# Тренер из Бездны. Глава 6

Волк Излесович Серый

Лифт вздрогнул и замер. Вместо привычного механического скрежета воцарилась тишина, нарушаемая лишь нашим тяжёлым дыханием и слабым свистом ветра где-то высоко над головой. Мы стояли на массивной каменной плите, втиснувшись друг в друга, а вокруг смыкалась непроглядная темнота. Воздух был тонким, холодным и пахнул озоном - будто после грозы.


- Что, кончился трос? - хрипло спросил Август, протискиваясь к краю платформы.


Я протянул руку в темноту и коснулся шершавой, влажной поверхности. Не скала - дерево. Огромное, полое внутри.


- Мы внутри ствола, - сказал я. - Или того, что его заменяет. Идём вверх.


Ствол оказался на удивление удобным для подъёма - внутренние стенки были испещрены естественными уступами и цепкими корнями. Мы карабкались в темноте, упираясь ногами и руками в скользкую древесину. Где-то выше виднелся слабый, рассеянный свет - не солнечный, а скорее тусклое, зеленоватое сияние, пробивающееся сквозь толщу листвы.


Первым выбрался Август. Я услышал его короткий, подавленный свист. Затем Гроза, потом я. Остальные грузчики вылезали один за другим, тяжело дыша, озираясь.


Мы стояли на небольшом холме, окружённом стеной непроходимых, густых джунглей. Воздух здесь был густым, влажным и тяжёлым, пахнул прелью, цветами и чем-то кислым - запахом гниющих плодов. Небо над нами было скрыто плотным пологом переплетённых крон, сквозь который пробивались лишь лучи того самого странного, зеленоватого света. Казалось, мы поднялись не на поверхность, а просто перешли в другой, более высокий уровень подземелья - такой же замкнутый и чуждый.


Низкорослый гоблин-проводник, тот самый, что управлял лифтом, выскользнул из ствола последним. Его крошечные глазки бысто обежали нашу группу, затем он подошёл ко мне и ткнул мохнатым пальцем в чащу.


- Сокровище, - произнёс он на своём гортанном языке, растягивая слова. - Там.


С этими словами он развернулся, явно собираясь скрыться обратно в тёмное нутро дерева. Но не успел сделать и шага - рука Августа с железной хваткой вцепилась ему в шиворот и приподняла над землёй. Гоблин завизжал, забарахтался, но призыватель держал его легко, будто тряпичную куклу.


- Куда собрался, дружок? - спросил Август, глядя на меня. - Спрашивай.


Я вздохнул. Мой словарный запас гоблинского языка был скуден, но для базовых вопросов хватало.


- Почему не идёшь с нами? - спросил я, стараясь выговаривать каждый звук чётко.


Гоблин замотал головой, его глаза были полны животного страха.


- Нельзя. Только Избранный. Только тот, кого коснулось пламя... - он захлебнулся, подбирая слова. - Жар-птица. Горячее небо. Там... там нельзя.


- Что значит "нельзя"? - я не сдержался, схватил гоблина за плечи и тряхнул. Мозг лихорадочно прокручивал варианты: ловушка, ритуал, очередная головоломка системы. - Как найти сокровище? Говори!


Гоблин завизжал ещё громче, извиваясь в наших руках. Его курточка, грубо сшитая из какой-то кожи, вдруг лопнула по швам. Существо выскользнуло из неё, как змея из старой шкуры, шлёпнулось на землю и в два прыжка юркнуло в чёрный провал ствола. Его последний крик донёсся уже из глубины:


- Иди туда, где горит небо!


Мы замерли в гробовой тишине. Затем все, как один, подняли головы.


И правда - впереди, за стеной джунглей, в разрыве между массивными кронами, небо не просто светилось. Оно горело. Не красным заревом пожара, а странным, мерцающим золотисто-багровым светом, будто за лесом стояло огромное, раскалённое солнце, готовое вот-вот коснуться земли.


- Ну вот, - с неподдельным весельем в голосе проговорил Август, отпуская пустую куртку гоблина. - Проводник свалил. Значит, и нам можно. Давайте плюнем на этот квест и валим домой. У меня маны ещё на пару призраков хватит, пробьёмся к порталу.


Его слова подхватили грузчики. Павел Андреич хмуро потер лоб, кивая.


- Он прав, Степка. Мы своё отслужили. Руду доставили, квест гоблиновый - он побочный, не обязательный. Идём к базе, получаем расчёт и на выход.


Гроза молчала, но по её лицу было видно - она тоже не горела желанием лезть в явную аномалию. Все устали, все были на пределе. Я смотрел на горящее небо, и внутри что-то сжималось холодным комом. Инстинкт, опыт, тот самый тактический расчёт, что не выключался даже во сне, кричал: идти туда - самоубийство. Но другая часть, та, что проснулась, когда я принял квест с вопросительными знаками, глухо настаивала: там ответ. Там то, ради чего всё это.


Но громче всех сопротивлялась логика. Август думал лишь о том, чтобы поскорее выиграть. Но он не учитывал главного - лояльности. Мы предали бы гоблинов, которые только что дали нам путь наверх. В подземелье, где информация - валюта, а репутация - щит, это был бы билет в один конец. Если моя репутация в Озерном Городе снова рухнет - а она рухнет, я не сомневался в этом, как и в том, что это навсегда испортит мои отношения со старейшиной. Следующий встреченный мной гоблин с острова уже не пойдёт мне на встречу. Он заманит в ловушку. Вероятность успешного возвращения домой, если предадим гоблинов и отправимся прямиком к порталу - процентов 40%, по крайней мере для нас, грузчиков. Если пойдём выполнять квест - шанс нашего выживания отсилы 15%. Но эти 15% - единственный мой шанс когда-либо снова получить индивидуальный квест. Я не знал, смогу ли так же легко наладить отношения с какой-нибудь другой фракцией. Озерный Город - моя последняя ниточка. Помогать гоблинам - это уже не просто расчет, это - инвестиция


Но я видел лица своих компаньонов - испуганные, усталые, решительные. Переубедить их сейчас было невозможно. Да и не было у меня слов. Только смутное, но неумолимое предчувствие.


- Ладно, - тихо сказал я. - Идём к базе.


Август тут же вызвал свою карту. Голографическое поле повисло в воздухе, испещрённое линиями троп и отметками. Он потыкал в неё пальцем, и его лицо вытянулось.


- Вот чёрт. Самый короткий путь к стартовому лагерю - как раз через ту чащу. Прямиком туда, где небо горит.


Наступила тягостная пауза.


- Обойти? - спросила Гроза.


- Не выйдет. С одной стороны - горный хребет, с другой - болота, помеченные как зона повышенной угрозы. Через них даже призраки не проберутся. Остаётся только прямо.


Никто не спорил. Выбора не было.


Мы двинулись в путь. Первыми шли Август и Гроза - он с двумя призрачными латниками в авангарде, она с копьём наготове. За ними - я и грузчики, сбившиеся в тесную, нервную кучку. Чем глубже мы забирались в чащу, тем явственнее становился жар. Он висел в воздухе, не обжигая, а давя - густой, тяжёлый, как перед ударом молнии. Дышать становилось труднее.


- Степан, - позвал меня Павел Андреич. - Дозорных бы на деревья. Глянуть, что впереди.


Я кивнул. Двое парней, те, что ещё в шахте хвастались умением карабкаться по стенам, без лишних слов полезли на ближайшие великаны-деревья. Их силуэты быстро скрылись в густой листве. Мы замерли в ожидании.


Через несколько минут они спустились, лица у обоих были бледными.


- Пожара нет, - доложил один, отряхивая кору с рук. - Но впереди, километрах в трёх, столбы дыма стоят. Много. И земля... земля будто взрытая. И трупы.


- Чьи? - спросил я.


- И зелёных, и наших. Много.


Мы продолжили путь, но теперь двигались ещё осторожнее. Вскоре начали попадаться тела. Сначала - обугленные останки гоблинов и каких-то тварей с клыками и чешуёй. Они лежали в неестественных позах, словно застигнутые волной пламени на бегу. Потом - люди. Воины в потрёпанной экипировке, некоторые ещё с оружием в руках. Я узнавал эмблемы - "Крыло Аиста". Это были люди Людвига.


Но странное дело - раны на всех, и на монстрах, и на людях, были одинаковыми: страшные ожоги, оплавленная броня, обугленная плоть. Не было следов клинков, стрел, магических разрядов. Только огонь. Чистый, всепожирающий огонь.


- Что за чёрт... - пробормотал Август, остановившись возле тела воина в наполовину расплавленных латах. - Они же вроде с драконом... или с грифоном шли. А тут... будто их свой же пиромант выкосил.


Мы наткнулись на первый грузовик. Вернее, на то, что от него осталось. Гусеничная машина врезалась в скалу, смяв кабину, но это была не главная причина её гибели. Борта были разорваны вдоль, будто гигантские когти вскрыли её, как консервную банку. Внутри - ничего. Ни тел, ни снаряжения. Только запах гари и расплавленного металла.


В паре десятков метров дымился остов второго грузовика. Этот был просто сожжён дотла. Остовы сидений, обугленные кости, оплавленное оружие - всё сплавилось в единую, жуткую массу. Август подошёл ближе, лицо его стало каменным.


- Это наш... - хрипло сказал он. - Тот, на котором новичков везли. В котором мы с Грозой должны были быть.


Гроза молча смотрела на пепелище, пальцы её белели на древке копья. Она ничего не сказала, но по её глазам было видно - она считала имена, вспоминала лица.


Мы шли дальше, и жар нарастал. Воздух дрожал, листья на деревьях по краям тропы сворачивались в трубочки, обугливаясь по краям. Наконец чаща расступилась, и мы вышли на край гигантского кратера.


Это была не воронка от взрыва. Это был шрам на теле джунглей - огромная, выжженная площадка, усеянная вывороченными с корнем деревьями, расколотыми валунами, глубокими бороздами в земле, будто здесь дрались титаны. В центре, на небольшом возвышении, лежала она.


Огненная птица. Феникс.


Она была огромной - размером с небольшой дом. Перья её переливались всеми оттенками золота, меди и расплавленного металла, от тела исходило слепящее сияние. Даже сейчас, в полулежачей позе, она дышала мощью и древней, нечеловеческой яростью. Одним крылом она прикрывала что-то у своего бока.


Интерфейс подсветил птицу и взял её в круг, отмечая, как основную цель. Перед глазами выскочило очередное окно квеста.


Факел, освещающий путь. Развязка.


Главная задача: Заполучить яйцо феникса.


Дополнительная задача: Выжить


Дополнительная?


Птица заметила нас. Медленно, с явным усилием, она подняла голову. Глаза - две щели расплавленного янтаря - уставились на нашу группу. Раздался хриплый, протяжный клич, больше похожий на стон уставшего, но не сломленного воина. В нём была угроза, предупреждение и... боль.


- Охренеть, - прошептал Август. - Вот это масштаб.


- Назад, - резко сказал я. - Медленно. Не поворачиваясь спиной.


Но несколько грузчиков, те, что были на пределе, не выдержали. Паника, копившаяся все эти часы, прорвалась. Они бросились врассыпную, с криками кидаясь назад, в чащу.


Птица взметнулась ввысь. Её взлёт был тяжёлым, неуклюжим - будто каждое движение причиняло ей боль. Но от этого он не становился менее страшным. Волна жара, настоящая физическая стена, ударила по нам, едва не сбив с ног. Воздух загудел, затрепетал. Деревья по краям поляны вспыхнули, как факелы.


- Бегите! Все, в разные стороны! - закричал я, но мой голос потонул в грохоте и реве.


Мы бросились врассыпную. Я нырнул в чащу, перепрыгивая через коряги, спотыкаясь о камни, срывая кожу о колючие ветки. Слева и справа от меня взрывались огненные столбы - птица методично, будто косой, выжигала всё живое в джунглях.


Двое грузчиков неслись впереди меня. Я услышал рев воздуха. Один из них, тот самый рыжий парень, что всё время нервно теребил ремешок рюкзака, пересек полосу света. Второй - Семён (владелец золотой кирки, что взял постоянный уровень!), обернулся, его глаза на миг встретились с моими - в них был немой вопрос, - и в эту секунду их накрыло... Фигуры вспыхнули, как спички. Они рухнули на колени - система дала им шанс, оставив на одном очке здоровья, отправив в нокаут. Но пламя феникса не угасало. Через секунду оно поглотило их, сжигая дотла.


Я даже настоящего имени первого не знал. Только лица - усталые, испуганные, но всё ещё надеющиеся. Теперь только пепел. И полоски здоровья, гаснущие в углу зрения, как свечи на ветру.


Сердце колотилось где-то в висках. Я рванул в сторону, ныряя под низко нависший ствол поваленного дерева. Огненная стена пронеслась в сантиметрах над моей головой, осыпав искрами и пеплом. Я уже собирался бежать дальше, как из тени передо мной материализовался призрачный латник. Он молча толкнул меня в бок, отбрасывая с линии огня, а сам принял на себя удар. Призрак рассыпался с тихим шипением, испарившись в облачке пара. Ослепительно белая стена огня расчертила землю в том месте, где секунду назад бежал я.


Я едва удержался на ногах, но чья-то рука вцепилась мне в плечо.


- Сюда! - прохрипел Август. Лицо его было перемазано сажей, в глазах горел тот самый знакомый азарт - смесь ужаса и восторга.


Мы помчались вместе, петляя между деревьями. Я указывал направление - к тому месту, где остался сожжённый грузовик, к возможному укрытию. Мы выскочили на опушку, где лежали обломки машины, как вдруг с неба, с оглушительным свистом, камнем рухнул сам феникс.


Удар был чудовищным. Земля вздыбилась, ударная волна вырвала с корнем десяток деревьев по краям, расчистив огромную прогалину. Нас с Августом отбросило, как щепки. Я больно шлёпнулся на спину, на мгновение потеряв дыхание. В ушах звенело, в глазах плавали тёмные пятна.


Я поднял голову. Перед нами, в центре свежеиспечённой прогалины, возвышался феникс. Он стоял, тяжело дыша, крылья расправлены, готовый к последней, сокрушительной атаке. Его взгляд был прикован ко мне.


С края поляны выбежала Гроза. Она увидела нас, её лицо исказилось ужасом, и она рванула к нам.


- Нет! - крикнул я ей, поднимаясь на колени. Голос сорвался, стал хриплым. - Не нужно! Уходи!


Но она не слушала. Вздохнул и посмотрел на птицу.


Пять лет я выживал в новом старом мире. Пять лет считал проценты, оценивал риски, выбирал путь наименьшего сопротивления. Грузчик. Инструмент. Но сейчас, глядя на эту птицу, на этот горящий небесный закат посреди джунглей, я снова почувствовал то, что почти забыл - вкус ставки, когда на кону всё. Не ради денег. Не ради выживания. Ради того, чтобы снова почувствовать, что я не просто номер в системе. Что мой выбор что-то значит. Даже если этот выбор - шаг навстречу собственному пеплу.


Мне вспомнился последний бой на арене, только не финал, а самое начало - когда нас зажали в угол на разрушенном заводе. Лиса и Чеку подстрелили сразу, а Борману оторвало ногу. Он тогда окопался за ящиками со свинцом и велел мне отступать. Говорит: 'Беги, прикрываю'. И я побежал, сверкая пятками. Финальная битва казалась игрой.


Борман, он был хорошим стрелком, но слабым тактиком. Окажись он один против Макса и Цунга, быть может мой брат выбрался бы из "Королевской Битвы" вместо меня.


Судьба - странная штука. История повторялась, вот только теперь я был не тем, кто бежит, а тем, кто остается. Теперь мой черед командовать.


Я встал. Медленно, показывая пустые ладони. Сердце бешено колотилось, но мысли, на удивление, прояснились. Я не знал, что сделаю. У меня не было плана. Не было ключа. Была только простая, безжалостная арифметика: птица видит во мне цель. Что-то притягивает её ко мне - возможно, тот самый квест с вопросительными знаками вместо награды, который я принял, не зная, на что подписываюсь. Если я останусь здесь - она сожжёт всех. Если я подойду - может, сожжёт только меня. Вероятность выживания Августа - процентов двадцать семь. У Грозы даже больше - если она не решит броситься в атаку. У остальных будет шанс.


- Хватит, - сказал я, обращаясь к птице. Говорил я, конечно, на своём языке, но тон, поза - это был универсальный язык. - Я сам подойду.


Проходя мимо одного из обугленных тел воина, я заметил щит. Небольшой, круглый, с выщербленным краем, но сделанный из какого-то тёмного, мерцающего металла. +890 магической защиты, +1200 физической. Дорогая вещь. Она не спасла своего владельца, но я всё равно поднял её. Хоть какая-то иллюзия защиты.


Я шёл к фениксу, и в голове проносились обрывки фраз старика-бригадира. Ключ уже у вас. Им нужно воспользоваться в правильный момент... Кого коснулось пламя Жар-птицы, становится ключом... Только тот, кто готов принять это пламя, найдёт сокровище.


Что у меня было? Что Система дала мне за последние часы, что могло быть "ключом"? Опыт? Нет. Золото? Нет. Предметы...


Кучка зелий. Ни одного особо редкого или уникального. Что там мне говорили в деревне гоблинов. Хранитель перьев?


Единственное, что подходило под описание, было перо феникса. То самое, которое я потратил на воскрешение Грозы.


Я чуть не застонал от досады. Всё так идёт - в самый нужный момент нужной вещи не оказывается.


- Так у нас есть ключ? - спросил Август, сидевший поодаль и наблюдавший за моим шествием с гримасой, балансирующей между ужасом и интересом.


- Это перо, - тихо ответил я, не оборачиваясь.


- Что? - переспросил Август со смешком.


- Ключ - это перо феникса! - выкрикнул я уже громче, отчаянно. - Огонь, который мы несли с собой! А я его истратил!


Август рассмеялся - коротко, истерично.


- Ну тогда нам всем конец. Было приятно познакомиться.


Я услышал топот ног сзади. Оглянулся - Гроза бежала ко мне, её лицо было искажено решимостью и виной.


- Это из-за меня! - крикнула она. - Я всё испортила!


Я хотел крикнуть ей, что она снова меня не послушалась, что её геройство сейчас погубит нас всех. Но вместо этого я швырнул ей щит - как последнюю, жалкую попытку дать ей хоть какую-то защиту. Она поймала его на лету, ловко, одним движением. И тут же встала между мной и птицей, прикрывшись блестящей поверхностью.


Феникс взревел. Он взмахнул крыльями, и стена огня, настоящая река расплавленного света, ринулась на нас.


Я зажмурился, ожидая боли, превращения в пепел.


Но её не было.


Был оглушительный грохот, будто два стальных листа сошлись в страшном ударе. Земля содрогнулась. Я открыл глаза.


Огненная река, ударившись о Грозу, раскололась. Она обтекла её по обе стороны, как вода о камень, оставив за её спиной и меня, и Августа в островке нетронутой, обугленной земли. Девушка стояла, упершись ногами в почву, щит перед собой. . Пламя лизало её доспехи, но не жгло - будто признавая свою. И в этот миг я увидел: за её спиной, в дрожащем мареве жара, на миг проступили контуры огромных, полупрозрачных, огненных крыльев. Не настоящих - словно эхо, отражение, тень той самой птицы, чьё перо сегодня воскресило её.


Птица издала удивлённый, почти вопросительный крик. Она ударила снова - теперь клювом, сокрушительным, направленным уколом пламени. Результат был тот же - огонь рассеялся, разбившись о невидимый барьер. Гроза аж присела от удара, зубы её были стиснуты, по лицу струился пот, но она держалась. Раз за разом.


Август вскочил на ноги. Секунду назад на его лице была готовая принять смерть покорность, теперь же в глазах вновь вспыхнул огонь.


- Вот это да! - крикнул он с неподдельным восхищением. - А я и не знал, что ты так умеешь! Ты же не паладин!


- Я и сама не знала! - проревела Гроза в ответ, едва удерживая щит под градом ударов. - И это, блин, очень жжётся! Но пока держусь! Бегите, оба! Пока я её сдерживаю!


- Не бросим, - сказал я твёрдо. Август только хрипло рассмеялся, но кивнул.


И вдруг птица успокоилась. Она опустила крылья, перестала бить. Её горящий взгляд скользил по Грозе, пытаясь заглянуть за щит, увидеть того, кого она защищала. Гроза почувствовала это, медленно, не опуская щита полностью, приоткрылась.


Феникс наклонил голову. Он смотрел на девушку - долго, пристально. Затем его взгляд перешёл на меня. Что-то в нём изменилось. Ярость уступила место... любопытству? Недоверию?


Птица попыталась зайти сбоку, сместиться так, чтобы Гроза не заслоняла меня. Девушка тут же отреагировала, снова закрыв меня собой. Феникс попробовал ещё раз - результат тот же. Он замер, словно обдумывая. Повторил манёвр несколько раз, но каждый раз Гроза оказывалась между нами.


Наконец, птица, казалось, смирилась. Она успокоилась, опустила голову, и пламя вокруг её тела стало ровнее, спокойнее.


- Что... что происходит? - прошептала Гроза, не отрывая глаз от чудовища.


- Похоже, птичка приняла тебя за свою, - со смешком сказал Август. - Или за птенца. Или за что-то очень ценное.


Я кивнул, до меня наконец начало доходить.


- Перо феникса, - тихо сказал я, до меня начинало доходить. - Оно не просто воскресило тебя. Оно... оставило в тебе след. Метку. Ты впитала частичку его огня. И теперь твоя сущность для феникса... родственная. Или, по крайней мере, не чуждая.


Гроза смотрела на свои руки, на золотистый ореол, который теперь едва заметно светился вокруг неё.


- И это даёт мне иммунитет? - спросила она с недоверием.


- Не иммунитет, - поправил я, всё ещё пытаясь собрать в голове разрозненные кусочки пазла. - Но... признание. Он чувствует в тебе что-то своё. И пока ты стоишь между нами - он не нападает на нас. Понимает, что ты нас защищаешь.


Мы стояли втроём среди дыма и пепла. Гроза опустила щит, и я увидел, что её ладони обуглены до мяса, но уже затягиваются тонкой золотой плёнкой. Она смотрела на них без понимания, будто впервые видела своё тело.


- Что со мной? - её голос дрогнул.


- Ты теперь часть этой легенды, - сказал Август неожиданно тихо. - Или легенда - часть тебя.


- Только пока мы не выберемся.


Благословение пера растает как дым - как и щит, что я дал ей. Что угодно можно поднять, что угодно использовать - но ничего, кроме наград за квесты, нельзя вынести назад в свой мир. Проклятие "грузчика".


Я сделал шаг вперёд, выходя из-за её спины. Теперь я шёл к фениксу напрямую, без прикрытия.


Птица не атаковала. Она наблюдала. Когда я подошёл достаточно близко, чтобы почувствовать исходящий от неё жар - не обжигающий, а скорее плотный, как воздух у раскалённой печи, - феникс слегка склонил голову. Не поклон, нет. Но жест, в котором читалось что-то вроде уважения, или признания.


- Ты... - начал я, снова подбирая слова. - Ты то самое сокровище? То, что мне нужно спасти?


Феникс молчал. Он просто смотрел на меня своими древними, пламенеющими глазами.


- Ладно, предположим, так, - сказал Август, подходя ближе, но осторожно держась чуть сзади. - Но как мы его вынесем? В портал он точно не поместится. И в инвентарь вряд ли влезет.


Как будто в ответ на его слова, феникс медленно, прихрамывая, развернулся и направился туда, откуда мы прибежали - к центру кратера. Он шёл, явно преодолевая боль, и жестом крыла показал нам следовать за ним.


Мы переглянулись. Делать было нечего. Мы пошли за ним, назад, через выжженную землю, мимо тел и обломков, к месту его последнего боя.


В центре кратера картина открылась во всей её жестокой красоте. Земля была изрыта глубокими бороздами, испещрена воронками. И здесь, среди разрушений, лежало ещё одно тело - массивное, в чёрных, покрытых сажей и сколами латах. Пустая серая полоска над ним всё ещё светилась именем: "Защитник Бездны". Блуждающий босс. Он пал, но успел нанести свои удары - в шее и теле феникса торчали несколько чёрных, похожих на тень клинков. Раны дымились, из них сочилась не кровь, а что-то вроде жидкого золотого света.


В сжатом кулаке мертвого босса что-то тускло сияло. Я наклонился и разжал металлическую перчатку. В ладони великана лежало перо феникса. Чуть помятое, но всё ещё сияющее чистым золотым светом.


Значит, ключ у этого тоже был. Но он им не сумел воспользоваться.


"Перо феникса" - гласило сухое серое описание.


Квест завершился и предмет утратил свои свойства. Поднять им кого-то из павших товарищей уже не получится.


Но он всё ещё хранил отпечаток силы феникса. Тень его мощи.


Я встал и протянул перо Августу. Тот замер, уставившись на него как завороженный.


- Твоя доля в квесте. Но воспользуйся им здесь - на выходе из данжа оно исчезнет.


Призыватель принял подарок и принялся его разглядывать. Наверняка уже прокручивал в голове, кого из мертвых боссов он попытается с его помощью поднять.


Огненная птица тяжело села в самом центре гигантской воронки. Мы приблизились к ней.


Рядом с фениксом, в небольшом углублении, лежали три яйца.


Два из них были разбиты. Скорлупа, переливавшаяся перламутром и золотом, валялась вокруг, а содержимое - густая, сияющая субстанция - растеклось по земле, впитываясь в почву и застывая причудливыми узорами. Третье яйцо было целым. Оно было чуть меньше остальных, и его скорлупа отливала более нежными, переливчатыми цветами - розоватым, голубым, золотым.


Феникс, с трудом опустившись рядом, мягко ткнул клювом в целое яйцо, а затем посмотрел на меня.


Я подошёл и осторожно, почти благоговейно, поднял его с земли. Оно было тёплым, почти горячим, и пульсировало в руках едва уловимым ритмом, как живое сердце. В тот же миг перед глазами вспыхнуло знакомое окно с серебряной окантовкой.


Отношения с фракцией Озерный Город: +100


Отношения с персонажем Урр Мохнолапый: +200"


Квест "Факел, освещающий дорогу. На распутье" успешно завершён.

Награда: ???


Квест "Факел, освещающий дорогу. Развязка" успешно завершен.


Награда за основную цель: яйцо золотого феникса.


Награда за дополнительную цель: ???


Получена новая профессия: Дрессировщик.


Получены очки характеристик: 20


Получена новая способность: Рука тренера.


Открыто достижение!


Приручение мифического существа: : Ваше понимание древней сущности и готовность принести жертву открыли вам путь к сердцам могущественных существ. Шанс приручить или заключить временный союз с уникальными/мифическими тварями существенно повышен.


Я выдохнул и постарался сдержать эмоции. Обернулся к Августу и Грозе, которые смотрели на меня, затаив дыхание.


- Всё, - сказал я просто. - Собрал. Теперь надо найти выживших и выбираться.


Август смотрел на предмет в моей руке с чисто прагматичным, алчным любопытством:


- И что, ты его теперь в инкубатор понесёшь или сам будешь высиживать? Может просто разбить и выпить? Вдруг, какую-нибудь способность тебе даст - лазеры из глаз или когти металлические?


Гроза, чувствовавшая связь с фениксом, отреагировала иначе. Она смотрела не на яйцо, а на израненную птицу.


- Мы... мы его просто заберём? - тихо спросила она.


В её голосе впервые зазвучало что-то кроме усталости и решимости - сомнение.


Но птица, казалось, не возражала.


Я смотрел на яйцо в своих руках, на израненного, но живого феникса, на выжженную землю вокруг. Ключ был найден. Сокровище спасено. Но цена, как всегда, оказалась куда выше, чем можно было предположить. И путь домой только начинался.


- Так что? - разорвал молчание Август, - Дали за квест что-нибудь стоящее?


- Дали профессию. Дрессировщика.


- Дрессировщика? Классно. В цирке выступать будешь?