом обеспечивается. Если там неправильным будет, то и на детали не выйдет. А тут двумя резцами режется... Неправильно выставишь - и все, привет! По хорде размер сойдется, а поставишь на место - и заклинит!

С этими словами Петрович достал из кармана кусок бумаги с карандашом и зарисовал на листке изображение половины зуба. Сначала одну линию, потом вторую чуть в стороне.

- Вот и получится... Одна под двадцать градусов, а другая - ну, скажем, под двадцать два. И все! А глубже зарежу или шире - тут и размер по хорде уйдет, да и пятно контакта не получится. Для ремонтников-то оно и ладно, лишь бы крутился... А вот на изделие так не пойдет. Тут все контролировать потребуют.

Ну да, все верно. Контроль профиля, контроль пятна контакта - все как раньше делалось. Ну или хотя бы одно что-то проверить бы... Вторым, в принципе, можно пренебречь. Контролировать профиль, как она уже успела понять, нечем.

- А стенд К-07.0273 есть? - вспомнила номер стенда для контроля пятна контакта Вера.

- А кто ж его знает? - усмехнулся Петрович. - Я во второй зуборезке никогда не работал, а он у них там был. Может, в металлолом выкинули, когда цех закрыли и станки повытаскивали. А, может, где на складе валяется и ржавеет. Я и не видел его никогда... Да и образцовое колесо к нему тоже делать надо. Это ж не 'эмцэшка', тут универсального эталона не бывает... Ну или хотя бы какую-то одну готовую шестерню.

- Значит, искать надо, - кивнула Вера.

Вспомнилось, что к нему еще должны быть установочные шаблоны, задающие взаимное расположение осей конической пары. И эти шаблоны тоже индивидуальны для каждой пары. Очередная оснастка, которую некому разработать... Да и оправки для стенда, опять же. Найдется ли подходящая?

- А со вторым чертежом? - спросила Вера.

- Червячное колесо, - усмехнулся зуборезчик, приглядевшись подробнее. - Ну фрезу наша инструменталка точно не сделает... Это лишь на стороне заказывать. Оправка... Под такой размер вряд ли найдется. Надо или новую делать, или из старого перешлифовать что-то. Посмотреть, что там из изношенного есть или ненужного. Только станок... - вновь усмехнулся Петрович. - Даже и не знаю, на каком еще можно делать. Или на 'японца', или на 'зээфку' пробовать. Биения на биениемере уж как-нибудь померяем, наконечники конусные у меня еще есть...

- А стенд же был? - нахмурилась Вера. - Чтобы червяк с колесом прямо в паре проверить и прикатать.

- Его метрологи еще в начале 'десятых' забраковали, - усмехнулся зуборезчик. - Подшипники, мол, износились, направляющие подшлифовывать нужно. Писали тогда служебку на ремонт, утащили куда-то, да так на том и повисло все... Может, уже и списали давно.

'Стендов нет, инструмента нет, ничего нет, - безнадежно вздохнула Вера. - Ничего нет... Но подавай годные изделия!'

- Хорошо, - кивнула она. - Буду узнавать... И про стенды, и про оснастку. И про все остальное... Станок-то хоть точно точность даст?

- Зубострогальный? - переспросил зуборезчик. - А куда он денется? На нем же с самого 93-го, как тридцать третий заказ кончился, почти и не работали. Потом-то, в нулевые, он снова пошел, но редуктора те, что с коничкой, на 'Сармаш' спихнули. А зубофрезерные... Ну сдаем же как-то по 'тридцать третьему'? Там и червяки-то уж не шлифованные стали ставить... Ну можно, конечно, и на 'немца', что с инструменталки приперли, если кто оправку новую нарисует да сделает...

- Помню я про него, - вздохнула, вспомнив вчерашний день, Вера. - Станок есть, да оснастки нет...

- Ну так живем! - хмыкнул Петрович. - Ничего нет, но выкручивайтесь!

Вернувшись в ОГТ, Вера сообщила начальнице о результатах похода, на что та лишь несколько растерянно кивнула, буркнув что-то в стиле 'это потом'. Так что Вера пошла на свое рабочее место - просматривать да подписывать отпечатанный техпроцесс. А Ксения Владимира вскоре и вовсе отправилась на очередное совещание к Алкоголичу.

Быстро просмотреть технологию на шестерню, поставить свою подпись на листах. Вроде, ничего не пропустила, нигде не ошиблась. Взяв один из черновиков, Вера сложила его пополам и написала обозначение и название детали. 'Р3.05.11. Колесо зубчатое' и одела эту 'обложку' на техпроцесс, после чего отнесла его на стол Ксении Владимировне на подпись. Теперь следующая деталь. Все тот же третий редуктор... Условное название на чертеже 'Р3.05.17', явно какое-то стандартизированное обезличенное обозначение для сторонних изготовителей. 'Редуктор 3'. 05... На этот счет Вера точно не знала, но предполагала, что так обозначены зубчатые колеса. Во всяком случае, у всех у них первой шла именно эта цифра. А дальше просто порядковый номер. Итак, что мы имеем...

На этот раз деталька посложнее. Два зубчатых венца, отверстие с эвольвентными шлицами ГОСТ 6033-80. За то размером меньше... Итак, поехали. Сначала на черновике. Заготовительная операция, несколько токарных и шлифовальных. А потом - долбить зубья... Сначала долбить два наружных зубчатых венца на 5М161. Потом долбить внутренние шлицы на 5А12. И опять вопрос со средствами контроля... Ладно, биения померяем - не вопрос. Оправки как на зубодолбежный 5М161, так и на МЦ-320М Петрович сам подобрал и номер выписал. А вот с внутренними шлицами - это вопрос... И тут, по идее, для начала нужна установочная оправка для 5А12 - а они тут весьма специфичные, подобрать из ранее разработанного не получится. Впрочем, тут зуборезчик обещал сделать универсально, закрепив прямо на планшайбе станка и выстучав по индикатору. Но потом надо еще и проверить шлицы, нужна шлицевая пробка. Отыскав в сборнике ГОСТ на калибры для эвольвентных шлицов, Вера вписала ее обозначение. Так, что там еще дальше-то? Однако в этот момент мысли о техпроцессе прервало возвращение начальницы.

- Одну деталь написала? - бросив взгляд на лежащий на столе техпроцесс, обратилась к Вере Ксения Владимировна. - Молодец. Сейчас гляну, подпишу - и к нормировщику. Так что там сказал зуборезчик?

И Вера пересказала начальнице весь их разговор. Про станки, про стенды, про то, что толком некому оснастку делать...

- Коничку на аутсорсинг попробуем отдать, - после некоторого раздумья сказала Ксения. - Не хочу экспериментировать. Делаем заготовку, а зубья режем на стороне. А червячное... Раз говорит, что сделаем - значит, сделаем.

- А если попробовать самим? - вдруг спросила Вера. - Посмотреть, что там со стендом, с проектором. Вдруг найдется все? Тем более, вот сделают нам на стороне детали, а что дальше? Мы же даже принять их не сможем, убедиться, что нам не брак прислали. Где гарантия того, что эти шестерни будут лучше тех, что Петрович для ремонтников режет?

- Гарантия? - вздрогнула Ксения Владимировна. - Да никаких гарантий! Все на сборке проявится... Тогда пиши два техпроцесса. Один на полное изготовление. Второй - без зуборезки. А там думать будем. Не помнишь, какой там номер у стенда?

- К-07.0273, - машинально ответила Вера.

- Странно даже, что Скворцов про него вспомнил. Он же во второй зуборезке не работал... - задумчиво произнесла начальница. - Хорошо, я позвоню в БИХ. Пусть посмотрят, есть ли он вообще на балансе... И за кем числится. А сейчас, - начальница переключилась на то, что хотела сказать сразу по возвращению, но отвлеклась на лежащий на столе техпроцесс. - Хочу вас всех шибко 'обрадовать'... Краснов с Рыбаковой начали изучать документацию на 'Муху'... И там такие косяки выплыли... В общем, даже не знаю, как мы все это делать будем.

- Что там такое-то? - спросил сидящий сзади Василий.

- Да всякое... Где размеры не сходятся, где пропущены, где абсурдные техтребования. Так что еще попьет крови нам эта 'Муха'... Будем москвичам пачки писем на внесение изменений слать, а они нас в жопу посылать. И так по несколько раз к ряду, пока они наконец-то не поймут, что чушь сделали.

- Это да, - заметила Лена. - Они же там, в высоких кабинетах, привыкли себя непогрешимыми считать, что все их чертежи - безусловная истина.

- А нам еще на все это техпроцессы писать. И номенклатура там - больше тысячи позиций наберется. Эх, только бы еще 'Сармаш' не подвел с редукторами для 'Мухи'...

Сообщив 'приятную новость', Ксения Владимировна переключилась на другое дело - а именно на звонок в БИХ. Сначала она долго-долго не могла дозвониться. Потом бросила несколько слов, назвав номер стенда, и положила трубку, ожидая ответного звонка. Который последовал минут через десять.

- Да, слушаю! - сразу ответила начальница. - По карточке есть? А за кем числится? ... Как за четырнадцатым? Четырнадцатого тридцать лет нет! ... Что значит, так написано? Мне не бумажка нужна, а в металле! Куда его деть могли? ... Что значит, 'туда же, куда все свозили?' ... Восьмой склад? Это где висят таблички: 'Не подходить. Угроза обрушения?' ... Да мне плевать, как вы оттуда доставать будете! Хоть крышу пусть снимают! ... Да, вот так! И можете хоть генеральному жаловаться!

С грохотом Ксения Владимировна положила трубку на телефон и выдохнула.

- В общем, Вер, стенд для конички на восьмом складе, скорее всего, - обратилась к девушке начальница. - Туда у нас много чего из четырнадцатого цеха вытаскивали. Станки, оснастку, оборудование... Там, помню, даже кран-балки разобранные валялись... Только я даже не представляю, где теперь в этом хламе найти то, что нужно. Там и света-то, по-моему, давным-давно нет. Здание в аварийном состоянии, крыша ручьями течет...

- И что теперь? - спросила Вера. - Алкоголичу сообщить?

- Ага, - согласилась начальница. - Пусть он на совещании вопрос поднимет. Хоть у главного инженера, хоть у генерального... Если оттуда указание будут - быстро все отыщется. А указание должны дать. У них сейчас жопа горит...

Остаток дня прошел как-то незаметно за написанием очередного техпроцесса... И вот уж снова пять часов, конец смены, пора домой. Несколько человек, включая начальницу, правда, оставались на сверхурочку, но у Веры не было никакого особого желания засиживаться на работе... Хотя и дома делать было, откровенно говоря, нечего. Да и что там вообще можно? Болтать с Анькой? Нет, ну тортик, что они ели вчера вечером, был вкусным. Спецзаказ! Кто-то на юбилей себе заказывал, да только Анька, как сломала велосипед и полетела, умудрилась его несколько помять, за что начальство и содрало с нее семь тысяч. Сегодня, кстати, она даже звала ее есть тортик дальше... Вот только... О, боже! Какая только дурь крутится у этой Аньки в голове... Курьерша, блин! С дипломом инженера-конструктора... Уж лучше б по специальности работать пошла - больше толку было бы.

- Привет! - когда она уже выходила из инженерного корпуса, вдруг окликнул ее незнакомый голос. - А вы Вера?

- Привет, - удивленно взглянула на примерно свою же ровесницу Вера. - А вы откуда меня знаете?

- Да как раз не знаю, а не знаю! - весело фыркнула незнакомка. - Я из технологов-то всех знаю, а вас вот первый раз увидела...

- В таком случае, вы знаете куда больше меня. Я-то тут не знаю пока почти никого. Вы-то сами хоть кто?

- Катя я. Катя Рыбакова, - улыбнулась незнакомка. - Я тут в ОКБ конструктором работаю...

- Ну будем знакомы, - кивнула в ответ Вера. - Я-то в ОКБ тут пока не бывала...

Интерлюдия. 'Конкуренты'.

Проходная завода 'Сармаш' выглядела так, словно ее списали прямиком с пропагандистской картинки про бурное развитие российской экономики. Выкрашенное в веселый зелененький цвет здание, новенькие пластиковые окна и кондиционеры, застекленные матовым стеклом двустворчатые двери и козырек проходной с гордой надписью АО 'Сарыньтавский машиностроительный завод' и объемными изображениями орденов Ленина и Трудового Красного Знамени.

По бокам же от входа на проходную - сразу два здоровенных плаката. Слева - изображение накаченного мужика в спецовке, пытающегося померить внутренний диаметр втулки той стороной штангенциркуля ШЦ-2, что предназначена для наружных измерений. И рядом - рекламные надписи. 'ФГУП 'ГосТех', - гласила надпись, где буква 'о' изображена в виде зубчатого колеса, а 'Т' - штангенциркуля. - Точность. Качество. Надежность'. 'Стань частью дружной команды!' - призывалось на том же плакате. Справа от входа на проходную - плакат уже другого содержания. Тут уже никаких картинок, никаких лозунгов. 'АО 'Сарыньтавский машиностроительный завод' требуются специалисты на рабочие и инженерно-технические должности', - говорилось на плакате, а дальше шел достаточно большой список вакансий. Конструктора, технологи, метрологи, инженеры-электрики, станочники всех видов, слесаря 'и другие вакансии'. А чуть ниже шли и обещания руководства: 'высокая зарплата, достойные условия труда, льготная семейная ипотека и бронирование от мобилизации'. И если с первыми двумя пунктами многие и поспорили бы, то последний...

Еще несколько лет назад, когда предыдущий президент объявил о проведении миротворческой операции и мобилизации, именно эта фраза производила поистине магическое воздействие, позволив за короткое время почти на четверть увеличить число занятых на производстве людей и нарастить производство - в первую очередь, в части выполнения гособоронзаказа. Впрочем, тогда целый ряд до того находившихся буквально на последнем издыхании военных заводов вдруг вздохнули с облегчением. Это был и 'Электронприбор', и завод по производству детонаторов с ничего не говорящим названием 'Сарыньтавский приборостроительный завод'. Хотя практически все в городе давно знали, что производит он детонаторы для артиллерийских снарядов. И тот же 'Спецмаш', который еще десять лет назад все уж мысленно похоронили, списав на свалку истории. И пусть сейчас это было уж вроде как где-то в прошлом, но людская память была еще свежа.

Инженерный корпус АО 'Сармаш', предприятия стратегического значения и одного из главных поставщиков систем вооружения для министерства обороны Российской Демократической Федеративной республики, не отличался новизной. На белокирпичном здании, выше пятого этажа, виднелась выложенная красным кирпичом дата постройки - 1968. И выглядело оно не в пример лучше аналогичного здания завода 'Спецмаш'. Всюду новенькие пластиковые окна, около многих окон - кондиционеры, из трубок которых непрерывно падали капли конденсата. В самом здании работали два лифта, доставлявшие людей с этажа на этаж. Когда-то их, правда, было четыре, но два из них вот уж много лет стояли с табличками 'консервация' на дверях - заводу, число работников на котором упало в пять раз по сравнению с лучшими советскими годами, хватало и этого.

- Что у нас по заказам на машину ноль сорок шесть? - в кабинете главного технолога, Лысова Юрия Семеновича, сегодня было тесно. - 'Спецмаш' передал нам КД уже два года назад, технологи, конструктора отчитались о завершении подготовки к производству год назад. Почему же я иду во второй цех - и вижу, что рамы на первый, восьмой и двадцать второй узлы до сих пор варят на коленке? Где обещанные мне стапеля? Что скажешь, Алексеев? Твое же хозяйство.

- А что я скажу? - поморщился немолодой уж мужчина, замначальника инструментального цеха, открыв принесенную с собой папку с бумагами. - Вот они, ваши заказы. Срок сдачи стоит - четвертый квартал прошлого года. Только из чего я вам этот стапель сделаю, если заказ металлом не обеспечен? Вот вам ведомость, которую еще год назад составили. Вот копии трех служебок в ОМТО. Где металл? Или предложите его мне за свои деньги купить? Спасибо, обойдусь!

- Ты бы лучше не язвил, а предлагал, что делать, - поморщился Лысов.

- А я и предлагаю, - нахмурился Алексеев. - ОМТО за яйца брать и трясти как следует. Заказ открыт? Открыт! Заказчик, экономисты - все подписали. Так какого хрена они там телятся?

- Генеральному на совещании вопрос ставить нужно, - заметил главный сварщик. - Пусть он снабженцам клизму ведерную вставит. А то заказчики и так рожу воротят... 'Спецмаш', говорит, нам ровные рамы сдавал, а у вас все кривое... Да и меня уж механики задолбали претензиями. Варим корпуса, правим, наплавляем... И то порой невыхожалость получается. Вместо пяти рам всего две в этом месяце сдали.

- Мы перехватили этот заказ, обещали министерству по тридцать машин в год, - задумчиво произнес главный технолог. - А что на деле? Даже первые три с просрочкой в полтора месяца сдали. А на этот год еще семнадцать!

- 'Спецмаш' и пять в год с трудом сдает, - заметил главный сварщик.

- А не надо на полутруп оглядываться! - нахмурился Лысов. - 'Спецмаша' уж нет, по сути! Был завод, да весь вышел. А мы хотим показать, что еще 'ого-го'. Хорошо, хоть от редукторов тех отбрехались... И так механика загружена выше крыши.

- Так в 'ноль сорок шестом' семнадцать редукторов... По три десятка в год каждого, - пожал плечами заместитель главного технолога по механике. - Огромная номенклатура получается! А шесть позиций еще плюсом пять редукторов для 'Спецмаша'. И это без учета нашей собственной продукции...

- Зуборезка нынче - проблема, - заметил Алексеев. - Очень мало предприятий еще могут качественные шестерни делать... Мы вот пока вытягиваем как-то.

- Кстати, по редукторам у меня тоже вопросы. Когда будут стенды для обкатки четвертого и шестого? - спросил Лысов. - Почему мы обкатываем их прямо в сборе на машине?

В этот миг на столе главного технолога затрещал новенький, недавно только установленный, телефон, и он мигом схватил трубку:

- Да, слушаю!

- Здоров, Семеныч! - послышался в трубке голос заместителя главного инженера. - Тут 'Спецмаш' нам заказ хочет сбросить, я тебе в папку положил. Глянь по-быстрому, возьмемся?

- Что за заказ?

- Да четыре редуктора на 'Муху', - прозвучал голос в трубку. - Это ж, вроде, тот противодроновый комплекс, что месяц назад в Москве показывали.

- 'Муха?' - поморщился главный технолог. - Это та хрень, где в каждом чертеже по несколько ошибок?

- Она самая, - подтвердил голос в трубке.

Лицо главного технолога на миг приобрело такое выражение, будто его только что заставили сожрать лимон - целиком и с горькой шкуркой.

- Мы не будем брать этот заказ, - ответил он. - Производство перегружено. Токарка, фрезеровка, шлифовка, зуборезка - все и так работает на пределе. Сделать больше мы не в силе.

Положив трубку, Лысов вдруг добавил:

- А даже и будь у нас свободные мощности, так все равно бы в цену не влезли. Только уйму бесполезной работы проделали бы. Написать техпроцессы, пронормировать, обсчитать, разработать оснастку и посчитать ее цену... И все, мимо. 'Муха' эта должна быть простой и дешевой, - подвел итог главный технолог, а затем перевел взгляд на собравшихся. - А вот с 'ноль сорок шестым' надо нам порядок наводить. Если редуктора - значит, обкатывать на стенде. Если сварка - варить по стапелю. А то скоро нас военпреды с потрохами сожрут. Так что готовьте служебные, завтра же пойду с ними к главному инженеру. Пусть где хотят, но достают металл. Иначе мы сядем.

А тем временем в соседнем здании, в механическом цеху, кипела работа... Шумели токарные станки, выдавая одну за другой партии все новых и новых деталей как по 'ноль сорок шестой' машине, так и по более 'традиционным' заказам 'Сармаша'. Кипела работа и на зуборезном участке, где трое зуборезчиков были загружены по полной, едва успевая бегать от одного станка к другому. Снять готовую деталь, поставить заготовку, перейти к следующему станку, где к этому времени как раз завершается рабочий цикл. Закончить с ним - на очереди третий. Закончить с третьим - а тут уже четвертый дожидается! Как ни крути, но почти три десятка станков разных типов на трех рабочих - это было слишком много. И потому уже шли разговоре о планах по набору дополнительных людей...

- Начальство просит в субботу выйти, - обращаясь к своему товарищу, сказал зуборезчик Виктор Федоров. - Работы, говорят, выше крыши, не справляемся...

- За двойную? - спросил его коллега постарше.

- Ага, - подтвердил первый. - Отдолбить несколько шестеренок...

- И что ты думаешь? - спросил его коллега.

- Да хрен знает... Приду, наверное. Дома-то все равно делать нечего, а тут за двойную зарплату...

- Ну ты молодой еще, тебе можно, - усмехнулся второй.

- Сам-то как будто старик... Полтинник два года назад стукнул.

- Ага, только две грыжи в спине заработать успел...

- Так ведь это ты еще на 'КАМАЗе' когда работал...

- Так ведь годы какие были? - пожал плечами старший зуборезчик. - Пока Жирик президентом не стал, так ведь почти вся промышленность стояла. Беня-алкаш, сам знаешь, полно всего развалил... Вот и работал водителем по молодости. А зуборезчиком... Так это ж почти что и случайно так вышло, что я им стал. Пришел на завод - ну мне и предложили учеником... Тогда-то тут еще сам Николай Захарыч работал... Умный мужик был! Не чета нам, недоучкам...

- Это да, - вспомнил 'заводскую легенду', кого сам лично, впрочем, уже не застал, Федотов.

Откровенно говоря, Виктор и сам понимал, что на фоне некоторых старых мастеров весь их зуборезный участок выглядел не ахти как... Нет, настроить станок, выставить деталь, проверить - это он мог. Говорили, что тот мог на самом убитом станке нарезать шестерню седьмой, а то и шестой, степени точности. Или сделать ту же шестеренку буквально 'на коленке', без всякой оснастки. И при этом получить нужную степень точности... И без всяких техпроцессов, без кучи приспособлений... Нынче на такое не был способен никто. К счастью, у них были тщательно, до мелочей, прописанные техпроцессы, конструктора по оснастке озаботились разработкой всего необходимого, в ящиках лежал поверенный инструмент, а на столах - поверенные же измерительные приборы... И этот порядок, как бы кому не могло быть обидно, в конечном счете перевешивал индивидуальное мастерство отдельного человека... Ведь позволял выполнить ту же самую работу обычным 'середнячкам'.

Глава 7.

Идя на работу, Вера вспоминала вечерний разговор с Рыбаковой Катей из ОКБ - и все больше осознавала глубину той жопы, куда засунули завод. Три конструктора на весь завод... Из которых один бухает, вторая работает на отвяжись - и все пытаются навалить на оставшуюся, третью. На ту самую Катьку. И пусть она сама и не жаловалась на жизнь, но для человека, знающего, как идут дела на заводах, это было слишком хорошо видно, чтобы замаскировать уклончивыми ответами и недоговорками. И когда, наконец, Вера спросила Катю, а что же ее все-таки держит на заводе, та лишь обреченно вздохнула:

- Электричка... Я ж не в городе живу. Я из поселка. Утром приезжаю, вечером уезжаю... До другого завода мне просто не добраться вовремя... - ответила девушка. - И обратно тоже не успеть.

- А в поселке нету что ли работы? - поинтересовалась Вера.

- Откуда? - грустно усмехнулась конструкторша. - Был у нас когда-то заводик по ремонту сельхозтехники. Когда училась, еще думала туда пойти работать. Только не успела. Закрылся он, еще когда я на третьем курсе была.

- Это ж когда было? - удивилась Вера.

- В 2019-м, - усмехнулась Катя. - Тогда они себя банкротами объявили, большую часть людей разогнали... Потом, правда, вроде как снова открылись, только ни конструктора, ни технологи им уже не нужны были. Точнее, одного технолога им на все хватает. А конструктора не нужны вовсе.

- И потому ты пошла на 'Спецмаш'?

- Да, - коротко ответила Катя. - Больше просто некуда было. Да и с образованием института механизации не больно-то хотят куда конструктором брать... Пусть даже я изучала сельхозмашины и училась их проектировать.

Они дошли до самой остановки электрички, разговаривая о своей работе. Катя ругалась на 'косячные' чертежи 'Мухи', Вера - на 'просранные' оборудование с оснасткой, на 'кривые' техпроцессы, на дефицит специалистов. И Катя была полностью согласна:

- У нас в КБ-6 по штату десять единиц есть. А заняты лишь три. Даже начальника нет! - фыркнула Катя. - Да и вообще... Нормоконтроль вон у технолога по гальванике подписываем. Больше и не у кого просто.

Электричка - без десяти шесть. Так что по пути Катя заскочила в небольшой магазинчик, купив хлеба и еще чего-то по мелочи из продуктов, а затем они дошли до самой платформы. И приехавшая вскоре электричка немало удивила Веру... Модель ЭП3Д. Скошенная 'морда', двери, которые не просто раздвигаются, а сначала выдвигаются наружу, выдвижная подножка под первой ступенькой... Все новенькое, блестящее. Совсем не как старые 'рижанки' в 90-е... За то всего шесть вагонов вместо привычных восьми-десяти.

А дома опять Анька с Танюхой... И когда первая позвала доедать тортик, то вторая устроила целую лекцию о вреде сладкого, об опасности ожирения, диетах и еще целой куче подобной фигни. И пришлось просто плюнуть на ее разглагольствовании и запереться у себя в комнате. Где Вера решила посмотреть Интернет и разобраться, что изменилось в мире за прошедшие без малого тридцать лет...

Включив ноутбук, она первым делом вошла в Яндекс и стала искать новости - и несколько прифигела от перемен в политике, что произошли за последние десятилетия. 'Беня-алкаш' все же в итоге вылетел из президентов, а через несколько лет против него даже завели уголовное дело. Впрочем, до ареста и суда он не дожил, благополучно померев гораздо раньше, чем были собраны доказательства. Потом один срок президентом был глава партии 'Коммунистическое единство' Григорий Зюкин, потом его сменил Виктор Жирковский... И при последнем-то и начались самые 'веселые' события типа миротворческой операции в Новороссии, что началась в 2016 году. Однако в 2022 году Жирковский помер, на смену ему пришел некто Петр Расторгуев, что заявил об успешном завершении операции и заключил международное соглашение об ее окончании. Неожиданно, конечно... Но подробнее с этими новостями Вера решила разбираться потом. А пока... Следующим делом она ввела в поисковик запрос с названием своего предприятия: завод 'Спецмаш'. И получила ответ, которого совершенно не ожидала увидеть.

'АО 'Завод специального машиностроения' - крупное промышленное предприятия г. Сарыньтавска. Завод основан в 1935 году и имеет богатую историю, с 2017 года входит в состав корпорации 'ГосТех'. На заводе имеется собственное конструкторское бюро, имеющее опыт разработки сложных систем вооружения для нужд министерства обороны'... И еще целая куча хвалебных слов - словно речь шла не о полуразрушенном заводе, а о передовом предприятии отрасли.

Глядя на написанное, Вера ошарашенно потрясла головой... Реальность и написанное в интернете совершенно не сходились друг с другом. Хм... А если так? С этими мыслями Вера ввела новый запрос: завод 'Сармаш'. И снова хвалебные картинки, фотографии в цехах, статьи... 'Губернатор Сарыньтавской области посетил завод 'Сармаш'', - говорилось в одной из статей.

'Завод 'Спецмаш' вошел в программу импортозамещения', - писали в статье одной из местных газет. И публиковали фотографии с завода - из отремонтированных кабинетов административного корпуса, где на большом экране показывали какие-то картинки с графиками. 'За 2024 год выручка завода 'Спецмаш' выросла на 17%', - писали в другой статье. Вот только дальше новости шли совсем не такие веселые: 'Между АО 'Спецмаш' и 'Банком национального развития' достигнуто соглашение о реструктуризации долга в размере 783 миллионов рублей'... 'Завод 'Спецмаш' - банкрот стратегического значения'. 'АО 'Спецмаш' - останки советской индустриализации', - писали в каком-то так называемом 'блоге'. И неожиданно на фото в статье Вера узнала новую территорию завода на окраине города. Когда-то здесь начинали строить цеха, планировали расширять и частично выносить из центра города производство. Сейчас же там были одни лишь недостроенные здания, руины да кучи строительного мусора...

'Вот такие вот пирожки', как любила когда-то говорить ее бабушка... Но это все было вчера. А сейчас... Войдя в комнату, Вера поздоровалась с теми технологами, что уже были на месте - а были тут все, кроме Ирки. Которая на этот раз вбежала уже в пять минут восьмого, на что Ксения Владимировна лишь криво усмехнулась, но даже не стала ничего комментировать. Настолько уж надоели ей постоянные 'микроопоздания' подчиненной... Нет, проходную-то та еще вовремя прошла, система зафиксировала, что опоздания нет. Но на рабочем месте Ирка обычно появлялась или за пару минут до начала рабочего времени, или даже минут в пять девятого...

- Я сейчас к Алкоголичу на совещание, - тихо заметила Ксения Владимировна. - Подниму вопрос про стенд на коничку. Если получится найти его, можно будет попробовать нарезать... Если, конечно, найдется, кому оснастку нарисовать.

И на миг вдруг вспомнилось... Раньше ведь целое конструкторское бюро было - разрабатывали оснастку для механики. А еще свои конструктора были у сварщиков, у металлургов... Теперь всего этого не было - а металлургов так и вовсе даже отдела самого больше нет. 'Трррр!' - внезапно затрещал телефон на столе.

- Да, слушаю! - коротко ответила Вера.

- Это Кузнецова, начальница БИХа, - послышался усталый голос с той стороны. - Тут говорят, что вы искали стенды на зуборезку. К-07.0273, К-07.0302.

- Да, - согласилась Вера. - Про 273-й говорили, что он на восьмом складе валяется...

- Скорее всего, - уточнила Кузнецова. - Все, что было на зуборезном участке четырнадцатого цеха, перетаскивали туда. Да и не только зуборезку... Там сейчас сам черт не знает, что на этом складе есть. А вот 302-й числится за службой главного механика. Как забрали на ремонт, так больше и не слыхать о нем.

И вот Вера вновь пишет техпроцесс на очередную шестерню... Операции, переходы, перечень инструмента и оснастки, что будут в них использоваться. В общем, обычная работа инженера-технолога.

- Блин, ты чего так разогналась? - подойдя к ней, удивленно произнесла Ирка. - Третий техпроцесс за три дня уж пишешь!

- Ну и что? - удивленно пожала плечами Вера.

- Посидела б, чая попила хоть... - пожала плечами коллега.

- А работать кто будет? - коротко спросила Вера. - На нас мало того, что два редуктора, так еще и целое новое изделие, 'Муху' эту, повесили.

- Как платят, так и работаем! - фыркнула Ирка. - За те копейки, что нам тут платят...

- Ну вот и работой как хочешь. А я работаю так, как считаю нужным.

- Не знала я, что ты у нас такой трудоголик! - обиженно фыркнула Ирка. - А я пойду, чай все же попью. С печеньками.

Однако в это время их разговор прервало появление Ксении Владимировны, и начальница явилась в явно недовольном настроении. Бросила на стол пару каких-то листков, а затем молча плюхнулась на стул.

- В общем, что я хочу сказать, - в какой-то миг прервала молчанье начальница. - Никто не хочет делать редуктора для 'Мухи'. 'Сармаш' сегодня утром отказ прислал. Из Тулы еще вечером отписались. Ждем ответ из Екатеринбурга... Но там, скорее всего, и без нашего полно работы будет.

Встав из-за стола, Вера подошла к столу и взглянула на лежащие перед начальницей листки. Два письма от других заводов. И в обоих почти одинаковое содержание. 'К сожалению, в данный момент отсутствует производственная возможность изготовления запрошенной вами номенклатуры изделий в связи с высокой загрузкой производственных мощностей', - писали с 'Сармаша'. 'Изготовление данных редукторов невозможно в связи с высокой загрузкой по ГОЗ', - коротко писали из Тулы.

- На третий день отказ прислали, - несколько удивилась Вера. - А Тула так и вовсе на второй. За это время даже чертежи толком не изучишь. Так, мельком глянуть...

- А зачем им голову морочить? - хмыкнула начальница. - Они, поди, дальше сборочного чертежа и не смотрели. Увидели, что там коничка, червячные передачи... Ну и зачем голову морочить? Тем более, это 'Муха', а ее в Москве представляли как 'дешевую и эффективную машину для борьбы с беспилотными летательными аппаратами'. И главное слово тут - дешевую. Так ради чего голову морочить? Вот заказ и спихивают на того, кто не может отказаться от него, сославшись на высокую загруженность производства.

- То есть, на нас?

- Да, - согласилась Ксения. - Мы и раньше-то не на лучшем счету были... После того, как отказались от заказа на двадцать пять 'ноль сорок шестых', заявив, что не сделаем больше пяти в год, нас окончательно занесли в список 'неудачников', на кого можно повесить самую невыгодную работу. Дескать, раз не можете делать сложную технику - вот вам простая.

- И потому нам спихивают дерьмо с кривыми чертежами?

- Да, - согласилась начальница. - Для руководства 'ГосТеха' мы где-то в конце списка значимся... Загрузка мощностей меньше десяти процентов, единственное серьезное изделие - ноль сорок шестая машина. Но и те уж 'Сармаш' параллельно делать начал. Все остальное - мелочь, не стоящая и внимания. Вот и решили нас 'догрузить'. Сделаем - хорошо. Тогда, может, и копейку какую подкинут, 'на модернизацию производства'. Не сделаем - нас же и крайними сделают. За то отказать не можем.

- Но ведь мы не уложимся в срок, в полгода?

- Сроки-то сдвинут, - поморщилась Ксения. - Ну если через полгода мы хоть что-то сможем предъявить. Покажем, что идет работа. Что хоть какие-то узлы уже изготовлены. А вот если и этого не будет... Тогда нас 'спишут'. Скажут, что раз 'Спецмаш' не может ничего производить - значит, он и не нужен больше. А то, что мы еще делаем, на другие заводы перебросить.

Вернувшись на свое место, Вера продолжила писать техпроцессы. Вал-шестерня... Модуль 2 на зубчатом венце, два посадочных под подшипники, прямоугольные шлицы. И опять все как обычно. Заготовка, токарка, шлифовка, слесарка... А потом две зубофрезерных операции. Базирование по центрам. Первым фрезеруем зубчатый венец. Вторым - эвольвентные шлицы. Станок... Открыв журнал на странице с зуборезным оборудованием, Вера переписала последнюю строчку. Послевоенный 'немец', что всю свою долгую жизнь простоял в инструментальном цеху и потому работал очень мало, а пару лет назад был перетащен на зуборезный участок одиннадцатого цеха.

'Одни раритеты, им в музее давно место, а не на заводе! - мысленно выругалась Вера. - Древний 'немец', ЗФ-01, 5А12...' А более новые станки - изношены или уже давно в нерабочем виде. Но тут опять зазвонил телефон на столе:

- Да! Слушаю!

- Это опять Петров из сборки, - послышался в трубке уже знакомый голос технолога.

- Что, опять с девятнадцатым редуктором что-то не так? - насторожилась Вера.

- К счастью, нет, - усмехнулся тот. - Первый из них мы уж поставили на стенд обкатывать. Как обкатаем, будем ОТК сдавать. А уж потом и заказчику предъявим...

- А о чем речь тогда?

- Да мне тут Алкоголич передал сборочные чертежи на редуктора Р2 и Р3... Вот мы с Лехой сидим сейчас, разбираемся в техтребованиях. Нам же еще на сборку техпроцессы писать...

- Это те, что с Урала заказ? - сразу сообразила Вера.

- Те самые, - усмехнулся технолог. - И вот смотрю я на них... Тут ведь стенды нужны будут. На обкатку, на испытания. Те, что с тридцать третьего заказа, не подойдут. Подставка транспортировочная. И это лишь из того, что без подробного изучения я вижу... А еще наверняка будут какие-нибудь кронштейны для динамометра, рычаги, кондуктора, оправки...

- Понимаю, - согласилась Вера. - Только я тут при чем? Я лишь технолог по механике, даже не начальница бюро механиков. Мое дело - написать техпроцессы, по которым можно сделать годные детали для этих редукторов. А сборка - это уже дело вашего бюро, на нее вы технологии пишете.

- Да потому, что, по-моему, ты в вашем бюро единственная, кто еще не послал все нафиг! - в голосе Петрова промелькнула злость. - Все остальные уж привыкли 'на отвяжись' работать!

- И все равно я не конструктор по оснастке, - вздохнула Вера. - И конструкторов у нас в отделе давно нет...

- Знаю, - согласился Петров. - Но... Твою ж налево! Как они берут в работу редуктора, не имея нихрена для их производства? Пусть хоть на Урале чертежи оснастки заказывают! Должна же она у них быть, в конце концов?

- Наверное, - согласилась Вера. - Хотя не факт, что она вся подойдет к нашему оборудованию... Но запрашивать надо. У меня по этому делу тоже вопросов по уши... Кто, например, фрезу на червячное колесо нарисует?

И вот она снова пишет техпроцесс, а в голове все крутится разговор с Петровым. Конструктора по оснастке... Да, без них никак. Без них завод работать не может. И не даром раньше у них было целое бюро конструкторов по оснастке, была даже специализация - кто какого рода оснасткой занимается. Больше двух десятков человек! А сейчас - никого... И где их взять - непонятно. И если с танковыми редукторами они, может, еще как-то выкрутятся, запросят чертежи оснастки на Урале, где их делали уже не первый год, а скорее и не первое десятилетие, то как быть с 'Мухой', где все будет создаваться с нуля?

Во время обеда, на обратном пути из столовой, Вера как обычно поднялась на второй этаж инженерного корпуса, но повернула не туда, где сидели технологи по механике, а в другое крыло здания. Туда, где раньше сидели конструктора. А теперь не было никого... Вот и массивная деревянная дверь с поблекшей табличкой 'Бюро средств технологического оснащения' и кодовый замок... Пальцы машинально нажали две цифры, дернули рычажок, и дверь в помещение открылась, а перед глазами Веры оказалось большое помещение с кучей кульманов и столов... На двух из которых стояли компьютеры с пузатыми электронно-лучевыми мониторами.

Подойдя к одному из них, Вера бросила взгляд на стол... Старенький монитор, клавиатура, мышка с колесиком. Когда-то в 90-е это было бы ново, современно, доступно единицам... Сейчас же - артефакты прошлого. Слева от монитора - толстая книжка. Сборник ГОСТов на детали приспособлений. Взяв ее в руки, девушка открыла книжку на первой попавшейся странице - и вот он. ГОСТ 12210-66. Пальцы установочные срезанные постоянные. Перелистнула в другое место... ГОСТ 18786-80. Винты ступенчатые с шестигранным углублением под ключ. Закрыв сборник, Вера положила его обратно на стол и перевела взгляд на остальное содержимое стола. Как раз рядом со сборником лежала и другая книжка. В.П. Романовский. 'Справочник по холодной штамповке'.

'Штамповка! - ехидно усмехнулся внутренний голос. - На заводе, где и старые-то штампы не могут отремонтировать... Не говоря уж об изготовлении новых'. Про это она уже тоже успела услышать... 'Гнуть деталь универсально', - так теперь писали в новых техпроцессах. Молоток с верстаком. Или пресс и какая-нибудь самодельная цеховая оправка. Так теперь работали на заводе. А старые штампы... Надолго ли еще их хватит? А на соседнем столе, словно в насмешку над их заводом, лежал еще достаточно новенький ГОСТ 25827-2014. 'Хвостовики инструментов с конусом 7:24 для ручной и автоматической смены инструмента. Типы A, AD, AF, U, UD, UF, J, JD и JF. Размеры и обозначение'. Интересно, хоть одну оправку, одну фрезу или, скажем, один центроискатель по этому ГОСТу сделали?

На одном из столов попался недоделанный чертеж оправки для зубодолбежного станка 5А12. Отпечатанный на компьютере лист - рамка, штамп, надписи... 'С-07.1243 СБ, - гласило обозначение в основной надписи. - Приспособление зубодолбежное. Сборочный чертеж'. Фамилии в списке, только без подписей. Всего три заполненные строки - разработчик, нормоконтроль и 'утверждено'. Причем, в первой и последней строчках одна и та же фамилия. Дементьев... Совершенно не знакомая Вере - в 90-е такого конструктора в бюро еще точно не было. А вот нормоконтролера Писаренко она и сама помнила... Внимательнее приглядевшись, Вера глянула на дату чертежа. 21 марта 2021 года... 'Это ж Писаренко уже за восемьдесят должно было быть!' - вдруг подумала девушка. Сама-то она его помнила по девяностым мужчиной лет пятидесяти пяти, хотя точно год его рождения и не знала...

Вздохнув, Вера отошла от столов с компьютерами и прошлась вдоль ряда кульманов... Большинство из них сейчас пустовало, но на некоторых развесили разнообразную справочную информацию. Таблица допусков и посадок, присоединительные размеры шпинделя токарных станков разных моделей, перечни какой-то оснастки... А вон стеллаж со слепышами - чертежами типовых элементов станочных приспособлений. Старые листы светокопий, на которых изображены прихваты, пальцы, упоры, призмы, планки...

Развернувшись, опять дошла до стола с недоделанным чертежом... 'С-07.1243 СБ', - опять перечитала обозначение Вера. Вполне себе типовые оправка и гайка - таких в разные годы было множество на заводе разработано под шестерни внутреннего зацепления. Установил, закрепил - и долби себе. Зубья, внутренние эвольвентные шлицы - все равно. Приспособления однотипные.

Уже собравшись уходить, Вера подошла к окну и бросила взгляд на улицу... И если окна их крыла выходили во внутренний двор завода, на проезд между цехами, то этого - на старые, еще довоенные склады. Вон стоит с частично провалившейся крышей бывший третий склад. Вон седьмой... Тут крышу даже явно не так давно подлатали, а прямо напротив ворот стоит ржавенький 'ЗиЛ' с вышкой и трактор МТЗ-80 в примерно таком же состоянии. А вон там, правее - восьмой... Тот самый, куда стаскивали часть оборудования и оснастку с закрытого четырнадцатого цеха.

Выйдя из бюро конструкторов по оснастке, Вера захлопнула за собой дверь с кодовым замком и пошла обратно, к себе. Лишь по дороге заглянула в туалет - помыть холодной водой, горячей в инженерном корпусе попросту давно не было, перемазанные пылью руки. А потом опять на свое рабочее место. Обед уже подходил к концу, Ксения Владимировна успела убрать в сумку пластиковые контейнеры с едой, большинство других технологов тоже уже были на своих местах... Отсутствовала лишь Ирка, что до сих пор была где-то 'на обеде'. Но та, скорее всего, опять придет минут через пять-десять после его окончания...

- Вер, тут Алкоголич звонил минут десять назад, - окликнула ее начальница. - По тому стенду, на коничку...

- Это про 273-й?

- Да, - согласилась Ксения. - Говорит, поставил этот вопрос перед главным инженером. Тот велел найти в кратчайшие сроки. А если не найдется - делать заново.

- Заново? - аж не поверила услышанному Вера. - А наша инструменталка сможет?

- Наша? - фыркнула начальница. - Даже и не знаю... Там рабочих пять человек осталось. Да Вика Рысенко, как единственный технолог... Они его год будут делать, если не больше. Так что, если что, на стороне будут заказывать. Надо будет только чертежи в архиве разыскать... Они все равно понадобятся, оправки с шаблонами установочными делать.

Ну да, про это Вера хорошо помнила. На каждую деталь должна быть своя оправка и свой шаблон, задающий взаимное расположение осей. А, в идеале, еще и эталонные колеса. Хотя без последних можно и обойтись. Взять одну шестерню из партии, отобрав по наименьшему биению и близкому к среднему значению размеру по хорде, это на микроскопе можно посмотреть, и использовать как эталон для контроля. Так будет не идеально, но годно для применения...

- А долго будет на стороне сделать? - спросила Вера.

- На стороне? - хмыкнула начальница. - А тут только классические три варианта. Быстро, дешево и некачественно. Дешево и качественно, но долго. Или... Быстро, качественно, но офигенно дорого. Так что будем надеяться, что наш стенд еще жив. Отремонтировать его уж как-нибудь и семнадцатый цех сможет... Ну а ты, как закончишь с третьим редуктором, переходи сразу к коничке на второй. Будем пробовать строгать... Если уж Петрович считает, что станок даст точность.

- Я сегодня к третьей шестерне перешла, - заметила Вера.

- Ну вот и молодец, - улыбнулась начальница, а затем бросила взгляд на как раз только что появившуюся на пороге Ирку и ехидно добавила. - Хоть кто-то в нашем бюро еще работает, а не только чаи гоняет...

Впрочем, Ирка попросту проигнорировала услышанное. Усевшись за компьютер, она принялась не спеша писать техпроцесс на какую-то втулку... Промолчали и все остальные. Василий продолжал писать техпроцесс на корпус редуктора - изготовление из куска вместо литья заводу все же согласовали. Неофициально, в телефонном разговоре, даже разрешили делать этот корпус разъемным из двух половинок, обещав в скором времени прислать чертеж на сборочный вариант изготовления, но пока Алкоголич велел готовить техпроцессы как есть. Гидрорезка, фрезеровка и так далее... Лена со Светой продолжали писать техпроцессы на всевозможные оси, втулки, муфты и прочие детали редукторов - в общей сложности два редуктора насчитывали под две сотни позиций, без учета стандартных изделий, многие из которых завод тоже будет делать сам. Винтики, гаечки, штифты и прочая мелочевка, технологиями по которой займутся в последнюю очередь...

Но вот уж техпроцесс готов... Отпечатать, сделать обложку - и можно заняться следующей деталью. Нет, еще не технологию писать, но хотя бы взглянуть - что тут ждет? И вот и четвертая шестерня... Ну опять точить, шлифовать, фрезеровать, долбить... А нет, тут не долбить, а фрезеровать зубья. На ЗФ-01... '1953 года станок, - вспомнилось Вере. - Но зуборезчик обещал, что нарежет...' Оставалось надеяться, что и впрямь получится - и что будет все в допуске. Ведь на долбежку деталь не переведешь - зубья тут не 'насквозь' режутся, а только на определенную длину. И на 'немца' не отправишь - тут база от отверстия, так что нужна оправка. Которых на тот станок никогда и не бывало. А потом все же долбить - но на этот раз внутренние эвольвентные шлицы на 5А12.

Но вот и опять конец рабочего дня... Пора домой идти. И, собравшись, Вера отправляется домой. А вот Василий, Лена и начальница оставались на сверхурочку. В то время, как Ирка уже успела не только собраться и выключить компьютер, но и выскочить из комнаты - небось, и на проходную придет если даже и не первой, то в числе 'первой пятерки' точно.

- Опять на два часа остаетесь? - спросила Вера у начальницы.

- Скорее на все три! - устало фыркнула она. - Работы, сама видишь, полно... Технологии на всю эту дрянь писать.

Уже за проходной Вера успела заметить, как Ирка, даже не одев шлема, садится к какому-то парню на мотоцикл без номеров - и они с ревом уносятся вдаль. А спустя еще минуту с проходной выходит Катя Рыбакова.

- Ну что, еще один день отмучались? - ехидно спрашивает конструкторша.

- Ага, - согласилась Вера.

- Сегодня письмо по 'Мухе' писали, - заметила конструкторша. - С требованием об исправлении целого ряда чертежей... Где москвичи совсем уж не по-деццки отожгли...

- И много ошибок выявили?

- Ну пока десятка два! - усмехнулась Катя. - А там дальше... Кто знает, сколько еще всего найдется?

Остаток дороги до дома прошел без 'приключений'... А вот дома Веру застала откровенно неожиданная картина в виде сидящей на кухне зареванной Аньки...

- Ты чего? - откровенно офигев от увиденного, обратилась к ней Вера.

- Меня с работы выгнали! - подняв на нее глаза, захныкала Анька. - Я у мамки денег на велосипед спрашивала, а у нее нет ничего... Говорит, батек пропил опять все! Я начальнику позвонила... Говорю, что мне ездить не на чем. А она мне в ответ - не мои проблемы! Как хочешь - так и выкручивайся. А если не можешь больше в доставке работать, то и иди на все четыре стороны!

- Ну и шли нафиг, если начальник такой урод! - коротко бросила в ответ Вера. - Найдешь еще себе работу. В сто крат лучше, чем жратву по домам таскать!

- Куда я пойду? - грустно усмехнулась Анька. - Сейчас же нормальную работу фиг найдешь! Я в доставке шестьдесят тысяч получала, на руки. Представляешь?

- А я тебе всегда говорила, работа дураков любит! - в этот миг буквально 'вплыла' на кухню, настолько она старалась показать важный вид, Танюха. - Я вот блогером работаю... Так и работа ненапряг совсем, и побольше тебя получаю! Доставка, по улице весь день бегать... - хмыкнула девица. - Ты б вон еще к Верке на завод пошла бы!

- Ну да, ты ж у нас - 'звезда'! - резко обернулась к соседке Вера. - Ты у нас вся такая успешная, богатая... Только что ж ты квартиру одну на троих снимаешь?

- Да я... Я ж не про это! - испуганно залепетала 'блогерша'. - Я ж о вас думаю! Вы ж обе могли бы... ну это... того... Куда лучше жить могли бы! Завод, доставка... Это ж прошлый век! Сейчас везде компьютеры, Интернет, искусственный интеллект...

- А знаешь что, Тань? - вдруг поднялась со своего места Анька, а в ее голосе буквально зазвенела злость. - А ты права! Я на завод пойду! Понятно? К Вере!

- Ээээ... - пришла пора удивляться Вере. - Ты это серьезно?

- Блин, Ань, ты совсем обалдела что ли? - ошарашенно произнесла Танюха. - Завод - это туфта же!

- А что? - коротко бросила Анька. - Я в политехе, между прочем, училась! На КТОПе! Вер, где у вас там единицы есть? Конструктора, технологи, метрологи? Или, может, в цеха кто нужен?

- Есть у нас единицы, - растерянно произнесла Вера. - Хоть в ОГТ, хоть в ОКБ, хоть в цехах... Но ты же знаешь, какая у меня зарплата!

- Да пофиг! - фыркнула соседка. - Пару-тройку лет отработаю, а потом на нормальный завод уйду!

- Могла б самокат арендовать! - фыркнула Танюха. - На нем бы жратву ту же развозила...

- Да пошла ты со своей доставкой! - вдруг взбесилась Анька. - Достало, понимаешь? Достало!

- Ну и дура, - презрительно просила соседка. - Совкам подражать решила...

- Пошла. Вон. Отсюда, - четко выговаривая каждое слово, бросила Анька.

- И пойду! - фыркнула Танюха.

Развернувшись, 'блогерша' царственной походкой покинула кухню и аккуратно, даже не стукнув, закрыла за собой дверь, оставив офигевшую от такого поворота в жизни Веру наедине с Анькой.

Глава 8.

Ночью Вера проснулась от оглушительного рева сирен, который то и дело сменялся голосовыми объявлениями. 'Внимание! Угроза атаки беспилотных летательных аппаратов!' После чего людей призывали не выходить из помещений и держаться подальше от окон. И Вера на всякий случай вышла из комнаты в коридор, где никаких окон не было. Да и несущая стена рядом... Очень скоро где-то вдалеке раздался негромкий треск, словно по небу летит работающая бензопила, а затем вдали раздались звуки пулеметной стрельбы и несколько взрывов. После чего треск 'бензопилы' прекратился, но сирена воздушной тревоги то и дело выла еще с полчаса - и лишь потом все затихло.

Улегшись спать, Вера еще долго не могла уснуть, все думая об этих атаках БПЛА, про которые уж не раз успела услыхать за те три дня, что находилась в этом мире. Ну а теперь и сама стала непосредственным свидетелем данного 'явления'. И ведь именно для борьбы с теми самыми 'беспилотниками' и создавалась 'Муха'! Которую спихнули на 'Спецмаш'. И вдруг вспомнилась их начальница, Ксения Владимировна, которую в 90-х все называли просто Ксенкой... На тот момент, когда закончилась ее жизнь в прошлом, Ксенке было меньше тридцати лет. Только-только получила первую категорию и перешла из цеха в ОГТ... И вот прошло немногим меньше тридцати лет, а она - начальница всего бюро технологов по механике. А она, когда-то Васильева Ольга Ивановна, начальница бюро, теперь в теле Максимовой Верки, технолога второй категории... 'А ведь права Ксенка, - вдруг подумала Вера. - 'Муха'-то эта - она стране очень даже нужна... Пусть даже это и всего лишь грузовой 'УАЗик' с локатором и пулеметами, но ведь против большинства 'дронов' большего и не надо'. Вот только почему-то к заказу на 'Муху' в отнеслись по остаточному принципу, спихнув его на полумертвый 'Спецмаш'... Не потому, что они уж непременно справятся. А потому, что другие заводы занимались более 'жирными' заказами... Или, может, все дело в том, что заказчик 'Мухи' не министерство обороны, а МВД? За этими мыслями Вера и незаметно уснула.

На следующий день она вскочила с утра пораньше, уже привычно позавтракала сваренной с вечера кашей с жареной курицей и принялась было даже собираться на работу... Но тут внезапно вспомнила, что вообще-то сегодня суббота. Так что идти никуда не надо. Вот только и что делать на выходных - она откровенно не знала... Настолько все изменилось за последние тридцать лет, что она даже не представляла, чем ей заняться.

Включив ноутбук, Вера зашла в новости - и буквально на первом месте было про ночную атаку. 'В ночь на 12 июля 2025 года в районе города Сарыньтавска силами ПВО сбито 8 беспилотных летательных аппаратов. В результате террористической атаки получили повреждения 3 жилых дома. Погибших и пострадавших нет', - писали в Интернете. И оттого Вера невольно скрежетнула зубами. Да - скорее всего, ранений никто не получил. А разрушенные дома, уничтоженное имущество? А нервы людей, в конце концов? И ведь именно их завод, по идее, должен был бы помочь покончить с этим. Только как? Какими силами, какими средствами?

Одевшись в единственную имевшуюся у нее достаточно приличную одежду, джинсы с голубой блузкой, в которых Вера последние дни ходила на работу, она отправилась на улицу. Город, казалось, и не заметил ночной атаки дронов... Словно ничего и не было. Словно все уже привыкли к стрельбе по ночам... Лишь на рекламном табло висел выцветший плакат - мужик с женщиной, держащие в руках ракету. И подпись: 'Работа в ОПК Российской Демократической Федеративной республики. Высокие зарплаты, стабильность, уверенность в завтрашнем дне. Подробнее - на официальном сайте ФГУП 'ГосТех' или по телефону...'

На улице было уже многолюдно и 'многоавтомобильно'. Люди шли и ехали по своим делам - кто на работу, кто за покупками или просто на отдых... На речку, например. Только Вера не знала, чем ей занять себя... Слишком непривычен был этот новый мир, где с удивительным контрастом сочетались яркие витрины торговых центров и пролетающие над головой ударные беспилотники. Которые большинство уже воспринимали как непременный атрибут, часть пейзажа... Ну пролетел где-то. Ну взорвался где-то. Или сбили где-то. Лишь раз ей послышался недовольный разговор двух мужиков:

- Не добили тварей, а они теперь нам дроны свои пуляют! И вроде как не при чем! - выругался один. - Мы, говорят, приказов не давали! И дроны не у нас сделаны! Это, мол, все международный терроризм!

- Ну ты ж сам нашего нового президента знаешь, - поморщился второй. - Расторгуев - он и есть Расторгуев...

- Это да... - согласился первый. - При Жирике бы такого не было! А этот... На все готов, лишь бы перед Западом подлизаться.

- Мир нам обещал, - ответил второй. - Санкции, говорил, снимут... Стабильность настанет. Надо только на некоторые уступки пойти! Ну и где тот мир?

- Санкции против 'нефтянки' сняли же, - хмыкнул первый.

- А толку?

Дальше мужики зашли в 'Магнит', и продолжение разговора Вера уже не слышала. Только вдруг подумала об одном. Надо сделать так, чтобы эта сраная 'Муха' как можно скорее пошла в серию. Не потому, что ей так хотелось оправдать 'доверие сверху'. И не потому, что она готова была любой ценой возродить завод. А потому, что эта техника именно сейчас была нужна ее стране... Чтобы она была готова именно через те запланированные полгода, чтобы сроки не пришлось раз за разом переносить куда-то в будущее. Техпроцессы, редуктора, оснастка... Разберутся как-нибудь! Сделают!

Сама не ожидая того, Вера вдруг вышла к проходной 'Сармаша', где на глаза сразу бросались рекламный плакат и вывеска с перечнем вакансий и призывом идти к ним работать. И на миг вдруг подумалось - а ведь ее взяли бы. Пусть и стаж у 'тутошней' Верки - мизер, пара месяцев, но она смогла бы доказать, что хорошо разбирается в производстве. Что отлично знает ту же зуборезку... Что может без труда написать техпроцесс на любую шестерню - и по этой технологии ее можно будет изготовить. Зубофрезерование, зубодолбежка, зубострогание... Для кого-то это все - лишь непонятный набор букв, а для нее - сама жизнь. И она смогла бы доказать это любому технологу, кто пришел бы на собеседование...

Зеленое здание проходной так и сияло свежей краской... АО 'Сарыньтавский машиностроительный завод', - гласила табличка над проходной. А дальше шли цеха - выкрашенные, с пластиковыми окнами, за которыми горел свет. Завод работал и в выходные, загруженный выполнением гособоронзаказа... 'Ноль сорок шестое' изделие, что они фактически отняли у 'Спецмаша'. Плюс какие-то новые то ли противотанковые, то ли еще какие-то комплексы, о которых ходило много слухов, но точных сведений почти никто не знал из-за секретности. И, наверное, плюсом к тому какие-то еще 'специальные' изделия... Что и говорить... Можно сказать, 'Сармаш' нашел то самое золотое дно - и потому не желал размениваться на дешевую 'мелочь'. И потому не хотел делать даже те четыре позиции редукторов для 'Мухи'.

- Ничего, - взглянув на цеха 'Сармаша', коротко бросила Вера. - Мы и сами сделаем. Без помощничков обойдемся!

Обратный путь Вера проделала другой дорогой, через один из городских парков. Где неожиданно наткнулась на установленный прямо посреди полянки 'Урал' с зенитной пушкой в кузове. 'ЗУ-23-2', - вспомнила ее название Вера. Не музейный экспонат... Боевая машина в полной боеготовности. И вдруг подумалось о том, что их 'Муха' должна стать дополнением к этому. Должна защищать российские города от чужих беспилотников...

Вернувшись домой, Вера вновь включила компьютер и решила поискать информацию о 'Мухе' - и вот она... Статья о демонстрации нового 'противодронового комплекса' на выставке в Москве. И вновь казенные фразы про 'новейшая система', 'показал высочайшую эффективность', 'превосходные тактико-технические характеристики', 'два скорострельных зенитных пулемета и новейшую автоматизированную систему наведения' и про то, что она должна стать 'простым и дешевым средством противодействия вражеским БПЛА'. И, конечно, ни слова ни о кривых чертежах, по которым в принципе нельзя собрать годное изделие, ни о том, что его производство спихнули на полумертвый завод. Лишь короткая пометка - 'в настоящий момент ведется подготовка к массовому производству комплекса на ведущих предприятиях ОПК РДФР'.

'Автоматизированная система наведения', - ехидно усмехнулся внутренний голос. Вот только эта система - те самые четыре редуктора, от которых отказались 'Сармаш' и Тула. И которые, вероятно, предстоит делать самим... Или упомянутые Катей крупногабаритные рамы со сварочными допусками в три десятки... Или валы с не сходящимися размерными цепями. Вот что такое - 'Муха'. Машина, которую каким-то чудом, 'подгонкой напильником по месту', собрали в головном КБ и поскорее выпихнули на испытания, а затем и на выставку дабы отчитаться о проделанной работе... И в этот миг на столе запиликал смартфон, а на экранчике высветилась надпись 'Сеструха'. Ну что ж... Пора, значит, и узнать про родственников Верки...

- Алло! - уже привычно проведя пальцем по экрану, произнесла Вера.

- Привет, Верк! Ты чего не звонишь-то давно? - сразу послышалось из трубки.

- Да это... Все забывала как-то, - пожала плечами, пусть на той стороне этого и не увидеть, Вера.

- Ну ты как всегда, Верк! - в голосе 'сеструхи' послышалась обида. - Ты там как хоть? Пишут, Сарыньтавск бомбили опять?

- Ну было, - вспомнила ночь Вера. - Только далеко от нас...

- Нефтебазу, поди, бомбили опять? - прозвучало из трубки. - Ну хоть на том хорошо...

- Угу, - буркнула Вера. - А у тебя-то там дела как?

- Да как-как... - со злостью прозвучало в телефоне. - Сама как будто не знаешь! Мамкин хахаль вчера опять как свинья нажрался, мамке по морде дал, а потом с Федоровым подрался. Менты уж даже приезжать не хотят. Вот если, говорят, порежут друг друга - тогда звоните. А то, говорит, они там каждую неделю дерутся, а наутро - друзья не разлей вода... Мне орал, что я шлюха и сдохну на помойке. Мол, еще раз без его разрешения гулять пойду - будет как сидорову козу пороть. Меня, орал, батя ремнем лупил - и я из тебя дурь всю выбью! А то, орет, вырастешь как сестрица-шалава. И как, говорит, осенью в школу пойдешь - за каждую двойку пороть буду!

- Слушай, ты ж уже не маленькая девочка, - вздохнула Вера. - Ну в полицию сходи, заявление напиши. Учителям скажи, директору, в конце концов...

- А что тогда? - грустно усмехнулась 'сеструха'. - Детдом? Нет уж, отмучаюсь как-нибудь еще год...

Твою ж налево! Мало ей проблем на работе... Теперь, поняла Вера, на нее вдруг навалилась еще одна проблема... И теперь как-то надо решать и ее. Только как? Если она даже не знает, в какой деревне жила эта 'сеструха'... Да и сама Верка раньше. Впрочем... У нее ж где-то есть аттестат о среднем образовании! Значит, по нему можно и выяснить, где она училась... А еще в паспорте глянуть. Может быть, там есть старая прописка?

- Я к папе хочу! - тихо произнесла 'сеструха'. - Почему папа бросил нас?

- Я не знаю, - вздохнула Вера.

Ее саму, то есть Васильеву Ольгу Ивановну, никто не бросал... Но она родилась незадолго до войны - и, еще маленькой девочкой, запомнила воздушные тревоги и налеты немецких бомбардировщиков, помнила годы послевоенного восстановления... Помнила все те годы, что прожила в прошлом веке. И родители... Отец, Васильев Иван Михалыч, почти всю жизнь проработал на том самом 'Спецмаше', от которого нынче остались рожки до ножки. Не инженером, не начальником. Обычным шлифовщиком. И мать, Кузнецова Мария Николаевна... Она работала там же, технологом в инструментальном цеху.

- Я к папе хочу, - тихо буркнула 'сеструха'. - Мамка говорит, он в Воронеже живет... С новой семьей.

- А ко мне хочешь? - вдруг спросила Вера.

- А так можно? - послышался удивленный голос с той стороны.

- Н-не знаю, - растерянно произнесла Вера. - Надо сходить, узнать все... Ты только мамке с хахалем ее ни слова пока.

- Заметано! - прозвучало с другой стороны. - Ты только узнай поскорее!

- Узнаю! - согласилась Вера.

Забравшись в ящик с документами, Вера быстро отыскала там аттестат о среднем образовании. Средняя общеобразовательная школа села Глухово... Сев обратно за ноутбук, Вера ввела в поиск название - и вскоре увидела, где это место находится. И впрямь говорящее название! Глушь, какую надо поискать... Три сотни человек население. До остановки электрички - тридцать километров. До ближайшего шоссе - двадцать. И единственная дорога - петляющая через несколько деревень развитая грунтовка. Большие Грязи и Малые Грязи... Обе - по два-три десятка жителей. А вон и в новостях... 'Жители Глухово обратились к губернатору с просьбой о ремонте дороги, которую не ремонтировали с 1988 года'. 'Глуховскую школу грозятся закрыть из-за аварийного состояния'. 'Суд признал СХПК 'Глуховский' банкротом'. 'Глуховский ФАП третий год не может найти фельдшера'.

Дыра... Больше и сказать негде. Транспортная доступность - никакая. Работы нет. Лечиться негде. Учиться тоже скоро будет негде, если вдруг не случится чудо. Но именно в этой дыре сидела 'сеструха' Верки - вместе с мамашей и ее 'хахалем'-алкоголиком. И, казалось бы, ну что ей эта девчонка? Совершенно чужой человек - все равно что соседи по лестничной площадке или коллеги по работе. Но что-то не давало так поступить... Да, эта девчонка для нее чужая. Вера даже не знала, как ее зовут. Только безликое 'сеструха' из телефонной книжки. Вот только она-то надеялась на Верку. И потому сказать 'живи как можешь' она просто не смогла бы.

Выйдя из комнаты, Вера пошла на кухню, где неожиданно столкнулась с лениво помешивавшей кофе в чашке 'блогершей'. Подняв глаза на Веру, та лишь хмыкнула, а затем, видимо, решила похвалиться своими успехами:

- А я за новое видео в своем влоге двести тысяч лайков получила. Прикинь, а? - усмехнулась Танюха.

- И про что же это твое видео? - спросила Вера.

- Про бездомных собак! - с гордым видом произнесла соседка. - Прикинь, депутат Демьянов недавно их отстреливать предложил! Рейтинг себе повысить захотел, ублюдок кровожадный!

- Давно пора, - поморщилась Вера. - А то эти шавки уж детям прохода не дают. Скольких надо еще покусать прежде, чем мы поймем, что бродячим псам в городе не место?

- Да ты! Ты! Ты! - аж задохнулась от возмущения Танюха. - Ты - чудовище! Ты предлагаешь убивать собак, которые ни в чем не виноваты! А они добрые! Они лучше людей многих!

- А ты что предлагаешь? - нахмурилась Вера. - Чтобы по городу бегало голодное зверье и кусало людей? Или, может, ты со своими единомышленницами лично организуешь приют и будешь кормить этих 'тузиков' со своих денег?

- Я не обязана кормить их! - чуть не взвизгнула соседка.

- А кто обязан? - жестко ответила Вера. - Я? Анька та же? Или кто еще? Почему людям за свои деньги лечиться приходится, поскольку квот не дождешься или врачей толковых в поликлинике нет, а твоих песиков должно государство с наших налогов кормить? Или учеба... Вон школа в Глухово в аварийном состоянии, ее закрыть грозятся... А ты тут про собачек.

- Да ну тебя! - фыркнула 'блогерша'. - Хотела я тебе предложить в Завчик сгонять, видос новый про собак снять... Но теперь одна поеду!

- И ехай, - согласилась Вера. - Мне не надо.

Фыркнув, Танюха допила свое кофе, а затем пошла в свою комнату, откуда спустя час вышла в полном 'боевом наряде'. Ярко накрашенная, вся в своем любимом 'розовом' стиле, с какой-то непонятного назначения палкой... Впрочем, Вера даже не обратила на это особого внимания. Ушла - и хрен бы с ней. Видеть эту самодовольную бездельницу ей совершенно не доставляло никакого удовольствия.

- Что, уехала наша 'королева'? - минут через двадцать после ухода Танюхи выползла из своей комнаты заспанная Анька. - Блин, Вер... Башка трещит...

- Ага, уехала... Про шавок бродячих снимать, - усмехнулась Вера.

Когда-то она и не слыхала про такую проблему... В советское время она решалась просто. Милиционер с ружьем и грузовик - ехали и отстреливали всех подряд бездомных псов. И никто не жаловался, все воспринимали как обыденное явление. А потом отстрелы прекратили - еще до развала СССР, где-то в 80-е, хотя точной даты она и не могла бы сказать. И с тех пор стаи бродячих псов стали заполонять города. И, судя по тому, что Танюха вообще упомянула эту тему, она не была решена и до сих пор.

- Она эту тему любит! - фыркнула Анька. - А меня вот в детстве чуть не загрызли эти твари... Уколы пришлось колоть. От бешенства...

- Знаешь, Ань, - вдруг решила поделиться с соседкой Вера. - Мне съезжать куда-то надо. Сестру из деревни забирать надо... А то мамаша с ейным хахалем совсем ей житья не дадут. Только, твою мать... Где деньги на жилье нормальное взять?

- Это ты Лизку что ли забрать вздумала? - ошарашенно произнесла Анька. - Так ведь кто ж тебе разрешит? Мамашка-то твоя если в опеку побежит...

- Угу, - согласилась Вера. - Если надо будет, если мамаша сама не согласится - родительских прав ее лишу.

- Бестолково, - вздохнула соседка. - Ну в детдом ее отправят тогда... Тебе все равно не отдадут. У тебя жилья нет, зарплата - чуть больше 'минималки'...

- Надо что-то придумать! - ответила Вера. - Уж там я ее точно не оставлю!

- Ну думай, - вновь вздохнула Анька. - Только ты же сама знаешь... Съем жилья - не меньше 'пятнашки', и это на окраине. Своего-то у тебя нет. А зарплата у тебя какая?

- 27632 рубля 'грязными'... - мрачно заметила Вера, вспомнив цифру из рассчетки.

- Вот о чем и речь...

- Но ведь на нее же алименты идти должны... Пособия какие-то наверняка будут.

- Пособия, каких и на еду не хватит, - грустно усмехнулась Анька. - А алименты... Думаешь, папаша ваш на тракторе своем миллионы получает?

- Не думаю, - согласилась Вера. - Но уж как-нибудь выкрутимся... Тем более, Лизке шестнадцать уже... В одиннадцатый класс осенью пойдет.

- Взрослая уж почти, - согласилась Анька. - Ну что ж... Может, у тебя и получится чего...

Сварив куриный суп с клецками, Вера села обедать, но мысли все крутились вокруг ситуации с той самой ее 'сеструхой' из деревни Глухово... 'Надо в интернете поискать информацию!' - пришла ей в голову неожиданная мысль. Неожиданная потому, что не было у нее привычки постоянно пользоваться им для поисков. В 90-е интернет был чем-то вроде смутных слухов - про что многие слышали, но мало кто видел. Но за тридцать лет все изменилось до неузнаваемости - и то, что раньше было странной диковинкой, нынче стало обыденностью...

Доев суп и выпив вторую кружку чая, Вера вымыла посуду и пошла в свою комнату, заняться поисками. Но не прошло еще и пары часов, как к ней в комнату вдруг буквально влетела Анька.

- Верк! - ошарашенно крикнула Анька. - Мне сейчас Танюха звонила из больницы...

- Из больницы? - удивилась Вера.

- Ага! - буквально выкрикнула соседка. - Говорит, ее в Завчике псы чуть на куски не порвали... Верк, у меня ж ноут в ремонте, открой мне Танькин блог?

- На, держи, - удивленно пожала плечами, встав с места, Вера.

Плюхнувшись на табуретку, Анька быстро набрала какой-то запрос - и меньше чем через минуту нашла видео, от которого у Веры чуть волосы дыбом не встали. Вот Танюха мчится вдоль по улице на самокате, что-то весело болтая про 'кровавого маньяка Демьянова' и 'пережитки совка'. Мчит, даже толком не глядя по сторонам - только в камеру. Нарушая правила, на полной скорости пролетая через пешеходные переходы. Но вот центральные улицы постепенно сменяются захолустьем окраин Заводского района. И вот они и приехала на место...

- Раньше здесь был хлебзавод, но он оказался неэффективным и не вписался в рынок, - показывая какие-то заброшенные цеха, продолжала Танюха. - И именно здесь живет так называемая собачья свора, что якобы держит в страхе всех окрестных жителей. Сейчас я покажу вам, что надо верить лишь в факты, а не слушать недовольное ворчанье собакофобов...

Бросив самокат у ворот, соседка топает куда-то в сторону одного из цехов - и вскоре впереди и впрямь появляются собаки. Вон около дерева настороженно сидит сука с парой кутят. Небольшая, чуть больше таксы. А вот - здоровенный рыжий пес с драным ухом. А вон прямо из ворот цеха выходит и злобно рычит на чужака среднего размера черный пес. Но вместо того, чтобы побыстрее смыться, Танюха начинает рассыпать собачий корм из пакета и умильно болтать о 'милых, добрых существах, котором просто не повезло в жизни'. И именно в этот момент вдруг что-то резко меняется...

Наклонив голову, рыжий пес злобно зарычал и принялся тихонько приближаться к продолжавшей умиляться соседке. А откуда-то из-за здания выходит еще пара собак...

- Они ж территорию свою охраняют! - тихо произнесла сидевшая перед ноутбуком Анька. - Они тут живут, тут кормятся...

Но Танюха этого не понимает... Она упрямо топает вперед, кидает рыжему корм, а затем вдруг протягивает руку, желая погладить. И тогда пес прыгает прямо на нее... Телефон падает наземь, однако продолжает снимать и транслировать в эфир запись. Лай и рык собак, истошный визг соседки, однако сама она уже оказалась вне поля видимости камеры, что показывала лишь небо да верхний этаж заброшенного хлебзавода. А потом обзор и вовсе загораживает один из щенков, что буквально смотрит в камеру.

- А ну пошли вон, твари! - внезапно раздается голос в стороне. - Пошли, пошли!

- Слышь, Василий, может ну их? - раздается второй голос. - Тут псов столько, что сожрут и не подавятся...

- Ты ж слышал, орал кто-то, - недовольно прозвучал первый голос. - Лезут куда не попади, придурки...

- ***, да тут девка какая-то! - выругался второй, а затем вдруг послышался грохот выстрела, сменившийся скулежом какого-то пса. - Опять, поди, из этих шизанутых...

- ***, а если б они на нас кинулись? - опять прозвучал первый голос. - Ого, да тут вон дебильник валяется... Блохерша какая тупая что ли?

- Да не п**? - фыркнул первый. - Хотя, как по мне, пороть этих блохеров надо, чтоб дурью не маялись...

В этот миг кто-то явно поднял телефон. Вместо неба на миг перед камерой мелькнуло изображение двора заброшенного завода, а затем все исчезло. Кто-то то ли остановил трансляцию, то ли и вовсе отключил телефон.

- Трындец! - тихо произнесла Анька.

- Сама нарвалась, - мрачно заметила Вера. - Если б не мужики, так там и сожрали б ее... Что тебе Танюха по телефону говорила хоть?

- Да ничего, - вздохнула соседка. - Лишь ныла, что уколы от бешенства колоть теперь...

Глава 9.

День на 'Спецмаше' начался со звонка начальницы БИХ. И поскольку Ксения Владимировна, как обычно, убежала на совещание к Алкоголичу, то телефон взяла Вера:

- Вам там стенд какой-то с восьмого склада нужен? - раздраженно бросила начальница БИХ. - Ну так можете приходить искать! Строители посмотрели - говорят, на башку не свалится ничего. По крайней мере, сегодня.

- Хорошо, скоро приду, - согласилась Вера, а затем обратилась к остальным технологам. - Меня на восьмой склад вызывают... Искать стенд для контроля пятна контакта 'конички'.

- Хорошо, - кивнула в ответ Света. - Я передам Ксении Владимировне.

Однако первым делом она пошла в архив. Андрей, как обычно, сидел за столом, рядом с ним были разложены распечатки чертежей... 'Муха', - глянув на один из них, поняла Вера. Ибо на чертеже был изображен УАЗ-'головастик', на котором вместо грузовой платформы торчала будка с двумя пулеметами и радиолокатором. Но ей сейчас было интересно другое...

- Мне чертежи на стенд К-07.0273, - обратившись к Андрею, спросила Вера.

- Стенд? - подняв голову от чертежей, удивленно спросил он. - Это же оснастка? А где на нее чертежи?

- Во второй секции архива, - устало вздохнула девушка.

- А, сейчас! - доставая из ящика ключ, растерянно произнес Андрей.

Выйдя в коридор, они прошли чуть дальше, буквально в самый конец этого крыла здания, где архивариус отпер массивную деревянную дверь, и перед Верой открылось громадное помещение второй секции архива. 'Первый - чертежи и техпроцессы, второй - оснастка, разделенная на категории', - само собой всплыло в голове Веры. Она даже помнила, где располагаются чертежи всех этих средств контроля - стендов, калибров, оправок, шаблонов и прочего добра... Вон и папка с пометками 'К-07.250 - К-07.279'. То, что надо! Достав ее со стеллажа, Вера развязала веревочки и стала искать нужные ей чертежи. Все в этом архиве было тщательно отсортировано, разложено по порядку. Вот и здесь... Аккуратная 'папочка' из двух склеенных меж собой листов одиннадцатого формата с нанесенным по трафарету номером 'К-07.273'. А внутри - множество калек с чертежами... И самая большая из них, 24 формата, - сборочный чертеж. В графе разработчик - фамилия Никитин и год разработки. 1965-й... Когда она была еще молодым технологом, только-только вторую категорию получила...

Бросив взгляд на чертеж, Вера увидела такие хорошо знакомые очертания... Две бабки, в которые ставятся оправки с шестернями. Направляющие, по которым они движутся. Место для установки шаблона, задающего взаимное расположение осей. Одна бабка при этом закрепляется жестко, а вторую можно либо также застопорить для контроля пятна контакта при номинальном положении, либо ставится подпружиненный упор с индикатором, позволяющий замерять биение зубьев шестерен методом обкатки.

- Мне надо копии этих чертежей. Всех, - обратилась к Андрею Вера.

- Сейчас, - вздохнул он. - Бумаги, правда, маловато осталось... Надо, наверное, в ОКБ за рулонами идти. У них-то машина все равно не работает, ко мне сюда печатать прибегают...

Теперь они пошли не в первую секцию архива, а в машинный зал, где раньше стояли светокопировальные машины. Теперь их не было. Вместо двух громадных светокопировальных машин стояла одна-единственная, удивительно компактная, современная, для лазерной печати. Щелкнув несколько кнопок на панели управления, Андрей засунул в щель сборочный чертеж - и машина с негромким жужжанием протянула лист насквозь, а спустя еще несколько секунд машина загудела, и из нее пополз ослепительно-белый, не то, что старые светокопии, лист чертежа. 'В-в-з-з-з-з-зик!' - с противным визгом машина отрезала получившийся лист чертежа, а Андрей уже одну за другой совал в машину все новые и новые кальки. И в этот момент Вера вдруг почувствовала восхищение новыми технологиями... Все так просто и удобно! Минут через пять все было закончено... И вот уж, аккуратно сложив чертежи, она несется к восьмому складу, где ее уже дожидается начальница БИХ с кем-то из кладовщиков... Однако по пути ее вдруг перехватила Ксения Владимировна:

- Скворцова возьми с собой, пусть он своим взглядом поглядит, - сказала начальница бюро механиков. - И Ирка пусть с тобой пойдет.

- А она-то зачем? - не поняла Вера.

- Да пусть хоть чуток на производство взглянет! - вдруг окрысилась Ксения Владимировна. - А то только целыми днями с кислой мордой сидит! На сраную втулку техпроцессы по целому дню пишет!

- Хорошо, - кивнула Вера. - Пусть смотрит...

Потом в одиннадцатый цех, где Вера нашла зуборезчика и сказала, что ему велено тоже идти на склад, искать оснастку. Впрочем, он уже все знал от начальника цеха. Как оказалось, того об этом сам Алкоголич просил, что немало удивило девушку.

И вот задний двор и тот самый восьмой склад, куда стаскивали оборудование и оснастку из закрытого четырнадцатого цеха... Старое, еще довоенное, здание с наполовину заколоченными фанерой окнами, торчащими из щелей в крыше молодыми березками и древними, массивными въездными воротами...

- Значит, это ты весь этот кипеш со стендом подняла? - несколько раздраженно взглянула на Веру начальница БИХ. - Ну вот и ищи его теперь! Вот тебе склад, вот тебе помощники, - кивнула она в сторону пары мужиков, что стояли рядом.

- Хорошо, - кивнула в знак согласия Вера.

Впрочем, сразу зайти им все равно не пришлось... Висячий замок, на который был закрыт склад, оказался намертво заржавевшим, и открыть его так и не удалось. Из-за чего вновь пришлось вызывать строителей - на этот раз не для проведения осмотра здания, а чтобы срезать болгаркой старый замок. Но вот, наконец, все готово - и можно входить внутрь...

- Мне-то что тут делать? - брезгливо глядя по сторонам, спросила Ирка. - В металлоломе этом рыться?

- Списки будешь составлять! - раздраженно произнесла Вера. - Что тут полезного есть. Чтобы знать, что находится на этом чертовом восьмом складе.

- Тут же крысы, наверное... - недовольно буркнула Ирка.

- Крысы? - усмехнулся зуборезчик. - Скорее они в вашем инженерном корпусе или в цехах будут... Тут им и жрать нечего, да и холодно зимой.

И вот они идут по заваленному всяким хламом старому складу, где в дождь текут крыши, а электричества не видели уже много лет... Пыльному, полутемному и практически никому не нужному. Кроме технологов, кому вдруг приспичило делать конические шестерни... Хорошо еще, что вскоре им хоть пару прожекторов на стойке притащили да установили - а то найти здесь что-либо было бы и вовсе невозможно.

- Вон, гляди, 526 станок, - вдруг тыкнул пальцем куда-то вбок зуборезчик. - А рядом с ним еще одна 'зээфка'... И что-то на мелкий модуль еще...

- 5Т23В, - словно само собой всплыло в памяти Веры название модели. - На модуль от 0,5 до 1,5...

- Металлолом совковый! - фыркнула Ирка. - Да у нас таких деталей и нет, наверное!

А Вере вдруг стала понятна логика того, какие станки куда отправили при ликвидации четырнадцатого цеха и входящей в него второй зуборезки, где и делали прежде всю 'коничку'. 5Т23В - станок для изготовления высокоточных мелкомодульных конических шестерен. Таких станков и в советское время было на заводе всего два, да и загрузка на них была небольшой. Такая же участь постигла и единственный 5С23П - ведь номенклатура конички с круговым зубом была совсем маленькая. 526 - 'динозавр' выпуска 50-х годов посчитали нафиг ненужным. Уже минус четыре. Еще два станка посвежее, один из 5П23Б и 5А250П перетащили в первую зуборезку - правда, не озаботившись соответствующей оснасткой. И оставались еще один 5П23Б, о судьбе которого Вера не могла сказать пока ничего, да 'вторые экземпляры' 5С23П и 5Т23В. Тут их, во всяком случае, видно не было.

- Нам стенд нужен, - оторвав взгляд от станков, сказала Вера. - Без него и те станки, что в первую зуборезку перетащили, - все равно что металлолом. Единственное, что на них можно - частникам левак делать...

- Это да! - усмехнулся зуборезчик. - В девяностые да нулевые такого сколько хочешь было!

И они пошли дальше, пытаясь разыскать хоть что-то, что бы напоминало стенд для контроля пятна контакта... Вот только попадалось что угодно, но только не он. Крепежные приспособления на карусельный станок, угольники для больших ГРов, какие-то кондуктора... Иногда попадались и приспособления на зуборезку - видимо, то, что притащили из того же четырнадцатого цеха. Вон, например, лежит зубодолбежное... На сектор с наружным зубом модуля 5 - эту деталь Вера хорошо помнила еще по 80-м. Все то же 'ноль сорок шестое' изделие, оно же - 'тридцать третий заказ'. Одиннадцатый редуктор из его состава. А вон - ящик с какими-то оправками. Достав одну из которых, Вера счистила первой попавшейся под руку железкой задубевшую смазку и прочитала обозначение. 'С-07.0620. 5А250П'. А дальше посадочный диаметр и децимальный номер детали, на которую эта оправка применяется.

- Записывай! - сказала Ирке Вера. - Будем знать, что она тут есть. И что вообще тут целая куча оправок на 5А250П.

Их оказалось два с половиной десятка... У каждой - свое обозначение, свой посадочный диаметр, своя деталь. Но кто знает? Может быть, что-то из этих оправок подойдет и к новым изделиям? Или, скажем, можно будет их доработать, перешлифовать в нужный размер?

Кое-где попадались и станки - чаще всего, ржавые, неухоженные, а то и полуразобранные. Вон, например, стоит ИЖ250 с полуразобранной передней бабкой... А вон... Судьба второго 5П23Б оказалась ясна. Он стоял полуразобранный среди груды хлама... То ли пытались отремонтировать, да так и бросили. То ли, наоборот, разобрали на запчасти для 'собрата', что перетащили в первую зуборезку...

- В станке главное - станина, - вдруг усмехнулся рядом зуборезчик. - Не удивлюсь, если у него она получше той, что у рабочего, будет.

- Только кто теперь это все собрать сможет? Даже если найдет или купит все недостающие детали, - заметила Вера.

- Если рабочий совсем хламом станет, механики оттуда переставить могут... Хотя даже не возьмусь предсказывать, сколько они с этим провозились бы.

А вон рядом - какой-то совсем уж древний зубодолбежный... И с удивлением Вера поняла, что даже не может определить его модель. Несмотря на весь свой опыт работы...

- Ровесник завода, поди, - усмехнулся Скворцов. - 'Американец' какой-нибудь... Годы пятилеток, наверное, помнит. Коллекционеры сейчас с руками оторвали бы.

- Коллекционеры! - вновь фыркнула Ирка, которую 'прогулка' по полузаброшенному складу совершено не радовала. - Какой дурак за этот хлам еще и деньги свои отдавать будет?

- Не скажи, - усмехнулся зуборезчик. - Малость в порядок привести - так за него коллекционеры заплатят столько, что на 'капиталку' какого другого станка хватит... Их таких, может, штук пять на всю Россию-то и осталось.

И опять какие-то ящики, мешки... Здесь не было стеллажей с разложенной в строгом порядке оснасткой - лишь гнилые ящики и кучи хлама. Причем, большая часть его была не на полках, а свалена где попало и как попало. Из-за чего что-то целенаправленно найти здесь можно было лишь случайно.

- Ого! - забравшись в какой-то ящик, Скворцов вдруг достал оттуда пару заготовок шестерен. - Коничка...

- С тридцать третьего заказа, - удивленно взглянув на деталь, произнесла Вера. - Шестерня с шестого редуктора. Только без гальваники.

- А говорили, что нету больше. 'СГД пуст, а новых мы не сделаем!' - словно передразнивая кого-то, усмехнулся зуборезик. - На Сармаш этот редуктор отдали... Вместе еще с некоторыми самыми сложными. Лучше, мол, мы будем готовые покупать да ставить...

- И сколько их там? - поинтересовалась Вера.

- Да с полсотни будет, наверное. Их же по полсотни машин в год делали раньше. Вот, поди, в 93-м их и нарезали, а заказ так и не пришел. А когда через десять лет снова 'тридцать третий' пошел, так никто уж и не вспомнил про них. Тут и зуборезки-то второй не было уже, и людей оттуда никого не осталось... Только с теми-то объемами, по пять машин в год, нам и запасов этих лет на десять хватило бы.

Вот только эти старые заделы Веру тоже мало интересовали. Ей нужно было лишь одно. Стенд К-07.0273 для контроля пятна контакта конических шестерен. А, значит, все остальное - в сторону. И вот уж они идут дальше и ищут. И... В какой-то момент на полке одного из стеллажей вдруг мелькнуло что-то похожее... И Вера, подсвечивая мобильником, ведь свет прожекторов был наполовину загорожен другими полками, полезла туда и...

Это был он... Толстая литая чугунная плита основания. Отфрезерованные, отшлифованные и тщательно пригнанные направляющие. Две подвижных бабки... Место для установки шаблона, что определяет взаимное расположение осей. Рукоятки... В общем, все то, что и должно было быть по чертежу, что положила на станину одного из стоявших на складе станков Вера. Не было лишь одного... Подпружиненного упора для измерения биений.

- Вон на полу еще и второй такой валяется, - взглянув на стенд, вдруг заметил зуборезчик.

Этот, что валялся на земле около станины разобранного фрезерного 6М12, оказался в куда более плачевном состоянии... Если первый был просто некомплектный, но при этом его промазали солидолом при 'консервации', то этот успел хорошенько заржаветь, а шпиндели обоих бабок и вовсе не крутились. Однако Вера была все равно удивлена... Никогда не знала, что тут на заводе их было два.

- Все, - вздохнула Вера. - То, что нам было нужно, мы нашли...

И лишь выбравшись из склада, Вера сообразила, что за этими поисками они пропустили обед. Телефон показывал сорок минут третьего, а потому идти в столовую уже не было никакого смысла. Впрочем, Вера на это лишь грустно усмехнулась. В отличие от устроившей чуть ли не истерику Ирки...

- Ну и шла бы жрать! Кто тебе мешал? - спросила Вера.

- Так я ж не знала, что столько времени! Я за весь день только яичницу ела! - возмутилась Ирка.

- А я только кашу гречневую... И что-то не плачусь.

- Угораздило ж попасть в компанию трудоголиков! - обиженно произнесла Ирка и, развернувшись, пошла куда-то вдаль, а Вера с зуборезчиком пошли по своим местам.

В ОГТ, как оказалось, ее уже ждали. Кузнецова, начальница БИХ, отзвонилась начальнице их бюро едва Вера вышла со склада и сообщила о находке. И теперь Ксения Владимировна хотела услыхать все в подробностях.

- Ну что там со стендом? - первым делом спросила она.

- Нашли... Даже не один, а два. Но оба некомплектные.

- Но основа-то цела?

- Цела.

- Тогда сейчас же пишу служебку, пусть отдают в семнадцатый цех на ремонт, - явно воодушевилась начальница. - Подпишу у Алкоглича - и скорее в работу. У тебя, смотрю, и копии чертежей с собой?

- Ага, - согласилась Вера.

- Давай сюда! - решительно заявила Ксения Владимировна. - Сразу все и отошлю. Все равно пока там проверят все, пока технологию напишут, стоимость ремонта посчитают... Хорошо, если через месяц заказ откроют.

- Месяц? - удивилась Вера такому сроку.

- Это еще радоваться надо, что такой срок, - усмехнулась начальница. - В инструменталке у нас один технолог остался. Пока она технологию ремонта распишет. Пока все это дело пронормируют, обсчитают, пока с экономистами согласуют... И только потом уж откроют заказ. И знаешь, в чем главная загвоздка будет? - спросила Ксения Владимировна, но не стала дожидаться ответа, а сразу и продолжила. - В том, что это ремонт. Одно дело - новое изделие, новая оснастка на него. Ее или в стоимость включат, или отдельный счет заказчику выставят за изготовление. А тут - наш древний стенд. И никто, кроме самого завода, его ремонт не оплатит.

Ну да... В какой-то мере история знакомая - хотя раньше до такого идиотизма все же не доходило. Впрочем, тогда и заказчики чаще всего без особых возражений подписывали ремонт оснастки. А сейчас... Сейчас капитализм. На всем стараются экономить.

- Но ведь он пойдет на новый заказ, на этот редуктор танковый? - спросила Вера.

- Только потому и откроют заказ на его ремонт. Новое изделие... На старые, типа 'тридцать третьего' можно было бы даже и не просить. Отказали бы без разговоров.

Набрав текст служебки, Ксения Владимировна щелкнула пару кнопок, и вот уж на столе лежит бумага:

'Начальнику БИХ Кузнецовой П.К.

АВАРИЙНО!!!!!

Для выполнения производственного плана по ГОЗ на 2025 - 2026 годы требую В КРАТЧАЙШИЕ СРОКИ произвести ремонт стендов К-07.0273 и их аттестацию на соответствие техническим требованиям чертежа. Конструкторская документация прилагается.

Главный технолог Потапов А.А.'

Дополнительно подчеркнув слово 'аварийно' красным фломастером, Ксения Владимировна забрала у Веры набор чертежей и пошла подписывать служебку у Алкоголича, откуда вернулась через десять минут с неожиданной новостью.

- Алкоголич говорит, завтра к нам какая-то девочка на собеседование придет. Он ее в конструктора по оснастке определить хочет, - сказала начальница. - Они там с Красновым чуть ли не сцепились. Тот говорил, что у него в ОКБ работать некому, а Алкоголич ему - у тебя, говорит, хоть Катька Рыбакова есть, да еще пара бездельников сидят, а у меня вообще никого. КБ по оснастке, дескать, четвертый год пустое, ни одного конструктора.

- Неужели? - усмехнулся из-за компьютера Василий. - В какие-то времена кто-то захотел прийти работать на наш недозавод?

- Да я тоже удивлена! - согласилась начальница. - К нам даже в мобилизацию не больно-то шли, все на 'Сармаш' да на приборостроительный ломились... Ну хотя вон пришла же к нам Вера? И сейчас я уж вижу, что не зря взяла ее. Может, хоть наконец-то с этой треклятой зуборезкой разгребемся!

- Надолго ли? - хмыкнула из-за своего стола Ленка. - Годик поработает да на тот же 'Сармаш' и уйдет... У них там зарплаты - не чета нашим. Уж с полсотни технолог получит запросто... Как и конструктора...

- Пока 'Муху' не сделаем - я точно никуда не уйду, - решила все же ответить Вера. - Должен же кто-то эти долбаные дроны сбивать? И если не мы ее сделаем, то кто тогда?

- Должен, - согласилась начальница. - Хотя я и понятия не имею, как ее сделать! Особенно после того, что никто не хочет делать те четыре редуктора, что на нее идут. Екатеринбург вон тоже сегодня отказ прислал...

- Значит, сами сделаем, - твердо ответила Вера. - Вот закончим с технологиями на эти танковые редуктора - и можно будет теми заняться...

- Ну-ну, - только лишь неопределенно произнесла начальница. - Посмотрим...

Интерлюдия. Анька.

Откровенно говоря, Анька уж и сама десять раз пожалела о том брошенном вгорячах обещании на кухне. Пойти на завод! Нет, после политеха она и впрямь думала пойти на производство... Ходила на 'Сармаш', 'Энерготех', на подшипниковый и Приборостроительный... И что? Никакого толку!

'Люди нам нужны. Хоть технологи, хоть конструктора... Но вот сами смотрите, - помнила она слова Юрия Лысова, главного технолога 'Сармаша'. - Опыта работы у вас нет. Практика... Ну мы и сами знаем, как сейчас практика проходит. А оценки... Я вот беглым взглядом насчитал всего две четверки. Все остальные - 'удовлетворительно'. А нам нужны специалисты - или хотя бы те, кто старался учиться'. И это было еще 'мягко сказано'. Ведь в ОКБ 'Сармаша' с ней даже общаться не стали - все конструктора у них минимум с первой категорией, других давно уж нет. Берут только с опытом работы - желательно, в ОПК. На 'Энерготехе' ответ был еще короче - 'берем только со стажем'. Там она и вовсе дальше отдела кадров не побывала. На 'шарике' - подавай знание Solid Works как обязательное требование. Приборостроительный... Там ответ был тоже короткий - 'не наша специальность'. Им непременно подавай знание приборостроения. И Анька плюнула... Не хотят - ну и не надо. Позвонила в одну из служб доставки еды и стала работать курьером...

А потом этот сломавшийся велосипед, помятый торт, семь тысяч штрафа за испорченный товар... А когда она попросила аванс на покупку нового велосипеда, над ней попросту понасмехались:

- В микрофинансовой организации кредит возьми! - фыркнул Олег Владимирович, их начальник. - Это только твои проблемы, как ты товар доставлять будешь.

И тут еще эта Танюха со своим блогерством! Стерва зажравшаяся! Никогда толком не работала, только свои видео снимала, а все имеет! Папаша-фермер ей вон осенью собственную квартиру купить обещал... А ей? А той же Верке? Да ничего! Ровным счетом ничего! И тут эта 'звезда' приперлась на кухню и давай жизни учить! Вон, мол, к Верке на завод еще пойди! И теперь Анька и сама не понимала, что на нее нашло, но вдруг она заявила, что и пойдет. На завод. На 'Спецмаш', про который половина города была уверена, что он давно не работает, а вторая считала самой глубокой дырой, куда пойти можно разве что от безысходности... Собственно говоря, Верка там ведь так же оказалась - никому не нужна была вчерашняя выпускница сельхозинститута, пусть она и изучала проектирование сельхозмашин. Несколько месяцев она проработала продавщицей в ларьке за 'минималку', а потом плюнула и пошла на 'Спецмаш'. Анька тогда чуть ли не пальцем у виска крутила, предлагала вместе с ней работать в доставке, но Верка отказалась наотрез.

- Не хочу круглый день по улице мотаться, - ответила тогда подруга. - Хоть дождь, хоть мороз, а ты тащи... Не пойду, и не уговаривай!

А вот теперь она и сама вылетела из доставки - да еще и умудрилась обещать Танюхе, что пойдет на завод. И теперь сама жалела о том. Можно ведь было купить на 'Авито' старый велосипед, устроиться в другую службу доставки... Но всплывало то обещание, что она бросила на кухне... И если она сейчас откажется от него, то Танюха первой и заявит: 'ну и что, одумалась все же?' Нет уж, она не доставит ей такого удовольствия! Так что в понедельник она пошла на 'Спецмаш'...

Завод даже с первого взгляда производил мрачное впечатление. Облезлые синие ворота, приземистое здание проходной с облупившейся штукатуркой и старыми деревянными окнами... Она, наверное, еще долго стояла бы в стороне и смотрела, не решаясь войти внутрь... Но в этот миг что-то лязгнуло, и ворота начали медленно раздвигаться, и вот из них вдруг выехал старенький ГАЗ-53 с фургоном... А прямо напротив въездных ворот во внутреннем дворе она увидела ржавый автокран на базе 'ЗиЛа'. И тогда она все же решилась зайти на проходную...

- Вам куда, девушка? - окинув ее взглядом, спросил охранник.

- Мне бы в отдел кадров... - растерянно произнесла Анька.

- Аааа... В кадры... - протянул мужчина. - С биржи труда что ли? Не надейтесь, у нас отказ не подпишут... Тут кому угодно работу предложат, лишь бы пришел кто-то. Это вам лучше на 'Энерготех' куда-нибудь...

- Нет, я не за отказом... Я про работу узнать.

- Про работу? - даже удивился охранник. - Ну сейчас позвоню. Пусть пришлют кого-нибудь...

Набрав на старом телефоне номер, мужчина спросил какую-то Викторию Николаевну, сообщив, что к ним в кадры пришли желающие. После чего подозвал Аньку:

- Сейчас Виктория Николаевна, начальница отдела кадров, подойдет. С ней пообщаетесь - может, чего-то и предложат. Только вряд ли вам понравятся наши условия.

Начальнице отдела кадров было, наверное, уже за шестьдесят. Седые волосы, стянутые в пучок, на голове. Строгий костюм, какая-то папка в руках... Пройдя через проходную, она бросила несколько удивленный взгляд на Аньку:

- Ну, здравствуйте! - вздохнула она. - Значит, у нас на заводе поработать хотите? Какие вакансии интересуют - рабочие, инженерные должности?

- Я год назад политех закончила... КТОП.

- Конструкторско-технологическое обеспечение производства? - задумчиво произнесла женщина. - Хорошо, пишите резюме. Пустых единиц у нас хоть в ОКБ, хоть в ОГТ куда больше, чем хотелось бы... Думаю, уже сегодня вам позвоним.

Взяв выданный ей бланк, Анька быстро написала все про себя. Паспортные данные, образование, прошлые места работы... Писала прямо на столике в небольшой комнатушке по соседству с комнатой охраны.

- Значит, год в доставке работали? - удивленно спросила начальница отдела кадров. - А теперь-то кем хотите? Конструктором? Технологом?

- Все равно...

- Хорошо. Тогда примерно после обеда ждите звонка... Как совещания утренние пройдут.

- Буду ждать, - чуть улыбнулась на прощанье Анька.

Она вернулась домой и стала ждать... Даже обедать толком не хотелось. В конце концов, мало ли кто и что обещает? И все же ей позвонили... Приходите завтра к десяти на собеседование. В отдел главного технолога.

И вот сейчас она опять на проходной 'Спецмаша', в окошке бюро пропусков ей выписывают листок разового пропуска - и, предъявив его вместе с паспортом охраннику, она проходит на основную территорию, где ее уже ждет та же самая Виктория Николаевна.

- Завод у нас, конечно, не чета 'Энерготеху' или 'Нефтегазу', но пока еще как-то работаем, - говорила она. - Только с конструкторами у нас завал полный. Поэтому Ксения Владимировна хочет тебе должность конструктора по оснастке предложить. Раньше там почти два десятка человек работало... Но сейчас, увы, никого. Как Михаил Никитич на пенсию окончательно ушел, так и все на том. А вот и наш инженерный корпус...

Старое краснокирпичное здание производило не самое лучшее впечатление... Впрочем, после ржавого крана аккурат напротив проходной все остальное уже казалось не таким уж и страшным... Можно сказать, вписывалось в первое впечатление от завода.

Они дошли до лестницы на второй этаж, где буквально нос к носу столкнулись с женщиной примерно тех же шестидесяти или немногим меньше того лет.

- Здравствуйте! А я как раз к вам шла! - Обратилась начальница 'кадров'.

- Сейчас только до... Анатолия Андреевича дойду, - коротко бросила. - А вы ко мне на собеседование?

- Да, - первой ответила Анька.

- Я минут через пятнадцать приду.

Вопреки ожиданиям Аньки, пятнадцать минут оказались именно пятнадцатью минутами - после чего вернувшаяся Ксения Владимировна повела ее в совсем другое крыло здания, где они остановились у массивных дверей с надписью 'Бюро средств технологического оснащения'. Открыв кодовый замок, начальница предложила Аньке войти, и они оказались в большом помещении, заставленном кульманами и рабочими столами, на двух из которых стояли какие-то древние компьютеры. 'ЭЛТэшки!' - откровенно удивилась увиденному Анька. А около них - куча каких-то книг, справочников, черновики чертежей...

- Вот смотри, - начала Ксения Владимировна. - Людей у нас на заводе требуется немало... С инженерами тут вообще все трудно. Нужны конструкторы, технологи, программисты для написания программ на ЧПУ, метрологи... Да что говорить? Много кто нужен. Я начальница бюро мехобработки отдела главного технолога - так у меня половина штата недобор. И это еще современные, 'порезанные', штаты. А на нас целую кучу работы свалили... И непонятно, как это все успеть. Так что я могла бы тебе и к нам предложить, технологом по механике... Однако есть сейчас одно дело, которое даже важнее техпроцессов...

- И что это за дело? - заинтересовалась Анька.

- Разработка оснастки, - вздохнула Ксения Владимировна. - С этим делом у нас не просто плохо... С ним у нас совсем никак. Четыре года уж конструкторов нет.

- Офигеть! - невольно вырвалось у девушки.

- Вот так и 'офигеть'! - ответила начальница. - Так что если не боишься... Приходи сюда и работай. Должны ж тебя были хоть чему-то в политехе научить...

- А компьютеры... Мне что, за этим работать... С трубкой? - растерянно произнесла Анька.

- Ну монитор-то найдем другой... А вот системник новый - тут вряд ли. Можно, конечно, служебку написать, чтобы на следующий год в план закупок включили. Но и то не факт, что купят... В общем, в чем будет заключаться твоя работа? Технологи пишут техпроцесс, если нужна специальная оснастка - выпускают заявку, которая приходит тебе. Ты ее смотришь, идешь в архив, берешь технологию и по ней разрабатываешь нужное приспособление... Или калибр. Или, скажем, стапель на сварку. У сварщиков своих конструкторов и того дольше, чем на механике, нету.

- Совсем никого? - ошарашенно произнесла Анька.

- Совсем, - подтвердила Ксения Владимировна. - Так что думай... Решай, готова ли идти на наш завод. Тем более, нам сейчас как раз новый заказ привалил, так что работы будет много...

- Я попробую... - неуверенно произнесла Анька. - Только... Что с зарплатой?

- Инженер второй категории на руки получает около двадцати четырех тысяч... - словно нехотя произнесла начальница. - Можно на сверхурочки записаться... Их оплачивают вдвойне. Ну и, если нормально работать будешь, через полгода постараюсь тебе первую категорию выбить. А еще через год - ведущего инженера...

- А премии, доплаты, тринадцатая зарплата?

- Какие премии? - грустно усмехнулась Ксения Владимировна. - Я тебе уже вместе с премией назвала. А доплаты... Ну есть у нас за стаж, за совмещение... Могут надбавку назначить. Но это лишь если директор подпишет... Так что, если через год уйдешь на другой завод, я это пойму.

На миг Аньке захотелось бежать отсюда со всех ног... Ну зачем ей понадобился этот завод? Зачем ей понадобилась работа в промышленности? Купить на 'Авито' старенький велик и пойти в другую службу доставки! Или устроиться куда-нибудь в 'Озон' в пункт выдачи... Или... Да мало ли есть вариантов? Но потом вспомнилась Танюха... Представила, как та будет ехидничать... Ну и что, скажет? Где же твоя работа на заводе? Нет уж! Пусть утрется, стерва!

- Я согласна! - решительно заявила Анька.

- Тогда пошли в кадры, заявление напишешь... - ответила Ксения Владимировна. - Тут не ОКБ. Секретности у конструкторов по оснастке нет, так что за пару-тройку дней оформят. Как директор подпишет...

И вот отдел кадров на первом этаже остатков административного корпуса - той его части, что не сдана арендаторам. Старый стол, папка с образцами заявлений, старые советские стулья - и уже знакомая начальница отдела кадров Виктория Николаевна. Взяв со стола лист чистой желтоватой бумаги, Анька пододвинула поближе образец заявления об устройстве на работу и начала писать... 'Генеральному директору АО 'Завод специального машиностроения' Свиньину Г.С. от Любавиной Анны Федоровны'... Написала дату рождения и место жительства, а затем слово 'Заявление'. 'Прошу принять меня на работу на должность...' 'А какую?' - подумала было Анька, но спросить не успела.

- ...инженера-конструктора второй категории в конструкторское бюро средств технологического оснащения отдела главного технолога, - подсказала Виктория Николаевна. - Дальше, ставишь дату с подписью. И вот еще, пиши заявление на ведение трудовой книжки в бумажной форме... Трудовая-то есть хоть?

- Нету, - пожала плечами Анька. - Я ж в доставке работала, неофициально.

- Значит, купишь бланк, - ответила начальница отдела кадров. - Ну и, само собой, в день приема берешь с собой паспорт, СНИЛС, диплом, флюорографию, четыре фотокарточки... Ну военный билет тебе не нужен, медсправка тоже. Как я тебе позвоню и скажу, что заявление подписали - значит, на следующий день приходишь сюда. Не с самого утра, когда совещания у всех, а часам к девяти-десяти. Ну а пока можешь идти домой. Временный пропуск оставишь на проходной.

Глава 10.

Рабочий день начался со звонка от нормировщиков:

- Здравствуйте! Мне бы Максимову!

- Вер, тебя, - сказала Ксения Владимировна, и девушка сняла трубку со стоящего рядом телефона.

- Да, слушаю!

- Это Петренко из БТЗ, - послышался женский голос из трубки. - Пришел мне тут ваш техпроцесс на третий редуктор, деталь Р3.05.11. Не, технология-то красиво расписана. Но вы хоть представляете, сколько оно будет стоит? Четыре токарных операции! Две шлифовальных! Две координатно-расточных! Да это зубчатое колесо золотым будет!

- Я пишу техпроцессы так, как положено, - ответила Вера. - Так, чтобы можно было обеспечить требуемую точность...

- Точность! - фыркнула Петренко. - Мы девушка, не в Советском Союзе живем! Что, нельзя было двумя токарными обойтись? Да и торцы детали зачем шлифовать?

- А вы допуски на биения смотрели? А шероховатость?

- Смотрела! - ответила нормировщица. - Почему-то вон ваша Фоменко обходилась без всего этого...

- А потом получали брак! - жестко ответила Вера. - Сколько деталей на девятнадцатый редуктор в брак ушло? Будем потом, когда уж цена посчитана, техпроцессы переписывать и трудоемкость увеличивать?

Петренко хотела было что-то еще возразить, но при последних словах резко умолкла. Еще бы! Увеличение трудоемкости - кошмар для производства! Технология пронормирована, цена посчитана, все согласовано с заказчиком. И тут вдруг такое: 'а мы не укладываемся в цену!' Это снижение трудоемкости всегда легко прокатывает, а увеличить... Это целая история! И не всегда с хорошим концом.

- Хорошо! - заявила Петренко. - Я пронормирую техпроцесс как есть! Но с экономистами пусть потом ваше начальство само объясняется!

На том нормировщица положила трубку, однако 'веселье' на этом не закончилось. 'Трррр!' - вскоре опять зазвонил телефон... И это вновь искали ее...

- Да, слушаю! - взяла трубку своего аппарата Вера.

- Зайди ко мне на пять минут, - послышался в трубке голос Алкоголича.

Встав из-за стола, Вера дошла до располагавшегося почти в другом конце этажа кабинета главного технолога и зашла внутрь, где уже собралось целое совещание. Сам 'Толик-алкоголик', как звали его в 90-е на работе. Мужчина лет семидесяти, в котором Вера лишь с большим трудом узнала Антона Краснова - когда-то простого конструктора из КБ по гражданской продукции, а нынче главного конструктора всего завода 'Спецмаш'. Уже хорошо знакомая Катя Рыбакова. И еще пара совсем уж неизвестных ей лиц.

- Проходи, Вер, - коротко сказал ей Алкоголич. - Вот смотри, зачем я тебя позвал. Ксения Владимировна говорит, что поручила тебе заниматься зубчатыми колесами, и у тебя это хорошо получается...

- Ну да, мне поручили, - согласилась Вера.

- Тогда и это дело тебе, - сказал Алкоголич. - Мы запросили на Урале комплект КД на оснастку по второму и третьему редукторам. Вот сегодня они прислали нам первую часть... Пока только на механику. Надо посмотреть, подходит ли она к нашему оборудованию, и, если да, выпускать под нашими номерами и быстрее отправлять в семнадцатый цех на изготовление. Если ж нет... Ну Ксения Владимировна скоро на собеседование с одной девочкой пойдет... Если та согласится, то как выйдет на работу - займется ее переработкой под наши требования.

- Хорошо, - кивнула в ответ Вера. - Где сама документация?

- В сети, в моей папке, - ответил Алкоголич. - Называется 'Оснастка на редуктора'. Открывай и смотри.

Вернувшись на свое рабочее место, Вера уже почти привычно зашла в сеть, нашла личную папку Алкоголича, а в ней - папка с чертежами. И, скопировав их на свой компьютер, начала изучать. Ну, в общем, все понятно... Открыть скинутые в электронном виде чертежи, записать, что на какую деталь идет... А затем думать над тем, нужно оно или нет. Тем более, вскоре оказалось, что оснастка тут не только на второй и третий редуктор, а на всю ту пятерку, из которой им предлагали выбрать 'хотя бы пару' для изготовления... Вот, например, червячная фреза под пятый редуктор. И что толку с нее? Никакого совершенно! Ибо этот редуктор они не делают. А вон - червячная фреза на второй редуктор. И вот она-то как раз нужна! Так что, отпечатав чертеж на черновике, Вера отложила его в сторону, где уже начала складывать то, что понадобится. А вот - зубофрезерная оправка под деталь Р3.05.11. Но что с нее толку? Эту деталь Вера отдала на долбяк - так что не подходит. Или вон оправка... Эта, казалось бы, и нужна была бы. Но зачем, если они с зуборезчиком на пару уже подобрали другую, из ранее изготовленного? А вон - оправка на зубострогальный станок под коническую шестерню. Вот только модель станка не сходится! Надо проверять размеры посадочного конуса, сходится ли. А вон эта оправка на круглую шлифовку - она в самый раз. Подойдет. И вон тот кондуктор тоже подходит... Можно обойтись без координатки, значит. Так один за другим Вера и складывала в стопки листы с чертежами. Что подходит, что требует доработки. А что не нужно - то и печатать незачем. С некоторым удивлением Вера смотрела на явно древние, со старыми допусками и классами чистоты поверхности, чертежи. И хоть обозначения и фамилии разработчиков вместе с датами на чертежах 'затерли', но этого и не требовалось для понимания. И ведь эти обозначения казались словно даже более близкими и родными... Когда она училась в автодорожном институте, когда только пришла работать на завод - никаких других еще не было. Все эти квалитеты с шероховатостями - они появились позже, в конце 70-х... Когда она уж более десяти лет отработала на заводе. Впрочем, мало ли таких чертежей до сих пор в работе на самых разных заводах? Вот и на том заводе на Урале они, видимо, используются. И, может, эти оправки и вовсе разработаны задолго до появления самих этих редукторов и прежде использовались на других деталях...

- Ну что там с оснасткой? - вернувшись с собеседования, спросила у нее Ксения Владимировна.

- Ну кое-что полезное есть, - ответила Вера. - Вон кондуктор, например... Можно уйти от координатно-расточной операции на сверловку. Или вот оправка шлифовальная... У нас-то подходящего диаметра и длины нету. Про червячную фрезу я уж и не говорю, без нее второй редуктор нам не сделать.

- Фреза, - поморщилась начальница. - Мы ни калить быстрорез не можем, ни отшлифовать ее... Придется на аутсорс отдавать на термичку с резьбошлифовкой... Пожалуй, ее прямо сейчас запускай в работу. Пока еще там все сделают... Остальное, из того, что нужно, выпускай по мере написания техпроцессы на те детали, куда эта оснастка идет.

- Хорошо, - кивнула в ответ Вера. - Извещение чьими исходящими выпускать?

- Пиши нашими! КБ по оснастке у нас все равно можно считать, что нет. А так хоть знать будут, к кому с вопросами обращаться.

- Хорошо, - кивнула Вера.

Уже почти привычно отправила файл на печать в формате А3, а затем забрала его и пошла в КБ по оснастке - взять следующий номер оснастки. И вот уж она снова в пустующем помещении среди старых кульманов и сборников стандартов... И где тут искать нужную ей книгу регистрации металлорежущего инструмента? Вроде, где-то там вон, в шкафу, они были... Только это было тридцать лет назад! В ее прошлой жизни, когда она иногда приходила к конструкторам...

Подойдя к шкафу, Вера открыла его - и перед ее глазами предстала целая куча толстых книг. Вот они, журналы регистрации! Каждый из которых - отдельная категория инструмента. Вот здесь вписаны калибры, здесь станочная оснастка, здесь - сборочная... Везде свой индекс, своя нумерация. Но вот, кажется, и то, что ей нужно! Папка с металлорежущим инструментом. Индекс Р, от слова 'режущий'. Теперь найти страницу с зуборезным инструментом - и вот оно... Специальные червячные фрезы, долбяки, зубострогальные резцы... Множество обозначений, напротив которых стоит название инструмента и обозначение детали, на которую он идет. Все то, что нужно было для изготовления нестандартных зубчатых колес. Вот, например, Р-07.0016 - специальная червячная фреза на странный модуль 1,29. А вот - долбяк с модулем 2 и углом профиля 27 градусов... Непонятно, кому и зачем такие понадобились, но это не ее вопрос... Ее, как технолога, задача - в том, чтобы изготовить деталь согласно конструкторской документации.

Но вот и конец списка, и Вера вписала в него следующий номер... 'Р-07.0106 - фреза червячная чистовая, М=3, Z=2, ZN1'. И вписала применяемость: 'Р2.06.12'. Все, можно возвращаться на свое рабочее место... И вот она снова в бюро 'механиков'... Взяв толстую книгу регистрации исходящей документации, Вера вписала в нее следующий номер, а затем принялась писать извещение. Номер, деталь, изделие, кому рассылать... При последнем она ехидно усмехнулась - ведь одним из 'адресатов' при выпуске извещения на оснастку должна была быть она сама. Как технолог по механике, кто должен вписать в технологию обозначение инструмента. Сейчас необходимости в том не было... Так что в качестве адресата рассылки Вера указала лишь семнадцатый цех. Причина изменения... 'Введение новых технологических процессов', код четырнадцать по ГОСТу. И, наконец, самое главное. 'Выпущен чертеж: Р-07.0106. Фреза червячная'.

Отпечатав извещение, Вера поставила свою подпись, а затем приступила к чертежу. Аккуратно, черной ручкой, вписать обозначение фрезы в пустую строку на чертеже - свое-то обозначение уральцы стерли. И вот все, готово! Можно класть на стол начальнице... Лишь напоследок бросила взгляд на материал фрезы... Сталь Р9К5 ГОСТ 19265-73... Никогда прежде не сталкивалась! Раньше у них на заводе обычно из Р18 все делали... И, немного подумав, Вера дописала ее в качестве материала-заменителя. Сталь Р18 ГОСТ 19265-73. Все, готово! Можно класть начальнице на стол и приступать к дальнейшему просмотру присланных чертежей...

- Скоро к нам в бюро оснастки конструкторша новая придет, - произнесла, просмотрев и подписав извещение, Ксения Владимировна. - Будет сама всю эту оснастку регистрировать и извещения рассылать.

- Хорошо бы, - согласилась Вера.

С остальной оснасткой она решила разбираться потом. Пока же лишь составит список - что на какую деталь применяется, чтобы общее представление составить. И уж потом, как и говорилось, по мере написания техпроцесса выпускать и документацию на оснастку. Если, конечно, эта оснастка нужна будет.

- А как эту конструкторшу зовут хоть? - вдруг спросила Вера.

- Анна... Любимова что ли? - неуверенно произнесла начальница.

- Любавина?

- Да, Любавина, - согласилась начальница. - А что, знаешь ее?

- Мы с ней вместе квартиру снимаем... Одну на троих, - вздохнула Вера.

- На троих? - удивилась сидевшая Ирка. - Вы там что, друг на дружку спать укладываетесь?

- Понятно, - кивнула начальница. - И что про эту Анну скажешь?

- Да я даже и не знаю... - честно призналась Вера.

Со своей стороны 'не видела' она ее в качестве инженера на заводе... Но вдруг ошибается? Хотелось бы верить в это... Все ж без конструкторов им и впрямь полная жопа. Однако дальнейший разговор прервало появление Кати Рыбаковой из ОКБ.

- Здравствуйте, Ксения Владимировна! - обратилась она к начальнице бюро. - Подпишите техконтроль на сборочный вариант сто шестидесятого рычага на 'ноль сорок шестой'? 'Домучала' его наконец-то Маринка, чертеж выпустила...

- Это на тот, где мы просили заменить литье на сварку из листовых деталей? - спросила начальница бюро.

- Ага, он самый...

- Ну давай, посмотрю... - взяла чертежи Ксения Владимировна. С пару минут она листала чертежи туда-сюда, пару раз неопределенно хмыкнула, а затем вновь вернулась к сборочному чертежу. - Значит, режем гидрорезкой три детали, фрезеруем фаски под сварку, свариваем, отжигаем, еще раз фрезеруем... Сталь 30ХГСА... Ну меня все устраивает. Пусть Антипова еще посмотрит со своей стороны, а по механике у меня вопросов нет. Наконец-то хоть от этого литья уйдем, вечно с ним проблемы... Как свой цех закрыли, так постоянно с этими кронштейнами мучаемся. Только приспособление на сварку надо будет...

- Я выпущу карточку, - ответила Катя. - Укажу, что требуются приспособления на сварку и механику...

- Хорошо, - согласилась начальница бюро. - Только подпишет ли заказчик их изготовление? Вон, скажет, на Сармаше льют без вопросов...

- Не знаю, - ответила Катя. - Может, экономисты подпишут... Должны ж они понимать, что это выгоднее, чем на стороне литье заказывать?

Забрав подписанные чертежи, конструкторша свернула их в трубку, а затем положила на стол другой лист:

- Тут с Урала прислали эскиз на сборочный вариант корпуса третьего редуктора. Показали, по каким линиям допускается его располовинить.

- Это на наш запрос о возможности изготовления из листа вместо отливок?

- Да, - согласилась Катя. - Мы должны выбрать наиболее устраивающий нас вариант.

- Это тебе с Василием советоваться нужно, - заметила начальница. - Вась, подойди. Тут к тебе по корпусам вопросы.

Встав с места, мужчина подошел к столу начальницы и принялся разглядывать получившиеся варианты. Ради интереса посмотреть на предложение уральцев решила и Вера... И что сказать? Да, они согласовали изготовление корпусов из листового металла вместо литья. Сталь 35ХГЛ меняем на 30ХГСА - и начинаем делать из нее этот проклятый корпус. Отрезаем заготовку гидрорезкой, фрезеруем внутреннюю полость, фрезеруем снаружи, потом собираем из двух-трех частей целый корпус, соединяем на винты, штифтуем, проводим совместную мехобработку... Вариант вполне себе рабочий, с этим Вера не спорила. Но все равно это было извращением... Столько металла перевести в стружку!

- Значит, они хотят знать, по какой линии мы предлагаем 'резать' редуктор? - спросил Василий. - Ну, если лично про меня говорить, то я бы выбрал второй вариант, - ткнул пальцем в показанные на чертеже линии разреза пальцем Василий. - Так хоть фрезеровки меньше будет... Две крышки, центральная часть... Большую часть металла сразу гидрорезкой вырежем. Крышки вообще минимум обработки потребуют... А если пополам... Тут же все эти внутренние полости на ЧПУ фрезеровать придется!

- Тогда я отпишу им про этот вариант, - ответила Катя. - Пусть делают и присылают рабочие чертежи.

Забрав документы, конструкторша пошла к себе в отдел, а Вера вновь занялась написанием технологии. И решила взяться за следующую шестерню... Дописать-таки четвертую технологию и приступить к пятой. Но тут вновь зазвонил телефон на столе у начальницы - и, перебросившись несколькими словами, она положила трубку и обратилась к Вере:

- Тебя Вика из инструменталки спрашивает. Иди к ним...

- А что за вопрос?

- Да по стендам, - ответила Ксения Владимировна. - Инструменталку сама найдешь?

- Найду, - согласилась Вера. Бывала она там не раз еще в прошлой жизни, так что не заблудится уж и сейчас.

Встав со своего места, Вера пошла практически на другой конец завода... Вышла на улицу и пошла в ту сторону, где раньше был четырнадцатый цех, что нынче стал торговым центром... Сложенное из железобетонных блоков здание семнадцатого цеха находилось прямо напротив. Когда-то их отделяли друг от друга лишь проезд и газон, но на месте второго сейчас стоял забор - ТЦ 'Весенний' надежно отгородился им от заводской территории... На входе в цех - все те же самые въездные ворота с трафаретной надписью 'ЦЕХ 17'. Открыв дверь, Вера зашла внутрь - и оказалась в пустынном здании инструментального цеха... Когда-то здесь работали более трех сотен человек. Сейчас же, по словам Ксении Владимировны, осталось человек пять или около того рабочих... Дойдя до комнаты цехового техбюро, Вера вошла внутрь, где сидела одна женщина лет шестидесяти.

- Здравствуйте, - поздоровалась Вера. - Ксения Владимировна просила меня сюда зайти...

- А, так это вы - Вера? - бросила на нее недоверчивый взгляд технолог инструментального цеха. - Ну здравствуй. Я-то думала, что вы постарше будете... Я Виктория Михайловна, технолог здешний... Последний технолог, - хмыкнула она.

- Вы по стенду К-07.0273 хотели что-то узнать?

- А про что же еще? - пожала плечами технолог. - Вот сама смотри. Притащили нам прямо с самого утра их на участок. Посмотрела я - на первый взгляд у одного стенда не хватает семи деталей, у другого - двенадцати. В основном-то там мелочь, но... Есть и кое-что 'интересное'. Вот, например, - показала на чертеж какого-то кронштейна Виктория.

- И в чем вопрос? - посмотрев на чертеж, спросила Вера.

- Да во всем! Сама посмотри - тут литье. Сталь 40ХЛ. А где у нас литейный цех? Нету его. Меняем на 30ХГСА? И без литейных радиусов делаем, заменяем на фаски.

- Хорошо, - бросив взгляд на чертеж, согласилась Вера. - Делайте из куска.

- Теперь вот деталь... 'Втулка направляющая'. Сталь ХВГ, закалка HRC 56...64. Вот только я такой стали у нас на заводе лет двадцать уж не видела. Не закупают! Пишу 40Х и твердость HRC 46...50 единиц?

- Износится быстрее... - задумчиво произнесла Вера. - Может, тогда уж 9ХС взять?

- А где у нас 9ХС на заводе? - грустно усмехнулась технолог. - Сразу добавлю, что и У8 у нас дефицит... Последний раза года три назад завозили, да и то - мелочевка на просечки да на кондукторные втулки... Самое большее, если правильно помню, на двадцать миллиметров круг был. Так что предлагаю все же 40Х использовать, она хоть не в дефиците. Ну сделаем по паре втулок, запас был чтобы... Все проще будет, чем нормальную сталь допроситься.

- Хорошо! - вынужденно согласилась Вера. - Давайте тогда свою 40Х... Раз уж больше ничего путного на заводе нету.

- Ну и раз уж речь о втулке зашла, то и вот этот шток тоже предлагаю ХВГ на 40Х заменить, - продолжила технолог инструментального цеха. - Они же как раз в паре работают...

И опять пришлось согласиться на очередное 'ухудшение' конструкции... После чего Виктория Михайловна перешла к тем деталям, что требовались для ремонта второго, ржавого, стенда. И тут, помимо отсутствия тех же самых деталей, добавились и неисправности. Треснутая чугунная направляющая, где решили заменить чугун СЧ25 на сталь 30ХГСА с объемной закалкой. Шпиндель одной из бабок с сорванной напрочь резьбой и разбитым шпоночным пазом. Отсутствующий маховик, где чугунное литье пришлось заменить сварной конструкцией... И это лишь из виденного снаружи - ведь стенд еще не разбирали...

- И еще мне нужны чертежи на стандартные детали... - наконец, сказала Виктория Михайловна.

- На какие детали? - не поняла Вера.

- Винты, штифты, шпильки, рукоятки... Раньше-то был у нас в цеху свой конструктор, слепыши заполнял, а теперь некому стало. Должность-то его еще лет десять назад 'оптимизировали'... А ведь весь этот крепеж тоже точить надо. А уж рукоятки... Даже не знаю, найдут ли у нас еще прессформы под них. Так что из текстолита, наверное, точить придется.

- А как же вы потом работали? - удивилась Вера.

- Да как? Из КБ по оснастке присылали чертежи вместе с остальной документацией.

- Ну да... В КБ по оснастке целая куча их лежит, на светокопиях еще, - вдруг вспомнила Вера. - Вписывай размеры да отдавай в работу...

- Я их заполнять не буду, - решительно мотнула головой Виктория Михайловна. - Тут и так работы полно... Еще и с чертежами винтов мне некогда возиться. Так что пусть Ксения уж тогда из ваших кого посадит...

- Хорошо, - сказала Вера. - Я скопирую спецификацию и спрошу у Ксении Владимировны на счет чертежей.

Вернувшись в ОГТ, она сказала о результатах 'похода' в инструментальный цех.

- Вот как, значит? - усмехнулась начальница. - Ну Вика - она с характером женщина... Чужую работу ее делать не заставишь, тем более, что она единственным технологом на весь семнадцатый цех осталась. Так что придется нам заняться... Ирке вон спецификацию дай, пусть нарисует чертежи и отнесет в инструменталку. ГОСТы уж сама найдет в интернете...

Опять сходив в архив, Вера скопировала спецификацию на стенд К-07.0273 и глянула на весьма приличный список стандартных изделий. И чего из этого добра не хватает, что надо изготавливать заново, а что есть на стенде? Да пофиг! Пусть тут уж Ирка звонит в семнадцатый цех и спрашивает, на какие позиции чертежи нужны. Так что, передав 'соседке' поручение начальницы бюро, Вера вернулась к своей работе, не обращая внимания на недовольное ворчание Ирки. Техпроцессы на шестерни, в конце концов, за нее никто другой не напишет... Ну либо Ирка напишет такую же фигню, как на 022 шестерню из девятнадцатого редуктора по тридцать третьему заказу. Все 'на отвяжись', выкинув нафиг шлифовку и неправильно задав базы для зуборезки...

Глава 11.

В четвертом часу вечера внезапно пиликнул телефон, и Вера уже привычно глянула входящие сообщения. 'Сбер' прислал уведомление о зачислении зарплаты. 15240 рублей пришли ей на счет... Сущие копейки по меркам этого времени, как уже успела узнать Вера... 24040 рублей 'на руки', если сложить вместе с полученным еще 'прежней' Веркой авансом. А уж если считать, что 'минималкой' нынче считались 22440 рублей, что за вычетом подоходного дает чуть больше девятнадцати с половиной тысяч... Меньше пяти тысяч разница. Было б смешно, если б не было грустно. На 'Сармаше' вон, говорят, зарплата у технологов этак раза в два больше. Эх, где ж тот 'Спецмаш', каким она помнила его по советским временам? Один из крупнейших заводов Сарыньтавска, двенадцать тысяч работников, огромные объемы производства, одни из самых высоких по всей области зарплаты... И где теперь все это? Торговые центры и склады вместо многих цехов, руины, заброшенные площади, давно устаревшее, а зачастую и неисправное, оборудование. Где все то, что создавалось трудом тысяч советских людей долгие десятилетия?

Невольно вспомнился и 'Толик-Алкоголик'. Когда-то простой цеховой технолог, что нынче стал 'Алкоголичем' - аж главным технологом всего завода. Генка Свиньин... Папаша которого когда-то был депутатом в областном правительстве, а сам он еще в середине 90-х 'прославился' пьянками с дружками и любовью к 'девочкам легкого поведения'. И вот тот же Генка Свиньин - директор завода! И это еще никто явно не знает, что именно он тогда, тридцать лет назад, сбил на тротуаре и оставил умирать Васильеву Ольгу Ивановну, тогдашнюю начальницу бюро технологов по механике завода. То есть, саму ее, Веру, в прошлой жизни...

'Ничего, еще посмотрим, кто кого!' - со злостью засунув телефон обратно в карман, подумала Вера. Она не знала, как так вышло, что ее сознание перенеслось на три десятка лет в будущее в тело этой Верки. Но она прекрасно знала, что будет делать дальше. Она выведет на чистую воду и Свиньина, и всех его дружков! Лишь соберет для этого самые что ни на есть железобетонные доказательства. А пока... Пока на ней два танковых редуктора и 'Муха', этот проклятый УАЗик с пулеметами и автоматической системой наведения, что повесило на их завод высокое начальство. И она должна сделать так, чтобы эта 'Муха' пошла в серию с минимальным отклонением от поставленных сроков...

Вернувшись к работе, она продолжила писать технологию. Операция 125, зубофрезерная. Станок ЗФ-01. Прикрепить операционный эскиз со схемой базирования и табличкой параметров. И теперь расписываем... Переход один... Установить деталь, закрепить. Оправка С-07.0822. Из ранее разработанного для одной из шестерен с шестого редуктора 'ноль сорок шестой' машины. Того самого, что нынче вообще делает для них 'Сармаш'. Переход два. Фрезеровать зубья, выдерживая размер по нормали... Теперь вставить из базы обозначение червячной фрезы по ГОСТу 9324-80. Ввести номер оправки под фрезу по СТП 17-54. Древний стандарт предприятия до сих пор действовал и применялся на практике. Добавить измерительный инструмент - зубомерный микрометр МЗ-75 ГОСТ 6507-90. Переход три. Снять деталь. Операция 130. Слесарная. Зачистить заусенцы после зубофрезерной операции, притупить острые кромки.

А теперь - 'самое интересное'. Технический контроль! Операция 135. Переход один. Проверить шероховатость поверхности и отсутствие заусенцев. Переход два. Проверить число зубьев. 'Отсчетом'. Переход три. Проверить размер по нормали. Инструмент - тот же зубомерный микрометр. Переход четыре. Погрешность направления зуба. Инструмент - микроскоп инструментальный ИМЦ 150х50 А ГОСТ 8074-82. Переход пять. Погрешность окружного шага. Вставить вариант 'обеспечивается оборудованием'. Здесь не шестерни каждый раз меряют, а раз в год метрологи проводят аттестацию станка. Ну должны проводить, точнее сказать. Переход шесть. Проверить погрешность профиля зуба. И выбрать 'обеспечивается инструментом'. Тут те же самые метрологи должны проверять профиль зуба фрезы... Только проверяют ли? В этом Вера сильно сомневалась. И, наконец, переход семь. Проверить колебание межосевого расстояния. Инструмент - межцентромер МЦ-320М, а к нему - оправка под шестерню. К-07.0615.

Закончив расписывать техконтроль, Вера бросила взгляд на часы. Пятнадцать минут до конца рабочего дня! Как раз успеет нарисовать эскиз под проволочно-вырезную операцию на шпоночный паз - и пора домой собираться. Окинула взглядом комнату... Кто-то работал, писал техпроцессы. Даже начальница их была занята тем же самым. Ирка зевала и лениво помешивала сахар в кружке чая... В герои труда попасть она явно не стремилась. И так уж 'перетрудилась' же сегодня - листов пять чертежей на винты со штифтами напечатала! Аж минут сорок на это потратила! А сейчас, явно ничуть не торопясь, писала технологию на какой-то фланец - точнее говоря, уже с час вырисовывала эскиз на первую токарную операцию. Это где вся задача - подрезать торец да проточить по наружке базу под вторую токарную.

Размешав сахар, Ирка отхлебнула чай, закусив печенькой. Отодвинула подальше от себя чертеж детали и лениво потянулась...

- Ну все, пора гоу хоум, - вслух заявила она. - Что-то у меня сегодня и так передоз работы... В семнадцатый цех вон еще бегать пришлось. Рысенко что, сама не могла эти болты нарисовать?

- Вика - это Вика, - усмехнулась в ответ начальница. - Ее чужую работу делать даже сам Свиньин не заставит. Скорее кинет на стол заявление и скажет, что 'пошла я на пенсию'. И тогда мы останемся вообще без технолога инструментального цеха - и тогда уж будем сами техпроцессы на изготовление оснастки писать.

- Почему мы должны чужую работу делать? - огрызнулась Ирка, одновременно закрывая окно Вертикали. - У них там конструктора нет, а нам рисовать? И все это за зарплату технолога второй категории?

- Не должны, - согласилась Ксения Владимировна. - Но если мы не нарисуем, то болты из ниоткуда не появятся. И претензии будут к нам, к ОГТ. Вам, мол, стенд нужен? А почему тогда не обеспечили его ремонт, не предоставили полный комплект КД? И как думаешь, кого Алкоголич виноватым назначит?

Ирка на это так ничего и не ответила. Лишь вошла в меню 'Пуск' и щелкнула кнопку выключения компьютера, а затем стала допивать чай с печеньями. До конца рабочего дня оставалось еще десять минут, но что-либо делать она уж явно не желала. А вот Вера все же доделала эскиз на вырезание шпоночного паза. 'Все, теперь и впрямь пора домой собираться', - бросив взгляд на уже выскочившую за дверь Ирку, подумала она и стала собираться домой... Выключив компьютер, встала из-за стола и, распрощавшись, пошла на выход.

На выходе из инженерного корпуса неожиданно столкнулась с Катькой Рыбаковой, и до проходной они дошли вместе, говоря про танковые редукторы...

- Хочешь прикол? - усмехнулась Катя.

- Какой?

- Ну мы отправили уральцам, какой нас вариант с редуктором устраивает. И знаешь, что они ответили?

- И что?

- А сами, говорят, рисуйте! А потом нам на согласование чертеж сборочного варианта пришлете!

- Это как так? - аж офигела Вера. - Это же не наша КД, какое мы имеем право изменения вносить?

- А вот так! - усмехнулась Катя. - Формально-то чертеж - вон он, литейный вариант. А что мы заменяем - так то все технологические детали! Они лишь пришлют письмо о том, что согласны на такое исполнение.

- Нормально так... - удивилась Вера. - И что теперь делать собираетесь?

- А что тут сделаешь? Краснов мне рисовать дал. Больше, говорит, у нас это никто не сделает. Делай, мол, как технологи согласовали - корпус и две крышки. Ну и посмотреть, где можно приливы под крепеж добавить.

- Тебе же и с 'Мухой' проблем хватает? - удивилась Вера.

- 'Муха'-то - это 'Муха'. А вот эти танковые редуктора сказали в первую очередь делать. Тем более, там таких-то проблем нет... Конструкция все же отработанная, не первый десяток лет делается. Только не справляются сейчас уральцы с объемами... У них же там тоже далеко не те мощности, что при Союзе были. Тоже людей, оборудования не хватает, вот и ищут по всей России, кто чего сделать может... Так что сижу вон теперь. Трехмерку в Компасе рисую... А потом уж за 'Муху' примусь... Там такая мура, что без поллитры не разберешься! - хмыкнула Катя. - Такие чертежики-то 'веселые'! Начала было первый узел по ней в трехмерке делать... И не сходится! Словно в один чертеж изменения внесли, а в другой забыли. Или и вовсе 'по месту напильником' подгоняли на опытном образце...

- То есть, на 'Муху' у нас не КД, а дерьмо?

- Так и есть... И это я еще даже не заглядывала в те редуктора, что на нее идут. Меня вон Краснов уж 'обрадовал' сегодня. Говорит, никто не берется их делать... Ссылаются на высокую загрузку.

- Да, я слышала уже, - согласилась Вера.

- Ну вот... И знаешь, Вер, что самое паршивое? - когда они уже стояли в очереди на проходной, сказала Катя. - А что я на сельхозе училась... Сельхозмашины разрабатывать. А тут - 'оборонка'... Совсем иные требования, иные допуски. Вся эта 'коничка', червячные передачи... Я даже проверить документацию на них не смогу! Разве что по габаритам чтобы все сходилось... Да по 'Компасу' глянуть, сойдутся ли параметры у этих чертовых передач. Но если эти редуктора не обеспечат точность наведения - это лишь при сборке, а то и на испытаниях, вскроется.

- А Краснов? Он же главный конструктор? Он что про это думает? - спросила Вера.

- Ну он-то тоже сейчас чертежи на 'Муху' просматривает... Уже целый список ошибок составил, 'москвичам' отсылать будет... Но до редукторов тоже не дошел еще. Это ж только сегодня главный инженер 'обрадовал', что нам их самим делать придется... Но ведь и Краснов тоже не расчетчик. А расчетчиков у нас на заводе и вовсе нет нынче. Кто помер, кто на пенсию ушел, а новых набрать так и не смогли.

С проходной они вышли молча, и Вера успела краем глаза заметить, что Ирка опять уехала с работы с парнем на мотоцикле без номеров. Как и в прошлый раз, даже не надев шлем.

- Как же она меня бесит! - заметив, куда смотрит Вера, произнесла Катя. - Зачем такие вообще на завод работать приходят? Второй год работает, а в техпроцессах - косяк на косяке... Рабочие с мастерами только матерятся, когда ее фамилию в технологии видят.

- Я уж тоже столкнулась, - вспомнив историю с шестернями на девятнадцатый редуктор, ответила Вера. - В чертеже база одна, а в зубофрезерной операции другая. А потом на сборке клинит...

- Ей ничего, кроме мотоциклов, не интересно, - усмехнулась Катя. - Я как-то к ней в ВК на страничку зашла... Так там сплошь одни фотки на байках. И сама прям крутая такая... Байкерша, блин! На сраной козе не подъедешь!

Вскоре они расстались. Катя пошла на остановку электрички, ее ждала дорога в родной поселок. А Вера пошла домой. Зашла в пару магазинов, что в этом времени прозвали непривычным словом 'супермаркет', закупилась 'с получки' продуктами и кое-какими хозтоварами. Только самым необходимым на первое время - деньги явно стоило беречь. Но дойти до дома не успела, наткнувшись на того самого амбала, которого хорошенько лягнула, когда только-только очнулась в этом времени.

- Верк, да хорош обижаться! - преградил ей дорогу он.

- Уйди! - коротко бросила она, и в голосе лязгнула сталь бывшей начальницы бюро технологов по мехобработке Васильевой Ольги Ивановны, отчего паренек даже несколько растерялся. - А то опять тресну!

- Верк, ну ты чо? - совершенно не ожидая от нее такого, отступил тот в сторону. - Ну да, трахнул я эту Машку! Но ты ж сама виновата! Три месяца меня динамила!

Откровенно говоря, она понятия не имела, что там у 'прежней' Верки было такого с этим явно не обремененным интеллектом индивидуумом. Да и плевать она на это хотела. Ведь она - не та, прошлая, Верка. Та, видимо, умерла в том проулке, ударившись головой об асфальт, а в ее тело вселилось ее сознание. Васильевой Ольги. А потому все прошлые обещания и слова Верки, даже если таковые и имелись, теперь не имели ровным счетом никакого значения. Теперь это была ее, а не Верки, жизнь.

- Ну ты не можешь так! - растерянно пробормотал паренек. - Ты ж еще в институте клялась, что любишь меня!

- Прошла любовь, завяли помидоры! - огрызнулась Вера. - К Машке своей топай!

- Ты какая-то другая стала... - растерянно пробормотал амбал.

- Уж какая есть! - коротко ответила она.

Тратить нервы на общение с 'бывшим' ее тела Вера совершенно не горела желанием. Пусть даже сегодня тот был абсолютно трезвым и руки с ногами в ход пускать не пытался. Бросив на него последний, уничтожающий взгляд, она пошла дальше домой, а паренек остался стоять в растерянности. 'Такую' Веру увидеть он явно не ожидал. Но она и не собиралась ни под кого подстраиваться. Пусть принимают как есть. Или идут нафиг.

Добравшись до дома, уже привычно поднялась на свой этаж и вошла в квартиру... Выложила в холодильник продукты. Умылась, переоделась. Поставила на плиту кастрюлю воды под макароны. А сама решила позвонить в деревню Лизке... Найдя в телефонной книжке контакт 'Сеструха', Вера тыкнула пальцем в кнопку вызова, и вот спустя несколько секунд пошли гудки... И вскоре телефон ответил испуганным голосом сестры...

- Привет, Верк! - полушепотом произнесла та. - А я все хотела позвонить тебе, да минуты закончились...

- Привет! - ответила Вера. - А ты чего такая напуганная-то?

- Да мамкин хахаль сегодня злой такой притащился... Говорят, надрался да забор у фермера нашего, Степаныча-то, грузовиком снес. Ну тот его домой отправил да сказал, что он теперь сотку ему должен. За ремонт да за то, что ментов не вызвал, а то те прав бы мигом лишили. Вот он к мамке приперся да давай опять бухать! Вот я и сижу сейчас на чердаке сарая...

- И что он сейчас делает? Дерется, буянит?

- Да нет... Пора только орет про то, как его все за... ну, задолбало, в общем. Степаныча всячески матом кроет. Да нажрется, наверное, скоро и уснет, а я уж тогда потихоньку к Томке, у нее переночую. А, может, и не пойду, тута переночую. Я лестницу на чердак затащила, так что не залезет. Даже если захочет вдруг. Да и первый раз что ли?

На миг Вера пожалела, что у нее нет машины. Хотя бы того же 'Москвича-412', что был у них с мужем в прошлой жизни. Прямо сейчас бы поехала и забрала Лизку! А пьяный урод... Если полез бы - огреб бы по первое число. Уж в прошлой жизни силушки ей хватило бы... Но эта 'Верка' - это не Ольга Ивановна. Машины у нее нет. Да и кишка тонка драться с пьяным уродом. А трубой какой по башке треснешь - так потом по судам затаскают. 'Условку' уж тут почти гарантированно получишь. А могут и вовсе посадить... Если какое-нибудь 'причинение тяжких телесных' припишут. И ведь, самое хреновое, в это проклятое Глухово вообще никакой транспорт не ходит! Двадцать километров от трассы по разбитой в хлам дороге... Разве что на велике ехать - вчера в разговоре с Анькой Вера уже успела узнать, что та давала ей велосипед для таких поездок к родным. Сначала на электричке, потом тридцать километров по проселкам да полевым дорожкам... Но сейчас и велика того больше нету. Да и не убежишь на велике.

- Хорошо! - решила Вера. - Сиди пока наверху и не отсвечивай. А утром я тебе перезвоню.

- Хорошо, Верк! Буду как мышка! - коротко ответила девчонка. - Когда уж ты меня заберешь отсюда? Ты же в субботу говорила...

- Говорила, - согласилась Вера. - Но ты же помнишь, что мне сначала надо с жильем вопрос решить, с опекой? Чтобы тебя назад не забрали или в детдом не отправили?

- Помню, - послышался грустный вздох в трубке. - Скорее бы...

- Я постараюсь, - только и смогла ответить Вера. - Ладно, до завтра. Береги заряд мобильника...

- У меня ж кнопочный... - фыркнула Лизка. - Дня на три точно хватит. Ну да давай!

'Надо идти к Алкоголичу и требовать надбавку! - когда Лизка положила трубку, подумала Вера. - Пусть или зарплату повышают.... Или идут нафиг вместе со своим заводом! До Свиньина я уж и так как-нибудь дотянусь!' Нет у нее возможности работать за нищенскую зарплату. Даже ради мести нет. И даже ради гипотетического шанса возродить 'родной завод'...

Закинув в кастрюлю макароны, Вера принялась жарить яичницу. Поставила на плиту сковородку, нарезала кружками сосиски, залила двумя яйцами... На вечер вполне хватит. Вместе с макаронами поесть. И тут на кухню вползла заспанная Анька...

- Ого, как вкусно пахнет, - понюхав воздух, произнесла соседка. - А я и не знала, что ты готовить умеешь... Раньше все пиццу да 'ролтон' ела... Или бутерброды какие. А теперь вон...

- Да вот... Посчитала, что так оно и вкуснее, да и дешевле выходит. А я ж не миллионы получаю...

- Ну да, - поморщилась Анька. - Я вон к вам сегодня на собеседование ходила... Конструктором по оснастке работать предложили. Двадцать четыре на руки...

- Ну как и у меня, - заметила Вера.

- Кстати, а у тебя ж начальницу Ксенией зовут?

- Ну да...

- Вот и я с ней общалась, значит, - заметила Анька. - У нас, говорит, конструкторов по оснастке несколько лет уж нет...

- Сама ж понимаешь... Кто на такие деньги пойдет?

- Только такие дуры, как мы! - фыркнула Анька. - Кого на нормальные заводы не берут... Я ж в прошлом году половину заводов города обошла. Везде конструктора, технологи требуются! Да нигде не берут. С твоими, мол, тройкам только двор мести...

- Ну у меня-то не тройки, - вспомнила тот диплом, что достался ей от 'прошлого тела', Вера. - Там одни четверки почти...

- Так у тебя - 'сельхоз'... - заметила Анька.

- Так ты что, конструктором к нам пойдешь?

- Ага... Написала заявление. Жду теперь, когда подпишут и приходить велят.

- Ну тогда ты скоро увидишь, какие 'шикарные' чертежи делают в 'шибко важном' подмосковном КБ, усмехнулась Вера. - Где ошибок как блох на дворовой собаке... За то, поди, целая толпа 'заслуженных' работает, профессора с академиками! Как тебе, например, задачка - на размере больше метра обеспечить допуск в плюс-минус три десятки на сварке? - вспомнила рассказ Кати девушка.

- Фига себе! - полезли глаза на лоб у Аньки.

- Вот и я о чем... Так, значит, обещали скоро позвонить?

- Ага... Два-три дня, говорят, оформление наймет. Так что буду ждать пока...

- Ну жди, - только и смогла ответить Вера.

Закончив с приготовлением ужина, села есть, но в голову все лез 'денежный вопрос'. Нет, она не испытывала особых родственных чувств в адрес Лизки или кого-то еще из родни 'прежней' Верки, кто еще мог бы объявиться. Для нее, как Ольги Ивановны, 'пришелицы' из прошлого, все они были чужими людьми. Но и бросить все как есть она не могла. Ведь эта Лизка надеялась на Верку, а потому она не имела права обмануть это доверие. Иначе просто саму себя не сможет чувствовать человеком.

Закончив с едой, Вера помыла посуду и вернулась в свою комнату. Пора спать ложиться... Но сон упорно не шел. Все думалось о том, как быть дальше. Да, можно пойти на другой завод. На тот же 'Сармаш'. Она вполне могла бы доказать их главному технологу, что разбирается в технологиях мехобработки. В той же зуборезке, например. Могла бы даже, например, прямо там, быстренько написать техпроцесс на практически любую деталь. И этот техпроцесс с легкостью прошел бы любой контроль... Но официально у нее стаж всего два месяца работы технологом. Станут ли ее хотя бы слушать?

'Станут!' - вдруг подумала Вера. Уж она-то нашла бы то, чем смогла бы заинтересовать любого, кто мало-мальски разбирается в технологиях машиностроения. Да, будут удивляться тому, откуда 'девочка' все это знает. Будут какие-нибудь подозрения... Но подозрения к делу не пришьешь. А для интереса к своей персоне этого хватило бы - так что взяли бы ее. И можно было б забыть про 'Спецмаш', про все эти стенды, что надо ремонтировать, про полузаброшенные цеха, единственного технолога в инструменталке, про нехватку людей и копеечные зарплаты, про Алкоголича с Иркой... 'Как и про Катьку, про зуборезчика Скворцова, - подумала Вера. - Про 'Муху', которую без меня фиг кто сделает. Одной Катьки на все просто не хватит'. Внезапно вспомнилась и Ксенка... Когда-то в прошлой жизни ее, пусть и не самая талантливая, ученица, а ныне - Ксения Владимировна, начальница бюро технологов по механике... Вспомнилась и Виктория Михайловна, технолог инструментального цеха. Тоже ведь когда-то были с ней знакомы! Только тогда она была на двадцать с лишним лет ее моложе... Нет, не может она уйти. Во всяком случае, до тех пор, пока 'Муха' не пошла в серию... Тем более, что если этого не случится, то, скорее всего, и сам завод уж не долго проживет. 'Ноль сорок шестые' уже успешно делает 'Сармаш'. Останется только передать ему оригиналы КД и перестать заказывать те пять машин в год, что еще выпускает 'Спецмаш'. Танковые редуктора? А смогут ли они самостоятельно освоить их производство? А прочая продукция, что еще выпускал завод - и вовсе мелочевка... На ней не проживешь. А, значит, надо идти и бороться за повышение зарплаты... А вариант с увольнением оставить на крайний случай.

Интерлюдия. Ксения.

Выключив компьютер, Павлова Ксения Владимировна взглянула на часы. Девятый час! Но хоть еще один техпроцесс дописала. А сколько их еще предстоит сделать? Хоть по этим редукторам, хоть по 'Мухе'. 'Муха' - это вообще отдельная песня... Сплошь матерная. Хорошо, что хоть Вера на себя зуборезку взяла... Как раз сегодня она проверила очередной ее техпроцесс - и ни единой ошибки! Словно писала не молоденькая девчонка на испытательном сроке, а опытный технолог, кто на зуборезке стаю собак съел. И от этого Ксении становилось как-то даже неуютно... Не отпускало ощущение какой-то неправильности происходящего. А еще эта резкая перемена поведения Веры...

На миг вспомнился момент, когда та пришла на собеседование... По большему счету, Ксения и приняла ее тогда на работу от безысходности. Ведь других технологов найти было просто негде. И первое время она была такой же, как и Ирка Фоменко. Два сапога пара! Не даром и сдружились они быстро. Две лентяйки и раздолбайки, кого каким-то ветром занесло на 'Спецмаш'... Худшие технологи из тех, кого она когда-либо видела. Но такова уж горькая участь их завода... Довольствоваться тем, от чего отказываются другие. И так было во всем. Хоть с людьми, хоть с заказами. Ну да хоть какие-то технологии Верка писала, хотя бы на всякую мелочь. И Ксения махнула рукой. Пусть работает, если так хочет! Хоть малость разгрузит и без того перегруженных работой Василия и Лену со Светой.

И тут вдруг такое! Когда она однажды пришла с совещания и узнала, что Верка с Иркой пошли разбираться с тем, почему не собираются редуктора, она лишь мысленно усмехнулась. 'Нашли повод побездельничать, погулять по заводу вместо работы', - подумала тогда начальница бюро. Но потом сначала ей позвонил Петров, технолог со сборки, и с явным восхищением стал рассказывать, как быстро Вера поняла, в чем дело, и как это надо устранить. 'Вот все бы у вас так работали!' - говорил он. И Ксения даже не поверила своим ушам. А потом пришла сама Вера - и стала рассказывать про выявленную проблему и возможные способы ее решения так, словно всю жизнь занималась зуборезкой. 'Да кто она такая?' - думала Ксения. И решила еще проверить ее. Ты пытаешься показать, что хорошо разбираешься в зуборезке? Ну тогда пиши техпроцессы на зубчатые колеса! И ведь написала... Быстро и... правильно. Ну да, пропустила слесарку после зуборезки и вписала протяжку, которой у них давно нет. Но это так, мелочь... И тогда Ксения поняла, что она перестает понимать происходящее. Особенно когда увидела у себя на столе готовый, отпечатанный техпроцесс, к которому не смог бы прикопаться даже самый въедливый технолог или представитель заказчика.

А потом было еще несколько разговоров про зуборезку... Про изготовление и контроль конических колес, про червячные передачи... И в какой-то момент Ксения стала понимать, что она сама понимает не все из того, что ей говорит ее молоденькая подчиненная. 'Да как так?' - ошарашенно думала она. Она тут сорок лет работает технологом... А она только пришла, а разбирается в зуборезке явно лучше нее. 'Словно я не с молоденькой девочкой разговариваю, а с самой Ольгой Ивановной!' - внезапно подумала Ксения, и сама вздрогнула от такой мысли. Васильева была на их заводе легендой... Начальница бюро технологов с 88-ого года и до середины 90-х, она эту зуборезку знала, казалось, 'от А до Я'. Нет, была еще Катя Васнецова, кому та передавала свои знания, но эта ушла в торговлю еще в 93-м, а Ольга оставалась и дальше... Несмотря ни на что, продолжала тащить на себе всю работу... Пока какой-то урод не задавил ее прямо на тротуаре по дороге домой.

И теперь она смотрела на эту Верку, а словно видела перед собой старую начальницу... А ведь и изменилась как она неделю назад! Сняла накладные ногти, краситься перестала. Одеваться стала куда приличнее даже на взгляд Ксении. И работать стала буквально за двоих, выдавая один за другим техпроцессы на зубчатые колеса, подбирая подходящую для их изготовления оснастку, разбираясь со всеми этими контрольными стендами, которые пришлось искать на заброшенном восьмом складе... А еще вспомнился вечерний звонок нормировщицы, что стала жаловаться на 'слишком много на себя взявшую' технологу. Понарасписала, мол, технологию, а когда она ей звонила - заявила, что ничего менять не собирается.

- Ну хоть вы скажите ей, что по ее технологии детали золотые будут! - возмущалась Петренко. - Нас же экономисты с дерьмом сожрут!

И, казалось бы, сколько раз уж она слышала такие претензии? Сколько раз упрощали техпроцессы в угоду нормировщикам с экономистами? Но сейчас Ксения вновь прокрутила в голове написанные Верой технологии... И решительно отказалась что-либо менять.

- Нормируйте как есть! - жестко отрезала она. - Я сама смотрела и подписала техпроцессы Максимовой. Все правильно она написала.

И Петренко сразу замолкла, явно не ожидая такого отпора. А Ксения вновь вспомнила 90-е... Когда-то она была простым технологом второй категории, работала в техбюро седьмого цеха, но после увольнения той самой Васнецовой Кати ее перевели в ОГТ, одновременно присвоив первую категорию - и она стала работать непосредственно под начальством Ольги Ивановны. Вспомнилось, как та требовала, чтобы во всем была точность, чтобы написанные ими техпроцессы были не 'филькиными грамотами', а документом, руководствуясь которым можно сделать и сдать годную деталь.

А сейчас она разговаривала с этой Верой Максимовой, но казалось, что перед ней стоит ее бывшая наставница... Даже в самой речи Верки вдруг проявились 'васильевские' слова и термины. Которых она не слышала уж почти тридцать лет! И это казалось дико, немыслимо... В иных условиях, наверное, она бы посчитала, что разговаривает с дочерью или внучкой Ольги... Вот только она знала, что это не так. Что эта Вера вообще из какой-то деревни с говорящим названием Глухово, да и по возрасту она в 'дочки' Ольги Ивановны не годилась... Да и знала она ведь и детей ее, и внуков. Но откуда? Откуда, мать вашу, у нее эти знания? Как 'худший технолог' завода в один миг стала лучшей? Неужели все дело в том, что поначалу ей было неинтересно работать, а сейчас вдруг 'увлеклась' зуборезкой? Что ж, если так, то пусть и дальше ей занимается... И, может быть, на их заводе наконец-то появится хоть один технолог, кто будет хорошо разбираться в изготовлении зубчатых колес. Уж сколько они мучились с ними последние годы!

А потом в голову вдруг пришла неожиданная мысль... Инженер-технолог второй категории. Зарплата двадцать четыре 'на руки'. Долго ли Вера станет работать за такие копейки? Или отработает еще с полгода и скажет, что 'я пошла'? Уйдет куда-нибудь на 'Сармаш' или 'Энерготех', как это уже не раз бывало у них на заводе. Сколько уж раз к ним приходили только закончившие ВУЗы парни с девушками - и уходили через год, получив в трудовую запись о работе и стаж, позволяющий перейти на другое предприятие, с более высокими зарплатами? Где гарантия того, что Вера однажды не поступит так же?

Встав из-за стола, Ксения окинула взглядом опустевшее бюро... Все остальные, кто тоже оставался на переработку, ушли еще в семь-восемь - и лишь она сама, начальница, упорно продолжала писать технологию. Выключив свет и заперев бюро, она пошла по темному коридору инженерного корпуса, спустилась на первый этаж и вышла на освещенный редкими фонарями заводской двор... Дошла до проходной, где привычно приложила пропуск и прошла через вертушку. Дошла до автостоянки, где стояла ее старенькая 'семерка' и, забралась в машину. Пристегнуться, это она делала уже автоматически, чуть вытянуть рычажок подсоса, выжать сцепление и повернуть ключ в замке зажигания. 'Чхи-хи-хи!' - послышался звук стартера, мигом сменившийся гулом заработавшего двигателя. Машина у нее всегда была в отличном состоянии, и в этот миг начальница бюро технологов по мехобработке отдела главного технолога вдруг поймала себя на странной мысли. Что вот эта вон машина, ее устройство, ей куда ближе и понятнее, чем все эти зубчатые колеса и зуборезные станки, вместе взятые...

'Без нее нам не сделать ни 'Муху', ни эти проклятые танковые редукторы', - вдруг отчетливо осознала начальница. И тогда это будет грандиозный провал, который запросто может похоронить весь их и без того с трудом сводящий концы с концами завод. Их просто 'спишут' как тех, кто не может сделать ничего сложнее болтов с гайками - и, в лучшем случая, оставят лишь самые дешевые и невыгодные заказы. Всякую мелочевку, с которой не проживешь. А в худшем - просто закроют.

'Надо ей первую категорию выбивать! - решила Ксения. - И как можно быстрее! Иначе долго у нас она не задержится. Уйдет - как уходили до того многие другие'. Инженер первой категории после трех месяцев работы... Для их завода это, конечно, будет чем-то новым. Но ведь на других как-то выкручиваются? От знакомых с 'Сармаша' она знала, что там уж давно нет инженеров со вторыми и третьими категориями. Сначала их просто сократили - частично как пустые единицы, частично - при уходе на пенсию старых специалистов и переводе на их места тех, кто помоложе. И в итоге остались только первые категории и ведущие инженеры. А потом, даже при расширении штата в последние десять лет, заново вводить уже не стали. Ведь за положенные ими зарплаты мало кто захотел бы работать. Так что даже сразу после института брали уже на первую категорию. Если, конечно, человек хотя бы более-менее подходил по специальности, хорошо учился в институте и на собеседовании показывал себя не дураком. И, наверное, закончи эта Вера политех или университет хотя бы на четверки - и тот же Лысов взял бы ее к себе. Но она заканчивала институт механизации... А 'сельхозников' на заводах никогда не воспринимали как серьезных специалистов. Особенно если те и по оценкам 'середнячки', и на собеседовании лишь что-то растерянно бубнят. А первая категория на 'Сармаше' - это уже совсем иные деньги. Не потому, правда, что оклады сильно выше. Но у них и премия побольше, и надбавку дают сразу после окончания испытательного срока... Так что инженер первой категории после трех месяцев уже получает под сорок тысяч 'чистыми'... А ведущий - пятьдесят-шестьдесят, смотря кому какую надбавку дадут. А что у них? 'Ничего!' - честно призналась себе Ксения. Краснов вон Рыбаковой никак не может надбавку выбить. Ведущий инженер-конструктор получает тридцатку 'на руки'. А ведь Катька - единственная в ОКБ, кто хоть что-то соображает!

'Ничего, - подумала Ксения. - Еще пару недель посмотрю на нее, а потом пойду к Алкоголичу. Пусть хоть служебки пишет, хоть лично к Свинье топает, но чтобы максимум через пару месяцев у Веры первая категория была... А если он не захочет - я сама пойду!'

Глава 12.

Рабочий день начинался уже вполне рутинно, со включения компьютера и 'Вертикали'. Дописав последние операции, Вера отправила очередной техпроцесс на печать... Четыре технологии за четыре дня готовы. Учитывая, что часть времени ей пришлось бегать то по цехам, то на восьмой склад на поиск стенда К-07.0273, результат неплохой. А уж если к этому добавить то, что она и 'Вертикалью' этой только-только научилась пользоваться... В общем, вполне нормально. Даже побыстрее, чем прежде. Когда все писалось вручную. Так что новые технологии и впрямь облегчают жизнь... В этом Вера уже успела убедиться.

Теперь просмотреть то, что получилось. Вроде, все нормально! Значит, остается одно. На эту деталь она вписала круглошлифовальную оправку от 'уральцев'. А потому надо присвоить ей номер и выпустить извещение для семнадцатого цеха. Для чего Вера опять пошла в КБ по оснастке. Вот и книжка с перечнем... Какой-то там следующий номер будет? Вот он... С-03.0715. Вписать обозначение, размеры, деталь, на которую применяется. Потом вернуться к себе в бюро. Отпечатать чертеж, извещение. Теперь вписать оправку в техпроцесс, поставив номер изменения и указав, каким извещением оно внесено. Странная ирония судьбы! Когда-то извещение о введении новой оснастки присылали им конструктора по коду 14, то есть введение новых техпроцессов. 'Выпущен чертеж: оправка шлифовальная С-03.0715'. И рассылали его в бюро технологов по механике и в инструментальный цех. А на основании него технологи выпускали свое собственное извещение о применении этой оснастки и рассылали его по цехам. Это был уж код 12 - изменение средств технологического оснащения. Что-нибудь типа: 'Операция 060: круглошлифовальная. Ввести к применению: оправка шлифовальная С-03.0715'. А теперь все идет одним извещением - и чертеж, и введение к применению. И все по коду 14, но исходящими бюро технологов по механике.

Но вот и все, готово! Можно класть и техпроцесс, и чертеж с извещением на стол начальнице, которая с самого утра ушла куда-то на совещание... А самой приниматься за следующую деталь. Вчера вечером, помнится, Ксения сказала следующим делом написать технологию на две конические пары из второго редуктора. Хоть, казалось бы, первым делом в производство намеревались запускать не его, а третий, но начальница хотела убедиться, что завод вообще способен их сделать сам. Ну а если нет, то уже сейчас начать поиск возможности изготовления на стороне. 'Сделаем пробную из стали 20, - говорила начальница. - Без термички, без шлифовки. Просто каждой детали по паре штук - посмотреть, получится ли их нарезать'. Что ж, поехали... И с этой мыслью Вера стала писать на черновике маршрутку. Список операций, межоперационные размеры... Все то, на основе чего будет писаться 'нормальный' техпроцесс. Так, а размеры-то тут уже большеваты получается... Заготовка не прокалится, скорее всего. Да и кругляк такой найдется ли у них?

Решив так, Вера сняла с телефонного аппарата трубку и автоматически набрала номер технологов по термичке... Несколько длинных гудков, и вот уж на той стороне трубки ей откликнулся звонкий девчоночий голос.

- Алло? Бюро термообработки.

- Алло... - несколько растерянно произнесла Вера. - Это Максимова из бюро механиков. Не скажешь, заготовка из 40Х диаметром 240 и толщиной 60 не прокалится ведь?

- И твердость, поди, единиц тридцать? Нет, конечно.

- Ну я так и думала, - усмехнулась Вера. - И кстати, у нас вообще кругляк такой есть?

- Откуда? - усмехнулась технолог по термичке. - Из листа режь... Это тебе деталь Р2.05.04 нужна?

- Ага, - согласилась Вера.

- Я вчера тоже ее просматривала...

- Ну да, ваше бюро ж должно просмотреть чертежи и написать нам, какую деталь на каком этапе калить...

- Ага. Вот я и составляю списки. А потом техпроцессы писать буду...

- Понятно, - ответила Вера. - Значит, калим перед шлифовкой.

- Только припуск побольше дай, - ответила технолог по термообработке. - А то у нас сейчас такие термисты, что материться хочет... Может так покоробить, что на шлифовке не выйдет.

- И сколько припуск давать? - насторожилась Вера.

- Даже и не знаю... Миллиметра два, наверное.

- Два миллиметра? Шлифовкой? - аж офигела от услышанного Вера. - Это ж деталь золотая будет!

- Ну вот так у нас нынче...

- Хорошо! - согласилась Вера.

'Это уж скорее надо токарку после термички вводить', - подумала она. В конце концов, твердость не такая уж высокая. И более твердые точат, особенно когда калят прямо заготовку.

- Но вообще редуктор этот - ерунда... Для меня, по крайней мере. Все достаточно привычное. А вот 'Муха' эта... Хоть и только мельком ее глянула, но заранее 'радуюсь'. Там такие 'прикольные' материалы есть, что я про такие и не слыхала никогда! Ну да это потом все. И, кстати, вторую коничку тоже калить после токарки. Я ее уж тоже смотрела...

- С Никой говорила? - когда Вера положила трубку, спросил у нее Василий.

- С кем? - не поняла девушка.

- Ну с технологом по термичке нашим...

- Ну... наверное, - растерянно произнесла Вера. - В бюро термообработки звонила...

За неделю, что прошло с 'переноса в будущее', она пока еще ни разу не сталкивалась с бюро термообработки. А потому и не знала, как зовут их технологов.

- А больше и не с кем, - усмехнулся Василий. - Ника - она одна там...

- Ника, значит?

- Угу... Кузнецова Вероника Николаевна, если по документам.

- Даже фамилия подходит, - улыбнулась Вера.

- Она как-то рассказывала, что до революции ее предки и впрямь кузнецами были, - усмехнулся Василий. - А уж прадед ее на 'Спецмаш' работать пошел... Он тогда еще номерным заводом был, только-только построили во вторую пятилетку... А она, мол, последняя Кузнецова в их роду - потому, дескать, и должна дело предков продолжить...

- Понятно, - вздохнула Вера.

Ну да, порой у людей бывает очень странная мотивация для тех или иных поступков... Прийти на полумертвый завод из-за того, что когда-то прадед пришел работать сюда. Но осуждать ее она не могла... В конце концов, ее мотивация остаться на 'Спецмаше' для многих тоже была бы странной.

- И как она... как специалист? - только спросила Вера.

- Ну как? - пожал плечами Василий. - Институт она с отличием закончила... Но вот опыта не хватает все же.

- В смысле?

- Ну как? Техпроцесс на термичку-то она напишет как положено. Но когда что-то вдруг пойдет не так, как в технологии... У опытных-то технологов многие вещи в голове давно, а она будет целый день в справочниках рыться, искать, что и как. А Алкоголич уж чуть ли не слюной брызжет - орет, что у него производство стоит! У нас же и спросить толком не у кого. Как Данилыч-то помер, так и все...

- Это Прокопов что ли? Александр Данилыч? - вспомнив мужчину, что уже в 90-е был начальником бюро термообработки, спросила Вера. Ему, как она помнила, уже тогда было почти шестьдесят лет...

- Ага, - вздохнул Василий. - Наш последний главный металлург... За восемьдесят уж мужику было! А как он помер, так и ОГМет у нас 'оптимизировали'. Эх, сколько он с бывшим директором ругался, когда тот литейный цех закрыть решил... И все равно без толку!

- Женька Панкратов был еще, - со своего места заметила Света.

- Да что Женька-то? Сбежал тот Женька на 'Нефтегаз', там сейчас в замах главного технолога ходит, - грустно усмехнулся Василий. - Как помер Данилыч, так тот и года не продержался. Уволился... И все! Почти год у нас не было технологов по термичке. Пока вот Ника не пришла.

- И она уйдет! - тихо заметила Лена. - Как совсем все задолбает...

И мысленно Вера с ними согласилась. Уйдет. Ведь вечно работать за идею, за чувство того, что она 'продолжает дело предков' невозможно. Плюнет и пойдет на тот же 'Сармаш', 'Энерготех' или приборостроительный... Но тут их разговор прервало появление начальницы.

- Ну что хочу вам сказать, товарищи, - заметила Ксения Владимировна. - Хочу вам сказать две новости. Во-первых, завтра к нам на завод наконец-то придет одна девочка, конструктором по оснастке. Алкоголич говорит, что Свиньин сегодня прямо с утра ее заявление подписал. Из кадров уже ей отзвонились, чтобы готовила документы, фотографии и завтра к девяти на завод.

- Ну это хорошо, - заметил Василий. - Хоть кто-то этим делом займется. А вторая новость какая?

- А вторая... - сразу помрачнела начальница. - Послезавтра к нам на завод губернатор приедет... Будут, видать, снимать жизнеутверждающий ролик о бурном развитии сарыньтавской промышленности...

- И что же нужно у нас самому губернатору? - ехидно усмехнулась Ирка.

- Как что? - усмехнулась Ксения Владимировна. - 'Муха', конечно... Ее же не только МВД закупать будут. Ее и область намерена закупать для защиты КВО... Вот и хотят о том похвалиться. Что-нибудь в стиле 'Новейший противодроновый комплекс 'Муха' вот-вот встанет на защиту неба Сарыньтавской области'...

- 'Муха', по которой мы пока даже чертежи толком не смотрели, так как нас перенацелили на танковые редуктора, а Катька из ОКБ говорит, что там в КД ошибка на ошибке? - усмехнулся Василий.

- Ну в железе-то с нас ее и не требуют. В железе ее и в Москве показали на выставке... После чего повесили на наш завод. Но красивые картинки в дирекции точно показать постараются... Может быть, даже видео с испытаний покажут. Заявят про то, что нашему заводу поручено за полгода начать серийное производство... А как начинать? Тут вон Краснов говорит, что на 'Муху' почти полсотни прессформ под пластмассу надо. А что мы? Начертить их некому. Изготовить - тоже... Хром у нас такой, что оську простейшую качественно покрыть с первого раза не можем! А тут - прессформы... Корпусные детали на лазере резать надо. А он второй год сломанный стоит.

- А 'москвичи' эти детали как делали? - поинтересовалась Вера. - Должны же у них чертежи быть на прессформы?

- Нету! - отрезала начальница. - Где на 3D-принтере, говорят, напечатали, где механикой сделали! И вообще у них оснастки там мизер применялся... Варили без нее. Все по вырезанным на лазере шаблонам делали. Червячные колеса для редукторов 'летучкой' на делительной головке резали. Корпуса редукторов из плит фрезеровали.

Что такое лазер - Вера еще как-то представляла... Попадались когда-то статьи о лазерной резке металла, об изготовлении первых промышленных станков - но 'вживую' не видела ее никогда. А вот что такое 3D-печать - Вера так и не поняла. Лишь сделала вывод, что за тридцать лет появились такие технологии, про какие в 80-е - 90-е она даже и не слыхала еще. Как гидрорезка... Но про ту она уже слышала, а потому малость изучила вопрос. Теперь предстоит так же поискать информацию и про эти 'принтеры'... Которые, судя по контексту, можно использовать как замену литья под давлением пластмасс.

'Ничего, это потом, - подумала Вера. - Сейчас бы с коничкой разобраться'. И с этими мыслями она продолжила вбивать в 'Вертикаль' следующую операцию. Ссылочная операция на техпроцесс готова, транспортировка в одиннадцатый цех - тоже. Теперь токарка. 'Расточить отверстие 80Н7'. Сначала предварительно, потом окончательно. Потом точить канавку под стопорное кольцо. Все, 'внутрянка' готова. Теперь сажать на оправку - и вот уж следующая токарная операция. Оправка, к счастью, нашлась из ранее разработанных. 'Точить конусную поверхность, выдерживая размеры'... Поставить около каждого размера по кружочку с цифрой - и эти же номера размеров вписать в текст перехода. Сюда же вписать и средство контроля - 'шаблон'. Так, чертеж этого шаблона-то у уральцев есть...

Открыв папку с чертежами оснастки, Вера быстро нашла нужный калибр... Вот он! Значит, опять топать в бывшее КБ по оснастке, искать книжку с измерительным инструментом, вписывать следующий номер... Которым оказался К-01.2372. Ну да, на токарку оснастки всегда хватало. И опять выпустить извещение, вписать номер в чертеж... Так, а что там у нас? Сталь Х? Никогда не сталкивалась с такой на практике - и сильно сомневалась, что кто-то станет ее закупать... А потому Вера вписала заменителем сталь 20Х с цементацией. И твердость HRC 56...62. Поехали дальше...

Но вот и готова токарная операция. Теперь слесарка, техконтроль - и вперед, к зубострогальной. Вот только подходящих оправок к станку 5А250П не нашлось, а оправка от 'уральцев' была под совсем другой станок - как ни странно, под древний 5А26. Неужели они еще работают на таких? Или просто чертежи оснастки в чем-то уж неактуальны? Или та же оправка подходит и к более новому оборудованию? Этого Вера, увы, не знала. А потому...

Открыв на компьютере стандартный бланк заявки, Вера вписала туда техзадание конструкторам по оснастке. Сначала вписать номер детали, Р2.05.04 и номер заявки. К некоторому удивлению, всего семнадцатая за весь этот год... Ну хотя да - кому писать? Конструкторов-то по оснастке нет. Дальше текст. 'Прошу оснастить операцию 145 (зубострогальная) оправкой для установки на станок 5А250П в соответствии со схемой базирования в эскизе'. Дата, подпись. После чего отнести начальнице - та подпишет заявку и отдаст ее на подпись Алкоголичу, и лишь после этого она пойдет в работу.

- А... На коничку? - бросила взгляд на заявку Ксения. - Это хорошо... Завтра как раз наша новая конструкторша выходит, пусть разбирается. К зуборезчику сходит, альбомы полистает... Давай, сегодня же и Алкоголичу отнесу. И да, совсем забыла... На шестерни по семнадцатому редуктору я прекратила применение иркиных техпроцессов. Хорошо, что на эти технологии хоть акты о внедрении оформить не успели. Возвращаемся к технологии Васильевой. Вот только ее скорректировать надо... Вот тебе извещение от ОКБ, сама смотри.

Взяв листок со стола начальницы, Вера бросила взгляд на написанное. Шестерни... Целый список. Сменить степень точности с 7-С на 9-С. Сразу на два класса понизить! И под всем этим четыре подписи. Кати Рыбаковой как конструктора, внесшего изменение. Краснова, главного конструктора завода, в графах 'Проверил' и 'Утверждено'. И подпись нормоконтролера Свиристелькиной. Которая вообще-то по основной своей работе технолог по гальванике.

- В общем, бери в архиве техпроцесс и вноси туда. И зубошевенгование убери... Станков рабочих у нас все равно нет, да и не нужно оно для девятой степени.

- Хорошо, - согласилась Вера.

И как же обидно было - ухудшать самой же ей в прошлой жизни, в бытность Васильевой Ольгой Ивановной, написанные техпроцессы! Но уж ничего не попишешь... Такова уж новая реальность 'Спецмаша' - когда на смену 'сделать все в допуске' приходит 'сделать так, чтобы механизм работал'.

Взяв извещение, Вера пошла в архив, где поручила Андрею разыскать 'старые' техпроцессы по перечисленному номеру деталей - и вскоре перед ней на столе лежала стопка технологий. Старенькие листки калек - а на них даты от 1982 года. И подписи... Ее подписи - не 'Верки', а ведущего инженера-технолога, Васильевой Ольги Ивановны. Отработавшей двадцать лет на заводе и успевшей стать основным специалистом по зуборезке. Ей давали писать техпроцессы на разнообразные зубчатые колеса - и она делала это. Разрабатывала технологии, по которым можно было успешно изготовить и сдать деталь... Вон строчка с ее фамилией и подпись. Вот - начальника бюро механиков Анатолия Викторовича, что работал на заводе с самой войны, куда пришел еще пацаном, работал за фрезерным станком... Вон подписи нормировщиков, метролога и нормоконтролера Писаренко...

Забрав все кальки в бюро, Вера принялась одну за другой открывать зуборезные операции. И вносить изменения... И на каждую технологию - по извещению. Заменить степень точности с 7-С на 9-С. И причина изменений - код 1, 'внесение улучшений и усовершенствований конструкторских'. И в этом же извещении - аннулирование зубошевенговальных операций, где они были. И от этого становилось смешно... 'Улучшения и усовершенствования', значит... Вычеркнуть черной гелевой ручкой зубошевенгование из маршрутки. Написать 'аннулировано' на листах с операцией. Зачеркнуть степень 7-С и вписать 9-С на зубофрезерной операции и в техконтроле.

- А цеховой вариант тоже исправлять? - поинтересовалась Вера.

Раньше такой вопрос даже не возник бы... Когда в каждом цеху было свое техбюро - достаточно было прислать им извещение об изменении. Но сейчас такого не было... Цеховых технологов на заводе не осталось.

- Обойдутся! - поморщилась Ксения Владимировна. - Мастер изменения внесет. Иначе мы совсем тут зашьемся - каждый раз бегать по цехам и изменения проводить...

Но вот, наконец, с изменениями закончено. В техпроцессах все исправлено, извещения отпечатаны, подписи поставлены... Можно отдавать их на подпись начальнице, а оттуда - на копирование и рассылку по цехам. Точнее, в данном случае в один одиннадцатый цех и в БТЗ на нормирование. Ведь раз зубошевенговальная операция убрана, техпроцесс надо пронормировать вновь.

А затем вновь 'коничка'... Токарка сделана, заготовка есть. Теперь слесарная - зачистить заусенцы, притупить острые кромки. А, значит, пора переходить к зубострогальной операции... Вот только строгать зубья все равно еще рано. Сначала надо отсортировать детали по расстоянию от базового торца до конуса зубчатого венца. И потому переход один - 'сортировать заготовки по величине базового расстояния'. Инструмент - плита поверочная и индикаторная стойка с микронным индикатором. В прошлые времена, как помнила Вера, заготовки обычно сортировали на две-четыре группы. Мелочевку рассыпали по разным коробочкам. Крупные - метили разным числом рисок карандаша. И резали потом 'от меньшего к большему'. Отсортировали - пошли дальше. Переход два. Установить деталь, закрепить. Переход три. 'Строгать зубья, выдерживая размер по хорде'. Контрольный инструмент... Зайдя в папку с чертежами оснастки, Вера уже привычно нашла там чертеж специальной скобы. И опять печатай чертеж, присваивай номер, выпускай извещение... А потом еще неизвестно, когда эту оснастку изготовят. Потому для пробной детали пойдет и штангензубомер ШЗН. Не очень-то точно, но пойдет... Режущий инструмент - резцы зубострогальные... И теперь переход четыре. Снять деталь... Потом зачистка и техконтроль... Проверить шероховатость, отсутствие заусенцев. Проверить биения. Оснастка - оправка, призма и индикаторная стойка со специальным наконечником у индикатора. Проверить размер по хорде... Та самая скоба. Дальше, если по-хорошему, следовало проверить погрешность профиля. Но проектора нет, да и начертить образец некому. И тут даже Вера не могла ничем помочь - не знала она методики расчета. Этим конструктора из КБ оснастки делали. Был там когда-то такой Громов Николай Ильич, кто этим занимался... Впрочем, он и в 90-е уже пенсионером был. А больше, вроде, этим и не занимался никто. Следующий шаг - проверить пятно контакта на стенде К-07.0273. По идее, тут должна быть еще и эталонная шестерня - такая же, как и 'ответка' в паре, но на две степени точнее. Для восьмой степени точности - шестая, для седьмой - пятая... Ну и, наконец, погрешность окружного шага... Это опять должно быть 'обеспечивается оборудованием'. Метрологи должны проводить аттестацию станка... А раз так, то и вписываем соответствующую строчку. Только вот этот 5А250П последнюю аттестацию проходил в 1992 году... Ну да все, готово. Осталось вырезать шпоночный паз и просверлить отверстие под винт...

- Надо метрологам служебку написать, - обратилась к начальнице Вера. - Пусть зубострогальные станки аттестуют...

- Аттестуют... - усмехнулась Ксения Владимировна. - Думаешь, из наших метрологов хоть кто-то знает, как это делается? Напишут служебку, что все в допуске, налепят бумажку с буквой 'Т' и датой поверки на станок - и все, готово.

- И мы так и не узнаем, дает ли он точность... - задумчиво произнесла Вера.

- По сборке видно будет... - усмехнулась начальница. - Станок-то почти не использовался столько лет... Так что сильно изношен не должен быть.

'Вот тебе и Завод специального машиностроения!' - лишь мысленно выругалась Вера. Завод, а методы работ все больше приближаются к колхозной мастерской... Дескать, сборка покажет. Ну и стенд К-07.0273 хоть более-менее внести ясность должен. Но тут Веру вновь оторвали от работ. 'Трррр!' - затрещал старенький телефон на столе у начальницы.

- Вер, иди в одиннадцатый, к Скворцову, - выслушав что-то, сказала Ксения Владимировна.

И вот Вера вновь на зуборезном участке... Только все тут словно несколько изменилось. На 5М161 долбилась большая шестерня на тридцать третий заказ, и Вера ее прекрасно знала. Сама когда-то, еще в 80-х, техпроцесс писала. По соседству на ЗФ-01 резался шлицевой вал, а на небольшом японском зубофрезерном станочке - мелкомодульная трибка... Все детали - на тот самый 'тридцать третий'. Или, что то же самое, 'ноль сорок шестое' изделие... Но в этом ничего особенного не было... Особенным было то, что стоявший на краю зуборезного участка 5А250П был отмыт от многомесячного слоя пыли и работал...

- Вот решил запустить, - увидев Веру, спросил Скворцов, а потом вдруг усмехнулся. - Нашел вот на складе заготовки под шестой редуктор... Брак, правда, но нам же не на машину ставить?

С этими словами он достал откуда-то пару ржавеньких заготовки под конические шестерни. А затем показал пальцем на лежащий на станке техпроцесс. Старенький, на листах светокопии... И тоже написанный ей в 'прошлой жизни'. То есть, Васильевой Ольгой Ивановной. Еще задолго до ее гибели и перемещения разума в тело этой Верки. На тридцать лет вперед.

- На складе у нас даже эталонную пару нашли, - усмехнулся зуборезчик. - Осталось дождаться, когда стенд отремонтируют...

- И как, работает? - поинтересовалась Вера.

- А что ему станется? - фыркнул Петрович. - Резал я ведь ремонтникам детали? Ну не всегда с первого раза в профиль попасть получалось. Но там-то проще все... Не подошел - принесут сюда. Выставлю резцы по-другому и еще раз по кругу прогоню - со второго раза уж точно сойдется. Ну, может, немного люфт будет, но ремонтников оно устраивало.

- Но нам не для ремонтников... - заметила Вера. - Нам на танковые редуктора пару резать... А там, глядишь, еще и 'Муха' подвалит...

- Знаю, - вздохнул зуборезчик. - Ну давай сначала хоть глянем, что он вообще покажет...

Одев на оправку шестерню, Скворцов чуть подтянул гайку и стал выверять биения по индикатору. Первый раз замерил - бьет малость. Пара небольших ударов алюминиевым молотком и опробовать заново. Потом подбить еще немного и снова обкатать...

- Ну вот, красота! - улыбнулся зуборезчик. - Две соточки... Можно затягивать.

Затянув гайку, он еще раз проверил по индикатору установку шестерни, а затем стал регулировать станок. Точнее говоря, угол конуса он уже установил заранее, а сейчас оставалось лишь поймать момент касания резцами наружной поверхности. Чего он очень быстро и добился...

- Ну вот и все, есть риска! - удовлетворенно заметил он. - Теперь набрать число зубьев на счетчике - и можно пускать.

Установив индикатор и уперев его в бабку, зуборезчик пододвинул головку ровно на миллиметр и снял индикатор. После чего задал на счетчике число зубьев и нажал кнопку запуска.

- Модуль 2,5, 42 зуба, - прокомментировал он происходящее. - Вообще я раньше-то на коничке не работал никогда... Это как Федька ушел, так все. Он у нас последний на серийную продукцию коничку делал. Он даже на 'тэшке' работать умел. Единственный на весь завод... Только как вторую зуборезку вместе со всем четырнадцатым цехом торгашам отдали, четыре станка оттуда сюда перетащили, а остальное - что на склад, что продали нафиг. И стали мы тут все сидеть. Но я разве что левачок какой в 90-х делал да для ремонтников вот запчасти... А Федька-то в 98-м как уволился, так и все. Кончилась вся наша зуборезка. Этот станок-то я еще знаю, малость, а вон 5П23Б - даже и не подходил ни разу. Ну а 'тэшки' и вовсе хрен знает, как они работают. Там же вообще совсем другая конструкция?

- Что за 'тэшки'? - решила уточнить Вера, хотя и догадывалась о том, каким будет ответ.

- Да 5Т23В так во второй зуборезке называли... Я помню, еще в советские годы подошел как-то - и нихрена не понял, как он там работает. Рычаги какие-то крутящиеся, тяги... За то, говорят, точность высокую дает...

- Слышала про них... - неопределенно ответила Вера. - Да и видели ж мы на восьмом складе один такой...

- Помню, - помрачнел зуборезчик. - Может, рабочий даже... Их же два всего было, под 'тридцать третий' заказ покупались... Модулем 0,5 коничку седьмой степени точности резали. Сейчас уж такое не то, что мы... Наверное, во всей России единицы заводов делают.

- А 'Сармаш'? - вдруг спросила Вера.

- Ну двадцатый блок же они нам делают... А уж используют ли в нем свою коничку или на стороне где покупают - того я не знаю. Если Никитич там еще работает, то, наверное, и сами делают.

- А если нет? - спросила Вера.

- Не знаю, - вздохнул Скворцов. - Может быть, научили кого...

Глава 13.

Вышла с проходной Вера ровно в 17.07. Рабочий день закончился, пора по домам. Вот только вместо домашних дел в голове все крутились одиннадцатый цех и так и не дорезанная коническая шестеренка... И все же, на первый взгляд у них все вышло. 'Щелк-щелк', - срабатывали реле, и станок переходил на следующий зуб. Точнее, на следующую впадину - ведь зубострогальный станок режет именно ее. Съем по миллиметру за проход - казалось, что здоровенный станок этого даже и не чувствовал.

- А куда торопиться? - словно угадав ее мысли, хмыкнул Скворцов. - План у нас не горит... Глянем, что получится, а там уж видно будет.

Второй раз она зашла в цех буквально перед концом смены - и увидела все ту же сцену с работающим станком. Ну да, по миллиметру за проход резать - это долго. О чем напрямую и сказал зуборезчик. Завтра, мол, готова будет, а там уж посмотрим, что получится... Ну что ж, завтра - значит, завтра. А пока домой. Хотя она и не знала, что ей делать дома. Ну, разве что еще в интернете посидеть да поискать информацию об этом мире. Точнее, этом времени... Но сначала зайти в пару магазинов за покупками. А потом уж домой... Даже интересно, что там сейчас Анька думает? Завтра ж ей на работу выходить... Однако дойти до дома она не успела.

'Би-и-и-и! Би-и-и-и!' - раздался гул автомобиля где-то слева, с дороги. И, уже имея опыт 'попадания под машину' там, в 90-х, она уже машинально чуть ли не отпрыгнула в сторону, а затем обернулась на звук. Где как раз остановилась машина ГАИ, из которой в этот самый миг вылезал парень в милицейской же форме.

- Ну ты даешь, Верк! - громко заржал тот, когда оказался на улице. - С работы что ли топаешь?

- Ага, - согласилась девушка.

- Давай подкину что ли? - предложил он.

И тут она поняла, кто это. Вспомнила папку 'Мы и менты' на ноутбуке той, 'прежней', Верки. Был там и этот лейтенантик, он еще стоял в обнимочку с Анькой, а чуть левее была эта 'блогерша' Танюха в милицейской фуражке. Ну и 'прежняя Верка' тоже на той фотке была. Вот только для нее это была лишь фотография. Кто эти 'менты', как их зовут - Вера понятия не имела.

- А давай! - согласилась Вера, отправившись к машине.

- Лех! - открыв правую дверь машины, обратился к напарнику гаишник. - Перепрыгни назад ненадолго, а мы тут с Веркой покатаемся.

- Опять ты, Петь, на служебной машине девчонок катаешь, - лениво зевнув, усмехнулся Леха. - Ну да ладно, сейчас перепрыгну.

- А зачем еще нам машина, если не чтобы девчонок катать? - усмехнулся лейтенантик. - Сейчас с ветерком домчимся, когда Вера уселась на переднее сиденье и пристегнулась, бросил он.

И они тронулись... Вот только очень быстро Верка поняла, что везти ее по кратчайшей дороге домой Петька не собирается. Вместо этого он неумолчно болтал о каких-то мелочах...

- Вот прикинь, Вер, из-за какой фигни вызывают! Сегодня вот, пару часов назад, вызов. Дамочка какая-то истерит, что ей машину в хлам разбили! Приезжаем... А там! Да зеркало ей снесли! В остальном - ни царапинки! А у дамочки - истерика целая... Да, блин, напиши ты европротокол и ехай по своим делам! Аварийного комиссара вызови, в конце концов, чтобы правильно все оформил! Так нет же... А она еще по телефончику звонит и истерит: 'Аркаша, мне машину разбили!!! Приезжай срочно!!!' Ну, мы-то оформляем пока... И тут приезжает и Аркаша этот. Останавливается, значит, рядом 'гелик' новенький, а из него вылезает... Этот, как его, Лех?

- Петров, - хмыкнул напарник Петьки. - Заместитель директора какого-то банка что ли... Я даже и названия такого не слыхал никогда. Во всяком случае, так представился.

- Ну да, - усмехнулся Петька. - И как понес... Это, говорит, покушение на мою жену было! Я это так не оставлю! Орет, чтобы мы следственный комитет вызывали... Что он чуть ли не к губернатору дверь ногой открывает.

- А дамочка та лет на тридцать его моложе, - усмехнулся с заднего сиденья Леха.

- Ага, - согласился Петька. - За то вырядилась так, словно прямо сейчас на показ мод едет... Платьице, туфельки на шпильках, сумочка ценой с нашу машину...

- Как на панель она вырядилась, а не как на показ! - фыркнул с заднего сиденья Леха.

- Блин, куда прет, придурок? - увидев что-то впереди, выругался Петька.

Включив сирену, он выскочил в левую полосу и даванул газу так, что Веру чуть ли не вдавило в кресло резким ускорением. А скоро она увидела и цель их погони - побитого вида 'восьмерку', что явно припустила удирать...

- Ну что, Верк, - улыбнулся Петька, - увидишь сейчас милицию в работе!

- Очередной, блин, алкаш что ли? - выругался сзади Леха. - Откуда ж вас, придурков, столько берется?

- Он вон на красный пролетел, чуть бабку с девчонкой не задавил, - прокомментировал происходящее Петька.

И тут Вера поняла, что сегодня домой она вернется не скоро. Машина ГАИ с воплями летела по улицам, распугивая сиреной других автомобилистов и пешеходов, но восьмерка по-прежнему мчалась где-то впереди.

- Три красных проехал, - усмехнулся Петька. - Даже трезвому уже на лишение наберется.

- А еще превышение скорости и непропуск пешеходов добавь, - ответил Леха. - Под стольник летит по городу...

Но вот 'восьмерка' свернула с основной улицы на разбитую, давно не ремонтированную, дорогу в промзону. Тут ей пришлось ехать помедленнее, но и Леха гнать не стал. Очень скоро жилые дома по бокам сменились какими-то мрачными серыми цехами, складами и бетонными заборами. Где-то работающими, где-то явно уж заброшенными... Как, например, вон то недостроенное здание, внутри которого росло здоровенное дерево...

Но вот мимо потянулись такие знакомые виды - и Вера вдруг поняла, где они оказались... Новая территория 'Спецмаша'. Памятник планам 80-х по расширению завода... Огромный, ничем толком не огороженный, пустырь с мрачными серыми зданиями. Недостроенный девятиэтажный административный корпус с пустыми оконными проемами и поблекшей вывеской 'Аренда, продажа' с уже не читаемым номером телефона. А позади него - громады цехов... В отличие от старой территории, здесь они были построены не отдельными зданиями, а одним громадным комплексом. А вон чуть в стороне - громадная труба заводской котельной.

И вдруг снова вспомнилась прошлая жизнь, где она была Васильевой Ольгой... Она помнила, как шли разговоре о расширении производства и переносе его части за город. Как шли согласования планировки. Помнила план и макет новой территории в административном корпусе... Это был 86-й. Тогда все были уверены, что именно здесь скоро будут производить 'ноль сорок шестые' машины. Не по пятьдесят штук в год, что с трудом осиливал и без того загруженный другими темами 'старый' завод, а по две сотни... А потом настал 91-й год - и стройка встала, несмотря на достаточно высокую степень готовности. А вскоре не стало и той страны, что ее начинала...

- Ну и место! - аж вздрогнул Петька. - Словно в Припять попали...

Но вот 'восьмерка' резко свернула к недостроенной девятиэтажке и остановилась. Одновременно открылись две передние двери, и два человека бросились бежать ко входу в здание.

- Два дебила - это сила! - хмыкнул Леха.

Они остановились прямо позади 'восьмерки' и, первым выскочив из машины, Петька во всю глотку заорал: 'Стоять! Милиция!'. На миг бегущая парочка остановилась и обернулась, но затем рванули вперед с удвоенной силой.

- Стоять! - заорал следом выскочивший из машины Леха, и в этот момент грохнул выстрел.

- Ты чего, Лех? - ошарашенно взглянул на напарника Петька. - Потом не опишешься же!

- Я что, дебил - из табельного палить? - хмыкнул тот ему в ответ. - Из травмата своего стрельнул... За то вон, смотри. Подействовало же? А то сейчас полдня за ними по развалинам бегали бы.

Двое нарушителей и впрямь стояли и испуганно смотрели на них... Даже руки подняли. И тогда милиционеры не спеша двинулись к ним.

- Ну и кто у нас тут? - когда они подошли поближе, коротко бросил Петька, а потом вдруг ошарашенно произнес. - Ба... Да вам хоть по шестнадцать-то есть, гонщики?

Пацан с девчонкой... Он - чуть выше среднего роста, коротко стриженный, в синей футболке и коротких штанцах 'под джинсы'. Она - чуть выше него, худенькая, в зеленом платьице с рисунками. И русые волосы, два хвостика. 'Опасные преступники' оказались всего лишь малолетними балбесами...

- Ну что, 'герой'? Произвел впечатление на девчонку? - хмыкнул Петька. - Машина-то хоть чья?

- Д-д-дедова... - тихо пролепетал пацан. - Он на ней уже лет пять не ездил...

- Дедова, значит, - хмыкнул Петька. - Телефон-то с собой есть? - спросил он, на что пацан лишь коротко кивнул. - Ну вот бери и звони батьку... Пусть за тобой приезжает.

- И ремень пусть сразу с собой прихватит, - ехидно добавил Леха.

- Он у него на вахте... - тихо произнесла девчонка.

- Тогда мамке пусть звонит, - ответил Петька.

- А ключи-то откуда взял? У деда стырил? - спросил Леха.

- Так они у него в машине всегда лежат... - ответил пацан, набирая номер. - Алло, мам... Ты только это... того... Я в милиции... ... Ну не совсем, то есть... Мы тут с Каринкой на дедовой машине покататься решили... ... Мам, ну не кричи ты! - чуть не плача произнес пацан. - Да знаю, знаю! ... Да не знаю я, где! Тут здания заброшенные какие-то... ... Да удирали мы! ... Ну вот так!

- Да я сожгу эту машину! - крик в трубке был такой, что услышала даже стоявшая позади милиционеров Вера. - Сколько отцу говорила - продай ты свое дерьмо! Все равно ведь не ездишь!

А тем временем чуть в стороне шел другой телефонный разговор... На этот раз - девчонки с родителями.

- Да мы с Мишкой покататься захотели... Ну вот он у деда машину взял... Ну да, без спроса!

- А если б этот придурок с тобой вместе в столб влетел! Что тогда? Похороны твои устраивать? - послышался мужской крик в трубке. - То в лес они без спроса умотают! То на речку купаться! То машину угонят! Чтобы я больше никогда в жизни не видел тебя рядом с этим хулиганом! Слышишь? Никогда!

- Ну п-пап...

- Я все сказал! - отрезал мужчина. - Еще раз увижу его у нас на пороге - с лестницы спущу! Ты где хоть?

- Я сейчас геолокацию скину... - растерянно произнесла девчонка.

- Я выезжаю! - коротко ответил отец девчонки. - Чтобы до моего приезда ни с места!

Машина отца девчонки приехала буквально через пятнадцать минут... Старенький УАЗик остановился метрах в десяти от милицейской машины, и оттуда вылезли сразу трое - мужчина лет пятидесяти 'с хвостиком', прихрамывающий на левую ногу, женщина его же лет и еще одна, маленькая, лет двенадцати, девочка. И все трое сразу направились в сторону патрульной машины, около которой находились милиционеры вместе с Верой и парой малолетних балбесов.

- Вы же Виктор Громов? - взглянул на мужчину Петька.

- Ну да, я, - согласился тот.

- Тогда забирайте свою дочь. Завтра только вместе с ней в отделение приедете, свидетельские показания дать.

- Ну пошли, - бросив короткий взгляд на дочь, ответил мужчина. - Покатались, придурки! Две недели без прогулок!

- Пап, а ты что на этом? - удивленно глядя на УАЗик, произнесла девчонка. - Ты ж на нем на рыбалку только...

- А что, на 'Приоре' надо было в эту дыру ехать? - лишь грустно усмехнулся тот. - А ведь работал я тут когда-то... Студентом еще на стройке подрабатывал, - вдруг заметил тот, бросив взгляд на недостроенный административный корпус. - Говорили тогда, что завод тут скоро будет... Тридцать шесть лет прошло. А завода так и нету... - а затем бросил взгляд на все еще стоявшего у патрульной машины Мишку. - А тебя чтобы я больше у нашего подъезда не видел! Еще раз увижу тебя рядом с Кариной - сам пойду к твоему деду! Чтобы он тебе уши надрал как следует!

Расписавшись в каких-то бумагах, в которых Вера не разбиралась, у милиционеров, мужчина вместе с дочерью пошел обратно к УАЗику. Где ее уже ждали мать с сестрой, что принялись чуть ли не обнимать Каринку и расспрашивать о том, не ударилась ли она обо что-нибудь головой и не случилось ли с ней чего другое плохое. Но вот послышался рев заработавшего двигателя - и, быстро развернувшись, УАЗик поехал обратно, к выезду из промзоны... И лишь еще через минут пятнадцать к недостроенной новой территории 'Спецмаша' подъехала машина такси, из которой вышла хмурая мать Мишки... А следом из задней двери вылез совсем древнего вида старичок с тростью.

- Ну, где тут мой балбес? - не здороваясь, обратилась она к милиционеру.

- В машине сидит, - усмехнулся Леха. - А, смотрю, собственник машины тоже приехал... Это хорошо! - заметил милиционер, и когда дед тоже подошел поближе, обратился уже к нему. - Ну так что, Николай Иваныч, сам ваш внук машину взял или вы разрешили? А то, знаете ли, внук ваш тут себе на целую статью наболтал... Посадить-то не посадят, конечно, но 'условка' - она тоже репутацию не красит...

- Да я разрешил... - вздохнул дед, сразу поняв намек милиционера. - Думал, ну покатается по гаражам, что ж тут такого? Откуда ж мне знать было, что он на улицу поедет...

- Разрешили, значит? - удовлетворенно произнес Петька. - Ну тогда сейчас составляем протокол за передачу управлению лицу без прав... Ну и внуку вашему тоже... Езда без прав, не пропустил пешехода, три 'красных', превышение скорости, не остановился по требованию сотрудника ГАИ... Сколько там, тысяч на сто наберется? - обратился к напарнику милиционер.

- Да около того, - согласился Леха. - Штрафы, конечно, заплатить придется... Но хотя бы никакой уголовки.

- Мишка, засранец! - выругалась мать. - Да мы за месяц столько не зарабатываем! Эээх! Всех нас под монастырь подвел! Хотели холодильник новый в следующем месяце купить, а теперь по штрафам расплачиваться будем!

- Ну мам... - выбравшись из машины, жалобно произнес пацан. - Я ж не хотел...

- Не хотел он, - продолжала ворчать женщина. - А чего ты хотел? К дочке Громовых подлизаться? Так не твоего поля ягодка! Ее отец - начальник цеха на 'Энерготехе', он в месяц столько получает, сколько мы с твоим отцом и за два не зарабатываем!

Дальше все как-то пошло своим чередом, и Вера потеряла интерес к происходящему... Вместо того, чтобы глядеть на оформление административных правонарушений, она двинулась в сторону недостроенного здания... Сохранившийся деревянный косяк явно указывал на то, что входная дверь тут когда-то была... Только ей давно 'нашли другое назначение' жители города. А вот внутри пока ничего не было... Даже труб отопления - не потому, что их срезали. Просто не успели провести...

А вот и лестница на верхние этажи. Без перил - хотя их и срезали газорезкой, но остатки еще виднелись. А рядом - пустая лифтовая шахта... Здесь даже практически не было мусора. Ведь для того, чтобы он появился, сюда для начала должны были хоть что-то завезти. А так... Если не считать нескольких разбитых бутылок, здесь не было ничего. Даже бомжи с алкашами не стремились лезть в самую глушь промзоны, в недостроенные здания, когда поближе были куда более интересные объекты. Внезапно на глаза попалась нарисованная краской на стене надпись. 'Паша и Света. 2020'.

- Ну и что вы тут делали, Паша и Света? - тихо, ни к кому не обращаясь, произнесла Вера. - Пришли полюбоваться на памятник индустриальным амбициям великой страны?

Дойдя до второй лестницы, около которой была такая же пустая лифтовая шахта, Вера стала подниматься наверх - и прямо посреди лестничной площадки наткнулась на очередную надпись краской. 'Ковид - фуфло', - писал кто-то. А еще чуть в стороне надпись: 'Капитализм - жОпа!' Но Вера даже не стала останавливаться и подробнее разглядывать надписи. Она поднималась вверх, на третий этаж... Туда, где должен был располагаться отдел главного технолога. Да, в этом 'филиале' были бы свои конструктора, свои технологи, металлурги, метрологи... Да практически все! Можно сказать, это был бы отдельный завод. За редким исключением вроде инструменталки - создавать отдельный инструментальный цех в условиях, когда и имеющийся вполне справлялся, просто не было смысла. Проще привезти все, что нужно будет. Во всяком случае, пока планы были именно такими...

Но вот так и не появившийся ОГТ... Вон там должен был быть кабинет главного технолога... Только сейчас тут была лишь абсолютная пустота... А вон там было бы их бюро - технологов по механике. Да, тогда она еще была обычным ведущим инженером-технологом. И все ждала, когда откроется новое производство, хотя и знала, что сама останется на старом месте. Ведь там производство тоже росло и расширялось. Тот же 'новый' четырнадцатый цех только что построили... И хоть 'ноль сорок шестые' машины ушли бы сюда, но у них уж готовили новые проекты, новые разработки - и создавали под них новые производства. А сюда... Она даже знала по фамилиям тех, кто должен был уехать на новую территорию. Кто должен был составить основу отдела - и научить работе тех, кто пришел бы сюда из института.

А этажом выше располагалось бы ОКБ - сюда бы перевели занимавшееся темой 'ноль сорок шестой' КБ-6... И там сидели бы конструктора, делали чертежи и носили на этаж ниже, в ОГТ, на техконтроль. А сейчас... Сейчас лишь воет в пустых окнах ветер. Отвернувшись, Вера двинулась назад... Прочь отсюда. Нет, она никогда сама лично не бывала здесь... Но хорошо знала, каким это место должно было быть в планах, слышала рассказы тех, кто бывал здесь раньше. И этого было достаточно...

На первом этаже вместо того, чтобы выйти в главный коридор, Вера включила фонарик на телефоне и спустилась еще на четыре лестничных пролета вниз, где наткнулась на тщательно заваренную массивную гермодверь бомбоубежища. На миг даже зародилась мысль - а что сейчас там, внутри? Было ли бомбоубежище готово или, как и все прочее, осталось лишь в виде пустых залов? Впрочем, эта мысль быстро исчезла из головы. А не все ли равно? Завода нет и никогда не будет - а, значит, и в бомбоубежище том нет никакого смысла.

Когда она вернулась к патрульной машине, Леха с Петькой уже заканчивали составление протоколов. Вот уж дед вместе с Мишкой и его матерью пошли к 'восьмерке', и старик первым залез на водительское сиденье, а затем запустил в нее всех остальных. Послышался усталый хрип стартера. Один раз. Второй... С третьего машина все же неохотно завелась, водитель зажег габаритные огни.

- Ну что, Вер, давай все же домой тебя отвезем? - обратился к ней Леха. - И так уж столько времени потеряли... Да и этим вон проезд освободить надо.

- Поехали, - согласилась Вера.

Последний раз взглянув на заброшенные здания, она села в машину, решив, что больше никогда в жизни не вернется на это место. Так не хотелось будить в себе воспоминания о том будущем, которого не будет уж никогда... Вместо этого она стала думать о том, как ей вывести на чистую воду нынешнего директора 'Спецмаша'? Как доказать его причастность к ДТП с погибшими, что случилось почти тридцать лет назад? К тому, что именно он с каким-то дружком вылетел на тротуар и задавил Васильеву Ольгу Ивановну, тогдашнюю начальницу бюро технологов по механике отдела главного технолога 'Спецмаша'? То есть, ее саму в прошлой жизни... Из-за чего она и оказалась здесь. Но тут ее отвлек от мыслей Леха.

- Слушай, Вер... А давай опять, как тогда, в выходной на озеро смотаемся? Танюху позовешь...

- И Анечку, - улыбнувшись, добавил сидевший за рулем Петька.

И Вере вдруг вновь вспомнилась папка 'Мы и менты', что она нашла на ноутбуке у прежней хозяйки своего тела. Танюха в милицейской фуражке за рулем этой самой патрульной машины. Анька в обнимочку с Петькой... И ее 'предшественница' чуть в стороне.

- Танюха в больнице сейчас, - ответила Вера. - Поехала про 'бездомных собачек' сюжет для 'блога' своего снять, а они ее там и покусали...

- Да знаю я, - согласился Леха. - Я ж и ее блог смотрел, и в комментах там кидали ссылку на видео, что мужиками сняты были.

- Какими мужиками? - не понял Петька.

- Да со склада ближайшего охранники вопли и гавканье услыхали - пошли разобраться, что там происходит. Пса одного подстрелили, а Таньке 'скорую' вызвали...

- А зачем они видео снимали? - удивилась Вера.

- Как зачем? - рассмеялся Петька. - А как иначе стрельбу объяснишь? Им же потом собственное начальство все мозги вынесло бы! А куда, мол, вы патрон дели?

- А публиковать зачем? - не поняла Вера.

- А это уж поди пиарщики из компании постарались. Смотрите, мол, какие у нас герои работают!

- Слушай, Петь, - решила немного выведать информации о происходящем у них на заводе Вера. - А ты про директора нашего, Свиньина, не слышал ничего? А то ходят про него некоторые слухи на заводе... нехорошие.

- Это ты про Геннадия Сергеевича Свиньина что ли? - резко осекшись, насторожился Петька. - Про него много что говорят... Только даже не пытайся в эти дела лезть! У него ж папаша в областной администрации не последний человек. Такие связи, что... Ты же не хочешь однажды проснуться какой-нибудь диверсанткой... одной, всем нам известной, страны?

- Или и вовсе не проснуться, - мрачно заметил сидевший сзади Леха.

Интерлюдия. 'Производственная задача'.

На совещании у главного инженера 'Сарыньтавского машиностроительного завода' царило напряжение...

- Металл на оснастку закуплен и придет на склад в течение недели, - говорил главный инженер Иван Федорович Никитин. - Четвертый цех обещает в течении трех недель изготовить сварочные стапеля под 'ноль сорок шестой'.

- Ну наконец-то! - с облегчением вздохнул главный технолог Лысов Юрий Семенович. - А со стендами на обкатку редукторов что?

- Обещают сдать в течение двух месяцев со дня получения металла и покупных позиций. Так что скоро пойдет на лад дело, - заметил главный инженер. - На ближайшей балансовой вынесу вопрос о лишении ОМТО премий на 20%. Год! Год металл закупить не могли! Это вообще уж ни в какие рамки не лезет! Но я вас сегодня не за этим собрал.

- А зачем? - насторожился Алексей Горелов, главный конструктор 'Сармаша'.

Совещание у главного инженера завода - это не мелочь. И если их собрали не по проблемам с освоением 'ноль сорок шестых', что сейчас было главной головной болью завода... Значит, появилась какая-то новая головная боль. И сейчас они узнают, какая именно.

- Помните те танковые редуктора, на которые нам месяц назад с Урала чертежи присылали? - спросил главный инженер. - Те самые, что хотят по десять комплектов в месяц, начиная с января 26-ого?

- Ну помню, - нахмурился Горелов. - Пять позиций по десять комплектов в месяц по каждой. Только мы же им отписались, что не имеем производственных возможностей? Производство и так загружено по уши.

- Писали, - согласился Никитин. - Только какой-то урод из министерства достал наши отчеты о загрузке производственных мощностей. И заявил, что вот у вас, дескать, всего 85% загрузка по токарному участку и 76% по зуборезному. А, значит, имеете возможность!

- А этому дебилу кто-нибудь объяснял, что у нас людей не хватает? - чуть не рявкнул Дмитрий Федотов, зам по производству. - Что на три десятка зуборезных станков всего три рабочих, а потому стопроцентную загрузку нам никак не получить? Люди просто не успеют станки налаживать!

- Пробовал, - усмехнулся Никитин. - Им плевать. Ваша проблема, говорят. Решайте как можете - людей нанимайте, сверхурочки вводите, на сторону отдавайте. Есть резерв по загрузке - значит, берите и делайте.

- Пять позиций! - тяжело вздохнул главный технолог. - Да мы техпроцессы пару месяцев только писать будем! А еще оснастку разрабатывать, изготавливать... До января успеть - это ж совсем в обрез сроки!

- И моим тоже, - добавил главный металлург завода. - Технологии писать, модели литейные делать, прессформы для литья по выплавляемым моделям...

- Не пять позиций. Три, - ответил главный инженер. - Две 'Спецмаш' взял все-таки...

- Нихрена себе! - ошарашенно произнес Лысов. - Их Потапов что, совсем мозги пропил? Да им и одного из них не сделать!

- Да Свиньин, поди, надавил, - поморщился Никитин. - Он же в производстве ноль полный... За то знает, что завод - банкрот, в долгах по уши. Вот и решил, видать, 'жирный заказ' хапнуть. 'Эффективный менеджер', мать его! Сколько уж заводов такие директора развалили... Впрочем, это уж не наша проблема. От парочки редукторов избавились - и на том спасибо.

- Значит, три редуктора, - задумчиво произнес Горелов. - Какие именно?

- Первый, четвертый и пятый, - ответил главный инженер.

- Самый сложные! - усмехнулся Лысов. - И сроки - до января... Пять месяцев на подготовку производства.

- Да, - подтвердил Никитин. - Три позиции, по десять штук каждой в январе 26-ого должны сдать. Сами понимаете, сроки эти можно малость подвинуть, все же новое производство... Это заказчики поймут. Но сильно злоупотреблять не стоит.

- Весело, мать его! - процедил сквозь зубы Лысов. - Значит, готовить производство?

- Да, - подтвердил главный инженер, а затем обратился к Горелову. - От ОКБ я жду, чтобы в течение недели отпечатали и выдали в работу полный комплект чертежей и ТУ на каждый редуктор. И рассылайте всем, кому надо. В ОГТ, ОГМет, в цеха...

- Понятно, - коротко ответил главный конструктор.

- Ну а ОГТ... Пусть ваши технологи сегодня же садятся за написание техпроцессов. Тем более, что пока, вроде, у них и работы не так уж много?

- На 'ноль сорок шестой' все техпроцессы давно готовы. Так что пока только текучка, - согласился Лысов. - Решение технологических вопросов, просмотр сторонних заказов - что мы можем сделать, что нет... Маршрутки пишут, оценивают примерную трудоемкость, смотрят, какие требуются приспособления...

- Сторонние заказы - в сторону, - ответил Никитин. - Если мы откажемся их брать, по шее нам никто за это не даст. А вот за эти три гребаных редуктора спросят! Так что пусть сразу в работу берут - и никаких маршруток. Пусть сразу нормальные техпроцессы пишут, оснащают как положено... Берите все по максимуму, чтобы потом не выплыло, что чего-то не хватает, а все уже посчитано.

- И чтобы до конца недели у меня на столе лежал список людей, кто требуется на производстве! - обратился на этот раз к заму по производству Никитин. - Токаря, фрезеровщики, шлифовщики, зуборезчики... Или кто еще там нужен будет? Постараемся хотя бы до января решить кадровый вопрос...

- Людей... - усмехнулся зам по производству. - Да у нас на заводе минимум четверть штата пустует... Зубошлифовщика, скажем, сколько времени уж найти не можем? И это я уж молчу про то, что в советское время мы в две смены работали, в пять раз больше людей было. И объемы вчетверо больше делали... А сейчас и станков-то такого количества не найдется. Что продали, что в металлолом ушло, что сломанное стоит...

- А ты пиши все, - усмехнулся главный инженер. - Предъявим этот список министерству... Пусть решают вопрос. Студентов к нам распределяют, в конце концов. Оборудования тоже докинь в список... Скажем, парочку современных зуборезных станков с ЧПУ, зубошлифовальный новый, несколько токарных и фрезерных с ЧПУ... Что там еще нужно-то? Ванны гальванические? ТВЧ-установка? Для ЦИЛ, может, оборудование какое? Или инструментальному цеху? Сильно наглеть не будем, но что-то, глядишь, да обломится.

- Инвестпроект пишите, скажут... - поморщился Федотов.

- И напишем! - отрезал главный инженер. - Заставлю этих бездельников наконец-то поработать, а не только отчеты о загрузке мощностей слать! Всего запрошенного не дадут, конечно... Но на что-то деньжат, глядишь, да подкинут. Так что проси больше - получишь то, что нужно, - усмехнулся Никитин.

- И все равно я не понимаю, - возвращаясь к себе в отдел, сказал, обращаясь к Горелову, Лысов. - 'Спецмаш' взял два редуктора... На что они хоть рассчитывают?

- Ну взяли-то они, положим, самые простые... - ответил главный конструктор.

- И все равно... - поморщился главный технолог. - Не понимаю. На что они надеются? Как они, не имея нифига, смогут сделать эти чертовы танковые редуктора? Да у них там инструменталки-то нормальной нет! В производстве зубчатых колес никто толком не разбирается! Помнишь, к нам от них Павлова-то Ксения приезжала? Ну та, что у них начальница бюро технологов по механике...

- Помню, - вспомнив ту поездку, ответил главный конструктор.

Это было тогда, когда из министерства велели передать производство 'ноль сорок шестых' со 'Спецмаша' на их завод. Точнее, формально это была не передача, а организация параллельного производства, но не суть. Когда-то 'Спецмаш' выпускал их по полсотни машин в год и планировал расширение, но в 1993 году заказы на них прекратились. Лишь в середине 00-х министерство вдруг вспомнило про машину, которую не делали больше десяти лет, и прислало заказ на пять машин в год. И тогда-то вдруг оказалось, что делать сложные редуктора на 'Спецмаше' больше никто не умеет. Ни осталось ни кадров, кто бы хорошо разбирался в зуборезке, ни квалифицированных рабочих, ни оборудования, значительную часть которого распродали и растащили еще в 90-е. Часть редукторов 'Спецмаш' передал на изготовление им - и какое-то время всех все устраивало. Пока Министерство не запросило от 'Спецмаша' не те пять машин в год, а не менее двадцати пяти. На что Свиньин прислал категорический отказ. И тогда сверху пришло распоряжение организовать параллельное производство у них, на 'Сармаше', руководство которого обещало делать по тридцать машин в год, с перспективой роста объемов.

- Ну вот... - заметил Лысов. - Почти двадцать лет самые сложные редуктора на 'ноль сорок шестой' мы им делаем. И тут вдруг на тебе... И ладно бы еще третий редуктор. Но они и второй взяли - а там и коническая пара, и червячная передача...

- Поди, как и на нас, из министерства надавили...

- Наверное, - согласился главный технолог.

Дойдя до своего кабинета, Юрий Лысов сел за рабочий стол и достал из кармана старенький, кнопочный мобильный телефон. Современные смартфоны он не признавал категорически. Разблокировал, зашел в контакты и нашел там тот, что был с именем 'Ксена'... И на миг словно вернулся в прошлое...

80-е, политехнический институт... Времена, когда еще никто не думал, что совсем скоро тяжелая промышленность, машиностроение вдруг станут 'не нужны' стране. Что к власти придут те, кто скажут 'мы все купим!' И Ксенка Павлова - по мнению большинства однокурсников, самая красивая девчонка их группы. В которую был влюблен чуть ли не каждый второй... Не исключая и самого Юрия.

В отличие от него, краснодипломника, Ксенка никогда не была лучшей студенткой... Пожалуй даже, 'троек' у нее в зачатке было куда больше, чем 'отлично'. Но ему было все равно... Ему она казалась самой лучшей девчонкой на свете... Пусть даже он так никогда и не решился ей сказать об этом. Хотя, как понял гораздо позже, все годы учебы она смотрела на него едва ли не больше, чем на доску с формулами. Пыталась обратить на себя внимание, то и дело спрашивая какую-нибудь мелочь или прося дать списать конспект лекций. 'А то я вон и половины записать не успела!' - смущенно говорила однокурсница. Но он принимал ее слова за чистую монету. И вот странная ирония судьбы... Прошло почти сорок лет с того дня, как они окончили политех. У обоих давно свои семьи, взрослые дети, внуки в школу ходят... Сейчас он - главный технолог 'Сармаша', а она - начальница бюро технологов по механике 'Спецмаша'. Отбросив в сторону все мысли, Юрий решительно ткнул пальцем зеленую 'трубку' вызова. 'У-у-у-у-у! У-у-у-у-у!' - послышались длинные гудки в телефоне. Один раз, второй, третий...

- Здравствуйте, Юрий Семенович! - послышался голос в трубке. - Какие-то вопросы по ноль сорок шестому?

- Здравствуйте, Ксения Владимировна! - ответил Лысов. - Нет, по нему - никаких... Работа налажена, все идет как надо. Сдали вчера четвертую серийную машину.

- С чем и поздравляю! - чуть ехидно усмехнулся голос из трубки. - Похвалиться решили, Юрий Семеныч? Вы, мол, за год пять машин с трудом делаете, а мы тут - ого-го? Двадцать в этом году сдать обещали и потом по тридцать каждый год в течении пяти лет?

- Нет-нет! - чуть растерялся Лысов. - Я вас про танковые редуктора спросить хотел... Ваш Алкоголич совсем что ли мозги пропил - такой заказ брать? Не сделаете ведь!

- А, это... Р2, Р3... - усмехнулась Ксения. - А нас, Юрий Семенович, никто не спрашивал, хотим ли мы их брать или нет. Велено было взять минимум две позиции редукторов - вот мы уж и выбрали что попроще.

- Да ты же сама говорила, что у вас и технологов нет, кто бы в зуборезке разбирался!

- Не было... - вдруг усмехнулась Ксения. - А теперь есть... Так что, глядишь, не хуже вас скоро зубчатые колеса делать будем.

- Ээээ... - даже растерялся Лысов, а затем произнес то единственное, что только и мог. - Откуда? С теми-то зарплатами, что у вас на 'Спецмаше'...

- Знаешь, - после затянувшегося молчания начала Ксения. - Знаете... Пришла к нам тут пару месяцев назад девочка одна... После 'механизации'. И вот странно... Смотрела на нее поначалу и думала - балбеска обычная, не выйдет с нее толку. А потом... - голос женщины дрогнул. - А потом она вдруг совсем другим человеком стала! И... Мне порой жутко становится. Словно смотрю я на нее, а вижу перед собой Ольгу Ивановну покойницу, начальницу свою бывшую. Словно Верка эта не после института к нам пришла, а лет двадцать на производстве отработала! Словно это не я тут начальница, тридцать с лишним лет стажа, а она тут всю жизнь отработала! А я перед ней - как та девчонка из политеха! Смотрю, слушаю, разинув рот... И не понимаю и половины услышанного!

- Хочешь сказать, перспективный кадр появился, надо поскорее к себе переманивать? - решил разрядить обстановку шуткой Юрий.

- Лысов! Убью! - чуть ли не выкрикнула Ксения. - Она моя!

- Не буду, - вздохнул Лысов. - Но ты ж понимаешь, что долго у вас она не задержится? С теми-то зарплатами, что у вас на 'Спецмаше'...

- Знаю... - тихо произнесла начальница бюро. - Но я постараюсь ей первую категорию поскорее выбить... Надбавку... Хоть до самого генерального пойду!

- Ну успехов, - тихо произнес Юрий. - Только знаешь... Помнишь 80-е? 'Спецмаш' тогда на подъеме был, новые цеха вовсю строились, производство расширялось. 'Завод специального машиностроения' - гордость советской 'оборонки'! У вас там было все самое лучшее, самое современное. Наш 'Сармаш' тогда почти вдвое меньше был и на его фоне не очень-то и смотрелся... Все тогда удивлялись, что я пошел не на 'Спецмаш', а сюда.

- Ну помню... - удивленно спросила Ксения. - Я тоже удивлялась. Только к чему это?

- Странная ирония судьбы, - заметил Лысов. - Я ведь тогда лишь по одной причине так решил... 'Сармаш' - он ведь прямо напротив нашего с родителями дома. Вышел из квартиры, пять минут пешком - и на работе. А к вам туда - полчаса на троллейбусе. И каким-то чудом оказался именно на том заводе, что пережил все эти перестройки с перестрелками и смог сохранить основные производственные мощности. А от громадного, мощного 'Спецмаша' остались рожки да ножки...

- Я бы в такое тоже не поверила тогда, - согласилась Ксения. - Но такова уж судьба нашего завода... И что бы мы на этот счет не думали - это не превратит ТЦ 'Весенний' обратно в четырнадцатый цех, не восстановит разрушенный литейный и не вернет заводу занятые арендаторами цеха и склады. Не превратит заброшенные руины новой территории в современный завод и не вернет в цеха те двенадцать тысяч человек, что работали прежде.

- Но ты еще на что-то надеешься?

- Я? - грустно усмехнулась Ксения. - Да ни на что. Лишь на то, что на мой век и этого хватит...

- На твой? - нахмурился Лысов. - А как же твои дети, внуки? Им что, работать уже и не надо будет?

- Дети... - грустно усмехнулась женщина. - Сын мой дальнобойщиком работает. А дочь в ресторане шеф-поваром. Зачем им наши заводы? Зачем им почти уж мертвый 'Спецмаш'? Уж скорее они к вам пойдут... 'Сарыньтавский машиностроительный завод - гордость ОПК РДФР', - вспомнила почти пятнадцатилетней давности заголовок в региональной газете Ксения.

- Было такое, аж замминистра к нам приезжал, - вдруг усмехнулся Лысов. - Лесков тогда еще директором был, почти на каждой фотографии засветиться успел. Новые станки в шестом цеху тогда отмыли тщательно, чтобы как новенькие блестели. А старые еще и перекрасили. Бегали, орали, чтобы до приезда большого начальства никто не смел их включать и пачкать. Почти на две недели цех встал - к станкам-то и подходить не моги! Ламп за то светодиодных понавесили по цеху и административному корпусу. А потом через год посадили этого Лескова за то, что свой карман с государственным путал. Аж на триста миллионов завод 'модернизировал'! Только ничего, кроме тех ламп и новой краски, мы так и не увидели.

- Ого! - присвистнула Ксения. - Не знала таких подробностей...

- А их не афишировали, - ответил Лысов. - Все по-тихому как-то прошло...

- Ну да... Тень на замминистра бросит! - ехидно усмехнулась женщина. - Уж сколько я подобных историй слыхала...

- Ага. Хорошо, что хоть литейный цех закрыть не успели, как этот крендель тогда хотел... Закрыть да под постройку ТЦ землю продать.

- А у нас литейный уж почти двадцать лет не работает. В прошлом году так и вовсе крыша провалилась. С самых 90-х никто ж не ремонтировал...

И что тут сказать? Сказать Лысову было особо и нечего. От когда-то огромного, мощного 'Завода специального машиностроения' не осталось почти ничего. Где когда-то работало двенадцать тысяч, там сейчас - меньше пяти сотен. В два с половиной раза меньше, чем на прежде более маленьком 'Сармаше'.

- Ладно. Прощай, Ксюх, - вздохнул Лысов. - Заболтался я что-то с тобой, а тут на заводе у самого работы полно... И... Пусть эта Вера даст вашему заводу хоть немного веры в будущее...

- Веры в будущее... Как громко сказано! - усмехнулась Ксения. - Откуда ж ей взяться на руинах? Не во что тут верить... Ну да ладно. У меня тут тоже работы завал... У вас-то там, поди, начальники бюро техпроцессы не пишут, а тут и самой помогать приходится. Людей-то фиг да маленько осталось...

Положив трубку, Юрий Лысов раздраженно глянул на стопку бумаг на столе... Стопка техпроцессов на подпись, служебки, акты, приказы... Все то, с чем каждый день приходится иметь дело главному технологу. Но сейчас он уже думал о другом... Сняв трубку, он быстро тыкнул четыре кнопки - цифры номера.

- Алло, это ты, Саш? - когда сняли трубку, коротко бросил в микрофон главный технолог. - Помнишь те редуктора, по которым месяц назад нам запрос с Урала присылали?

- Ну да, были такие... - послышался в трубке голос начальника бюро технологов по мехобработке. - А что, опять всплыли что ли?

- Всплыли! - проворчал Лысов. - Министерство требует, чтобы мы взяли первую, четвертую и пятую позиции...

- Блин! - выругался Александр. - Мы только с одним делом более-менее расхлебались, 'ноль сорок шесть' в серию запустили, а тут еще это.

- В общем, жду у себя, - ответил Лысов. - И Машку Трофимову по дороге захвати.

- КБ по оснастке? - удивился начальник бюро механиков.

- Ага... Будем смотреть, что нам для тех редукторов надо. И успеем ли за пять месяцев все разработать и сделать.

- Хорошо. Минут через пять буду, - ответил Александр.

А Лысов подумал о том, кому следовало бы в следующий раз позвонить. Дмитрий Алексеев, зам начальника инструментального цеха по производству. Тот человек на заводе, кому хватит быстрого взгляда для того, чтобы прикинуть, какая оснастка нужна. Какова хотя бы примерная трудоемкость ее изготовления. И за какой срок это возможно сделать на практике... В конце концов, техпроцессы они напишут за месяц-два. Оснастку разработать... Ну месяца три-четыре с начала оснащения, а оно начнется сразу после того, как будут написаны первые технологии. Вот только этого мало... Надо было еще и оценить производственные возможности инструментального, четвертого, цеха.

Глава 14.

Утром Аньке надо было идти на 'Спецмаш' на час позже, чем Вере, но вместо этого она увязалась за ней - и всю дорогу лезла с расспросами.

- А начальство-то у вас как?

- Начальство? - решила приколоться над Анькой Вера. - Начальство у нас - сущие звери! - с абсолютно серьезным видом заявила она. - Коль неправильно что сделаешь - мат на весь завод слышен будет! Так что ты там того... Берегись!

- Блин, Верк! - аж встала как вкопанная Анька. - Ты чего ж сразу-то не сказала?!

- Да шучу я, - рассмеялась Вера. - Непосредственное-то начальство у нас еще ничего... А кто повыше - с тем мы не больно-то имеем дело.

- А работа-то... Работа хоть как?

- Да как везде, - вздохнула Вера. - Кто-то на себе все прет. А кто-то имитацией бурной деятельности занимается...

- Ну да... Как же иначе! - хмыкнула Анька. - В доставке тоже одни работают, а другие деньги получают...

Но вот и проходная завода - и если Вера спокойно приложила пропуск и прошла внутрь, то Аньке дорога внутрь пока закрыта. Ей было велено приходить к девяти - а потому и пропустить ее пока некому. Начальница отдела кадров на утреннем совещании в дирекции.

Оказавшись во внутреннем дворе, Вера с удивлением увидела, что у стоявшего напротив проходной ржавого 'ЗиЛа'-крана открыт капот, а около него возится пара мужиков...

- Да нахрен он кому понадобился? - ругался один из них. - Это старье лет пять назад в последний раз заводили! Как для арендаторов территорию освобождали, станки вывозили!

- Да вообще похер! - ответил второй. - Говорят, главный инженер велел. А нахрена ему этот 'ЗиЛ' понадобился - можешь сам сходить и спросить!

И Вере вдруг стало обидно за такое отношение... Там, в прошлой жизни, до того, как оказалась в этом времени, она не раз видела эту машину. Новую, блестящую... Ее тогда использовали для разгрузки с платформ нового оборудования. А сейчас... Сейчас, похоже, пара механиков и сама не знала, зачем он им нужен. Просто пришло указание начальства - и они нехотя занялись ремонтом.

- Михалыч! - крикнул кому-то, кто сидел в кабине, один из механиков. - Крутни попробуй!

- Что мужики, трахаетесь? - проходя мимо, бросил кто-то незнакомый Вере.

- Вот только, Санек, не говори про 'хотите по-настоящему'! Мы уже тут 'по-настоящему!' - ответил тот же механик.

- Ну а вы что хотите? - хмыкнул тот мужик, что проходил мимо. - Слыхал уже, что к нам завтра губернатор приезжает? Вот, видать, и велели с глаз долой убрать!

- Да мы б его уж трактором десять раз утащили! - возмущенно крикнул другой механик. - Вон сзади бывшего литейного поставить, там свалка такая, что никакой начальник не полезет!

В этот момент все же послышался звук работающего стартера. Один раз, потом, с небольшим перерывом, второй. 'Не заведется', - успела подумать Вера. Но словно наперекор ее мыслям с третьей попытки двигатель, хоть и с перебоями, затарахтел...

- Да ладно! - офигело произнес один из механиков. - Он еще и работать может?

- Охренеть! - только и произнес их знакомый, что говорил про приезд губернатора.

- Сейчас своим ходом отгоню, - выпрыгнув из кабины, усмехнулся Михалыч, оказавшийся мужиком лет шестидесяти. - У меня хоть и права на легковые да на трактор, а в детстве в колхозе катался на таком. Батьку помогал...

Подойдя к переду машины, он ловко захлопнул капот, а потом провел рукой по решетке радиатора.

- ***, такой завод просрали! - выругался он. - Сами ж, ***, все делали! Не от косоглазых тащили... Ну что там, какие дальше-то указания?

- А я что, знаю? - хмыкнул один из механиков. - У нас свое начальство, у тебя - свое.

Но Вере некогда было смотреть на то, что там дальше будет с 'ЗиЛом'. Ей пора было на свое рабочее место, в ОГТ... И, как оказалось, тут ее уже тоже ждали.

- Тут тебя Рысенко искала, - первым делом сообщила Ксения Владимировна.

- Это из инструменталки что ли? А что ей надо было?

- Не сказала, - ответила начальница.

Сняв трубку с телефонного аппарата, Вера привычно набрала диском четыре цифры номера техбюро семнадцатого цеха, и после пары гудков ей ответили.

- Здравствуйте, Виктория Михайловна! - поздоровалась девушка.

- А, это ты, Верочка? Здравствуй! - ответила технолог. - А я как раз тебя искала. Вот мне тут передали чертеж на фрезу червячную... Понимаю, что чертеж-то не нашего завода, но все же. У нас ведь какая всегда практика была? Перед тем, как пускать в работу три фрезы из самокала, обычно делали пробную из 9ХС. Надолго ее, конечно, не хватит, затупится быстро, особенно если по стали работать. Но, чтобы убедиться, что все размеры правильно посчитаны, пару-тройку пробных деталей нарезать - вполне...

И тут Вера вспомнила, что и впрямь слышала про такую практику... Хотя никогда особо и не забивала этим голову. Это ведь была работа конструкторов по оснастке - точнее даже, конкретно по металлорежущему инструменту.

- Хорошо, - согласилась Вера. - Делайте из 9ХС. Только вы же сами говорили, что на заводе ее нету уж фиг знает сколько времен?

- Так я ее в ведомость включу, - усмехнулась Рысенко. - Пусть закупают, раз уж новое изделие в производство запускать надумали... Только мне надо, чтобы ты в чертеж дописала: 'Опытный образец фрезы изготовить из стали 9ХС ГОСТ 5950-2000'. Ну и мне сюда исправленную копию прислала. И да, пробную-то фрезу я тогда насадную делать буду, под оправку на двенадцать миллиметров, а то тут-то уральцы цельную нарисовали, с хвостом, с конусом. А какой смысл столько инструментальной стали на экспериментальную фрезу переводить? Стыковая сварка-то ее не берет, да и нет ее у нас давно. Из Р18 инструмент целиковый делаем... Но тот хоть служит долго.

- Хорошо, - согласилась Вера. - Сейчас добавлю пометку.

Захватив с собой черную гелевую ручку, Вера отправилась в Архив, где Андрей открыл вторую секцию. А дальше уж было делом техники... Найти последнюю папку с режущим инструментом, найти в ней чертеж фрезы Р-07.0106 и, положив на стол, аккуратно дописать дополнительный пункт в техтребования - после чего отдать Андрею на копирование.

- Да сама бы скопировала? - удивился он. - Машина-то не заперта...

- Я не умею, - лишь пожала плечами девушка.

- Да что там уметь-то? - усмехнулся он.

Зайдя в помещение, где она стояла, Андрей подошел к машине и тыкнул пальцем в пару кнопок, а затем засунул лист в приемное устройство, что мигом схватило лист и протянуло насквозь, выбросив в противоположную сторону, а вскоре загудело и само печатающее устройство, из которого поползла копия чертежа. 'В-з-з-з-зик!' - взвизгнуло отрезное устройство, но Андрей уже взял рукой лист, чтобы тот, как вылезет до конца, не упал на пол и положил его на стол с компьютером рядом.

- Ну а теперь складываешь пополам, чистой стороной наружу, пишешь, можно прямо ручкой, 'в 17 цех' и кладешь в ящик, он у нас в архиве висит.

Ну да, это-то Вера знала прекрасно... Еще по прошлой жизни, когда работала здесь на заводе. Только тогда еще не было таких копировальных машин.

Вернувшись в свое бюро, Вера села было за компьютер, продолжать работу, но тут дверь в их комнату открылась, и туда буквально залетел толстый, лысоватый коротышка с очками на носу.

- Привет! - коротко бросил он, глядя по сторонам. - А тут у вас, говорят, монитор есть?

- Монитор? - удивленно спросила Лена. - А, это для новой конструкторши что ли? Вон там, сзади, в шкафчике. Он хоть и маленький, но все же ЖК...

Протопав к шкафу, коротышка резко распахнул дверцу одежного шкафа, внизу которого и впрямь стояла пара мониторов.

- Отлично! - схватив один из них, белый, куда меньше того, что стоял у Веры на столе, мужчина побежал было обратно, но на полпути встал как вкопанный. - А принтера тут не найдется?

- Принтер? - усмехнулась та же самая Лена. - Ну если только тот, к кому твои товарищи второй год не могут картридж найти. Не производят, дескать!

- А, этот... - безнадежно бросил коротышка. - Ладно, матричный ей поставлю... Их у нас как грязи валяется...

С этими словами он исчез за дверью, после чего Лена ехидно усмехнулась:

- Забегали компьютерщики наши... Как всегда, все в последний момент делается.

- А у нас по-другому бывает? - усмехнулся в ответ Василий. - А принтеры у ОКБшников есть наверняка... Только они их не отдадут. Другой отдел - другое царство.

В этот миг за окном послышался рев автомобильного двигателя, и мужчина, привстав, глянул в окно:

- Ого! Раскочегарили, значит, эту колымагу...

Так же встав и подойдя к окну, Вера бросила взгляд... И впрямь! Мимо инженерного корпуса медленно прокатился 'ЗиЛ'-автокран - однако, вместо того, чтобы свернуть в проезд за бывшим литейным, поехал куда-то дальше и быстро скрылся из виду...

- К приезду губернатора готовятся! - хмыкнул мужчина. - Старье с глаз долой убирают... Загонят сейчас в какой-нибудь ангар или заброшенный цех...

Однако на том суматоха только начиналась... Ведь еще через несколько минут в их комнату влетел сам Алкоголич. Злой, запыхавшийся...

- Так, а что у вас тут свалка такая? - не здороваясь, бросил главный технолог. - На каждом столе - свалка мусора! Чтобы сегодня же убрали все! А то завтра сюда сам губернатор приедет... Что тут у нас? Техпроцессы? Сдать в архив! Чайник? Спрятать подальше! Он тут вообще не положен. А это что? - подойдя к очередному столу, бросил Алкоголич. - Модельки продукции? Старье, конечно, но пойдет... Помыть, чтобы блестели, и вон туда выставить! - ткнул пальцем в сторону ближайшего от входа стола главный технолог.

Вспомнив про эти модельки, Вера лишь мысленно усмехнулась... Наверное, все они были еще в ее времени - и показывали ту технику, что когда-то выпускал завод. От зенитных артиллерийских установок времен войны до самоходных артиллерийских комплексов разработки 80-х, вроде той самой 'ноль сорок шестой' машины. Впрочем, были там и образцы вполне себе гражданской продукции... Когда-то их показывали молодежи, практикантам, кто приходил на завод. А теперь их будут демонстрировать высокому начальству - как символ индустриальной мощи страны, которой больше нет. Делая вид, что это мы 'ого-го какие', хотя даже ту 'ноль сорок шестую' нынче с трудом делают пять машин в год... А большая часть того, что было на этих моделях, не производилось вовсе.

- И вон, я смотрю, грамоты тут висят... Их тоже около этого стола повесьте. Чтобы сразу от входа видно было! И я сейчас уборщиц пришлю, пусть полы с окнами помоют, чтобы все блестело, как у кота... хм... Ну вы все поняли! Так, а это что? - взгляд главного технолога зацепился за висевший на стене еще с советских времен портрет Ленина. - Убрать! Потом назад повесите, если захотите.

- Пятно же на стене будет, - заметила Света.

- Ну тогда вон... Пейзаж какой повесьте. Или еще чего, только чтобы никакой политики! В общем, вечером проверю!

С этими словами Алкоголич выскочил обратно за дверь, и в коридоре послышался торопливый топот его шагов. А еще через несколько минут к ним зашла Ксения Владимировна.

- Ну что, Толик со своими 'цэу' уже побывал, смотрю? - усмехнулась начальница.

- Ага, - хмыкнула Света. - Пейзаж вместо Ленина велел повесить. И убрать все нафиг.

- Ну все понятно, - в голосе Ксении вновь послышалась усмешка. - Снимем, значит. Только пейзажей у нас нет... Мы кое-что другое повесим.

- Что? - заинтересовалась Лена.

- Фотографию первого директора завода.

- Это ту, что в шкафу лежит? - заинтересовался Василий.

- Именно что... Так, значит... Свет, ты моделями займись, ототри их как следует и на стол расставь. Пусть Алкоголич радуется. Ты, Лен, техпроцессы глянь. Чем сейчас все равно заниматься не будем - в архив. Что нужно - я сейчас третью комнату открою, там все равно уж лет пятнадцать никого нет... Там на столах сложим. А вы, Вера с Васей... Нет, нафиг! Занимайтесь своей работой! Корпуса с зуборезкой - это первое, что с нас спросят. И всем наплевать будет, что мы тут к приезду губернатора готовились. А я сама портреты перевешу. Гвозди с молотком у нас тут найдутся, надеюсь? А ты, Ир, столы протри пока!

- Я вам уборщица что ли? - отвернув голову от монитора, где вместо работы читала какую-то книгу, 'технологиня'. - Я сюда не для этого устраивалась! Я технолог вообще-то!

- Технолог она? - внезапно взорвалась начальница. - Да таких, как ты технологов, раньше поганой метлой отсюда гнали!

Схватив со стола какую-то бумажку, она со злостью буквально швырнула ее Ирке на стол.

- На, читай! Чья это была технология? Чей брак?! - рявкнула Ксения, но затем все же взяла себя в руки. - Целая партия деталей - брак! Ты хоть представляешь, что будет, если дело до балансовой комиссии дойдет? Нас же все бюро премий лишат за 'отсутствие технологической дисциплины'!

- Ну а я тут при чем? - невозмутимо фыркнула Ирка. - Мой брак - это только первая деталь. А остальные... Где были рабочий, мастер, ОТК? Как эту деталь сдавали? Да и вообще, - ехидно усмехнулась она. - Вспомните, чья там подпись следом за моей стоит? Начальника бюро! То есть, ваша... А я что... Я - молодой специалист, могу и ошибаться!

- Вот как, значит? - казалось, что теперь взглядом Ксении можно убивать на месте. - Не знала я, выходит, какое ж ты дерьмо! Ошибаться каждый может. Вот только бывают ошибки. А бывает так, что кто-то работает 'на отвяжись'! Ну да ладно! Можешь хоть спать на рабочем месте! Только я поставлю вопрос о твоем несоответствии занимаемой должности. Халтура, твое посещение работы... Да если я сейчас это все вытащу - тебя по статье уволить можно!

- Ну и идите вы! - фыркнула Ирка.

Схватив со стола чистый лист, она быстро накарябала несколько строчек, а зачем вскочила с места и выскочила вон из комнаты.

- Баба с возу - кобылам легче, - усмехнулся Василий. - Давно пора было с ней цацкаться перестать.

- Что там за брак-то хоть? - когда шаги Ирки исчезли вдали, спросила Вера.

- Оськи... Двести штук, - вздохнула Ксения Владимировна. - Простейшие оськи... Мне и в голову не приходило, что кому-то придет в голову делать их без шлифовки... Там же 0,8 шероховатость! И допуск на цилиндричность, который она вообще проигнорировала. Целая партия на списание, если ничего не придумаем! Никакое ОТК такую халтуру не примет.

- И на какую сумму это потянет? - спросил Василий.

- Несколько тысяч... - усмехнулась Ксения. - И балансовая нам их еще припомнит...

- А новые сделать? - предложила Лена.

- А металл где взять на новые? Был бы еще десяток - набрали бы с каких-нибудь старых запасов. Но их две сотни! Они ж как ЧПУ настроили - так и погнали одну за другой...

- А если их на что другое пустить? - предложила опять Лена. - Штифтов, шпилек наточить? А тот материал, что на них, на оськи эти пустить...

- А это уж только с мастером да начальником цеха договариваться. Чтобы они 'не заметили' такого нарушения... - вздохнула начальница. - Когда сюда шла, как раз тебе это дело поручить хотела... И технологию переписать, заодно.

- Не согласится Сашка, - поморщилась Лена. - Скажет, трудоемкость выросла, а кто оплатит? Шпильки ж из калибровки точим на автомате. Скажет, пишите, мол, форму на отклонение от техпроцесса. А там требуется указать, по чьей вине оно.

- И плакали наши премии... - грустно усмехнулся Василий.

- Они и так, и так уж плакали... - заметила Света. - Так хоть меньше снимут.

- А если мастера напрямую попросить? - предложила Вера.

- Так он и будет тебе против начальника цеха идти... - грустно усмехнулась Света.

- Давайте, я сама схожу, - вздохнула Вера. - Переговорю с людьми...

- Ну иди... Коль ты уж такая смелая, - лишь усмехнулась Ксения Владимировна.

Что ж... Значит, сходит. Мало ли на практике Веры похожих случаев было? Правда, она все же ни разу не помнила, чтобы такое случалось по откровенной халатности технолога. Обычно причины бывали другого рода... Ошибки, какие-то неучтенные факторы, иногда даже - изменения КД, которые вовремя не отобразили в техпроцессах. Или производство поторопилось сделать задел, а в это время внесли изменения... Бывало, конечно, такое и по вине цеха - но такой брак обычно старались переделать по-тихому. Но оправдываться за халатность технолога... Такого опыта прежде у Веры не было.

- Пойду я тогда, мне сегодня еще новую сотрудницу устраивать, - заметила начальница. - Хоть посмотрю, что там с компьютером для нее...

Ксения ушла, а в бюро продолжалась подготовка к визиту 'высоких гостей'. Разбирали техпроцессы и решали, что сдать в архив, а что перетащить в соседнюю комнату. Протирали и расставляли модельки техники. Василий все же отвлекся от работы - принялся протирать столы от пыли. Но вскоре к ним пришла бабка-уборщица - и выгнала всех из комнаты, велев раньше, чем через полчаса, не появляться. И именно в это время с победным видом вернулась Ирка.

- После обеда к сварщикам ухожу! - с гордостью заявила она. - Анатолий Андреевич подписал заявление на перевод, - явно выделила имя с отчеством главного технолога Ирка, словно показав, что вот именно она-то его уважает, она-то не зовет его 'Алкоголичем'. - Знаете, как он меня просил не уходить? Ты, говорит, не увольняйся только, Ирин, попробуй вон к сварщикам пойти - у них единственный технолог зашивается!

- Ну давай! - ехидно усмехнулся Василий. - Нам ты на несколько тысяч брака сделала, а им на пару миллионов можешь. Есть еще, куда расти!

- Да пошли вы все! - фыркнула Ирка.

Забежав в комнату, она схватила сумочку со своими вещами, кинула в нее кружку с пачкой чая и вскоре выскочила обратно, умчавшись вдаль по коридору.

Плюнув на Ирку и ее закидоны, Вера отправилась в архив, где Андрей очень быстро нашел нужную технологию... Вот они, те оси. Это оказалась не основная продукция завода, а какой-то сторонний заказ - так что даже лежали они на отдельном стеллаже. Там же, вместе с техпроцессом, был и чертеж. Итак, что у нас есть? Ось длиной 120 миллиметров, диаметр 10g7, допуск на цилиндричность в сотку. На концах проточки под стопорные кольца и фаски 2х30 градусов. И шероховатость поверхности Ra 0,80... А твердость? HRC 28...32. Сталь 45. И что она там делает?

Ага, отрезает заготовку. Потом на термичку. Потом токарка. Станок ИТ-42. Итак, что тут есть? Одна токарная. Подрезать торец, и 'точить на длину 115 мм, выдерживая размер 10g7'... Здесь же - точить канавки и фаску с одной стороны. Вторая токарная. Перевернуть деталь, подрезать второй торец и опять 'точить, выдерживая размер 10g7'. После чего точить вторую фаску - и все, деталь готова!

В этот миг Вера почувствовала, что у нее на голове начинают шевелиться волосы... Ну хорошо, подрезала она торец... А что потом? Точить 115 миллиметров... Это же длина - больше десяти диаметров! А она предлагает точить ее без люнета, не поджав деталь центром, да еще и зажав за 'хвостик' длиной не больше семи миллиметров! Потом вторая токарная... Ладно, представим, что предыдущая все же получилась. Но теперь она опять зажимает деталь в кулачки? В самые что ни на есть обычные! Не в сырые, не в цангу... Просто зажать и проточить! И, наконец, последнее... Как при длине оси 120 мм получить требуемые размеры и чистоту обработки без шлифовки? Что мешало ей дальше ввести бесцентрово-шлифовальную операцию?

Понятное дело, что на деле детали делали не так. И зажимали по-другому, чтобы не получить в лоб вылетевшей из патрона деталью. И центровали, скорее всего. Хотя бы совсем немного. И получили совсем не то, что требуется по чертежу и техпроцессу.

- Что ж... - задумчиво произнесла Вера. - Теперь осталось лишь сходить в одиннадцатый цех... И подумать, на что можно пустить иркин брак.

Глава 15.

По пути в одиннадцатый механический Вера думала о том, на что бы можно было пустить эти детали. Штифты? Казалось бы, логично... Но те почти всегда с допуском в плюс, а тут и так минус, а после шлифовки он еще больше станет. Даже в h9 не пройдет. Ну и концы обрезать надо будет тоже. Там ведь проточка диаметром 9,5 миллиметров. Так что разве что 'восьмерки' штифты точить. Но 'восьмерки' точат из прутка 'десятки', так что перерасход металла выйдет. Что там еще может быть? Шпильки М10? Можно, конечно. Обрезать в размер, проточить на нужную длину под накатку резьбы, накатать... Вот только для этого обычно использовали калибровку того же диаметра, а тут заготовка двенадцать миллиметров диаметром была. Так что опять перерасход металла получается. Что там еще есть из стандартного?

И тут из глубины памяти пришел ответ. Винты М6. ГОСТ 1491-80. ГОСТ 11738-84. Надо лишь выяснить, какая номенклатура сейчас делается все тем же одиннадцатым цехом. Помнится, мелкосерийные винты точили на обычных 1И611П, чтобы не морочить голову с переналадкой токарных автоматов, на которых обычно делали партии в тысячи деталей. Что там дальше? Твердость HRC 28...32. По ГОСТу 1759.4-87 это, кажется, подходит под класс прочности 9,8. Не частый винтик... Обычно-то используются классы от 6,8 до 8,8. Но и 9,8 иногда используется - хотя их-то обычно делали из стали 40Х. Ничего, 45 - она идет как заменитель... Да и по классу крепежа всегда допускается замена крепежа на другой, с лучшими характеристиками. Так что и вместо не каленых пойдет. Значит, брать бракованную ось как заготовку, точить под стержень, тут и проточка - не помеха, все равно ведь под стержень точить. И да, высокопрочку всегда на универсальных станках и точили. Во-первых, потребность невысокая, а во-вторых - в автоматах использовали длинные калиброванные прутки, которые в заготовке фиг закалишь. Так что сходится все, что нужно.

Распахнув дверь, Вера оказалась в одиннадцатом цеху. И пусть он работал далеко не на ту мощность, что в советское время, но и сейчас шума от станков хватало... Только вместо того, чтобы идти сразу к начальнику цеха, она решила дойти до зуборезчика.

- Ну что, Петрович, готова что ли коничка? - поинтересовалась у него Вера.

- А то как же! - усмехнулся Скворцов. - Пошли, сама глянешь...

И вот тот самый станок 5А250П - и торчащая в шпинделе шестеренка. Давнишний-предавнишний брак, что хранили в качестве наладочной детали, с шестого редуктора 'ноль сорок шестой' машины. Который давно уже заказывали на 'Сармаше'...

- Ну вот, смотри, - взял в руки штангензубомер зуборезчик. - Сейчас он настроен на 'проход'. Вон я на середине зуба метку фломастером поставил. Прикладываем и смотрим, нет ли просвета по высоте. Ну? Нет просвета! А теперь...

Взяв набор плиток, Скворцов настроил штангензубомер на 'непроход'. И вновь приложил к тому же месту.

- А теперь? - продолжил он. - Не садится, есть просвет! Сама можешь вон глянуть. Значит, по хорде в допуске все. А уж что там по профилю, по центральности - то стенд показать должен. Если пятна контакта не будет - значит, что-то не так. Образцовые-то шестеренки - вон они, на столе у меня лежат. Ждем лишь, когда в семнадцатом стенд отремонтируют. Проектора-то все равно у нас нет, так что только так.

- Ну тогда ждем, - заметила Вера. - Когда стенд отремонтируют...

Подойдя к столу, она взяла в руки образцовые колеса. Такие же, как в 'настоящем' редукторе, шестерни. Только на две степени точнее. Не восьмая, а шестая... Шлифованные, блестящие - Петрович оттер их от консервационной смазки, в которой они провалялись тридцать лет. Сейчас такие завод уж точно не сделает...

- Ага. Ждем, - усмехнулся зуборезчик. - Надеюсь, хоть в месяц-другой уложатся...

- А если сходить прямо в семнадцатый и на месте проверить? - предложила Вера. - Ну да, нет там упора с направляющей для измерения биений. Но это и индикаторной стойкой померить можно... Грубее, но сойдет. А для контроля пятна контакта упор тот и не нужен, так посмотрим.

- Ну вообще можно... - задумчиво произнес Скворцов. - Только я к Рысенко в гости не ходок... Будет опять про то, что мы у них из инструменталки последний зубофрезерный станок утащили...

- Да нормальная она технолог... - удивилась Вера.

- Я уж не знаю, какая она как технолог, - поморщился Петрович. - Только опять начнет про то, что наш цех всю инструменталку им растащил, что работать скоро не на чем будет...

- Ладно, схожу, - ответила Вера.

- Я тогда сейчас шестеренку сниму и схожу в инструменталку, пусть оправку поищут. Тут она в технологии указана же... - ответил зуборезчик.

- А я пока схожу до начальства, - ответила Вера.

Дойдя до лестницы, она поднялась на второй этаж и дошла до кабинета начальника цеха, где уже бывала на прошлой неделе... Когда вместе с Петровичем копировала чертежи на шестерни - чтобы тот подобрал к ним оправки на зуборезку. И вот она опять тут... Следы протечек на потолке за неделю, естественно, никуда не делись. Как и старая, обшарпанная, дверь кабинета не превратилась в новенькую. И вот и она, вотчина начальника цеха. 'Александр', - вспомнила его имя Вера, но ни фамилии, ни отчества она не знала.

- Здравствуйте! - обратилась к начальнику цеха Вера. - Я к вам по поводу осей.

- Ну, привет! - повернул к ней голову Александр, а затем чуть усмехнулся. - Прислали, значит, за Фоменко вашей дерьмо разгребать? Ну-ну... Петрович-то говорил, что ты девка толковая, я против тебя ничего не имею. Только что там разгребешь? Брак по вине ОГТ, я вон как раз сижу, служебку сочиняю... - махнул он рукой в сторону монитора. - Другого металла у меня нет! Новые оси не из чего делать! А на эти ОТК уже браковку выписывает.

'Да не поверю!' - при последних словах мысленно усмехнулась Вера. Чтобы у начальника цеха не было 'левого' металла? На реальном заводе такого не бывает никогда! Вот только тут ведь в другом дело. Во-первых, большая партия. А, во-вторых, нафига начальнику вытаскивать свою заначку ради устранения брака, в котором формально нет его вины? Но сейчас лучше с этим вопросом не вылезать.

- А зачем другой металл? - спросила Вера. - Можно ведь и этот в дело пустить. Ваш цех ведь делает винты М6? ГОСТ 1491, ГОСТ 11738? А у них как раз десять миллиметров диаметр головки. Можно сказать, часть работы уже выполнена...

- Их седьмой цех точит, на автоматах! - усмехнулся начальник.

- Массовые - да, - согласилась Вера. - Те, которые тысячами нужны. А те, которых по десятку, а то и по несколько штук на изделие идет? Да, к тому же, высокопрочка? На автомате-то каленую сталь не точат, их всегда универсально делали. В вашем цеху. Вот и смотрите. Диаметр под головку уже готов, остается проточить стержень и отрезать - а дальше все, как и положено по техпроцессу. Фрезеровка паза или прошивка шестигранного отверстия, накатка резьбы - и на покрытие...

- Там 40Х идет... - задумчиво произнес Александр.

- По ТУ на 'ноль сорок шестой' разрешается замена крепежа в обе стороны... - вовремя вспомнила Вера. - Как и на большинство других изделий.

- Замена... - хмыкнул начальник. - Ну, допустим, оно красиво выглядит... Заготовка уже закалена как следует, надо только прочить да резьбу накатать... Ну хорошо, допустим. Сейчас гляну, что у нас там в плане по винтам на ближайшее время. Может, и впрямь подберу чего... Только оси-то мне все равно новые делать! И даже если я сейчас заявку на изменение техпроцесса напишу, пруток 45-й у меня в цеху от этого не появится! С винтов-то не возьмешь - на них 40Х дадут, а в чертеже на оськи эти заменителя нет!

Откровенно говоря, Вера была почти уверена, что и оси эти можно было бы с тем же успехом сделать из 40Х. И, будь это изделие их завода, этот вопрос можно было б решить заявкой в ОКБ на введение материала-заменителя. Но это была чужая разработка, а потому согласование таких замен грозит обернуться целой тягомотиной согласований... Проще будет договориться о выделении со склада другой заготовки под винты.

- Так ведь и на винты можно 45-ю выделить, - ответила Вера. - ТУ ведь разрешает замену материала?

- Только для этого требуется технология на 'альтернативную' деталь... Или форма на отклонение, - усмехнулся начальник цеха. - И вот сама смотри... Я пущу эти оси на крепеж, сделаю эти чертовы винты из 45-й. А потом мне понадобится пруток 45-й на эти оськи - а взять его негде! Ведь его я уже перевел на винты, а использовать заготовки под винты для новых осей не имею право из-за другого материала!

- Будет форма на отклонение, - согласилась Вера, иного выхода и впрямь не было. - Сегодня же заполню и отдам Ксении Владимировне, завтра она сходит подписать у главного инженера... И тогда на винты отпилят кругляк 45-й, а вы сделаете из него новые оси...

- И что же ты напишешь в форме на отклонение? - ехидно усмехнулся начальник. - 'Устранение брака?' Так ведь тоже вашему отделу тогда по шапке прилетит. Хотя и нам, конечно, тоже. За отсутствие контроля первой детали.

- Зачем же сразу 'устранение брака'? - усмехнулась Вера. - 'Снижение себестоимости'. 45-ая же дешевле, чем 40Х. А потом и техпроцесс 'альтернативный' выпустим...

- Снижение себестоимости? - переспросил Александр, и вдруг расхохотался. - Хитро придумано... Все, кроме экономистов, и так все поймут, конечно... Ну а те и впрямь за чистую монету примут. Вот только, - взгляд начальника цеха сразу стал жестким. - Я спрошу ОТК, чтобы те сделали вид, что никаких деталей им не предъявляли, и никакого брака нет. Во всяком случае, если мне и впрямь дадут форму на отклонение с винтами. Вот только... - с этими словами он достал из верхнего ящика стола техпроцесс и с размаху швырнул его на стол. - Вот это вот дерьмо ваш отдел должен переделать! И мне плевать, как вы будете согласовывать с экономистами увеличение трудоемкости. Служебку о том, что изготовить деталь по нему нельзя, я напишу сегодня же! А Фоменко вашу поганой метлой из отдела гнать надо!

- Она уже сегодня... - усмехнулась Вера. - Фыркнула и к сварщикам перевелась...

- К сварщикам? - удивленно переспросил начальник цеха, а затем вдруг вновь рассмеялся. - Ну пусть они с ней теперь мучаются... Хотя я бы на месте Алкоголича турнул ее отсюда. Повадилась тут... От ее техпроцессов все цеха стонут! Уж как она нам на зубчатые колеса технологии 'оптимизировала'... Материться хочется! Хорошо еще, что хоть Ксения Владимировна позавчера аннулировала все эти 'чудеса' к чертовой бабушке... Не зря я отказывался акт о внедрении подписывать, хотя пытались тут на мозги капать...

- А как все же на деле эти оси делали? - уже собираясь обратно, спросила у начальника цеха Вера.

- Как? - усмехнулся он. - Ну точно не по технологии вашей Фоменко. По нему бы они давно в лобаш токарю прилетели. Зажимали в кулачки, точили до середины, сразу фаску с канавкой. Потом перезажимали в цангу и точили аналогично вторую сторону. Так что вот так их и надо делать. Только вчерновую, под бесцентровую шлифовку. Хотя я все равно не понимаю, почему Витя их в работу взял, а не сразу нахер послал.

- Кто взял? - не поняла Вера.

- Да мастер наш, Витя Петраков. Ну да давай прямо до станка дойдем что ли?

Взяв со стола техпроцесс, начальник цеха отправился к выходу, и Вера последовала за ним... ИТ-42, старый советский токарный с ЧПУ, стоял в дальнем концу цеха - недалеко от универсальных токарных. И сейчас около него суетились сразу несколько человек.

- В чем дело, дядь Коль? - обратился к стоявшему в стороне старичку-токарю начальник цеха.

- Да хрен его знает, - лишь пожал плечами тот. - Мотор не запускается... Вон электрики ищут, в чем дело... Я вон только начал 136-е втулки точить, а он раз - и встал... И не тунды, не сюнды...

- Хреново, - поморщился Александр. - А на втором станке не сделаешь?

- Да на том только болты точить! - усмехнулся токарь. - Сам знаешь, он точности уж лет пять не дает... Все обещают на капиталку отправить, да только что-то дальше обещаний не идет дело.

- А на 'китайца' если втулки запустить? А то на меня и так уж сборка наседает... Когда, мол, будут.

- Это ты к Лехе тогда... - поморщился старый токарь. - Я в этих ваших новомодных штучках не разбираюсь... 'Итэшка', 'шаублин' - это я понимаю. А все эти новомодные ЧПУ - можешь сразу уволить.

- Да пускатель тут какой-нибудь мозги... эээ... выносит, - глянув на Веру, решил все же не материться электрик. - Только я в душе не... эээ... ну хрен его знает, короче, какой. Я ж с ЧПУ этими никогда дел не имел, а Вовик в запое опять.

- А на универсале если? - предложил начальник цеха.

- Сань, - усмехнулся токарь, - я тридцать восемь лет только на ЧПУ работаю. Я уж и не вспомню, в какую сторону на том универсале ручку крутить!

Но в это время к ним как раз подошел мастер - и Александр обратился к нему.

- Вот, Вить, и ты, смотрю, тут... - усмехнулся начальник цеха. - Вот ты мне скажи на счет этих осей... Чего сразу-то не послал нафиг, как увидел, что техпроцесс невыполнимый?

- Ну мы же сделали, - пожал плечами тот. - Я Дмитричу сказал, чтобы правильно закреплял - а там уж что вышло, то вышло.

- А мне сказать? Чтобы я скандал устроил? - спросил Александр. - Сам же понимаешь. Даже если брак из-за косяка в техпроцессе, он на показатели нашего цеха влияет! Да и к отсутствию контроля первой детали докопаться могут...

- Да я думал, сдадим... Разовый заказ же, - пожал плечами мастер. - Спихнем - и хрен бы с ним...

- Спихнем... - грустно усмехнулся начальник. - Э-эх... Да что с тобой говорить-то? Первый раз на грабли что ли?

- А я сразу говорил, что дерьмо получится, - заметил токарь.

По дороге обратно Вера все же захватила иркин техпроцесс и отправилась назад, в ОГТ. Где к тому времени уборщица домыла полы, а модельки техники были выстроены как на парад. Чистенькие, блестящие... Словно все это завод буквально вчера запустил в производство.

- Значит, порешали вопрос все же? - обратилась к Вере Ксения Владимировна. - Начальник цеха тут звонил уж... Говорит, нашли они позиции, под что переделать можно.

- Да, договорились, - согласилась Вера. - Только говорят, чтобы скорее форму на отклонение оформили и техпроцесс новый на оси.

- Давай сюда! - сразу решила начальница. - Сама все оформлю. Сегодня же. А ты занимайся дальше шестернями.

Найдя на компьютере форму разрешения на отклонение от технологии, Ксения Владимировна принялась быстро набирать текст.

- Что ты там как причину указала? Снижение себестоимости? - переспросила она у Веры.

- Ага, - подтвердила она. - Не 'устранение брака' же писать.

- Это правильно. Мы так часто пишем, - хмыкнула начальница. Если 'устранение брака' - тут виновника указывать надо... А 'снижение себестоимости' - оно и есть снижение. Только потом надо будет и в техпроцесс материал-заменитель внести. Официально, извещением.

Еще через несколько минут загудел принтер, откуда вылез листок готовой формы на отклонение от техпроцесса. И, быстро поставив две закорючки своей подписи, Ксения Владимировна буквально выскочила из комнаты. А Вера продолжила писать технологию - и вскоре принтер выплюнул листы техпроцесса на первую коническую шестерню. Теперь ее пара... И опять уже 'традиционная' последовательность операций... Разметка, пило-отрезная, техконтроль, транспортировка, токарка, термичка, токарка - и так далее по списку. Но вот уж время и подходит к обеду... Начальница пока не появилась, за то появился главный технолог.

- А, Толяныча повесили, - глянув на место, где раньше висел портрет Ленина, а сейчас - первого директора завода, произнес Алкоголич. - Ну, сойдет... А начальница ваша где?

- К главному инженеру пошла, форму на отклонение подписывать, - заметила Лена.

- А... Это хорошо, - заметил Алкоголич. - Так, я что зашел-то? А, это... В общем, завтра губернатор приедет. Чтобы все были культурно одеты... Никаких домашних тапочек! - бросил взгляд на Свету начальник. - И одежда чтобы приличная, а не как на пляж, - бросил взгляд на сидевшего за столом в футболке с шортами Василия главный технолог. - Брюки, джинсы - самый край!

- Может, нам еще и галстуки прицепить? - ехидно усмехнулся Василий.

- Можешь и галстук, если он у тебя есть! - чуть ли не рявкнул, разворачиваясь к двери Алкоголич. - В общем, я всех вас предупредил!

- Тапочки ему мои не понравились, - когда Алкоголич исчез в коридоре, недовольно фыркнула Света. - А что мне, в туфлЯх весь день сидеть что ли?

- Ну да, - усмехнулся Василий. - Губеру ж от моей футболки дурно сделается...

- С чего бы? - не поняла Вера.

- А сама глянь, - хмыкнул технолог.

Оглянувшись назад, Вера бросила взгляд на одежду Василия. Ну да, логично... Прямо посреди белой футболки красовались огромные красные серп и молот, а над ними надпись буква я, значок сердца и СССР! Буквы - черным, сердце - красным.

- А что? - увидев ошарашенный взгляд Веры, усмехнулся Василий. - При Совке такого дерьма, как сейчас, не было бы... Тогда воры сидели в тюрьме, а не на 'меринах' катались!

- При 'совке'? - ошарашенно переспросила Вера. - Ты называешь 'совком' страну, которую любишь?

- А что такого? - пожал плечами Василий. - Все же так говорят. Да и вообще - я родился в Советском Союзе.

- За два месяца до его развала, - хмыкнула Света.

- И что? - безразлично пожал плечами Василий. - Я все равно советский человек.

- Ты б еще футболку с эмблемой 'Коммунистического единства' одел на приезд губернатора, - хмыкнула Лена.

- Херисты они, а не коммунисты! - чуть не рявкнул Василий. - Присосались к кормушке и бабки пилят, борцы за рабочее дело хреновы! При товарище Сталине их бы к стенке строем отправили!

На том разговор и закончился - а вскоре и подошло время обеда... И вот и опять знакомая столовая, что нынче стала ИП, борщ, картошка с котлетами и компот - сегодня явно с добавкой абрикосов. И уже давно привычный писк терминалов для оплаты банковскими карточками. А вон сзади появилась и Ирка Фоменко, 'новоиспеченный' технолог по сварке. И плевать! Пусть там теперь косячит... Пока не выгонят.

Сев за первый попавшийся свободный стол, Вера с аппетитом съела свою порцию обеда. Портить настроения выходками 'недотехнологов' она не желала совершенно. А после обеда решила пройтись по территории завода...

Административный корпус, где и находилась столовая, был расположен едва ли не в самой дальней от проходной части завода. И основная его часть выходила на оживленный проспект, где раньше находилась и первая проходная. Но теперь там все сдано арендаторам под какие-то офисы - вроде того ООО 'Спецхран', вход в который теперь прямо на месте бывшей проходной. 'А ведь раньше там и дирекция была, на четвертом этаже!' - вдруг ехидно усмехнулся внутренний голос. У завода осталось лишь боковое крыло, что шло вглубь завода. И сюда же, на третий этаж, перебралась дирекция. Где-то там сидит и тот самый 'Свиньин Г.С.', что виноват в ее смерти в прошлой жизни... Там, в 90-х. 'Ничего, тварь, доберусь еще до тебя!' - бросив взгляд на пластиковые окна третьего этажа, подумала Вера. И пошла вдоль цехов, к далекому металлическому забору... И вот уж десять минут спустя она была здесь, где нынче кончался завод и начиналась территория арендаторов. Новенькие столбы из квадратной трубы поперек бывшего проезда между цехами, блестящие профлисты забора и натянутая поверх колючая проволока. Дальше раньше был сборочный двадцатый цех, где производилась окончательная сборка 'ноль сорок шестых', старые склады и ангар транспортного хозяйства, где ремонтировали автомобили.

Теперь по ту сторону была строительная база... В цехах, где когда-то собирали боевые машины, теперь складывали доски с мешками цемента, а в ангаре, скорее всего, ремонтировали строительную технику. А завод? А завод обойдется! Так решили где-то 'наверху'...

Да, раньше она могла бы пройти к инженерному корпусу напрямую - пройти мимо двадцатого цеха и транспортного хозяйства, потом повернуть направо и пройти мимо шестого сборочного. Сейчас такой дороги не стало. И, развернувшись, Вера двинулась в обратную сторону. В обход цехов, мимо административного корпуса, большая часть которого уже не принадлежит заводу... Вон уж и бывший литейный цех, а вот и инженерный корпус...

- Вер? - окликнул девушку знакомый голос.

- Ань, ты? - удивилась Вера. - Оформили что ли, наконец?

- Ага, - согласилась соседка. - Говорят, документы все, оформлены. Помнишь, мол, на собеседовании где была? Я - ну да, помню. Ну мне и говорят - тогда туда и иди, не буду Ксению во время обеда дергать.

- Так а что встала-то тогда?

- Да я не знаю, - смутилась Анька. - Страхово как-то...

- Ну пошли тогда, - решила Вера.

- А, Любимова, сама пришла? - когда они дошли до бюро технологов, спросила Ксения Владимировна, доедая макароны с салатом.

- Любавина, - поправила Анька.

- Ну Любавина так Любавина, - согласилась начальница. - Значит, ты у нас конструктор по оснастке второй категории... Странно это, конечно - инженер второй категории. При полном отсутствии первой и ведущих. Но такова уж реальности нашего завода. Нет у нас сейчас других конструкторов по оснастке. Как я уже говорила, твоя задача - разработка оснастки в соответствии с техническим заданием от технологов. Вот пишет, скажем, Вера, техпроцесс на коническую шестерню, ей понадобилась оправка для того, чтобы закрепить ее на станке. Она выписывает на это заявку. А ты берешь техпроцесс, смотришь, что за деталь тут. Какие посадочные, как она на станке базируется - это все в эскизах показывается. Нет в эскизе на зубострогальную операцию какого нужного размера - смотри предыдущие. Потом открываешь альбомы с чертежами присоединительных размерами указанного станка. Смотришь, какие там диаметры, какой конус, какое крепление... И делаешь чертеж на оправку, которая позволит эту деталь на том станке закрепить. Можешь в трехмерке сначала модель сделать, а потом с нее чертеж вывести, можешь в 2D начертить, можешь хоть на кульмане. Но чтобы было все как положено - размеры, допуска, биения, соосности. Можешь для этого образцы посмотреть, как раньше делали другие люди. В принципе, большая часть оснастки у нас типовая - лишь размеры отличаются.

- А если в альбоме не будет чего? - неуверенно спросила Анька.

- Тогда, значит, в ГОСТах, ОСТах искать надо... - вздохнула Ксения. - Там многое прямо в сборниках сшито... Стандартные элементы, методики расчета исполнительных размеров, параметры шероховатостей... В общем, все такое, по конструкторской части, - смутилась начальница бюро. - Тут я тебе, увы, плохой советчик... Я всю жизнь технологом проработала, а не конструктором. Так что если что... К Кате вон к Рыбаковой из ОКБ обратиться можешь. Она в этом лучше разбирается... Или у рабочих у самих, у мастеров спросить - чего они вообще хотят. У Рысенко из инструменталки можешь спросить - она на этих вещах собачью стаю съела. Сколько уж чертежей через ее руки прошло... Ну а потом, как чертеж сделаешь, - извещение выпускаешь. Это я тебе образец скину.

- Хорошо, - согласилась Анька.

- Ну а подписывать чертежи... - задумчиво произнесла начальница. - Ну сама подписываешь, где нормоконтроль - Свиристелькину пиши. Это наша технолог по гальванике... А где утверждено - меня пиши, Павлову. Потапов-то с этим голову морочить не станет.

- Ну да, Алкоголич-то наш чертеж от учебника по китайскому не отличит, - фыркнул сзади Василий.

Однако Ксения Владимировна лишь проигнорировала этот комментарий. 'Великие способности' Анатолия Андреевича в ОГТ прекрасно все знали.

- А что за Алкоголич? - спросила Анька.

- Да главный технолог наш, - фыркнул Василий. - Он в 90-е, когда в седьмом цеху работал, его в трезвом виде никто не видал, наверное. Вот и прозвали Толик-алкоголик. А потом его сперва в ОГТ перевели, а потом и главным сделали. Но главнюка-то так называть неуважительно ж как-то? Вот и стал он Алкоголичем... Хотя сейчас он все ж поменьше водку глушить стал. Печень, наверное, не позволяет уже...

- Вась, - окликнула технолога начальница. - Аня тут не для того, чтобы слушать, кто у нас чем 'прославился', а работу пришла делать.

- А я что? Я ничего, кроме правды, - усмехнулся технолог. - Даже если кому-то эта правда неприятна...

- Вот, Вась, как тебя с таким языком еще не уволили? - грустно усмехнулась Ксения.

- А работать кто будет? - фыркнул технолог. - Я хоть работаю, а не фыркаю и перевожусь в другой отдел, как некоторые тут сегодня... Да и что-то никто, кроме меня, корпусами заниматься не горит желанием. За последние лет семь все техпроцессы на них мной написаны.

- Ну работай, - устало вздохнула начальница. - Только чтобы завтра без своей майки 'Я люблю СССР'... Сам помнишь - губернатор приедет.

- Да ладно, ладно, - фыркнул мужчина. - Я, может, на завтра вообще отгул возьму. У меня их и так уж на целый отпуск накопилось... Надо и брать когда-то.

- Это ты у Алкоголича спрашивай, - коротко ответила начальница. - Может, он тебе и впрямь подпишет... От греха подальше, чтобы не ляпнул при губернаторе чего-нибудь про 'отрыжку капитализма'...

- А что, это идея! - усмехнулся Василий и принялся быстро-быстро что-то печатать на компьютере, пока Ксения вернулась к Аньке. - В общем, Ань, с работой своей ты вроде как ознакомилась. Сейчас покажу тебе твое рабочее место - и можешь приступать... Там как раз компьютерщики заканчивают - монитор нормальный поставят, 'винду' с 'Компасом' переустановят, сетку подключат... Комп, конечно, старый, но простенькие 'три-дэшки' потянет...

Встав со своего места, Ксения Владимировна отправилась в бывшее конструкторское бюро средств технологического оснащения, забрав с собой и Аньку, а вскоре и Василий, отпечатав бумажку, отправился куда-то по своим делам, вернувшись лишь минут через десять.

- Не подписывает, - расстроенно заметил он. - Вас и так, говорит, пять человек на все бюро осталось, а если и ты еще смоешься, то что мне губернатору показывать? Что у нас вообще работать некому? Пустые комнаты? Вот, мол, как свалит губер - так хоть на все четыре стороны катись...

Разорвав в клочья листок заявления на отгул, он кинул его в мусорное ведро и протопал к своему месту, плюхнувшись за компьютер.

- Так и придется завтра костюмчик напяливать, - фыркнул он. - А у нас тут даже кондиционер не работает...

- И хорошо, что не работает, - фыркнула Лена. - А то как лето, так спина больная от этой гадости...

Эпилог. Директор.

Генеральный директор АО 'Завод специального машиностроения' стоял у окна кабинета и смотрел на внутренний двор завода... Древние, разваливающиеся, цеха, ржавая техника. Вот что нынче гордо именовалось заводом, предприятием стратегического значения! 'Надо же - настолько неэффективно использовать землю!' - думал директор. И, глядя на это, Свиньин хотел лишь одного. Снести это все к чертовой матери и построить на этом месте элитный жилой комплекс! Благо, расположение вполне себе позволяло... Почти центр одного из крупнейших районов города!

- Когда уж ты закроешь к чертовой матери этот завод? - говорил недавно ему отец. - Зачем я продвинул твое назначение сюда? У меня есть инвесторы, кто готов был бы вложиться в новый ЖК... А ты третий год все телишься!

Вот только не так просто развалить завод, что по какому-то недоразумению все еще считается предприятием стратегического значения... Ведь за такими делами приглядывают сверху - а потому надо обставить все максимально аккуратно. Чтобы в глазах руководства 'ГосТеха' виновником банкротства и закрытия был кто угодно, но только не он, Геннадий Сергеевич Свиньин. И да, папаня-то обещал его прикрыть... Но ведь и он тоже не всесилен! И если дело выйдет на уровень Москвы, тут уж никакие связи отца не помогут...

И он начал делать все, чтобы, мягко говоря, довести предприятие до ручки. Именно тогда он отказался от крупного заказа на 'ноль сорок шестые' машины, заявив о невозможности наращивания производства сверх тех пяти машин в год, что завод делал последние десятилетия. Именно тогда отказался от еще нескольких потенциально выгодных заказов - под все тем же предлогом. А того, что завод делал прежде, было откровенно мало для удержания на плаву. Долги росли, объемы производства хоть и медленно, но падали, люди разбегались - ведь повышать зарплаты было не с чего. Он сделал все для разорения завода. Он поставил на руководящие должности откровенных бездарей, что будут поддакивать любому указанию сверху. Вроде главного технолога, которого даже собственные подчиненные называют 'Алкоголичем' или зама по производству с образованием агронома. Еще немного - и было бы все, 'приехали'!

И, казалось бы, такая возможность хорошая выпадала год назад! Когда 'Банк национального развития' потребовал от завода выплату долгов в размере 783 миллионов рублей. И он уже готовился начать сокращение производства... Уже были приготовлены приказы об 'оптимизации расходов', о сокращении персонала. Большую часть предприятия, включая основные цеха, должны были выставить на торги - победители которых были фактически предопределены. Землю разделили бы между несколькими подставными лицами - и очень скоро на месте старых цехов развернулась бы грандиозная стройка... Но такой хороший план внезапно рассыпался в прах.

Информация о предстоящем банкротстве наделала слишком много шума... Происходящее даже выплыло на уровень федеральных СМИ. 'Банкрот стратегического значения!' - писали в центральных новостях. 'Ведущий разработчик систем вооружения для МО РДФР может прекратить производственную деятельность'. 'Банкротство стратегически важного завода - глупость или предательство?' - писали в интернете. И предприятие, которое даже руководство 'ГосТеха' практически списало со счетов, вдруг оказалось в центре большой политики. Звонили даже из министерства и администрации Президента, требовали объяснения, угрожали, говорили о недопустимости прекращения производства. И пришлось делать вид, что он радеет о производстве, договариваться с банком о реструктуризации долга... Именно тогда ушла арендаторам большая часть выходившего на одну из центральных улиц района административного корпуса и несколько заброшенных складов вкупе с двадцатым цехом, что были сданы строительной базе.

Но завод все никак не тонул окончательно... Несмотря на начатое на 'Сармаше' производство, министерство обороны по-прежнему продолжало закупать у них те самые пять машин 'ноль сорок шестых' в год. Продолжало заказывать запчасти к ранее сделанной продукции. Иногда, чтобы совсем уж подозрительно не было, приходилось брать кое-какую мелочевку из сторонних заказов. И этих доходов все же кое-как хватало на текущие платежи... Они не закупали нового оборудования, почти не ремонтировали старого, платили людям копейки, отказывались от многих потенциально выгодных заказов, но производство все еще держалось, что казалось Свиньину совсем уж невероятным... Запас прочности старого завода оказался такой, что работал словно вопреки всем 'оптимизациям'.

'Ничего, скоро все кончится!' - вспомнив про 'Муху' и два танковых редуктора, подумал Свиньин. Когда на их завод обрушились сразу два крупных заказа, на танковые редукторы от министерства обороны и противодроновый комплекс от МВД, Свиньин понял, что его час настал. Да, из руководства 'ГосТеха' давили, требовали 'взять хоть что-то'. Но он мог бы обосновать: не можем, не сделаем. Но не стал. Вместо этого велел рассмотреть возможность изготовления - и заявил Алкоголичу, что они обязаны взять как минимум 'Муху' и пару редукторов. И тот, как обычно, сказал 'есть' и пошел накручивать хвосты подчиненным. Будучи полностью уверен в том, что такие распоряжения пришли 'сверху'.

И вот сейчас завод уже отправил наверх уведомление о том, что готов делать то-то и то-то. Потом напишут технологии, назовут заказчику цену, заключат контракт... Вот только, Свиньин это знал, завод не обладал для этого соответствующими производственными возможностями! А, значит, заказ будет провален - и ответственным за то будет не он, не генеральный директор. Виноваты будут те, кто заявил: 'Да, мы можем!' Главный инженер, начальник производства, главный конструктор и главный технолог... Все сразу! А он... Он лишь заложник ситуации! Он сказал то, что ему сказало техническое руководство завода! И даже если тот же Алкоголич начнет твердить о том, что лично гендиректор требовал от него взять в работу 'Муху' и редуктора... Кто ж поверит ему без документов?

Так что заказ будет намертво сорван, без всяких шансов... И тогда наверху поймут: нет смысла тянуть на себе труп. 'Спецмаш' надо закрывать - ведь ни на что иное, кроме болтовни, он уже не способен. Ну а пока... Пока надо заниматься имитацией бурной деятельности. Главный экономист говорил, что там какие-то стенды ремонтировать хотят, астрономические суммы выставляют? Ну пусть ремонтируют! Чем хуже будет финансовое положение завода - тем лучше. Все равно никакие стенды не помогут им - в условиях, когда нет ни нормального оборудования, ни людей... Нет ничего того, что нужно для нормального производства.

Отойдя от окна, он подошел к столу, на котором стоял макет новой территории - и на миг появилась было любопытная идейка... Составить инвестпроект ее достройки, вынести его на рассмотрение 'наверх' - дескать, старые здания изношены, находятся в аварийном состоянии и требуют капитального ремонта, а тут вон - новенькие 'недострои'. Достроить их, вынести производство из города - тут и 'зеленые' всякие с радостью подключатся. Вот только... Уж больно долго эти здания стоят без всякого ухода. И пусть к моменту остановки строительства они все были на высокой степени готовности, но сейчас потребуется не просто достройка, а, как минимум, капитальный ремонт. А то и сносить и строить все заново. Таких денег им никто не даст. А потому такое изящное решение по освобождению земли в городе не прокатит. Что ж. Значит, остается лишь одно. Делать все так, как оно запланировано.

____________________________________________________________

© Чернышова Надежда, Семенов Михаил, К. Светлана. О.Г.Т: Худший технолог

Origin: http://samlib.ru/s/semenow_igorx_andreewich/ogthudshijtehnolog.shtml

Создан: 09/08/2026, изменен: 15/08/2026, 424k

Роман: Проза

Series: ОГТ