# Мир после. Книга 2. Северный город

Ольга Шевлягина

Вторая книга из серии "Мир после". Завершена.

Оставивший предназначенную ему судьбу, Принц Водного мира оказывается в землях свободных людей, сокрытых и защищенных магией. Что ждет его в Академии Елень, где многие искренне ненавидят все, что связано с народом Правящих, наследником которых Лектус является? Несмотря на трудности новой жизни, Принц не отказывается от своего понимания справедливости и закона, пытаясь ответить на мучающие его, да и его друзей, вопросы о сущности и происхождении его народа. На этом пути герои столкнутся с забытыми легендами и семейными преданиями, которые приоткроют им завесу над прошлым. И от этого будет зависеть не только их будущее, но и будущее всего свободного мира.

## ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


## Глава 1. Жители свободной земли


Он стоял на заснеженной возвышенности. Позади в лёгкой дымке тумана терялась стена кордона, где, наверное, до сих бегали упустившие их Стражи.

Впереди - огромные просторы нетронутого вечного леса, который, казалось, видел и два камня, упавшие с небес, и Потоп, и Хаос, и становление другого мира на заре новой эры человечества, от которого в те древние времена не осталось и тысячной части.

Глядя на вековых исполинов, застывших в безветренном вечном молчании, глядящих на бренный мир с заботливым великодушием, было легко представить, как из тайги выходили все те существа, которые ещё недавно казались лишь выдумкой: эльфы, гномы, гоблины, флоки, огромные волки-оборотни, волшебники. Так просто вообразить, как эти магические народы спасают остатки человеческого вида из волн, из горящих лесов, бурлящих рек, из обломков городов, смешавших камень и землю. Всё здесь казалось возможным.

И он сам - Принц Водного мира, наследник всего, что сохранилось на этой планете после небесной катастрофы - казался лишь песчинкой в пустыне веков, ничего не значащим человеком, который имел вес там, за стеной, что осталась позади. А здесь, глядя в даль огромной снежной страны, он был никем. И всё, что он и его товарищи пережили за последний месяц: побег из столицы, где он должен был принять Посвящение и стать одним из Правящих, долгое скитание по морям и островам, похищения, нападения, побеги, пожары, пустыни - всё это казалось ничтожным по сравнению с тем, что он видел перед собой.

Здесь, на этой земле, куда он никогда не должен был попасть, жителей которой он должен был считать заклятыми врагами и всеми силами истреблять, Принц вдруг почувствовал себя ни на что не имеющим право, особенно на этот мир, в котором его народ был чужим. Но никто из Правящих, кроме него, этого бы не понял, разве что его сестра, которая ждала его там, впереди.

Ведь все было ради неё, ради Ксении, которая по законам мира, что остался за спиной, ещё много лет назад должна была умереть, но осталась жива. И сейчас, стоя на возвышенности между пограничной стеной и землёй свободных народов, Принц знал, что поступил правильно. Все пережитое и потерянное стоило того, чтобы Ксения оказалась в этом месте, в безопасности.

- Лектус, идем, у Джеймса поднялась температура, нужно дойти до станции, - крикнул уже спустившийся вниз Ярик. Рядом стоял Истер, поддерживавший под руку заболевшего в пути кочевника. Волков, что сражались за них ещё час назад на той стороне реки, и след простыл, лишь их вожак всё ещё находился рядом, спокойно ожидая ребят.

- Далеко ещё? - Лектус сбежал вниз, почти по колено утопая в сугробах, что скопились в низине.

- Нет, совсем рядом, - покачал головой Ярик, и во всех его движениях, в каждом слове и жесте было видно, как он доволен, как расслаблен. Он уже ничего и никого не боялся, шёл без опаски, иногда напевал и даже насвистывал, предвещая им ещё до заката теплый кров и горячую еду.

Ярослав был дома.

- Не бойся, я не дам тебя в обиду, - просипел Джеймс, оглянувшись на подошедшего Лектуса, и тот лишь хмыкнул: едва держится на ногах, а туда же - защитник. Хотя, конечно, в чём-то он был прав: вряд ли Принцу будут рады в городе, где живут люди и маги, бежавшие от террора Правящих.

Когда они все только сели на корабль в Красном городе, Лектус был уверен, что вернётся назад, как только удостоверится, что сестра в порядке и безопасности, а потом снова станет тем, кем должен был стать по праву рождения, - Принцем и наследником. Но теперь, после всего, что случилось и что он сделал, пути назад уже не было.

Он совсем не тот Принц, что вышел в море в Красном городе с небольшой надеждой увезти сестру в безопасное место. Он сделал это, но какой ценой? Он изменился, и теперь не сможет вернуться назад, это он тоже чётко понимал. Не потому, что на всём пути от столицы до мятежного севера обманывал, убегал и прятался, а вчера вынес приговор и казнил Наместника Северных земель. Не в этом дело. Он просто не сможет вернуться и жить, как прежде, смотреть на людей, как и раньше, как на ресурс, стадо, о котором нужно заботиться, но которое, в конце концов, выполняет всего лишь две функции - размножение и питание.

Теперь он знал людей, это было неизбежно, если проводить с ними столько времени в замкнутом пространстве корабля. Отец часто говорил, что животное можно узнать только в том случае, если посмотреть на него в его естественной среде обитания. И Лектус посмотрел - и теперь не мог сравнивать человека с животным, как раньше. Именно в этом он изменился - он по-другому воспринимал людей. А в его мире это было равно самоубийству.

Лектус посмотрел на бредущих впереди него трёх подростков, которые были людьми, которые родились свободными, и он теперь понимал их. Не принимал их методы, не сочувствовал им, ведь им это было не нужно. Он их понимал - всех людей, что встретил на своем пути сюда.

Понимал Ярика, рождённого свободным, выросшего в безопасности Северного города, среди таких же, как он. Мага, стремящегося всеми силами помочь другим людям и привести их в безопасное место.

Понимал Истера, полукровку, у которого Правящие отняли дом, семью и почти отняли жизнь. Понимал его жестокость, беспощадность, ненависть, ярость.

Понимал Алексис, рождённую и выросшую в племени кочевников, но потерявшую родителей и племя из-за Правящих, проданную в Красный город. Он видел, что после появления среди них её брата, ново обретённого по какой-то счастливой случайности, она изменилась, стала менее ожесточённой, более толерантной - Лектус и это понимал.

Теперь он понимал и Эолину, ушедшую вперед вместе с девушками, чтобы доставить их в Северный город. Её яростную ненависть к любому Правящему - понимал, ведь его народ заслужил это, сам создав себе врагов.

Наверное, единственный, кого Лектусу было сложно понять, - это Джеймс-кочевник, который шёл впереди, хорохорился и пытался делать вид, что он может ещё весь материк перейти вдоль и поперёк. Ну, как можно понять парня, который посреди моря начинает охотиться на черепах, хотя знает, что не сможет убить живое существо? Или того, кто кидается в разъярённую толпу людей, нарушая их закон и пытаясь один сладить с сотней? Того, кто просто решает идти в город, полный врагов, только потому, что это приключение? Понять такое Лектусу было невозможно, потому что подобное импульсивное поведение, бездумное, было несвойственно ни ему, ни представителям его народа, ни остальным знакомым ему людям. Но даже это непонимание было в какой-то степени тоже пониманием. Пониманием того, что человек - совсем не то безвольное, тихое существо, каким Лектус представлял его после посещения фабрики, или злое бунтарское создание, какими людей привозили на кораблях на рынок.

Всё сложно. И Лектусу предстояло теперь сполна познать глубину человеческих противоречий, потому что он шёл в город, полный людей, свободный от Правящих и их воли, от законов, которым, как оказалось, на севере не подчинялись даже сами представители народа Лектуса.

Размеренный шаг среди белоснежной тайги, когда нужно только отводить от лица еловые лапы и переступать через бурелом, располагал к размышлениям. Давно Лектусу не удавалось этого сделать, ведь вокруг всегда был страх, всегда их гнали вперёд преследователи, а теперь они медленно, даже с каким-то наслаждением шли по свободной земле. И для него это было странно, очень странно. И больно.

Нет, не больно, просто странно. Он отдавал себе отчёт в том, что впереди его вряд ли ждут райские кущи. Он видел, с какой лютой ненавистью и жестокостью относятся люди к Правящим. Они имели на это основания, что, однако, не отменяет того факта, что Лектус идет прямо в руки к этим людям.

Но куда ему идти? Он оказался один, совершенно один, уже отвергнутый собственным народом, отвергнувший этот народ, в который он так верил. Его мир был основан на уверенности в законе и справедливости, но всё это было ложью, которую ему скармливали учителя и родители. Всё не так, он верил в ложные идеалы, давно утратившие силу. И он уже не сможет вернуться и стать прежним - Наследником, Принцем, которого готовят к Посвящению. Наверное, если принять Посвящение и стать одним из Правящих, всё это уйдет - сомнения, чувства, понимание людей. Но Лектус осознавал и другое: Посвящения он не пройдёт, и дело не в каком-то его собственном нежелании. Принимая обряд, ты должен полностью, до конца верить в дело Правящих, Посвятить себя им. Ему не пройти обряда, да он теперь и не желал этого.

- Ты не один, - обернувшись, сказал Ярик, и Лектус в очередной раз вспомнил, что маг умеет читать мысли. Иногда об этом было так легко забыть.- Ты знаешь, что не один.

Разве? Лектус усмехнулся. Он был отвергнутым своим миром и вряд ли его примет мир, в котором он оказался. Он не верит никому, ни своим, ни чужим. Разве он не один?

- Нет, не один, - Ярик посмотрел на Джеймса, который упрямо шёл, стараясь не показать, что ему плохо.

Ну да, конечно, именно это и должно обнадёжить. Лектус вздохнул: наверное, Ярик в чём-то прав, лохматый кочевник уже не раз приходил на помощь и проявлял совершенно несвойственное ему понимание, оказывался рядом. Почему? Лектус не знал, но твёрдо был уверен: в любой ситуации, как бы всё ни повернулось, он будет рядом с Джеймсом, чтобы отдать долг, чтобы быть достойным того, что он, Лектус, Принц Водного мира, тоже человек. И навсегда им останется.

- Я знал, что вы подружитесь, - шепнул шедший рядом Ярик. Лектус хмыкнул: дружба - это очень человеческое, это чувства и эмоции, которых не умеет испытывать Правящий, и Лектус не знал, что это. В Водном мире должны править рационализм, закон и справедливость, а не дружба, любовь и другие человеческие чувства, но все это оказалось лишь старыми постулатами, которым не нашлось места в современном мире Правящих.

"Ты ведь этого и добивался, да? Чтобы я остался".

- Я очень надеялся на это, и Джеймс мне очень помог.

"Он помогал тебе?"

- Нет, он действовал своевольно и импульсивно, как всегда. Он... мне кажется, он единственный из нас действительно понимает тебя.

"Да ты что?" серебристая бровь удивлённо взлетела.

- Да, - Ярик говорил приглушённо, - как-то интуитивно понимает, не задумываясь.

"Чтобы думать, нужен мозг, а кочевник много раз демонстрировал его отсутствие".

Ярик рассмеялся и прибавил шаг, догоняя Истера и Джеймса. Лектус лишь вздохнул: за последнее время столько всего произошло, что он сам скоро разучится трезво мыслить.


- Пришли!

Джеймс огляделся, ища то, что Ярик звал "станцией", но ничего не увидел, кроме небольшой поляны с притоптанным снегом. Он очень хотел уже куда-нибудь дойти, лечь, не двигаться, так ему было плохо после всех этих погонь и переходов.

- И чего мы тут делаем? Где этот твой мифический чудесный город, куда мы так стремились?

- Мы в пути, вон справа видишь - дым? Там уже начинаются селения людей, много селений, но мы не пойдём в город пешком, - и Ярик подошёл к дереву, где висел не сразу заметный колокольчик, в который маг и позвонил. Весёлая трель разлетелась по лесу, несколько птиц сорвались с веток, и Джеймс проследил за ними, пока они не скрылись за деревьями. Здорово, они позвонили в колокольчик! Просто праздник!

- Ну, и что? Чего ты этим добился?

- Тихо, - призвал Ярик, - слышишь?

Они замерли, и почти сразу Джеймс это услышал: издалека доносился звон. Было сложно понять, откуда он идет, пока звук не приблизился настолько, что казалось, будто спускается прямо на голову.

- Ого! - выдохнул кочевник: что-то невиданное летело сверху к поляне, и приземлилось на ней. Это была огромная прямоугольная коробка желтого цвета с отверстиями по сторонам, поставленная на полозья, впряжённая на манер тех лошадей, что они видели у города кровососов. Запряжена коробка, правда, была не лошадьми, а оленями, покрытыми шерстью, с огромными рогами.

Не успел Джеймс понять, что это наяву, как со спины одного из оленей спрыгнуло нечто живое и вдвойне удивительное, потому что ходило на задних лапах. Это был кот - но не северный, скорее чёрный домашний кот, только этот был размером с пятилетнего ребенка, стоял на задних лапах, был одет в унты и свитер, а на голове его была надета жёлтая шапка с продетыми в отверстия ушами. У кота были шикарные усы и большие зелёные глаза.

Существо оглядело их и заговорило, открывая рот, повергая в ещё большее ошеломление всех, кроме Ярика:

- Ну? И чего стоим? Чего пялимся? Грузимся, грузимся, не задерживаем транспорт! - затараторило существо, напоминавшее одетого кота.- Мне сегодня ещё пару рейсов делать, несколько станций завалило снегом, а кто будет чистить? Вот я спрашиваю, кто будет чистить?

- Привет, Шурик, - рассмеялся Ярик, подходя к "коробке" и открывая дверь.- Идёмте, там тепло, - и исчез внутри.

Джеймс вслед за ним с опаской вполз на несколько ступеней и оказался внутри "коробки". Это было небольшое светлое помещение, очень теплое, со скамейками вдоль стен.

- Садись, - улыбнулся Ярик, который уже успел снять варежки и шапку, радостно вздыхая. Джеймс сел, глядя, как с осторожностью дикого животного в "коробку" вошёл сначала Истер, а потом изящно вскочил Лектус.

- А... волк не с нами? - поинтересовался Истер, когда за ними захлопнулась дверь.

- Животных не перевозим! - раздалось над самым ухом у Джеймса, и он подскочил, оглянувшись, но там никого не было. Ярик вовсю веселился.

- Он здоров вообще, этот твой Шурик? - сердито спросил кочевник, вцепляясь в скамью, на которой сидел, когда "коробка" дёрнулась с места и явно начала подниматься в воздух.- Вы всегда так передвигаетесь: по воздуху в компании жутких котов?

- Чай, конфеты, пирожки?

Кот появился посреди помещения из ниоткуда, и Джеймс снова подпрыгнул.

- Жаренной ноги телёнка нет? - ехидно спросил Истер, который, кажется, тоже расслабился.

- Таверна вам тут, что ли? - фыркнул кот Шурик, повязывая на поясе цветастый фартук.- Так что?

- Что "что"? - не понял Джеймс, на которого уставился гигантский кот.

- Ярослав, ты кого сюда привёз? - возмутился погонщик оленей, поворачиваясь к магу. Тот едва сдерживал смех.

- Не обижайтесь на него, многоуважаемый кот, у Джеймса отсутствует половина мозга, - спокойно проговорил Лектус, сложив на груди руки и наблюдая за сценой.- Тяжелая травма детства.

- Слабоумный? - Шурик пристально посмотрел на кочевника, и тот даже открыл рот от возмущения.- Ничего, болезный, и тебе помогут. Так чай или пирожки будете?

- Будем, Шурик, будем, неси, - улыбнулся Ярик, - мы очень устали и замёрзли.

- Так отдыхайте, кто же вам мешает, - хмыкнул кот и опять растворился в воздухе, чтобы через мгновение появиться с подносом, уставленным чашками.

- Ты можешь так не делать?! - вскричал Джеймс, снова подпрыгнув.

- Держи, болезный, покушай, - вкрадчиво проговорил кот, своей лапой вручая парню чашку с горячим чаем, и положил пару пирожков на скамейку рядом. Потом двинулся по помещению, раздавая еду.

- А пока вы тут, как олени... летят? - поинтересовался Истер, беря пирожок и тут же в него впиваясь зубами.

- Как летели, так и летят, - произнес кот удивительную фразу и исчез вместе с подносом.

- А скоро ли прибудем?

- Вот поедите - и прибудем, - раздалось над ухом Джеймса, и он от испуга пролил горячий чай на себя.

- Что, мир без Правящих не так уж прекрасен? - ухмыльнулся Лектус, попивая свой чай с пирожком и глядя, как Джеймс пытается отряхнуть штаны.

- Это какой-то сумасшедший дом! - огрызнулся кочевник, он совсем не так представлял себе начало жизни в безопасности. Этот мир был совсем другим, но при этом сумасшедшим.

- Не переживай, скоро мы будем в городе, - попытался приободрить Джеймса Ярик.- Шурик нас только довезёт, а то пришлось бы ещё не один день топать, город находится в восточной части материка, рядом с Синей рекой.

- Мне это ни о чём не говорит, - проворчал парень, шмыгая носом и понимая, что делает это по привычке.- Э...? Я поправился?

- Шурик дал тебе с чаем лечебную настойку, достаточно пару раз вдохнуть пары, - кивнул Ярик.- Теперь тебе будет полегче, а в городе вылечат окончательно.

- А ничего, что ты оставил... своего отца там? - спросил Истер, который, кажется, тоже чувствовал себя здесь не совсем в своей тарелке, хотя и старался не подавать вида. Сложно расслабиться после того, как долгие годы жил в напряжении и страхе. А вот Принц почему-то выглядел так, словно каждый день летал в кибитках, запряжённых оленями, которыми правит сумасшедший кот в унтах.

- Он редко сидит на месте, - пожал плечами Ярик, отводя взгляд, - к тому же он быстрее сам доберется туда, куда ему нужно.

Ребята промолчали, понимая, что эта тема магу не очень-то приятна.

- Сдаём посуду!

- Да чтобы тебя приподняло да шлёпнуло! - уже вскричал Джеймс, испуганный очередным внезапным появлением кота с подносом.- Я заикой стану!

- И это вылечат, все вылечат, - спокойно пообещал Шурик, собрав чашки.- Прибытие задерживается, надо залететь к дальнему колодцу, там несколько пассажиров задержалось, подберём. А потом сразу в город.

- Спасибо, Шурик, - ласково кивнул Ярик.- К вечеру будем дома, я бы не отказался от тёплой постели с подушкой и одеялом. Что? - на волшебника с удивлением смотрели Джеймс и Истер.- У вас дома не было постели? Подушки? Одеяла?

Ребята промолчали, и никто не стал развивать эту тему дальше. Джеймс зевнул и запрокинул голову, подложив шапку, но тут летающая кибитка вздрогнула и пошла вниз, явно чтобы подобрать ещё пассажиров.

- Меня укачивает, - простонал Джеймс, действительно чувствуя дурноту от всех этих полётов вверх-вниз, лучше бы они плыли, ну или летели на коврах, правда, тогда было бы холодно.

Посадка была достаточно мягкой, и он выдохнул, глядя на то, как открывается дверь в их странный летающий вагончик, и туда друг за другом входят три пассажира. Первый был человеком: мужчина, укутанный с ног до головы, только тёмные глаза выглядывали из-под капюшона. Он сел, но раздеваться не стал.

За ним внутрь поднялось что-то странное, чему Джеймс названия дать не мог: маленькое, скрюченное существо опиралось на клюку и всё время кряхтело из своего балахона. Оно забралось на скамью и заворчало:

- ... опять барахлит, придется идти к Лешему, а он сдерёт с меня в два раза дороже, а так долго и неудобно, и люди странные, и запах не болотный, затхлый, а на метле я уже стара. На рынке торгаши обдерут...- дальше Джеймс уже ничего разобрать не мог, потому что существо продолжило ворчать под свой крючковатый нос, который, казалось, принюхивается. Кочевник поднял вопрошающий взгляд на Ярика, но тот лишь покачал головой, видимо, не советуя спрашивать о том, кто это создание.

Третьим был гном, самый настоящий маленький толстый гном, очень похожий на Бородулю, который сто лет назад вёл их корабль прочь от Красного города, только у этого волосы были седыми, а глаза маленькими и узкими. На нём были теплый тулуп и унты, в руках гном сжимал мешок.

- Доброго дня всем попутчикам, - произнес гном прежде, чем сесть. Его ноги свисали и смешно качались, когда вагончик поднимался вверх. Ребята нестройно поздоровались.

- Чай, пирожки, конфеты?

Джеймс на этот раз был готов и не подпрыгнул, когда из неоткуда появился погонщик оленей в фартуке.

- Медовухи бы ты лучше предложил, - пробасил гном, приглаживая усы, - или ещё чего покрепче, мороз-то ух какой стоит, какой даже в Шемаре зимой редко бывает.

- Чего нет, того нет, - пожал плечами кот и исчез, не получив других заказов.

- А вы бывали в Шемаре? - заинтересованно спросил Ярик, улыбнувшись гному.

- Бывал пару раз, - кивнул гном.- А ты случайно не Ярослав ли, старший Эйлин?

- Да, а вы знаете мою маму? - оживился маг, видимо, встретив занимательного собеседника. Интересно, насколько юный гений мучился все это время, пока находился с ними в пути, ведь даже заумные речи поговорить не с кем.

- А кто же не знает прекрасную Эйлин? Она мне ногу лечила после того, как на Шемаре одна тварь мне её чуть не отсадила, - рассказал гном.- Увидишь её, передавай поклон от Острого глаза.

- Обязательно, - кивнул Ярик. Джеймс поймал взгляд Лектуса, который с какой-то снисходительностью смотрел на новых путешественников. Ну, конечно, он же Принц, ему бы отдельную кибитку с подушками. Лектус вопросительно поднял бровь, но Джеймс лишь пожал плечами. У каждого свои недостатки.

Наступила тишина, и Джим даже задремал, убаюканный тихим свистом ветра за стенами летящей куда-то вдаль через снежные просторы кибитки. Бессвязные мысли о том, что было и что будет, а в основном о том, как добрались до города Алексис и Ксения, пересекали сознание, но не задерживались, он слишком устал, чтобы думать.

Проснулся он от толчка кибитки о землю и тут же широко открыл глаза.

- Вставай, конечная станция, - улыбнулся Ярик, и Джеймс заметил, что вокруг никого уже, кроме них, нет. - Добро пожаловать в Северный город!


## Глава 2. Академия магов


Истер стоял, ожидая, когда остальные ребята выйдут из кибитки, и оглядывался. Они оказались на берегу реки, перед снежной стеной, в которой были гостеприимно распахнуты ледяные - или хрустальные? - ворота.

За рекой Истер увидел город, каких никогда ещё не встречал. Это не был город Правящих со стройным рядом каменных домов-крепостей за каменными стенами. Это не было селение людей, в каком он вырос, и не был город древних, останки которого он видел.

Город за рекой был белым и каким-то разномастным: деревянные и каменные дома, окрашенные в белый цвет и покрытые снегом, перемежались с какими-то странными строениями на деревьях, наподобие будок для собак, а иногда и похожие на ульи. То там, то тут возвышались каменные башни, огромные грибы с печными трубами на шляпках, глиняные пирамиды, шарообразные сферы, утопающие в тумане. Над городом всё время что-то летало, перемещалось; взлетали то ли огни, то ли звёзды, и все это шумело, но шум перебивала река, несущая свои воды под тремя хрустальными - или ледяными? - мостами, перекинутыми на этот берег.

- Истер, идём, - позвал друга Ярик.

- Почему мы не в городе? - спросил Джеймс.

- Мы в городе, просто в восточной его части, можно сказать, за городом, - улыбнулся маг и первым устремился к воротам, за которым они тут же увидели...

- Дерево? - прохрипел вдруг Истер, поднимая голову, чтобы увидеть крону гигантского, как гора, растения. Вверху, над их головами, всё утопало в зеленой листве, кажется, дуба, но таких деревьев не бывает! Он даже не брался сказать, сколько составляет толщина ствола, потому что сам бы себе не поверил.- Какие же у него должны быть корни?

- Великий Дуб врастает корнями в центр земли, в самую середину, а ветками достает до верхнего свода небес, соединяя две стихии, - улыбнулся Ярик, отвечая, возможно, на мысленный вопрос Джеймса или Лектуса, которые также застыли в неверии у ворот.- Это мой дом.

- Что? - кочевник выглядел ошарашенным.- Ты живешь на дереве?!

- Нет, - рассмеялся Ярик, - перед вами дом магов, это Академия Елень, я вам рассказывал, - и он пошёл по дорожке к стволу дуба.

- И кто теперь будет спорить, что маги - ненормальные? - проворчал Джеймс, двинувшись следом за волшебником. Истер и Лектус переглянулись.

Вокруг простирались снежные поля с какими-то каменными и деревянными строениями, ледяными горками и фигурами из снега, но сложно было на них отвлечься, когда ты шёл под гигантской кроной невиданного дерева.

Кажется, они шли к нему вечно, и оно становилось всё больше, застилая всё перед глазами. Истер уже мог различить крыльцо и большие двери, кажется, чем-то украшенные.

Двери распахнулись, и на крыльцо выскользнули три тоненькие фигурки в бело-синих одеждах.

- Кристин, - выдохнул Истер, узнав одну из них.- Кристин!

- Джеймс! Лектус!

- Истер! Ярик!

Девушки налетели на них, как ураган, обнимая и улыбаясь, поправляя белые шапочки.

- Мы так за вас волновались! - щебетала Алексис, чьи огненно-рыжие волосы на фоне снега казались ещё ярче.

- Здесь так удивительно! - Ксения обняла сначала брата, а потом Джеймса, и тот немного покраснел, вызвав у Истера смешок.- Ты плохо выглядишь, - заметила девушка, тут же нахмурившись и прикладывая ладошку ко лбу кочевника.

- Истер, как вы? - Кристин обняла его и тут же отстранилась, улыбаясь.- Мы слышали, что за вами гнались Правящие, но вы успели перейти стену.

- И откуда же вы слышали?

- Не знаю, тут все говорили.

- Кто "все"? - не понял Джеймс, оглядываясь, но во дворе никого не было видно.

- Пойдёмте внутрь, вам надо согреться, поесть и поспать, - Алексис тоже нахмурилась, глядя на брата.

Истер чуть улыбнулся: опять их компания в полном сборе, да ещё и все такие радостные, ведь они добрались до пункта назначения. Ребята направились к дверям, из которых выскочили девушки, но тут им навстречу вышла странная делегация, хотя Истер уже понял, что первое время всё для него тут будет странным.

Всё такое светлое, чистое, безопасное. А он помнил бедность и грязь, боль, гниль, вонь тюрьмы, страх смерти, кровь, бегство с оглядкой, кровопийц, которые смотрели совсем не так, как появившиеся из Дерева маги.

На крыльце Академии стояли четверо: один из них уже знакомый ребятам магистр Фауст, перед ним - старая женщина с ясными голубыми глазами и молодая, очень красивая, с рыжеватой косой. А рядом с ними существо, названия которому Истер не знал.

- Это Сфинкс, - шепнул Ярик, поспешивший вперед. Он взбежал на крыльцо и остановился перед старушкой.- Добрый день, Глава Совета, я рад вас видеть в добром здравии.

- Здравствуй, Ярослав, с возвращением домой, мы волновались, - голос пожилой женщины был мелодичным, звонким, глаза задорные, и от них разбегались лучики морщинок.

- Приветствую вас, Великий Сфинкс, - чуть поклонился Ярик существу с телом большой жёлтой кошки, головой мужчины, обрамлённой густой гривой, и сложенными на спине мощными крыльями. Тот ответил лёгким поклоном головы.

- Мама, - Ярик обратился к женщине, и в этом слове было столько любви и почитания, что Истер отвел глаза, глядя себе под ноги, вздыхая от тоски, которая сжала сердце - тоски по матери. И вернулся гнев, и ненависть к убийце мамы вспыхнула с новой силой, но тут же словно была притушена, усмирена. Он поднял глаза и встретился взглядом со старушкой.

- Девушки, вернитесь внутрь, ваши друзья скоро к вам присоединятся, - приказал магистр Фауст.

- Эй, чего это? - тут же возмутился Джеймс, и Истер был склонен согласиться с тем, что обычно говорил Лектус: у этого парня точно не было никакого чувства самосохранения или же мозга. Нашёл, с кем пререкаться.

- Всё хорошо, мы скоро увидимся, - мягко произнесла Ксения, коснувшись руки кочевника, и втроём с Алексис и Кристин они проскользнули в двери мимо высокой делегации.

- Подойдите, дети Водного мира, - мягко пригласила их старушка, и ребята, переглянувшись, поднялись на несколько степеней вверх.- Я магистр Стелла, Глава Совета Академии магов Северного города. Приветствую вас в нашем доме.

- Магистр, позвольте вам представить, - Ярик отошёл от матери, с которой тихо разговаривал, - моих друзей.

- Оставь, Ярослав, я уже всё о вас знаю. Слава о вашем путешествии шла впереди вас с тех пор, как вы покинули дом Константина, - мягко улыбнулась Стелла.- Вы устали с дороги, поэтому поспешим закончить с формальностями. Магистр Фауст всё вам объяснит. До встречи, юные друзья, - старушка величественно повернулась и вошла в двери, за ней последовал молчаливый Сфинкс.

- Проходите, - мать Ярика улыбнулась, и Истер снова почувствовал, как сжалось сердце. Он поморщился, следуя за Яриком и остальными в двери.

Они оказались в круглом холле с высоким потолком, у стен стояли диванчики, рядом - растения в горшках. Посреди зала - деревянная колонна, увитая резными узорами. Так чисто и тихо, спокойно, мирно.

- Итак, сейчас вы находитесь в холле Академии магии, - без предисловий начал магистр Фауст, заложив руки за спину. На нём была черная с красными вышивками длинная мантия, и выглядел он весьма устрашающе.- Как вы уже знаете, каждый из вас обладает либо магическим талантом в какой-то области, либо является потенциально магом, - глаза его задержались на Истере, и тот сглотнул, чувствуя себя не в своей тарелке. Это Джеймс чуть не подпрыгивал от восторга, Истеру всё казалось странным и даже пугающим. Настороженным и напряжённым казался и стоящий рядом Лектус, и ему действительно было, чего опасаться.- Сейчас вам предстоит решить: остаетесь вы тут или желаете поселиться в городе, найдя себе какое-то занятие.

- Ммм, а в чём, собственно, суть выбора? - попробовал уточнить Джеймс, внимание которого маг смог привлечь.- Если мы останемся тут?

- Это Академия, - хмыкнул Лектус, - видимо, тебя заставят учиться.

- Чего?!

- Никто тут никого не заставляет, - заметил магистр Фауст, и Истер понял теперь суть выбора: либо ты остаёшься и учишься магии, либо отправляешься в город к обычным людям и другим странным существам.- Вы можете решить сами.

Истер посмотрел на Ярика, который стоял чуть в стороне, рядом с матерью. Маг давно пытался подготовить их всех к этому, но не стал говорить напрямую, и, наверное, правильно сделал.

- Они все останутся, магистр, - заметил Ярик, выйдя вперед.

Фауст посмотрел на троих ребят, видимо, ожидая возражений, но их не последовало даже от Джеймса. Видимо, он осознал, что его сестра и Ксения уже согласились на всё, и им явно тут хорошо.

- Вы все зачислены в Академию, и с завтрашнего дня начинаете посещать занятия.

- Я не умею читать и писать, - сознался Джеймс, совсем этого не стесняясь, и Истер был с ним солидарен: для чего им это было нужно за пределами города?

- Мы это исправим, - вкрадчиво кивнул Фауст.- А теперь мастер Фрей расскажет вам всё, что нужно знать.

- Кто? - Джеймс огляделся, видимо, ища названного человека, но Истер был уверен, что вряд ли это человек.

- Подойдите сюда, друзья мои, мы будем вести интересную беседу, - раздался добрый мурлыкающий голос откуда-то... от колонны. Истер посмотрел туда и увидел два больших зеленых глаза, что пристально на них смотрели, и рот.- Здравствуй, Ярослав.

- Привет, мастер Фрей, как дела? - юный маг подошёл к колонне, и его друзья с небольшой опаской последовали его примеру. С опаской, потому что ни один из них ещё не был готов доверять говорящей колонне с глазами и ртом.

- Крутимся-вертимся, - ответила колонна, а потом глаза оглядели по очереди Лектуса, Джеймса и Истера.- Итак, друзья мои, вы попали в удивительное место - Академию магов, которая размещается в Великом Древе, чьи корни доросли до центра земли, а кроны достают до края небес, - Истер скосил глаза на Ярика: понятно теперь, от кого друг набрался этих историй.- Здесь много всего интересного и чудесного, но вы не должны забывать следовать правилам и расписанию нашего древнего заведения.

- И сколько раз в день кормят? - перебил Фрея Джеймс, а стоящий рядом Лектус хмыкнул.

- Очень невежливо перебивать старших, - мягко заметил голос.

- А откуда я должен знать, что вы старше? Вы колонна! - фыркнул Джеймс.

Кажется, Фрей воспринял сказанное как факт, либо же решил просто не обращать внимания на говорливого новенького:

- Итак, всех вас определят по классам обучения. Маги учатся отдельно, способные к магии, - зеленые глаза сначала остановились на Лектусе, потом на Джеймсе, - отдельно. Жить вы также будете в разных помещениях. Вам предоставят комнаты, форму и личные принадлежности, если у вас их нет.

- А девочки где живут? - решил уточнить Джеймс, и Принц снова хмыкнул, что-то явно его веселило.

- Девочки живут в отдельном от мальчиков крыле. Кроме этого, у нас есть Холл, где вы находитесь, трапезная, учебные классы, общие комнаты, общий зал, праздничный зал, библиотека и лаборатория, комнаты персонала и старших магов. В общие залы вы можете попадать беспрепятственно, если доступ к ним не закрыт специальным указом Совета Академии. В персональные комнаты вы сможете попадать только с разрешения тех, кто там находится. В классы для занятий и в библиотеку доступ открыт из учебного коридора. Режим дня вы получите вместе с формой и школьными принадлежностями. Опаздывать, драться, применять магию во зло, без разрешения покидать территорию Академии запрещено. Полный перечень правил вы также получите вместе с формой. Какие есть вопросы?

Истер посмотрел на Джеймса, но тот, кажется, пытался переварить всю выданную ему информацию, а главное - весть о том, что ему придется учиться и жить по правилам.

- Есть один, - Лектус заговорил впервые с тех пор, как попал сюда.

- Я слушаю тебя, юный друг.

- Где Анна и Легат? - кажется, Принц был уверен, что говорящая колонна в курсе всего, что тут происходит.

- У меня нет для тебя ответа, думаю, он есть у Совета Академии. Ещё вопросы?

- Я не вижу ни одной двери или лестницы, - продолжил свой "допрос" Лектус.

Истер тут же начал оглядываться: действительно, как они попадут куда-то из Холла? Он поймал весёлый взгляд Ярика, и только теперь заметил, что ни его матери, ни Фауста в помещении уже нет.

- Ярослав, покажете друзьям? - колонна широко зевнула, словно ей было ужасно скучно.

- Все просто: каждый, принятый в Академию, получает возможность перемещаться по ней и открывать двери, - улыбнулся Ярик, проводя рукой по воздуху, словно обрисовывая круглую дверь. И на этом месте появилось свечение.- Главное знать, куда вы идёте. Попробуй, Джеймс.

Тот пожал плечами и нарисовал что-то странное в воздухе, удивляясь сам, когда это нечто засветилось.

- И как ты туда собираешься протиснуться? - с улыбкой спросил мастер Фрей.- Попробуй ещё разок.

- И куда я попаду? - насторожился кочевник, ещё раз рисуя в воздухе дверь, как он её себе представлял, на этот раз более вместительную, чем кроличья нора.

- Сейчас я подправляю ваши двери, вы все попадёте в свои комнаты, потом вы научитесь самостоятельно это делать. Иди, - колонна улыбнулась, и это было странно.

- Увидимся за ужином, это уже скоро, - пообещал Ярик, подталкивая Джеймса к нарисованному свечению. Тот весьма опасливо приблизился, вздохнул, словно собирался нырнуть - и исчез. Свечение за ним сжалось и исчезло.- Лектус?

У Принца всё было чётко: проём в рост человека и уверенный шаг в неизвестность. Даже если наследник Водного мира и боялся чего-то, то им никогда об этом не узнать, разве что Ярик залезет ему в голову.

- Идём, Истер, нас ждет моя мама, - Ярик вздохнул и нарисовал дверь, приглашая друга первым в нее войти.- Добро пожаловать домой.

Истер, как и Джеймс, глубоко вздохнул - и сделал шаг в искрящийся воздух, закрывая глаза. Под ногами всё ещё был пол, когда он приставил вторую ногу. Может, что-то не получилось. Он открыл глаза и изумился - он уже не был в Холле.

Это была светлая красивая комната с окнами, на полу - расшитый зелёными нитками ковёр, по которому было жалко ступать унтами. У стен стояли стеллажи с книгами, стол, пара диванчиков. Из одного из них поднялась Кристин, выглядела она необычно в белой рубашке и голубом сарафане, в очень красивых туфельках. Такой одежды Истер не видел даже у кровопийц. Её волосы были заплетены в две косы, девушка широко улыбалась, вставая ему навстречу.

- Ярик сказал, что тут его мать, - заметил парень, стягивая шапку и накидку, откладывая их на диван.

- Она вышла на пару минут. Эйлин здесь преподает, поэтому у неё много дел с учениками.

- Не видел пока никаких учеников, - буркнул Истер, стоя посреди чистой красивой комнаты и не зная, как вообще тут можно находиться. Все казалось чужим.

- Мы прибыли вчера вечером и кое-кого уже видели, просто тут трудно с кем-то пересечься. Ну, из-за дверей, - пояснила она, мягко взяла Истера за руку и подвела к дивану, усадив.- Я говорила, что нужно сначала дать тебе отдохнуть и привести в порядок, покормить, но маги считают, что сначала нужно тебе помочь, что тогда тебе станет легче, - Кристин нежно провела тёплыми пальцами по его щеке, где от веток деревьев остались царапины.- Нам будет здесь хорошо, и тебе больше не придётся бояться.

- То есть здешние люди спокойно отнесутся к полукровке? - криво улыбнулся Истер, сощурившись, почти ощерившись на прикосновение Кристин. Дышать стало тяжело, словно что-то его душило. Так было и в прошлый раз, на подводном корабле, когда она приблизилась.

- Здесь принимают всех, Истер, - в комнату из мерцающего круга плавно вошла мать Ярика, и она была ещё прекраснее, чем десяток минут назад на крыльце. Всё в её облике говорило о том, что она из народа эльфов: чудесное, расшитое серебряными и золотыми нитками платье, причудливо заплетённые волосы, искрящиеся добрые глаза. Глаза матери, которая рада снова обрести своих детей.

Истер схватился за горло, воздуха не хватало, перед глазами заходили круги.

- Тише-тише, дорогой, - Эйлин присела рядом с ним, поглаживая по голове, - это пройдёт, - её руки мягко коснулись его плеч, а потом ладони погладили шею. Истер поймал тревожный взгляд отсевшей в сторону Кристин, она сжимала на груди руки.- Всё теперь будет по-другому, станет легче.

Тело пронзила дрожь, Истер попытался сделать вдох, но грудь и горло сдавило, в глазах потемнело.

- Всё хорошо, - мягкий зовущий голос и руки словно вытягивали из него боль. Истер с трудом открыл глаза: ладони эльфийки образовали серебристую сферу, внутри которой что-то билось и хаотично двигалось, что-то, похожее на небольшого ужа, только какого-то прозрачного. Парень схватился за горло, но его жгло, зато дышать стало легче. Ему показалось, что с его плеч сняли тяжёлую, набитую камнями, сумку, которую он раньше не замечал.- Все закончилось.

- Это Черный Ус, - тихо пояснила Кристин, взяв Истера за руку тёплыми пальчиками, пока Эйлин поднималась, отдаляя от Истера сферу с существом, которое из него извлекли.

- Что, так просто? - прохрипел он, пытаясь дышать спокойнее, но сердце колотилось, словно он пробежал пару километров по лесу.- А пугали, что не достать.

- Он мог убить тебя, если бы мы неосторожно извлекали его, - голос Эйлин был очень мелодичным, добрым, ласковым. Она поднесла сферу к открытому стеклянному сосуду, что стоял на столе, видимо, заранее заготовленный, и закрыла крышку, когда сфера опустилась туда, запечатывая существо внутри.

- Ты помогала? - настороженно спросил Истер у Кристин, все ещё не совсем понимая своё тело и ощущения.

- Я была 'катализатором', - улыбнулась девушка, всё ещё держа его за руку.- Ярик ещё на корабле сказал, что Ус высунется, если я буду рядом, и Эйлин смогла его извлечь.

- У него на тебя аллергия, что ли? У этого существа? - Истер кивнул на сосуд, где теперь сидело то, что раньше жило в его теле.

- Нет, - покачала головой Кристин, но объяснять дальше не стала, и парень не хотел настаивать, и так догадываясь о подоплёке всего. Конечно же, великий гений Ярик всё просчитал, умник! Раздражение поднялось внутри, но оно не было сильным, и почти сразу улеглось, сменившись усталостью.

- Я провожу тебя в комнату, где ты сможешь помыться, переодеться и отдохнуть до ужина, - сказала мать Ярика, рисуя дверь посреди комнаты.- Идём, - она не стала помогать ему подняться или поддерживать, и Истер был ей за это благодарен, ещё не хватает, чтобы на глазах у Кристин ему помогала женщина, даже если это эльф. Он уже с меньшей опаской шагнул в свечение.

Новая комната отличалась от той, где из него вытащили гадость, что, по словам магов, мешала ему спокойно жить. Она была прямоугольной, с невысоким потолком и деревянными колоннами напротив каждой из пяти кроватей. Это действительно были кровати: такие, как у людей на фабриках, как у людей, готовящихся стать Правящими. Не подстилки на полу, на которых спали жители его деревни, не тюфяки, как в зверинце Лектуса, не койки корабля. Кровати с матрасом, одеялом и подушкой, с чистым, пахнущим свежим снегом бельём.

Возле каждой кровати стоял маленький деревянный шкафчик, а у дальней стены - один большой шкаф.

- Это твоя кровать, Истер, - Эйлин показала на постель в дальнем углу, возле круглого оконца, задёрнутого темной занавеской. На фоне дерева, из которого было сделано всё вокруг, - от пола и стен до мебели, оно было практически незаметно.- Тебе стоит помыться, для этого просто призови дверь. Скоро к тебе присоединится Ярослав, он сейчас разговаривает с Советом Академии, - Эйлин показала на кровать, соседнюю с той, где должен теперь спать Истер.

- Разве он живет не с вами? - спросил парень, повернувшись к эльфийке.- Ярик.

- Нет, он живет с ребятами своего класса, как и положено.

- А его брат? Он говорил, что у него есть младший брат.

- Святослав живёт со мной, он ещё слишком юн для обучения, - улыбнулась Эйлин, и её добрая улыбка вызвала в Истере грустный вздох.- Всё будет хорошо, вот увидишь. Больше тебе ничего не грозит.

- Ага, - кивнул Истер, глядя, как эльфийка выходит из комнаты, оставляя за собой свечение открытой - или призванной, как она говорила - двери. Парень повернулся к кровати, на которой было очень много разных вещей, у него в жизни никогда столько не было. Все чистое, новое, свежее, и Истеру впервые за всё время, что они были в Академии, захотелось все это примерить и почувствовать, как это - быть свободным человеком.


Ксения и Алексис сидели в общей комнате для девочек - уютном круглом зале, украшенном резьбой по стенам и потолку. Тут и там стояли пуфики и кресла, но девушки расположились на полу, сев на зелёные подушки. Здесь находились ещё две девочки, которые иногда искоса смотрели на новеньких, но скорее с любопытством, чем с осторожностью. Девочки были даже младше Алексис, а потому, видимо, и боялись подойти.

- А это какая буква? - Ксения показала пальчиком в книге, и Алексис попыталась вспомнить, чуть нахмурив брови.

- Простите, что прерываю вас, барышни, - в одной из стен появились уже знакомые зелёные глаза и рот, - но к вам посетители.

- Мальчики? - захихикала одна из девочек.

- Джеймс и Лектус рвутся вас увидеть, - Фрей посмотрел на Ксению и Алексис.

- Мальчикам сюда нельзя, - снова захихикала девочка.

- Мы можем сами к ним пойти, - улыбнулась Алексис, вскакивая на ноги и поправляя юбку форменного сарафана. Она чувствовала себя всё ещё странно в этой одежде, она не привыкла носить платья и чистый воротничок.- Можем ведь, Фрей?

- Ну, в спальне мальчиков сейчас только ваши братья, так что да, идите, - и в стене на том месте, где только что был Фрей, появилась дверь.

Девушки вместе прошли в проём и оказались в спальне пяти мальчиков, похожей на их собственную, только более тёмную, с тёмными покрывалами на кроватях. Кое-где на стенах висели какие-то картинки и плакаты на пергаменте, с балок потолка свисали бумажные и деревянные поделки.

- Ой, привет, мы к вам шли! - тут же подскочил Джеймс и обнял Алексис.- Ты пахнешь чистотой, - удивился он, дергая сестру за огненные косички.- А эти жуткие глаза из стены сказали, что мы туда не можем пойти, - пожаловался Джеймс.

- Ты выглядишь... странно, - в свою очередь заметила Алексис, и это действительно было так: брат был чистым, в красивой одежде, и она даже не знала, что выглядит более непривычно - светло-синий джемпер с торчащим из-под него воротничком рубашки или темно-синие брюки с ботинками. Брат был каким-то незнакомцем, разве что взлохмаченные волосы были точно его, родными с детства.

- Ксения, - к ним из глубины комнаты подошёл одетый в такую же, как и Джеймс, форму Лектус, только Алексис не заметила, чтобы он выглядел при этом непривычно.

- У меня всё хорошо, - улыбнулась девушка, - как тебе моё новое платье? - она повертелась вокруг себя, показывая форменный сарафан.

- Ты во всём красивая, - заметил Джеймс, взлохмачивая волосы и как-то глупо улыбаясь. Алексис фыркнула: она никогда не замечала такого за братом.

- Надо же, чистая одежда научила тебя делать комплименты, - ухмыльнулся Лектус.- Как вы тут? Что интересного уже узнали?

- Ну, вчера мы прибыли, нас определили по комнатам, Кристин живёт не с нами, - заметила Алексис. - Мы были в трапезной, там столько людей! Я никогда не видела столько детей вместе, - делилась впечатлениями Алексис.- А потом мы посетили библиотеку, а сегодня почти всё время сидели у окна и ждали вас. Магистр Фауст говорил, что вы вот-вот прибудете, мы очень волновались.

- А чем кормят? - спросил Джеймс, улыбаясь, и ребята рассмеялись.

- Ой, - Ксения сделала шаг к Лектусу, когда на стене появилось свечение, и через дверь вошли три парня, одетые в форму, с книгами в руках. Троица на мгновение остановилась, окинув взглядом новеньких.

- Надо же, значит, не обманул Фрей, что прибыло пополнение, - заговорил самый высокий из них, с гладкой прической и пухлыми губами. Он не был красивым, как люди Правящих, скорее, симпатичным, такие ребята росли в племенах кочевников, хотя он был слишком смуглым для северных племён.- Тоби Матиас, а это мои друзья - Стас Кайл и Арес Дориус.

Стас, небольшого роста, плотный парень, смущённо кивнул, прикусив нижнюю губу, а Арес - мощный, широкоплечий, с орлиным носом и чёрными глазами, наоборот, выступил вперёд, здороваясь.

- Я Джеймс, а это моя сестра Алексис. Лектус и его сестра Ксения, - приветливо улыбнулся кочевник, и Алексис робко кивнула парням.

- Вы откуда? Из каких земель? - спросил Тоби, подходя к своей кровати и убирая книги.

- Мы с сестрой с Северных островов, что рядом с Великим хребтом, кочевники, а Лектус и Ксения с юга, - легко ответил Джеймс, но Алексис видела, как и он, и Принц напряглись.

- А я здешний, родился в городе, родители отдали сюда в учение, - хмыкнул Тоби, - а вот Стаса и Ареса маги нашли на Тропических островах, вырвали из лап кровопийц. А вы как добрались?

- Примерно также, - ответил улыбающийся Джеймс, - нам помогали волшебники. Еле ускользнули.

- Повезло вам, - хмуро кивнул Стас, - трое моих друзей пытались сюда пробраться, да так и сгинули в лесах.

- Хотя бы не в рабстве у кровососов, - заметил Арес, тоже убирая свои учебники.

- Учащиеся, пройдите на ужин.

Алексис вздрогнула, когда раздался голос Фрея, приглашающий ребят в трапезную.

- Что ж, добро пожаловать, - трое парней первыми вошли в дверь, Арес напоследок оглянулся, словно запоминая лица новеньких.

- Всё будет хорошо, - зачем-то прошептала Алексис, посмотрев на Ксению.

- Правда? - саркастически улыбнулся Лектус и последовал за соседями по комнате.


## Глава 3. Одноклассники


Ксения проснулась в полной тишине. Мягкий свет пробивался сквозь занавески на круглых окошках, заметённых снегом. Она села, обняла колени и прикрыла глаза, слушая, внимая, впитывая.

Здесь всё было другое. Другой воздух, прохладнее и свежее. Он пах деревом, чистым бельём и цветочными духами девочек, что жили в этой комнате. Другие ощущения: дерево было мягче, чем камень; ткани грубее, но чище. Звуки спокойнее, тише, словно падающий снег, словно осторожная поступь северного кота, который остался во дворе Академии и, наверное, вернулся в родные леса. А главное: чувства, человеческие чувства, которые буквально пронизывали Академию, это чудесное создание магии, где жили сотни детей.

Когда Ксения впервые вошла в трапезную, её почти смела волна тепла, смеха, счастья, спокойствия. Здесь были и зависть, и зачатки ненависти, и злость - но несильные, горячие, человеческие, пропитанные чувством дружбы, теплотой, любовью, доверием. Никогда в жизни она не испытывала ничего подобного, и было так сложно поверить, что на свете существует такое место, и в этом месте она теперь живет.

- Подъём! Доброе утро, воспитанники и воспитанницы! Пусть Природа принесет нам ещё один мирный день, наполненный магией.

Ксения улыбнулась этому удивительному голосу, не имеющему тела, живущему, как ей казалось, в самом Дереве, словно его дух.

- Привет, - на постели потянулась Алексис.- Никак не могу привыкнуть.

- И я, - созналась Ксения, спуская ноги на тёплый деревянный пол.

- Все сначала не могут, - улыбнулась девушка по имени София, быстро вставшая с постели и начавшая поправлять её. Они познакомились накануне: оказалось, что Софию ещё в младенчестве с Безымянных островов привезла в город мать, когда отца и брата девушки забрали Снабженцы, но в Академию она попала недавно.- Но это проходит.

- Вот только привыкнуть к тому, что нужно убирать за собой постель, я никак не могу, - рассмеялась вторая соседка новоприбывших, смешливая Льетта, с оливковой кожей жителей юга. Она не знала, откуда она и кто были её родители, её воспоминания хранили лишь город магов. Льетта была ровесницей Алексис.- Зато тут такой выбор мальчиков, - она закатила глаза и рассмеялась, танцуя по комнате.- Вы оцените.

- Зачем им оценивать? - улыбнулась София, цепляя на нос очки и надевая форму.- Они всё привезли с собой.

- Ты о чем? - Алексис поднялась и неопытными пока руками постаралась застелить свою кровать.

- Ну, мы видели в столовой ваших братьев или кто они там, - Льетта захихикала.- Тёмненький явно втюрился в Ксению, скажешь, нет?

Ксения засмущалась и отвернулась, натягивая школьный сарафан.

- К тому же говорят, что вы дружите с Яриком, - заметила София.

- И что?

- Ярик, он... он классный, все девочки его класса в него влюблены, - поделилась сведениями Льетта.- И он сын эльфийки и оборотня, это удивительная история любви.

- Не знаю, по-моему, это очень грустно, - пожала плечами Ксения.

- А ты влюблена в тёмненького? - не отставала девочка, не умевшая спокойно сидеть на месте.

- А что, тебе понравился только тёмненький? - спросила Алексис, незаметно подмигнув Ксении, и та была благодарна за то, что подруга попыталась сменить тему.

- Нет, второй тоже классный, он такой... такой...- Льетта томно закатила глаза.

- Какой? - хмыкнула Алексис, и Ксения чуть улыбнулась, представляя, какими эпитетами могла бы наградить её брата северянка.

- Гордый, - тихо заметила София, расчесывая густые русые волосы.- И задумчивый.

- Ой, отдайте его мне, я хочу себе такого! - снова захихикала Льетта, вдеваясь в башмачки.

- Забирай, - фыркнула Алексис.

- Поторопитесь, барышни, - раздался голос Фрея, и через несколько мгновений в стене возле зеркала появились его глаза, а потом рот.- Алексис и Ксению после завтрака ждут в Совете Академии, так что поспешите.

- Будут вам рассказывать, что да как, - улыбнулась София, видимо, заметив волнение новеньких от таких известий.- Всё будет хорошо, просто формальности. Если бы вас хотели наказать, то вас вызвали бы к Цапле.

- К кому? - не поняла Алексис: девочки остановились возле появившегося в стене светящегося перехода.

- Цапля - это воспитательница, она отвечает за порядок среди воспитанниц, - с долей неприязни ответила Льетта, благодарно кивнув Софии, когда та поправила ей воротничок.- Неприятная тетка, лучше ей на глаза не попадаться.

- Что-то я начинаю сомневаться, что мне тут понравится, - проворчала Алексис, исчезая в проходе. Ксения последовала за ней, не испытывая страха, как в первые разы, когда ей приходилось использовать волшебные двери.

Трапезная уже была полна детей, и Ксения, стоя на лестнице-балконе, могла увидеть всю восхитительную красоту этого огромного помещения. Было сложно представить, что подобное можно уместить в стволе дерева, даже самого большого, но на все её вопросы тут отвечали однообразно: "Это же магия!".

Зал напоминал формой тыкву, из которой вынули мякоть, а оставили лишь корку. Своды - купол шатра, но он не был цветным: потолок украшали сотни вырезанных прямо в дереве цветов, сплетённых в букет и венок одновременно. Деревянные стены завешаны гобеленами, на которых изображались самые разные люди и существа, которым Ксения не могла дать названия. Зал заполняли круглые столы со скамейками, где рассаживались, кто как хотел, воспитанники Академии. Светло-голубая, синяя, белая и красная формы смешались в палитру.

- Идем, Ксения, вон Джеймс нам машет! - Алексис схватила девушку за руку и потянула вниз по лестнице, в поток учащихся, которые стремились сесть со своими друзьями.

- Привет, девчонки, - Джеймс выглядел, как всегда, взъерошенным, но вполне довольным жизнью, и Ксения не могла не улыбнуться ему в ответ.- Я взял вам завтрак, - он указал на гору тарелок, расставленных на круглом столе. Тут, кроме Лектуса, были два мальчика и девочка, с любопытством рассматривавшие новеньких.- Эти жуткие флоки такие жадные, не хотели давать мне двойную порцию булочек для вас.

- Думаю, они догадывались, что эти булочки исчезнут в твоем ненасытном животе раньше, чем появятся те, кому они предназначались, - лениво заметил Лектус, дёрнув уголком губ. Он пристально смотрел на ложку, с которой стекала каша.

- Вас вызвали в Совет? - поинтересовался Джеймс, как только Ксения и Алексис сели рядом за стол и взяли для себя завтрак.

- Да, Фрей уже сказал, - кивнула Алексис, искоса оглядывая зал.- Когда они все перестанут на нас пялиться? Уверена, что тут каждую неделю есть новички.

- Каждую не каждую, но дело не в этом, - пояснил мальчик, сидевший напротив ребят. Ему было лет десять, из кармана его жилета торчало что-то, похожее на сухую морковь.- Вы пришли с Яриком, и ещё рассказывают, что вы казнили Наместника Северных земель, того кровопийцу, что отдавал приказы убивать и пытать людей. Это правда?

- Ага, а ещё мы убили и съели шесть морских чудовищ, победили войско злобных гоблинов и научились выпускать жабры, как вами обожаемые флоки, - ответил Джеймс, широко улыбаясь.

- Правда? - у мальчишки полезли на лоб глаза, сидящие рядом с ним ученики тоже застыли с едой.- Значит, вы великие маги!

- Конечно. Вот я из рода эльфов, а вот он, - Джеймс ткнул вилкой в Лектуса и чуть не выколол тому глаз, но Принц явно был готов к такому повороту событий и увернулся, - он переплыл Водный пояс один, без корабля, на спине гигантского кита.

Ксения едва сдержала улыбку и встретилась взглядом с братом, тот лишь покачал головой, тяжело вздохнув.

- Из вас выйдет великий сказочник, Джеймс, но лучше поспешите с завтраком, вас ждут на Совете.

Ребята обернулись: за их спинами стоял магистр Фауст и с великим терпением смотрел на новеньких.

- А вы, Франц, - обратился волшебник к мальчику с морковью, - лучше бы так же усердно занимались в классе, как собираете слухи по школе. Если сегодня вы не сможете превратить обратно мое любимое перо, то я поставлю вам "неуд" и отправлю на отработку на кухню.

- Нет, я буду стараться, я не хочу к флокам, они всё время молчат и сводят с ума! - затряс головой Франц.

- Вот и хорошо, увидимся с вами в классе, - и магистр пошёл между столами к дальнему концу зала, где зелёные существа в фартуках выдавали подносы.

- Наказание? На кухне? - глаза Джеймса возбужденно загорелись.

- Джим, ты нарвёшься на неприятности, - улыбнулась Алексис, доедая свой завтрак.

- Если неприятности приведут меня на кухню, я только "за", - Джеймс запихал в рот ломоть хлеба и поднялся.- Я готов.

- Надо же, и даже тарелки не съел, - ехидно отметил Лектус, вытирая салфеткой губы и тоже поднимаясь.- Ты готова, Ксения?

- Да, конечно, - кивнула девушка, перешагивая через скамейку и ловя на их небольшой компании заинтересованные взгляды ребят за соседним столом, трое из них были знакомы ей, они встречались вчера в спальне мальчиков.

- Кажется, на тебя запал тот здоровяк с Тропических островов, - шепнула Алексис. Ксения удивлялась, как брат с сестрой так быстро умели приспосабливаться к новым обстоятельствам, чувствуя себя здесь уже как дома, замечая такие мелочи, как интерес мальчишек. Наверное, это было свойством их прошлой кочевой жизни, когда они постоянно перебирались с места на место.

- На Совет, - заметил Лектус, вызывая дверь и отходя, пропуская вперед Ксению и Алексис.

- Эй, а если ты открыл рамку куда-нибудь в зверинец со злобными львами? Или волками? - Джеймс схватил подругу за руку, не давая ей войти в свечение.- Что за беспечность?

- С ума сойти, ты вспомнил об осторожности, почти вовремя, - фыркнул Лектус, глядя, как хват руки кочевника медленно превращается в переплетение его пальцев с пальцами сестры. Ксения мягко улыбнулась обоим парням.

- Всё в порядке, спасибо за заботу, - она позволила Джеймсу пройти вперёд и пошла следом, крепко сжимая его ладонь. Он поддержал её, и девушка на мгновение прижалась к его плечу, греясь о его яркое тепло, которое было для нее самым желанным и самым целительным.

- Доброе утро, проходите и садитесь.

Ксения подняла глаза на сидевшую за столом Главу Совета Стеллу, рядом возвышался Сфинкс, за ним на стуле сидела мать Ярика. Но ни Ярика, ни Истера, ни Кристин тут не было. Четыре стула были выдвинуты напротив стола, и ребята сели на них, глядя на пожилую волшебницу.

Ксения не сразу заметила то, что лежит перед Стеллой на столе, но присмотрелась, когда почувствовала, как сидящий справа брат напрягся. Это был кинжал на крышке бархатной шкатулки. Наверное, тот самый.

- Надеюсь, вы хорошо у нас обустроились. Есть ли какие-то пожелания? - вежливо спросила Глава Совета, подняв на ребят глаза.

- Может, отодвинуть подъем утром на пару часов? На попозже? - предложил Джеймс, и Ксения была готова поклясться, что на губах волшебницы мелькнула улыбка.

- Нет, Джеймс, нельзя, распорядок един для всех, но в вашем расписании есть два выходных дня, когда вы сможете спать, сколько пожелаете.

- Здорово!

- Разве вы не смотрели свое расписание? - удивилась Стелла.

- Хм, смотрел, симпатичные закорючки, - пожал плечами кочевник.

- Мы с братом не умеем читать, - заметила Алексис, гордо вздернув подбородок, ей не хотелось стыдиться того, что они не образованы, и Ксения знала, что никто их тут за это не осудит.

- Ничего, мы это исправим. Сегодня начинаются ваши занятия, и я тогда вначале расскажу вам о нашем учебном процессе. Вы согласитесь, что каждый из вас, из наших учеников, индивидуален, каждый имеет свои таланты и недостатки, и именно на этом основано обучение в Академии магии Елень. Она была великой волшебницей и завещала нам развивать ваши сильные стороны, но главное - учить вас быть частью мира, частью Природы.

- Итак, вы будете посещать лекции по введению в знание мира и магии, а также некоторые другие дисциплины, которые требуют только внимания и усердия. Второй блок обучения основан на индивидуальном подходе, каждый из вас будет развивать свою сильную сторону под руководством мага-педагога или ученика-наставника, сначала в общем классе, а на поздних уровнях обучения - самостоятельно, ведь только вы сами знаете пределы ваших возможностей. Некоторые наши воспитанники до конца жизни совершенствуются.

- Столько я не выдержу, - покачал головой Джеймс, и Лектус хмыкнул.

- Вы не знаете своих истинных возможностей, друг мой, - покачала головой Стелла.- Итак, если это единственное замечание, я бы хотела поговорить о другом, - она встала из-за стола и осторожно взяла в руки шкатулку с кинжалом.- Вы с вашими друзьями принесли данный артефакт, наряду с другими, в Северный город.

- Мы украли кинжал, - уточнил Лектус, пристально глядя на родовую реликвию, и Ксения нашла его руку, сжав.

- Мы немного знаем о магии вашего народа, Лектус, - заметила Глава Совета, - тем более, немного знаем о том, что это за вещь. Ярослав рассказывал, что её может коснуться только тот, в ком течет кровь Чужих, обычно их зовут Правящие. Также мы знаем, что человек, коснувшийся кинжала, может умереть или физически превратиться в Чужого, - голубые глаза волшебницы посмотрели на Алексис.

- Да, твоя рана! - спохватился Джеймс, вцепившись в руку сестры - но на ней был лишь шрам.

- Мы изгнали черную магию из её тела, не волнуйся, - успокоила его Стелла, и Ксения улыбнулась от волны облегчения и радости, которой всех обжёг Джеймс, только никто этого не заметил.

- Также Ярослав говорил о каком-то следе, что тянется от подобных кинжалов, видном только Чужим, - продолжила Глава Совета.- И что ты становишься сильнее от его близости. Можешь что-то добавить?

Все посмотрели на Лектуса, но он молчал.

- Хорошо. Тогда мы поместим его в Хранилище артефактов, чтобы не нанести кому-то вред по незнанию.

Ксения была удивлена, что волшебники так просто сдались и не стали узнавать о том, какой силой обладает кинжал, попавший им в руки.

- Его нужно вернуть в Красный город, - спокойно сказал Лектус.- Мой отец не остановится, пока не вернёт его.

- Да, и это сказал Ярослав, но Чужие, как бы ни пытались, не смогут сюда проникнуть. Если дано такому случиться, кинжал навсегда останется в Хранилище.

- И не надейтесь, - холодно ответил Лектус, - его вернут, даже если всем Правящим мира придется брать штурмом ваши стены.

- Чем так ценен этот кинжал? - Стелла проницательно посмотрела на Лектуса.- Он помогает превратить человека в Чужого?

Брат молчал, и Ксения мягко пожала его руку, она знала, что он не заговорит, и, судя по всему, об этом знала и Глава Совета.

- Мне также известно, что каждый из вас получил в дар именной артефакт. В нашей школе воспитанником запрещено иметь свои артефакты, но для вас я сделаю исключение. Но если окажется, что вы пользуетесь ими во зло, я заберу их и отправлю в Хранилище до вашего выпуска. Это понятно?

- Где Анна и Легат? - спросил Лектус, пристально глядя на Стеллу.- Отпустите их.

- Я не могу этого сделать, - покачала головой Глава Совета.- Не волнуйся, они оба в полном порядке и безопасности.

- Что с ними будет?

- Зависит от их ответов на вопросы.

- Вы будете их пытать? - ужаснулся Джеймс.

Ксения впервые увидела, как на лице волшебницы мелькнул гнев:

- Вы попали в свободную страну, где жестокость, пытки и убийства неприемлемы. Никто не причинит им вреда.

- Я хочу их увидеть, - Лектус поднялся, Джеймс последовал его примеру.

- Я подумаю, - после некоторой паузы ответила Стелла.- А теперь идите в класс, занятия скоро начнутся.

- Есть и другие.

- Что? - все удивленно посмотрели на Лектуса.

- Здесь, в Академии. Есть и другие дети Правящих, ведь так?

- Да, и ты с ними познакомишься. А теперь идите и учитесь прилежно.

- Пойдём, - Ксения потянула брата за руку. Тот вздохнул и кивнул ей, но она знала, что Лектус не смирится. Она встретилась взглядом с Джеймсом, и тот лишь пожал плечами.

Из кабинета Совета они сразу попали в класс, наполненный приглушёнными голосами девяти ребят. Ксения узнала Софию и парней, что жили в спальне Лектуса и Джеймса, остальных - трех мальчиков и двух девочек - она впервые видела, хотя, наверное, и пересекалась в столовой, но там было столько лиц и эмоций, что вряд ли возможно запомнить всех и сразу.

- Подойдите сюда, будьте добры.

Ксения обернулась, перестав разглядывать класс (овальная комната с длинными рядами столов и скамей была наполнена светом и теплом), и увидела странного маленького старичка в зелёном сюртуке. Он сидел прямо на столе, рядом лежала его шляпа-котелок. У старичка были зелёные уши и жёлтые усы, подкрученные на концах. На ремне, которым он приталил сюртук, висели ключи, ложка и молоточек.

- Идите сюда, мне нужно вас записать, - он махнул рукой в воздухе, словно до чего-то пытался достать - и в его небольшой руке появилась зелёная книжечка, которая сама распахнулась. Старичок уставился в неё.- Итак, я ваш преподаватель и куратор вашего класса...

- А где Алексис?

Ксения перевела взгляд на Джеймса. Он был прав, его сестры в классе не было.

- Алексис, Алексис...- пробормотал старичок, болтая ножками.- Так, новенькая Алексис в другом классе, - улыбнулся он, поднимая на ребят глаза.

- Почему это?! - сразу же рассердился Джеймс, и Ксения чуть улыбнулась: даже сердитый, он был очень тёплым, с ним было хорошо находиться рядом.

- Она относится к средней возрастной группе, а это другой подход к обучению и скорости оного. Итак, продолжим...

- Но как она там одна?!

- Она не одна, в её классе ещё десять ребят, так что престаньте меня перебивать и успокойтесь, иначе я выпишу вам наказание.

- Надеюсь, на кухню? - фыркнул сердитый Джеймс, сложив на груди руки.

- Нет, не думаю, скорее, на уборку территории, нынче выпало много снега. Итак? - старичок посмотрел на кочевника, и Ксения выдохнула, когда поняла, что Джеймс больше не будет пререкаться, по крайней мере, вслух.- Итак, меня зовут Дир-Ле, и по всем вопросам вашего обучения, досуга и проживания вы можете обращаться ко мне.

- А вы кто? - не выдержал кочевник.- Ну, в смысле, вы гном или... кто ещё?

- Я лепрекон, - нахмурил брови Дир-Ле, - а теперь я познакомлюсь с вами. Как тебя зовут?

- Джеймс.

- Джеймс... а дальше?

- Что там должно быть дальше?

- Понятно. Итак, запомните: вы больше не в Водном мире, не в стране Чужих, где вам нужны были только имена. В этой Академии учится ещё примерно восемнадцать Джеймсов, так что у вас должна быть фамилия.

- Что?

- Обычно мы берём имя отца вместо неё. Как звали твоего отца?

Ксения видела, что друг не собирается произносить вслух имя, а брат лишь ухмылялся.

- Пусть будет Картер, - широко улыбнулся Джеймс.

- Твоего отца звали Його, - напомнил Лектус, ухмыльнувшись.

- Нет, его звали Картер!

- Хорошо-хорошо. Итак, вы Джеймс Картер, а вы? - лепрекон посмотрел на Лектуса. Джеймс схватил того за руку и покачал головой, но Ксения, даже понимая опасения друга, также чётко осознавала: Лектус никогда не солжёт в этом вопросе и не устыдится своего происхождения.

- Я Лектус, сын Байрока, - спокойно ответил брат, и Ксения через несколько секунд покачнулась, прижимаясь к Джеймсу, потому что из-за спины накатила неуправляемая волна ненависти и страха. Одно имя их отца вызвало такую реакцию, что же ожидает тогда их с Лектусом?

- Итак, Лектус Байрок, а это ваша сестра?

- Да, названная, не родная, - сказал брат, и это Ксения тоже поняла.

- Так как же ваше имя, красавица?

- Её зовут Ксения. Ксения Верди, - выпалил Джеймс и широко улыбнулся.

- Итак, познакомились, садитесь и приступим, - лепрекон указал рукой на передний ряд столов, и ребята сели, окружив Ксению.

На столах уже лежали пергаменты и чернила, и Ксения рассеянно взяла перо в руку, ощущая всю ту ненависть, что шепчущиеся за спиной одноклассники направляли в их сторону. Она задрожала, понимая, что вряд ли их жизнь здесь будет такой уж безоблачной.


- Верди? - Лектус наклонился и посмотрел на Джеймса.- Ничего оригинальнее не придумал?

- Имя моего второго деда! Но, конечно, было бы лучше записать её на имя вашего отца, и у нас были бы два потенциальных трупа! - фыркнул в ответ Джеймс, сжав руку Ксении, свободную от пера. Она не должна бояться, он будет рядом.- Я не дам тебя в обиду.

Лектус усмехнулся, и Джеймс мог только поразиться спокойствию самоубийцы.

- Ну-ну.

- Итак, сначала повторю информацию о распорядке дня для новеньких. Наш класс начал обучение две недели назад, так что вы, при необходимом усердии, нагоните пропущенное, - заверил их старичок.- Думаю, нам об этом расскажет...- глаза лепрекона пробежались по списку учеников, - воспитанник Матиас. Тоби, прошу!

Джеймс оглянулся и увидел, как один из парней из их спальни поднимается, иногда зло поглядывая в их сторону. Ксения ближе придвинулась к Джеймсу, и тот нахмурил брови: какого лешего этот смазливый идиот пугает его девушку?!

- После завтрака - теоретический курс с перерывом в полчаса, затем обед и практический курс. После окончания практического курса перерыв в пятнадцать минут и профильные занятия: танцы, искусство войны, ремесло для юношей и домоводство для девушек. После ужина прогулка или свободное время, для неграмотных воспитанников - полтора часа уроков чтения и письма, - чётко ответил парень.

- Какое ещё ремесло? - не понял Джеймс, даже подавшись вперед.- Мы же магии тут учиться собирались!

- Воспитанник Картер, для новичка вы слишком много разговариваете, - заметил Дир-Ле, скрещивая ножки. Итак тебя раз так, свалился на голову! - Воспитанница Димитри, София, поясните однокласснику.

- Для большинства из воспитанников Академия - это не только школа, это дом и семья, и мы должны учиться здесь не только магии, но и всему, для чего открыто человеческое сердце, - улыбнулась София.

- Итак, подытожим, - лепрекон пристально посмотрел на Джеймса, - каждый из вас, здесь присутствующих, - в первую очередь человек, не маг, не представитель племени или семьи. И чтобы быть достойными этого звания, вы должны учиться.

- Танцам? - фыркнул Джеймс.

- У человечества этого мира долгая и богатая история, огромное культурное наследие, которое вы, как наследники всех предшествующих поколений, должны впитать и передать своим потомкам. Да, танцы, воспитанник Картер, да, ремёсла, да, грамотность. Пройдут несколько лет, и вы станете мужьями, отцами, женами и матерями. И чему вы научите своих детей? Перебивать старших? Грубить? Ползать по деревьям? Нет, вы научите их читать, писать, общаться, мастерить - и только потом магии.

- И сражаться! - воскликнул Арес, гневно глядя на Лектуса, и Джеймс с презрением посмотрел на верзилу. Давай-давай, не видел ты настоящего боя, тепличный детеныш.- Побеждать кровопийц, которые уничтожают наши семьи и наши дома!

- Можешь начать прямо сейчас, - хмыкнул Лектус, и Ксения слегка стукнула его по колену. Джеймс был ей благодарен, что она сделала это за него.

- Итак, замолчали. Сейчас мы поговорим об истории магии и о её родоначальниках. Магия является энергией Природы, вся Природа и есть магия, и именно она породила из солнечного света, воды и земли высших магов, эльфов...

Голова Джеймса очень медленно отключилась от повествования, он опустил её на руку и следил за тем, как в тонких пальцах Ксении бегает по листку перо, оставляя красивые закорючки.

- Просыпайся, Джим.

Он зевнул и открыл глаза, поднимая голову с рук. Оказывается, он сладко проспал на парте весь урок. Ксения погладила его по взъерошенным волосам, улыбаясь. В классе никого, кроме детей Байрока, не было. Перед девушкой лежала стопка исписанных листов.

- Надо будет потом, чтобы ты мне их прочла, - почесал затылок Джеймс, хотя не особо бы стал настаивать. Какая ему разница, откуда там взялась магия?

- Сейчас перерыв, - Ксения сложила листки, свернула их трубочкой и перевязала лентой.

- Пойду искать Алексис, - тут же встал Джеймс, поправляя рубашку, что выбилась из-за пояса брюк.- А вы будьте тут, чтобы не случилось неприятностей! - наказал он, строго посмотрев на Лектуса. Тот лишь вопросительно вздернул серебристую бровь, сложив на груди руки.- Ты меня слышал, отвечаешь за Ксению, пока меня нет, - и с чувством выполненного долга, получив напоследок смешок от Принца, выскочил из класса через... чёрт, это была настоящая, нормальная дверь!

Он оказался в просторном коридоре, куда выходил десяток других, видимо, это были учебные классы. Всё пространство занимали группы студентов - от ребят лет восьми до ровесников Джеймса.

Найти Алексис оказалось несложно: её огненные волосы заметны сразу.

- Лекси! - он пробрался к сестре и критически её осмотрел.- Ты в порядке?

- Да! Джим, так интересно! - восторженно рассказала девушка.- Да, знакомься, это Льетта, моя одноклассница, - представила она стоящую рядом девочку, но Джеймс лишь кивнул ей.

- И ты не расстроилась, что учишься отдельно?

- Расстроилась, но Лейла, наш куратор, объяснила, что все ребята делятся на три возрастные группы, и в каждой группе примерно раз в два месяца открывают новый класс для тех, кто приезжает в Академию. А ещё у нас будут занятия по танцам, это так здорово.

- Будешь со мной танцевать? - хихикнула стоявшая рядом с Алексис девчонка, имя которой Джеймс благополучно пропустил мимо ушей.

- Я не танцую, - буркнул он.

- Какой ты грубый, - хмыкнула сестра.- Кстати, ты какую фамилию взял? Я сказала, что посоветуюсь с тобой, а потом запишусь.

- Картер, как дедушку звали, - пожал плечами Джеймс. Хорошо, что у них было два дедушки, ему это сегодня очень пригодилось.

- Я так и подумала, что ты не захочешь быть "воспитанником Його", - рассмеялась Алексис.

Он лишь неопределённо улыбнулся, засунув руки в карманы и оглядываясь.

- Ладно, тогда я пошёл, встретимся на обеде, - кивнул он сестре и поспешил в свой класс, потому что что-то ему подсказывало, что зря он оставил Лектуса и Ксению.

Детей Байрока полукругом прижали к передним партам, Принц заслонил собой сестру, стоял прямо и гордо, явно не собираясь драться, а следовало бы.

- А ну, пошли вон! - Джеймс разметал ребят, окруживших его друзей, и встал рядом с Лектусом, зло глядя на десяток парней в первом кольце нападающих.- Смелые вы, когда двадцать на одного!

- Уйди, Картер! - прорычал Арес, сжимая кулаки, но Джеймса не впечатлило.- Он сын Кровавого Байрока, как они могли притащить его сюда и учить с нами?!

- Его отец убивает наших родных!

- Смерть ему!

- Гад, ещё и имеет наглость нам в глаза смотреть!

- А ну, замолчали! - гаркнул Джеймс и для острастки врезал самому близко стоявшему парню. Все тут же отшатнулись на пару шагов назад.- Лектус не такой! Он заслужил быть тут! Он спасал жизнь и мне, и моей сестре, и другим ребятам, которые путешествовали с нами!

- Ну, конечно, теперь-то он добрый и хороший! Сколько человек ты отправил на смерть, ты, отродье кровососов?! - закричал какой-то парень, и Джеймс врезал и ему. Недаром в своем племени он был первым драчуном и забиякой, опыт драк с другими мальчишками у него обширный.

- Кому ещё? До кого не дошло, что Лектус под моей защитой? - заорал он, сузив глаза.- И вы ещё называетесь людьми? Толпой на одного, а он даже не собирался защищаться! - рядом раздался сомнительный смешок Принца, но Джеймс его проигнорировал: был бы готов драться, сам давно бы двинул кому-нибудь.- Он человек, лучше многих из вас! А теперь пошли вон отсюда! Ну!

- Ты всё равно попадёшься нам, - пообещал Арес, потом развернулся и вышел из класса, остальные, оглядываясь, потянулись за ним.

- Очень трогательно, - холодно отозвался Лектус, а Джеймс обнял дрожащую то ли от страха, то ли от эмоций Ксению, растирая её холодные ладони.- Не смей этого делать.

- Что?

- Целовать её у меня на глазах, - предупредил Лектус, опираясь на парту.- И с каких это пор я лучше других людей?

- С таких, - ответил Джеймс, не собираясь объясняться.

- Слушай, ещё недавно ты думал так же, как и они! - холодно отозвался Принц.- Ты лез драться, орал на меня и говорил те же самые слова. И ты знаешь, что в этом мире правда на их стороне.

- Нет! Правда не может быть на чьей-то стороне, она сама по себе! - возмутился Джеймс, отпуская Ксению и вставая напротив Лектуса, тоже сложив руки на груди.- Я был неправ насчёт тебя, и они тоже поймут это. Мы должны перестать воевать хотя бы между собой, иначе мы никогда не победим!

- Я не часть вас, я сын Байрока, - напомнил Лектус, горько усмехаясь.- И это всегда будет клеймом.

- Нет, ты один из нас, по крайней мере, из тех нас, куда вхожу я.

- Судя по всему, туда больше никто и не входит.

- И что? Это уже немало! - буркнул Джеймс упрямо.- И лучше бы ты дрался!

- Драка - это методы людей, - холодно ответил Лектус.- В том мире, в котором я вырос - ну, или верил, что вырос - нет места бессмысленной жестокости, причинению увечий и боли. Во главе угла - справедливость.

- Здесь тоже есть справедливость!

- Для таких, как я, нет, - покачал головой Лектус.

- Глупости! Думай, как хочешь, а я заставлю их увидеть тебя таким, какой ты есть! - горячо отозвался Джеймс.

- И каким же?

- Преданным и честным, вот, - Джеймс смутился и был рад, когда в класс вошли сначала магистр Фауст, а затем и остальные ученики.


## Глава 4. Друг


- Эйлин, к тебе Ярослав, - возвестил голос Фрея, и эльфийка отвлеклась от журнала, который она заполняла, сидя за столом.

- Пусти, конечно, - улыбнулась она, вставая навстречу сыну.- Почему ты один? Где твои друзья? - она присела в кресло, Ярик опустился в соседнее, вздыхая.

- У Истера разболелась голова, а поскольку он отказался просить помощи у целителей, пришлось дать ему немного крови, - он показал порез на ладони, - и теперь он прячется в каморке на первом этаже. Он не хочет, чтобы другие воспитанники узнали о том, кто его отец, как это случилось с Лектусом.

- Глава Академии предупреждала тебя, что могут возникнуть проблемы, когда остальные узнают о том, кто такой Лектус, - мягко заметила Эйлин, чуть подаваясь вперед.

- Я по-прежнему считаю, что его нельзя изолировать, впрочем, как и других, - твёрдо ответил Ярик, качая головой.- Я успел узнать Принца и уверен, что он уникален и отличается от других детей Правящих. Они оба: и Лектус, и Ксения.

- В этом я согласна с тобой, эта девочка удивительная, - согласилась эльфийка, вставая и беря со стола книгу в тёмном переплете.- Я кое-что тут нашла о её даре. Древние звали таких людей целителями душ.

- Удивительно подходящее название, - Ярик скрестил ладони под подбородком, и в этот момент в чертах его лица что-то изменилось, и он перестал быть похожим на семнадцатилетнего подростка. В его глазах, уголках губ застыло выражение мудрости, понимания того, что подростку понимать ещё рано. Словно вечность отразилась во взгляде юного мага.- Я однажды осмелился заглянуть в её мысли, не услышать их, а именно заглянуть.

- Я тебе говорила, что это неправильно, Ярослав. Как и использовать руны, - укорила его Эйлин, - чтобы заставить кого-то замолчать.

- Я помню, мама, - он шаловливо улыбнулся и снова стал похож на подростка.- Но это стоило того - заглянуть в мысли Ксении. Понимаешь, она видит людей не так, как мы, совсем не так! Все люди для нее отмечены каким-то мерцанием или сиянием, я не знаю, как объяснить, разных цветов, и эти цвета для нее имеют температуру. Вот Джеймс - у него яркое оранжевое сияние, и он тёплый, даже горячий. Лектуса она видит в слабом серебристом мерцании, и он такой, как туман летним утром. Истер словно в тёмной дымке, и он то горячий, то холодный, и он её отталкивает.

- А ты? - улыбнулась Эйлин, с интересом слушая сына. Не все могли похвастаться тем, что видели подобную магию изнутри.

- Ну, я себя её глазами не видел, но, думаю, я буду с белыми крыльями, - рассмеялся Ярик, закидывая руки за голову.- Она удивительная, мне кажется, что ничего интереснее я ещё не видел.

- Ксения не объект для изучения.

- Я знаю, но иногда так сложно сдержаться. А как она любит Лектуса, как верит в него, хотя прекрасно видит и его тёмную сторону.

- Эта тёмная сторона Лектуса и Истера очень беспокоит Совет, - Эйлин снова села в кресло, пристально глядя на сына.- Я помню, что ты уверял всех, что именно Лектус или Ксения могут исполнить пророчество, но действительно ли ты так уверен?

- В этом мире нет ничего, в чем можно быть до конца уверенным, но я знаю, что время нам ответит на вопрос, что мы сделали верно, а что нет, - ухмыльнулся Ярик.- Даже если окажется, что дети Байрока не те, кого мы искали, я все равно рад, что они здесь. Хотя что-то мне подсказывает, что не зря гномы чертили все эти схемы, в которые мы так идеально подошли... Академия подскажет, как нам быть.

- Кстати о школе. Как началась учёба твоих друзей?

- Я видел Джеймса, когда он со стоном негодования направлялся в класс грамотности, думаю, ему учиться не очень нравится, - хмыкнул Ярик, - а Кристин очень понравились и одноклассницы, и преподаватели. Истер же всё видит в тёмном цвете, так что...- Ярик пожал плечами, показывая, что комментарии излишни.

- Может, его стоило отправить в Школу Трёх Народов? Там тёмным магам живется легче.

- Ему нигде не будет легче. Я так думаю, что Чёрный Ус, которого ты с него сняла, не усиливал его чувства и эмоции, а просто сел на то, что было в Истере изначально, и питался этим. Никогда ещё не встречал никого более несчастного, так сильно не любящего себя и мир вокруг, но мы с Кристин пытаемся это исправить, - оптимистично заявил Ярик.

- Кристин очень добрая и талантливая, я была на её уроках, мне она понравилась.

- Она уникальная, - улыбнулся юный маг, глядя в глаза матери.- В самом начале, когда мне ещё было позволено заглядывать в её мысли, я поразился, насколько у неё светлая душа, в ней нет боли, нет ненависти, нет злости, лишь грусть. И ещё она совсем не так, как другие, смотрит на Истера. Она верит в него.

- Я рада, что ты нашёл в своем путешествии друзей, ты слишком долго был один, Ярослав. Слишком долго боялся привязываться к кому-то, - она с грустью смотрела на сына и видела в нём совсем другого человека. Человека, с любовью к которому она жила уже много лет, по которому тосковала, спрятав глубоко внутри сжигающую её боль разлуки.

- Я видел отца, - выпалил Ярик, шагнув к маме, видимо, она в очередной раз забыла закрыть от него свои мысли. Такое случалось всё чаще, словно Ярику стало легче пробиваться сквозь заслон.- Скоро срок, да? Поэтому он приближается?

- Я чувствовала, что он где-то рядом, - кивнула Эйлин, прикрыв глаза.- Шесть лет тянутся как шесть веков.

- Однажды это все закончится, - попытался утешить мать Ярик, положив руку на её плечо. Сын был слишком сильным и слишком мудрым, а ещё раньше он был слишком одиноким, скрывавшим всё за своими улыбками и смехом. Он изменился за год своего отсутствия, и стал ещё сильнее напоминать своего отца, которого почти не знал. Зато знал, кто виноват в этом, но Эйлин лишь однажды говорила с сыновьями об этом, не желая множить боль и вражду в семье.

- Я не желаю смерти моему отцу, - покачала головой эльфийка, повторяя то, что уже говорила Ярославу.- Я выдержу все отмеренные мне временем муки. Нам подарены шесть дней, даже их могло не быть.

- Может, на этот раз вы родите нам девочку? - решил пошутить маг, и Эйлин улыбнулась.- Ладно, мама, я пойду, нужно найти Истера и Кристин, вдруг его депрессия слишком далеко зашла, и нужна моя помощь.

- Иди, конечно.

- Мам.

- Да? - она вопросительно посмотрела на сына.

- Если Лектус будет пытаться увидеть Анну, не мешайте ему. Будет только хуже.

- Хорошо, мы учтем это, - после некоторого молчания ответила Эйлин.- И все-таки ты всегда будешь видеть в других Свет, даже если они упрямо тянутся к Тьме.

- Этому учила меня ты. Ты же смогла полюбить бандита-ныряльщика, - хмыкнул Ярик и исчез в нарисованной двери. Эйлин грустно улыбнулась: Ярослав слишком часто сам напоминал своим поведением того бандита.


Первое, что увидел Ярик, войдя в комнату, которая располагалась на первом этаже Академии и использовалась для хранения запасной мебели, - пламя свечи, у которой Истер изучал какую-то книгу. Привыкнув к темноте, маг различил очертания Кристин - девушка спала на плече друга, сжав его руку.

- Тихо, пусть отдохнет, - буркнул Истер, поднимая глаза на Ярика - они ярко горели в темноте. Наверное, друг был прав: не стоило окружающим знать о том, что среди них появился не только сын Байрока, но и полукровка, в котором течёт кровь Чужих.

- Что делаешь? - прошептал Ярик, садясь у стены напротив друзей.

- Учу буквы, Кристин пыталась мне их втолковать, - скривил губы Истер, отодвигая книгу.- Что там снаружи?

- Ребята расползлись после ужина, скоро можно будет пойти в комнату, я там припас для тебя еды. Как твоя голова?

- Лучше, - Истер явно не хотел говорить о себе, и Ярик не стал настаивать: в этом был его друг, дикий одинокий мальчишка, который ненавидел себя за то, что он не сберёг мать, и остальных за то, что из-за этого ему пришлось убить. Странный он, этот Истер: он ненавидел отца, но убийство его переживал, хоть и отрицал это.- Как там наш принц? Ещё жив?

- Джеймс за ним приглядывает, - пожал плечами Ярик. Он не стал говорить, что не только кочевник приглядывает за Лектусом, это уже детали.- Слушай, моя мама считает, что лучше тебя было отправить в Школу Трёх Народов, где учатся тёмные маги, ну, и светлые маги учатся тёмной магии.

- С чего это?

- Она права, там тебе было бы легче.

- Мне и тут не тяжело! - рыкнул Истер, а потом испуганно посмотрел на Кристин - она спала.

- Ну, ладно, я просто сказал, - Ярик примирительно поднял руки, - я в принципе ответил то же самое.

- Что это ещё за школа народов? - Истер насупился, ему явно не понравилось предложение куда-то ехать.

- Есть ещё одна школа магии, северо-западнее материка, - улыбнулся Ярик.- Легенды гласят, что именно там с неба упал второй камень, вошёл в воду, и небольшая его часть осталась над водой. Вот там и находится Школа Трёх Народов, - пожал плечами маг.- Там учат сражаться, учат магии. Ту школу основал Святовит, брат Елень, которая создала Академию.

- Очень занимательно, - хмыкнул Истер.

- Занимательно, потому что остров, на котором находится школа, зовется Островом Драконов, - хмыкнул Ярик, - и там находится Зверинец, в котором живут самые удивительные и самые опасные магические существа, спасённые от Потопа. Думаю, однажды ты там обязательно побываешь, ведь ты Магистр Тёмных Существ.

- Я не магистр, я просто парень, который даже не умеет читать, - огрызнулся Истер.

- Всё ещё впереди, - Ярик посмотрел на спящую Кристин.- Раз ты остаешься, то у меня есть для тебя предложение.

- Как будто ты не знал, что я останусь!

- В Академии сотни лет десятки магистров зелий и снадобий изучали свойства крови Чужих, пытаясь понять, как человек превращается в Чужого, что за магия делает из людей созданий, питающихся жизненной силой других людей, но им мало что удалось понять.

- Но тут появился я.

- Они бы хотели исследовать твою кровь, если ты не против. Силой никто у тебя её не возьмёт, - предупредил Ярик, пристально глядя на друга.

- Куда мне нужно явиться?

- Тебя позовут, если ты не передумаешь, - улыбнулся Ярик.- И ещё одно. В Хранилище артефактов поместят Кинжал, который ты вынес из Красного города, - тихо начал маг, - но Совет и другие магистры не знают, как его изучать, ведь они не могут к нему прикоснуться.

- Ты хочешь, чтобы я помогал?

- Да, им нужна твоя помощь. Возможно, вы поймете, почему он так дорог Байроку, что он не оставляет попыток проникнуть в город и забрать его.

- А он не оставляет? - насторожился Истер.

- Несколько кораблей Правящих вышли из порта, они направляются к восточной оконечности материка, будут пытаться проникнуть через защиту Шемары и Шаары. Это две каменные башни-крепости, поставленные древними магами в полукилометре от берега. Они, а также оконечности гор, поддерживают защиту города со всех сторон, не позволяют Чужим проникать внутрь магического купола.

- И они не проникнут, кровососы? - уточнил Истер.

- Нет, не смогут, как и сотни лет до этого, - покачал головой Ярик, - но это не уменьшает того, что Байроку всё равно, какой ценой, но нужно проникнуть и забрать Кинжал. Чужие у стены удвоили караулы в надежде поймать тех, кто переправляется через реку. Им нужен этот кинжал, а мы должны понять, почему.

- Спросите принца.

- Он не скажет.

- Ну да, конечно, - фыркнул Истер, и Кристин вздрогнула, открывая глаза.

- Привет, - улыбнулся ей Ярик, пламя свечи отразилось в сонных глазах девушки.- Устала?

- Много новых впечатлений, - словно извиняясь, проговорила она, садясь прямо и разминая шею.- Ист, как ты? Как голова?

- Всё отлично, - скривил губы парень.- Ты пропустила ужин.

- Ничего, я ей тоже припас бутерброды, - хмыкнул Ярик. Он замолчал, глядя в пустоту, понимая, что они уже не одни.- Святослав, я слышу тебя, а ну-ка прекращай и иди сюда!

Ярик видел недоуменный взгляд Кристин и настороженную гримасу Истера, а ещё он слышал мысли младшего братца, который, как никто в Академии, умел быть незаметным.

- Свят! - уже сердито одернул брата маг, оглядывая комнату. Наконец, из-за башни из парт выглянуло круглое озорное лицо, обрамлённое копной чёрных волос.- Иди сюда, я познакомлю тебя с друзьями.

Ярик следил за тем, как младший брат - худой, маленький, с широкой улыбкой и блестящими от смеха синими глазами - осторожно подходит, поправляя на ходу лямки комбинезона, надетого поверх жёлтой рубашки. На шее у Святослава был фиолетовый шарф, на ногах - ярко-зелёные унты, расшитые чёрными котами. Руки братец прятал за спину, видимо, они опять были измазаны в чём-то чудовищного цвета.

- Я Святик! - возвестил брат, показывая рот, где не хватало нескольких коренных зубов, потому что молочные уже выпали, а новые нарасти не успели.- Через три месяца мне будет шесть лет!

- И ты забыл сказать, что ты маг-хамелеон, - назидательно напомнил брату Ярик.

- А, да, я хамелеон, - озорно улыбнулся Святослав - и почти сразу растворился в воздухе.

- Куда он исчез? - испугалась Кристин, оглядывая комнату.

- Никуда, он стоит на том же месте, - заметил Ярик, - он демонстрирует, что значит "хамелеон". Если ты присмотришься, то заметишь его. Он умеет принимать цвет того, что находится за ним.

- Повезло, - усмехнулся Истер, по его взгляду было заметно, что он Святика видит.- Но могу разочаровать: любой кровосос тебя разглядит в два счета.

- Ну и ладно! - младший брат стал виден, он улыбался, подпрыгивая на месте.- Зато я могу таскать у флоков конфеты, и мне за это ничего не бывает!

- Очень важное достижение, - едко ответил Истер.

- А ещё меня не видит Фрей, и тогда он сердится, и я могу незаметно подойти и засунуть ему в рот конфеты!

- Просто умираю от зависти, - снова отозвался Истер, и Ярик видел, что Кристин едва сдерживает смех.

- Я могу сбегать из школы и покупать на рынке конфеты! - привёл свой, наверное, самый сильный аргумент Святик.- Вот!

- Кстати, магистр Фауст, если поймает тебя за пределами Академии, имеет разрешение мамы выпороть тебя ремнем так, чтобы твоя пятая точка пылала и не могла слиться ни с чем вокруг, - с доброй улыбкой заметил Ярик.

- Пусть сначала поймает, - озорно улыбнулся Святослав.

- Ну, и что ты тут делаешь?

- Пришёл посмотреть на твою подружку, - хихикнул младший брат, - и я никому не скажу, что ты привел Чужого, - Святик улыбнулся Истеру, и тот сощурил злой взгляд, другу явно не понравилось то, что сказал брат.

- Он не Чужой, он полукровка, - решил просветить мальчишку Ярик, - и ты действительно никому об этом не скажешь.

- Обещаю-обещаю! - Святик даже подпрыгнул на месте, обрадованный, что у него со старшими ребятами секрет.- А то, что он тоже влюблен в твою подружку, говорить можно?

- Святик! - вот это Ярика рассердило, но брат уже слился с окружающим и быстро исчез, понимая, что не должен был говорить то, что сказал.- Простите, ребята, - вздохнул маг, поворачиваясь к двум сильно смущённым друзьям, - я не успел сказать: он тоже читает мысли.

- Не боишься, что однажды найдёшь его труп? - прорычал рассерженный ни на шутку Истер, который избегал взгляда Кристин.

- Перестань, он просто маленький ребенок, - проговорила она мягко, сжав руку друга и пытаясь поймать его глаза.- И он не сказал ничего, что каждый из нас бы ни знал, - сказала она тихо, почти шёпотом, поглаживая друга по плечу.- И он никому ничего не скажет о тебе.

- Не скажет, - пообещал Ярик, и это действительно было так: Свят хорошо знал грани дозволенного, иначе мама могла бы наложить на него руну Запрета, и он бы стал обычным шестилетним ребенком без всяких талантов, пока Эйлин бы не простила его. А до такого момента могли бы пройти годы.- Идёмте, вам нужно поесть и отдохнуть.

- Я лучше останусь тут, - ответил Истер упрямо, и Ярик был уверен, что переубеждать друга - мёртвое дело.

- Я принесу твой ужин и подушку, - кивнул маг, взглядом помешав Кристин начать спорить. Она вздохнула.

- До завтра, Ист, - улыбнулась она, поцеловала его в щеку и первой нарисовала дверь, Ярик последовал за ней.

В спальне двое ребят-близнецов, с которыми Ярик учился уже несколько лет, корпели над книгами, склонившись вокруг лампы. Они только кивнули товарищу и вернулись к занятиям. И оно понятно: не всем повезло родиться в семье эльфа, некоторым приходилось много трудиться, чтобы стать полноценным магом.

Ярик не успел дойти до постели, как позади него Фрей возвестил, что к ним хочет войти Кристин.

- Не возражаете, ребята? - поинтересовался маг у соседей по комнате, и те лишь покачали головами, даже их не поднимая.- Впусти.

Кристин вошла и поздоровалась с мальчиками, они не отреагировали; в руках у девушки был свёрток.

- Отдай Истеру, пусть он хорошо поест.

- Тебе тоже надо питаться, - напомнил подруге Ярик, но бутерброды взял.- И отдыхать.

- Да, я сейчас пойду, - смущённо улыбнулась девушка, но уйти она не успела: снова появился Фрей.

- Сюда ломится Джеймс Картер, буквально пробивает магию лбом.

- Тогда точно впусти, - рассмеялся Ярик, не зная, что там случилось у кочевника, но явно что-то срочное, иначе вряд ли он стал бы носиться по школе после долгого первого учебного дня.

- Ярик! Прочти мне это! - с ходу воскликнул Джеймс, впихивая в руки мага исписанный свиток. Выглядел кочевник примечательно: рубашка торчит из штанов, на воротнике - чернила, волосы растрепаны больше обычного, глаза горят нетерпением. Откажешь такому.

Ярик бросил взгляд на листок и едва сдержал улыбку.

- Извини, я не могу, - он протянул листок обратно, быстро получая всю информацию из хаотичных мыслей товарища. Впрочем, и так все было понятно.

- Она так и сказала! Что никто не будет мне его читать! - рассердился парень, ероша волосы и как-то беспомощно глядя на Кристин.- Может, ты?

Девушка, не понимая, в чём дело, заглянула в протянутый пергамент - и тут же покачала головой, чуть улыбаясь.

- Не могу.

- Это магия, да? - обречённо вздохнул Джеймс.- Ксения дала мне этот листок, сказала, что это её письмо ко мне, и что никто не сможет мне его прочитать, вроде там наложено сильное заклятие.

- Да, она не солгала, - кивнул Ярик, сложив руки на груди и пряча взгляд: ему было очень смешно. Ксения - молодец! Нашла способ принудить кочевника учиться читать! - К тому же это как-то неприлично читать чужие интимные письма. Прости.

- Ладно, - вздохнул Джеймс, - но ведь я умру от любопытства прежде, чем узнаю, что там написано! Я же не научусь читать за ночь!

- За ночь! - Ярик вдруг вспомнил о том, что рассказывал ему однажды Фрей. Он кинулся к своей тумбочке, достал оттуда связку ключей и кинул Джеймсу. Тот автоматически поймал их, вопросительно посмотрев на мага.- В библиотеке, куда ты ещё успеваешь зайти до отбоя, есть секция книг, которые написала Елень, по крайней мере, мы считаем, что эти книги её. Так вот там есть одна книжка, в золотой обложке. С её помощью ты научишься читать за пять часов, ну, если будешь усерден.

- И почему нас по ней не учат?! - возмутился Джеймс, и на его вскрик даже близнецы недовольно подняли головы, вырванные из мира магической науки.

- Простите, ребята, - махнул им Ярик примирительно.- Не учат, потому что она одна и очень древняя, к тому же политика школы: терпение и труд воспитывают человека и мага. Так что возьмёшь книгу тихо и завтра до завтрака вернёшь на место. Ключ от секции на связке, самый большой.

- Здорово! - обрадовался Джеймс: то ли перспективой утром прочесть письмо Ксении, то ли тем, что ему позволили залезть на запрещённую территорию.- А магия в письме не почувствует подвоха?

- Нет там никакой магии, - рассмеялась Кристин, - просто в первой строке листа написано, что любой, кроме адресата, кто прочтёт письмо, покроется гнойниками до следующей зимы. А ещё ниже - просьба оказать ей услугу и не мешать тебе учиться читать, - девушка улыбнулась и нарисовала дверь.- Спокойной ночи, мальчики.

Джеймс насупился, но почти сразу оттаял и улыбнулся.

- Спасибо, Ярик, - он показал на ключи и тоже шмыгнул в сверкающий проём. Ярик только покачал головой, потом сгрёб две подушки, собрал бутерброды и отправился к Истеру: у них тоже впереди была ночь, чтобы поучиться читать.


## Глава 5. Ключи


Лектус сидел один в пустой спальне. Зажжённая лампа освещала учебник, который на лекции перед обедом им выдал Фауст. Не сказать, что сегодня им раскрыли все тайны мира и научили пользоваться магией, хотя кое-что интересное, конечно, поведали.

Например, что магические способности слабо работают в каменных помещениях, что, поскольку они даны людям Природой, то только в связи с ней одаренные способностями могут магией пользоваться.

"Огонь, земля, вода, воздух", - Лектус провёл пальцем по уже знакомым символам, нарисованным в книге. Вот почему в городах его народа не держали ничего деревянного, почему всё там было каменным или из металла - эти породы не придавали магических сил, поглощали их. Правящие слишком сильно испугались после Первой магической войны.

Из размышлений Лектуса вырвал ввалившийся в комнату кочевник, был он в таком виде, словно его долго валяли в грязи. Правда, скорее, он сам там валялся.

- А где все? - изумлённо спросил Джеймс, плюхаясь на свою кровать и небрежно кидая на тумбочку книгу в золотом переплёте. И взял же он где-то её...

- Думаю, несложно догадаться, - хмыкнул Лектус, откладывая учебник. По мнению Принца, три соседа по комнате намного умнее бы поступили, оставшись в этой спальне: было бы больше возможностей убить ненавистного отпрыска Байрока. Но те предпочли демонстративно и, как им казалось, с презренным достоинством удалиться, переселившись в другую спальню. Три шута.

- У них мозг, что ли, вскипел? - задал Джеймс риторический вопрос.- Идиоты, да и Леший с ними, послушай, что я тебе расскажу!

- Ты расскажешь мне, где стырил эту книгу? - усмехнулся Лектус, устраиваясь поудобнее: вряд ли рассказ лохматого будет коротким.

- Да это просто книга, Ярик подбросил, чтобы я быстрее научился читать. Её написала какая-то Лень, ну, и там магия - открою и сразу начну читать, - отмахнулся Джеймс, - я не про это хотел рассказать!

Лектус едва сдержался, чтобы не закатить глаза: какой умник решил, что это грязное дикое создание поддается обучению? Сегодня на занятиях он либо спал, либо портил перья, и вряд ли запомнил хоть что-то. Хотя, конечно, на занятиях, которые носили странное название "Ремесло", он был чуть ли не единственным, кто постиг искусство розжига костра на пустом месте и различил следы зверей. Зачем это вообще нужно было изучать магам, Лектус так и не понял, а создание под именем "Фавн Ир", которое на тоненьких копытцах бегало вокруг воспитанников и подбадривало их, объяснить толком ничего не смогло. Ну и лепрекон с ними всеми!

- Так вот, Ярик отправил меня в библиотеку за книжкой, и я там в той комнате, где была эта книжка, нашёл дверь!

Лектус молча ждал продолжения, но видимо это уже была кульминация.

- И? - попытался он подтолкнуть Джеймса к развязке уникальной истории: дверь он нашёл! Находка века!

- Дверь! Настоящая! А Ярик дал мне связку ключей, и я подобрал нужный, открыл, а там лестница! Лестница вверх и вниз! Понимаешь?! - возбуждённо объяснял Джеймс, и только теперь Лектус понял суть, которую пытался до него в своей манере донести кочевник.

Здесь есть лестница и двери, а не только магические проемы, которые контролировал древесный дух.

- Ну? И чего ты сидишь?! Пошли! - Джеймс тут же вскочил, ожидая, что Принц последует за ним.

- Зачем? К тому же куда ты собрался, уже отбой, Фрей вряд ли тебя отсюда выпустит, - пожал плечами Лектус.

- Я скажу ему, что забыл учебник в библиотеке, и что он мне очень нужен, - улыбнулся радостный от своей задумки Джеймс.- А ты наденешь кольцо! Мы же сможем пробраться на лестницу!

- И что?

- А вдруг мы найдём вход на кухню? - мечтательно ухмыльнулся кочевник.- Или в комнату к девчонкам - вломимся без спросу. Вот смеха будет!

- Тебе, кажется, уже не десять, - попытался привести его в чувства Лектус.

- Ну, или найдём дверь, за которой держат эту твою подружку, что собиралась меня отравить, - пожал плечами Джеймс, явно исчерпав все свои причины, почему Принц должен встать и приступить к реализации его гениального плана. Вообще лохматому стоило начать с его последнего аргумента, но, скорее всего, вещество в голове кочевника было настроено думать сначала о еде и глупых детских шалостях, а потом о серьёзном.

- Давай кольцо, - Лектус встал и протянул руку, Джеймс тут же засиял, как подожжённый фитиль. Ежик-энтузиаст!

Лектус едва успел надеть кольцо на палец, как кочевник нарисовал странный проем неизвестной формы.

- Отбой! Все в кровать! - возвестил, как всегда бдительный, голос из стены. Может, он просто стесняется показаться? Кто знает, что за личинка скрывается за командным голосом мастера Фрея...

- Фрей, милый, пусти на минутку в библиотеку, я там забыл книгу, она мне очень нужна! Иначе завтра этот лепрекон меня в лягушку превратит, если я не подготовлюсь! - очень правдоподобно заскулил Джеймс.- Я только её возьму - и мигом назад!

- Хорошо, только быстро, - почти сразу согласился сердобольный голос, и Лектус не стал ждать, тут же проходя через нарисованную дверь. Но прошёл он не слишком резво: кочевник все-таки умудрился наступить ему на пятку, едва не оставив без туфли.

- Как слепой тюлень! - прошипел Принц, отскакивая, чтобы не быть затоптанным энтузиазмом Джеймса. Тот лишь хмыкнул, потом метнулся куда-то и тут же вернулся с какой-то статуей почти с себя ростом: кажется, это была женщина с собакой. Кочевник победно улыбнулся - и засунул статую в проём, видимо, решив, что этому предмету искусства самое место в их спальне.

Проём почти сразу закрылся, и Джеймс потёр руки, довольный. Лектус снял кольцо и протянул парню, качая головой.

- Зачем статую-то туда засунул? - решил все-таки уточнить Принц, оглядываясь. Они оказались в длинном помещении, перегороженном стеллажами с книгами, возле которых разместились столы и скамейки для читателей. Библиотека была внушительной: Лектус даже примерно бы не сказал, сколько здесь хранится книг и свитков, а главное - с каких времен. Не сравнить с библиотекой отца в Красном городе, хотя и там были уникальные экземпляры рукописей, например, первых семей Правящих, погибших от рук магов. Но Принц никогда не интересовался этой литературой, не считал нужным. Не думал, что однажды ему придется не просто столкнуться с волшебниками и магическими народами, но и жить среди них.

- Ну, я подумал, что Фрей вряд ли может всюду и за всем наблюдать, наверное, он просто фиксирует, что кто-то - или что-то - пересекло проём, и тогда дверь закрывается. Видимо, я был прав, - ухмыльнулся Джеймс, явно гордый собой.

- И где твоя заповедная дверь? - Лектус решил прекратить это восхваление смекалки лохматого, а то потом возомнит о себе невесть что и станет ещё более невыносимым.

- Туда, - кочевник поспешил между стеллажами, свернул налево, к запертой решёткой секции. Порылся в карманах и достал связку ключей.- Добро пожаловать в очередной склад бумаги, - дурашливо пригласил Лектуса Джеймс, и Принц вздохнул, призывая себя набраться терпения и не реагировать.

Комната, отделенная решёткой, была небольшой, две стены заняты полками с книгами и рукописями в тёмных обложках или тубусах. Лектус подошёл к одной из массивных книг, но его тягу к знаниям тут же пресёк Джеймс, дёрнувший Принца за руку к свободной от полок стене.

- Вот! Видишь?

- У меня всё в порядке с глазами, - заметил Лектус, наблюдая, как кочевник подбирает ключ и отпирает ещё один замок. Низкая дверца открылась внутрь, и Принц осторожно выглянул на лестницу. Кажется, она была винтовой, и освещалась синеватыми лампами в нишах, вырезанных в центральном "столбе", вокруг которого вились вверх и вниз ступеньки.

- Идём! - Джеймс ринулся на лестницу, и Лектус едва успел его схватить за руку.- Что?

- Кольцо! Или ты мечтаешь отбывать наказание на кухне, если вдруг встретишь тут Фауста? - прошептал Принц, взывая к здравому смыслу товарища, если тот у лохматого вообще был.

- Да, наверное, - после некоторого раздумья кивнул Джеймс и ловко надел на палец кольцо, впиваясь мёртвой хваткой в предплечье Лектуса.- Теперь идём? Вверх или вниз?

- Анну, скорее всего, держат в какой-то темнице, а по логике темницы должны быть внизу. По крайней мере, если верить вашим книгам, раньше делали именно так.

- Тогда идём вниз, - легко согласился Джеймс.

Они тихо вышли на ступеньки и остановились, слушая тишину. Дверь за ними беззвучно закрылась.

- Если ты будешь так сопеть, то нас и видеть будет не нужно! - насмешливо прошептал Лектус, посмотрев на товарища.

- Какая разница? Тут никого нет! - так же тихо ответил Джеймс.

- Ну, тогда пыхти громче, чтобы кого-нибудь привлечь, - хмыкнул Принц. Кажется, он стал даже привыкать к обществу этого лохматого дикаря, и это должно бы его насторожить, но к его удивлению - почти уже не волновало. Наверное, со временем вырабатывается иммунитет.

- Будем тут обсуждать, как я дышу, или всё же куда-нибудь пойдём? - недовольно откликнулся кочевник, и Лектус медленно начал спускаться вниз, внимательно слушая.- Как думаешь, зачем им эта лестница, если они всюду могут передвигаться, рисуя дырочки в воздухе?

Было глупо рассчитывать, что Джеймс сможет молчать, кажется, он держит рот закрытым только во сне.

- Возможно, названные тобою дырочки, - Лектус иронично выделил последнее слово, - могут открываться лишь в определённые места в дереве, а в остальные попадают так, как это делают обычные люди.

- И не только люди, - напомнил Джеймс и чуть не наступил Лектусу на ногу.- Прости.

- Заткнись и смотри под ноги, - сдержанно попросил Принц, ощущая, как болит спина, в которую врезались кости кочевника.- Тихо!

Лектус прижался к стене, дернув туда же нерасторопного товарища: он слышал шаги, что раздавались снизу, и голос, что-то бормочущий. Кто-то поднимался. Принц приложил палец к губам, и, спасибо так любимому Джеймсом лешему, тот понял с первого раза.

Наконец, из-за поворота появился тот, кто так напугал ребят. Лектус увидел ошеломление на лице кочевника и рассмеялся про себя: да уж, не каждый день встретишь зайца размером с телёнка, который поднимается по лестнице на задних лапах, при этом на нём надет цветастый фартук, а в передних лапах он бережно несёт стопку полотенец. Ну, по крайней мере, это было похоже на полотенца.

- ... и правильно, что не хочет ехать туда, что там делать? - бормотал писклявым голоском заяц, неспешно подымаясь и не обращая внимания ни на что вокруг, и это ребятам было только на руку.- Тёмные маги там, плохое место, холодное, да и эти преступники в камерах, и снег... - заяц в переднике скрылся за поворотом лестницы, но голос его ещё некоторое время был слышен.- Нечего там девочке делать, правильно она не хочет...

Что там было дальше в разговоре зайца с самим собой, им было уже не слышно, вскоре стихли и шаги зверя.

- Что это за сборище мутантов? - тут же зашептал ошеломленный Джеймс.- Сначала сумасшедший кот в валенках, теперь вот заяц-переросток в фартуке! И вообще, с кем он разговаривал?!

- С самым умным и интеллигентным собеседником, с которым всегда приятно поговорить, - ухмыльнулся Лектус, но, встретив удивленный взгляд кочевника, все-таки пояснил:- С самим собой, с кем ещё?!

- И что дальше? Мы узнаем, что обед нам готовит жук-навозник размером с кита?!

- А что, в таком случае ты откажешься есть? - хмыкнул Лектус, в принципе, не надеясь на ответ.- Если твое потрясение улеглось, может, мы пойдём дальше?

- Такое ощущение, что ты каждый день встречаешь зайцев с полотенцами, - проворчал Джеймс, покорно спускаясь за Принцем вниз. После следующего поворота во внешних стенах лестницы им попалась дверь, ниже ещё одна.- Может, посмотрим, что там?

- Ищешь кухню или женскую спальню? - решил уточнить Лектус. Он не хотел отвлекаться, ему нужно было найти Анну или легата, и он был уверен, что они ещё не так уж глубоко спустились, чтобы представить, что за дверями скрывается темница. Скорее всего, их бы поместили под уровнем земли, если помнить, что магия волшебников чем ближе к природе, тем сильнее. Логично предположить, что колдуны уверены: чем ближе к земле Правящие, тем они слабее. Возможно, они правы...

- Мне просто интересно, - пожал плечами Джеймс, останавливаясь возле одной из дверей.- Давай просто заглянем, на секундочку?

Запрещать было бы бесполезно, да и какой смысл? Всё равно лохматый будет ныть и канючить, пока не добьется своего. Проще сразу удовлетворить его любопытство.

- Только посмей отпустить мою руку - и я тебя утоплю в утренней каше, - предупредил Лектус: он не собирался сейчас оказаться перед очами, например, Фауста, когда они войдут в неизвестную комнату, а кочевник забудет о том, что кольцо на нем, а не на руке Принца. Поразмыслив, Лектус все-таки сам уцепился за локоть товарища - на всякий случай.

- Готов? - с блестящими от восторга глазами спросил Джеймс, и Принц сразу же пожалел, что вообще куда-то пошёл с этим ежиком-энтузиастом.

А лохматый открыл дверь и буквально вскочил вовнутрь, что принудило Лектуса последовать за ним, чтобы не потерять контакт и не оказаться видимым.

Они оказались в большой освещённой комнате, в центре которой стоял стол, а по стенам - много столиков и стоек с посудой, кастрюлями, ящиками, банками. Кухня, конечно же, куда ещё могло так тянуть этого лохматого идиота?!

К открывшейся двери повернули головы все присутствовавшие здесь флоки, а это, даже примерно, было голов пятьдесят, не меньше. Повисла тишина, но Лектус помнил, что им недоступно услышать то, что говорят эти достаточно уродливые создания.

Но, кроме флоков, в комнате были и другие, Лектус увидел их, когда три больших волка поднялись и сделали несколько шагов к парням, застывшим у дверей. Глаза зверей были прикованы к незваным гостям, что наталкивало на мысль, что их заметили, по крайней мере, трое из присутствующих.

- Они нас видят, - удивлённо пробормотал лохматый, доказывая в очередной раз, что мозг он держит в тумбочке у кровати.

- А теперь ещё и слышат, - язвительно ответил Лектус, дергая дверь и вытаскивая за неё Джеймса.- Увидел кухню? А теперь вниз! Быстро! - и Принц решил, что пора брать дело в свои руки, пока этот чудак всё не испортил.

Они стали быстро спускаться вниз по лестнице; Лектус надеялся, что за ними никто не побежит, а главное - рядом никто не появится, чтобы услышать их шаги и пыхтение, которое издавал Джеймс.

Они почти бежали мимо многочисленных закрытых дверей, несколько раз им попадались скульптуры в нишах, но Лектус не останавливался, чтобы позволить кочевнику в очередной раз удовлетворить свое любопытство и натворить глупостей.

Лестница закончилась как-то резко: ребята оказались в маленькой комнатке с земляным полом, куда выходили три двери. Из стен и из потолка выдавались корни дерева, толстые, мощные, что подсказывало, что теперь парни точно оказались ниже уровня земли.

- Ты запомнил, за какой дверью кухня? - выдал Джеймс, когда они остановились, оглядываясь.- Можно будет делать туда вылазки за вкуснятиной, когда лягушки уйдут спать!

- Может, они спят именно там? Или вообще не спят? - фыркнул Лектус, не удивляясь, что тема кухни себя не исчерпала. Видимо, теперь голову кочевника будет занимать мысль, как найти спальню девушек. Сам Принц медленно подошёл к одной из дверей, отпустив руку Джеймса - какая уже разница, тут точно никто внезапно не появится. Ну, разве что материализуется из воздуха.

Дверь оказалась заперта, как и две другие.

Джеймс, на миг исчезнув из поля зрения, стал видимым, сняв кольцо.

- У меня есть ключи, - победно улыбнулся кочевник, доставая связку. Лохматый тут же, явно наугад, подошёл к одной из дверей и начал подбирать ключ к замочной скважине.- Надо будет поблагодарить Ярика за такое чудесное приключение. О, открылась!

Лектус скептически оглядел помещение, в которое они смогли заглянуть: вёдра, швабры, какой-то мешок, аккуратно сложенные тряпки, какие-то ящики.

- Не так полезно, как кухня, - почесал в затылке Джеймс и приступил к открытию второй двери. Тут ему понадобилось больше времени, но Лектус терпеливо ждал. Хотя сейчас он был почти уверен, что ни за одной из оставшихся дверей они Анну не найдут. Он глупо надеялся, что пленников держат в Академии, наверняка у магов есть специальная тюрьма для подобных гостей города.

- Ого!

Лектус сделал шаг к открывшему двери Джеймсу и тоже заглянул внутрь.


- И что тут такого, что было достойно твоего "ого"?

Джеймс проигнорировал слова спутника: любит Принц побрюзжать по пустякам. Сам кочевник был заворожен тем, что предстало его взору, хотя он и не очень пока понимал, что это такое.

- Кладовка с кучей вещей, - пробормотал Лектус, словно отвечая на мысли Джеймса, и тот лишь пожал плечами: как ни назови, а место было завораживающее.

Большой вытянутый зал освещался мягким голубоватым светом - такой они уже видели на подводном корабле магов. Вдоль стен выстроились столы и шкафы, заполненные самыми разными вещами, многим из которых Джеймс не мог дать ни названия, ни описания.

- Как думаешь, что это? - он подошёл к одному из столов и взял в руки предмет, металлический, какой-то продолговато-круглой формы. На конце вытянутой трубки, что торчала с левой стороны вещи, было отверстие.

- Не имею представления. Может, это какой-нибудь флок, который плохо себя вёл, и несдержанный маг его заколдовал? - усмехнулся Лектус, который не уделил странной вещи никакого внимания.

- О, а это лук, я знаю! - Джеймс взял в руки оружие и повертел.- Может, это арсенал?

- Нет. Думаю, это склад вещей, которые со дна достают ныряльщики, - предположил Принц, вертя в руках коробку неизвестного предназначения.- Груда барахла.

- Ты просто рассержен, что не нашёл свою подружку, - фыркнул кочевник: ему-то все это очень интересно, хотя большинство предметов, лежавших вокруг, ему непонятны.- О! А это зеркальце! - он схватил со стола предмет в красивой позолоченной рамке, с ручкой.- Подарю его Ксении.

- Замечательно, сопри и подари, - язвительно заметил Лектус, медленно идя вдоль столов.- Смотри: там ещё одна дверь.

- Не думаю, что там твоя подружка, не самое лучшее место, - Джеймс немного поколебался, а потом всё-таки засунул зеркальце в карман, решив, что то, что поднято со дна, никому не принадлежит. К тому же кто хватится вещи в таком хранилище? Не всё же ему тут лежать и пылиться, будет приносить радость и пользу.

- Можно предположить, что там ещё какой-нибудь склад, - хмыкнул Лектус, поворачиваясь к спутнику.- Идём, тут нет ничего интересного.

- А что это, как думаешь? - Джеймс подошёл к чему-то большому, словно продолговатый ящик, поставленный на ребро, только посередине выпячивался толстый кусок, словно ручка, только сплошная. Внизу торчали две педали.- О, тут крышка, - пробормотал парень, поддевая часть "куска": под крышкой были белые и черные кнопки. Кочевник осторожно коснулся одной из них - и отпрыгнул прочь: комнату наполнил высокий ясный звук.- Что это?

- Я сожалею, Картер, но это была заколдованная клавиша: ты превращаешься во флока, - трагично возвестил Лектус, и Джеймс с испугу тут же достал из кармана зеркало, чтобы убедиться в том, что говорил Принц.

- Придурок! - вспылил кочевник, когда понял, что тот просто смеётся над ним. В сердцах Джеймс чуть не кинул в Лектуса зеркальцем, но успел опомниться.

- Ты бы видел свое лицо, - хмыкнул Принц. А в следующую секунду Джеймс понял, что падает: Лектус дернул его за руку и почти затолкал под стол, впихиваясь следом.

- Ты...?!

- Заткнись! - гневно прошептал Принц, и только теперь кочевник услышал шаги и голоса: в комнату кто-то заходил.

- ... предупреждал, что это неразумно, - проговорил мужской голос, незнакомый Джеймсу, когда дверь в комнату отворилась, и туда, судя по количеству ног, вошли трое.- Подобная вещь очень опасна, а мы несём ответственность...

- Как хорошо, что Фрей уже открыл двери, не уверена, что взяла ключи... Спасибо, Хавьер, я поняла вашу точку зрения, но Совет проголосовал за то, чтобы оставить артефакт в школе и изучать его, - вот старушку Стеллу Джеймс сразу узнал. Он переглянулся с Лектусом: наверное, Принц тоже подумал о том, о каком артефакте идёт тут речь.- Поэтому сейчас мы уберём кинжал в Хранилище, там его никто не найдёт и больше никто не пострадает.

- Все это опасно, Стелла, вы знаете! - продолжал некий Хавьер, судя по всему, уже немолодой и, наверное, противный.- И эти дети, у нас ещё никогда не было столь опасных воспитанников.

- У нас бывали и опаснее, - итак, теперь Джеймс знал, кто был третьим из вошедших, которым, видимо, ночами не спится, вот и ползают по лестницам и комнатам. Голос Фауста, как обычно, звучал спокойно и вкрадчиво, словно ему ни до чего не было дела.

- Фридрих прав: у нас бывали воспитанники, которых приходилось изолировать, и, если вы помните, даже нескольких нам пришлось вернуть обратно за реку, поскольку им с нами было очень плохо.

Троица прошла рядом со столом, под которым затаились Джеймс и Лектус: кочевник увидел, как сузились глаза Принца, как напряглось его тело. Странно, может, это на него так действует близость кинжала?

- Не пришлось бы нам и некоторых из новоприбывших туда отправлять, а это будет очень опасно, ведь они уже столько знают, - продолжал гнуть свою линию Хавьер. Кажется, взрослые остановились где-то в конце комнаты. Ну, конечно! За второй дверью, что нашёл Лектус, хранилище артефактов! - Неужели вы уверены в этих странных мальчиках? Во всех? Вы же понимаете, как мы рискуем, принимая у себя сына Байрока, наследника всего их мира?

- Чего вы опасаетесь, Хавьер? - кажется, Стелла говорила это вполне благожелательно, а вот Джеймс бы уже надавал старикану по физиономии. Трусливый древесный червь!- Мы воспитали дочь Наместника севера, и мало кто вспомнит теперь, кем ей суждено было стать. Чего же вы боитесь?

- Я уже говорил на Совете: он воспитывался как наследник, готовился к Посвящению, его характер и его мировоззрение уже сложились, в то время как наша Ольга была ребёнком, когда попала к нам! Неужели вы думаете, что какие-то там недели в обществе обычных детей могли изменить в нём то, что годами закладывали в него Чужие?!

- Мне кажется, что вы преувеличиваете опасность, но, если мы заметим со стороны Принца что-то неправильное, я обещаю, мы его изолируем, как и других детей Чужих, не проявивших лояльности к нашему обществу, - в замочной скважине щёлкнул ключ, на миг вспыхнуло яркое свечение, ослепляя Джеймса и Лектуса.- Вас ещё что-то беспокоит?

- Джеймс Картер.

- А он-то что? - недоумённо спросил Фауст, и кочевник был готов расцеловать мага за удивление в голосе. Чем он не угодил этому Хавьеру?!

- Не считая того, что он наглый невоспитанный дикий мальчишка из племени кочевников, который врёт направо и налево, грубит, спит на занятиях и дерётся? Не считая этого, он достаточно долгое время был на воспитании в доме борцов у Чужих, а, как вы знаете, там в первую очередь учат послушанию воле Чужих.

- Вы считаете, что он шпион? - спросила Стелла. Лектус схватил Джеймса за руку, когда тот дёрнулся, чтобы ринуться к неизвестному Хавьеру и всё-таки набить ему физиономию.- Ярослав достаточно чётко сказал, что с Джеймсом Картером всё в порядке.

- А полукровка? С ним тоже все в порядке? Чёрный Ус на нем жил несколько месяцев, если не больше! Он ненавидит всё вокруг, он уже убивал! Не говоря уже о том, что в нём течет кровь Чужих, и это совсем неизведанная тема!

- За Истером присматривает Ярослав, так что можете спать спокойно, Хавьер, - кажется, Стелла улыбалась. Послышался стук её каблуков, она вошла в хранилище, но очень скоро снова появилась. Щёлкнул замок.

- Ярослав? То есть вы доверяете вопрос безопасности воспитанников мальчишке? - кажется, Хавьер уже негодовал.

- Мальчишке? - Стелла рассмеялась, и Лектус с Джеймсом снова переглянулись. У кочевника начала затекать рука, на которую он упал и на которой теперь лежал, но шевелиться было опасно.- Вы же недавно у нас, не так ли?

- Я уже год работаю воспитателем мальчиков, именно поэтому меня волнуют новые ученики, ведь я отвечаю за их поведение.

Джеймс злорадно ухмыльнулся: ну, держись, Харя, теперь-то ты лишишься покоя!

- Странно, что до сих пор вы не знаете историю Ярослава, - заметила Стелла.- Хотя, с другой стороны, его не было в городе очень долго.

- Я знаю, что он сын Эйлин и ее... мужа-оборотня. Есть что-то ещё, что мне стоит знать? - насторожился Хавьер. Взрослые медленно шли в обратном направлении, а Джеймс ловил каждое их слово.

- Эйлин, мать Ярослава, - единственная дочь Эйсана, Царя всех племён эльфов, - тихо заметила пожилая волшебница, в голосе её была грусть.- Когда он узнал, что Эйлин соединила свою жизнь с человеком, ныряльщиком Александром, он пришёл в ярость и проклял избранника дочери.

- Он мог бы просто дождаться, когда этот ныряльщик умрёт, разве нет? - усомнился Хавьер.

- Мог бы. Но дело было даже не в союзе Эйлин и Александра, а в том, что их дети станут его наследниками, - как всегда, вкрадчиво объяснил Фауст.

- Когда Эйлин забеременела вопреки всему, что сделал её отец с Александром, то Эйсан, узнав об этом, попытался магией избавиться от ребёнка, пока он был в утробе, - рассказала Стелла, и Джеймс с ужасом посмотрел на Лектуса. Что за страшная сказка?

- Но он выжил.

- Да, но Ярослав родился очень необычным ребёнком, ведь магия эльфов не может быть направлена во зло, этому всегда есть последствия. Существует теория, что своей магией Эйсан только усилил связь мальчика с эльфами. Потому что, несмотря на все свои необычные способности, брат Ярослава - вполне обычный человеческий ребёнок-маг. А Ярослав нет, он скорее эльф. Так что не стоит считать его "мальчишкой", - хмыкнула Стелла. Кажется, все трое стояли уже у дверей.- Вам стоит доверять его чутью.

- И что же говорит чутьё этого необычного... Ярослава? Я должен знать, ведь теперь и он находится под моей ответственностью.

- Ярослав не находится ни под чьей ответственностью, - насмешливо заметил Фауст, словно произносил какую-то общеизвестную шутку.- Но, конечно, можете попытаться...

- Фридрих, достаточно, - мягко осекла коллегу Стеллу.- Хавьер, Ярослав уверен, что ни Лектус, ни Джеймс, ни Истер не представляют для нас опасности. Наоборот: это самое ценное, что мы могли получить из внешнего мира. И я склонна ему верить.

- И почему же?

- Потому что мальчик, который может бросить всё и отказаться от себя ради спасения своей сестры, достоин того, чтобы его если не любили, то уважали, чтобы ему доверяли, даже если этот мальчик - сын Кровавого Байрока. Мальчик, который может грудью броситься против толпы ради спасения ребёнка и способен найти в своём сердце тепло для бывшего врага, способный дружить с тем, кого ещё недавно был готов разодрать на кусочки, такой мальчик не может представлять для нас угрозы. Каждый из них, из наших новых воспитанников, прекрасен тем, что, пройдя через тяжёлые испытания, сохранил свое сердце горячим, а душу - чистой. Помните об этом, Хавьер, и вам станет спокойнее. А теперь давайте отправимся спать, день был долгим.

Дверь за ними закрылась, шаги и голоса затихли вдали, и тогда Джеймс со стоном выполз из-под стола, разминая руки и ноги. Потом посмотрел на Лектуса, который в задумчивости уставился на дверь Хранилища.

- Не надо, - тихо сказал кочевник, и Принц обернулся к нему.- Забудь об этом кинжале.

- Они придут за ним.

- Когда придут, тогда и будет думать, что делать, - пожал плечами Джеймс, проверяя, не выпало ли зеркальце.- Ты же слышал: Стелла тебя защищает, и Фауст тоже. Мы тебя не отдадим.

- Мы? - хмыкнул Лектус, отворачиваясь от Хранилища.

- Да. Только если ты сам решишь уйти. Но тогда я пойду с тобой.

- Зачем?

- Чтобы убедить вернуться, - широко улыбнулся Джеймс.

- Ты же знаешь, что ты полный идиот? - хмыкнул Принц, направляясь к дверям.

- Да, ты уже говорил, - ещё шире улыбнулся кочевник и зевнул.- А теперь пойдём спать, а то завтра ночью не сможем вернуться к поискам твоей подружки.

- Зачем тебе-то это? - обернулся к нему Лектус.- Она же пыталась тебя отравить!

- Мне не нужно, а для тебя важно, - пожал плечами Джеймс и первым пошёл в коридор.- К тому же это весело! А какая жизнь без веселья? - и он снова зевнул.


## Глава 6. Преподаватели


- Подъём!

Джеймс подпрыгнул на постели - и оказался на полу, больно ударившись костлявыми коленками. Что это ещё за новый вид побудки?!

Он недовольно сел на постели и только тут заметил, что их с Лектусом спальня стала уж слишком многолюдной.

- Чего эти... тут делают?! - вознегодовал он, глядя, как трое их бывших соседей по спальне, накануне сбежавшие, трусливо поджав хвосты, монотонно убирают свои вещи в тумбочки и шкафы.- Какого... вы вернулись?!

- Перестаньте кричать и ругаться! Что за воспитание?!

Только теперь Джеймс обратил внимание на ещё одну фигуру в комнате: невысокого роста щуплый человечек в сером то ли балахоне, то ли мешке, сверлил парня взглядом блеклых, почти бесцветных глаз. Впрочем, волосы его тоже были бесцветными, хотя и весьма густыми. Щёки впалые, шея худая и длинная, в огромных ладонях он держал какую-то книжку или тетрадку. Джеймс переглянулся с Лектусом, стоявшим у своей кровати и с невозмутимым видом разглядывавшим гостя, словно ждал, что будет дальше.

- Чего они тут делают? - снова спросил Джеймс, тоже сложив руки на груди.

- Странный вопрос. Это их спальня, и нарушать режим и распорядок я никому не позволю, - спокойно ответил человечек и повернулся к троице, которая застыла у кроватей.- Никаких ссор, никаких драк, иначе все вы будете наказаны, вплоть до исключения! И это касается всех! - пришелец вперил свои мутные глазки сначала в Лектуса, потом в Джеймса, но оба остались невозмутимы.

Будет тут ещё какая-то рыба распоряжаться!

- А у вас лопата есть? - со смешком спросил кочевник, вставая.

- Что за вопрос?

- Обыкновенный. Потому что скоро она вам пригодится: закапывать его труп, - парень ткнул пальцем в Лектуса, тот насмешливо вздёрнул бровь, - а, может, и не один труп, а парочку, потому что вряд ли он сдастся без боя, ну, а я, конечно, поддержу, - расплылся Джеймс в улыбке, почти издевательской.

- Перестаньте нести чушь, - ответил человечек, окидывая парня пристальным взглядом.- И почему вы без трусов?!

Джеймс не ожидал такой резкой смены темы и даже как-то растерянно посмотрел на себя.

- Зачем мне трусы? - не понял он, глядя на человечка, как на слегка ненормального.

- По внутреннему распорядку все воспитанники обязаны носить нижнее бельё, а для сна надевать пижаму! Вам их не выдали?

- Выдали, только покажите мне закон, который обзывает меня носить эти ваши трусы, когда я сплю, - фыркнул Джеймс, краем глаза заметив, что Лектус едва сдерживает ухмылку.- Не ошибусь, если предположу, что вы в жизни не выходили за пределы этого города, поэтому позвольте вас просветить. Вот там, - он ткнул пальцем за окно, - холодно, и в племени кочевников никто не спит в трусах или в пижаме, чтобы не околеть за ночь. Берёте шкуру медведя, ложитесь на нее голым, накрываетесь другой шкурой - и всё. Это знает даже ребенок!

- Но здесь вы спите не на шкуре, а в постели! Сейчас же наденьте бельё!

- Не буду, - заупрямился Джеймс. Будет его ещё какая-то рыба учить жить! - И вообще ты кто такой, чтобы мне указывать, в чем мне ходить?

- Я тот, кто исчерпал все свое терпение. Вы, воспитанник Картер, наказаны, и сегодня обязаны явиться ко мне после занятий по грамотности на исполнение трудовой повинности, - человечек достал из кармана палочку и начал ею что-то кропать в своей тетрадке.

- Ещё чего! Я тебя не знаю и вообще ничего не делал! - фыркнул кочевник.

- Вы грубиян, нахал и невоспитанный мальчишка, который отказывается подчиняться общим правилам поведения, - перечислил человечек основания для наказания, которые Джеймсу вовсе не показались весомыми.

- Не тебе меня воспитывать, ты вообще тут неизвестно кто! Суслик лупоглазый! И покажи мне хоть одно правило, где написано, что я обязан носить твои трусы!

- Мои трусы - нет, а ваши - да. И прошу обращаться ко мне 'сеньор Хавьер', если не хотите получить ещё несколько наказаний, - невозмутимо ответил человечек, и тут Джеймсу стало все понятно. Они с Лектусом переглянулись: ну, конечно, это та Харя, что говорила про них гадости ночью. Хариус! - Я воспитатель мальчиков, и всё, что вы говорите, делаете или думаете, напрямую меня касается. И за вашей спальней будет особый присмотр, так что привыкайте к моему тут присутствию, - Хавьер уже поворачивался уходить, когда его взгляд упал на книгу на тумбочке возле кровати Джеймса.- А это что? Нельзя выносить книги из библиотеки! - он пристально посмотрел на кочевника.- Зачем она вам, вы же не умеете читать?!

- Это не его, - заговорил Лектус, брезгливо глядя на человечка.- Это моя книга, мне её дал преподаватель. Или это тоже запрещено?

Хавьер смерил Принца недоверчивым взглядом:

- За враньё я записываю и вам наказание, воспитанник Байрок.

- Не посмеете.

- Что? - переспросил воспитатель, словно ослышался.

- Вы слышали. Вы обвинили меня во лжи голословно и без доказательств. Докажите, что я солгал.

- Вы не в городе вашего отца, так что поумерьте пыл. Мне всё равно, принц вы или хозяин золотой горы.

- То есть вы признаёте, что в Красном городе, в отличие от этого места, есть закон и справедливость, а здесь - произвол и наказания по голословному обвинению? - холодно осведомился Лектус, и Джеймс ухмыльнулся: выкуси, Хариус! Не родился ещё человек, способный перечить Принцу! Его буквально гордость охватила, словно это он сам родил и воспитал Лектуса.

- Одевайтесь и идите на завтрак, - отрезал Хавьер и достаточно быстро исчез в мерцающем проходе.

- Рыбина тупоголовая, - фыркнул вслед воспитателю Джеймс, улыбаясь от уха до уха.- Круто ты его!

- Книгу верни в библиотеку, пока это существо действительно не решило доказать всем, что мы взяли её без разрешения, - кинул кочевнику Принц и направился в ванную.

Джеймс кинул взгляд на троицу потенциальных врагов: Тоби, Стас и Арес поспешно покинули комнату, злобно посмотрев на соседей. Идите-идите, крысы корабельные!

Он вздохнул и сел на постель, глядя на книгу, в которую вложил письмо: вчера он не успел научиться читать, содержание письма Ксении до сих пор было ему неизвестно, а книгу нужно возвращать. Ладно, можно взять с собой на занятия и под партой полистать.

- Ты так и собираешься идти на завтрак? - хмыкнул Лектус, вернувшись в комнату: он уже умылся, причесался и надел форму. Вот хорёк белый! Такой весь аккуратный и чистый, даже противно.

- А что тебя не устраивает?

- Меня устраивает всё. Но не уверен, что остальная толпа местных обитателей не разделит мнение сеньора, что только что читал тебе лекцию о правилах поведения в обществе, - Лектус убрал в тумбочку полотенце.

- Ой, а нормальным языком сказать было нельзя? - отмахнулся Джеймс, все-таки натягивая одежду. Пригладил волосы на затылке, хотя понимал, что это бесполезно, накинул на постель покрывало и повернулся к Лектусу, который терпеливо ожидал его на аккуратно застеленной кровати.- Я готов.

Принц хмыкнул и нарисовал дверь, никак не комментируя внешний вид кочевника. Правильно и сделал: Джеймсу хватило и этого Хариуса, который с утра решил вдруг заняться его воспитанием!

В столовой было людно и очень шумно, словно все ученики решили разом начать орать во весь голос.

- И почему ты сегодня не в духе? - с мягкой улыбкой спросила Ксения, когда парни сели рядом с ней, Алексис и ещё одной девочкой за стол. Незнакомая - или он её уже где-то видел? - девчонка игриво смотрела то на Джеймса, что ему весьма льстило бы, если бы он был в духе, то на Лектуса, но Принц, конечно же, этого даже не замечал, увлечённый своим подносом.

- Я в духе, - коротко ответил кочевник, с вожделением глядя на тарелку и бутерброд.- Просто я голоден.

- Значит, и вас сегодня польстил своим вниманием сеньор Хавьер, - с этими словами к их столу присоединились Ярик и Истер. Последний выглядел ещё менее довольным, чем Джеймс пару минут назад. Ксения поёжилась, и кочевник нашёл её ладошку под столом: она же говорила, что он её солнце, вот пусть греется, а под столом - чтобы ревнивый брат не опрокинул подносы с завтраком, всё-таки еда им была нужна.

- Кто? - не поняла Алексис, до этого шептавшаяся с подружкой.

- Хариус, - ядовито повторил Джеймс, запихивая в себя сразу три ложки утренней каши.

- Он был вежлив и услужлив? - с усмешкой спросил Лектус, манерно попивая чай. Вот хорёк, даже тут ведёт себя, как в гостиной своего папочки!

Ярик рассмеялся:

- Весьма. Он рассказал нам, что ему плевать, что я сын Эйлин и оборотня и сколько мне лет, а Истеру пригрозил круглосуточным надзором за то, что его отец был не такой, как мы, - маг не стал вслух произносить слова о происхождении Истера, и правильно сделал: вон на Лектуса все косятся, слухи в этом дереве явно быстро разносятся. Ещё нужно подумать, как не дать этим ненормальным подстеречь Принца в углу, а то как-то даже три на одного звучит отвратительно, а тут с полтысячи желающих отомстить.

- То есть твои связи на этот раз тебе не помогли? - уточнил Джеймс и подмигнул Ксении, которая тут же улыбнулась и вернулась к своему завтраку, правда, руку под столом освобождать не стала, и парень был готов простить Хариусу испорченное утро.

- И что он имел в виду по поводу "сколько тебе лет"? - спросила Алексис, подавшись вперёд и внимательно глядя на Ярика.- Есть что-то, что ты нам не рассказал?

- Я о многом вам не рассказал, - рассмеялся юный маг.- Как продвигается ваше обучение? Смотрю, некоторые ночами постигают науку, - он кивнул на Джеймса, который выглядел сильно не выспавшимся.

- Опять ты ушёл от ответа, - укорила друга Алексис и поднялась, вместе с ней встала и её подружка. Она подмигнула Джеймсу и пошла прочь.- Пока, ребята, увидимся, нам пора!

- И куда это она? До занятий ещё куча времени, - не понял кочевник, следивший настороженным взглядом за тем, как сестра и её подруга присоединяются к группе ребят-ровесников. Они все вместе пошли прочь, что-то бурно обсуждая.- Что это за оболтусы рядом с ней?

- Наверное, одноклассники, - предположила улыбающаяся Ксения.

- Что?

- С ней всё будет в порядке, - постаралась она успокоить Джеймса, хотя он и не собирался волноваться, просто присматривал за младшей сестрой. Рано ей ещё с мальчишками дружить! - Хочешь ещё что-нибудь?

- Да, не отказался бы от второй порции каши.

- Возьми мою, - Ксения пододвинула к нему свою едва тронутую тарелку.- А я пока схожу за ещё одной чашкой чая, из-за людей вокруг мне хочется чего-то горячего, - она поднялась и отправилась к дальнему концу зала, где трудились непоседливые флоки.

- Ну как? - тут же зашептал Ярик, когда девушка отошла.- Удалось прочесть её письмо?

- Нет.

- Не нашёл книгу? - удивился маг.

- Нашёл, просто не успел её всю пролистать, - уклончиво ответил Джеймс. Не говорить же, что они половину ночи шлялись по школе, подслушивая чужие разговоры.

- Ладно, только постарайся побыстрее вернуть книгу в библиотеку, пока никто не заметил, - предупредил его Ярик, поднимаясь.

- Ключи пока оставлю себе?

- Да, а иначе ты как книгу вернёшь? Удачи, ребята, - и Ярик с Истером пошли к столу, где завтракала Кристин.

- И не скажешь, что он древний старик, - прошептал Джеймс, когда маг и полукровка отошли на достаточное расстояние.

- А кто тебе это сказал? - Лектус допил чай, и сейчас скучающе оглядывал помещение, словно не замечал враждебные взгляды, что бросали в их сторону воспитанники школы. Страусы двуногие, а не воспитанники! Из-за них ещё и Ксении было неуютно, что Джеймс вообще не собирался этому сборищу прощать.

- Ну, ты же слышал, что Стелла говорила Хариусу...

- Господа, вы долго собираетесь тут сидеть?

Ребята вздрогнули и подняли глаза на возникшего за их спинами Фауста в неизменной темной мантии и завязанными лентой волосами.

- Мы завтракаем! - насупился Джеймс, показывая почти пустую, уже вторую для него, тарелку.

- Будете так долго завтракать, опоздаете на занятия, и у вас будет ещё одно наказание. Разве одного вам не достаточно? - вкрадчиво спросил магистр. Знает уже, чёрт вездесущий.

- Доброе утро, магистр, - рядом появилась Ксения.

- Доброе утро. Я вас искал, чтобы сказать, что сегодня у нас с вами первое практическое занятие после обеда.

- Да, хорошо, - кивнула девушка немного испуганно.

- Чего это у вас с ней? - не понял кочевник. Что за новости ещё?!

- Воспитанник Картер, почему вы влезаете в чужой разговор? Унесите свою посуду и отправляйтесь в класс, вас ждёт теоретический курс по магии.

- А я его не жду, - буркнул в ответ Джеймс и взял Ксению за руку, вставая:- Идём. Ты идёшь? - обратился он к Лектусу, который всё это время сидел, сложив на груди руки, и насмешливо следил за беседой.

- Дикарь, - покачал головой Принц, поднимаясь и убирая посуду за собой и за сестрой.

- Зато я симпатичный, - хмыкнул кочевник вслед Лектусу, но тот ничего не ответил, словно не услышал. Парень перевёл взгляд на Ксению, но она пристально смотрела совсем в другую сторону.- Что?

- Ничего, просто... мне страшно за Лектуса, да и за тебя, ведь тебя считают предателем из-за того, что ты его защищаешь, - прошептала девушка.

- Не переживай, мы живыми не дадимся, - улыбнулся Джеймс.

- Вот этого я и боюсь больше всего, - она подняла на парня глаза, и он хотел обнять Ксению, но тут, конечно, всё испортил её брат: взгляд Лектуса можно было почувствовать издалека.

- Ладно-ладно, - рассмеялся Джеймс, беря девушку за руку и усмехаясь в сторону подошедшего Принца.- Пойдёмте, а то я что-то не очень хочу кучи наказаний, которые неизвестно что собой представляют.


- Ярик, где ты был? Почему не пришёл обедать?- Кристин увидела мага сразу, как они с Истером вышли из мерцающего прохода возле распахнутых дверей большого светлого зала. По расписанию у ребят был первый урок танцев, и девушка очень волновалась. - Что-то случилось? Ты чем-то расстроен.

- Нет,- Ярик мотнул головой, словно стряхивая с себя что-то. - Я не голоден. Идёмте в класс.

- А как-то можно избежать этих занятий?- хмуро спросил Истер, буквально плетясь вслед за друзьями. В зале были высокие деревянные стены, одну из которых наполовину покрывали зеркала. Высокие окна выходили на реку, лёгкие занавески смазывали изображение.

В классе уже были несколько учеников с магическими способностями, и Кристин ещё больше смутилась: она слабо себе представляла танцы в принципе, а уж в присутствии незнакомых учеников- тем более.

- Итак, чего мы тут толпимся?- с этими словами, произнесёнными громко и весело, в зал ввалился растрепанный и, как всегда, улыбающийся Джеймс. Вот его-то точно не смущает необходимость постигать неведомую науку движений под музыку. В городе Правящих и музыки-то как таковой не было... - Я готов плясать,- он повернулся к шедшим позади него Лектусу и его сестре. - Чур, я в паре с Ксенией!

Кристин вздохнула.

- Привет всем!- Джеймс подошёл к троим друзьям. - А чего такие грустные?

- А ты чего такой весёлый?- огрызнулся Истер. Наверное, поведение кочевника его немного раздражало, впрочем, друг часто раздражался просто так, и Кристин не знала, следствие ли это долгого на нем пребывания Чёрного уса, или Истеру просто сложно адаптироваться к спокойной и умеренной жизни в Академии.

- А это на него пихта так действует,- ухмыльнулся Лектус, засовывая руки в карманы брюк и расслабленно оглядываясь. Вот кому нечего было бояться: вряд ли сын Байрока не умел двигаться под музыку.

- Какая пихта?- не понял Ярик, но постепенно его лицо начало расплываться в улыбке.

- Что такое "пихта"?- решила уточнить Кристин и посмотрела на улыбающуюся Ксению.

- Пихта- очень редкое вечнозеленое дерево,- с широкой улыбкой пояснил Ярик, повернувшись к Джеймсу: кочевник тут же насупился.

- И?- не понял Истер.

- На занятии сегодня магистр Фауст рассказывал нам о том, что наши магические способности можно усилить, если мы правильно выберем талисман,- с улыбкой пояснила Ксения, мягко взяв Джеймса за руку. - И нам предложили образцы камней, минералов и растений. Ну, и...

- Нашему лохматому подошла пихта!- закончил, ухмыляясь, Лектус, за что тут же получил толчок в плечо. - Что?! Я же не виноват, что твоя дурная натура притянулась к редкому дереву, которое, судя по всему, тоже тяготеет к лохматости!

- На себя посмотри!- буркнул, правда, беззлобно, Джеймс. - Уж лучше талисман из редкого дерева, чем из бледного, словно переваренная каша!

- Лавр тоже редкое растение, но зато благородное,- заметил Ярик, видимо, не стесняясь залезть в голову Лектуса или Джеймса. - И я рад, что вы нашли свои талисманы, не всем это удается сразу.

- Вот! У твоих тупоголовых врагов с этим были проблемы!- тут же возликовал Джеймс, воинственно глядя на Лектуса, но Принц остался к этому равнодушен.

Тем временем в класс набилось уже десятка два учеников, которые в нетерпении смотрели на распахнутые двери, ожидая преподавателя. Наверное, большинство из них, как и Кристин, с трудом представляло себе то, чему им всем предстоит научиться.

- Ну, и где наш мучитель?- тут же задался вопросом Джеймс, оглядывая зал, видимо, предполагая, что преподаватель спрятался. - Долго будем его ждать?

- Не его, а её,- поправил друга Ярик, и Кристин подняла на него глаза: маг снова стал каким-то грустным. Он смотрел на двери, и девушка тоже повернулась туда.

В класс вошла молодая женщина в чёрном платье; она была привлекательной, с большими голубыми глазами и тонкими чертами лица. Густые каштановые волосы убраны в узел на затылке, локон к локону. Чётко очерченные брови чуть сведены к переносице, губы сжаты. Двигалась женщина плавно, но быстро; каждый шаг отдавался стуком каблуков в установившейся почти мгновенно тишине. Руки она держала в карманах платья, но при этом производила впечатление абсолютной женственности и стройной красоты.

- Добрый день,- голос её был немного хриплым, словно после сна, взгляд внимательным и каким-то усталым. Женщина остановилась посреди зала, и воспитанники образовали полукруг.

- Танцы теперь мой любимый предмет,- произнес кто-то из учеников, и раздались одобрительные смешки. Но веселье быстро оборвалось, когда преподаватель подняла глаза на заговорившего.

- Меня попросили преподавать вам танцы,- спокойно произнесла она.

- То есть вы раньше не учили никого?

- Это класс танцев, и говорить здесь буду только я,- снова спокойно проговорила женщина, но в голосе звучали такие нотки, что теперь перебить её вряд ли кто-то посмеет. - В танце говорит только тело, движения выражают то, что вы думаете и чувствуете,- от слов преподавательницы по рукам Кристин пошли мурашки. - И запомните: я ценю юмор, но в небольших количествах. Также любой, кто решит, что данный класс- это место, где можно распускать руки и дурачиться, выйдет отсюда навсегда. Вопросы есть?- она подняла глаза, и Кристин подумала о том, что в такой хрупкой прекрасной женщине очень сложно заподозрить ту силу, что сейчас читалась в её грустном взгляде. Девушка посмотрела на Ярика: выражение его лица было сочувствующим, ни тени веселья.

- Простите, а... как вас зовут?- дрожащим от волнения голосом спросила одна из воспитанниц.

- Меня зовут Ольга. Мы с вами будем встречаться два раза в семь дней. Также ваш класс по решению Совета на моих уроках соединяется с другим классом,- она повернулась к дверям. - Войдите.

Кристин не сразу поняла, кто они были- вошедшие в зал девять воспитанников в форме темного цвета. Семь юношей и две девушки: все ослепительно красивые, почти кукольные. И, даже если бы Кристин не узнала одну из них, то вскоре бы поняла, что такими прекрасными могут быть только дети Правящих. Среди них была и Анна, дочь Первого советника, которая при побеге ребят из Красного города отказалась покидать корабль и преодолела весь путь с ними.

Вокруг испуганно и даже зло шептались воспитанники, видимо, тоже осознавшие, что за класс к ним присоединился.

- Тишина,- Ольга дала им всего несколько секунд на осознание того факта, что они будут заниматься вместе с детьми Правящих. Кристин заметила, как Анна с презрением посмотрела на собравшихся, а потом усмехнулась, встретившись взглядом с Лектусом. Тот ответил ей учтивым кивком.

- Ну, вот, видишь, а ты хотел бежать её искать,- прошептал рядом Джеймс, обращаясь к Принцу.

- Какое вы имеете право заставлять нас заниматься с этими кровососами?!- все-таки не выдержал кто-то из воспитанников.

- Вы имеете что-то против?- спокойно спросила Ольга, делая шаг вперед и глядя на заговорившего.

- А не должен?!- с вызовом ответил парень, и Ярик рядом только вздохнул. - Они отвратительные злобные существа, которым не место рядом с людьми! Их всех нужно убить!

В зале повисла тяжёлая, почти физически ощутимая тишина. Кристин видела, как Джеймс приобнял Ксению, что-то успокаивающе шепча ей на ухо. По крайней мере, кочевник научился молчать и не выступать по поводу и без. Ещё некоторое время назад на месте говорившего сейчас парня вполне мог бы оказаться Джеймс: он любил обвинять детей Правящих в грехах их родителей.

- Я Ольга,- тихо заговорила преподавательница,- двадцать семь лет назад я родилась в семье Наместника Северных земель и стала его первенцем,- тишина стала густой. Все воспитанники смотрели на женщину, и только Анна усмехалась и не сводила взгляда от Лектуса. - Когда мне исполнилось шесть, у меня появился брат,- она не стала договаривать мысль, но, наверное, каждый из присутствующих знал, что это обозначало: в семье Правящего могла расти дочь только в том случае, если у мужчины нет наследников мужского пола. - Мама своими руками посадила меня в лодку и отправила в холодное бесконечное море. Через сутки меня подобрали рыбаки,- Ольга подняла глаза на возмущавшегося воспитанника. - Я дочь Наместника Северных земель. Меня бы ты тоже убил?

Парень растерянно замотал головой, часто моргая. Кристин обернулась к Джеймсу и Лектусу, не зная, что они думают по поводу этого, ведь, как рассказывал Ярик, именно эти двое приговорили и казнили Наместника. Но, кажется, ребят это мало беспокоило, по крайней мере, по их лицам ничего нельзя было понять.

- Теперь, когда мы выяснили все, становитесь по залу в произвольном порядке, чтобы не мешать друг другу,- Ольга подошла к дальней стене и открыла в ней едва заметную дверцу. Кристин, встав между Яриком и Истером, смогла разглядеть большой тёмный аквариум. Аквариум стоял на каком-то высоком постаменте с педалями. Преподавательница чем-то щёлкнула, и в аквариуме загорелись зеленые фонарики. Почти сразу зал наполнился удивительными звуками, которые Кристин не смогла бы назвать иначе, чем музыкой.

- Это капоэри?- спросила Даяна, одноклассница Кристин. В голосе её слышалось благоговение.

- Да,- коротко ответила Ольга. - Поясните кто-нибудь одноклассникам,- попросила она после некоторой паузы, осознав, что многие смотрят на неё непонимающе.

- Капоэри- подводные моллюски, живут на больших глубинах, в темноте. Не так давно маги открыли их существование. Когда в их среду обитания попадает зеленый свет, они начинают издавать мелодичные звуки,- пояснила Даяна, улыбаясь.

- А когда белый- они начинают выть, барабанные перепонки людей лопаются, и человек остается глухим,- добавил Ярик. - К их вою невосприимчивы только флоки и Чужие.

Ребята тихо слушали музыку, что издавали загадочные существа из аквариума. Кристин это нравилось, все время хотелось улыбаться и даже раскачиваться из стороны в сторону.

- Закройте глаза и слушайте музыку,- спокойно произнесла Ольга, и воспитанники тут же послушались, осознав, что в этом зале лучше сразу следовать указаниям. Кристин почувствовала, что её действительно начало немного раскачивать в такт мелодии, словно непроизвольно, словно она водоросль на дне моря. - Почувствуйте ваше тело, дайте ему уловить звуки Природы...

- Ну, и как нам эти покачивания помогут овладеть магией?- достаточно громко спросил одноклассник Джеймса и Лектуса, когда занятие очень внезапно и быстро закончилось: Ольга буквально выдернула ребят из музыкальной дрёмы.

- Тебе уже никто не поможет,- хмыкнул Джеймс, довольно улыбавшийся, словно за недолгое время успел выспаться. Кристин вполне могла догадаться, почему он такой довольный: Алексис рассказывала, что брат очень страдает от необходимости учиться. А сейчас ему особо ничего и делать не пришлось!

- Ваше тело - порождение Природы. И пока вы не научитесь им владеть и его слушать, вы никогда не овладеете магическими способностями, которыми Природа вас наделила,- заметила подошедшая Ольга. Улыбка немного преобразила её лицо, сделала мягче, но глаза по-прежнему оставались грустными. - Поспешите, скоро начнётся следующий урок. Увидимся через два дня,- и она вышла из зала. Восемь человек из класса Чужих последовали за ней: Кристин понимала, что они поспешили не потому, что боялись других воспитанников. Скорее, они считали ниже своего достоинства быть в такой компании.

- Ярик,- Кристин подошла к другу: маг выключил свет в аквариуме и закрыл дверцы. - Скажи: почему она такая... грустная? Ольга.

Ярик мельком взглянул на остальных воспитанников, медленно покидающих класс: Лектус пропустил впереди себя Анну, Джеймс и Ксения немного задержались, но потом тоже вышли.

- Ольга недавно потеряла мужа,- вздохнул Ярик. - Я узнал об этом только сегодня, когда мама рассказала, что Совет в приказном порядке отправил её преподавать нам танцы.

- Бедняжка,- прошептала Кристин, даже не представляя, как это - потерять любимого. Она бы, наверное, не пережила.

- Они познакомились здесь, в Академии, учились в одном классе. Элиот был выдающимся магом, но очень безрассудным, всё время лез туда, где опаснее всего. За это она его и любила, наверное. Ты не представляешь, что это была за пара,- улыбнулся Ярик своим воспоминаниям. - Как он её добивался!

- Что с ним случилось?

- Элиот и Ольга служили в Дозоре, это отряд магов, который охраняет границы. Мама сказала, что Элиот отправился на Шемару, на восточную границу, чтобы проверить Дозор. Это башня в открытом море. Правящие предприняли очередную попытку прорваться за границы, разрушить башню. Элиот погиб, защищая Шемару. Уже около трёх месяцев Ольга носит траур. Сначала она всё рвалась в бой, отомстить, но Совет её отстранил, отправил в отпуск, а сейчас вот они определили её сюда.

- Бедная,- снова вздохнула Кристин, сжимая руку Ярика. - Но ведь она будет в порядке?

- Не знаю, мысли у нее невесёлые,- пожал плечами маг, потом приобнял Кристин за плечи. - Идем, найдём Истера. Мама пригласила нас на чай.


## Глава 7. Ночные гости


Ксения медленно шла по утоптанным дорожкам между высоких сугробов, наметённых за вчерашний день и ночь. Над ней, куда бы она ни шла, все время нависало Дерево Академии, закрывая серое небо. Куда ни глянь, везде белое снежное покрывало: на строениях во дворе Академии, на ледяных горках, с которых вчера катались дети, на скамейках и скульптурах, которыми были украшены маленькие дворики на территории селения магов.

Темноту опустившегося вечера по всей территории освещали яркие фонари, внутри которых, словно живое, билось яркое белое пламя. Некоторое время Ксения потратила на то, что просто стояла и смотрела на него: зрелище затягивало.

Во дворе в этот час было всего несколько воспитанников: почти все уже разошлись по спальням, к тому же мороз ощутимо кусал за лицо, но Ксении это даже нравилось. Она получше замотала шарф и продолжила путь по дорожкам. У неё не было особой цели: просто хотелось отдохнуть от людей. Она столько лет жила в информационном вакууме, практически всегда находясь в одиночестве, что теперь ей иногда хотелось тишины. Особенно эмоциональной. Оказывается, даже тёплые добрые эмоции могли утомлять, словно ты съела слишком много сладкого.

- Эй, Ксения, подожди!

Она обернулась: от крыльца к ней бежала в расстегнутой куртке Алексис, из-под небрежно надетой шапочки ярко горели рыжие волосы.

- Привет, а ты чего одна?- Алексис затормозила перед подругой, наспех застегиваясь и надевая варежки.

- Джеймс и Лектус опять наказаны,- улыбнулась Ксения, и девушки продолжили прогулку уже вместе.

- Опять? Шестой вечер подряд?!- не поверила северянка, округлив глаза. - За что на этот раз?

- Сложно сказать,- пожала плечами сестра Лектуса. - Мне кажется, Джеймс просто встал в позицию протеста, а Лектусу достается заодно.

- Ну да, история о том, как Джим чуть не убил Хавьера, показывая ему приёмы кочевников для поимки диких кабанов, облетела Академию за несколько часов.

- И я не думаю, что преподаватели скоро забудут, как два дня назад его поймали ночью в библиотеке.

- Что он там делал?

- Учился читать, по его версии,- рассмеялась Ксения, слушая, как скрипит под ногами снег. - Так что сегодня они отрабатывают наказание в библиотеке: Лектусу поручили переписать какую-то древнюю рукопись про бесчинства Правящих во время Первой магической войны, а Джеймс делает переплёты.

- Они, наверное, в восторге,- расхохоталась Алексис, оглядываясь.

- Ты кого-то ищешь?

- Да, моего кота. Он почти каждый вечер приходит. Фрей сказал, что барс просто привык ко мне и далеко в леса не уходит. Вот я и выхожу немного с ним поиграть. Он так вырос за то время, что вернулся домой.

- Ты по нему скучаешь,- заметила Ксения. - Тебе тут одиноко?

- Нет, с чего ты взяла?- пожала плечами Алексис. - У меня много новых друзей, и занятия интересные. И вообще... здесь очень здорово. Тебе не понять, ты... Ты не знаешь, что это, когда приходится всё время бежать, прятаться, бояться... Как это, когда на твоих глазах убивают твоих родителей, а ты даже не можешь с ними попрощаться, потому что должна бежать.

- Да, я не знаю,- спокойно ответила Ксения.

- Прости, я не имела в виду, что ты жила там классно... - растерялась сестра Джеймса, остановившись, схватив подругу за руку, и целительница улыбнулась.

- Все хорошо, правда,- рассмеялась она тому, как пламенно Алексис стала извиняться. Эта девушка всё делала ярко, неистово, как огонь. - Я видела тебя в столовой в компании каких-то парней, не думаю, что твоему брату это понравилось.

- Джим - дурак. Он почему-то считает, что может дружить с сомнительными личностями... Прости, я знаю, что Принц твой брат, но всё равно... А мне почему-то нельзя,- сморщила носик северянка. - Это, кстати, были всего лишь Луи и его друзья.

- Луи?

- Да, мой наставник, он заканчивает Академию, он тоже повелитель стихий, и он очень умный. Я даже смогла после занятий с ним заставить тлеть пергамент, а это, как сказал Луи, непросто даже после нескольких недель обучения,- с гордостью рассказала Алексис.

- Понятно.

- А как твое обучение? Тебе назначили наставника?

- Ну, пока меня учат магистр Фауст и Эйлин, мать Ярика,- Ксения нагнулась и взяла на ладошку снега, рассматривая снежинки. Потом подбросила их- и смотрела, как они падают в свете фонаря. - Они говорят, что... у меня не способность, у меня дар и... учить меня очень сложно. Даже домашнего задания не дашь, потому что трудно будет проверить...

- Домашнее задание!- подскочила Алексис, снова вцепившись в руку Ксении. - Я забыла! Мне же завтра Луи голову оторвёт!!!- девушка тут же сорвалась с места и побежала к Академии. Ксения с улыбкой провожала её взглядом, пока сестра Джеймса не растворилась в вечерней темноте.

Огонь. С ней было тепло, наверное, не зря народ, к которому они с Джеймсом принадлежали, называли Детьми Огня.

Ксения повернула на тропинку, что вела к Академии: наверное, ей тоже стоило вернуться. Возможно, ребят уже отпустили из библиотеки, и она могла бы позаниматься с Джеймсом правописанием: учиться кочевник совершенно не желал, поэтому приходилось искать разные мотивации. И Ксении это нравилось: сидя вечером в общей гостиной с Лектусом и Джеймсом, она впервые испытывала чувство, что она дома, с семьей.

Рука, схватившая её за плечи, была для девушки полной неожиданностью. Прежде чем она поняла, что происходит, ладонь в шершавой варежке накрыла её рот.

- Молчи,- прошептал кто-то ей на ухо, и Ксению пробил внутренний озноб, ноги стали ватными от страха. - Тащи её!

- Так и потащим, что ли?- тихо сказал второй голос, и Ксения попыталась вывернуться, но руки, её державшие, были крепкими. - Надо оглушить.

- Вы нормальные?- оказывается, их было трое. - Вот, дайте ей понюхать, стащил в классе зелий.

Ксения попыталась отвернуться от руки, что поднесла к её лицу какие-то странные серые коренья, задержала дыхание, но надолго её не хватило. С первым же вдохом в лёгкие ворвался какой-то сладковатый противный запах, голову повело, руки обмякли- и тьма тихо накрыла её успокаивающей пеленой.


- Ольга, подожди, пожалуйста,- Эйлин догнала преподавательницу танцев на самом пороге Академии. - Ты всё-таки решила уйти?

Ольга пожала плечами, поправила на шее шарф и ступила в темный ночной воздух. Мороз был сильным, но погода женщин не пугала.

- Здесь слишком тяжело,- ответила Ольга на незаданный вопрос эльфийки. Вместе они медленно пошли по тропинке к воротам Академии, закрытым в этот час. - Я приду через два дня, когда у меня занятия.

- Стелла не одобрит этого,- Эйлин приобняла женщину за плечи, и та прислонилась к эльфийке, словно даже стоять прямо ей было тяжело. Хотя, наверное, так и есть: Эйлин не представляла себе, как бы могла жить дальше, дышать, двигаться, если бы Александра больше не было в этом мире. Да, он вынужден быть далеко, но он жив и будет жив ещё долго. У них была надежда на встречу, у Ольги её больше не было. И как не согнуться под тяжестью этой боли, Эйлин не знала. - Она же сделала то, что ты просила.

- Да, конечно, сделала одолжение, лишь бы контролировать меня,- горько усмехнулась Ольга, вставая прямо, словно не позволяла себе лишней секунды слабости. - Да и я поставила это условие просто на спор, была уверена, что она не согласится.

- С тех пор, как Ярик привез Лектуса и Ксению, она стала менее твёрдой в данном вопросе.

- Да уж, где был твой сын, когда нас делили на классы,- усмехнулась Ольга. - Ты же видишь этих ребят, детей Правящих, видишь, что уже слишком поздно что-то менять. Я много раз говорила, что нельзя их отделять от остальных, нельзя!- женщина остановилась, глядя на Эйлин усталыми глазами. - Как вы представляете себе их жизнь дальше, если уже сейчас они отделены, словно прокажённые?! Я столько раз об этом говорила...

- Что там, в твоём классе по танцам? Сложно?

- В моём классе два группы: люди и дети Правящих,- пожала плечами Ольга, засовывая руки в карманы тёплой куртки, зелёной, какие носят на границе, в Дозоре. - И это уже не исправить, как нельзя было исправить и раньше, с другими такими детьми. Как нельзя было это исправить, когда здесь учились мы...

- Ты знаешь, почему Совет решил отделить детей Чужих,- мягко напомнила Эйлин, хотя она разделяла взгляды Ольги. Но у Совета было своё мнение. - Ты тогда ещё не училась в Академии... Воспитанники убили- жестоко и беспощадно- мальчика из Чужих.

- Люди жестоки,- горько ответила Ольга, усмехнувшись. - А дети людей часто ещё и лишены понимания справедливости и чести.

- Поэтому ты ушла в Дозор, а не осталась здесь.

- Эйлин, мы не часть вашего мира, мы вообще не принадлежим ни одному из лагерей. Мы уже не Правящие, но мы и не люди,- Ольга вздохнула, и Эйлин вспомнила, как то же самое говорил Элиот на заседании, когда ребятам после выпуска подбирали занятие. - Поэтому нам самое место на границе- не тут, но и не там.

- Скучаешь?

- Да,- тут же ответила женщина, снова остановившись и глядя куда-то вдаль. - Там всё иначе, там... нет разделения и этой ненависти, что я видела в глазах учеников, когда в их класс вошли дети Правящих. Там нет деления, там мы... одна семья. Независимо от происхождения.

- Я знаю, что тебе хочется вернуться, но... побудь с нами немного. Ты сможешь помочь ребятам из Правящих, я знаю это.

- Да уж, помощь вам тут не помешает,- кивнула Ольга. - Чем вы думали, оставляя в Академии Анну, дочь советника?- она подняла на Эйлин глаза, в которых зеркально отражался свет фонарей. - Она никогда не смирится, и её влияние на остальных воспитанников может создать вам массу проблем.

- Она здесь из-за Лектуса.

- Ах, да, Принц,- хмыкнула Ольга, продолжая путь. - Влияние Ярика на Совет явно превосходит все мои ожидания. Я была удивлена, что наследнику позволили учиться с детьми людей. Ему и его сестре.

- Оля, ты знаешь, что Ярик в своё время сделал всё, что мог, чтобы вам разрешили учиться со всеми. Он очень дорожил твоей дружбой. Он переживает за тебя.

- Я знаю,- преподаватель танцев погладила Эйлин по плечу,- я знаю, и очень ему благодарна. Просто, если бы тогда мы не были прокажёнными, если бы нам оставили иной путь, кроме Дозора, Элиот был бы жив.

- У тебя был другой путь, ты могла стать целителем,- мягко напомнила Эйлин.

- Да? И кто бы стал у меня лечиться? Да и я не осталась бы здесь без Элиота, а для него этот город всегда был пыткой, клеткой, в которую его заточили,- голос женщины был ровным, но таким тоскливым, что Эйлин не выдержала и снова обняла Ольгу, поглаживая по волосам.

- Не уходи, Оля, не оставайся наедине с горем, у тебя есть друзья, которые о тебе беспокоятся,- тихо произнесла эльфийка.

- Я знаю, спасибо,- она отстранилась, поправляя шарф и дуя на замёрзшие руки. - Просто... слишком много воспоминаний и сожалений. Не переживайте с Яриком, я в порядке. Вернусь к...

Она не успела договорить, потому что ворота резко распахнулись, словно и не весили несколько тонн. Из темноты устало, но поспешно вынырнула худая фигура, закутанная в плащ. На руках пришельца угадывалось что-то большое, чёрное, лохматое. Позади семенил кот Шурик:

- Я совершил несанкционированную посадку, но это экстренная ситуация, так что я требую снятия с меня каких-либо санкций за незаконную парковку,- повторял кот, всё время наклоняясь и замазывая тёмные пятна, что оставались там, где прошёл человек со своей ношей.

- Я нашёл его,- проговорил хриплый, немного знакомый Эйлин голос, но она не могла сейчас думать об этом, потому что, ещё до того, как пришелец попал в луч фонаря, поняла, кого он несёт на руках. Сердце ухнуло, пропустило удар- и зашлось в лихорадочном страхе.

- В лазарет! Быстро!- первой пришла в себя Ольга.

- Он жив?- срывающимся голосом спросила эльфийка, когда втроём они поспешно пересекали двор. Эйлин всё время оглядывалась на большого чёрного волка, без движения лежавшего на руках пришельца. Кот Шурик остался позади.

- Был жив,- коротко ответил человек, и в его голосе снова прозвучало что-то знакомое, из прошлого.

- Я позову Фауста,- Ольга распахнула двери в холл и тут же нарисовала проход, исчезая в нем.

Эйлин поспешно открыла дверь в лазарет, и вскоре человек уже опустил волка на белоснежную кровать. Теперь эльфийка могла рассмотреть раны по всему телу зверя, услышать тихое дыхание и едва пробивавшийся стук сердца.

- Его расстреляли вот этим,- проговорил хриплый голос пришельца, так и не откинувшего с лица капюшон. Эйлин перевела взгляд на ладонь человека: на ней лежали сломанные у наконечников стрелы. - Я не стал выдергивать наконечники, чтобы не сделать хуже.

- Все правильно,- прошептала Эйлин, беря у пришельца стрелы и едва сдерживая крик ужаса и негодования: она знала, где и кто производит такое оружие.

- Эйлин, возьми себя в руки!- с этими словами в лазарете появился Фауст, за ним- Ольга, на ходу снимавшая верхнюю одежду. - Ольга, помогите. Эйлин, отойди!

Эльфийка кивнула, понимая, что сейчас может только помешать. Фауст и Ольга склонились над волком, и Эйлин отвернулась, чтобы не видеть страданий любимого. Взгляд её упал на человека, что принес Александра: он стоял у окна, сложив на груди руки, измазанный чужой кровью. Он откинул капюшон, и теперь она смогла рассмотреть пришельца.

Перед ней стоял высокий, очень худой мужчина с бледной кожей и короткими русыми волосами. Серые глаза смотрели из-под бровей насуплено, сурово. Обветренные щеки и нос пересекали три безобразных глубоких шрама- словно след от лапы медведя или другого крупного хищника. В ухе качалась серьга- с камнем сиреневого отлива. Александрит.

В этот момент Эйлин его узнала. Узнала, хотя за десять лет он изменился, притом не в лучшую сторону. Но этот талисман было невозможно забыть: "капля одиночества"- так звали этот камень, и сложно забыть юношу, которому при выборе талисманов достался александрит. Она не помнила другого такого.

- Лукас, спасибо тебе,- проговорила эльфийка, мягко прикоснувшись к его замёрзшей, покрытой кровью, руке. - Ты спас его.

- Лукас?

Эйлин обернулась на голос Ольги: та пристально смотрела на мужчину, и в глазах её тоже было узнавание.

- Все, я достал все наконечники, раны заживут, хоть и небыстро,- Фауст протянул руку и ссыпал металлические кусочки на поднос, что стоял на тумбочке рядом с кроватью. Эйлин вздрогнула от этого звука, обошла Ольгу, которая не отрывала взгляда от пришедшего мужчины, и села на край постели, где, перевязанный белыми бинтами, лежал чёрный волк. Её чёрный волк, который через несколько дней должен был вернуться к ней.


- Мама! Как ты могла не сказать?!- Ярик влетел в лазарет разозлённый, но, увидев слёзы на лице матери, перебинтованного отца в волчьем облике, сразу как-то сник и растерял весь свой пыл, которым горел с тех пор, как встретил Фауста и в его мыслях узнал о случившемся.

- Святик не знает?- испуганно спросила Эйлин, вытирая щёки и протягивая сыну руку, чтобы он подошёл.

- Нет, он дрыхнет,- Ярик сел рядом с матерью на постель, приобняв её за плечи и глядя на волка. - Как он? Что случилось?

- Сложно сказать. Наверное, он старался держаться ближе к городу, и... И его подкараулили,- Эйлин показала на поднос на тумбочке, и Ярик увидел стрелы. Сжал кулаки, крепко стиснув челюсти.

- Ненавижу его.

- Ярик,- мама осторожно погладила его по руке, успокаивая,- не надо.

- Ну, конечно, давай опять болтать о том, что он мой дед и хочет как лучше,- прошипел маг, и в этот момент он меньше всего чувствовал себя подростком в школе. Он ощущал всю ту силу, что передалась ему от матери и от той магии, которая должна была его убить ещё в утробе, но не убила. Силу, которую, вопреки своей воле, дал ему дед. - Он и так уже испортил жизнь тебе и отцу. Нет, теперь он решил просто его убить!

- Тише!- Эйлин строго посмотрела на сына. - Отец жив.

- Надолго ли?- хмыкнул Ярик, смиряя гнев и снова глядя на волка. - Всё ведь будет хорошо?

- Да, теперь всё будет хорошо,- мягко улыбнулась мама, но из её глаз снова потекли слёзы. Ярик обнял её, успокаивая. - Я очень испугалась. Если бы его не нашли...

- Кстати, как он тут оказался?

- Его нашёл Лукас,- прошептала Эйлин, и в её глазах маг впервые увидел что-то, похожее на улыбку. Она посмотрела куда-то за спину Ярику, и только тут он заметил, что в лазарете они не одни.

У окна тихо стояли Ольга и худой, какой-то сумрачный человек, в нем было сложно узнать того Лукаса, которого Ярик когда-то встречал в коридорах Академии.

- Не смей,- пригрозила ему Эйлин, и маг покорно кивнул: хорошо, он не будет лезть в их мысли, но было очень интересно, откуда он взялся, Лукас, десять лет назад исчезнувший из школы, словно его и не было. Нет, до них доходили слухи, что он долгое время жил в Школе Трех Народов, но всё равно это было очень странно. - Не донимай его расспросами, ладно?

- Я?- Ярик улыбнулся. - Мама, тут я не нужен: я слишком хорошо знаю Ольгу. Она его выпотрошит ещё до наступления утра.

- Ярослав, что за слова?- с улыбкой прошептала мама, отворачиваясь от пары у окна.

- Обычные слова,- фыркнул маг. - Надеюсь, что прежде, чем явиться сюда, Лукас решил все свои дела снаружи. Во второй раз она его просто так не отпустит.

- Отпустит,- покачала головой Эйлин, шепча. - Ей сейчас не до того...

- Мама, это же Ольга. Самое лучшее для нее сейчас лекарство: переключиться на чужие проблемы, а то, что у Лукаса проблем кибитка и сундучок, легко догадаться и без чтения его мыслей...,- пожал плечами Ярик: он-то точно не собирался отступаться от Ольги. Когда-то она была ему хорошим другом- пока Стелла не решила отделить ребят. Это было огромной ошибкой, и Ярик надеялся, что с помощью Лектуса и Ксении сможет доказать Совету свою правоту. И Ольга поможет. - Ты тут останешься?

- Да, я хочу побыть с ним.

Ярик кивнул, поцеловал маму в щёку, и повернулся к стоявшим в тишине у окна Ольге и Лукасу.

- Привет,- маг подошёл к ним, вглядываясь в обезображенное лицо когда-то очень привлекательного сына Правящего. - Идёмте, я покажу вам комнаты, где вы сможете переночевать. На ночь глядя вас никто отсюда не отпустит.

- Ярик...

- Оля, нет, не начинай, не переспоришь,- маг широко и лучезарно улыбнулся. - Вперёд,- он нарисовал красивую арку, приглашая остальных в неё шагнуть.

Они оказались в небольшой комнате, откуда были распахнуты две двери. В камине горел огонь, освещая две софы и книжный шкаф. Стены оказались завешаны гобеленами, на которых были изображены тайга и река.

- Не помню, чтобы в Академии были подобные комнаты. С камином,- Ольга обернулась к Ярику, когда он последним вышел из дверей.

- Ну, понимаешь... Академия- это же не дворец Правящих, это Дерево. И... - он почесал в затылке, снова улыбаясь,- думаю, я понимаю его немного лучше, чем члены Совета.

- То есть ты сам создал эту комнату?- уточнила удивленно Ольга, проходя и садясь на софу у камина, грея озябшие руки.

- Можно сказать и так. Мне помогала Кристин, моя подруга,- пожал он плечами,- ну, и Фрей, как без него.

- И зачем вам с твоей подругой эта комната?- женщина дернула уголком губ.

- У нас есть общий друг, ты его видела.

- Полукровка,- кивнула Ольга. - Это для него?

- Да, просто бывают такие моменты, когда ему нужно скрыться от других людей, а сидеть сутки в чулане для мебели- бесчеловечно,- пожал плечами Ярик, следя за тем, как Лукас, не проронивший ни слова, садится в дальнем углу и снимает плащ. Очень хотелось узнать, о чём он думает...

- Ух ты!- не смог сдержаться Ярик, когда в сознании Лукаса напоролся на ментальную "стену". - Тебя этому в Школе Трёх Народов научили?!- с восторгом спросил маг.

- Наглости ты за эти годы не растерял,- хрипло ответил Лукас. - Что ты хочешь узнать?

- Считай, что это был рефлекс,- улыбнулся маг, а потом повернулся к Ольге:- Твои мысли я не читаю, клянусь.

- Все ещё боишься меня после того моего удара тебе под дых?- хмыкнула женщина, отводя взгляд от камина. - Правильно, бойся. Девушки не любят, когда кто-то пытается прочесть и озвучить их мысли.

- Да, мама что-то такое мне говорила,- рассмеялся Ярик. - Ладно, отдыхайте, увидимся завтра. И, Лукас, спасибо за то, что спас отца.

Маг нарисовал дверь и вышел, оставляя Ольгу и Лукаса в комнате.

- Фрей, а, Фрей,- Ярик сел в небольшое кресло в миниатюрной комнатке-башне и потянулся. В стене напротив него тут же появились глаза и рот древесного духа. Фрей зевнул.

- Ну, что тебе опять? Не надоело подслушивать и подглядывать?

- Мне нужно, честно.

- Тебе всегда нужно,- проворчал дух, щурясь.

- Я переживаю за Ольгу, а этот странный Лукас не внушает доверия.

- Сказки будешь рассказывать своему брату,- фыркнул Фрей. - Ладно, только учти: решу, что ты совершаешь безобразие, перекрою канал.

- Я всегда знал, что скармливание тебе мороженого было правильным решением, ты отличный союзник,- рассмеялся Ярик, но тут же стал серьезным, когда Фрей настроился на комнату, в которой маг оставил Ольгу и Лукаса. Изображение было смазанным и нечётким, но большего и не нужно: главное, понять, что Лукас её не обидит, и по возможности прояснить, чего ждать потом.

- Фрей, что со звуком? Я ничего не слышу,- пожаловался Ярик, глядя на то, как Ольга по-прежнему греет руки у камина, а Лукас сидит в углу.

- Не слышишь, потому что они молчат!- фыркнул Фрей. - И вообще, отстань. Я, в отличие от тебя, не занимаюсь прослушиванием чужих бесед. И тебе не советую: меньше будешь знать, крепче будешь спать! Не сможешь ты всех сделать счастливыми, сил не хватит!

- А я попробую,- улыбнулся Ярик. - О!

Ольга поднялась и села с противоположной стороны софы.

- Лукас, как ты?

- Нормально. Я... слышал про Элиота. Ты держишься?

- Как видишь,- она зябко повела плечами и склонила голову, словно изучала его. - Ничего не хочешь рассказать?

- А должен?- резко спросил мужчина, вскидывая лицо.

- То есть ты считаешь, что, исчезнув, не попрощавшись и не объяснившись, на десять лет, ты по возвращению ничего не должен объяснить?

- Я не вернулся. Просто нашёл рядом со своим домом раненого Дхана.

- И где ты живешь?

- В тайге, на северном побережье.

- И чем ты там занимаешься?

- Я лесник, егерь,- пожал плечами Лукас.

- И давно ты вернулся с Острова Драконов?

- Откуда ты знаешь, что я был там?

- Лукас, не будь дураком,- попросила Ольга, поморщившись, словно он её задел своим вопросом. - Мы тебя искали. Долго. Нашли в Школе Трёх Народов. Так давно ты вернулся?

- Два года назад.

- Почему не нашёл нас с Элиотом?

- А надо было?

- Лукас!- Ольга вспылила, крикнув на него, кажется, выведенная из себя. - Мы с тобой выросли вместе! Вы с Элиотом были лучшими друзьями! Как ты можешь так себя вести?!

- Как?

- Как равнодушный мертвец! - она отвернулась, по лицу её прошла гримаса боли, но она с ней справилась.

- Я устал,- Лукас поднялся, но Ольга преградила ему дорогу.

- Ответь на один вопрос, а потом можешь идти на все четыре стороны.

- Какой?

- Почему ты сбежал десять лет назад?- медленно, чётко задала она вопрос, глядя в лицо бывшему другу. - Что тобой двигало?

- Мне не было тут места, вот и всё,- ответил Лукас. - Между болью и одиночеством я выбрал одиночество.

- Что?

- Я устал, прости,- он обошёл её и скрылся в одной из комнат, тихо затворив дверь.


## Глава 8. Чужие


Лектус встал раньше официального времени подъёма - ещё только-только занималась заря, подсветившая занавески на окнах. Он тихо, чтобы не разбудить Джеймса, оделся и посетил ванную. Три горе-соседа сегодня опять не ночевали в комнате: видимо, Хавьеру опять придётся возвращать блудных воспитанником силой. Хотя, по мнению Лектуса, лучше бы он уже бросил эти глупые попытки примирить непримиримое.

Кочевник спал, раскидав по кровати свои длинные худые конечности. Одеяло сползло на пол, но благо, что Хариус все-таки приучил парня надевать на ночь хотя бы бельё. Лектус хмыкнул: появилась мысль разбудить Джеймса и повеселиться, вряд ли он не устроит спектакль из-за раннего подъема.

Но Принц не стал этого делать: ему нужно было тихо и без свидетелей встретиться с Анной. Об этом они договорились, а точнее - она поставила его перед фактом после последнего урока танцев.

Лектус нарисовал дверь и вышел в коридоре перед классами, здесь было непривычно тихо и безлюдно. Фрей, если и удивился такому раннему перемещению воспитанника к учебным кабинетам, то ничего не сказал. Правильно, пусть идёт и занимается своими древесными делами, нечего совать несуществующий нос в чужие.

Анна была уже в классе: солнечные лучи, проникавшие сюда через прозрачные занавески, играли в чёрных локонах её 'косы'.

- Опаздываешь,- она повернулась к Лектусу и приблизилась, пристально глядя в его лицо. - Хотя, конечно, я не была уверена, что ты вообще придёшь.

- Что ты хотела, Анна?- спокойно спросил Принц, не собираясь реагировать на её слова. Он знал, что девушка постарается его поддеть или вывести из равновесия. - Ты же не просто так меня позвала сюда.

- Хотелось поговорить без свидетелей. Эти любопытные невоспитанные толпы людей утомляют.

- Ну, конечно, ты бы предпочла им всем отрубить языки и запереть на фабрике,- усмехнулся Лектус. - Тебе же предлагали уехать, вернуться. Почему ты всё ещё здесь? Только не говори, что из-за меня.

- В том числе и из-за тебя,- белая ладошка мягко погладила его воротник, словно поправляя. Лектус сделал шаг назад, возвращая расстояние между ними. - Я всем и каждому расскажу, что тебя околдовали, что ты действовал всё это время не по своей воле.

- Некому будет говорить, потому что я не собираюсь возвращаться,- отрезал Лектус.

- Ну, да, конечно, тут тебя ждет прекрасное будущее,- тихо рассмеялась Анна, обходя его. Пустой класс гулко отвечал эхом на стук её каблуков. - Максимум, на что ты можешь надеяться, когда закончишь эту странную Академию, - это служить в пограничном отряде. Они зовут его Дозор. Кучка детей Правящих и безголовых людей, которые якобы охраняют этот город от нас.

- Вижу, ты зря времени не теряешь,- хмыкнул Лектус, засовывая руки в карманы брюк и скучающе оглядываясь. - Что ещё интересного тебе рассказали твои... одноклассники?

- Многие из них не видят себя в этом городе,- тихо заметила Анна, заглянув в глаза Лектусу. - Но путь назад им отрезан. Так что... Приходится искать альтернативы.

- И какие же?- насторожился Принц: ей удалось, всё-таки, привлечь его внимание. Он был бы наивным дураком, если бы полагал, что Анна успокоится и не станет строить планы, как ей, а заодно и Лектусу, вернуться домой, по пути разрушив мятежный город и поработив всё его население. - Насколько я знаю, здесь никого не держат силой.

- Нет, но многие из тех, кто учится вместе со мной, не могут вернуться, ведь это вторые и третьи сыновья Правящих.

- Ты знаешь, что по законам Водного мира они должны были умереть.

- Как и твоя сестра,- Анна широко улыбнулась. - Но все они живы. Придёт и их время, ведь законы можно поменять, нужно только иметь в рукаве козырь. Так сказать, вескую причину, чтобы нас стали слушать.

- И что это за причина?

- Всему своё время, мой Принц,- улыбка не сходила с её холодного мраморного лица. - Просто знай, что дети Правящих не отверженные. Мы сила. И вскоре ты в этом убедишься.

- Не делай глупостей, Анна. Они приговорят тебя и убьют, если ты навредишь городу,- предупредил Лектус, не питавший особых иллюзий по поводу правосудия людей. - Они следят за вами, слушают вас.

- Нас, Лектус, всех нас,- девушка повела плечиками. - Но и здесь есть места, недоступные вездесущему духу. Этот класс - одно из них. Поэтому здесь так любят устраивать свидания парочки,- она насмешливо огляделась. - Люди. Глупые недалекие существа, решившие, что могут противостоять нам. Они сами позволили Правящим пустить тут корни.

- Анна, остановись, пока не стало слишком поздно. Они не позволят вам...

- Лектус, хватит. Ты не скажешь мне ничего нового. Так что просто знай, что ты, как бы тебе ни заморочили голову, даже здесь являешься Принцем Водного мира,- она подошла и мимолетно поцеловала его в губы, оставив холодный след. - И ты мой. Об этом тоже не забывай.

Лектус только вопросительно приподнял брови: какой смысл отвечать на все её слова, если она его не слышит? Но вот он её прекрасно слышал, и всё запомнил, от этого разговора мысли рождались самые безрадостные. Если Анна и её компания собираются что-то предпринять, чтобы разрушить этот спокойный безопасный мирок, то Ксения снова станет уязвимой. И никакие разговоры о том, что им удастся изменить законы Правящих, его не убедят.

Лектус вздохнул и вышел из класса: пора идти на завтрак, пока кочевник не решил поднять на уши весь город известием, что Принц сбежал и явно замышляет что-то недоброе. Хотя, конечно, вряд ли...

Трапезная уже была полна учеников, от всеобщего гама хотелось зажать руками уши. Люди были слишком несдержанными, слишком шумными и эмоциональными, что в прошлом явно не пошло им на пользу.

За привычным уже столом Лектус разглядел лохматую шевелюру кочевника и рыжие волосы его сестры: девчонка склонилась к Джеймсу и что-то шептала, улыбаясь.

- Ага, конечно,- услышал Принц, подходя к столу. - Посмотри вот на него,- кочевник ткнул пальцем в Лектуса,- и теперь подумай: смог бы я без риска для здоровья провести где-то ночь с его сестрой?

- Что?- не понял Лектус, с подозрением глядя то на Алексис, то на её слегка помятого после сна братца. - Ночь с сестрой?

- Стой, не кипятись,- поднял руку Джеймс. - Просто Лекси сказала, что Ксения не ночевала в комнате, и у сестры возник вопрос, не со мной ли она была. И я, конечно, возмутился,- заметил кочевник, оглядываясь. - Кстати, а где Ксения?

- Вот это я и пыталась выяснить,- фыркнула Алексис, а Принц почувствовал тревогу: куда могла деться его сестра?- С кем она могла бодрствовать всю ночь?

Лектус не стал дальше слушать глупую беседу кочевников: направился к выходу из трапезной. К нему почти сразу присоединился Джеймс: наконец-то на его физиономии проступили признаки осознанного беспокойства.

- Как думаешь, где она? Может, занимается? Или... куда тут отправляют, если кто-то заболел?- кочевник почти наступал на пятки Лектусу, раздражая пустой болтовней. - Что, если...

- Помолчи!- Принц нарисовал дверь в комнату девушек, и Фрей, конечно же, их остановил.

- Зачем вы туда идёте? В комнате никого нет.

- Фрей, я с ними,- из-за спины Джеймса появилась Алексис,- кое-что возьмём.

Проход открылся, и втроём ребята шагнули в спальню девушек, где, как Лектус и предполагал, Ксении не было.

- Лекси, иди и проверь учебные классы, может, кто-то её видел,- Джеймс следил за тем, как Принц обшаривает вещи сестры.

- Ладно,- девушка кивнула и исчезла в голубоватом свечении.

- Ну да, я так и думал,- Лектус нашёл среди вещей сестры на тумбочке записку, адресованную именно ему.

- Что там?- кочевник засунул нос в записку и начал натужно её читать. - 'Твоя сестра у нас. Не делай глупостей. Жди в шесть часов вечера в Холле. Приходи один, иначе она пострадает'. Нужно сказать кому-нибудь!

- Заткнись!- прошипел Лектус, который раздумывал над запиской. - Я не подвергну Ксению опасности, а эти ненормальные явно могут причинить ей боль. Совсем головы поотрывало.

- Что же тогда делать? Ты не можешь пойти один. Они же этого и добиваются!- Джеймс метался по комнате, то и дело дергая себя за волосы. - Раздеру на куски, если поймаю!

- Её точно нет в Академии, внутри,- рассуждал Лектус, сев на кровать сестры. - Иначе Фрей, или ещё кто там у них в шпионах, обязательно бы узнали.

- На улице?! Но там ведь холодно! Она заболеет!- Джеймс шмякнулся рядом с Принцем. - Как ты можешь быть таким бездушным?! Ксения в опасности!

- И что? Какой прок, если я впаду в истерику?

- Я не в истерике! Что мы будем делать?

- Держат её в каком-то из зданий на территории,- Лектус вздохнул, представляя себе, куда бы он спрятал девушку, чтобы около суток её никто не обнаружил. - Наверное, именно на улице они её и схватили, потому что нужно было избавиться от Фрея.

- А я ей говорил не гулять одной вечером!- возмутился Джеймс, но тут же сник под уничижающим взглядом Принца.

- Нужно найти её прямо сейчас. Идём.

Слава Природе, что кочевник не стал снова задавать сто пятьдесят вопросов: поднялся и последовал за Лектусом в нарисованный дверной проём.

Принц, оказавшись в спальне, совсем не был удивлен, когда не нашёл там ни одного из горе-соседей. Что-то ему подсказывало, что без этих... тут точно не обошлось.

- Это они!- удивительно, когда не нужно, мозг Джеймса работал быстро и продуктивно. - Я их...!

- Заткнись уже!- рыкнул Лектус, доставая из ящика платок, а из него- "компас", что ему достался по какой-то странной прихоти ещё более странных гномов. Но штука всё-таки очень полезная.

- Давай найдём их и заставим отдать Ксению!

- Слушай,- Лектус повернулся к товарищу и глубоко вздохнул,- эти трое только исполнители. Они не могли знать о том, что я обязательно брошусь спасать Ксению, они вообще не знают, что она моя сестра, если ты помнишь. Они не могли своими ограниченными мозгами составить этот план. Он составлен тем, кто меня очень хорошо знает.

- Я убью твою мраморную куклу!- тут же возопил кочевник, но Принц успел вцепиться в руку Джеймса.

- Достань кольцо и пошли, надо найти Ксению, пока она не замерзла до смерти, - спокойно изложил свой план Лектус, ледяным взглядом окинув покрасневшего от гнева и беспокойства товарища. - Всё остальное - потом.

Джеймс кивнул, тут же выудил из одного из своих многочисленных карманов и надел кольцо, благо, что Принц его локоть так и не отпустил.

- Перемещаемся во двор,- Лектус показал на "компас" в своей руке, - и ищем.

Им не нужно, чтобы кто-то- даже Фрей- знал, что они уже не в комнате. Наверняка эти гоблины наблюдают за Холлом. По крайней мере, Лектус бы на их месте наблюдал, да ещё и караулил то место, где они держат Ксению.

На улице было светло и холодно; несколько группок детей играли в снежки и катались с ледяных горок. Парочки прогуливались в тени дерева. Ни одной одинокой подозрительной фигуры Лектус не заметил.

- Как мы её найдем?- прошептал кочевник, и Принц вполне понимал его растерянность: во дворе Академии насчитывалась, по крайней мере, пара десятков домиков и построек.

- Смотри на следы. Ночью был снег. Ксения должна быть там, куда мало кто или никто не ходит, иначе её бы уже обнаружили.

- А если она вообще не здесь? Где-то на улице? В городе?

- Включи мозг!- прошипел Лектус. - В город выйти незаметно нельзя, по крайней мере, как мне кажется. А на улице, на морозе, они бы не посмели её держать: если с Ксенией действительно что-то случится, им не только мы с тобой решим головы оторвать. Идём.

- А я знаю, где она!

Ребята подпрыгнули, когда рядом с ними заговорил весёлый бестелесный голос, явно принадлежащий ребёнку. Они стали оглядываться, но никого не увидели.

- А не найдёте,- рассмеялся ребенок,- я спрятался.

- Где Ксения? И откуда ты знаешь?- Джеймс вертел головой, пытаясь обнаружить говорящего.

- А я волшебник, я всё знаю и умею прятаться.

- Кто ты?

- Да плевать, кто он!- Лектус сильно пихнул Джеймса. - Пусть скажет, где Ксения.

- Нет, так неинтересно,- как-то расстроено произнес ребенок, и Лектусу показалось, что он заметил движение справа, словно перетекание воздуха. - Вы должны были меня ловить и пытаться угадать, кто я!

- Ты умственно отсталый, что ли?- зло ухмыльнулся Принц.

- Почему?- снова обиделся голос, и Лектус теперь был уверен, что видел движение.

- Потому что только идиот может торговаться, когда страдает девушка!- парень ловко схватил странный воздух - и в следующее мгновение перед их глазами предстал мальчик в жёлтой шапке и зелёной курточке. Глаза смотрели обиженно, но вся худая физиономия была исполнена озорства. И слишком уж много знакомого было в этом ребёнке. - Тьфу ты!

- Это же брат Ярика!- догадался Джеймс. Сейчас они трое были невидимы для всего остального мира, и, кажется, мальчишке это даже нравилось.

- Как вы это делаете? Становитесь невидимыми?- заинтересовался он, не пытаясь вырваться.

- Покажи, где Ксения, потом расскажем,- кочевник ухмыльнулся мальчишке, и Лектус подумал, что эта пара явно генетически схожа. Двое ненормальных!

- Ладно,- кивнул, подумав, ребенок. - Я Святик.

- Как ты узнал, где Ксения?

- Слышал мысли двух взрослых мальчиков,- пожал плечами Святик, потянув ребят за собой. Лектус и Джеймс поспешили за маленьким магом.

- Ты тоже мысли читаешь?!- возмутился Джеймс.

- Тихо!- рыкнул Принц: разорался тут! Надо было одному идти.

- Она вот там, в домике привратника, только привратника у нас нет,- улыбнулся Святик,- я её слышу. Она хорошая.

- Тогда почему ты никому не сказал, что она там?!- кочевник опять насупился.

- Почему никому? Я вам сказал,- улыбнулся Святик, вывернулся из рук Лектуса- и опять растворился в воздухе.

- Как он это делает?- изумился Джеймс.

- Плевать,- пожал плечами Лектус и достал компас. - Нужно переместиться на крыльцо, чтобы не оставлять следов. Не хочу, чтобы те, кто её похитил, раньше времени узнали о том, что шантажировать меня уже нечем.

Перемещение заняло долю секунды. Кочевник явно не успел сориентироваться- и чуть не рухнул в сугроб с крыльца. Лектус поймал его двумя руками, закатив глаза.

Дверь оказалась закрыта на щеколду. Лектус огляделся, но никого не заметил. Внутри- темнота и холод нетопленного помещения, запах затхлости и металла.

- Ксения!- Джеймс дернулся вперёд и чуть не убился, споткнувшись обо что-то на полу. Лектус отпустил его: хочет- пусть ломает себе ноги.

- Слон,- покачал головой Принц, оглядывая тёмное помещение: окна закрыты ставнями с наружной стороны. - Ксения, ты тут?

Лектус прислушался: легкий шорох раздался в дальнем конце домика, и кочевник туда уже перемещался, что-то круша на ходу. Да уж, только глухой не услышал теперь, что они тут.

- Ксения!- радостно закричал Джеймс, метнувшись куда-то за старый шкаф, и Лектус почувствовал, как в груди что-то отпустило, стало легче дышать. А он и не замечал этого.

Сестра сидела на полу со связанными руками и ногами. Джеймс уже достал из её рта какую-то тряпку, и Ксения кашляла.

- Ты как?- Принц не стал подходить ближе: девушке хватит заботы кочевника, который растирал её ладони, развязывал путы и одновременно умудрялся то приобнять её, то коснуться немного спутанных волос. - Они ничего тебе не сделали?

- Нет,- хрипло ответила она,- я только замерзла. И испугалась.

- Ничего, уже все хорошо,- Джеймс натянул на ладошки Ксении свои варежки, потом стянул куртку и укутал девушку, беря на руки. - Лектус, кольцо в кармане.

Принц кивнул, забрал артефакт, и вскоре они все трое снова перестали быть видимыми.

"Компас" перенёс их напрямую в спальню, где, вне себя от беспокойства, сидела Алексис.

- Вы нашли её! - она вскочила, обрадованная, когда они материализовались посреди комнаты. Джеймс тут же опустил Ксению на кровать и попытался закутать одеялом, но девушка лишь рассмеялась, отталкивая его.

- Всё в порядке, мне просто нужно раздеться и немного поспать,- произнесла она, стараясь успокоить обоих парней, но Лектус вряд ли был сейчас способен успокоиться.

- Отнеси её в госпиталь, пусть её там осмотрят,- кинул Принц товарищу, взглядом показывая сестре, что спорить бесполезно. Она вздохнула, но ничего не сказала.

- А ты что будешь делать?- насторожился Джеймс, помогая Ксении снять верхнюю одежду, а потом поднимая её на руки. Было заметно, как смутилась девушка, но Лектус уже начинал привыкать к этим её странным реакциям на кочевника.

- Пойду на занятия,- пожал плечами Принц.


- Иди, пожалуйста, к себе,- Ольга мягко коснулась рукой плеча Джеймса, спящего у кровати Ксении. Он вздрогнул и сел прямо, словно и не закрывал глаз. - Иди, она проспит до утра.

- Как она?- хрипло спросил парень, сонно протирая глаза и приглаживая непослушные волосы. Он обеспокоенно взглянул на золотоволосую девушку, тихо спящую на постели, отгороженной от остального помещения лазарета ширмой.

- Все хорошо. Иди,- женщина подала Джеймсу куртку, которая лежала на спинке кровати. - Уверена, что твой друг уже ждёт тебя, чтобы поведать о своих приключениях.

- Какой друг?- насупился парень.

- Ну, тебе виднее.

- Каких приключениях?

- Он привёл со двора двух неплохо избитых парней, которые хором утверждают, что упали с ледяной горки,- Ольга неодобрительно покачала головой. - Я согласна: девушек надо защищать,- она показала на спящую Ксению, у которой ещё недавно заживляла на запястьях следы от веревок,- но насилие порождает только насилие.

- Чего вы мне-то это говорите?- фыркнул Джеймс, но женщина была уверена, что кочевник жалеет, что его там не было. Люди любят прикрывать свою жестокость благородными мотивами. Но ведь Принц не был человеком... Мальчишки.

- Иди.

- А где те, кого привёл Лектус?- Джеймс вышел из-за ширмы и стал разглядывать другие кровати, но Ольга подтолкнула его прочь: здесь он мог увидеть не только воспитанника, который поплатился за своё желание причинить вред Принцу Водного мира через его сестру, но и Александра, которому, по словам Эйлин, оставались считанные часы до превращения. За одной из ширм был виден силуэт эльфийки: вряд ли она теперь отойдет от мужа хотя бы на минуту.

- Иди, завтра у тебя трудный день,- Ольга нарисовала дверь в спальню мальчиков.

- А тут бывают лёгкие?- фыркнул Джеймс. - Я приду утром,- прозвучало это как угроза, но Ольге было всё равно: её дежурство по лазарету закончилось час назад. Она бросила последний взгляд на тень Эйлин и шагнула в проём.

В комнатах, что выделил им с Лукасом Ярик, было темно и тихо: старый друг целый день где-то бродил, но, по словам Фрея, территорию Академии не покидал. Ольга вздохнула: думать о том, что случилось с Лукасом и почему, у неё не было сил. Наверное, даже не сил- эмоций, так будет вернее.

Она взяла свою куртку, замотала шарф и вскоре вышла из высоких дверей Академии в морозный воздух. Странно, но теперь у нее вошло в привычку появляться на улице в темноте: она скоро забудет, как выглядит Древо при дневном свете зимнего солнца.

- Эй!

Она оглянулась на голос, но никого не увидела. Ну, конечно.

- Святослав, выходи,- в темноте было сложно заметить мальчика-хамелеона, а вот днём она несколько раз ловила его в лазарете: Святик явно пытался пробраться к отцу, но его не пускали.

- Ярик расстроится, что ты ушла,- мальчишка появился из темноты, ошеломляя своей расцветкой: красная шапка, жёлтый шарф и ярко-зелёные унты терялись на фоне оранжевой куртки и фиолетовых варежек. Ольга даже сморгнула и решила сосредоточить взгляд на озорном личике с розовыми от мороза щеками.

- Я ещё не ушла. Ты почему здесь?

- А я всегда здесь,- улыбнулся Святик. - И я следил за Защитником.

- За Лукасом?- удивилась Ольга: даже не тому, что шестилетний сын Эйлин почему-то решил следить за лесным гостем, а тому, что он знает об уникальном даре Лукаса. Насколько знала Ольга, сейчас в Академии был лишь один Защитник, и то ещё совсем "сырой" и слишком влюблённый, чтобы уделять время постижению редкой науки.

- Пойдём, я тебе покажу!- заговорщицки прошептал Святик, хватая женщину за руку и утягивая прочь с тропинки в темноту, в сторону от ворот- туда, где все сильнее был слышен шум Синей реки, разбивавшейся о камни, падающего вниз Водопада Родства.

Ольга позволила мальчику вести её за собой, ступая по глубоким сугробам. Она хорошо видела в темноте: в Дозоре их многому учили, и сейчас ей не было страшно. К тому же, чего бояться на территории Академии в компании мальчика, который слышит чужие мысли и умеет сливаться с окружающим пейзажем? В компании Святика, как и в присутствии его брата, не было ни страшно, ни больно.

- Смотри,- прошептал Святик ей на самое ухо, когда шум реки стал почти грохотом, а впереди появилось подвижное синее сияние. Святик присел на корточки, и Ольга последовала его примеру, вглядываясь в то, что ей показывал мальчик.

Почти на самом берегу реки стоял Лукас, его было очень хорошо видно в подвижном голубоватом сиянии, которое кружилось вокруг него, словно сгустки энергии. И чем больше свечение двигалось, тем ярче оно становилось.

- Подводные феи,- вырвалось у женщины, когда она увидела, как ещё несколько фонариков появились из воды и присоединились к танцу света вокруг стоящего Лукаса. Мужчина протянул руку- и вот на его ладонь присело маленькое существо, крылышки за спиной феи трепетали, с них капала вода.

- Не только,- Святик показал рукой куда-то в сторону, и теперь она заметила, что на берегу, кроме Лукаса и фей, есть ещё много разных живых существ. Она почти сразу увидела волков, что лежали на самом берегу, серым выделяясь на фоне снега. К ногам Лукаса бочком подбирались странные существа, похожие на одетых бобров, только с носиками-хоботками и смешными ушами, прижатыми к затылку. Наверное, это они издавали в морозной тиши хрюкающие звуки. Самый маленький из них прижался к ноге Лукаса и обвил лапками.

Ольга улыбнулась и посмотрела на Святика: мальчик восторженно следил за вознёй двух зайчат, которые даже не обращали внимания на присутствие волков. Откуда-то от водопада к Лукасу подлетело зеленое облако, которое с феями устроило возню, освещая все вокруг: и реку, которая ещё не покрылась льдом, и волков, и смешных существ у ног Лукаса, и зайчат. Там, где пролетало зеленое облако, из-под снега появлялись бутоны фиолетовых цветов, и они тоже светились. И снег искрился, словно покрытый драгоценными камнями. А посередине всего этого стоял Лукас, лицом к реке, и Ольга не знала, как ему это удается и о чём он думает, стоя посреди магического мира в своём самом прекрасном проявлении.

- Он и есть магия,- прошептал Святик,- часть этого мира. А ты- нет.

Ольга посмотрела в глаза мальчишки: детские, смешливые глаза ребенка, который может слышать много того, что недоступно другим людям. Наверное, поэтому он иногда говорил слова, которые не ожидаешь услышать даже от взрослого. Такое же ощущение было у неё, когда она общалась с Яриком. Тогда, раньше. Мудрость братьев не была дана им от рождения, они впитали её вместе с мыслями этого мира.

- Всё будет хорошо,- Святик на миг обнял её, и Ольга замерла, не зная, как реагировать. - Кстати, скажи твоему другу, что я всегда мечтал познакомиться с Беготом.

Она понятие не имела, кто такой Бегот, но Святослав не дал ей шанса спросить: он буквально растворился в морозной темноте, оставив Ольгу наедине с магическим миром, центром которого сейчас был Лукас.

Она вздрогнула, когда что-то коснулось её ноги: из темноты на неё смотрели два пугливых глаза на сморщенной пушистой мордочке. Зверёк был похож на енота, только передвигался на задних лапках и смешно шамкал губами.

- Привет,- прошептала Ольга, осторожно протягивая к незваному гостю руку. Он отскочил и замер, все ещё глядя на неё, словно приманивая. Она вздохнула и поднялась на ноги, осторожно ступая. Зверёк тут же побежал, смешно перебирая лапками, к Лукасу.

И внезапно всё закончилось: словно погасили свечи. Темнота окутала берег, только шум воды все ещё гремел в ушах.

- А, это ты,- услышала она голос Лукаса,- дай руку.

Она ощутила его пальцы, сжавшие локоть, и увереннее подошла к нему, пытаясь разглядеть берег.

- Прости, я всех распугала.

- Они вернутся,- хрипло ответил Лукас,- они всегда возвращаются. Они здесь живут.

- Я никогда их не видела,- прошептала Ольга, всё ещё сожалея, что своим появлением прекратила эту сказку.

- Ты не смотрела,- в голосе Лукаса была, кажется, горечь, но женщина не была в этом уверена. - У тебя была своя магия.

- Ты и раньше с ними... встречался?

- Садись,- вместо ответа мужчина подвел её к берегу: там было упавшее дерево, свободное от снега. Ольга осторожно опустилась на него, глядя на бегущую прочь тёмную воду. Лукас сел рядом, он молчал и почти не двигался. - Они вернутся.

Несколько минут прошли в темноте, а потом она увидела: под водой медленно и как-то несмело загорелись огни, они поднимались к поверхности, пока не взвились в воздух. Сквозь шум воды не сразу, но донеслись до Ольги тихие голоса подводных фей: они словно напевали какую-то едва слышную мелодию.

- Они тебя знают,- спокойно проговорил Лукас. - Они всех нас знают.

Ольга заворожено следила за феями, что уже смелее кружились в воздухе. Их становилось всё больше и больше, пока к ним не присоединился зелёный туман, и берег снова засиял красками, и теперь она сидела посреди этого чуда зимней ночи. И в свете фей из темноты снова выступили смешные существа, передвигавшиеся бочком, а крошка, похожий на енота, примостился рядом на бревне и преданно смотрел женщине в глаза.

- Беготы трусливы, поэтому умеют очень быстро передвигаться, хоть и делают вид, что похожи на раков,- тихо пояснил Лукас, кивнув на смешных существ, что уже подошли и замерли. Самый маленький снова вцепился в ногу Лукаса. - Очень преданные, и могут пробраться в любую щель- хоть среди камней, хоть под водой. Тут есть свои, но эти не местные. Пришли за мной.

Ольга уже иначе посмотрела на существ, которых называли Беготами: словно это была семья, которую Лукас ей представлял.

- И много их? Беготов?- тихо спросила Ольга, боясь их снова спугнуть.

- Много. Здесь живут где-то около двухсот, они те ещё хитрецы. Находят норки бобров и выгоняют тех. Так и живут. Вот эти пока ещё в поиске,- Лукас протянул руку и погладил голову малыша, что прижался к его ноге. Ольга оторвала взгляд от играющих фей и посмотрела на Лукаса: в свете магических существ он казался очень усталым и даже измождённым, но при этом каким-то умиротворённым.

- Ты вернёшься туда? Домой.

- Пока нет. Сфинкс попросил помочь с Защитником,- покачал головой Лукас.

- Ты остаешься только из-за этого?

- Нет,- он наконец-то повернул к ней лицо. Ольга пристально смотрела в его глаза, пока он не отвернулся. Лукас поднялся, и от этого резкого движения мир снова погас, и существа разбежались с тихим шорохом. - Идём, тут холодно.

- Умеешь ты все испортить,- заметила Ольга, вставая. Он только хмыкнул в темноте, и впервые за долгое время ей захотелось улыбнуться.


## Глава 9. Тайны Дозора


- Проснись.

Он нахмурился, сжимая покрепче глаза, отказываясь их открывать. Отстаньте!

- Да проснись же ты!

Его больно пихнули в бок локтем, и Джеймс зашипел, подымаясь с рук, на которых уютно спал.

- Ну, что?- проворчал он, сердито глядя на бледного Принца, обложенного книгами.

- Ничего, просто тут с тобой разговаривают,- хмыкнул Лектус, поигрывая палочкой для письма между пальцами. Парень кивнул на фигуру, застывшую перед столом, за которым они сидели- или кто-то сидел, а кто-то полулежал- и ухмыльнулся, возвращаясь к какой-то книге.

Джеймс протёр глаза, пытаясь вспомнить, в какой момент они оказались в библиотеке. Ах, да, Фауст отменил занятие перед обедом, и почему-то кто-то- кочевник покосился на товарища- решил, что им непременно нужно сходить в библиотеку, потому что после обеда у них первые практические занятия.

Библиотека. Фу! Пыль и затхлость.

- Вы пришли сюда спать?

Джеймс вспомнил, что его разбудили вовсе не для того, чтобы он смог внутренне поворчать на Лектуса. Он поднял глаза на фигуру, что вытянулась перед столом. Тьфу, ещё один отпрыск Правящих! Сколько их тут?

Парень был старше двух друзей года на три-четыре и отличался безупречной красотой, словно вырезанный из какого-то светлого камня. В общем, каменный идиот с летучей мышью на плече. Потомку кровопийц- кровососущий питомец. Мерзость!

- А что, спать тут запрещено? Не видел нигде указателя,- огрызнулся Джеймс, глядя на блондина. Кочевник даже не знал, что ему больше не нравится в облике этого совершенного мрамора: длинные светлые волосы, собранные под "резинку", или большие глаза, смотревшие с пренебрежением.

- Нет, но ваше сопение отвлекает других воспитанников, к тому же спать удобнее в постели,- заметил библиотекарь, поглаживая кончиком пальца дремавшую мышь. - Всё равно вы попусту тратите свое время здесь.

- А, по-моему, пустая трата времени- это учиться волшебству, а потом перебирать пыльные книги в библиотеке,- фыркнул Джеймс. Он мог бы поклясться, что сидевший рядом Лектус, изображавший мега-ученика, издал едва слышный смешок.

- Тед! Тедди, помоги, пожалуйста,- в их беседу вмешалась миловидная девчонка, наверное, ровесница Алексис. Она равнодушно посмотрела на ребят за столом, а потом ласково улыбнулась блондину. - Не могу найти сборник по превращениям, поможешь?

- Конечно,- спокойно ответил Тед. Он обернулся- и спустя всего несколько секунд откуда-то из-за стеллажей вылетела толстая книга в кожаном переплете и зависла перед девушкой. - Эта?- библиотекарь даже не взглянул на воспитанницу, его взгляд был прикован к Джеймсу, но кочевник лишь усмехнулся: невелика способность заставлять летать книжки. Вообще ни о чём.

- Спасибо,- девушка схватила фолиант и умчалась обратно, к занятым в другом конце библиотеки креслам.

- Ещё что-то?- Джеймс чуть наклонил голову, выжидательно глядя на Теда. Чего он тут застыл?!

- Нет, просто в следующий раз возьмите с собой подушку, будет удобнее,- и книжный червь отправился к стеллажам, скрывшись за ними.

- Обязательно возьму- чтобы ею тебя придушить,- проворчал кочевник, обратно опуская голову на руки и поворачиваясь лицом к занимавшемуся Лектусу. Тот усмехался, не сводя глаз со страницы, по которой водил палочкой. - Чего ты такой довольный?

- Радуюсь тому, какой ты стал воспитанный, даже не врезал этому Теду за то, что он помешал тебе спать. Да ещё советы давал. Когда Хариус посмел сделать подобные замечания в твой адрес, ты подставил ему подножку, и он разбил нос.

- Заслужил, рыба лупоглазая,- фыркнул Джеймс, мечтательно улыбаясь при воспоминании о лице ненавистного воспитателя, где образовался нос размером с картофелину, причем синюю. - А этот... червь просто застал меня в хорошем настроении.

- С чего бы это? Обеда ещё не было.

- Зато не было занятий у Фауста, там особо не поспишь. И чего это он сегодня всё отменил? Свидание у него что ли?- Джеймс зевнул, привлекая сладкими звуками взгляды ребят, что занимались неподалеку.

- Не знаю, забыл спросить, поинтересуйся в следующий раз,- Лектус отложил палочку и, наконец, посмотрел на друга. - До того, как начать храпеть, ты собирался изложить мне свой гениальный план, как мне переговорить с Анной.

- А, ну да,- Джеймс почесал затылок, даже не поднимая головы. - На самом деле я просто хочу повыдергать ей волосы за то, что она сделала с Ксенией...

- Не сомневался, но не стоит, у неё слишком много будет в этот момент защитников. К тому же... мужчины не должны обижаться на женские глупости,- Лектус снова вернулся к своей книге, оставив кочевника с открытым ртом.

- Чего?- не понял Джеймс, даже привставая. - Ты сам понял, что сказал?

- Ничего, забудь,- улыбнулся Принц. - Мы просто с ней поговорим. Её план не удался, поэтому не стоит из-за этого устраивать истерику.

- А как же месть?!- возмутился Джеймс.

Лектус смерил его скептическим взглядом:

- Оставь месть тому, кто может осуществить её в нужный момент и с холодной головой. Ксения в безопасности, я никого не убил, меня не выкинут из города- всё, инцидент исчерпан на данный момент.

- Значит, все было именно для этого? Чтобы ты убил кого-то из людей из-за Ксении, и тебя изгнали обратно, к кровопийцам?- прошептал Джеймс: ему и в голову не приходило, что всё было направлено именно на это.

- Я могу только предполагать. Но мне нужно попасть туда, где живут Анна и её сотоварищи по разуму, что возвращает нас к твоему так и не озвученному плану,- Лектус внимательно посмотрел на Джеймса. - Ну?

- И чего ты строишь из себя примерного ученика?- кочевник зевнул, бросив один взгляд на стопку книг, лежащую справа от Принца. Скукота. - Ну, зачем ты делаешь этот вид, что с детства мечтал стать магом, прямо нырнул с головой в учёбу...

Лектус вздохнул с видом человека, который собирался объяснять простые истины ребёнку:

- Обучение, мой тёмный лохматый друг, - одно из самых важных и необходимых способов постижения мира.

- Чего?!- брови Джеймса соединились над переносицей. - Сам понял, что сказал?

- Это та самая истина, от которой почему-то ушли люди. То, что позволило Правящим так легко вас одолеть.

- Ага, а сила и практическое бессмертие тут совершенно ни при чём,- проворчал кочевник.

- Чтобы принять правильное, верное решение, нужно обладать максимумом информации и знаний. Именно на этом строится система принятия решений, по крайней мере, именно этому меня учили. Ты только тогда сможешь сделать верный шаг, когда проанализируешь всю информацию по вопросу. И именно этим мне нужно заняться, посетив место обитания несостоявшихся Правящих. Давай уже твой план.

Джеймс ещё некоторое время хмурился, а потом решил просто забыть заумные рассуждения товарища. И улыбнулся.

- Я слышал, как один из этих недо-кровососов сказал, что из его окна с высоты птичьего полета прекрасный вид. Наверное, этой глупостью он пытался заарканить одну из этих кукол,- скривился Джеймс.

- Кукла в твоем понимании- дочь Правящего? Тогда расскажи, почему мне нельзя тебя ударить за то, что оскорбляешь мою сестру?- светски осведомился Лектус, возвращаясь к своей писанине, явно решив, что не дождётся уже ответа на свой вопрос.

- Ксения другая, она не попала под влияние этих кровопийц,- расплылся в улыбке кочевник. - Кстати, нужно к ней зайти до того, как мы пойдём искать опять твоих бывших сородичей.

- А мы всё-таки пойдём?- хмыкнул Принц, не отрывая взгляда от книги. - Ты созрел?

- Ну, да. И странно, что ты сам не догадался. Мы пойдём, как обычно, через вон ту дверку,- Джеймс махнул рукой в сторону закрытой секции, где хранились книги основательницы Академии.

- Не говори мне, что ты до сих пор не отдал ключи Ярику?- Лектус вопросительно приподнял брови и взглянул на друга.

- Отдал,- хмыкнул Джеймс,- но ведь у тебя есть волшебная игрушка, этот твой компас. Мы на той лестнице уже были, так что...

- Ну да,- кажется, Принц кровососов впервые понял, что кто-то может быть более догадливым, чем он. - Давай, идём, нужно взять быстро кольцо и компас, чтобы не опоздать на первое после обеда занятие,- Лектус поднялся, складывая в стопку книги.

- Лучше уж пообедать, а потом идти искать твою Анну, занятие можно и пропустить,- кочевник тоже поднялся, чувствуя, что немного отдохнул и наверстал недостающие часы сна. Почаще бы Фауст отменял уроки!

- У меня иногда складывается ощущение, что, когда ты поглощаешь по утрам по две миски овсянки, эта самая овсянка оседает в твоей голове, выдавливая мозг наружу,- усмехнулся Лектус.

- Чего это?!

- Фауст предупредил, что кто пропустит первое практическое занятие с наставником, будет наказан, и в выходные не пойдет в город,- Лектус покачал головой, взял книги и направился к полкам, чтобы, видимо, вернуть их на место.

Джеймс остался стоять у стола с открытым ртом: то есть в выходные их выпустят из этой резервации на свободу?! Как он мог пропустить такую замечательную новость?!

- Идём, или так и будешь тут стоять с видом, что обнаружил вместо мозга овсянку?- с усмешкой спросил Лектус, вернувшись. Он скатал в свиток свои записи и направился к постоянно мерцающей двери, ведущей во все концы Древа из библиотеки.

- Я зайду к Ксении, кольцо у меня с собой. Встретимся там,- улыбнулся кочевник и первым юркнул в проход, правда, сначала он только уткнулся лбом в мерцающую стену, пока Фрей спрашивал позволения у девушек, что могли быть в спальне Ксении. Со второй попытки Джеймс всё-таки смог проникнуть в дверь, и буквально вывалился посередине комнаты.

- Очень изящно,- раздался смешливый голос в тот момент, когда парень крепко встал на ноги и нашёл взглядом сестру Лектуса. Ксения полулежала на кровати, укрыв ноги одеялом. В её изножье сидела София.

- Я не вовремя?- Джеймс взлохматил волосы на затылке и широко улыбнулся, встретившись взглядом с Ксенией. Она выглядела уже намного лучше, даже бледность пропала с лица.

- Проходи,- проговорила девушка.

- Ладно, я пошла,- закатила глаза София, поправила очки и поднялась. Взяла с тумбочки у своей кровати книгу и почти сразу исчезла в мерцающем проёме, оставив ребят одних.

- Я соскучилась,- улыбнулась Ксения, удобнее садясь на кровати и поправляя "косу".

- Я хотел зайти к тебе с утра, но эта рыбина Хариус опять устроил скандал по пустякам,- Джеймс сел рядом с девушкой и сжал её холодную руку, грея своими большими ладонями тонкие пальчики.

- Что ты опять натворил?- с улыбкой спросила Ксения, придвигаясь поближе к другу.

- Ничего я не творил,- фыркнул кочевник. - Просто Фрей так рано и так внезапно будил, что я не выдержал и засунул ему в... рот ботинок. А этот наглый дух просто взял и появился в другом месте, а ботинок остался торчать в стене,- пожал плечами Джеймс, не отводя взгляда от Ксении. - Так что я прослушал очередную лекцию о нарушении дисциплины и отвратительном отношении к школьному имуществу. Как будто кто-то умрёт из-за того, что один мой ботинок торчит из стены...

- А где Лектус? Я переживаю за него.

- Зачем за него переживать? Все нормально.

- Боюсь, что он что-нибудь натворит из-за того, что... со мной случилось,- Ксения поежилась, и Джеймс поправил на ней одеяло, подоткнув со всех сторон. Девушку только вчера отпустили из госпиталя, и мать Ярика уверяла, что уже после обеда она сможет идти на занятия, хотя Джеймс не был с этим согласен. Но кто его послушает?

- Ничего он не натворит, не переживай,- расплылся в улыбке кочевник. - Те... в общем, он поговорил с теми замечательными парнями, и теперь они его лучшие друзья. Они больше не тронут ни тебя, ни его.

- Что Лектус с ними сделал?- Ксения немного побледнела.

- Эй, стоп, ничего он не сделал,- Джеймс приобнял девушку, заглядывая в обеспокоенные глаза. - Все хорошо. Просто Лектус иногда читает умные книжки, ну, и там он прочёл, что тут есть один закон. В общем, если человек причинит вред или убьет отпрыска кровососов, или наоборот, то виновник этого без всяких исключений изгоняется из города. Навсегда. И эти трое... человеческих детенышей признали, что лучше им дружить с Лектусом, чем быть изгнанными отсюда за то, что они с тобой сделали. Как-то так,- Джеймс улыбнулся, радуясь, что ладони Ксении согреваются. - Все хорошо.

- Ладно,- кивнула она,- но ведь тут есть ещё по меньшей мере сотня таких же, кто может навредить ему и тебе.

- Ксения, я запрещаю тебе беспокоиться о нас, все под контролем, я не дам в обиду твоего брата...

- Теперь я абсолютно спокоен и буду без тревоги спать под твое сопение по ночам,- с насмешкой проговорил появившийся в комнате Лектус.

- Эй, почему ты сюда вваливаешься без спроса?!- возмутился Джеймс под смех Ксении. - Фрей, ты вообще уже разленился? Или у Принца теперь привилегии?!

- А что ты так всполошился?- поднял вопросительно бровь Лектус. - Что я тут мог застать?

- Не твоё дело,- проворчал Джеймс.

- Это я сказала Фрею, чтобы он пропустил Лектуса, когда он придёт вслед за тобой,- с улыбкой пояснила Ксения, погладив кочевника по щеке.

- А откуда ты знала, что он придёт?- парень почти сразу оттаял, расплываясь в улыбке.

- Да вы же в последнее время неразлучны,- рассмеялась девушка, отпуская руку друга. - Иди уже, уверена, что у вас намечены интересные дела.

- Ничего у нас не намечено, и мы вполне разлучны,- пробурчал Джеймс, вставая и сердито глядя на Лектуса. Не мог прийти немного попозже! На занятия он торопится!

- Увидимся на послеобеденных уроках,- Ксения старалась не рассмеяться, глядя на двух друзей. - Я захвачу с обеда для вас бутерброды.

- Спасибо,- Лектус кивнул Ксении и повернулся к Джеймсу. - Ты долго будешь дуться? Как заметила моя сестра, у нас были планы.

- Ой, не занудствуй,- отмахнулся парень, доставая кольцо. - Давай свою игрушку,- вздохнул он и в последний раз улыбнулся Ксении. Она помахала ребятам и в тот момент, когда они исчезли из вида, взяла с тумбочки свиток и начала его читать.

- Значит, идем вверх?- прошептал Джеймс, когда они тихо материализовались на лестнице возле двери, что вела в библиотеку. Здесь ничего не изменилось, стояла полная тишина.

- Это была твоя идея,- заметил Лектус, убирая свой компас в карман и начиная подниматься по деревянной лестнице.

- Может, на обратном пути зайдем в столовую, где флоки сидят? А то мы ведь обед пропускаем,- вздохнул Джеймс, идя следом за другом и крепко держа его за предплечье.

- Если заткнёшься- обещаю подумать!- прошипел Лектус, и кочевник только закатил глаза: даже спросить нельзя.

Они поднимались медленно, прислушиваясь к шорохам и звукам. Ещё не хватало наткнуться на очередного зайца-мутанта или на Фауста. Кто знает, где он шляется в то время, когда занятия отменил?

Джеймс начал уже задыхаться, когда им попалась первая дверь в стене, но она была крепко закрыта. Как ни дёргали парни ручку, она не поддалась.

- Идём дальше,- решил Принц, и кочевник не стал возражать: этот маниакальный тип всё равно не успокоится, пока не найдёт эту свою куклу. Надо бы ему найти какую-нибудь адекватную нормальную девчонку, может, всем вокруг стало бы легче жить.

Вторая дверь им попалась через два поворота, и одновременно ребята услышали шаги и голоса: несколько человек спускались по лестнице. Ребята переглянулись. Джеймс дёрнул ручку двери, она поддалась, и через какие-то мгновения они оба оказались в странной комнате, где, несмотря на отсутствие окон и источников света, не было темно.

- Ух ты,- выдохнул тихо кочевник, подняв глаза к потолку и понимая, что над ним- высокое тёмное небо с яркой луной и звёздами. - Как такое может быть? Сейчас же день!

- Конечно, такого не может быть в дереве, напичканном волшебниками,- тихо хмыкнул Лектус, прислушиваясь к звукам снаружи. Видимо, Принца мало интересовали чудеса комнаты, а Джеймс решил не тратить зря время и осмотреться.

Комната была небольшая, посередине стол с маленькой выемкой в форме треугольника. Две стены от пола до потолка заставлены шкафами с десятками маленьких ящичков. Джеймс открыл один из них, но не нашёл ничего интересного: какие-то свитки, зеркальце, книга, ещё что-то.

Парень закрыл ящик и обернулся к третьей стене, где не было шкафов. В верхней части были написаны слова, а под ними- что-то похожее на нарисованный щит с двумя башнями.

- Похоже на герб и девиз,- Лектус подошёл и встал рядом с Джеймсом, изучая стену. - "Мы не за и не против, мы между".

- Что это значит?- нахмурился кочевник, изучая рисунок на гербе.

- Это, судя по всему, девиз Дозора.

- Какого Дозора?- не понял Джеймс, подходя к стене ближе и рассматривая два столбца слов и чисел, что шли почти до самого пола.

- Меньше нужно спать на занятиях,- спокойно заметил Лектус. - Это что-то типа внутренней армии, которая охраняет границы Северного города. Там ещё служила наша преподавательница по танцам.

- Да? Интересно, я бы хотел туда попасть,- кочевник прочёл заголовки столбцов и тут же подумал, что стоит подумать прежде, чем проситься в Дозор. - Смотри, это списки пропавших без вести и погибших,- Джеймс вел пальцем по написанным на стене именам, каждое из которых сопровождалось числом.

- Очень трогательно,- хмыкнул Лектус, отходя к двери и слушая, видимо, свободен ли путь.

- Даже не знаю, что лучше: погибнуть или пропасть без вести. Ведь тогда у твоих родных ещё остается надежда, что ты вернёшься,- Джеймс почесал в затылке, читая имена. - Может родные все ещё ждут вот этих Ганса, Сашу, Электру, Майка, Иоха...

- Как ты сказал?- Лектус резко обернулся и посмотрел на друга.

- Иоха, это имя такое.

- Нет, раньше,- Принц подошёл к тому месту, где стоял Джеймс и очертил пальцем столбец из имён, остановившись на слове "Электра". - Не может быть.

- Что?

- Мою мать зовут Электра,- холодно ответил Лектус, не отрывая взгляда от имени и числа рядом.

- Ты...? Ты думаешь, что твоя мать...?

- Я, по-твоему, прорицатель?- вскипел Принц. - Это число,- он оглядел комнату и резко сорвался, подходя к шкафам и что-то ища. Джеймс решил пока созерцать, потому что в его голове не могла уложиться мысль о том, что мать наследника Водного мира, жена Кровавого Байрока была здесь, в городе магов, да ещё служила, судя по всему, в Дозоре!

Лектус остановился у шкафа и осторожно выдвинул один из ящиков. Ну, конечно, ведь они все пронумерованы!

- Что там?- Джеймс подошёл к другу, через его плечо глядя на содержимое. Лектус вытащил ящичек и положил его на стол. Там почти ничего не было: пара листков, кулон, кольцо, треугольный камешек, гребень для волос и пара заколок.

Лектус взял исписанные свитки, Джеймс настороженно следил за ним, потом тоже начал читать написанное.

- Бред полный,- выдавил Принц спустя некоторое время, и кочевник мог его понять: на свитке была изложена краткая биография Электры Тедис, которая родилась в Северном городе и в возрасте семи лет была отдана в Академию с явными способностями к превращениям. Родилась она в семье людей без всяких магических данных: её мать Ксения была учительницей, а отец Тедис- кузнецом. Электра окончила Академию в семнадцать лет, выбрала для себя работу в Дозоре. Была обручена с коллегой Невием. В возрасте двадцати лет покинула Северный город с заданием Дозора. С тех пор считается пропавшей без вести.

- Да уж, вот это новость,- растерянно произнес Джеймс, видя в данной биографии вполне очевидные подтверждения того, что мать Лектуса прибыла в Красный город отсюда, из Академии магов.

- И что это меняет?- Лектус сложил всё обратно и вставил ящик в шкаф.

- Это многое меняет!- возмутился Джеймс. - Ты...

- Я сын Байрока, наследник Водного мира,- отрезал Лектус, холодно посмотрев на друга. - Моя мать, кем бы она ни была в прошлом, выбрала свой путь. Она Правящая.

Джеймс поёжился от интонаций, что звучали в голосе Принца, осознавая, что, наверное, эта Электра должна была на многое пойти, чтобы стать женой Кровавого Байрока. Но ведь она спасла Ксению, и это тоже говорит о многом.

- Твои бабушка и дедушка вполне могут до сих пор жить в городе,- тихо заметил Джеймс, но услышать ответ Лектуса он не успел: на лестнице были ясно слышны шаги, а потом начала открываться дверь.

Кочевник быстро надел кольцо и схватил Лектуса за руку. Тот кивнул, и они медленно отошли к стене с гербом, следя за тем, как в комнату тихо вошла и затворила за собой дверь Ольга, их учитель танцев. На ней было, как всегда, тёмное платье; волосы заплетены в "косу".

Она подошла к одному из шкафчиков и выдвинула ящик, достав оттуда треугольный камень. Точно такой же Джеймс видел в ящике Электры. Ольга села за стол и осторожно вставила камень в выемку посреди стола. Сначала ничего не происходило, а затем из стола тонкой голубоватой дымкой поднялся силуэт.

Это были голова и плечи молодого мужчины с короткими волосами и острым носом. Дымчатый мужчина улыбался. И тут он заговорил, отчего Джеймс вздрогнул. Ольга же, казалось, именно этого и ждала. Почти сразу по её лицу покатились слезы, и парни переглянулись, понимая, что вторгаются во что-то очень личное.

- Очень странная эта традиция- оставлять прощальное слово, уходя на задание. Словно расписываешься в том, что собираешься умереть,- голос мужчины был полон веселья, на лице играла усмешка. Лектус достал из кармана компас, и Джеймс кивнул: им нельзя это видеть и слышать, а выйти незаметно не получится. Стрелка закрутилась, но ничего не произошло.

Видимо, в некоторых помещениях Академии просто так пользоваться магией и артефактами нельзя. Ну, и куда им деться от этой интимной сцены? Джеймс попытался не смотреть на плачущую Ольгу, которая не отрывала взгляда от лица кого-то, кто, видимо, уже был мертв. Но вот не слышать он не мог.

"Оля, милая, если все-таки так случится, что ты будешь это смотреть, я тебя прошу только об одном: будь сильной. Я знаю, что ты справишься, справишься со всем. Я всегда восхищался этой твоей силой, с самого первого дня, как ты вошла в нашу комнату за той железной дверью. Девочка-легенда. Дочь Северного наместника, подружка Ярика-эльфа. А я был всего лишь вторым сыном Правящего с Забытых островов, у которого и ценного-то только кольцо с печаткой, доставшееся от деда. Один из десятка таких же потерянных, проклятых детей. И то, что ты выбрала меня, я всегда считал огромным даром. Ты помогла мне выдержать заточение в школе, помогла увидеть и понять, что в нашей жизни есть смысл. Что мы те, кто хранит мир от войны. Только благодаря тебе, я до конца понял этот странный девиз. Мы действительно не "за" и не "против", мы стоим между двумя мирами. Мы хранители мира... И если ты осталась без меня, это не значит, что ты осталась одна. Я люблю тебя, помни об этом и живи дальше".

Джеймс не знал, куда себя деть, сцена была невыносима. Ольга закрыла лицо руками, когда погасло свечение и мужчина замолчал. Положение было неприятным, но ничего сделать ребята не могли. Лектус смотрел прямо перед собой, кажется, думая о чем-то своём.

- Оля, прости, что вторгаюсь...

И женщина, и парни вздрогнули от голоса Фрея, который возник, как обычно, из неоткуда.

- Что случилось?- хрипло спросила Ольга, вытирая глаза и забирая из выемки треугольник.

- Александр превратился, его раны открылись, Фаусту нужна твоя помощь.

- Я уже иду,- кивнула женщина, почти мгновенно собираясь с силами и превращаясь в ту уверенную, невозмутимую дочь народа Правящих, которую ребята знали по урокам танцев.

- Как думаешь, он погиб в Дозоре? Этот парень?- тихо спросил Джеймс, когда дверь за Ольгой закрылась и её шаги затихли на лестнице. Он снял кольцо и убрал в карман.

- Сделай вид, что ты этого не видел и не слышал,- холодно заметил Лектус. - Надо уходить отсюда.

- Стой!- Джеймс схватил друга за руку. - Ты разве не хочешь посмотреть запись твоей матери?

- Нет.

- Почему?- кочевник с непониманием посмотрел на Принца. - Если бы у меня был шанс ещё хоть раз увидеть мою маму...

- Моя мать жива и здорова,- в голосе Лектуса не было даже намека на чувства. - И она не имеет ничего общего с той, что значится тут в списках пропавших без вести. Что бы она ни оставила в записи, это уже давно не имеет никакого значения. Идём,- и он открыл дверь, выходя на лестницу.

Джеймс покачал головой и поспешил за другом, надевая кольцо и беря того за руку.

- Идём дальше?

- Да, ищем железную дверь.

- Почему?- не понял кочевник, следуя за Лектусом.

- Потому, что тот погибший парень был сыном Правящего, и по его словам, жили они за железной дверью. А здесь я не видел ещё ни одной такой!

- Ты же сказал забыть о том, что мы слышали,- хмыкнул Джеймс и усмехнулся, получив в ответ уничижительный взгляд.

Нужная им дверь попалась через сорок пять ступеней: внушительная, обитая железом, на ней был выкован узор из переплетённых ветвей. Лектус толкнул её, но она не открылась, в принципе, Джеймс и не удивился. Принц отпустил друга и попытался повернуть ручку, взявшись обеими руками, но и это не удалось.

- Как вы здесь оказались?!

Ребята вздрогнули. Джеймс поднял глаза: из-за поворота совершенно беззвучно возник Фауст, он был разгневан.

- Воспитанник Байрок, я вас спрашиваю: как вы сюда попали?- повторил он вопрос, и только тут Джеймс понял, что его преподаватель не видит.

- Поднялся по лестнице,- спокойно ответил Принц. Ну, конечно, будет он оправдываться! Кочевник ухмыльнулся, глядя на пышущего гневом Фауста.

- Идёмте. Вы будете наказаны,- он кивнул, чтобы Лектус шёл вниз. Принц взглянул в ту сторону, где стоял Джеймс, и покачал головой.

Будет он ещё слушаться всяких детей кровососов! Когда Фауст и Лектус скрылись за поворотом, кочевник снял и убрал кольцо, вздохнул и с шумом побежал вниз, собираясь разделить с другом наказание.


## Глава 10. Кинжал


- Истер, а где Ярик?- тихо спросила Кристин у друга, уловив момент, когда читающий лекцию по истории нового времени преподаватель отвернулся, чтобы показать что-то на карте. - Я не видела его на завтраке, и сейчас его нет.

- Ушёл к родителям,- ответил полукровка, как-то бесцельно водя палочкой для письма по листку, что лежал перед ним. Класс был полон, ребята с вниманием слушали о том, как началась Первая магическая война. Преподаватель- высокий плотный волшебник с седыми усами и лысой головой- показывал пути, по которым продвигались маги и их воины по материку.

- Зачем вообще это было нужно, учитель?

Кристин и Истер одновременно подняли головы и посмотрели на заговорившего: кажется, его звали Джон, он был из коренных жителей города и учился магии несколько лет. Кристин ещё не успела запомнить всех одноклассников.

- Воспитанник Джейсон, Джон, вы хотели что-то добавить?- преподаватель повернулся к классу, внимательно глядя на заговорившего.

- Нет, я пытаюсь понять,- Джон поднялся и оглядел весь класс, словно искал поддержки. - Зачем нужно было начинать эту войну? Зачем нужны были все эти жертвы? Разве не проще было просто остаться в городе, накрытом куполом защиты? Сколько людей погибло, магов, и зачем? Чтобы все равно вернуться назад и так до следующей войны?

- Насколько я понимаю, вы, воспитанник, родились и росли в городе?- уточнил преподаватель, и Кристин порадовалась, что правильно помнила биографию этого мальчика. Она мельком взглянула на Истера и увидела, что тот зло сжал кулаки.

- Истер...?- шепнула она, накрыв сжатую руку друга своей ладонью, но он пристально смотрел на Джона.

- А это тут причем? Я говорю о том, что не понимаю, зачем было воевать? Ведь погибшие люди могли бы спокойно жить здесь, в городе, и чёрт с ними, с этими Чужими! Они же не могут сюда прорваться, так оставили бы их в покое, а они нас.

- Джон, а как же те люди, которые остались бы там, за куполом?- уточнил учитель, не сводя глаз с воспитанника. - О них ты не думаешь?

- Но разве им там плохо? Если бы они были против, то давно сами начали войну и свергли Чужих, а раз до сих пор...

Кристин не сразу поняла, почему в классе раздался судорожный девичий крик, а ребята вскочили с мест. Затем она заметила, что Истера уже нет рядом с ней, а Джон практически висит в воздухе. Полукровка впечатал парня в стену.

- Разве им там плохо?!- заорал Истер, ударяя парня. - Да что ты знаешь о мире, цыпленок?! Что ты знаешь о том, что там творится, ты, тепличный червяк?!

Ему не дали нанести ещё один удар: сразу несколько парней схватили Истера за плечи и оттащили от задыхающегося Джона.

- Выйдите все из класса,- скомандовал преподаватель, вставая между Истером и его жертвой. - Быстро!

Ребята поспешили прочь, а Кристин кинулась к осевшему на пол другу: его глаза светились серебром, вокруг которого то сужалась, то расширялась красная кромка.

- Истер, Истер, успокойся,- прошептала она, несмело касаясь его руки и поглаживая. - Всё хорошо, ты в безопасности,- Кристин подняла глаза на учителя, который кивнул ей и помог выйти из класса избитому Джону.

- Что они знают о том, что там, за их куполом?!- процедил Истер. - Ненавижу их! Ненавижу это место!

- Истер, Истер! Успокойся!

- Мы живем тут, спим на чистых простынях, едим досыта,- он выплевывал эти слова, глядя в пол,- а там люди, как скот, идут на стол кровососов, развлекают их. Что эти... знают о том мире?!- Истер поднял на нее пылающий взгляд. - Они никогда не испытывали страха, не прятались, видя приближающиеся корабли кровопийц! Они не видели, как детей отнимают у матерей, как уводят наших девушек, чтобы сделать наложницами, чтобы они рожали им новых паразитов! Не спали в грязи, не мучились голодом...! Что они знают о людях?!

- Истер, успокойся, пожалуйста,- Кристин погладила его по плечу, в очередной раз поражаясь глубине его боли и его ненависти. - Пожалуйста, эти люди не виноваты в том, что им повезло жить здесь. Почему ты не можешь просто порадоваться за них? Порадоваться, что есть люди, которым не надо бояться, которые никого не теряли. Истер, это же здорово, что этот мальчик не знает ужаса, который испытал ты, разве нет?

- Нет. Иначе они бы не сидели тут, рисуя палочками, а уже отправились туда, спасать, воевать, отстаивать свободу людей!- снова разозлился Истер, скидывая её руку. - Я не могу больше! Не могу изображать из себя ученика, когда там столько людей в рабстве!

- Но ты ничего не сможешь сделать один, Истер,- попробовала снова его уговорить Кристин, следя за красной кромкой в его глазах. - И... да, ты прав, те люди, что живут в том мире, те, кто родился и вырос свободным, они страдают и боятся. Но ты... ты не знаешь ничего о людях на фабриках,- твердо заметила она, и друг сузил глаза, собираясь, наверное, заорать, но Кристин положила пальцы к его губам. - Послушай. Я родилась там, я выросла в питомнике и жила на фабрике Правящих. И я знаю, что люди там... они счастливы в какой-то мере. Нет, стой, не перебивай! Джон прав, когда говорит, что люди, если бы им было плохо, подняли бы бунт, но они этого не делают. Истер, они там действительно счастливы. Правящие заботились о нас. Мы не голодали, не мерзли, у нас были еда и кров. Мы любили работать в саду или в поле, нам не было страшно. У нас не было драк, не было злобы и зависти, мы не убивали, не мучили... Истер, люди на фабриках, они... другие, и я не буду говорить, что они несчастны.

- Ты не можешь...

- Истер, единственное, чего нет у тех людей, это свободы, но они её никогда и не знали!- Кристин пыталась достучаться до друга, поглаживая его по плечу. - Я не спорю, это неправильно, что Правящие убивают их, но они убивают их, чтобы есть, так же, как вы убиваете животных.

- Люди не животные!- вскипел Истер, вскакивая, и Кристин встала вслед за ним.

- Нет, но ты не можешь отрицать, что пока ничем не можешь помочь другим. Мы должны выучиться и найти способ, чтобы помочь всем людям, не убивая десятки других в бесполезных войнах. Поэтому, пожалуйста, успокойся и смирись, просто смирись с тем, что сейчас тебе нечего бояться, и ты не можешь ничем помочь тем, кто остался за куполом. И ты не можешь бить людей только за то, что у них другое, отличное от твоего, мнение.

- Все верно.

Кристин оглянулась: в класс вошёл Фауст, по его лицу было сложно сказать, в гневе ли он из-за драки или просто зашёл проверить, все ли в порядке.

- Кристин, идите на следующий урок, он пройдет в соседнем классе.

- А Истер?- она взглянула на друга.

- Он мне нужен в другом месте, но не волнуйтесь, я верну его в целости и сохранности.

- Ладно,- девушка мягко коснулась руки Истера и пошла прочь.


- И что? Будете пороть?- с вызовом просил Истер, все ещё кипя злостью и ненавистью ко всему окружающему.

- Следовало бы, но мы не применяем к воспитанникам телесных наказаний, к тому же я шёл за вами, не зная о том, что произошло между вами и воспитанником Джейсоном, так что оставим пока всё, как есть. Пойдёмте,- Фауст сделал приглашающий жест рукой.

- Куда?- насупился Истер: он не любил идти неизвестно куда и неизвестно зачем.

- Вы только что бушевали из-за того, что бездействуете в то время, пока другие люди страдают за стеной? Вот сейчас пойдёте действовать, как и обещали Совету,- с намёком на усмешку ответил преподаватель, рисуя в воздухе дверь. - Ступайте.

Истер вздохнул и шагнул в проход, почти сразу оказываясь где-то очень глубоко. Он это чувствовал кожей: над ним были метры земли. Он стоял в каком-то тоннеле, достаточно высоком, чтобы прошёл человек. Из стен то тут, то там торчали корни, а стены и пол были земляными, черными, и пахли влагой.

- Идите вперёд,- в туннеле появился Фауст,- прямо в лабораторию открывать проход нельзя.

- В ла... куда?- переспросил Истер, медленно идя на свет, что маячил впереди.

- Уже много веков жители Академии ищут ответы на вопросы по поводу происхождения Чужих, их натуры, ищут способ победить. Все это делается здесь, в лаборатории,- Фауст первым вошёл в широкий зал под круглым сводом, заполненный звуками, запахами и движением.

Истер стоял перед длинным рядом столов, за которыми сидели и что-то делали уже знакомые ему флоки, но были здесь и люди. Они в фартуках возились в дальнем углу, что-то противно пахло.

- Добро пожаловать, Истер,- навстречу гостям вышла полноватая темнокожая женщина с морщинками по всему лицу. Она улыбалась, снимая с рук перчатки. Явно урождённая этого города, потому что незнакомка не обладала совершенной красотой тех, кого выводили на своей территории кровососы. - Я Иглу. Пойдем, я всё тебе тут покажу. Учитель,- Иглу кивнула Фаусту и приобняла Истера за плечи, отводя от него. - Мы пригласили тебя, чтобы взять у тебя кровь, ты ведь дал на это согласие Совету.

Истер молчал, оглядываясь: он совершенно не понимал, что делают окружающие его люди и флоки, но чувствовал, что именно здесь, в этом подземелье, ещё пытались найти оружие, чтобы победить кровопийц.

- Садись,- Иглу предложила парню табурет рядом с одним из столов, на котором стояли маленькие баночки и колбы. Женщина взяла его руку и обмотала шнуром. - Ты ведь знаешь, что уникален, да? Мы много раз рассматривали кровь Чужих, знаем, из чего она состоит, и...

- Из чего она состоит? В ней что-то другое, не как у людей?- Истер смотрел, как тонкая иголка входит в руку.

- Нет, она отличается,- мягко улыбнулась Иглу, прикладывая к его ране бинт и завязывая. Истер сжал локоть, глядя, как его буро-красная кровь выливается в колбу. - Во многом, но есть в ней одно вещество, которое сильнее всего нас интересует. Я хочу узнать, есть ли это вещество у тебя и в какой концентрации.

- Что за вещество?

- Иди сюда и сам посмотри,- Иглу сняла перчатки и подвела мальчика к странной конструкции. - Вот сюда смотри, ты увидишь то вещество, что нас интересует, мы выделили его из крови Чужого.

Истер наклонился, зажмурил один глаз и посмотрел в узкое окошечко. Сначала он ничего не понял, а потом отпрянул, испуганно глядя на Иглу.

- Не бойся, всё хорошо,- подбодрила его женщина.

Истер снова посмотрел в "окошко": там, на дне чего-то, беспорядочно двигались странные существа. Или не существа, а частицы. Маленькие, серебристые, они были похожи на головастиков лягушки. При этом каждое существо словно... издавало свечение.

- Смотри,- Иглу привлекла его внимание: она вынула откуда-то ещё одну колбочку, явно с кровью, и капнула в сосуд, на который смотрел Истер через прибор. Парень тут же прильнул к аппарату и выдохнул: существа кинулись к крови и начали издавать яркое свечение. Он отпрянул, зажмурив глаз.

- Что это?

- Мы не знаем, но... - она подманила мальчика к большому кубу, накрытому тканью. - Мы ввели небольшое количество этих частиц травоядному, обычной белке, да простит нас Природа,- Иглу сняла с куба ткань. Под тряпкой оказалась клетка, а в ней действительно белка, но не рыжая или серая, а красная, с налитыми кровью глазами. В этот момент она дожевывала мышь, держа её лапками с большими когтями. - Она стала хищником.

- Мерзость,- прошептал Истер, не понимая, что и думать. - Значит... во мне тоже есть эти... головастики?

- Мы узнаем, когда исследуем. Мы знаем, что это вещество делает Чужих долгожителями, обостряет чувства и помогает регенерировать с огромной скоростью.

- Что?- не понял Истер.

- Чужого, как ты знаешь, очень сложно убить, потому что все раны на нём заживают практически мгновенно. Его нельзя просто зарезать ножом. Эти существа боятся только одного.

- Огня,- с уверенностью сказал полукровка, и Иглу кивнула, подтверждая. Парень блуждал взглядом по комнате, не зная, что ему теперь делать с этой информацией, когда наткнулся на знакомый предмет. - А это что тут делает?

- Этот кинжал принесли для исследований,- пояснила женщина, следуя за Истером, устремившимся к столу, на котором в подставке лежал нож.

- Мы украли его из Красного города.

- Я знаю. Также знаю, что людям нельзя его касаться, поэтому мы просто изучаем его с внешней стороны.

- И что?- Истер коснулся кинжала, потом взял в руку, чувствуя привычную тяжесть.

- Уникальный предмет,- почти с благоговением ответила Иглу,- и он весь, полностью, состоит из тех существ, что ты видел. Таких же, как в крови Чужих, только они словно заморожены или окаменели, мы пока не знаем.

- То есть он... живой?- Истер поднёс к глазам предмет, но нож казался вполне нормальным, из какого-то металла.

- Можно сказать и так. Мы показывали его Чужим, но они молчат.

- Чужим? Здесь есть кровососы?!- Истер завертел головой и только тут заметил в дальней части комнаты что-то, похожее на решетку.

- Да, у нас есть Чужие. Один находится здесь добровольно, мы берем у него образцы, он отвечает на наши вопросы. Второй- легат, которого вы привели с собой из-за реки.

- Можно мне их увидеть?- спросил Истер.

- Хорошо, ты можешь познакомиться с Леонардо, нашим...

- Ручным кровососом?- подсказал полукровка, идя следом за Иглу к решётке, за которой оказался ещё один большой зал. Истер оглянулся на шаги: оказывается, Фауст был всё это время здесь и последовал за ними в соседний зал.

Посреди стояли кубы, наполненные водой.

- Я видел подобное на корабле, который нас доставил на материк.

- Да, здесь содержатся глубинные существа, которых мы изучаем. Мутанты.

- Почему они... становятся такими?- парень смотрел на злобное чудовище о двух головах, которое могло бы быть черепахой, если бы не лапы-присоски и клыки, торчащие изо рта.

- Всё те же существа, что есть в крови Чужих. Они живут и множатся в океанской воде, и мы не знаем, откуда они там взялись. Они попадают в организмы фауны, и мы получаем мутантов-хищников,- Иглу прошла мимо кубов и остановилась возле двери-решётки, за которой из кресла поднялся красивый молодой мужчина, но он выглядел осунувшимся и даже больным.

- Но ведь кровососы не болеют!

- Это Леонардо, наш помощник, он живёт здесь уже почти восемьдесят лет, и его режим питания, к сожалению, приводит к тому, что он стареет,- пояснила Иглу.

- Режим питания?- Истера передёрнуло.

- Мы редко позволяем ему пить человеческую кровь, чаще звериную. Также мы создали искусственную смесь, которая по составу может напоминать кровь, но это, конечно, не то.

- Почему он так на меня смотрит?

- Ты полукровка, он не видел таких,- мягко заметила женщина,- к тому же ты держись в руках кинжал и при этом не корчишься от боли.

Истер зло ухмыльнулся, глядя на кровососа, потом сделал пару шагов в сторону и в соседней комнате-камере увидел легата.

- А его вы чем кормите?

- Он отказывается от еды,- с легким сожалением в голосе ответила Иглу. Но легат выглядел так же, как и в тот день, когда его забрали маги. Самоуверенный, наглый кровосос, считающий, что люди лишь его пища.

- Можно я поговорю с ним?- медленно спросил Истер, не отводя взгляда от легата.

- Хорошо, но будь осторожен,- женщина приложила руку к дощечке, что была прикреплена справа от решетки, и преграда словно растворилась в воздухе.

- Ну, и как тебе в роли раба?- издевательски спросил Истер, сделав шаг в камеру и встав перед легатом. - Почувствовал себя человеком?

- Они придут за ним,- взгляд легата был прикован к кинжалу в руке парня. - Их ничто не остановит.

- Ну, конечно. И почему же этот кусок металла вам так важен?- Истер поднял нож на уровень своих глаз. - Даже ваш принц волнуется из-за того, что кинжал тут.

- Вы все умрете.

- Отлично, только ты вряд ли увидишь этот момент,- полукровка пристально смотрел на легата, а тот не сводил взгляда с такого дорогого кровопийцам предмета. - Есть у меня теория...

- Истер!

Но люди были слишком медленными, а легат слишком слаб от голода, чтобы они смогли ему помешать. Парень сделал быстрое, почти молниеносное движение- и воткнул кинжал в грудь легата, туда, где у человека расположено сердце.

Крови не было, но легат почти сразу рухнул, словно подкошенный, с открытыми глазами, которые перестали двигаться.

- Оказывается, их можно убить,- с улыбкой заметил Истер, стоя над мертвым легатом. - Спорим, регенерации не будет?

- Зачем ты...?- Иглу не успела задать вопрос, как в зале послышалась суматоха. Истер выдернул кинжал из груди мёртвого врага, сосредотачиваясь, готовый ко всему.

Но это был всего лишь один из преподавателей, лепрекон, но лицо его было испуганным.

- Фауст, скорее! Нам нужна ваша помощь! Нескольким ребятам из рода Чужих стало плохо! Скорее!

Истер бросился вслед за преподавателями, чувствуя, что всё это связано, что смерть легата и что-то, случившееся с отпрысками кровососов, связаны. Он нырнул в светящийся проход вслед за лепреконом и Фаустом, оказываясь в освещённом классе. На полу, зажимая руками уши, словно стараясь что-то не слышать, катался Лектус, из носа его текла кровь. Над ним, пытаясь хоть как-то помочь, склонились Ксения и Джеймс, остальные ученики испуганно следили за происходящим.

- Все вон отсюда!- приказал Фауст. - Дир-Ле, найдите Ольгу и принесите сюда других пострадавших учеников! Быстрее!

Истер стоял и смотрел на это странное действо: Ксения сдерживала слезы, пытаясь приложить платок к носу брата, а кочевник ловил друга за руки, чтобы не дать кататься по полу. Лектусу явно было очень плохо, казалось, что он кричит, но про себя.

- Помогите ему!- Ксения взмолилась, глядя на Фауста. - Пожалуйста!

Прошло, наверное, всего несколько секунд, как через появившуюся дверь в класс вошли Ольга и странный молодой мужчина со шрамами на лице. Преподаватель танцев буквально несла на себе Анну, а мужчина- ещё двух парней. Все они были в том же состоянии, что и Лектус.

- Что с ними?- Джеймс разрывался, не зная, куда кинуться. - Сделайте что-нибудь!

Ольга положила Анну рядом с Лектусом, и их взгляды с Истером пересеклись. Её взгляд остановился на кинжале, который всё ещё сжимал в руке полукровка.

- Все вон!- вдруг ледяным тоном сказала женщина, пристально глядя на Истера. - Пусть останутся Джеймс и Ксения. Остальные- выйдите. Все.

- Вышли. Быстро.

Странно, но Фауст не стал перечить, выгоняя свидетелей происходящего.

- Истер!

- Я останусь.

- Нет,- Ольга подошла и легко вынула из его рук кинжал, с гневом глядя на полукровку. - Уходи. Ты и так уже натворил дел. Быстрее!


- Истер, пожалуйста,- взмолилась Ксения, и Джеймс шагнул к полукровке, собираясь вытолкать того из класса, если понадобится. Ольга явно знала, что нужно сделать, но этот толстолобый полукровка всех задерживал.

Но всё-таки силу применять не пришлось: несмотря на злой упрямый взгляд, Истер вышел прочь, и Фауст закрыл за собой двери.

- Что делать?- Джеймс тут же подлетел к Ольге, которая стояла над катающимися по полу детьми Правящих. - Ну же!

- Отойди. Мне понадобится твоя кровь. Позже.

- Что с ними?- Джеймс не мог просто стоять и смотреть. - Помогите же ему!

- Тихо!- женщина вздохнула, явно принимая решение, сделала несколько шагов, присаживаясь рядом с одним из парней, принесенных в класс. Сын Правящего был весь залит кровью и уже почти не шевелился. - Прости, брат,- проговорила она, развернула его на спину- и воткнула кинжал ему прямо в сердце.

Ксения вскрикнула, закрыв рот руками. Джеймс же не знал, что сказать. Если она собирается всех их убить, то он не позволит.

- Что вы делаете?!- заорал он.

- Спасаю их!- холодно ответила Ольга, обводя взглядом комнату. И действительно, ребята перестали кататься по полу, затихли, словно ждали чего-то. - Ваш друг-полукровка нарушил Равновесие, убил Правящего.

- А вы что делаете? Убиваете человека?

- Я провожу обряд Посвящения,- тихо проговорила Ольга, ища что-то взглядом. Потом она быстро подошла к одному из столов и взяла оттуда палочку для письма и стеклянную тарелочку-подставку. - Мне нужна твоя кровь. Быстро!

- Что?!

- Джим, пожалуйста,- тихо попросила Ксения, державшая голову Лектуса. - Спаси его.

Кочевник чертыхнулся и протянул руку Ольге. Она без предупреждения воткнула палочку ему в ладонь, и он зашипел. Перевернула его руку- и алые капли начали падать на тарелочку, скапливаясь на дне.

- Зажми,- кинула она, отпуская Джеймса и направляясь к мальчику, из груди которого торчал кинжал.

Легко сказать! Чем он должен зажать?! Ксения уже была рядом, накрыла его раненую ладонь своей, зашептала, прикрыв глаза. Рана быстро затянулась, но девушка не отошла, прижавшись к другу. По лицу её текли слезы.

- Ну, ты чего? Она спасет твоего брата,- попытался успокоить Ксению Джеймс.

- Душа мальчика остывает,- прошептала бескровными губами девушка, глядя на то, как Ольга вливает в рот раненого кровь кочевника. Фу, мерзость!- Он станет Правящим.

- Ну, по крайней мере, не мёртвым,- правда, Джеймс не был уверен, что выбрал бы такое спасение, но этот парень всё равно собирался когда-то быть кровопийцей. Зато они спасут остальных, разве нет?- Почему вы решили именно его... ну, проткнуть?- решил уточнить кочевник, глядя, как Ольга вынимает из груди парня кинжал и садится возле него.

- Его Посвящение было почти законченным, когда его привезли сюда,- пояснила женщина,- поэтому ему было хуже всего. Риск убить его был меньше.

- И всё так просто? Проткнуть ножом и дать кровь?

- Я оставила тебя здесь потому, что была уверена, что ты поможешь мне ради твоего друга,- Ольга поднялась, пристально глядя на парня. - И ещё я надеюсь, что, очнувшись, Лектус как-то убедит тебя молчать о том, что ты видел. Это тайна, которую знают лишь Правящие и их дети, начавшие путь Посвящения. И я должна бы тебя убить.

- Не надо,- попросил Джеймс. - К тому же мы тут все уже давно люди, разве нет?

- Нет. Вот он,- Ольга показала на мальчика, на груди которого уже почти заросла рана,- часов через двадцать будет Правящим. Благодари его за то, что твой друг жив.

- По-моему, у него не было выбора.

- Зато у меня он был,- ответила женщина. - И по-прежнему есть: я могу попросить, чтобы тебе стерли память.

- Он будет молчать.

Ребята оглянулись: Лектус открыл глаза и сел, пристально глядя на собравшихся.

- Вы не должны были этого делать.

- Ты знаешь, что должна была. Иначе десятки людей, не прошедших весь путь Посвящения, погибли бы. Именно поэтому я не позволила Совету уничтожить кинжал.

Лектус поднялся, вытирая кровь с лица. Руки его дрожали.

- Слушайте, я всё, конечно, понимаю, но... Получается, что Правящие действительно... мёртвые?- выдавил Джеймс, до которого медленно доходил смысл того, что он увидел. - Вы же... убили парня.

- Есть вещи, которые ты не должен понимать,- Ольга взяла с одного из столов оставленный кем-то платок и вытерла лезвие кинжала. Она то и дело бросала взгляд на лежащего на полу мальчика, который казался мёртвым.

- Отдайте мне,- Лектус встал над женщиной и протянул руку.

- Они не позволят тебе его оставить,- но все-таки Ольга вложила в бледную ладонь ритуальный кинжал.

- Это уже моё дело. Помогите остальным, и... Парня лучше изолировать,- Лектус выглядел измученным, но всё равно держался прямо, глядя на Анну и убитого мальчика. - Проход в Совет,- кинул он, и Джеймс не сразу догадался, что это Принц отдал команду духу Академии.

Но, конечно, было глупо надеяться, что упрямый бестелесный Фрей вдруг решит допустить кого-то до главных персон школы. Да, впрочем, почему школы? Джеймс был уверен, что Стелла и её сотоварищи самые главные в мире маги, раз уж других магов вроде как не осталось.

- Фрей! Пропусти его,- приказала Ольга, не отводя взгляда от мальчика, который должен был стать Правящим.

Посреди класса появился светящийся проход. Видимо, преподаватель танцев имела тут кое-какой вес. С другой стороны, она не просто дочь Наместника Севера, но ещё и только что убила ребёнка, ни с кем не советуясь. У неё явно есть какие-то права в Школе.

- Я с тобой,- Джеймс решил, что не может оставаться тут, к тому же ему было интересно, чем же закончится вся эта странная история, от которой у него до сих пор бежали по коже мурашки. Он ничего не понимал, но очень хотел понять.

Получается, чтобы из человека сделать монстра, нужно просто проткнуть его ритуальным кинжалов и дать крови?

Лектус посмотрел на друга тяжелым взглядом, и кочевнику показалось, что сейчас Принц прикажет ему оставаться тут. Но нет, он кивнул и первым прошёл в дверь. Джеймс кивнул Ксении, которая всё ещё вытирала слёзы, и поспешил за товарищем, а то вдруг Фрей решит закрыть дверь, не дождавшись.

Кажется, они попали на какое-то важное совещание: по крайней мере, за столом сидели Стелла и Фауст, рядом замер Сфинкс. Также в тени сидели мать Ярика и какой-то потрёпанный темноволосый и очень худой мужчина, которого Джеймс ещё никогда не видел в школе.

- Мы не совсем понимаем то, что произошло сейчас, Лектус, и надеемся, что ты объяснишь,- мягко заговорила Глава Академии, глядя на двух парней. Ага, сейчас, ждите, хмыкнул про себя кочевник, представляя себе, какой сейчас начнётся торг. Ну, вряд ли Лектус сюда пришёл, чтобы открывать свои тайны.

- Вы обещали, что Кинжал будет скрыт в вашем хранилище, и никто непосвящённый не сможет им воспользоваться.

От интонаций Принца у Джеймса зашевелились на затылке волосы: это был холодный яростный рык разгневанного человека, чувствующего свою власть. Откуда что берётся?

- Мы исследовали его, и произошёл несчастный случай,- Стелла поднялась, но старушке явно тоже было неудобно: ещё бы, как-то неприятно пожилым волшебницам оправдываться перед семнадцатилетними учениками. Джеймс даже усмехнулся, сделав небольшой шаг назад, стараясь занять самое удобное место, чтобы посмотреть эту сцену в первом ряду.

- Несчастный случай? То есть Кинжал оказался в груди Правящего случайно?

- Откуда ты знаешь?- Фауст был бледен, но держался спокойно. Ну-ну.

- Вы понятия не имеете, с чем столкнулись. Вы как обезьяны, которым в руки дали оружие,- кажется, Лектус был очень зол, но от него веяло не гневом, а холодным презрением. - Я не отдам вам Кинжал.

- Мы не можем оставить тебе такой сильный артефакт.

- Вы один раз уже не смогли мне его оставить, и из-за этого погиб Правящий, а наследник Правящего был подвергнут смертельной опасности, как и ещё десятки других наследников.

- Что ты предлагаешь, Лектус?- мягко спросила Стелла, осадив пытавшегося заговорить Фауста. - Ведь у тебя есть какое-то предложение, не так ли?

- Отпустите Клауса. Мальчика, который сегодня прошёл Посвящение. Отпустите его и отдайте ему Кинжал, пусть всё вернётся туда, где должно быть.

- И почему мы станем это делать?

- Потому что Кинжал вам бесполезен: многих Правящих вы им не убьёте, только детей ваших врагов, а их дети, как вы знаете, люди,- Лектус стоял прямо под пристальными взглядами взрослых магов, он вертел в руках такой важный для него предмет. - Никто из вас не может к нему прикоснуться, вы вообще не представляете себе, что это и как работает. Мой отец не смирится, пока не вернёт Кинжал себе. Уверен, что его армии день и ночь пытаются найти слабое место в вашем куполе.

- Ему не найти такого места,- заметил Фауст.

- Возможно, но он никогда не прекратит попыток. А, значит, вам будет сложнее покидать город, и другим людям будет сложнее попасть сюда, разве нет? Просто отдайте ему Кинжал.

- Но ведь ты останешься здесь, Лектус. Неужели твой отец прекратит попытки найти тебя и вернуть домой?

- Я не имею значения,- спокойно ответил Принц. - По крайней мере, настолько большого.

Члены Совета молчали, и Джеймсу стало неуютно: интересно, сколько этим взрослым магам понадобится времени, чтобы скрутить Лектуса, отнять ножик и вернуть всё к прежним рамкам?

- Хорошо, мы согласимся на твои условия, но и ты должен будешь пойти нам навстречу,- наконец, заговорила Стелла, и Джеймс выдохнул: ну, просто рынок, где торгуются два менялы. А понятности никакой!

- Что вы хотите?

- Ты объяснишь нам, что сегодня произошло, объяснишь значение Кинжала.

В классе повисло ещё более тяжёлое молчание, и кочевник понимал, почему: Лектусу предложили очень непростой выбор, ведь, насколько помнил Джеймс, ему предлагали раскрыть одну из тайн его народа.

- Хорошо. Но я это сделаю только тогда, когда Клаус вместе с Кинжалом покинет вашу территорию.

- А откуда у нас гарантии, что ты это сделаешь?- достаточно строго спросил Фауст, и Джеймс снова хмыкнул: вот пудель! Вообще понял, с кем говорил?

- У вас есть мое слово,- холодно ответил Лектус. - В отличие от вас, я привык его держать.

- Хорошо, мы тебе верим,- Стелла встала между Фаустом и Принцем, разрывая их полный неприязни зрительный контакт. - Клаус отправится в путь сразу, как будет в состоянии. Кинжал пока пусть будет у тебя, проследи, чтобы никто больше к нему не прикасался.

Лектус кивнул.

- Как ты себя чувствуешь?- вдруг спросила Глава Академии, когда Джеймс уже собирался присоединиться к другу.

- Лучше, чем Клаус и Правящий, чьи жизни сегодня отняли,- ответил Лектус и шагнул в открытый Фреем проход. Джеймс хмыкнул: что, съели? - и последовал за другом.

## Глава 11. Родители


Итак, подведем итог.

Новые одаренные ученики - это, конечно, в 'плюс'.

Протест учеников, связанный с появлением Принца. Ладно, это головная боль Хавьера.

Нарушение правил, проникновение в библиотеку и в закрытый коридор. Это не так уж и страшно, с кем не бывало.

Похищение девушки, недоказанная драка. Хм...

Покушение на оборотня, тут уж вообще нет ничьей вины, кроме одного старого эльфа.

Возвращение блудного Лукаса - вот, ещё один жирный 'плюс'.

Убийство легата, Посвящение Клауса.

Да, последние два события были явно негативными и перевешивали любые 'плюсы'.

Ярик вздохнул: арифметика ему по душе не пришлась, но какой смысл переживать из-за того, что уже случилось? Да, сеньор Хавьер был прав, что с возвращением в школу сына Эйлин с целой толпой 'диких' и 'чужих' в школе начался небольшой хаос.

С другой стороны, этой школе иногда хаос не помешает.

Ярик захлопнул книгу, в которую смотрел около получаса, ожидая, когда взойдёт солнце, встал и вышел из библиотеки. Ночью ему не спалось, поэтому он провёл долгие ночные часы за написанием огромного письма дяде Константину. Хотелось поделиться с ним последними событиями, а дядюшка умел быть беспристрастным и давать дельные советы.

Школа медленно просыпалась, Ярик улыбался, чувствуя это состояние утренней неги, когда хочется потянуться и ещё полежать под одеялом. Улыбка парня стала ещё шире, когда он представил себе, что некоторым это состояние испортит Хавьер, этот странный старик. У воспитателя, конечно, есть какая-то своя правда, просто другие не могли пока её постичь.

- Что, не спалось?

Ярик столкнулся в коридоре с Тедом, юношей, который пару лет назад занял пост Хранителя библиотеки Академии.

- Слишком много мыслей в голове,- маг показал Теду письмо, скрученное в свиток. - Решил записать их и очистить место для новых.

- Правильно. Я слышал, что твой отец здесь,- библиотекарь, насколько помнил Ярик, жил в Школе практически с рождения и знал больше, чем рядовые ученики. - Я рад за тебя и твою маму.

- Да, на шесть дней мы стали вполне обычной семьей,- хмыкнул Ярик.

- У тебя, по крайней мере, есть эти шесть дней,- достаточно холодно ответил Тед и скрылся в библиотеке.

Ярик вздохнул: конечно, по сравнению со многими другими учениками школы, он был счастливчиком, ведь у него есть мама, а раз в шесть лет - ещё и отец. Интересно, что случилось с родителями Теда? Впрочем, если он не родился в Северном городе, то ответ и так ясен.

- Фрей, давай в столовую,- тихо позвал духа маг.

- Если тебе интересно, твоя подруга Кристин только что вернулась в спальню, в слезах,- Фрей открыл перед Яриком проход.

- Тогда сначала к ней,- сын Эйлин в принципе мог предположить, что случилось с девушкой.

Кристин стояла посреди спальни, вытирая лицо, явно собираясь отправиться в столовую, куда, наверное, уже ушли её соседки по комнате.

- Истер?- мягко спросил Ярик, ловя взгляд девушки. Он в подробностях знал о скандале, что устроил полукровка в классе, - об этом говорила вся школа уже за ужином. Впрочем, весть о том, что один из детей Правящих прошёл Посвящение, тоже просочилась достаточно быстро, но об этом говорили шёпотом.

- Я пыталась с ним поговорить,- кивнула Кристин, пряча красные глаза.

- Он что-то тебе сделал?- насторожился Ярик, подходя ближе. Слишком хорошо он знал своего дикого друга и понимал, что в момент ярости Истер может наделать глупостей и причинить боль даже единственному дорогому ему человеку.

- Нет, он... Ярик, как он так может?- прошептала девушка, с ужасом глядя на друга. - Как он может радоваться и улыбаться, когда из-за него погиб человек? Как он может спокойно воткнуть в грудь живого существа нож и радоваться его смерти?!

- Тихо, ну что ты,- Ярик обнял Кристин, у которой, кажется, начиналась истерика. Он знал, что для тех, кто родился и вырос в окружении Правящих, смерть в принципе была потрясением, а убийство казалось чем-то страшным и непостижимым. Вряд ли Кристин нужны были какие-то объяснения, скорее, ей требовалось выговориться. - Успокойся, пожалуйста.

Она прижалась к нему, доверчиво обняв за пояс, и Ярик слушал её дыхание и натужные всхлипы, поглаживая по спине, пока она не взяла себя в руки.

- Лучше?- он дернул уголком губ, когда Кристин подняла на него глаза.

- Ярик, что мы будем делать? Как мы можем ему помочь?

- Ну вот, я снова тебя узнаю,- рассмеялся маг, но почти сразу стал серьезным: то, о чём говорила девушка, действительно было неправильно, но Ярик и не ждал от полукровки иного. - Может, то, что я сейчас скажу, покажется тебе жестоким, но попытайся понять. Истер не воспринимает Чужих и их детей так же, как людей. И тем более так, как воспринимаешь их ты. Он легко убил легата, потому что легат для него не человек, он враг. Один из тех, кто держал в страхе его семью, из тех, кто убил его родных. У Истера тяжелая судьба, и пройдут годы прежде, чем он сможет осознать чудовищность того, как легко он приговаривает к смерти. Возможно, это не произойдет никогда,- Ярик погладил кончиками пальцев влажную щеку Кристин.

- Но мы ведь его не оставим?- с надеждой спросила девушка, доверчиво глядя на него. - Мы ведь сделаем всё, чтобы он изменился?

- Конечно,- улыбнулся маг, чувствуя огромное тепло, которое дарила ему Кристин. - Ты неповторимая, ты знаешь?- она смутилась, отводя взгляд. - Твоя вера в Истера не знает границ, и за это я ещё сильнее люблю тебя.

- Любишь?- испуганно переспросила девушка, находя его взгляд, и Ярик впервые понял, что не говорил ей ещё о своих чувствах. Он воспринимал их как что-то естественное, что-то, что чувствовал всегда. Так свою любовь к отцу описывала когда-то мама: это всепоглощающее желание быть рядом с другим человеком буквально впитывается в каждую клетку тела и души, и по-другому ты уже не умеешь ни жить, ни чувствовать, и даже не помнишь, как это было до встречи с любимым. Мама говорила, что так любят только эльфы: раз и навсегда, без времени и без условий. - Правда?

Маг кивнул и прижался губами к губам Кристин, ощущая вкус её слез.

- Странная эта жизнь, да?- улыбнулся Ярик. - Я встречал сотни прекрасных девушек из самых разных народов, с самыми разными взглядами, но чтобы найти родную душу, мне пришлось пересечь всю планету.

- Иногда ты меня пугаешь,- вздохнула Кристин, но испуганной она уже не выглядела, скорее, счастливой. - Ты когда-нибудь скажешь, сколько тебе лет?- улыбка мелькнула в её взгляде.

- А это важно?- Ярик почесал в затылке, не зная, стоит ли после первого признания в любви и первого поцелуя сразу же шокировать её подобными фактами.

- Любопытно,- пожала она плечами, касаясь пальцами его подбородка. - Когда у тебя пробьётся седая борода?

- У эльфов не бывает бороды. И усов,- рассмеялся Ярик.

- Ты не эльф.

- Технически - нет, но по многим признакам я не полукровка, а чистокровный эльф,- Ярик следил за её реакцией, но девушка лишь с ещё большим любопытством рассматривала его лицо.

- И сколько же тебе лет?- настаивала Кристин. - Насколько ты уже стар?

- По меркам эльфов я молод,- покачал головой Ярик. - По меркам людей я... мог бы быть твоим отцом,- добавил он, боясь испугать девушку.

- Ужас,- она сделала большие глаза, но тут же рассмеялась, и маг с облегчением осознал, что она не собирается его отталкивать и бежать прочь от 'старика'. - По твоему поведению не скажешь, что ты уже такой... взрослый.

- Потому что по меркам эльфов я ещё подросток, кем, по сути, и являюсь. Возможно, по интеллекту и разуму я опережаю вас намного, но по эмоциональному развитию я едва ли достиг семнадцати лет, - и Ярик снова поцеловал Кристин в губы, радуясь, когда она обхватила его за шею, не стремясь отстраниться и прервать их уединение.

Хотя, конечно, как внезапно понял Ярик, никакого уединения не было.

- Святик!- маг резко схватил воздух рядом с собой - и через мгновение увидел брата, которого теперь держал за шиворот оранжевого свитера. На лице, перемазанном чем-то, напоминавшем варенье, застыла гримаса детского отвращения.

- Фу, там же слюни!- выдал мальчишка, и Ярику пришлось встряхнуть брата. Кристин рассмеялась, делая шаг назад и пряча лицо, на котором проступил румянец.

- Что ты тут забыл?! Почему Фрей не предупредил, что ты входишь?

- Я умею договариваться с ним не хуже тебя,- рассмеялся Святик и вывернулся из рук брата. - Я тебя искал! Пойдём к папе?- это мальчик сказал уже тише, без бравады.

Ярик вздохнул: он знал, что думает и чувствует его младший брат по отношению к их отцу, и это было знакомо, не нужно было даже читать его детские яркие мысли. Для Святика он был незнакомым человеком, который вызывал любопытство и даже страх. И вполне понятно, почему брат не хочет идти туда один. Все чувства мальчишки были знакомы Ярику: он тоже прошёл через это.

- Ладно, пойдём,- не устраивать же Святику выволочку теперь, когда понятно, почему он сюда проник. - Кристин, тебя проводить на завтрак?

- Идите, я захвачу тебе что-нибудь перекусить,- улыбнулась девушка.

Ярик кивнул и, взяв младшего брата за руку, шагнул в услужливо открытый для них проём - прямо в гостевую комнату матери.

Отец сидел здесь, на кушетке: худой, покрытый шрамами, недавно только постриженный и побритый ласковыми руками матери, он смотрелся в этой комнате каким-то чуждым элементом. Он был молод- как и много лет назад, когда заклятие Царя эльфов сделало его заложником его тела и времени. Бледное лицо с большими угрюмыми глазами выделялось на фоне чёрных волос и бровей.

'Привет, ребята'.

Ярик кивнул: они уже виделись с отцом вчера, когда он только перевоплотился из волка и ещё лежал в госпитале, ожидая, когда заживут раны. Но поговорить они толком не смогли.

Отец поднялся с кушетки, и Святик, никогда не видевший раньше отца, отпрянул, выдернув руку из руки старшего брата.

- Прости, я не хотел тебя напугать, Святослав,- Александр заговорил вслух, наверное, чтобы немного разрядить молчаливую и какую-то тяжёлую атмосферу в комнате.

Не так семья должна встречать вернувшегося после шести лет отсутствия отца. Но даже для Ярика было привычнее видеть его в образе волка, чем вот таким, высоким, широкоплечим, худым.

- Я не испугался,- с вызовом проговорил Святик, глядя на отца исподлобья, но всё равно с любопытством.

- Это хорошо, значит, ты такой же храбрый, как твои мама и брат.

Ярик следил за этой немного странной встречей, вспоминая, как он сам знакомился с отцом, с чужим человеком. Отец тогда тоже был очень скован и смущён, старался не напугать маленького сына. Это пройдёт потом, с годами, когда Святик привыкнет к отцу и через мысли мамы научится по-своему его любить. Если отец доживёт до этого 'потом'.

- А у тебя блохи есть?

Улыбка отца была словно отражением улыбки Ярика: они переглянулись и словно выдохнули.

- Ты думаешь, твоя мама позволила бы мне сидеть на её кушетке, если бы у меня были блохи?

Святик помотал головой, подходя ближе к отцу и задирая голову, чтобы видеть лицо Александра:

- Она даже меня не пускает, если я чем-то перемазан.

- Ну, тогда тебе стоит пойти и умыться, пока мама не видела. И где ты взял варенье с самого утра?- поинтересовался отец, присаживаясь перед мальчиком.

- Я дружу с флоками, а ещё я умею быть невидимым. Ярик не умеет!- с гордостью похвастался Святик.

- Тогда давай так: ты сейчас умоешься, сходишь на завтрак, а потом покажешь мне всё, что ты умеешь. А я расскажу тебе о жителях гор и изумрудных водопадах и научу стрелять из лука, договорились?

Святик даже подпрыгнул от восторга, кивая, - и тут же растворился в воздухе.

'Он ушел?', отец поднялся и посмотрел на Ярика.

- Да,- юный маг сделал шаг навстречу к мужчине, и тот коротко его обнял. - Спасибо, что выручил нас у Стены.

- Я рад, что ты вернулся целым и невредимым,- отец сел обратно на кушетку, и только теперь Ярик понял, что из-за ран и превращения он очень ослаб.

- Я виделся с твоим младшим братом, когда мы были на Песчаном острове.

- Как поживает Константин?

- Все также окружён странными личностями и существами,- пожал плечами Ярик. - Он очень нам помог, когда мы пытались скрыться от легатов.

- Да, я уже слышал о твоих приключениях. Рассказывают, что это ты привез сюда Принца. И не только его... Как твой друг? Эйлин сказала, что он полукровка, я о таких никогда не слышал.

- Истеру... сложно здесь адаптироваться,- маг присел в кресло напротив отца. Всё-таки это было здорово просто поговорить с папой, иметь рядом взрослого мужчину, который даст совет и выслушает без лишних эмоций и предостережений. - Он вырос в достаточно диком племени, многое перенёс, пока плыл с севера в Красный город, видел смерть матери... Ему сложно смириться даже с самим собой, не то что с окружающим миром.

- Он слишком легко убивает, сын.

- Я знаю,- пожал плечами Ярик, сцепляя руки в замок и внимательно глядя на отца. - Как ты?

- А что я?- горько усмехнулся Александр, и это была всё та же улыбка смирившегося с судьбой человека, что и шесть, и двенадцать, и много лет назад. - Всеми силами пытался сохранить разум и жизнь.

- Ну да, жизнь,- фыркнул юный маг. - Как ты мог попасть в ловушку?!

- Они знали, что я буду рядом с городом, когда останется недолго до превращения,- пожал плечами отец. - Давай не будем об этом говорить.

- Почему?!- Ярик вскочил. - Сколько ещё это продлится прежде, чем он убьёт тебя?!

- Ярик, мы не будем говорить об этом. Решить этот вопрос может только твоя мама,- в голосе отца послышался металл.

- Нет,- юный маг покачал головой. - Меня это тоже касается. Он пытался и меня убить, ты это знаешь.

- И тем самым он сделал тебя сильнее. Мудрее. Лучше,- с гордостью проговорил Александр. - Ты не можешь ничего сделать, Ярик, не причинив этим боль твоей матери.

- А ты?! Ты, превращаясь в волка на шесть лет, оставляя её одну! Ты не причиняешь ей боль всё время?!- вспылил Ярослав, сощурив глаза и глядя на отца. - Мы все понимаем, что нужно это прекратить!

- Ярик, он твой дед. Он отец Эйлин, он вырастил её, и он её любит.

- Очень своеобразно! Что ему стоило просто снова жениться и народить себе других сыновей и дочерей?! Тогда бы она не была наследницей его рода!

- Ты прекрасно знаешь, что он не мог. Так же, как твоя мать не может забыть меня. Так же, как ты не сможешь этого сделать, однажды полюбив, сын,- с грустью ответил отец. - Мы с твоей мамой проживём всё, что нам отмеряно Природой.

- Чушь!- Ярик замотал головой. - Природа тут ни при чём!

- Ярослав,- отец встал и положил руку на плечо сына,- однажды ты встретишься с ним, с твоим дедом. Но не приближай это время, не надо. Я был смертным, когда встретил твою маму, и твой дед, сам того не желая, подарил нам целую вечность вместе. Вечность мучительную, болезненную, но я жив, и это хорошо для твоей мамы. А я уже привык. Не огорчай её.

Маг вздохнул, глядя на отца. Все внутри него бунтовало против этой ситуации, но Александр был прав в главном: мама не должна страдать больше, чем уже страдает.

- Сосредоточься на той миссии, что ты возложил на свои плечи. Доведи до конца то, что начал.

- Ты веришь, что Лектус - человек из пророчества?

- Главное, чтобы ты в это верил, ведь сами по себе пророчества ничего не стоят. Люди исполняют их. Ты знаешь, что делать дальше? Теперь, когда ты нашёл того, кто подходит под описание гномов?

- Пока нет, но уверен, что Природа подскажет,- улыбнулся Ярик. - Уж если я смог увезти из Красного города самого наследника Байрока...

- Это мог сделать только ты,- хрипло рассмеялся Александр. - А теперь иди, скоро вернётся Святик.

- Будь с ним осторожен, это ещё тот паршивец,- усмехнулся Ярик.

- У меня уже есть опыт общения с одним таким,- отец ещё раз обнял его.


- Джеймс, смотри на меня, а не на девушек!

Джеймс нахмурился и перевёл взгляд на мужчину, что сидел напротив него за столом в классе для практических занятий. Звали мужчину Лукас, и это, как почти брызгая слюной от восторга, представил его Хариус, "единственный известный Академии Защитник". Хотя, если посмотреть на этого потрёпанного жизнью мага, ему самому бы защита не помешала.

- То есть вам можно, а мне нет?- ухмыльнулся парень, садясь прямо. Жаль, Лукас даже не смутился, хотя Джеймс не раз ловил преподавателя на том, как тот смотрел в ту же сторону, что и сам кочевник. Через три стола от них занимались Ксения и назначенная ей во временные наставницы Ольга (вообще, обучать сестру Лектуса будет сама Эйлин-эльфийка, но на ближайшую неделю она занята своим блудным мужем-оборотнем). В данный момент они делали что-то руками и с улыбками складывали получавшиеся из воздуха сверкающие шарики в мешочек, который подарили Ксении гномы.

- Сосредоточься. Ты никогда не освоишь суть Защиты, если не научишься сосредотачиваться,- Лукас тяжело вздохнул: было ощущение, что всё это ему нравится не больше, чем Джеймсу, который не очень-то хотел учиться.

- Мне скучно,- кочевник подпёр подбородок ладонью и для разнообразия нашёл взглядом не золотоволосую девушку, а её брата, который тоже вряд ли был в восторге от практических занятий: ну, Джеймс бы точно выбросился из окна, если бы ему в наставники назначили Фауста. На лице Лектуса было холодное равнодушие к тому, что они там делали, склонившись над металлическим горшком. Ну, или кастрюлькой.

- Да?- с насмешкой спросил Лукас, складывая перед собой ладони замком. - Дай догадаться: думал, что мы тут будем колдовать, жонглировать щитами и взглядом сгибать ножи?

- Ну, что-то типа этого,- пожал плечами Джеймс, скривившись. - Вообще, что это за школа магии, когда тут магия только в том, что мы живем внутри дерева, где хозяйничают бестелесный дух и громадные звери? Я видел больше магии по пути сюда.

- Прежде всего, научись думать, воспитанник Картер,- спокойно сказал Лукас, убирая с лица седые волосы. Вообще, выглядел он паршиво. - Ты в классе для начинающих людей, одарённых магией. Вы ничего ещё не знаете и не умеете. За пределами этого класса вы встречаете магов, которые знают главное: Природа дала нам Силу не для того, чтобы облегчить нам жизнь, а чтобы мы использовали её во благо. Исцелять больных, защищать слабых, отводить угрозу. Не для того чтобы развлекать кого-то или удивлять. И твоя магия уникальна и очень ценна, но ты, похоже, не очень стремишься ею овладеть,- с разочарованием и даже усталостью заметил наставник.

- Мне об этой моей способности постоянно говорят, но я пока ничего такого в себе не ощутил,- пожаловался Джеймс. - Вот Ксения,- он кивнул на золотоволосую подругу, и заметил, как Лукас задержал взгляд на волшебницах,- умеет лечить. Алексис, моя сестра, вчера подожгла свои неудавшиеся записи одним только взмахом руки. Принц,- кочевник хмыкнул,- что-то вон там варит в кастрюльке. А я вообще что умею делать? Сражаться на мечах?

- На данный момент ты умеешь только болтать и жаловаться,- констатировал Лукас и поднялся. Джеймс проследил за тем, как мужчина подошёл к наставнице, что занималась с соседом Джеймса Аресом. Та кивнула и поднялась. Их передвижения привлекали внимание других присутствующих: всем было интересно, что происходит.

- Воспитанник Картер, познакомьтесь: это наставница Нария, она выпускница Академии, владеет боевой магией.

Джеймс опешил: перед ним стояла худенькая девушка небольшого роста, такая серая мышка лет двадцати. Она мягко улыбалась, видимо, привыкла к впечатлению, что производила на людей. Да и какая боевая магия? Её ветер сдунет!

- Наставница Ольга, можно у вас на пять минут попросить вашу воспитанницу?- тихо спросил Лукас, и теперь уже все присутствующие следили за происходящим. Джеймс насторожился, когда Ольга кивнула, и Ксения с вопрошающей улыбкой подошла к мужчине. - Нария, атакуй.

Джеймс не успел вскочить и заорать, как в Ксению метнулся нож, лежавший на столе, за которым минуту назад занимались маленькая девушка и Арес. Крик ужаса и протеста застыл на губах, но и его кочевник произнести не успел: нож упал, словно натолкнулся на невидимую стену перед Ксенией. Наверное, сестра Лектуса даже не успела испугаться.

- Ещё!- скомандовал Лукас.

- Нет!- заорал Джеймс, видя, как яркая синяя волна метнулась на стоящую спокойно Ксению. Лукас встал между магической волной, посланной Нарией, и подругой кочевника. Синий воздух рассеялся с громким стоном, едва достигнув наставника. - Хватит!!!

Джеймс видел, как Фауст вцепился обеими руками в Лектуса, и мысленно кочевник пожелал учителю остаться без рук.

- Ксения, Нария, спасибо,- сдержанно кивнул им Лукас, приглашая вернуться к занятиям. Все взгляды были обращены на наставника Джеймса, а кочевник был готов растерзать его. - Достаточно?

- Больше никогда не подвергайте её опасности!!!- заорал парень.

- Воспитанник Картер, что это такое?!- повысил голос Фауст, и только тогда Джеймс увидел лицо Лектуса: он был бледнее, чем обычно, челюсти сжаты, а взгляд полыхает гневом. - Вы и так уже наказаны, не усугубляйте ситуацию. Сядьте! Все вернитесь к занятиям! Воспитанник Байрок, успокойтесь!

Джеймс сел, переводя взгляд на своего наставника.

- Надеюсь, что вы круглые сутки готовы защищаться,- язвительно произнёс кочевник. Лукас вопросительно посмотрел на воспитанника, и Джим улыбнулся. - Проснётесь как-нибудь без руки... или без головы. Не думаю, что наш Принц так просто забудет, что вы ради эксперимента подвергли опасности его сестру.

- Она не подвергалась никакой опасности. И если ты будешь заниматься, то, как и я сейчас, всегда сможешь её защитить: и от человека, и от мага.

- А от кровососов?- тут же заинтересовался Джеймс, представляя себе, как спасает Ксению от толпы кровопийц, которых послал за ней её отец.

- Ты сможешь, если будешь много учиться. Природа дала тебе силы, ты должен научиться их использовать.

- Я готов. Как?

- Начнём сначала,- подытожил Лукас,- ты должен сосредоточиться. Твоя магическая сила- мысленная. Не сила рук, не сила твоего тела. Сила мыслей. Энергия, которую ты будешь направлять и преобразовывать в мгновения. И в следующие несколько месяцев ты научишься их направлять, чтобы защищать самого себя.

Джеймс обречённо вздохнул и кивнул.


- Привет, Ксения,- рядом с девушкой села чуть раскрасневшаяся Алексис и положила несколько книг и свиток. - Что читаешь?

Ксения подняла глаза от своего учебника и улыбнулась сестре Джеймса. Они виделись нечасто: лишь утром и перед сном, даже в столовой не всегда пересекались. С каждым днем в школе заданий становилось всё больше, уроки всё насыщеннее, и Ксения не всегда находила время даже на общение с братом и Джеймсом. Сегодня в библиотеке она искала материал для курса Дир-Ле по теории магии. Она искала примеры моментов, когда целительская магия не срабатывала по тем или иным причинам. Это было интересно, ведь они с Ольгой уже освоили несколько простых лечебных манипуляций, и Ксении бы хотелось знать, если они вдруг по какой-то причине не подействуют.

- Делаю задание. Как дела?- сестра Лектуса с удивлением отметила, что Алексис немного смущена и одновременно радостна и взволнована. - Что такое?- она говорила тихо, чтобы не потревожить других учеников, которые после ужина пришли в библиотеку. Ксения знала, что Лектус и Джеймс снова наказаны Хавьером и сейчас где-то в недрах Древа работают на благо школы.

- Меня пригласили на свидание,- смущенно прошептала Алексис, откидывая за плечи огненные волосы. На щеках девушки проступил румянец, и Ксения почувствовала, как её собственные руки согреваются в присутствии подруги.

- Ты согласилась?

- Да,- улыбнулась Алексис, открывая одну из книг, но не начиная её читать. - И... он мой наставник из учеников, Луи. Ему восемнадцать.

- Здорово, я рада за тебя,- искренне ответила Ксения, тоже немного смущённая. У неё никогда не было подруг, с которыми бы она могла поболтать, тем более об отношениях с мальчиками. Да у нее и отношений-то не было до тех пор, пока в её жизни не появился Джеймс.

- Только брату не говори,- спохватилась Алексис. - Обещай!

- Обещаю,- кивнула девушка, вполне понимая, почему подруга так беспокоится.

- Кстати, где он? Обычно вечером он вместе с тобой, я давно его не видела.

- Наказан,- хмыкнула сестра Лектуса, непроизвольно улыбаясь: мысли о Джеймсе всегда приносили радость.

- Понятно. Он добьётся того, что его отправят в Школу Трёх Народов,- проворчала Алексис.

- Куда?

- Ну, Луи говорил, что туда отправляют тех, кто плохо себя ведёт, нарушает правила или... тех, кто является тёмным магом, как Истер,- шёпотом поделилась Алексис.

- Истера отправят в ту школу?- удивилась Ксения.

- Нет, не думаю. Вчера я видела Ярика и Кристин, они говорили, что у Истера все хорошо. Ты знаешь, что там произошло? Когда какой-то мальчишка стал Правящим?

Ксения пожала плечами: она не имела права об этом рассказывать. Она беспокоилась об Истере, о том мальчике, обо всех, кто так или иначе был вовлечен в произошедшее. Но вспоминать об этом не хотелось: сразу же внутри становилось холодно и тоскливо. Она знала эти ощущения: она жила среди этих чувств много лет, закрытая во Дворце.

- А говорили, что вы с Джеймсом там были,- не поверила ей Алексис.

- Я не могу об этом говорить.

- Ой.

Ксения недоумённо посмотрела на подругу, а потом проследила за её взглядом: в их сторону шла Анна. Она была очень красивой, и многие ребята поднимали головы. Хотя, конечно, атмосфера в библиотеке тут же изменилась: мало кто был рад появлению дочери Правящих.

- Я ищу Лектуса,- холодно сказала девушка, остановившись перед столом, где сидели Ксения и Алексис. Сестра Джеймса тут же насторожилась, и Ксения поёжилась, потирая похолодевшие ладони.

- По-твоему, мы его прячем под книгами?- хмыкнула Алексис, сложив руки на груди и откинувшись на стуле. - Тебя выпустили из спецзоны?

- Ксения, где я могу найти твоего брата?- Анна явно игнорировала кочевницу, даже не глядя в её сторону.

- Я не знаю,- честно ответила Ксения. - Он был наказан, и вряд ли освободится до часа сна.

- Увидишь его, передай, что я буду как всегда ждать его на нашем месте.

- Регулярно встречаетесь? У вас даже своё место уже есть?- фыркнула Алексис.

К их столу подошёл Тед, парень, что отвечал за книги и порядок в библиотеке.

- У вас всё хорошо?- спокойно осведомился он, переводя взгляд с враждебно настроенной Алексис на холодную Анну.

- Всё замечательно,- пропела дочь Правящего и пошла прочь, ни на кого не глядя, явно считая это ниже своего достоинства.

- С каких пор они разгуливают по школе свободно?!- проворчала сестра Джеймса, когда Тед отошёл к книжным полкам.

- Думаю с тех пор, как это позволили мне и Лектусу,- тихо проговорила Ксения, а потом широко улыбнулась, расслабляясь, когда увидела у входа в библиотеку знакомую лохматую шевелюру. - Джеймс.

- Привет,- кочевник буквально влетел в помещение и приземлился по другую сторону от Ксении. Он тут же перестал улыбаться, схватив руки подруги и начиная их растирать. - Что с тобой? Ты ледяная!

- Всё в порядке, уже всё хорошо,- прошептала девушка, глядя в тёплые карие глаза. Когда Джеймс был рядом, ей казалось, что она в коконе света.

- Ой, пойду я за другой стол,- закатила глаза Алексис, улыбаясь. - Рада тебя видеть, братец.

- Стой! Я сто лет с тобой не говорил!- окликнул сестру Джеймс, но она лишь рассмеялась, скрываясь за стеллажами.

- Где Лектус?- Ксения отвлекла парня на себя, заметив, что вслед за Алексис прошёл Луи, её наставник.

- Он пошёл к тому парню, Клаусу, что ли? Ну, который теперь кровосос,- тихо пояснил Джеймс, снова глядя на Ксению. - Ты очень занята?

- Нет, а что?

- Хочу тебе кое-что показать, пока твоего брата нет рядом.

- И что это?- тут же насторожилась девушка: что такого он хочет ей показать в отсутствие Лектуса?

- Идём,- он потянул Ксению за собой, и вместе они прошли к дальнему стеллажу, который скрывал их от глаз других ребят в библиотеке. Рядом была дверь в закрытую секцию. Джеймс достал из кармана кольцо.

- Откуда?- тихо спросила девушка. - Фауст же отобрал у вас артефакты, когда поймал на той лестнице.

- Отобрал,- широко улыбнулся Джеймс,- но, видимо, они как-то сами к нам вернулись. Магия,- заговорщицки прошептал парень, надел кольцо на палец и сжал ладонь Ксении. Она впервые оказалась невидимой для окружающих, правда, особой разницы не почувствовала.

- И что теперь?- хотя она примерно догадывалась, куда её поведет друг. Он же достал из кармана ключи и, удостоверившись, что его никто не видит, открыл решётчатую дверь.

- А ключи у тебя откуда?- тихо спросила Ксения, когда они, оглядываясь, проскользнули внутрь и закрыли за собой дверь.

- Скопировал у Ярика,- хмыкнул Джеймс. - Всегда думал, что занятия по домоводству- полная ерунда, но иногда это бывает полезно. Идём.

Низкая дверца легко открылась, когда кочевник повернул ключ в замочной скважине. Ксения разглядывала лестницу, стены, ниши: удивительно, она была в самом сердце Академии, об этом месте рассказывали Лектус и Джеймс.

- Идём,- прошептал кочевник, и они начали медленно подниматься вверх. Ксения была готова к тому, что вот-вот им навстречу спустится большой заяц (она никогда не видела живых зайцев!), или флок в переднике, или, в худшем случае, Фауст. Но лестница была пуста, лишь где-то внизу слышались шлёпающие шаги.

Магия- колющая, волнительная, сладкая- окутывала это место, впитывалась в каждую клетку тела, в каждое движение, и Ксения невольно улыбалась.

- Вот,- наконец, прошептал Джеймс, толкая ничем не примечательную дверь и пропуская Ксению внутрь.

- Волшебно,- прошептала она, глядя на звёздное небо, до которого, казалось, можно достать рукой. Яркая полная луна освещала помещение со шкафами, покрытыми цифрами, и стеной с гербом и надписями. - Это комната Дозора? Вы рассказывали.

- Да, но Лектус не стал тебе рассказывать кое о чём, что мы узнали,- Джеймс убрал свое кольцо в карман и потянул Ксению к стене. - Вот тут,- он ткнул пальцем в имя, написанное на стене, в столбце "Без вести пропавшие".

- Мама?- прошептала девушка, прижимая руки к груди и с испугом глядя на Джеймса. - Это наша мать?

- Думаю, что да. Подожди, тут есть кое-что другое,- и Джеймс пошёл к шкафчикам, выдвинув один. На стол в центре комнаты легли какие-то предметы. - Думаю, что члены Дозора, отправляясь на задание, оставляют тут свои личные вещи и... Вот это,- он показал Ксении каменный треугольник. - Смотри,- и парень, не дожидаясь вопросов, вставил камень в центр стола, в идеально подходящую выемку.

Из странной дымки над столом появилось лицо, очень смутно знакомое Ксении. Она так давно не видела свою мать, что вряд ли смогла бы узнать в этом образе ту, что родила её, и воспитывала до трёх лет. Девушка из дымки была юной и очень красивой, но не так, как дети Правящих. Красива настоящей, человеческой красотой, какой её может создать только Природа.

"Мама, папа, Невий,- заговорила девушка из дымки, и Джеймс сжал руку Ксении. - Я знаю, что вы будете огорчены, что я уехала вот так, не попрощавшись. Но... вы бы меня не отпустили. Я прошу у вас прощение. Мама, ты меня поймешь: всю свою жизнь я слышала от тебя историю нашей семьи, ты верила в то, кто мы. Папа, я возвращаюсь к нашим корням, и если удастся, постараюсь побывать в твоей семье. В нашей семье. Невий, любимый, прости меня. Прости и живи дальше, я тебя отпускаю. Твоё кольцо я оставила среди своих вещей, надеюсь, его тебе вернули. Я ухожу, чтобы помочь, помочь всем нам понять и стать лучше. Моё задание почти невыполнимое, но я попытаюсь. Я проникну в самое сердце этого мира, чтобы вырвать его с корнем. Что бы ни случилось, я всегда буду помнить о вас и любить, даже уходя в вечность".

Ксения не сдерживала слёз, слушая прощальную речь девушки Электры. Она оплакивала эту девушку, умевшую любить и верившую в будущее.

- Ты уверен, что это наша мама?- шёпотом спросила она, когда туман исчез.

- Здесь написано,- Джеймс показал на свиток,- что её маму звали Ксения. Думаешь, это совпадение?

- Нет,- прошептала девушка, позволяя ему себя обнять. Она чувствовала себя опустошённой, почти разбитой тем, что увидела и услышала. - Эта девушка... она так любила этого Невия... Что она должна была сделать, какое задание выполняла?

- "Проникнуть в самое сердце мира и вырвать его с корнем",- пробормотал Джеймс. - Может, убить Байрока и его наследников? Но почему же тогда она сама стала частью этого "сердца мира"? Осталась там, стала кровососом...

- Думаю, из-за нас,- вздохнула Ксения,- ведь она была нашей мамой. К тому же... во Дворце говорили, что она любила нашего отца. Ещё до того, как они оба стали Правящими.

- Да уж... Вы, девушки, очень непостоянны,- вздохнул кочевник.

- Лектус всё это слышал?

- Нет, он не захотел, но я подумал, что ты имеешь право знать.

- Спасибо,- Ксения потянулась и мимолетно поцеловала друга. - Это... очень важно для меня.

- Знаешь, что я ещё подумал?

- Что?

- Она родилась здесь, в Северном городе. Может, её родители, твои дедушка и бабушка, всё ещё здесь?- предположил Джеймс. - Послезавтра у вас поход в город, ты бы могла попробовать их отыскать.

- Да,- растерянно произнесла Ксения, которая ещё не до конца осознала новость о том, что её мама была магом из этого города, и здесь могут быть их родные. - Жаль, что вы с Лектусом не пойдёте.

- Да, жаль,- хмыкнул Джеймс. - Пудель этот Фауст!

Ксения рассмеялась и начала складывать вещи матери обратно в ящичек.

- Ладно, пойдём, пока нас не хватились, а то ты тоже окажешься наказана.

- Как думаешь, это важно... то, что мы узнали?- спросила Ксения, глядя на друга.

- Не знаю,- пожал он плечами. - Уверен, что это не последнее открытие, которое нам предстоит сделать. Зато даже с каким-то энтузиазмом ждёшь, что будет дальше.

## ЧАСТЬ ВТОРАЯ


## Глава 1. Легенды Северного города


Вряд ли он когда-то привыкнет к шуму и суете людского общества.

Лектус поморщился, заходя в столовую (он скучал по одиноким завтракам во Дворце), и тут же нашел взглядом сестру. Ксения сидела в компании рыжей дикарки и еще каких-то школьников, которые мало интересовали Принца.

- Привет,- он опустился рядом, поставив перед собой поднос с едой. Пища не отличалась особым разнообразием (как бы сейчас хотелось салат из свежих овощей, фруктов и выпечки), приходилось довольствоваться ежедневной кашей и черным хлебом. Что поделать, зимой в окрестностях вряд ли что-то хорошо растет, да и люди не отличались особым трудолюбием. Он никогда не слышал о людях, которые бы, имея в руке черствый хлеб, куда-то помчались, что-то сделали, чтобы у них была горячая белая булка.

- Ты один?- Ксения повернулась к брату.

- Как видишь,- Лектус внимательно смотрел на ее лицо.

- Что?

- Как ни странно это будет звучать, но жизнь здесь тебе явно на пользу,- заметил Принц, беря приборы: раньше он никогда не видел румянца на щеках девушки. Не зря тащились через весь мир.

Ксения сжала его руку, и он удивленно поднял брови.

- Тебе тоже на пользу, Лектус,- тихо заметила сестра, улыбаясь,- правда. Ты стал... человечнее.

- Не уверен, что это комплимент,- скептически ответил он.

- Ты скучаешь? По Красному городу?- она говорила очень тихо, но вряд ли их бы кто-то услышал в таком потоке неконтролируемого утреннего восторга людей. Удивительно, что годам к тридцати они не становятся эмоционально выжатыми, так бурно переживая все события своего детства, а потом юности.

- Красный город, по которому бы я мог скучать, не существует,- холодно ответил Лектус и качнул головой, показывая, что не собирается продолжать этот разговор. Это только его проблема, что он верил в ту чушь, которой его учили, верил в мир, построенный на справедливости и законе. Слишком много он увидел, выйдя за стены города, который столько лет был для него незыблемой точкой опоры.

- А где Джим?

Лектус поднял глаза на рыжую дикарку, хотя, конечно, здесь она уже не выглядела настолько дикой: душ и приличная одежда даже из кочевницы сделают примерную ученицу.

- Думаю, ошметками стекает по стенам спальни,- пожал Лектус плечами.

- Что ты с ним сделал?!- сестра лохматого явно не ожидала такого ответа.

К ним стали поворачивать головы, и Лектус примерно представлял выражения лиц местных жителей. Но это его мало волновало.

- Когда я уходил, лохматого раздирала дилемма: он не мог выбрать между двумя самыми важными желаниями- остаться спать или пойти поесть. Не уверен, что он смог решить, не лопнув пополам.

Ксения рассмеялась, а вот дикарка явно не оценила юмора. Хорошо, что хоть лохматый родился с зачатками этого полезного чувства, а то бы с ним было совсем тяжко.

- Я занесу ему поесть перед тем, как мы пойдем в город,- улыбнулась сестра, и Лектус повернул к ней голову. - Жаль, что вы не с нами.

- Мне не нравится, что ты пойдешь туда одна,- Принц действительно не считал это хорошей идеей: он не знал, что там будет, в этом городе, который вряд ли относится к детям Правящих добрее, чем его отпрыски, отправленные в Академию на обучение.

- Она пойдет не одна, а со мной,- заметила сестра Джеймса, с вызовом глядя на Лектуса.

- Ну, да, и это должно меня успокоить,- с сарказмом ответил Лектус.

- Лектус, перестань, со мной ничего не случится. Я хочу пойти в город, к тому же я не хочу сидеть одна в школе, пока вы с Джеймсом будете в очередной раз трудиться на благо общества,- Ксения явно пыталась его убедить и успокоить, но ей это не удалось. - Я буду осторожна. Честно.

Дикарка фыркнула, и Лектус увидел, как она закатила глаза.

- Если с моей сестрой в твоей компании что-то случится, никакая магия тебе не поможет,- спокойно и с расстановкой проговорил Принц, холодно глядя на Алексис, но та, кажется, предупреждением не прониклась. Видимо, это у них семейное.

- Лектус!- Ксения сердито хлопнула брата по руке, и он удивленно посмотрел на нее. Это что-то новенькое. - Прекрати, пожалуйста. Ты спасал меня из заточения не для того, чтобы я снова была заперта.

Лектус не стал спорить: какой смысл? Он вздохнул и поднял глаза как раз в тот момент, когда в столовой появился Ярик. Странно, но маг был один, хотя привычнее было видеть парня в компании Кристин и полукровки. Ярослав обвел взглядом помещение, словно пытаясь кого-то найти в гуще голов, и его взгляд остановился на Лектусе.

Что еще?

- Ксения, хорошей прогулки,- Лектус поднялся из-за стола, так и не притронувшись к еде, и направился к Ярику, который отошел к стене, чтобы не мешать потоку учеников, входивших и выходивших из столовой.

- Что случилось?- спросил Принц, внимательно глядя на мага. Вряд ли бы Ярик стал искать его пристального внимания в ином случае, ведь в последнее время сын Эйлин не проявлял особого интереса к тем, кого привез с собой из Красного города.

Да и действительно, кто они такие, чтобы отвлекать великого Ярослава от повседневных забот? Дед, проклявший отца, отец, почти все время пребывающий в теле волка, брат, читающий мысли всех вокруг, притворяясь невидимым, друг, которому иногда нужно немного крови и немного смерти, ну и мир, который, кажется, надо спасать. По сравнению со всем этим жизнь Наследника Водного мира- скукота и обыденность.

- Позволь мне послушать ваш разговор с Анной.

Отлично.

- Я узнал об этом в мыслях Алексис, она слышала, как Анна назначала тебе встречу,- тут же пояснил Ярик, предвосхищая все вопросы. Ну, или читая их в чужих мыслях. - Я хочу знать, о чем она думает.

- Зачем тебе для этого я?

- И ты, и я знаем, что, что бы она ни задумала, ты будешь частью этого плана, рядом с тобой она, скорее всего, будет более открытой.

- Ты легко сейчас читаешь мои мысли?

- Нет, с трудом,- покачал головой Ярик, морщась, словно это причиняло ему дискомфорт. - Все приглушенно.

- Это кинжал. И мысли Анны будут для тебя почти также недоступны,- предупредил Лектус. - Вы сами нажили себе неприятности.

- Она отказалась уходить,- напомнил Ярик, и Лектусу казалось, что они впервые со времени знакомства говорят серьезно. - Если мы создадим прецедент и выгоним из города ребенка Правящего против воли, могут быть последствия.

- А если не выгоните, последствия будут еще страшнее,- Лектус сложил на груди руки. - Вокруг нее сплотились силы, которые вы не сможете остановить.

- О чем ты?

- О тех, кто хотел бы жить по ту сторону купола, но не может. Нет ничего удивительного в том, что вы, люди, потеряли свой мир,- усмехнулся Лектус. - Ваш глупый гуманизм и странные представления о добре однажды не просто сократят вашу численность, а истребят вас, полностью. Хотя, с другой стороны, тогда вы добьетесь своей цели- победите Правящих, ведь они умрут от голода. А теперь прости, мне пора, меня ждет девушка,- он сделал несколько шагов назад и пошел к выходу. Кажется, Ярик хотел еще что-то сказать, но Принц действительно опаздывал.

Едва он вступил в учебный коридор, как его чуть не сшиб с ног ученик. Блондин отскочил, нарисовал в воздухе дверь и исчез. Ну, да, было бы глупо ждать от человека извинений.

Лектус некоторое время стоял в коридоре, поправил одежду и только тогда вошел в класс, где его дожидалась Анна.

- Нескучное утро?- она улыбалась, отходя от окна и вопросительно глядя на Принца. Наверное, она поняла это по взгляду, а может, по тому, что он опоздал.

- Что ты хотела?- достаточно учтиво спросил Лектус, не собираясь обсуждать свое утро.

- Отдай нам кинжал.

Что ж, для разнообразия четко и быстро изложенные мысли, в этом месте редкое явление.

- Вам?- уточнил Принц. Он видел, как горели глаза Анны, когда она смотрела на него, и лицо ее на какие-то мгновения оживало. Она так быстро и так просто становилась похожей на Правящих.

- Отдай, Лектус. А лучше возьми его- и давай уйдем отсюда,- она подошла совсем близко, глядя в его глаза, такие же ледяные, как и ее.

Почему он не мог быть как она? Почему видел мир по-другому? Почему он не мог пылать таким же ярким чувством к ней и легко принимать решения?

- Кинжал скоро вернется в Красный город. Возвращайся и ты.

- Без тебя- нет,- в очередной раз повторила девушка. - Почему, Лектус? Зачем тебе тут оставаться? Твое место в Красном городе, среди нас, среди твоего народа. Здесь ты всегда будешь чужим, всегда будешь один.

- Я везде буду один.

- Это все он, да?

- О чем ты?

- Этот ненормальный кочевник,- Анна практически выплюнула эти слова, и Лектус вспомнил, как она отравила Джеймса, как лохматый умирал, но просил, чтобы спасли Ксению и его сестру. - Это он! Везде с ним ходишь, разговариваешь, таскаешь его за собой, как того старика в городе. Зачем тебе этот дикарь? Решил попробовать глупые человеческие игры в дружбу? Может, еще в любовь поиграешь? Не пытайся, мы выше этого, мы совершеннее.

- Анна, а кто мы?- спокойно спросил Лектус, складывая руки на груди. - Кто мы такие? Правящие.

- Что за вопрос, Лектус?- она сузила глаза, и, кажется, теперь убедилась, что он околдован, ну или что она там собирается рассказывать Правящим.

- Ты не думала о том, кто мы такие? Откуда мы? Почему мы... несамостоятельные? Мы используем людей не только, чтобы есть. Мы их используем, чтобы существовать. Анна, а мы вообще существуем?

- Ты с ума сошел, Лектус?!- прошипела она. - Откуда в твоей голове такие мысли?!

- Может, мы какие-то... паразиты, живущие в человеческих телах?- тихо спросил он, глядя в ее глаза, расширенные от негодования и страха. - Вирус, от которого люди гибнут?

- Принц, опомнись!- кажется, Лектус впервые слышал, как Анна кричит. - Что они сделали с тобой?!

- Показали обратную сторону мира,- он вздохнул.

- Это все кочевник. Это он!

- Ты думаешь о нем больше, чем я,- отмахнулся Лектус.

- Ты привязался к нему. Так же, как к своим зверькам там, в Красном городе.

- Нет.

- Да, Лектус.

- Нет, не как к зверькам,- покачал головой Принц, тяжело глядя на Анну.

- Ты превращаешься в них, в этих людишек!

- Как бы я хотел этого,- Лектус видел в ее глазах отвращение и ужас, и успел выставить вперед руку, когда она попыталась приблизиться. Быть человеком проще, намного проще. Достаточно посмотреть на Джеймса. - Анна, не делай глупостей.

Она молчала, и он пошел к дверям.

- Я не сдамся, Лектус,- проговорила она ему вслед,- никогда. Мы вернемся домой, очень скоро.

Он не стал оборачиваться, только на мгновение остановился в дверях, заметив справа какое-то движение. В коридоре было тихо и пусто. Лектус нарисовал проход, обернулся к выходу из класса, прищурившись. Почти сразу воздух чуть исказился, и Принц схватил пустоту, смыкая пальцы на шивороте Святика.

- А теперь поговорим,- с угрозой произнес он и втащил мальчишку в проем вслед за собой.

- Отпусти!- пропищал младший брат Ярика, когда они оказались в какой-то пустой комнате. Надо же, он научился пользоваться проходами Фрея. Ему нужно было место, где он сможет поговорить с мальчишкой наедине, и теперь они были в пустой каморке, забитой мебелью.

- Тебя послал брат?- Лектус держал Святика, не давая вывернуться. - Ты знаешь, что по законам Правящих за подслушивание тебя бы надо лишить ушей.

- Я не живу по твоим законам!- фыркнул мальчик. - Закричу.

- Кричи,- пожал плечами Принц. - Что ты узнал?

- Не скажу. Отпусти.

- Что. ты. узнал?- повторил вопрос Лектус, встряхнув маленького мага. - Быстро!

- Они тебя подставят. Скоро.


- Ну, ничего себе!

Ксения была солидарна с чувствами стоявшей рядом Алексис. Они вдвоем застыли у подножия моста, который соединял территорию Академии и стены Северного города и который они только что пересекли. Их обходили воспитанники, отпущенные из школы на прогулку или выходные, ведь у многих ребят в городе были родные.

- Он великолепен, правда?- рядом стоял Луи, высокий красавец (Ксения подозревала, что несколько поколений назад его семья была частью народа Правящих, но Алексис, кажется, это не сильно волновало), согласившийся стать их гидом по городу.

- Он очень... человеческий,- выдохнула Ксения, пытаясь ничего не пропустить, увидеть, впитать.

В лучах зимнего солнца, стоявшего низко над горизонтом, город сиял и сверкал сотнями оттенков льда и снега. Крыши домов всевозможной высоты и формы были покрыты белыми покрывалами застывшей воды. Даже башни и башенки, где с окошками, где с балкончиками, окрашенные в самые разные цвета, от ярко-желтого до темно-зеленого, носили оттенки зимы. Дома то поднимались вверх, то словно "проваливались", теряясь нижними этажами среди разноцветных заборов.

С первого взгляда на нагромождение домов, башен, улиц, заборов, странных домиков среди ветвей огромных деревьев становилось ясно, что это не просто город людей, это город многих народов, выживших после страшных событий прошлого. Магия- вот чем дышал этот город, замерзший среди вековых лесов.

Последний приют свободных жителей. Другая сторона мира.

- Ну, чего встали? Обходи их,- проворчал кто-то, толкая Ксению и ковыляя в ворота, ныряя в толпу людей и других существ, наполнявших улицы Северного города. И эта толпа пылала тысячами оттенков самых разных чувств, словно яркое полотно, но его было сложно разобрать на отдельные нити. Нужно просто наслаждаться получившимся рисунком.

- Ксения, идем!- Алексис дернула подругу за руку, и они тоже влились в бурный поток жизни Северного города. Приходилось все время смотреть под ноги, чтобы не задавить какое-нибудь животное или не споткнуться о тележку, которую катил гном. Гномов здесь было много, а еще много разных других существ, названий которым Ксения пока дать не могла. Люди, тепло одетые, с красными от мороза щеками, перекрикивались, куда-то спешили или, наоборот, прогуливались. Шумные ребятишки носились по улицам, гикая или хохоча. То тут, то там попадались разные лавки и таверны, откуда пахло едой или звучал громкий мужской смех. - Посмотри!

Ксения проследила за рукой подруги: Алексис указала наверх, и девушки застыли, наблюдая за бурной жизнью в воздухе, кажется, не менее насыщенной, чем на земле, на узких и широких улицах среди каменных и деревянных домов, среди огромных деревьев.

Над городом летало все, что могло и не могло летать. Помимо миниатюрных желтых коробочек, запряженных небольшими лошадками с крыльями, туда-сюда носились серо-белые птицы, маленькие создания, похожие на крылатых помощниц Бородули, гнома с корабля. Кажется, мимо пролетел даже кот, но на такой скорости, что можно было различить лишь его усы и черный хвост.

- С ума сойти!- прошептала Ксения, уворачиваясь от пони, что пробежал по улице. Вслед за ним мчался мальчишка, крича и пытаясь схватить зверя за хвост. Всего было очень много, так, как это умеют только люди.

- Наверное, с непривычки теряешься,- заметил Луи, пытаясь поддерживать девушек под локти. Ксения благодарно ему улыбнулась и подумала, что правильно сделала, не сказав брату о сопровождении в лице наставника Алексис. - Сегодня традиционная ярмарка, поэтому столько народу. Многие приехали с окрестных деревень, чтобы обменять свои товары.

- Обменять?- уточнила Алексис, когда они свернули на более тихую улочку, с одной стороны сплошь застроенную деревянными домами разной высоты и формы, а с другой- огромными деревьями, среди ветвей которых были построены хижины (или как это еще можно было назвать?).

- У нас в ходу обменные карточки. Каждый может обменять свой товар на карточки на Складе, а потом на эти карточки приобрести какие-то товары. Или же наоборот, на Складе обменять карточки на товар,- объяснил Луи. - Вам дали карточки?

Ксения порылась в карманах и показала несколько плоских деревянных брусочков, которые им перед выходом выдавала дама Сирия (среди девочек ее звали Цаплей за длинные ноги и привычку поджимать одну из них, когда она стоит).

- Да, это они. Можно зайти в лавку и съесть что-нибудь вкусное,- предложил Луи,- но уверен, что сначала вы хотите все тут посмотреть. Отличается от Кровавого города, да?- обратился парень к Ксении, и она пожала плечами: она не так хорошо знала свою родину, чтобы сравнивать.

Они вывернули с улицы, прошли еще некоторое время- и оказались на открытом пространстве.

- Площадь Первых семей,- рассказал Луи, позволяя девушкам осмотреться. - Перед вами на той стороне Дом Совета, там заседают выборные представители всех общин города. Ну, и драки там бывают,- рассмеялся парень. Дом Советов не был похож на дворец, скорее, на большой каменный дом с резными окнами и покатой крышей, высоким крыльцом и маленькими елочками, посаженными перед ним. Туда постоянно кто-то входил. - Там еще располагаются Три службы, а справа- Склад. В общем, вы видели все самое важное.

Отсюда действительно было проще сориентироваться в городе. С площади вели четыре широкие и много маленьких улочек.

- Дороги ведут в общины города,- пояснил Луи, когда они втроем прошли в центр площади, где резвились дети. Они катались с горок и скользили по темному льду, разгоняясь. Ксения рассмеялась, купаясь в детской радости: она знала теплые оттенки восторга ребенка, ведь Лектус часто устраивал для нее подобные праздники там, в Красном городе, чтобы девушка могла пополнить силы.

- В основном, конечно, все живут вперемежку, но все-таки у нас есть квартал магов, квартал гномов и родственных им народов,- он махнул в сторону, где были самые низкие дома, а еще над ними стояли несколько столбов черного дыма. Оттуда доносился металлический стук. - У них там кузни, они делают металл и инструменты. В квартале магов очень интересно, да и там можно много всего купить: лекарства, привороты, ступы для полетов, погадать на будущее, нанять проводника... Там продаются самые вкусные сладости с фабрики Барнса с Туманного острова. Сын Барнса, кстати, недавно еще учился с нами, но потом его отправили в Школу Трех Народов, уж не знаю за какие заслуги,- продолжал рассказывать Луи.

- Самая большая община, конечно, людей, а в той стороне,- Ксения посмотрела в указанном направлении: башни, каменные дома, стены, - живут выходцы из Чужих, туда не стоит лишний раз соваться, они не любят чужаков.

- А здесь кто живет?- спросила Алексис, указывая на улицу, что терялась в деревьях.

- Четыре эльфа и их друзья.

- Здесь живут эльфы?- изумилась Ксения, помнившая слова о том, что эльфы запрещено общаться с людьми.

- Да, это древняя традиция,- улыбнулся Луи. - Когда люди начали строить город, то здесь процветало все то, что свойственно людям: воровство, нищета, богатые спекулировали своим богатством, бедные нищенствовали, люди болели, детей Чужих забивали насмерть. Болезни, вражда, кровь... Жуть. Тогда маги обратились к эльфам за помощью, ведь высшие волшебники помогали спасать остатки человечества. И Царь эльфов постановил, что четыре самые важные должности в городе людей должны занять эльфы. С тех пор раз в пять лет мы получаем новых эльфов для управления городом в самых важных сферах.

- Почему именно эльфы?- не поняла Алексис, следя за тем, как над их головами проносится желтая кибитка.

- Они справедливы, не знают алчности и злобы. Первый эльф заведует складом и всеми запасами города, поэтому никто не голодает, нищих нет, а слишком богатые... расстаются с богатством по воле Первого эльфа. Второй эльф- глава всех служб правопорядка. Нет, конечно, до конца не удалось искоренить воровство или любовь к дракам, но порядка тут много, больше, чем в окрестных деревнях. Третий эльф ведет учет прибывающих и убывающих жителей города, а также всех тех, кто тут живет постоянно, распределяет жилье и руководит рабочими артелями. Каждого нового жителя он определяет на ту работу, в которой город сильнее всего нуждается. Не хочешь- вот ворота, иди жить в деревни,- ухмыльнулся Луи, нагибаясь и трепля за уши лохматого пса, что ластился к ним. Ксения бы хотела его погладить, но побаивалась.

- А Четвертый?- Алексис с интересом посмотрела на друга.

- Он судья, разбирает все споры и преступления, и это единственный неподкупный и независимый судья в городе,- рассмеялся Луи. - Если бы не эльфы, мы бы давно тут погрязли в междоусобицах. Вы не замерзли? Может, пойдем и выпьем чего-то горячего?

- Нет,- Ксения покачала головой,- вы идите,- у нее было несколько причин, чтобы отделиться от Алексис и ее друга. Ну, во-первых, быть третьей лишней ей совсем не хотелось. Но еще сильнее она хотела найти родителей своей матери. - Я зайду в Дом Советов, мне очень интересно.

- Не потеряешься? А то твой бледный брат меня убьет взглядом,- Алексис сделала большие глаза. Ксения рассмеялась: уж кто-кто, а дикарка точно не боялась Лектуса. Девушке даже казалось, что сестре Джеймса нравится дразнить Принца.

- Все будет в порядке, идите,- Ксения махнули им рукой и пошла к Дому Советов, где, как рассказал Луи, должен работать эльф, отвечающий за учет жителей города. Возможно, там ей подскажут, как найти Ксению и Тедиса?

Вблизи Дом Совета казался огромным, вокруг него витал запах мороза, дерева и еловых веток. Ксения улыбнулась очень грязному псу, который разлегся под табличкой "Не магическим животным вход воспрещен".

Она поднялась на крыльцо и остановилась, увидев несколько дверей. Таблички и указатели помогли сориентироваться: местные жители явно любили порядок и организацию. Бюро регистрации населения находилось за самой дальней от лестницы дверью.

Девушка вошла в теплое светлое помещение, большое, наполненное шумом и живыми существами. Через половину комнаты к столу, что стоял у дальней стены, тянулась очередь из людей и представителей других народов. По бокам, у стен, стояли еще несколько столов, и туда иногда подходили те, кто дошел до дальнего бюро и был явно перенаправлен.

- Простите, мне нужно узнать о двух жителях города,- робко спросила девушка у смешного человечка, что сидел за боковым столом и клеил из спичек домик. Он поднял глазки, которые прятались под кустистыми бровями, и с любопытством посмотрел на Ксению.

- Вновь прибывшие потомки Чужих регистрируются у третьего бюро,- как-то очень весело откликнулся чиновник.

- Нет-нет, я только хочу узнать, живут ли здесь еще мои... родные,- покачала головой Ксения.

- В общую очередь,- пожал плечами человечек, явно тут же теряя интерес к незнакомой ученице Академии.

Ксения вздохнула и подошла к тем, кто стоял, ожидая приема у дальнего стола. Очередь несколько сократилась, и девушка уже смогла увидеть того, кто вел прием новоприбывших. К ее разочарованию, это не был эльф, а она так хотела познакомиться с одним из них. Но вполне логично, что рядовыми делами занимался не сам руководитель, а люди. Наверное, под строгим контролем.

- Разойдитесь! Дорогу!- раздался позади крикливый голос, и Ксения отскочила, пропуская большого черного кота в унтах и шапке. Он протопал мимо всех визитеров, подтянулся на лапах, зацепившись за край стола, и посмотрел на принимавшего прибывших человека. Тот был в возрасте, с седыми висками и очень внимательными глазами, которые вперил в большого кота.

- Что еще, Сергеич?- устало спросил человек, откладывая палочку для письма. - Простите, господа, минутку,- вежливо попросил он тех, кого за момент до этого обслуживал. - Какая беда?

- Я совершил незаконную посадку на площади, прошу снять с меня всякие санкции!- громко возвестил кот, все еще вися на лапах и глядя на человека. - В лесу нашел трех мальчишек, пришлось срочно лететь сюда, садиться, сдал их целителям в общине магов. Так что ты запиши! Я не вожу нелегальных мигрантов! Запиши!

- Шурик, я записал, никаких штрафов. Кому из магов отдал мальчишек?

- Селесте и Марку, так и запиши. Записал? Никаких штрафов?- еще раз уточнил кот, кажется, успокаиваясь.

- Иди, Шурик, иди,- устало попросил человек и снова вернулся к работе.

Кот тут же спустился на пол и так же стремительно поспешил прочь, ворча что-то о неправильно привязанных в городе оленях. Ксения улыбнулась ему, когда кот проходил мимо, и тот, кажется, засмущался, хотя могут ли смущаться коты?

- Расступись!

Не успел кот исчезнуть, как в окно, стукнув створками, ворвалась огромная птица с красным клювом и длинными ногами. На шее ее болталась, кажется, сумка.

- Филипп, запиши: у Су Ян и Кли родился мальчик, рост 50 сантиметров, вес пока неизвестен, так как сломались весы,- возвестила птица, и подобными способностями была удивлена явно только Ксения.

Сумасшедший город!

- Записал, лети, не отвлекай,- попросил Филипп. Наконец, ему удалось закончить с парой парней, что стояли перед ним (ребята отправились в левую дверь, переговариваясь). - Ну, кто следующий?

- Мы! Мы!- странный писк раздавался снизу.

- Кто еще там?- Филипп поднялся со своего места и перегнулся через стол. Ксения сделала пару шагов в сторону, чтобы разглядеть тех, кому принадлежали голоса. - Лешики! Вам не сюда! Вам к столу пять! Лесные народности должны пройти осмотр и тест на социальную жизнь!

- Бюрократия!- заверещали зеленые лохматые малыши, подпрыгивая. Их было пять или шесть, разных размеров и оттенков. - То справку о составе семьи! То налог на испорченные деревья! Теперь вот к другому бюро! Дискриминация!

- К столу пять!- твердо сказал Филипп и сел на место, поднимая глаза на следующих посетителей. Это была пара- мужчина и женщина, истощенные, плохо одетые. - Харли!- гаркнул Филипп, и человечек, который клеил дом из спичек, подпрыгнул. - Я сколько раз тебе говорил?! Сначала накормить, помыть, одеть, потом уже на регистрацию!

Человечек поспешил к Филиппу, раскланялся перед людьми и пригласил следовать за ним в правую дверь.

- Итак, слушаю вас.

Ксения подошла к столу и неуверенно улыбнулась Филиппу.

- Что воспитаннице Академии нужно в Бюро?- вежливо решил подтолкнуть ее мужчина.

- Я ищу кое-кого,- тихо спросила девушка. - Здесь лет двадцать назад жили Ксения и Тедис, у них была дочь Электра. Вы можете подсказать, где они живут сейчас?

- Так, а сколько им лет? Коренные жители или из пришлых? Какая у них была профессия?- деловито осведомился Филипп, доставая из-под стола стопку папок, очень толстых. - Знаете?

- Кажется, Тедис был кузнецом,- припомнила Ксения жизнеописание Электры. - А их дочь училась в Академии магов, а потом работала в Дозоре.

- Так-так,- человек начал листать папки, пробегая глазами по спискам и записям. - Так-так... Так-так,- время тянулось томительно, и Ксения уже решила, что зря пришла, как Филипп оживился. - Так, нашел! Тедис Пректус, кузнец, проживал... Простите, милая барышня, но он умер четыре года назад,- с искренним сожалением ответил Филипп.

- А его жена?

- Так-так... - мужчина снова начал поиск, и на этот раз информацию нашел быстрее. - Тоже умерла, еще раньше. Сожалею. Могу ли я еще чем-то помочь?- с участием спросил Филипп.

- Может... остался их дом? Вещи?- Ксения без особой надежды посмотрела на мужчину. - Хоть что-то?

- Так-так,- снова папка, желтые иссохшие листы. - Их дом и все имущество по завещанию переходили их дочери, но она пропала без вести, а потому их дом и имущество перешло к семье Невия Матвея, который в последние годы содержал стариков.

Имя было Ксении знакомо, и она почувствовала надежду. Тонкую нить, что все-таки могла связать ее с потерянной семьей.

- Вы можете назвать адрес? Я бы хотела встретиться с Невием.

- Вы знаете город?

- Нет, но...

- Добрый день.

Ксения вздрогнула и подняла глаза на появившегося бесшумно и словно из неоткуда человека. Это был высокий широкоплечий мужчина с длинными русыми волосами, высоким лбом и очень благожелательным взглядом, устремленным прямо на девушку.

- Третий эльф, здравствуйте,- Филипп привстал, приветствуя начальника, но в этом не было ни услужливости, ни подобострастия.

Эльф! Ух ты! Ксения прикрыла глаза и попыталась на миг почувствовать стоявшего рядом мужчину: он был равномерно теплым и совершенно бесцветным.

- Вам чем-то помочь?

Девушка открыла глаза и улыбнулась эльфу.

- Я дал ей адрес дома, где раньше жили родственники барышни,- объяснил Филипп, протягивая Ксении записку. - Могу объяснить, как...

- Занимайтесь своей работой, вас ждут люди,- коротко заметил эльф. - Я сам провожу воспитанницу Академии по адресу,- он взглянул на записку. - Вы позволите?- эльф сделал приглашающий жест по направлению к дверям, и Ксения кивнула.

- До свидания и спасибо за помощь!- улыбнулась она на прощание Филиппу и вышла на улицу, чувствуя, что эльф идет следом.

С ума сойти, настоящий эльф!

- Меня зовут Доминус из рода Речных стражей,- представился мужчина, когда они спустились с крыльца и пошли через площадь.

- Я Ксения, учусь в Академии,- ответила девушка.

- Вы здесь недавно, не так ли?- голос у эльфа был низким, завораживающим.

- Да,- она не хотела вдаваться в подробности: Лектус вряд ли одобрит, если она расскажет кому-то о том, откуда они пришли и кто их родители. - А вы постоянно живете в городе?

- Нет, моя служба составляет пять зим, мне осталось еще две, и я вернусь к семье,- они свернулись в узкую тихую улочку.

- У вас есть семья? Почему они не с вами?- удивилась Ксения.

- Служить в Северном городе могут только те эльфы, у кого есть причина вернуться назад, вы же понимаете,- спокойно заметил Доминус, поддерживая девушку под локоть, когда мимо промчались сани, запряженные собаками. Удивительное зрелище!- Какой магии вы учитесь, Ксения?

- Целительству,- этот вопрос не был опасным, и девушка ответила сразу. Она все время боялась упасть, потому что оглядывалась, смотрела на яркие домики и окна - это было интересно. Но эльф каждый раз поддерживал ее, если она оступалась.

- Полезная наука, особенно для людей,- заметил эльф. - Кого вы ищете в городе?

- Родственников,- пожала плечами Ксения, останавливаясь: на доме, к которому они подошли, стоял нужный им номер. Красный каменный особняк с деревянными окнами и балконами был очень уютным, за забором, окрашенным в бледно-синий цвет, стояли скамейка и стол. - Мы пришли?

- Да, дорога была короткой,- согласился эльф. - Пусть Природа поможет вам в ваших поисках, целительница Ксения,- и он раскрыл перед ней калитку.

Девушка вошла во двор и обернулась, но Доминуса уже нигде не было. Она вздохнула, чувствуя, как беспокойно бьется в груди сердце - и постучала в дверь.

Когда послышались шаги, Ксения впервые подумала о том, что не знает, с чего начать. Что она скажет?

Дверь открылась, и на пороге с благожелательной улыбкой появилась женщина лет сорока с убранными в тугой пучок темными волосами и лучистыми морщинками вокруг глубоко посаженных глаз. На женщине было светлое платье, поверх него - фартук. Она вытерла руки о полотенце.

- Добрый день?- спросила она, вынуждая Ксению заговорить.

- Здравствуйте, я ищу Невия Матвея,- ответила девушка, и тут же почувствовала, как изменились эмоции женщины: она почему-то сразу напряглась, словно ощетинилась изнутри. - Мне нужно с ним поговорить.

- Тая, кто там?- послышался изнутри мужской голос, и почти сразу за женщиной показался мужчина с ребенком на руках. Маленький мальчик с интересом уставился на гостью из-за головы матери.

- Добрый день, вы Невий?- спросила Ксения, все еще чувствуя недовольство женщины.

- Вы...- мужчина осекся, пристально глядя на гостью, как-то механически передал ребенка жене, и она унесла того в дом. - Вы... Простите! Проходите, на улице холодно!- он шире распахнул двери.

Ксения оказалась в полутемном коридоре, где у нее забрали верхнюю одежду. Комната, куда ее пригласил Невий, была светлой и очень уютной, с маленькими диванчиками и пушистым ковром на полу. У стены стоял стол, на нем - кружевные салфетки. В камине играло пламя, было тепло.

- Присаживайтесь. Чай будете?- Невий нервничал, это было видно по его лицу и немного нервным движениям рук. - Тая, накрой, пожалуйста, чай!- крикнул он, и Ксения смущенно ждала, когда мужчина тоже сядет. Наконец, он опустился в кресло напротив девушки. - Вы хотели со мной поговорить?

- Да,- она не очень знала, с чего начать. - На самом деле, я искала Ксению и Тедиса,- призналась она,- но в Доме Советов сказали, что они умерли.

- Вы от Электры?- кажется, Невий смог взять себя в руки и немного успокоиться. - Я всегда верил, что она вернется, или кого-то пришлет. Она жива?

- Да,- кивнула Ксения осторожно, не зная, что она может сказать, а что нет. - Но она не присылала меня сюда. Мы с братом недавно приехали в город и случайно узнали о том, что здесь могут жить ее родители.

- Она... ваша мать? Вы похожи на нее,- признался Невий, пристально глядя на Ксению. - У вас ее улыбка.

- Да, она наша мама, и я... хотела узнать о ней больше, а еще познакомиться с бабушкой и дедушкой. Возможно, у вас остались какие-то их вещи? Или портреты?- с надеждой спросила девушка, оглядывая комнату, но на стенах были лишь пейзажи в темных рамках.

- Она... не вернется в город?- тихо спросил мужчина, оглянувшись на дверь, словно боялся, что его услышат.

- Нет, не вернется,- покачала головой Ксения, стараясь отгородиться от эмоций Невия. - Так... у вас не осталось никаких вещей ее родителей?

- Почти никаких, но у меня сохранились некоторые вещи Эл,- так же тихо ответил мужчина и поднялся. - Подождите здесь, я сейчас.

Когда Невий вышел, в комнату с подносом в руках вошла его жена и начала расставлять чашки и чайнички на столе.

- Прошу к чаю,- сдержанно пригласила она, и девушка пересела на стул. - Вы давно в городе?

- Нет,- Ксения чувствовала напряжение, возникшее, когда Тая вошла в комнату.

- Надолго?

- Навсегда.

Наконец, вернулся Невий: в руках его был сундучок, который мужчина поставил на стул рядом с Ксенией.

- Это вещи вашей мамы.

Тая начала разливать чай, как-то искоса поглядывая на гостью.

- Кстати, а как вас зовут?- спросила она, когда девушка открыла крышку сундучка.

- Ксения.

Невий улыбнулся, а его жена только хмыкнула и села за стол, обхватывая чашку руками.

Но девушке сейчас было сложно сосредоточиться на странных чувствах Таи: перед ней был ларец с настоящими сокровищами.

Несколько рисунков, две книги, набор для вышивания, стопка писем, перевязанных лентой, и полотно с яркой вышивкой. Ксения осторожно перебирала предметы, и заметила, что все они подписаны одним словом 'Принцесса'.

- Почему 'Принцесса'?- спросила девушка, подняв глаза на Невия.

- Потому что она считала себя принцессой, избранной, - с усмешкой ответила Тая.

- Вы тоже ее знали? Электру?

- Мы все вместе учились,- пояснил Невий. - И она не считала себя избранной,- хмуро поправил он жену. - Все дело в древней легенде, которую рассказывала ее мама. Именно тетушка Ксения звала Электру принцессой.

- Что за легенда?

- Сказки,- хмыкнула Тая, отпивая чай из чашки.

- Тетушка Ксения говорила, что эта легенда очень старая и относится к первым десятилетиям жизни Правящих в этом мире.

- Но нигде, ни в одном сборнике, ни у одного народа эту легенду не помнят. Так что это всего лишь сказка,- снова заметила Тая.

- Я люблю сказки,- мягко сказала Ксения, глядя на Невия.

- Легенда начинается с того, что первые Правящие пришли на западный край материка и основали там город. У их первого Правителя были трое детей - два сына и дочь, Правитель снарядил корабли, взял старшего сына, дочь с их семьями и отбыл покорять новые земли. Младший сын остался наместником севера.

- Дочь Правителя умерла в пути, не выдержав лишений. Тогда корабли пристали к небольшому архипелагу, где ее похоронили. Правитель назвал три острова Туманным Некрополем, высадил на нем семью дочери, часть войска и людей, приказал построить над могилой дочери Храм, и отныне всех Правящих и их потомков хоронить в Некрополе.

- Прошло десятилетие, и Правитель с сыном и остатками войск, с кораблями, полными людей, захваченных по пути, пристали к скале, на которой возвышались остатки крепости. Правитель приказал строить там новый дворец и назвать его Кар-Альны.

- Красный город!- Ксения с увлечением слушала историю: какой бы сказочной не была легенда, она завораживала. Возможно, именно так появился город ее предков.

- Прошли десятилетия, младший сын Правителя, оставленный в суровых северных землях, начал думать о том, кто станет править миром после смерти отца. Он сел на корабль вместе со своей семьей и отправился в Красный город. Он был еще в пути, когда его отец умер. Старшему сыну рассказали, что его брат плывет в столицу.

- Но ведь они могли бы договориться!

- Если бы могли, не было бы легенды,- улыбнулся Невий, продолжая. - Отправляя тело отца в Некрополь, старший сын посадил на тот же корабль и своего единственного наследника, наказав семье его сестры позаботиться о мальчике. Младший сын, прибыв в столицу, убил брата и объявил себя единоличным Правителем.

- Не найдя наследников брата, он отправил за ними погоню, но нашел Некрополь пустым. Согласно легенде, наследники младшего брата до сих пор правят Водным миром. На какое-то время в прошлом они теряли власть, когда совет принял закон о наследовании по объему состояния, а не по крови, но вернулись к престолу и крепко теперь за него держатся...

- А что стало с наследниками старшего брата и сестры?- завороженно спросила Ксения, у которой по спине прошел холодок: видимо, в легенде говорится о ее семье.

- Семья старшего брата поселилась на маленьком острове, где построили небольшое поместье и до сих пор живут скромно и тихо, забыв о своих корнях. Семья сестры же веками хранила предание о трех наследниках. Они также жили скромно, на одиноком острове вдали от всех. Ваша бабушка Ксения должна была стать очередной Правящей этой семьи. Поэтому Электру звали 'Принцессой'.

- А как они оказались здесь, в городе?- шепотом задала вопрос Ксения, чувствуя озноб. Какая-то очень правдоподобная легенда!

- Ваша бабушка была единственным ребенком в семье ее отца. Он хотел выдать ее за наследника состоятельного соседа, а Ксения влюбилась в человека,- улыбнулся Невий. - Дядюшка Тедис был статным, умным, веселым, и тетушка Ксения была от него без ума. Когда она поняла, что беременна, то тут же решила бежать: ей бы никогда не позволили оставить этого ребенка, будь то мальчик или девочка. Ведь новый муж не потерпел бы рядом чужое дитя. Так они сбежали, и Электра родилась уже здесь, в Северном городе, в этом доме. Принцесса, знавшая историю своей семьи.

- Это ее и погубило,- заговорила Тая. - Если бы тетушка не забила ей голову этими сказками, этим предназначением, особой судьбой, Электра бы не отправилась тогда на задание и не сгинула.

- Она бы все равно отправилась на задание!- вступился за мать Ксении Невий. - Дело было не в предназначении, а в осознании того, что она должна исполнить свой долг.

- Что она должна была сделать?- тихо спросила Ксения, теребя в руках вышивку: на ней был изображен Правящий с тремя руками. В одной руке он сжимал какой-то камень, на ладони второй лежал перстень, а в третьей, что росла у него из груди, был сжат ключ.

- Мы не знаем,- ответил Невий, переводя взгляд на вышивку. - Это легенда о трех наследниках, ее символическое изображение, Эл вышила сама. А что ваша мама говорила вам о том, откуда она? Где вообще сейчас Электра?

- Она ничего не говорила,- покачала головой Ксения, поднимаясь и складывая вещи в сундучок. - Можно, я возьму?

- Конечно, и обязательно приходите к нам еще,- Невий помог девушке собрать вещи и пошел ее провожать, подавая одежду.

- Спасибо за чай и гостеприимство, Тая,- мягко кивнула жене Невия Ксения, оделась и сжала в руках сундучок. - Спасибо, что рассказали. За все спасибо!

- Ксения, скажи... Она хотя бы счастлива там, где она сейчас? У нее все хорошо?- шепотом спросил мужчина, который, кажется, спустя десятилетия все еще любил ту Электру.

- Да, думаю, да. По крайней мере, она точно осуществила то, о чем говорит легенда. Стала принцессой,- грустно ответила девушка.

- Принцессой?

- Невий, моя мать - жена Правителя Водного мира, а мой брат - Принц. Ваша легенда нашла удивительно продолжение, не правда ли?- и она выскочила на улицу, чтобы и дальше не впитывать боль и ошеломление, которые ее слова пробудили в Невии. Морозный воздух окутал девушку, и до самой школы она почти бежала.


## Глава 2. Свидания


- Фрей, впусти нас в спальню Лектуса.

- То есть эта спальня теперь принадлежит Принцу?- Истер посмотрел на обернувшегося к нему Ярика, стараясь всем своим видом показать, насколько он стремится попасть в ту комнату. Он в принципе никуда не стремился сейчас, а хотел провести хотя бы полчаса в одиночестве и тишине, потому что потом ему нужно идти на первое практическое занятие. Радость тоже небольшая, но внесет хоть немного разнообразия в жизнь, подернутую болотной тиной!

- Неудивительно, что все тебя сторонятся: ты все время не в настроении,- с улыбкой заметил Ярик, пока древесное создание, видимо, испрашивало у Принца разрешения впустить холопов.

- Меня сторонятся, потому что все уже знают, что я убил кровососа,- хмыкнул Истер. Он не жалел о том, что сделал, даже гордился - мало кто мог похвастаться, что зарезал кровопийцу-легата, одного из ищеек Байрока. К тому же решил проблему питания пленника. Да и то, что случилось потом, подбросило работникам лаборатории пищу для размышлений.

Ярик ничего не ответил, вступая в открывшийся для перемещений дверной проем. С другой стороны, что тут сказать? Истер был даже благодарен другу за то, что он не стал читать лекции про мораль и доброту. Ему было достаточно осуждающих взглядов Кристин и преподавательницы танцев, как будто ее мнение кто-то спрашивал. Даже ссора с Кристин не разубедила его в своей правоте, хотя изрядно подпортила настроение.

Кровососов нужно уничтожать. Всегда. Повсюду.

- Привет, почему такие насупленные?

Истер вошел в спальню вслед за магом: Принц стоял у окна, сложив на груди руки, лицо его ничего не выражало. Впрочем, как обычно. Кочевник же явно был сердит или обижен, сидел на кровати, поджав ноги и уставившись в одну точку.

- Ты просто так зашел или пошпионить?- светски осведомился Лектус, глядя на Ярика. - Брата с собой не взял?

Надо же, у Принца есть претензии к юному магическому гению. Что он там опять натворил?

- Мы с Истером хотим поделиться кое-какой информацией,- Ярик сел рядом с Джеймсом, все еще улыбаясь.

Взгляды присутствующих обратились к Истеру, и тот скривил рот: только всеобщего внимания ему и не хватало.

- Так из-за чего вы поссорились?- Ярик толкнул рукой молчавшего, что было довольно непривычно, Джеймса. Истер хмыкнул: если бы юный гений хотя бы иногда вылезал из своих гениальных мыслей и мыслей других гениев, влезал в головы простых смертных, то уже давно знал о причине ссоры. Правда, в точности школьных слухов можно усомниться, но лейтмотив известен: новоиспеченные друзья крупно повздорили из-за Ксении. Что там позволил себе Джеймс в отношении девушки, что так возмутило Принца, предполагали многие, но правду никто не знал.

- Из-за разных взглядов на жизнь,- фыркнул кочевник, дернув уголком губ.

- Из-за Ксении, что ли?- кажется, Ярик догадался, наконец, посетить мыслительный поток Джеймса.

- Это тебя не касается,- холодно откликнулся Лектус. - Что вы хотите рассказать?

- Может, о том, как там Лукас?- Джеймс хмуро посмотрел на Принца, а потом на Ярика.

Истер хмыкнул: так вот кто пошутил над странным нелюдимым мужчиной, появившемся в школе одновременно с отцом Ярика. С утра в лабораторию, где полукровка помогал Иглу сравнивать образцы крови и выявленные в ней частицы, прибежали за антидотом к какому-то едкому газу, который распылили в учебном коридоре. Плохо стало одному человеку - Лукасу. Говорили, что он до сих пор в госпитале.

Значит, тут не обошлось без Принца.

- Ты сам сварил и смог превратить в газ 'Ловца Защитника'?- с удивлением спросил Ярик, пристально глядя на Лектуса. В голосе мага было явное восхищение, а Истер нахмурился: что за одобрение подобных поступков?!

- Ты еще хвалебные гимны запой!- фыркнул полукровка, садясь на тумбочку. - Он, кстати, отравил мага.

- Да, кстати, за что?- все-таки решил осведомиться Ярик.

- Кажется, ты пришел о чем-то поговорить, а не расспрашивать,- напомнил Лектус. - Если ты передумал, я займусь чем-то полезным.

- Твой Лукас ставил опыты на Ксении,- сознался Джеймс,- так ему и надо.

- Значит, вы двое поссорились не из-за этого?

Истер усмехнулся и покачал головой: от Ярика так просто не отделаешься.

Принц прошел мимо и начал брать с кровати книги и свитки, явно не собираясь тут дольше задерживаться. Выдержка Лектуса была безграничной, но, видимо, Ярик исчерпал отмеренную ему дозу.

- Истер сказал, что превращение Клауса в Правящего закончилось,- ну наконец-то они добрались до сути.

- Откуда ты знаешь?- Принц обратился напрямую к Истеру. Вопрос явно приковал все его внимание.

- Я помогаю в лаборатории. Твой... друг находится там, за ним наблюдают. Исследуют кровь и изменения,- пожал плечами Истер. Ему нравилось проводить время в лаборатории: так он мог убедить себя, что не проводит время праздно, а борется с кровососами теми средствами, которые сейчас были ему доступны.

- Совет сдержит слово?- этот вопрос Принц адресовал уже Ярику.

- Они намерены позволить ему уйти. Вместе с кинжалом,- это прозвучало с сожалением, и Истер тут был согласен с Яриком: кинжал был слишком ценен, его нельзя было отдавать кровопийцам. В нем явно заключены ответы на многие вопросы, в том числе на тот, как победить кровопийц. И, отдавая кинжал, совершенно глупо не отойти от своих идиотских гуманистических принципов, которые не позволяли местным магам силой выудить тайны кровососов у их детей. Сделали же они из этого Клауса кровопийцу, значит, надо вырвать из них подробности!

- А что вы выяснили, пока исследовали этого Клауса?- наконец, заинтересовался и Джеймс, глядя на Истера. - Он действительно был мертв?

- Да,- кивнул полукровка. - Затем стал дышать... Чем сильнее он становился кровопийцей, тем больше в его крови мы находили частиц, из которых состоит кинжал. Но я уверен, что наш Принц и так обо всем этом знает,- Истер посмотрел на Лектуса, но тот остался равнодушным.

- Каких еще частиц?- не понял кочевник.

- Никто не знает,- пожал плечами Ярик. - Они есть у всех Правящих и у их детей, правда, чем младше ребенок, тем меньше, и... у детей они словно в анабиозе.

- Где?

- Спят,- уточнил Истер, который рассматривал эти странные частицы много раз и в своей крови, и в чужой.

- Расскажи подробнее!- почти потребовал Джеймс. - У тебя они есть?

Полукровка кивнул, поджав губы: он всегда был прав, считая, что в нем есть грязь кровососов. Эти частицы были в нем, его частью. И он это ненавидел.

- Думаю, у тебя они в крови тоже могут быть,- вдруг произнес Ярик, задумчиво глядя на Джеймса.

- Что?!

- Анна тогда отравила тебя, дав крови Правящего,- напомнил маг,- возможно, их следы остались в твоем организме. И в крови Алексис!

- Фу! Мерзость!- Джеймс почему-то начал чесаться, и Истер с презрением посмотрел на кочевника. Лектус тоже одарил друга странным взглядом. - Что?

- Ничего.

- Мне пора,- Истер поднялся.

- Да! У тебя первое практическое занятие!- вспомнил Ярик. - Расскажешь потом!

- Ага,- кивнул полукровка, рисуя в воздухе дверь: надо быстрее отсюда убираться, он чувствовал себя неуютно в компании Джеймса и Лектуса.

- Удачи!- донеслось ему вслед, когда Истер уже вступил в мерцающий проход.

Вышел он в темном коридоре, где пахло землей, словно собирался в лабораторию, только путь в научное царство магов Истер уже знал прекрасно, а сейчас не узнавал ни запахи, ни силуэт туннеля.

- Иди прямо, там тебя ждут,- проворчал где-то над головой Истера Фрей. Ну, надо же, удосужился подсказать!

Полукровка медленно пошел по коридору, рассматривая ничем не примечательные земляные стены и пол. Интересно, сколько вообще подземных ходов лежат под Академией? И куда они все могли бы вести?

Шел он несколько минут, воздух становился все более свежим, и, наконец, впереди забрезжил свет. Фрей не смог перенести прямо сюда потому, что ленился, или это уже не входит в его владения? Казалось, что Истер ушел достаточно далеко по коридору, чтобы миновать территорию Академии, но он не был уверен.

Парень дошел до кованых ворот, за которыми был яркий дневной свет, после полумрака подземелья снег резал глаза. Ворота оказались не заперты, и Истер оказался в каком-то внутреннем дворе, окруженном высоким каменным забором. Отовсюду доносились какие-то звуки, шорохи, издаваемые совсем не людьми.

- Сюда иди!- окликнул его кто-то, и Истер повернул направо на девичий голос. Вокруг возвышались стены или заборы, кое-где в них попадались двери. - Быстрее!

Наконец, Истер достиг намеченной ему цели: вышел в полукруглый дворик, заполненный ведрами, корытами, тюками с сеном; из трубы в углубление в земле стекала вода. Хозяйственный двор, по-другому не назовешь, разве что очень чистый.

Посреди двора на скамейке сидела девушка, на коленях она держала маленькое лохматое существо, чем-то напоминавшее собаку, но у собак на лапах не бывает копыт, а на спине - крыльев. Существо подняло голову и с любопытством посмотрело на Истера, вперив в него два ярко-желтых глаза.

- Ты опоздал,- девушка, державшая зверя, поднялась, оставляя питомца на скамье. На ней был темный плотный плащ с накинутым капюшоном и очень широкими рукавами. Кажется, она была горбата, зрелище в нынешние времена весьма редкое, ведь кровососы вывели почти все физические изъяны среди людей. Лицо девушки разглядеть было сложно, тень от капюшона скрывала его; увидеть можно было только ярко горящие красные глаза, и Истер замер.

- Ты кровосос!

- На себя посмотри,- фыркнула девица, пересекая двор и направляясь в один из проходов между каменными стенами-заборами. - Иди за мной и слушай.

- А взрослых тут нет? Я на практическое занятие,- решил внести ясность Истер, не собираясь идти вслед за странным созданием.

Кажется, она глубоко вздохнула, останавливаясь. Развернулась и подошла к парню, скидывая капюшон. Он замер с открытым ртом: никогда он не видел ничего подобного. Это было человеческое лицо. Когда-то. Миловидное даже, наверное. А сейчас обезображенное красными глазами и полосками короткой черной шерсти, пролегавшей по всей правой стороне лица рыжеволосой девушки, наверное, на пару лет старше Истера. Ее волосы были небрежно затянуты на затылке, видимо, чтобы окружающие еще лучше рассмотрели ее покрытые шерстью звериные ушки.

- С тебя хватит? Или ты все еще имеешь, что сказать?- спокойно спросила девица, явно совсем не смущенная тем безобразием, что представляло ее лицо. Она сложила на груди руки, и Истер снова поразился: между длинными тонкими пальцами были... перепонки?- Насмотрелся? Поверь, я не самое удивительное создание из тех, что тебе предстоит увидеть здесь,- и она снова пошла к проходу между стенами, явно уверенная, что теперь-то он за ней пойдет.

Кто она? Монстр какой-то.

- Заниматься будешь самостоятельно под моим руководством, мне некогда с тобой возиться,- девушка шла, как-то странно двигая сгорбленными плечами. - Без подготовки в вольеры не входи, не буду тебя отскребать от пола, засыхай там,- она остановилась возле одной из дверей, ничем не примечательной для Истера. - Здесь живут Доброты элементарные, начнешь с них.

- Кто они такие, эти твои Доброты?- решил уточнить Истер, понимая, что вряд ли ему позволят на первом же занятии по работе с магическими животными усмирить дракона.

- Ты не замечал их в Академии?- удивилась девушка, глядя на него насмешливо, и красные глаза производили жуткое впечатление. - Думала, что у тебя зрение лучше.

Истер насупился и не стал отвечать на слова девицы, он начинал злиться, особенно от ее снисходительного тона. Чучело, а туда же!

- Идем,- она распахнула дверь, и Истер вслед за неуклюжей фигурой вошел в темную комнату, куда свет пробивался только из маленьких отверстий в потолке. Комната была наполнена тихим шуршанием. - И теперь не видишь? Они особенно заметны в полумраке.

Парень скривил губы: что он должен видеть? Но, внимательно приглядевшись, он заметил частые движения прозрачных крыльев.

- Бабочки?

- Сам ты бабочка!- фыркнула девушка, протягивая вперед перепончатую ладонь. Он бы такие руки прятал в перчатки!- Это Доброты, почти невидимые существа, которые усмиряют гнев и боль, дарят людям покой. Ох, они тебя заметили,- рассмеялась девушка-монстр.

Истер не увидел - почувствовал, как много маленьких существ облепили его с ног до головы, и хотелось их сбросить.

- Нет, замри!- от смеха в голосе девчонки не осталось и следа. - Ты будешь приходить сюда три раза в семь дней и проводить в этой комнате по часу.

- И что мне делать?

- Просто стоять,- пожала она плечами, наблюдая за Истером красными глазами. - От твоего негативного настроя они будут очень быстро размножаться, как раз то, что нужно.

- Что?!

- Не кричи,- попросила она,- потолок обрушишь,- видимо, это была шутка. Стоять в темной комнате, покрытым неизвестно какими существами, не очень-то хотелось, но у него не было выбора. - Доброты живут в Древе и регулируют уровень негативных эмоций, показывают места особого скопления ненависти и злобы. Ты думаешь, Принц Водного мира был бы еще жив, если бы не они?- фыркнула девушка. - Все, стой тут, пусть размножаются, а тебе их влияние явно не повредит.

- И как мне это поможет стать магом, который будет справляться с самыми злобными существами?- огрызнулся Истер.

- Чтобы справляться с самыми злобными существами, ты должен научиться спокойствию, иначе Мантикора тебя сожрет в первую секунду. Учись спокойствию, Конде,- она открыла дверь и обернулась. - Да, кстати, меня зовут Диана. Приду за тобой позже,- и она исчезла из комнаты.

Несколько минут Истер стоял, пытаясь вообще осмыслить слова этой девицы, а особенно самоуверенность и наглость. Королева монстров и тварей! Парень прошелся по комнате, осматриваясь и пытаясь заметить существ, в компании которых его оставили.

Доброты! Он никогда даже не слышал о подобных существах, и вообще не так представлял свое обучение магии. Его бы еще отправили учиться обращению с котятами! Как эти Доброты помогут ему получить власть над сильными магическими существами?! С бабочками он пойдет уничтожать Правящих?!

Движение вокруг было активным, шорох все более сильным, и Истер рубанул по воздуху- рука словно погрузилась в густую массу мелкого песка. Как он сможет с этими существами отомстить за все, что сделали с его жизнью кровососы?!

Он толкнул дверь и вышел на свежий воздух, словно вынырнул из густого прозрачного тумана. На улице уже смеркалось, и свет несильно ударил по глазам.

- Надо же!- Диана стояла возле противоположной двери, на руках ее было существо, в компании которого Истер впервые ее увидел. Любопытные маленькие глаза смотрели на него со звериным доверием. - Думала, что так быстро вскипеть невозможно,- фыркнула девушка, обходя Истера и закрывая за ним двери комнаты. - Видимо, ты мастер упиваться своей ненавистью, я такого еще не видела,- кажется, она насмехалась, и полукровка сжал кулаки, поворачиваясь, чтобы посмотреть в красные глаза девушки-монстра. - Что смотришь? Не рад уже практическим занятиям? Поверь, я тоже не в восторге от тебя, но, по крайней мере, от тебя есть польза: Добротов теперь на пару месяцев хватит, чтобы сдерживать и предвосхищать расправы над детьми Чужих.

- Ты одна из них?- тихо спросил Истер, пытаясь справиться с гневом. Эта девица его бесила.

- Я?- она рассмеялась. - Видимо, Черный Ус из тебя еще и часть мозга вытянул,- она снова рассмеялась и пошла прочь, обратно во дворик с хозяйственной утварью. - Я бы была звездой любого дома Чужих.

- Откуда ты знаешь про Ус?- рассвирепел Истер, обгоняя Диану и глядя на нее в упор. - Что еще тебе обо мне наговорили?!

- Да, паранойя- нормальная реакция среди тех, кто долго жил за куполом,- спокойно ответила девушка, опуская на землю существо, которому близость разъяренного полукровки явно не нравилась. - Иди на ужин, тебе стоит поесть, истощение тебе не на пользу.

- Откуда ты знаешь про Ус?!- заорал Истер, схватив девушку за руку.

- Отпусти,- все также спокойно произнесла Диана, кажется, совсем не испугавшаяся его выходки. Это немного остудило его ярость. Парень отпустил ее руку и отступил, глубоко вздыхая. - Пока ты не научишься владеть собой, ты будешь приходить в комнату с Добротами. Или же лучше сразу попроси, чтобы тебя исключили,- резюмировала девушка. Они долго смотрели друг на друга, и Истер знал, что она не отведет свои налитые кровью глаза от его, сейчас наверняка подернутых кровавой кромкой. - Мы все через это проходили, Конде. Прежде чем идти на борьбу со злом, ты должен искоренить зло в себе.

- Да пошла ты!- огрызнулся парень, развернулся и быстро пошел через двор. В затылке начинала пульсировать боль.


- Ребята, вы чего?

Лектус перевел скучающий взгляд на сестру: столовая была полна воспитанников, ужин привлек их со всех концов дерева и двора, но сам Принц не чувствовал особого голода. Он смотрел в пустоту, поигрывая ложкой.

- Мы ничего,- буркнул лохматый, который дулся по ту сторону от Ксении. Сестра недоуменно переводила взгляд с одного на другого, явно чувствуя напряжение.

- Вы все еще не помирились?! Я запрещаю вам ссориться из-за меня!- девушка довольно сурово посмотрела на Лектуса. Что? А он-то тут причем?!- Лектус...

- Это только наше дело, Ксения.

Джеймс фыркнул, и Принц в принципе был готов воткнуть вилку ему в руку, но лохматый сидел далековато, да и не стоил он таких усилий на ночь глядя.

- Это был мой выбор, Лектус. Я сама туда пошла, и не жалею.

- Я вообще молчу,- скучающе заметил Принц, спокойно глядя на сестру.

- Слишком громко и красноречиво молчишь,- заметила она, и взгляд Ксении смягчился. Она накрыла его руку своей, и Лектус уже даже не удивился, что ладонь девушки теплая, ведь рядом сидела ее персональная отопительная система. - Я не осуждаю тебя за то, что ты не хочешь знать о нашей матери, но я не ты.

- Делай, что хочешь,- пожал он плечами,- и с кем хочешь, ты уже достаточно взрослая, чтобы не зависеть от моего мнения. Прости, я хочу прогуляться перед сном,- он поднялся, вытягивая руку из-под ее ладони, и пошел к сверкающему проему, который Фрей явно ленился открывать-закрывать, а потому оставил в статичном состоянии.

Он взял в комнате верхнюю одежду, не удостоив взглядом присутствовавших здесь троих соседей, и вскоре вышел во двор, сейчас пустой, ведь бедные измученные воспитанники насыщали свои желудки, опустошенные непосильными учебными тяготами.

Тихо и морозно. Лектус вдохнул полной грудью, надевая перчатки, хотя он почти не мерз. В последнее время все меньше. И он знал, что это действие кинжала, который приходилось носить с собой, чтобы он не попал в чужие руки. Чужие- то есть любые другие, ведь артефакт нужен не только людям, но и Анне с ее друзьями.

Лектус медленно пошел прочь от Древа, стараясь ни о чем не думать, найти внутреннее равновесие, с которого его постоянно здесь сбивали. В последние дни слишком много всего произошло, и его выдержка дала трещину.

Он смог остаться спокойным, когда очнулся после судорог и увидел приметы наскоро, грубо проведенного ритуала Посвящения.

Никак не отреагировал на то, что полукровку с маниакальным стремлением кого-то убить не наказали за смерть легата.

Покорно провел часы в библиотеке, переписывая старые потрепанные манускрипты в компании лохматого кочевника и этого пресного Теда с летучей мышью на плече.

Он мог стерпеть все, кроме одного. Только один человек в этом мире мог вывести его из абсолютного равновесия. Джеймс. И только один человек мог выбить почву из-под ног. Ксения.

И эта пара сделала все, чтобы он на мгновение захотел убить- его, и запереть- ее.

Лохматый, надо отдать должное его абсолютной глупости, сам рассказал Лектусу о том, что водил девушку в комнату Дозора. Вот прямо по окончанию наказания и сказал, словно это нормально, словно не знал, что это может стоить ему половины зубов.

Но Лектус смог сдержаться, потому что почти сразу появилась Ксения: и она плакала. Кинулась на грудь к лохматому, и что оставалось делать Принцу?!

Люди- абсолютно ненормальные, алогичные и эгоистичные создания. Теперь Лектус знал это совершенно четко. И ему нужно было уложить в себе эту мысль, чтобы равновесие внутри него восстановилось.

Это ее выбор, осознанный. Она решила помучиться- пусть мучается. Но без него.

Лектус вышел к берегу реки, повернул и вскоре оказался возле пещер. Неуютное место, странное, по крайней мере, именно так почувствовал себя здесь Лектус. Словно из тьмы пещер за ним кто-то следил, и от этого взгляда хотелось отряхнуться. Говорили, что это священное для магов место, где-то тут похоронена основательница Академии, но Лектусу было неинтересно: ему хватало проблем с живыми магами, времени интересоваться мертвыми у него просто уже не оставалось.

Принц вздохнул, отгоняя странное ощущение, медленно шел в тени, постепенно улавливая впереди шаги, но в полумраке не мог различить, кто там. А когда понял, даже ухмыльнулся.

У дорожки, которая вела в сторону пещер, стоял парень, а к нему летела на всех парах девчонка - она практически прыгнула ему в объятия. И парочка направилась к пещерам, обнявшись. Девчонку издалека можно было узнать по огненным волосам и смеху.

Пока лохматый совал нос в дела чужой семьи, явно не уследил за своей. Принц замер в тени дерева, ожидая, когда парочка пройдет.

- ...нет, брат думает, что я сплю, он уже меня проверял,- тихо проговорила Алексис, явно отвечая на какой-то вопрос спутника. Парень был высоким и широкоплечим, по силуэту напоминал одного из наследников Правящих, но вряд ли дикарка стала бы встречаться с одним из них.

Лектус подождал, пока парочка исчезнет, и направился к Древу, чувствуя, что прогулка пошла ему на пользу, и теперь он сможет вполне спокойно выслушать сестру. Но далеко уйти он не успел: где-то поблизости были слышны тихие шаги, словно кто-то подкрадывался. Вернулось чувство, что за ним наблюдают. Вот это уже очень интересно. Принц не изменил ни темпа, ни дыхания, слушая неизвестного идиота, решившего незаметно подойти к нему, вряд ли со светлыми и добрыми мыслями.

Интересно, это идея Анны или чья-то самодеятельность? Решили посадить его в мешок - и за кордон?

Лектус резко обернулся в тот момент, когда неизвестный подобрался близко: темная фигура метнулась на парня, и Принцу пришлось уклоняться. Но он не ожидал, что нападавший не станет повторять удар и применит силу, от которой у Лектуса не было защиты. Человек вскинул руку - и в грудь Принца ударила голубоватая волна, словно молния. Он упал навзничь, чувствуя тупую боль в затылке и в груди; прежде чем он потерял сознание, услышал звериный рык и крик, явно человеческий.

Очнулся он, как показалось Лектусу, сразу: еще не стихли вдали шаги нападавшего. Грудь болела, перед глазами летали пятна, голову ломило, и что-то влажное и горячее стекало по шее, но в остальном он чувствовал себя вполне способным подняться. Наверное, стоит сказать спасибо кинжалу, который Принц носил с собой: артефакт надежно защищает жизни и здоровье тех, кто им Посвящен. И впредь он будет надевать шапку. На всякий случай.

Над парнем застыло что-то большое и лохматое, и Принц замер, ожидая нового нападения, но зверь сделал шаг назад. Лектус сел: в дальнем свете фонарей он легко узнал ирбиса дикарки.

- Ты-то откуда взялся?- пробормотал Лектус, глядя на кота, которого они зачем-то тащили с собой через весь Водный мир. Дикий зверь же, вместо того чтобы умчаться туда, откуда вывалился, вцепился зубами в рукав куртки Принца, упираясь лапами. - Жить надоело?!- парень попытался вырвать руку, из-за чего в груди тупо запульсировала боль, но ирбис только сильнее смыкал зубы - и, кажется, тянул его куда-то.

- Отстань!- рыкнул парень, дернув рукавом: тот порвался, и Лектусу удалось освободиться. Он осторожно поднялся, прокручивая в голове детали, которые он запомнил о нападавшем. Принц был уверен, что найдет мага- и тогда никакой Совет ему не помешает воздать по справедливости.

Лектус осторожно коснулся затылка ладонью, сняв перчатку, и зашипел: видимо, где-то в снегу затерялся камень, на который ему повезло упасть. Но все-таки он еще легко отделался: кровотечение почти остановилось, и он мог трезво соображать.

Лектус огляделся: там, где он упал, было темное пятно, но он увидел кровь и в стороне, словно дорожку из капель, уходящую в темноту. Он мельком взглянул на дикого кота: наверное, зверь спугнул нападавшего и ранил его. Теперь отыскать этого безмозглого мага будет проще простого.

Ирбис же не собирался отставать: он снова вцепился в одежду Принца, пытаясь потянуть за собой. И парень больше не пытался освободиться: в голове сложились факты, которые до этого были лишь разрозненными деталями.

Парень, выскочивший из зала танцев, где Лектуса ждала Анна.

Соседи по спальне, тихо сидящие в комнате.

Алексис с этим парнем.

Пещеры.

Нападение.

Встревоженный ирбис.

Принц сорвался с места, тут же ощущая, что дикий кот отпустил рукав - видимо, Лектус бежал в ту сторону, куда и звал его зверь. Каждый шаг отдавался болью, но Лектус умел отключиться от физических ощущений, к тому же недели плавания в не самых лучших условиях приучили организм терпеть.

С нападением на него самого все более или менее ясно. Зачем им дикарка?!

Лектус остановился, смиряя дыхание и слушая тишину зимней ночи. Ничего, никаких признаков Алексис или ее спутника.

Ирбис же не стал останавливаться, помчался по снежной целине прямо к темному массиву пещер. Лектус чертыхнулся - и последовал за ним, чувствуя, как в обувь забивается снег, горло перехватывает от морозного воздуха, врывавшегося в легкие при каждом вдохе. Грудь разрывалась изнутри, в голове пульсировала боль, кровь засохла на коже и причиняла неудобства.

Вход в пещеру, где скрылся ирбис, зиял чернотой. Глупо входить туда, где может быть ловушка. Принц слушал, застыв у черного проема пещеры.

Вернулся кот, он нервно подпрыгивал и хватал Лектуса за руку. Видимо, там неопасно, иначе зверь вел бы себя осторожнее. Как и Принц. В этом они были похожи, только вот парень не рвался в темную пещеру спасать глупую девчонку, бросившуюся на шею сомнительному типу, который, скорее всего, связан с компанией детей Правящих, затевающих революцию. Ну, и организовавших зачем-то нападение на Принца. Хотя, если это разовая и несогласованная ни с кем акция - нападавшему не позавидуешь.

Особого выбора, впрочем, не было: вернуться и позвать на помощь он не мог, нужно разобраться в том, что происходит, а главное - зачем. Что они собирались делать с оглушенным Принцем Водного мира? Он должен знать причины и следствия, а потом уже можно и карать.

В пещере было тихо и темно, звук шагов и когтей ирбиса эхом уходил в глубину, наверное, длинного коридора. Лектус не бывал здесь, лишь слышал, что в одной из пещер замурована гробница Елень. В остальных пещерах, по словам обитателей школы, жили разные волшебные существа или находились склады.

Лектус постепенно привыкал к мраку, медленно идя на звук шагов ирбиса и становящегося все более ясным шума воды. Но он не прошел и двух десятков шагов, как впереди замаячил слабый свет, словно догорал факел, или свечи.

Огонь находился на камне у входа в низкую сухую пещеру, у стен заставленную огромными ящиками, мешками и коробками. У дальней стены, куда умчался ирбис, можно было рассмотреть очертания то ли ограды, то ли забора. Дикий кот застыл там, глядя на что-то.

Шум воды и ограда.

Лектус уже примерно представлял, что может увидеть там. Он взял со стены тускло горевший факел, видимо, оставленный тут спутником дикарки, и подошел к краю обрыва, рваными каменными осколками спускавшегося вниз, к потоку подземной реки, которая, скорее всего, брала свое начало в Синей реке за Академией. Света факела не хватало, чтобы увидеть дно обрыва, но Лектус видел беспокойство и тревогу дикого кота, который метался вдоль края, не находя способа туда спуститься.

Они скинули девчонку с обрыва.

Все внутри Принца похолодело, но это не лишило его способности к действию. Он огляделся: у входа, в держатель на стене, был воткнут еще один факел. Лектус осторожно донес туда почти потухший огонь и смог зажечь тряпку, которая противно пахла чем-то едким. Пламя разгорелось, освещая пещеру-склад.

Лектус откинул ненужную палку и взял новый факел, находя глазами ирбиса: тот все еще пытался найти место, где бы он мог спуститься вниз.

Но даже сильного пламени не хватало, чтобы посмотреть дно, увидеть тело. И тут Принц сквозь шум воды услышал стон. Времени размышлять больше не было: она жива, и нужно спешить.

- Алексис!- крикнул он, пытаясь уловить ответ. Кажется, он что-то слышал, но не был уверен. Лектус обернулся к ирбису. - Беги! Если ты, тупое животное, понимаешь меня: беги! Приведи кого-нибудь! Беги!- парень толкнул кота прочь, правда, не ожидая, что ирбис поймет его, но, видимо, он недооценил кота, либо же слишком мало знал о животных в этих землях. Зверь развернулся- и серебристой молнией скрылся во мраке, оставляя за собой лишь едва уловимый шорох лап.

Не стоит надеяться на помощь, это Лектус знал точно. Он присел у края обрыва и посветил факелом: обрыв не был отвесным, повсюду торчали осколки камней и уступы, вполне можно спуститься. Принц сдернул с себя шарф, скинул куртку. Наскоро примотав древко факела к руке так, чтобы не сгореть самому, парень глубоко вдохнул воздух, проверяя свое состояние- и начал спуск, цепляясь за края камней и тщательно выверяя каждое движение.

Уже через несколько минут такого спуска, когда нужно было долго искать и проверять упор для ног, он почувствовал, как дрожат руки и ломит спину, но Лектус знал и то, что в нем полно сил. Несколько раз он опускал глаза, пытаясь отыскать дно пропасти, но внизу были лишь мрак да шум бурлящей воды.

Поскольку Алексис все еще там, значит, она упала не в воду, там есть какое-то пространство. Высота приличная, странно, что она выжила. Или тот стон ему почудился? Вот поживешь в соседстве с дурным кочевником, и начнешь даже в себе сомневаться.

Джеймс.

Лектус боялся представить, что будет с парнем, когда он узнает. Мало кто в округе переживет эти эмоции.

Проще было сосредоточиться на мыслях о друге и его сестре, чем позволить себе думать о том, как он устал и как ему больно. Это ерунда для того, кто готовился стать Правителем Водного мира.

В очередной раз посмотрев вниз, Лектус к своему облегчению увидел отблески воды, значит, он совсем близко. Но Принц не стал увеличивать темп, спешка не поможет Алексис. Впрочем, возможно, ей уже ничто не поможет.

Когда до полоски каменного берега, полого спускавшегося к руслу бегущей прочь реки, оставалось около полутора метров, в свете факела Лектус увидел девушку. Она не лежала навзничь, а сидела, привалившись спиной к большому камню. Голова безвольно упала набок, ладони ее бессильно лежали в... горшках для приготовления пищи?

Что за ерунда?!

Лектус спрыгнул, сдернул с себя шарф и прислонил факел к камню рядом с Алексис. Она была белее мела, глаза закрыты. Он не мог понять, дышит она или нет, но одно было ясно: они ее сюда не сбросили, а спустили - и ее поза, и странные сосуды, и веревка, лежавшая в стороне, говорили об этом.

И только взглянув на руки, которые были опущены в горшки, Лектус все понял.

"Они тебя подставят. Скоро".

Слова Святика эхом отдались в голове, и Принц стал оглядываться, ища подтверждение своим мыслям. Что ж, долго искать не пришлось: совсем рядом нашлась вещь, которая принадлежала Лектусу. На камнях лежал кулон с цепочкой, которые он на глазах у Джеймса забрал из ящичка Электры, мага из Дозора.

Все стало кристально понятно, даже поза девушки. Они вскрыли ей вены, чтобы собрать кровь в сосуды. Ритуал, которым повсеместно пользовались Правящие, чтобы усмирить Диких на фабриках, и о котором знали очень многие в Водном мире. Лектус однажды сам совершал такое: когда нужно было в угоду отцу наказать Истера, а его кровь пить было нельзя. Но мало кто знал, что это еще и часть священного ритуала Посвящения.

Знали дети Правящих.

Лектус, размышляя обо всем этом, одновременно действовал: вынул окровавленные руки девушки и постарался поднять их вверх, чтобы не дать лишней крови вытечь из ее тела. Алексис была холодной, но пульс еще прощупывался, хоть и очень слабый.

Лектус заглянул в горшочки и по уровню крови в них понял главное: она умирает.

Решение пришло мгновенно, и он совершенно не сомневался в нем и не думал о последствиях своего поступка. Он отпустил руки девушки и сдернул с пояса ремень, на котором в чехле носил кинжал. Несколько раз в своей жизни он сам проводил акт Начала, это была честь для тех, кто готовился вступить на путь Посвящения.

Времени на размышления уже не было, и Принц опустил острие кинжала в один из горшков, наполненных кровью Алексис. Продержав его там положенный десяток секунд, вынул, давая кинжалу впитать красные капли- а потом приложил лезвие плашмя к порезу на правой руке девушки. Очень слабое шипение возвестило о том, что кинжал принял ее кровь, что прошел акт Начала.

Кинжал, защитит тебя, Лектус,- шептала мама, держа его порезанную руку, на которой скапливалась кровь, а отец собирал ее в ритуальный сосуд. На них смотрели десятки глаз, ведь происходило Посвящение Наследника Водного мира. - Он заживит твои раны и излечит недуги, он примет твою кровь и признает тебя частью нашего народа,- маленький Лектус расширенными глазами смотрел на то, как красные капли на лезвии исчезали, а кинжал начинал слабо светиться. - Не бойся, сын, Сила войдет в тебя, найдет твои слабые места, и сделает тебя сильнее,- мама держала его руку, когда отец прикладывал лезвие к кровоточащей ране, и Лектус чувствовал жжение. Когда отец убрал кинжал, края раны на руке Наследника уже стянулись, став розоватой полоской. - Ты среди нас, сын, теперь ты тоже Сила.

- Уверен, что ты бы этого не хотела, но ты среди нас, Алексис, ты тоже Сила,- произнес он прозвучавшие тут странно ритуальные слова, когда кинжал затянул рану и на левой руке девушки. Принц был уверен, что теперь у нее есть шанс: что-что, а заставлять сердце биться Сила кинжала умела. Конечно, ритуал вряд ли бы помог, если бы Алексис уже умерла, но помочь ей немного продержаться в силах артефакта, а там подоспеет помощь.

Лектус кинул горшочки в реку, убрал в карман кулон и поднялся. Теперь нужно было думать о том, как выбираться отсюда, потому что кинжал, конечно, мощная поддержка, но, к сожалению, новопосвященный вряд ли сможет исцелиться только благодаря ему. Если бы девчонка приняла акт Начала лет двенадцать назад, тогда было бы не о чем беспокоиться.

Подняться вместе с ней он не сможет: он устал, у него болят грудь и голова, да и он не настолько силен, чтобы вытянуть из пропасти и ее, и себя. Оставался вариант подняться самому и привести помощь, вряд ли все еще следовало рассчитывать на то, что дикий кот понял данное ему задание.

Лектус вздохнул и посмотрел на девчонку: если бы кочевник узнал все то, что приготовили для него нападавшие, поверил бы он в то, что это сделал Лектус? Ведь многие в школе за сутки узнали о том, что они поссорились, а Джеймс знал, что Принц на многое готов из-за сестры, вспомнить хотя бы этого Лукаса, который поплатился за опыты над Ксенией... Поверил бы, найдя здесь и предметы ритуала, и кулон, да еще не найдя самого Принца, ведь в плане горе-заговорщиков явно была временная ликвидация Лектуса? Поверил бы? Лектус бы скорее поставил на то, что поверил, ведь кочевник часто действовал под наплывом чувств, а что чувств при виде мертвой сестры в кочевнике бурлило бы много, Принц был уверен. Потом бы, конечно, остыв, начал бы разбираться, но, скорее всего, для Лектуса было бы уже поздно.

- Эй, там есть кто-то?

Парень замер: видимо, из-за шума воды он не слышал, как кто-то появился в пещере. Он поднял лицо- вверху было светло, и Лектус смог различить черты Ольги и силуэт дикого кота, что стоял у ее ног. Надо же, ирбис все-таки понял, что от него требовалось.

- Здесь Алексис, она ранена! Помогите мне ее достать отсюда!- крикнул Принц.

- Отойди в сторону!- крикнула женщина, и Лектус послушался: рядом с ним, словно спустилась по воздуху, плавно приземлилась крышка от одного из больших ящиков, что стояли в пещере наверху.

Хм, странная помощь. Лектус не понимал, зачем это и сколько еще у них есть времени: кинжал, конечно, старался, но даже ему не под силу спасти Алексис, она потеряла слишком много крови, и артефакт не сможет восполнить ее до того, как сердце девчонки остановится.

- Переложи Алексис на плот и сядь сам,- крикнула Ольга, и Принц начал медленно понимать, что сейчас произойдет. Оригинальное решение, ничего не скажешь. А как же там силы левитации, магия воздуха и все такое?

Он осторожно переложил девушку на деревянную крышку, которую Ольга назвала плотом. Сел рядом, устроив голову дикарки на своих коленях. Он только тут заметил, что у Алексис на затылке такая же рана, как и у него: видимо, ее ударили, и только потом спустили вниз, иначе дикарка бы устроила такой крик, что даже в Красном городе было бы слышно эхо. Вот тебе и удачное свидание...

Лектус был готов к тому, что вода в реке вскипела и начала стремительно подниматься, хлынув на каменный уступ и подхватывая импровизированный плот. Через небольшие расщелины между досками пробивалась вода, но мокрая одежда была наименьшей из их проблем. Плот просел, но держался, и Принц старался не двигаться и вообще почти не дышать, чтобы не нарушить баланс веса и не утопить их с дикаркой.

А вода поднималась, и медленно поднимала плот. Лектус настороженно следил за тем, как обрыв под ними наполняется водой.

- Пить,- вдруг прошептала дикарка, и Принц практически рассмеялся: вовремя попросила. Он осторожно протянул руку и зачерпнул воду, надеясь, что в реке нет отравы, вылил жидкость на губы девушки. Веки ее затрепетали.

- Не двигайся,- скомандовал Лектус, схватив ее за плечи и не давая шевелиться. Плот от этих движений опасно зачерпнул воды. - Замри,- на всякий случай повторил парень. Кажется, она его поняла и услышала, не пыталась больше двинуться и даже заговорить. Глаза дикарки так и не открылись, может, она снова потеряла сознание.

Если она выживет, то сможет указать на того, кто это сделал, что значительно облегчит задачу.

- Приготовься,- Лектус уже видел Ольгу и ирбиса, который отошел, видимо, боясь воды: она стремительно поднималась, вынося плот почти на уровень края обрыва. - Лови шарф, я за него дерну плот на себя,- проговорила женщина, кидая ему на колени край длинного шерстяного шарфа. Женщина была тепло одета, видимо, дикий кот перехватил ее где-то на улице.

Лектус сжал одной рукой предложенный "канат", второй зацепился за край плота- и в этот момент вода перекинулась через край обрыва, а Ольга потянула за шарф. Плот легко выплыл на каменную поверхность- и вода стремительно обрушилась вниз, словно где-то вытянули пробку.

Ольга выдохнула, она была бледна, а лицо- покрыто испариной. Видимо, магия стихий не ее конек.

- Быстрее в госпиталь!- прошептала она, взглянув на Алексис: девушка была без единой краски в лице. - Ты ранен?

- Не имеет значения,- кинул ей Лектус, беря дикарку на руки и быстрым шагом отправляясь к выходу из пещеры.

- Что случилось?- женщина догнала их, а ирбис исчез, наверное, осознав, что уже больше ничем не может помочь.

- Потом,- Принц шел так быстро, как мог, чувствуя, что вряд ли у девчонки осталось много шансов выжить, хотя она слабо зашевелилась в его руках. - Борись, Алексис.

Ее веки затрепетали, пальцы попытались сжаться на его свитере, но бессильно шевельнулись.

- Ты... - прошептала она вдруг едва слышно, приоткрыв глаза. - Ты...

- Борись!- рыкнул Лектус, уже видя вход в Академию, а им навстречу неслись несколько человек.

- Я успела предупредить в школе,- объяснила Ольга переполох. - Что хоть с ней, объясни!

- Большая кровопотеря, удар по голове, ну и возможно, переохлаждение,- отчеканил Принц.

- Давай!- Фауст буквально выхватил из его рук Алексис, и Лектус только теперь осознал, как устал, замерз и обессилел. Надо пойти к себе и лечь...

- И не думай, Принц,- рядом возник отец Ярика, темными глазами смотревший на парня. - В госпиталь! Сейчас же!

Дожили: им командует какой-то оборотень. Принц вздохнул и медленно пошел за уже скрывшимися в дверях волшебниками.

## Глава 3. Суд


Ей было тепло и спокойно; усталость, больше похожая на слабость или недомогание во время гриппа, укачивала, баюкала под мягким одеялом. Словно в детстве, когда отец и мама укутывали ее, ярче разводили огонь во временной хижине и тихо ругались на вернувшегося с охоты брата, который слишком громко делился впечатлениями от долгого дня на морозе. И тогда чувство безопасности и радости, что вся ее семья рядом, помогали заснуть, несмотря на бушующую снаружи зимнюю бурю или вой волков на опушке.

Ей послышались голоса, кажется, также голос брата, но она не смогла открыть глаза, скованная усталостью и покоем. Джеймс звал ее, но она не могла разжать губ или хотя бы пошевелить рукой - наверное, на ней слишком много одеял. Зима выдалась в этом году особенно холодной; остров, на котором зимовали Дети Огня, весь занесло снегом, скрыв построенные хижины от чужих глаз. Ночами лес стрекотал и трещал от мороза, а охотники и рыбаки долго грелись у огня, кряхтя и растирая лица. Зато поговаривали, что лето будет жарким и плодородным, а, значит, расплодится дичь, и можно будет сделать много заготовок на следующие холода.

- Лекси... Лекси...

Брат звал ее, и она улыбалась, пытаясь его увидеть. Джим хорошо умел маскироваться в лесу, и она никогда не могла его найти, даже если брат звал ее, пытаясь подсказать. Лето было яркое, солнечное, и они почти все время жили на плотах, на которых кочевали между островов в поисках более плодородных лесов и дичи, а также укрываясь от страшных кораблей Снабженцев. Ночи были светлыми и теплыми, и кочевники практически все время проводили на воде. Поэтому, когда отец разрешал причалить к берегу, Джим тут же начал резвиться, бегать, а потом им разрешили пойти на охоту. Брат взял ее с собой, позволял выслеживать дичь, показывал, как правильно спрятаться вблизи тропы. Прятался сам - и она, смеясь, искала его, не боясь ни леса, ни зверей.

- Лекси...!

Она вздрогнула, вспомнив внезапно, как брат окрикнул ее и затащил в вырытую им для охоты яму, присыпанную ветками и землей. Зажал рот, но ей ничего не нужно было спрашивать: глаза Джима говорили за него.

Их нашли! За ними пришли!

Они слышали крики с берега, видели дым от горящих плотов; один раз недалеко от их прятки кто-то пробежал, судорожно дыша и всхлипывая. Джим хотел уйти, оставив ее в безопасности, но она никогда бы не осталась одна в этом теперь враждебном лесу. И они беззвучно перемещались между деревьями в чуть потемневшем ночном воздухе, пока не наткнулись на группу выживших Детей Огня. Она помнила охватившую ее радость, когда увидела среди них родителей.

И они бежали через лес, чувствуя за собой преследователей. Отец приказал разделиться, и вчетвером, оставив остальных членов племени, они пробирались к спрятанному плоту.

А потом был крик мамы: 'Бегите!', и хрип отца, кровь, слезы. И Джим тащил ее за руку к берегу. И они гребли под навесом деревьев, пытаясь уйти от этого места, гребли в открытое море, прочь, прочь, на север... Уже потом пришли жажда и голод, и им пришлось причалить к небольшому острову... И именно тогда она осталась одна, совсем одна в огромном мире, зная только то, что нужно плыть на север. Там ее спасение, в таинственном северном городе магов. И она плыла, отгоняя боль и страх, холод и голод, от которых без сил лежала на плоту, глядя на струящуюся мимо темную воду...

- Алексис!

Она вздрогнула от прохладного прикосновения и настойчивого шепота. Это помогло ощутить тело и открыть глаза. Свет в госпитале Академии был приглушен, от тишины звенело в ушах. Девушка снова почувствовала слабость, но не давящую, а какую-то умиротворенную. Над ней склонилась Ксения, под глазами ее были темные круги усталости.

- Слышишь меня?- тихо спросила сестра Принца, а Алексис нашла глазами спящего на стуле рядом с ее постелью брата. Джим...- Я дала ему снотворного, чтобы он хотя бы немного отдохнул,- объяснила Ксения, нежно погладив растрепанные черные волосы Джеймса. - Как ты себя чувствуешь?

- Странно,- ответила она спустя несколько мгновений. Алексис уже хотела спросить, что случилось, но ответ нашла в своих воспоминаниях: темный двор, очарование Луи, таинственная пещера с бурлящим потоком, боль, тьма, страх - а потом ощущение полета и безопасности, и голос, приказывающий ей бороться. - Зачем...?- Лекси подняла на Ксению испуганные глаза, не понимая, зачем Луи это сделал.

- Ты можешь встать?- как-то неуверенно спросила Ксения, оглянувшись на ширму за своей спиной. Алексис перевела взгляд: кажется, за ширмой кто-то стоял. - Можешь? Это важно.

Девушка некоторое время медитировала вопрос, потом осторожно пошевелилась, словно боялась развалиться. Ничего не болело, только слабость то и дело накатывала на нее. С помощью Ксении она села, потом спустила на пол ноги - дерево было теплым, приятным. Алексис с удивлением посмотрела на повязки, наложенные на оба запястья, но спросить не успела: подружка Джеймса уже протянула ей платье и туфли.

- Куда мы?- тихо спросила Алексис, боясь потревожить сон брата: наверное, Джим сильно переживал случившееся. Интересно, он уже оторвал кому-нибудь голову? Мысли о Луи приносили дискомфорт и даже стыд, она бы расплакалась от разочарования и унижения, если бы не гнев против парня, которому она так просто доверилась.

- Нужна твоя помощь,- опять неопределенно и как-то неуверенно ответила Ксения. - Идем.

Ксения отодвинула ширму и пропустила подругу вперед. Алексис вышла в проход между кроватями и увидела Принца, который стоял тут же. Он протянул к ней руку, и северянка хотела отпрянуть, но скорость движений из-за усталости была низкой.

- Спасибо, Ксения,- тихо сказал Лектус, буквально потянув Алексис к себе за руку.

- Позаботься о ней,- раздалось сзади, и вдруг комната померкла, ветер обдул лицо девушки - и через какие-то мгновения она и Принц были в совершенно другом помещении.

Алексис вывернула свою руку, но Лектус и не пытался больше ее держать. На смену гневу пришел холодящий душу ужас: она была в доме кровососов, в окружении будущих кровососов. Одна, похищенная зачем-то Принцем.

Но на нее никто не обращал внимания, и постепенно Алексис начала успокаиваться, осознав, что они все еще в Академии: среди подростков, полукругом стоящих посреди каменной комнаты, она узнала нескольких, виденных ею в школе, а также надменную подружку Принца. Видимо, в Древе для неудавшихся потомков кровопийц были сделаны привычные для них апартаменты. Но зачем ее сюда притащили? Для жертвоприношения? Довершить начатое Луи?!

Она сделала шаг назад, настороженно глядя то на полтора десятка учеников, то на Принца, что стоял во главе полукруга, но на Алексис никто не обращал внимания, словно ее не было в комнате. Она огляделась и увидела дверь справа у себя за спиной.

Она бы убежала, если бы в последнее мгновение, оценивая, смотрит ли на нее кто-то, не увидела перед полукругом детей кровососов знакомое лицо. Это был Луи. Он стоял перед Принцем, опустив лицо и руки, словно...

И тут Алексис передумала бежать, кажется, она поняла, что происходит. Заговоривший Лектус подтвердил ее догадку.

- Согласно законам я, Принц Водного мира, наследник Байрока, Правителя всех народов, в отсутствие здесь моего отца, Советников и Наместника Севера беру на себя обязанность вершить суд законности и справедливости, которые должны царить на всех землях Водного мира, вне зависимости от их статуса,- спокойно и даже как-то отстраненно произнес Лектус явно какую-то ритуальную фразу. Видимо, даже здесь и сейчас Принц пользовался абсолютной властью и уважением отпрысков кровопийц.

- Кого ты будешь судить, Принц?- спросил один из парней, стоявших в полукруге зрителей.

- На суд призван Луи, сын и наследник Алистера, владетеля земли на восточных островах, казненного восставшими людьми тринадцать зим назад, а также его брат Линкольн, второй сын Алистера, на три года младше Луи.

Алексис заметила невысокого подростка рядом с Луи: Линкольн жался к брату, боясь, кажется, даже дышать.

- За что ты будешь судить их, Принц?

- За нарушение закона о неприкосновенности членов семьи любого Правящего и закона о безосновательном жестоком обращении с человеком,- среди детей кровопийц послышался шепот, присутствующие стали более внимательными. Алексис старалась вести себя тихо и незаметно.

- Как они нарушили эти законы, Принц?

- После прошлого захода солнца они напали на меня, ударив сначала по затылку, затем применив магию, а затем напали на человека, без причины применив к нему обряд Опустошения.

- Есть ли у тебя доказательства, что именно они напали на тебя, Принц?

- Есть,- Алексис показался странным этот судебный процесс: словно Лектус был не судьей, а свидетелем, которого допрашивали и просили доказать преступление. - На того, кто напал на меня, набросился зверь - северный кот. Он оставил на теле нападавшего свой след. Этот след вы можете обнаружить на руке и ноге Линкольна. Покажи!- голос Лектуса был холодным, ослушаться такого не всякий был способен.

Парень, затравленно посмотрев на брата, закатал рукава рубашки и штанины. Алексис даже улыбнулась: ирбис неплохо покусал и поцарапал этого...!

- Есть ли у тебя еще доказательства вины Линкольна?

- Да. На меня напал маг, а Линкольн является сильным волшебником, давно изучающим Боевые заклинания. В одном из его учебников выделено заклятие Удара, которым я был атакован. Последствия именно этого удара было зафиксировано магистром Фаустом при моем осмотре.

- Есть ли у тебя еще доказательства вины Линкольна?

- Нет. Вина Линкольна доказана,- подвел черту Лектус. - Признаешь ли ты свою вину?- обратился Принц к парню, и тот, дрожа, кивнул, не поднимая глаз. Алексис видела, как презрительно сузила глаза стоявшая в гуще учеников Анна. Интересно, что эта кукла думает по поводу того, что на ее драгоценного жениха напали ее же дружки?- Зачем ты это сделал?

- Меня заставил брат,- пролепетал Линкольн, виновато посмотрев на Луи, и интерес собравшихся тут же переключился на старшего из подсудимых.

Алексис напряглась, переводя взгляд на парня, который так легко и быстро вскружил ей голову, а потом предал, по какой-то причине решив жутким способом убить. Зачем? И что было бы, если бы она умерла там, на дне ущелья?

- Ты обвиняешь Луи в том, что он заставил брата напасть на тебя, Принц?

- Да, а также в нарушении закона о безосновательном жестоком обращении с человеком,- ответил Лектус, и Алексис впервые подумала о том, что этим человеком была она.

- Как он нарушил закон, Принц?

- Он обманом завлек человека в пещеру, ударил по голове, спустил в ущелье, где протекает река, и инсценировал обряд Опустошения. Я случайно нашел человека и вытащил, волшебники оказали помощь, человек выжил.

Обряд Опустошения? Что это еще такое? Алексис слушала, затаив дыхание, ведь Лектус мог рассказать о том, о чем она не знала или не помнила. Но главное - зачем все это нужно было делать с ней?!

- Есть ли у тебя доказательства, Принц?

Наверное, это был своеобразный ритуал, ведь задавались одни и те же вопросы. Почему Принц просто не может сказать, что эти двое виновны?! Он же Принц!

- Я видел, как Луи встретился с жертвой, они ушли вместе. Спустя немного времени я нашел человека в ущелье. И у меня есть свидетель, который может рассказать, что произошло, и опознать Луи.

И тут Алексис вся подобралась: взгляды присутствующих обратились в ее сторону, и она, наконец, поняла, зачем Лектус вытащил ее из госпиталя и приволок сюда.

- В чем ты обвиняешь этого сына Правящего?- обратился к ней Принц, указав на Луи. Алексис с вызовом оглядела комнату.

- Он заманил меня в пещеру и ударил по голове, я потеряла сознание и очнулась только в госпитале,- коротко изложила девушка свою историю. Что она еще могла сказать? Что поверила ему, а он ее предал? Что влюбилась, а он мерзко разбил ей сердце? Эти потомки кровососов ее обсмеют.

- Ударив по голове, обвиняемый спустил ее в ущелье, вскрыл вены на ее руках и опустил руки в чаши, инсценировав обряд Опустошения. Если бы я не нашел ее, она бы умерла от потери крови,- дополнил рассказ Лектус.

- Есть ли у тебя еще доказательства вины Луи?- вступил в беседу парень из толпы.

- Есть. Северный кот, отметивший Линкольна, по запаху отыскал того, кто напал на человека. Именно так я нашел и привел сюда обвиняемого. Признаешь ли ты свою вину?- обратился к Луи Принц, и Алексис подумала, что все идет к логическому завершению.

Впервые за все время суда старший из братьев поднял лицо, и девушка увидела на нем кривую ухмылку.

- Нет, не признаю,- ответил он, с усмешкой взглянув на Алексис. Она сощурила глаза, не собираясь показывать парню своих чувств. - И это твои свидетели? Дикий кот и человек? Ни тот, ни другой не признается судом Правящих. Свидетельствовать против члена семьи Правящего может только равный ему, так что я невиновен.

Алексис увидела, как на мгновение на лице Анны мелькнула торжествующая улыбка. А этой-то какое дело?

Присутствующие же снова зашептались, явно не зная, как поступить, но Лектус стоял все такой же уверенный в себе и спокойный, словно только что все его обвинения не разбились о законы его мира.

- Я, Принц Водного мира, наследник Байрока, Правителя всех народов, в отсутствие здесь моего отца, Советников и Наместника Севера беру на себя обязанность вынести приговор согласно законности и справедливости, которые должны царить на всех землях Водного мира, вне зависимости от их статуса,- заговорил он, и остальные замолчали. - После прошлого захода солнца Линкольн, второй сын Алистера, напал на меня, Принца Водного мира, по приказу своего брата. В это время Луи, наследник Алистера, напал на человека, пытаясь убить, инсценировав обряд Опустошения. Вина Линкольна доказана и признана. По решению суда он должен вступить в ряды Легатов либо умереть.

Алексис не очень поняла этот приговор: разве ему не отрубят голову за нападение на Принца? Что за странный приговор?!

- Подойди,- Лектус достал из ножен, что висели на ремне брюк, кинжал, и Алексис узнала Артефакт. Линкольн обреченно подошел, а Принц тем временем порезал свое запястье, протянув руку приговоренному. Тот подставил ладонь, и в нее начали капать алые капли крови, которую Линкольн, прикрыв глаза, выпил. - Иди, и пусть время играет на твоей стороне.

Приговоренный к странному наказанию оглянулся на брата - и буквально вылетел из комнаты через дверь, которую ранее заприметила Алексис. Ей было абсолютно непонятно то, что сейчас произошло.

- Вина Луи доказана, но не признана. Ввиду этого он приговаривается к смерти.

- Постой, Лектус!- как-то лениво заговорила Анна, выступив вперед. - Луи прав: человек не может свидетельствовать против члена семьи Правящего. Его вина не доказана! Твоего слова мало для смертного приговора.

- Вина его доказана,- все также холодно ответил ей Принц. - Присмотрись к девушке, и ты поймешь, что она может свидетельствовать против члена семьи Правящего. Она одна из нас.

Последняя фраза Лектуса вообще сбила Алексис с толку, а присутствующие почему-то разом взглянули на ее забинтованные запястья, каждый вглядывался в ее черты. Что, черт возьми, происходит?!

- Обвиняемый приговорен к смерти,- повторил Принц, словно давая присутствующим возразить, но они молчали, ошеломленно глядя то на судью, то на Алексис, а она пыталась постичь то, что ее разум уже уложил в слова: этот принц кровопийц сделал ее одной из них!

Пока она, остолбеневшая, ошеломленная, почти сломленная осознанием произошедшего, стояла, ища просто опоры, перед ее глазами молниеносно и как-то жутко разыгралась кульминация всего этого нелепого действа. Лектус в два шага подошел к Луи и, коротко взмахнув кинжалом, воткнул его в грудь парня. Приговоренный упал, как подкошенный, но никто не вскрикнул, не попытался остановить Принца: дети кровопийц стояли и смотрели, как одного из них убили.

Это был какой-то кошмарный сон, из которого хотелось вырваться, но в этом сне она окаменела и не могла пошевелиться, боясь того, что произойдет дальше. А тело Луи на глазах каменело, серело, высыхало. Лектус вынул Кинжал - и тело рассыпалось в пыль, словно от ветра. Все это за какие-то считанные минуты.

А присутствовавшие при суде и казни начали расходиться, переговариваясь, даже смеясь над чем-то, что снова потрясло Алексис: этот мир был жутким, страшным, и Принц по своей прихоти сделал ее частью этого мира, где живое существо может рассыпаться в прах за несколько минут!

- Алексис,- осторожно окликнул ее подошедший Лектус, а она с ненавистью и ужасом смотрела на него, только что так легко убившего.

- Ты Посвятил человека!- прошипела подошедшая к ним Анна, как обычно, игнорируя присутствие Алексис. - Как ты мог?!

- Как ты могла позволить этим двум безголовым напасть на меня?- усмехнулся Принц. - Мне до сих пор интересно, что бы вы делали, если бы вам удалось меня похитить и убедить всех, что это я убил сестру кочевника? Вывезли бы меня в бессознательном состоянии за купол или просто воткнули бы в меня Кинжал и удрали?

- Интересная фантазия,- хмыкнула Анна, взгляд ее все еще полыхал негодованием. - У тебя нет никаких оснований утверждать такое.

- Конечно, нет. Если бы были, то ты бы стояла в одну линию с твоими подручными-братьями,- пожал плечами Лектус вполне равнодушно и повернулся к Алексис. Она не могла пошевелиться, чувствуя, что гнев и слезы могут прорваться наружу в любой момент, но она не собиралась показывать свою слабость при этой кукле, в глазах которой было одно только презрение к людям. - Еще увидимся.

Он сжал руку Алексис, и она уже не пыталась вырваться, зная, что ее перенесут из этого каменного ада в другое место. Алексис надеялась, что там будет Джеймс, и он оторвет голову своему дружку за то, что тот сделал.

Но нет, они оказались не в госпитале, а в какой-то тихой темной комнате со звездами на потолке и стенами, заполненными ящиками. Принц тут же отпустил ее руку и сделал шаг назад, внимательно глядя на девушку.

- Прежде чем ты начнешь орать, попробуй меня услышать,- спокойно, словно он все еще на суде среди своих поклонников, заговорил парень, и гнев с новой силой захлестнул Алексис.

- Я ненавижу тебя!- процедила она, сжимая кулаки и все еще пытаясь сдержать слезы. Все это было для нее слишком: после предательства парня, в которого она влюбилась, а он оказался еще и сыном кровопийцы, после потери крови и слабости узнать, что ее сделали одной из тех, кого она ненавидит, ее снова очернили, наполнили злом. И она была уверена, что теперь эльфы не помогут, иначе они бы спасали от этого всех детей кровопийц.

Она теперь тоже человек-кровопийца!

- Я ненавижу тебя!!!- закричала она, набросившись на спокойно стоящего Принца и ударяя его по груди, плечам, лицу. И то, что он не пытался защититься, что молча терпел, еще сильнее разъярило Алексис: она размахнулась - и влепила ему кулаком по лицу, как учил брат.

Следующий замах Принц легко поймал, да и кровь, появившаяся на губе парня, немного отрезвила. Алексис ненавидела кровь так же сильно, как и тех, кто ее пьет, чтобы выжить.

- Я спас тебе жизнь,- четко проговорил Лектус, отпуская руку девушки, но явно готовый снова поймать, если она решит драться. - Ты бы умерла.

- Лучше бы я умерла!- вскрикнула она, чувствуя, что по щекам текут злые безнадежные слезы. - Лучше умереть, чем быть кровососом!

- Да не будешь ты кровососом! Да, ты прошла обряд Начала,- он указал на бинты на ее руках,- но это всего лишь начало! Без дальнейшего Пути Посвящения ты никогда не станешь частью народа Правящих. Да и Посвящение ты никогда не пройдешь, потому что не хочешь этого. Успокойся.

- Ты сделал меня одной из вас,- уже спокойнее процедила Алексис, пытаясь справиться со слезами и понять то, о чем говорит Принц. По сути, они мало знали о том, как из людей делают кровопийц.

- Я дал тебе шанс выжить,- напомнил Лектус. - Да, теперь ты среди нас, и ты стала сильнее. На этом все.

- Я не стану кровопийцей?

- Нет, если не захочешь.

Она презрительно фыркнула на его замечание.

- И мне не захочется крови, как Истеру?

- Истер - ошибка природы, ты - часть системы, начальное звено, и для жизни тебе не нужно пить чужую кровь,- спокойно объяснил Лектус, сложив руки на груди, словно готовился долго и подробно объяснять ребенку строение мира.

- Расскажи.

- Что?

- Что за Путь Посвящения? Что вы делаете, чтобы стать кровопийцами? Я должна знать, чего мне нужно избегать!- поднажала она на парня.

- Путь начинается с акта Начала,- после некоторого раздумья он показал на ее руки, и Алексис сдернула повязки, обнажив два белых едва заметных шрама от порезов. - У нас у всех они есть, только по одному,- он показал свою правую руку с таким же шрамом. - Кинжал Народа впитывает твою кровь, принимая твою слабость и делясь своей силой. Подобные шаги должны повторяться постоянно, иначе ты не пройдешь Посвящения. Так что ты не станешь Правящей, впрочем, как и все тут живущие.

Алексис молчала, она все еще была в ужасе от осознания того, что в ней навсегда останется что-то от ненавистного народа.

- Если ты воткнешь в меня свой нож, я тоже... рассыплюсь в пепел?- тихо спросила она, прикусив губу. Она должна знать как можно больше о том, кем теперь стала. Уже не человек, но, судя по словам Принца, и не кандидат в кровососы.

- Не так быстро, но да,- он дернул уголком губ, внимательно глядя на девушку, и ей опять захотелось его ударить. Чтобы не чувствовал себя в безопасности. - Кинжал может дать силы, а может и отнять их, иссушив тело того, чью кровь он или родственные ему кинжалы знают.

- Он не один, твой кинжал?

- Нет.

- Тогда почему твоему отцу так нужен именно этот?

- Потому что он принадлежит моей семье,- уклончиво ответил Лектус, и Алексис показалось, что он сказал не всю правду.

- Так пусть отберет у кого-нибудь другой, будет у вас новый нож,- ядовито ответила она,- вам не впервой забирать насильно то, что вам нужно.

- У тебя есть еще вопросы или дать тебе время покричать?- вместо ответа спросил Принц, как-то насмешливо вздергивая бровь, и Алексис мгновенно вскипела, замахнувшись, чтобы врезать ему снова по лицу, только на этот раз уже открытой ладонью. Но Лектус был готов, и снова легко перехватил ее руку, сжав запястье.

И произошло что-то странное: его пальцы коснулись шрама на ее руке, кожу закололо, а глаза Принца вдруг засветились в темноте ярким серебром, словно он был Правящим и только что выпил крови.

- Что это?- Алексис отскочила, отдергивая руку и потирая запястье. - Мои... мои глаза тоже... светились?!

- Мои глаза светились?- как-то даже ошеломленно спросил Лектус, из чего Алексис поняла, что это только его изъян.

- Что это значит?

- Ничего,- как-то уж слишком равнодушно ответил Принц. - Нужно возвращаться.

- Что ты скажешь Джеймсу?

- О чем? О том, как спас тебя?

- Нет, о том, что твоя Анна пыталась сделать так, чтобы все поверили, что ты меня убил. Ты скажешь об этом Джеймсу?

- Не вижу смысла.

- А если в следующий раз они решат убить моего брата, а вину свалить на тебя?!

- Ну, тогда я посоветую твоему брату тщательнее учиться защитным заклинаниям,- решил отшутиться Принц, и Алексис была готова пнуть его за такое равнодушие. - Беспокойся лучше о себе и тщательнее выбирай ухажеров.

- Ненавижу тебя!- прорычала девушка, задетая за живое, и он явно знал об этом. - Ты мерзкий, грязный, вонючий наследник кровососов, который легко губит чужие жизни и убивает, словно разбивает тарелку!

И в следующее мгновение Лектус буквально смел ее, прижав к стене, глаза его полыхали то ли яростью, то ли гневом. Он крепко ее держал, глядя прямо в глаза. Видимо, она тоже его задела.

- Та тарелка, о которой ты говоришь, скинула тебя в пропасть, вскрыла тебе вены и оставила там умирать,- процедил Принц, который, кажется, впервые за время их знакомства потерял самообладание и сбросил маску спокойствия и равнодушия. - Поверь мне, он ни капли в этом не раскаивался, и сделал это с полным осознанием. Он нарушил не только законы людей, но и законы моего народа, потому что, как бы странно тебе это ни показалось, дикарка из северных земель, но по законам Правящих необоснованное убийство человека карается серьезнее, чем нападение на Принца Водного мира.

- Скажи это своим Снабженцам, убившим моих родителей!- Алексис попыталась его отпихнуть, и неожиданно Лектус отступил. - Ваши законы просто глупая болтовня, на них всем кровососам наплевать!

- Именно поэтому я здесь, а не там,- к Лектусу снова вернулось хладнокровие, но в его словах Алексис почудилась тоска. Но этого не может быть!- У тебя есть еще замечания или вопросы, или мы можем уже вернуть тебя в госпиталь, пока твой братец не поднял на уши всю Академию?

- Что значил приговор Линкольна? Про легатов,- Алексис произнесла последнее слово с нескрываемой ненавистью. Эти байроковские ищейки были самыми страшными и беспощадными в обществе кровососов.

- В легаты обычно набирают воспитанников питомников, также туда добровольно уходят осужденные члены семей Правящих, чтобы своей службой правящему дому искупить вину,- пояснил Лектус. - Чтобы осужденный не смог избежать службы, ему дают выпить кровь Посвященного, которая будет постепенно убивать ее выпившего. У обреченного есть дней семьдесят до смерти, за которые он должен добраться до святилища легатов, где над ним проведут обряд Посвящения, и он исцелится, став Правящим. Там же ему поставят метку легата, что означает пожизненную службу.

- Он не успеет добраться,- прошептала Алексис,- не успеет. Ты и его приговорил.

- Я дал ему шанс,- пожал плечами Принц. - А теперь идем!- он схватил девушку за руку и увлек в госпиталь, и она так и не успела спросить, что это была за комната, где они только что побывали.


Ярик вошел в библиотеку, где Кристин должна была учить Истера чтению и письму, но, видимо, друг так и не пришел, все еще злой на весь мир после очередного занятия в питомнике для магических животных. Маг вздохнул: он был бы даже удивлен, если бы у Истера все на первом этапе прошло гладко. Права была Диана: ему предстоит еще долгий путь к тому, чтобы начать работать с темными существами. У него и со светлыми-то дела не особенно ладились.

В библиотеке было практически пустынно, разве что у стены сидела, внимательно изучая толстую и, судя по виду, очень древнюю книгу, Ксения. Выглядела девушка уставшей и даже какой-то измученной, но тут уж ничего удивительного: обучение целительству было наукой отнюдь не легкой, и отнимало много сил даже у менее хрупких созданий.

- Привет, Ксения, что читаешь?- он подсел к девушке, заглядывая в фолиант. Нет, конечно, он бы мог заглянуть в ее мысли и получить ответы на все вопросы, но это он уже давно отучился делать без причин. Людям намного приятнее, когда с ними разговаривают.

Она подняла голову и тепло улыбнулась Ярику. Все-таки удивительный она человек, дочь Правителя Водного мира, уникальный. Было даже интересно, кто из ее предков передал ей такие волшебные способности, которые так редко попадались в народе светлых магов.

- Читаю разные легенды и предания,- пожала она плечами, словно смутившись.

- Задание Дир-Ле?

- Нет, просто стало интересно. В библиотеке Красного города были книги по истории, но они другие,- Ксения заложила закладкой страницу и взглянула на Теда-библиотекаря, который убирал на места оставленные студентами книги и свитки. - Ты чем-то обеспокоен?

- Ой, поводов достаточно,- отмахнулся Ярик, откинувшись на спинку диванчика и рассеянно перебирая страницы одной из книг, что лежали на диване рядом с Ксенией.

Он не стал вдаваться в подробности, к тому же о главном беспокойстве сестра Лектуса должна была иметь представление. Через двадцать минут он должен явиться на экстренное собрание Совета Академии: маги очень обеспокоены тем, что случилось с Алексис и Лектусом, а еще пропали главные виновники этого - братья Алистер, и кое у кого зародилось мнение, что в стенах Академии был совершен суд Чужих. И Кинжал, который все еще был у Принца, не давал магистрам спокойно спать; и Клаус, мальчик, превращенный в Чужого, которого нужно было отправить во внешний мир; и пусть несерьезное, но магическое нападение на Лукаса, проведшего в госпитале несколько дней. И еще десяток больших и маленьких проблем, хотя Ярик смотрел на все это проще и спокойнее. По крайней мере, взрослые на время оставили в покое Истера.

- Смотрю, что ты читаешь в основном легенды о Чужих,- рассеянно заметил Ярослав, зацепившись взглядом за корешок одной из книг.

- Да, я ищу одно предание,- кивнула девушка,- но пока без успеха, Тед тоже не смог сказать, где можно было бы его найти.

- И что это за редкая сказка?- приободрился Ярик: он очень любил легенды и сказания, которые, большей частью, оказывались правдой. - И где ты ее услышала, раз в книгах ее нет?

- Мне ее рассказали,- уклончиво ответила сестра Лектуса. - Это история о первом Правящем и его трех детях. Слышал?- с надеждой спросила она.

- Ммм, слышал и даже где-то читал,- попытался вспомнить Ярик, удивленный упоминанием этой мало кому известной истории. - По-моему, читал на эльфийском или даже на гномьем языке. Легенда очень старая, поэтому люди вряд ли могли ее помнить.

- Мне ее рассказал человек.

Ярик с трудом справился с желанием заглянуть в память девушки и узнать, что же за человек знает подобные легенды, но все-таки сдержался.

- Как Алексис и твой брат?- решил он сменить тему.

- Алексис почти полностью восстановилась, а Лектус уже, наверное, даже забыл об этом,- улыбнулась Ксения, но Ярик понимал, что это лишь наполовину правда: вряд ли Принц так просто может забыть то, что его подкараулили и ударили по голове, причем не люди, а представители его же собственного народа. Хотя, если он уже провел суд над ними, то почему бы и не забыть...- Джеймс все время рядом с сестрой, боюсь, что вскоре она не выдержит, и уже Джим попадет в госпиталь с травмой головы,- рассмеялась девушка, а потом зевнула. - Ладно, уже поздно, пора заканчивать.

- Я помогу убрать книги,- предложил Ярик, вставая и легко по воздуху отправляя фолианты на стол Теда. - До встречи. Если я вспомню, где встречал легенду, то обязательно тебе скажу.

Он вызвал дверь Фрея и пропустил Ксению вперед, потом сам вошел в светящийся воздух, через пару секунд оказавшись перед дверью в зал Совета Академии, откуда уже доносились голоса.

- Добрый вечер,- кивнул он, входя, собравшимся: Стелла и Сфинкс находились на возвышении, возле стола Совета, а Фауст и Хавьер стояли, глядя друг на друга и, как понял Ярик, спорили. Ольга устало и как-то отрешенно сидела в углу, сложив руки на груди. Матери на Совете не было - уходили последние часы отца-человека, поэтому Ярослав явился в зал вместо нее, к тому же ему все равно пришлось бы присутствовать и отвечать за тех, кого привез в Академию. По крайней мере, Хавьер точно будет к этому апеллировать.

- Проходи, Ярослав, нам важно твое мнение о том, что произошло,- доброжелательно поприветствовала его Стелла, явно устав от препирательств Хавьера и Фауста, к тому же она не без основания считала, что Ярослав, читающий чужие мысли, вполне может знать больше остальных. - Как ты думаешь, почему братья Алистер напали на Принца и Алексис и где они теперь?

- Да понятно же и так!- Хавьер не дал Ярику заговорить, видимо, продолжая спор. Его немного блеклые глаза от волнения стали больше и теперь действительно напоминали глаза рыбы, о чем любил пошутить Джеймс. - Дети Чужих решили отобрать важный артефакт, чтобы нарушить покой города, но у них не получилось. Юная девочка Картер стала свидетельницей, и спугнула братьев. Они в свою очередь решили избавиться от девочки, но недооценили Принца. Принц их зарезал и скинул в ущелье, тела унесла вода! Я предупреждал вас, Стелла, и вас, Фауст, что этот мальчик опасен! Уверен, и друг его, брат девочки, помогал избавляться от обидчиков сестры!

- Мы уже выслушали вашу версию событий, сеньор Хавьер, спасибо,- сдержанно произнесла Глава Совета и снова посмотрела на Ярослава, приглашая заговорить.

Воспитатель мальчиков надулся и сел, сложив руки на груди. Ярик на миг заглянул в голову Хавьера, и очень ему посочувствовал. Да, нелегко быть надзирателем за сотнями одаренных взбалмошных подростков, некоторые из которых еще и социально-опасны или непредсказуемы.

- У меня есть одна теория, на нее меня натолкнул мой брат Святослав,- улыбнулся юный маг, вполне осознавая, какую вызовет реакцию.

- А он-то тут причем?- хором спросили Фауст и Хавьер, и это их единодушие вызвало на лице Ярика еще более широкую улыбку.

- Святик некоторое время назад подслушал мысли кого-то из детей Чужих: они хотели как-то подставить Принца, чтобы, видимо, мы были вынуждены изгнать Лектуса из города. Я не могу читать мысли Принца из-за его постоянного контакта с кинжалом,- Ярик считал, что должен объяснить Стелле и Сфинксу, почему не знает полной картины произошедшего,- а братья Алистер, замешанные в случившемся, мне не попадались, чтобы узнать больше. Но я думаю, что в их план входило оглушить и где-то скрыть Лектуса, убить Алексис, причем убить так, чтобы все подумали на Принца. Возможно, подбросили что-то на место запланированной смерти Алексис, что указывало бы на Лектуса, не знаю,- пожал он плечами: в планировании убийств он был несилен. Вот манипулировать решениями людей он мог: например, нужно было просто донести до Анны информацию о Ксении, чтобы Лектус почувствовал опасность, и легко поддался на уговоры оставить Красный город. - Но в дело что-то или кто-то вмешался: судя по следам на месте, где напали на Лектуса, это был ирбис Алексис. Он же нашел Ольгу и привел на помощь ребятам.

- Ирбис просто животное!- напомнил Хавьер.

- Так же, как и наши волки-мороки? Этот ирбис не просто животное, сеньор,- добродушно улыбнулся Ярик. - Если встретите его, загляните в его глаза.

- Что это значит?- нахмурился воспитатель.

- У животных не бывает человеческих глаз,- пожал плечами Ярик и снова повернулся к Главе Совета. - Думаю, когда ирбис привел Лектуса к Алексис, Принц уничтожил то, что указывало на него как на убийцу, тем самым окончательно разрушив план братьев.

- Интересная версия, жаль, что Принц нам вряд ли подтвердит то, что ты сказал,- кивнула Стелла. - Могли бы подтвердить Алистеры, но где их искать?

- Уверен, что в реке,- вставил свое слово Хавьер, все сильнее хмурясь и сутулясь на стуле.

- В реке вы ничего не найдете.

Все присутствующие оглянулись на Ольгу, до того сидевшую тихо и не принимавшую участия в обсуждении. Ярик заметил, что она выглядит еще более усталой, чем несколько дней назад, словно не спала несколько ночей. Переживала ли она за Лукаса или за детей Чужих, оказавшихся в центре достаточно серьезного скандала?

- Вы что-то знаете?- в голосе Стеллы были непривычно мягкие нотки: Ярослав слышал, что Глава Академии принимала большое участие в судьбе Ольги, отговаривала ее от службы в Дозоре и теперь делала все, чтобы дочь Наместника Северных земель быстрее пришла в себя после смерти мужа.

- По законам Правящих, которым до сих пор подчиняются воспитанники, изолированные как 'дети Чужих', Принц имеет право вершить суд над теми, кто нарушил законы,- спокойно произнесла Ольга, словно объясняла простые истины. Хотя, как считал Ярик, для нее это действительно были основы бытия. - Если Принц смог доказать виновность братьев - а без доказательств он не станет затевать суд, то он же привел приговор в исполнение, поскольку у него есть Кинжал.

- То есть он их зарезал? И никто этому не воспротивился?- уточнил Фауст, по лицу его пробежала тень.

- Вы человек, магистр,- грустно улыбнулась Ольга, вздохнув. - Вам не понять ни законов Правящих, ни их верности пониманию законности, ни их принятия власти. Если Лектус доказал их виновность, то за нападение на него братьям бы грозило изгнание или пожизненное служение правящему дому. Но за покушение на жизнь человека их ждало только одно - возвращение к праху земли.

- То есть он их зарезал своим кинжалом?- Хавьер был бледен, даже испуган, и Ярик снова его пожалел: сеньор явно боялся, что однажды нарушит какой-то закон Чужих, и его заколют в темном углу. Воображение у воспитателя мальчиков было богатым. - Нужно изгнать его из школы.

- Вы не можете,- Ольга подняла на сеньора свои усталые грустные глаза. - По Статуту об особом положении потомков Правящих, обучающихся в Академии, отчислить из школы их можно, только доказав их вину. А вы никогда не сможете этого сделать.

- Нужно допросить детей, кто-то расскажет!- настаивал Хавьер, и Ярославу показалось, что в лице Ольги мелькнуло презрение. Он, как и преподавательница танцев, понимал, насколько Хавьер неправ.

- Никто ничего не расскажет, Оля права,- согласилась молчавшая долгое время Стелла. - Во многом была права. Если бы дети Чужих не были изолированы, интегрировались в наше общество, тогда возможно,- Ярик бы поклялся, что слышал горький смешок Ольги. - Думаю, этот случай наглядно нам показал, как мы ошибались, давая детям Чужих жить в их среде и по их правилам.

- Это тема для длительного обсуждения,- заметил Фауст, явно недовольный тем, как повернулась тема. - Нужно решить, что делать сейчас.

- Если не удается устранить проблему, устраните средства, которыми эта проблема создавалась.

Ярик радостно улыбнулся, услышав глубокий, но полный ласки голос Сфинкса. Тот редко заговаривал вслух на Совете, обычно, насколько знал Ярослав, он молча делился мыслями со Стеллой.

- Что вы имеете ввиду, Великий?- магистр также испытал благоговение: вряд ли часто ему удавалось слышать голос древнего магического существа.

- Суды вершатся под звездой закона, у каждого закона символ есть, есть то, чем приговор вершат и закрепляют, есть то, чем суд казнит, чьим именем несет он наказанье,- нараспев поделился Сфинкс, не мигая глядя на Ольгу. - Вы дали обещание - сдержите, пусть символ чужеродной власти покинет наш чертог.

- Да, вы правы,- Стелла поднялась и обвела взглядом присутствующих. - Клаус, ставший Чужим, покинет Северный город и унесет артефакт. День и время я сообщу позже. Ольга, предусмотри все, что для этого нужно, но о дате дети Чужих не должны знать до последнего. Мы должны быть уверены, что кинжал покинет купол без инцидентов. Пока же решаю прекратить поиски братьев Алистер, но ввести комендантский час. После захода солнца ни один ученик не должен покидать Древо, за этим пусть следит Фрей. Фауст, доведите до сведения всех воспитателей.

Ярик вздохнул: все закончилось более или менее благополучно.

- Ярослав, поговори с Дианой, может ли она выделить одного из Невидимок для наблюдения за Лектусом. Спасибо, все свободны.

Ярослав и Ольга вместе вышли из зала, понимая, что Хавьер вряд ли уйдет без последнего выступления. Тяжелый человек на тяжелой должности.

- Ты осуждаешь Лектуса?- тихо спросил Ярик, когда они остановились у окна. - То, что он сделал.

- Нет, он сделал то, что должен был. Уверена, что Алексис будет со мной согласна. К тому же это только на пользу: те, кто хотел навредить Принцу, поймут, что их ожидает, и должны теперь взять паузу. Думаю, нас ждет небольшой период тишины,- она перевела глаза за окно, где сгущались сумерки, и преподаватели сгоняли учеников в Академию. - Мы пожинаем плоды собственной недальновидности.

- Не грусти, Оля, все к лучшему. Тебе нужно отдохнуть,- Ярослав внимательно посмотрел на ее лицо. - Отвлечься.

- Со мной все в порядке, не волнуйся,- она потрепала друга по плечу и попыталась улыбнуться. - Лучше иди и проведи с отцом последние часы, скоро он снова оставит вас. Эйлин нужна твоя поддержка.

- Ну, да,- фыркнул Ярик,- ей нужен отец, а моя поддержка лишь напоминает ей о том, сколько времени уже длится их разлука.

- У твоей матери есть твой отец,- жестко сказала Ольга,- в каком теле он бы ни находился. Нет ничего страшнее одиночества, когда ты познал любовь,- она бессознательно вертела на большом пальце перстень. Ярик где-то его уже видел, но точно не на руке подруги. - Это вещь Элиота.

- Да, точно,- вспомнил Ярослав, рассматривая причудливый рисунок. - Он называл его 'наследием старшей семьи'. Не помню, почему.

- Это старая сказка,- пожала она плечами,- как-нибудь расскажу тебе. А теперь иди, не теряй времени.

Он кивнул и вызвал для Ольги Фрея: Ярик надеялся, что, куда бы ни направлялась, там она не будет одна.

## Глава 4. Вопросы с ответами и без


- Кристин!

Истер окликнул ее в школьном коридоре: перерыв между занятиями он использовал, чтобы скрыться с глаз публики или сбегать в лабораторию к Иглу, надеясь узнать что-то новое или поучаствовать в опытах на крови кровососов.

- Кристин!

Странно, но подруга не оглянулась, шла дальше по коридору, словно куда-то торопилась.

- Кристин!- он догнал ее, по дороге чуть не снеся двух маленьких мальчиков, и схватил за локоть. - Не слышишь?- Истер посмотрел в ее лицо и понял, что не ошибся, когда заметил на занятиях, что девушка даже не смотрит в его сторону. Ярик на утренних занятиях не появился (видимо, его вид полукровок имел привилегию ходить на занятия, когда захочет), и было странно, что Кристин отсела от друга, присоединившись к другим девочкам. - Кристин, почему ты со мной не разговариваешь?

- У меня нет желания выслушивать от тебя отвратительные вещи,- голос Кристин звенел от возмущения, и Истера это еще сильнее сбило с толку.

- Что?! Какие вещи?!

- Которые ты говоришь девочкам,- Кристин обошла его и направилась дальше, явно не собираясь продолжать общение. Истер снова ее догнал и загородил путь.

- Каким девочкам?! Ты о чем?

- Говоришь гадости и даже не запоминаешь! Истер, как ты мог наговорить такие вещи Диане?! Ты! Истер, это низко!- Кристин горячилась, с каким-то разочарованием глядя на друга.

Парень пришел в замешательство:

- Какой еще Диане?!

- Прекрати орать,- спокойно попросила Кристин, сложив на груди руки. - Диана - это девушка, которая занимается с тобой и учит общаться с магическими существами. Та, которую ты назвал жуткими словами. Припоминаешь?

- Ты никогда не говорила со мной раньше так,- насупился Истер, понимая, что не ожидал подобного от Кристин. - Ты всегда была на моей стороне.

- Судя по всему, тебе это не пошло на пользу,- уже мягче сказала девушка, вздохнув. - Ты не должен оскорблять людей, даже если они тебе не нравятся!

- Она не человек!- Истер фыркнул, осознав, что не помнил имени страшилища, что через день встречала его среди своего жуткого зверья.

- Ты тоже!- тихо напомнила Кристин, чуть наклонив голову набок.

- Тогда что же ты со мной общаешься?!- вскипел парень, сжимая кулаки.

- Потому что, в отличие от тебя, не сужу о человеке по внешности и происхождению,- Кристин старалась говорить тише, чтобы не привлекать к ним внимания ребят, что ходили вокруг, коротая время. - Диана очень умная и сильная девушка, и скажи 'спасибо', что она тебя не прокляла за твои слова.

- Ага, сильная девушка, которая всем нажаловалась,- презрительно ответил Истер, не понимая, из-за чего весь этот переполох. Ну, да, высказал он в последний раз этому чудовищу все, что думал о ее занятиях, когда она запихивала его в комнату с бабочками и заставляла там сидеть часами, и что?

- Она не жаловалась, она бы никогда такого не сделала. Мне рассказал Святик. И я бы ее поддержала, если бы она позволила какому-нибудь существу откусить тебе конечности!- Кристин, кажется, была очень сердита.

Чертов братец Ярика! Суется, куда не требуется!

- То есть, когда я ссорюсь с... девчонкой, это целая трагедия, а когда Принц кровососов безнаказанно закапывает в лесу двух себе подобных, все просто делают вид, что ничего не произошло,- зло ответил Истер.

- При чем тут Лектус?- Кристин лишь покачала головой, и Истер подумал, что опять сделал или сказал что-то не так, снова разочаровал ее.

- Что-то я не заметил, чтобы ты перестала с ним разговаривать после этого.

- Истер, Лектус просто спросил, где он может найти Ярика,- со слабой улыбкой заметила Кристин, кажется, смягчившись. - К тому же ты не можешь обвинять его в том, в чем не уверены даже магистры. И не меняй тему.

- Чего ты от меня хочешь?

- Истер, ты должен извиниться перед Дианой и пообещать мне, что больше не будешь никого оскорблять,- попросила Кристин, снова становясь такой, какой Истер привык ее видеть. - Я знаю, что тебе тяжело, знаю, что непросто привыкнуть к такой жизни, но пойми же: вокруг не враги, никто не желает тебе зла. Не смотри на окружающих так, словно они только и ждут, чтобы обидеть или ранить тебя. Тебе же хочется стать магистром по работе с темными существами?

Истер хмуро кивнул, глядя себе под ноги.

- Тогда позволь Диане тебе помочь с этим.

- Что ты за нее так вступаешься?- не мог не огрызнуться Истер: раздули проблему из ничего!

- Потому что, хоть ты и не поверишь, у многих из тех, кто нас окружает, в прошлом были боль и страдания, поэтому, пожалуйста, перестань им мстить за свое прошлое. Ты должен научиться жить в мире,- почти нежно сказала девушка, погладив Истера по плечу. - Пожалуйста, я тебя прошу, постарайся.

- Ладно,- хмуро ответил Истер, отвернувшись и глядя на стену. - Пойду и извинюсь, если ты так хочешь.

- Было бы здорово, если бы ты сам этого хотел,- вздохнула Кристин, но явно не собиралась добиваться от него сейчас раскаяния или покаяния.

- Увидимся тогда,- парень решил не откладывать на потом эту странную миссию: извиняться за то, что ты сказал правду.

- Ты куда собрался?- ну, конечно, этому древесному духу обязательно было влезть туда, куда не просят.

- Куда надо,- огрызнулся Истер, уже без помощи Фрея научившийся задавать направление открываемых дверей. Он решил сходить к Диане (надо запомнить ее имя), а потом можно спрятаться от всех в лаборатории, чтобы никто больше не счел себя оскорбленным.

Но, к удивлению Истера, решетка, отгораживающая зверинец от тоннеля, была заперта, и до острого слуха парня доносились несколько голосов, встревоженных и взволнованных. Он был уверен, что среди них слышит голоса Дианы, Фауста и матери Ярика.

- Эй, почему закрыто?!- крикнул он, пытаясь понять, что такая компания делает посреди учебного дня у магических существ. Кто-то сбежал?

Голоса затихли, вслед за шагами в зоне видимости появилась Диана, на голове ее по-прежнему был капюшон, словно он до сих пор не знал, что там прячется голова летучей мыши.

- Чего пришел? Занятия завтра,- она недружелюбно посмотрела на парня.

- Что случилось? Кого-то съели?- ухмыльнулся Истер, глядя на исцарапанные руки девчонки.

- Приходи завтра,- она тут же пошла обратно, отмахнувшись, словно он был каким-то тараканом, не заслуживающим внимания.

- Я по делу!- рассердился он.

- Завтра!- донеслось до него уже из-за угла, и Истер даже сплюнул от злости: и перед этим он должен за что-то извиняться?!

Он развернулся и поспешил прочь, вызвал дверь- и через мгновение был в привычной обстановке земляного тоннеля, ведущего к лаборатории. Интересно, в который раз подумал Истер, сколько таких тоннелей пролегает под деревом и куда они ведут? Возможно, есть такой, по которому можно было бы легко пробраться в город, незамеченным.

- Привет, Истер, опять прогуливаешь?- с улыбкой встретила его Иглу, что-то показывавшая двум мальчикам лет двенадцати у стола с образцами крови Чужих. - Сеньор Хавьер просил меня выгонять прогульщиков на занятия.

Истер только отмахнулся: только этого воспитателя сегодня ему и не хватало.

- Кто тебя так разозлил?- Иглу внимательнее посмотрела на него, а два ее ученика с широко открытыми глазами замерли у стола. У одного даже от удивления открылся рот. Видимо, глаза снова его выдали.

- Не мой день,- пожал плечами полукровка, стараясь успокоиться. Он подошел к столу, на котором мальчишки смешивали разные образцы и рассматривали в увеличительные стекла то, что происходило потом.

- Кстати, можешь дать мне еще твоей крови? У нас почти закончилась,- попросила женщина, подзывая одного из своих ассистентов.

- Без проблем,- парень закатал рукав и сел, позволяя воткнуть в себя иглу. - Заодно можешь показать вот им,- Истер кивнул на мальчишек,- что может сделать моя кровь с кровососом.

- Что?- глаза одного из ребят, хилого и какого-то совсем болезненного, загорелись интересом.

- Она их убивает,- с удовлетворением заметил Истер, зажимая локоть и подходя с столу, за которым ставили опыты Иглу и ее ученики.

- Как?

- Нильс, посмотри сюда,- глава лаборатории взяла немного крови из пробирки, которую только что наполнил ее ассистент, и капнула в тарелочку, где до этого были образцы кровопийц. Истер знал, что они сейчас увидят: странные существа, живущие в его крови, нападут на существ в образцах кровососа, и все они погибнут, словно отравив друг друга. С образцами детей кровопийц было немного по-другому: иногда картина повторялась, а иногда образцы Истера выживали, подавив врагов. Все это было странно, и пока Иглу не могла точно объяснить все то, что они наблюдали.

- Можно твоей кровью отравить всех Чужих!- воскликнул мальчишка от восторга.

- Во мне нет столько крови. И как ты это собираешься делать?- фыркнул Истер, который сам пережил минуты этого восторга, когда осознал силу своего организма. Но Иглу была права: вряд ли кровью Истера можно убить больше десятка кровопийц. Нужно понять, как это происходит, и найти путь массово уничтожить врагов, всех. - Можно было бы, конечно, потравить детей кровососов...

- Истер!- возмущенно заметила Иглу. - Все, кто живут в Северном городе, являются частью нашего народа и не представляют опасности.

- Ага, расскажите об этом Алексис,- зло усмехнулся полукровка.

- Иди на занятия, пожалуйста,- кажется, все представительницы женского пола в этой школе сегодня были им недовольны.

- Я зашел спросить, что случилось в зверинце,- пожал плечами Истер. - Почему он закрыт?

- Один посетитель нечаянно выпустил из вольера тропического ящера, и он поранил мальчика из Школы Трех Народов,- тихо заметила Иглу, чтобы ученики не услышали ее. - Ящера отловили, сейчас проверяют целостность других вольеров.

- Что там делал ученик другой школы?

- Многие ребята приехали домой на День Купола.

- На что?

- День Купола через два дня, мы его отмечаем каждую зиму уже сотни лет. Мы отмечаем день, когда Купол накрыл город, и наши предки оказались в безопасности. Истер, мне кажется, тебе надо чаще бывать в комнате с Добротами,- вздохнула Иглу.

- Зачем это?!- ощерился парень, решив про себя, что остаток дня проведет в комнате, чтобы никого не видеть и не слышать.

- Ты даже не спросил, в порядке ли тот мальчик.

- Какое мне до него дело?- фыркнул полукровка. - Люди сотнями погибают там, за куполом, а я должен переживать за парня, которого покусала ящерица?!

- Иди, Истер, на занятия,- устало попросила Иглу, махнув полукровке, и он даже с удовольствием поспешил прочь.

Надоели!


Она почувствовала его приближение еще до того, как Джеймс окликнул ее через весь двор. Улыбка осветила ее лицо, хотя Ксения знала, что он сердится.

- Ксени!

Джеймс летел через весь двор в не застегнутой куртке, без шапки; гуляющие студенты прыгали в сторону с его пути, и от этого девушке стало еще смешнее. Как можно бояться ее Джеймса?

- Ксения!- он затормозил перед ней, сурово глядя на ее лицо, но в его глазах девушка все равно видела только тепло. - Что ты тут делаешь одна?! Тебе брат что сказал?! Мало тебя похищали?! А Алексис только сегодня выписали! Я чуть не поседел...!

Она потянулась, коснулась прохладными губами его губ, и Джеймс сразу осекся.

- У тебя ледяные руки!- он схватил ее ладони и стал на них дышать. - Почему ты без варежек?

- Джим, застегнись, пожалуйста,- с мягкой улыбкой заметила Ксения, чувствуя, как он волнуется. Этот парень умел создавать массу беспокойств, но совершенно не заботился о себе.

- Мы запретили тебе выходить одной!- он сделал вид, что не услышал замечания Ксении, снова напуская на себя суровый вид.

- Я не одна,- рассмеялась Ксения, вытягивая свои руки из его больших теплых ладоней и заворачивая на его шее шарф. - Я со Святиком. Свят, не прячься!- она оглянулась туда, где стоял мальчишка до появления вихря в лице Джеймса. - Он попросил подлечить его друга, чем мы и занимались до того, как ты решил распугать всех вокруг. Святик!

Брат Ярика, наконец, материализовался в воздухе: в ярких шапочке и шарфе он буквально создавал собой праздник среди снежного двора.

- Это еще что?- Джеймс с недоверием показал на сидящего на руках Святика зверя: тот откинулся на спинку и раскинул смешные лапки, с любопытством глядя на людей и втягивая воздух носом-хоботком.

- Это бегот,- улыбнулся Святик, прижимая к себе лохматого зверька, больше похожего на бобра. - Они живут у реки. Этот поранился о лед.

- Подержи,- Ксения всунула в руки Джеймса мешочек, в котором она теперь хранила простые заклинания исцеления. Очень удобная вещь, доставшаяся ей по какому-то странному стечению обстоятельств или по неизвестной ей задумке гномов. Она осторожно достала из мешочка голубой шарик света, он задрожал в ее ладонях, и, кажется, Джеймс даже перестал дышать, что вызвало у девушки улыбку.

- Вот так,- Ксения бережно приложила заклинание к порезу на лапке бегота и погладила, не зная, больно ли малышу. Тот смешно хрюкал, размахивая здоровыми лапками, потом подпрыгнул на руках Святика, подскочил- и помчался прочь по снегу, смешно прыгая боком. Святик засмеялся от восторга и припустил следом за лохматым другом.

- Он такой же сумасшедший, как его братец,- фыркнул вслед парочке Джеймс, осторожно вкладывая в ладони Ксении мешочек с заклинаниями. - Я все еще сердит, что ты вышла из школы одна.

Девушка пристегнула мешочек к поясу, пряча улыбку, взяла друга за руку и потянула по тропинке.

- Ты почему не на занятиях?- она прижалась к Джеймсу, когда он обнял ее за плечи: такой теплый, добрый, даже когда пытается быть сердитым или суровым. Ни один человек на свете не чувствовался ею так, как он. И она не знала, было бы ей так легко с ним, если бы она не могла так ощущать каждое движение его огромной, немного детской души. Пусть он и смеялся над Святом, но в чем-то они были очень похожи.

- Кому они нужны, эти занятия?- фыркнул Джеймс, медленно идя рядом с ней по тропинке. - Разводить огонь и различать следы дичи я и без всяких парнокопытных знаю, пусть вон твой братец это учит, вдруг однажды пригодится. Ты слышала про праздник? Можно будет пойти в город! Наконец-то!

- Хавьер поймает тебя и оставит за прогулы без праздника,- с улыбкой заметила Ксения, подняв к нему лицо. - Как Алексис?

- В боевом настроении,- хмуро ответил Джеймс, словно это было неправильно. Он очень волновался за сестру. Ксения была уверена: если бы Лектус не наказал обидчиков Алексис, Джеймс бы не успокоился, пока сам не отомстил. Хотя, конечно, ей было сложно представить, чтобы ее Джим мог кому-то мстить, причиняя боль. Но она знала, что он может: Ксения слышала от Ярика историю о том, как погиб Наместник Севера.

Она поежилась, и Джеймс остановился, обнимая ее крепче.

- Не переживай, все будет хорошо,- зачем-то сказал он,- я не дам тебя в обиду.

Если бы она волновалась за себя! Ксения не знала, как помочь Алексис принять свое новое состояние, как защитить Лектуса от сил, что пытались всеми способами вернуть его к Байроку, как оградить Джеймса от беспокойства и постоянных переживаний за сестру, друга, за всех, кого он так ярко и преданно умел любить.

- Иногда я чувствую страх, Джим,- призналась Ксения шепотом, спрятав лицо на его груди. Свитер, надетый на парне, приятно колол щеки, согревая. - Словно где-то в тени, за нашими спинами, ходит какое-то зло. Я чувствую, как оно то приближается, то удаляется...

- Эй!- Джеймс поднял ее лицо и посмотрел в глаза. Хотелось так и стоять, прижавшись к нему, спрятавшись от всего в коконе его жаркой души, глядя в добрые карие глаза. - Я не дам тебя в обиду, никто не причинит тебе больше зла, не бойся.

Ксения промолчала: она не боялась за себя, это было последнее, о чем она думала.

- Святика же тут нет?- зачем-то спросил Джеймс, и Ксения вопросительно подняла брови. - Потому что этот мелкий нахал потом растрезвонит половине школы о том, что видел,- заметил парень.

- Нет, его здесь нет,- улыбнулась Ксения, ловя его поцелуй и чувствуя, как тепло разливается по телу.

- Это еще что такое?!

Кажется, сеньор Хавьер испытал что-то, близкое к шоку, наткнувшись на них.

- Воспитанник Картер!- преподаватель сначала побледнел, потом приобрел зеленоватый оттенок. Джеймс задвинул Ксению за себя, явно собираясь принять на себя весь удар.

- Добрый день, сеньор Хавьер!- девушка встала рядом с кочевником, сжав его руку. - Вы не простудитесь?- она заметила, что учитель без шапки и шарфа.

Тот даже опешил от такого, но, кажется, смягчился.

- Сейчас же возвращайтесь в школу!- сердито буркнул Хавьер. - А с вами, Джеймс, мы поговорим позже.

- Жду с нетерпением!- фыркнул кочевник, проходя мимо преподавателя и увлекая за собой Ксению. - И что это было?- насупился парень, когда они отошли от Хавьера.

- Что?- не поняла Ксения.

- Чего это ты с ним любезничаешь?

Она попыталась скрыть улыбку:

- Джим! Ты хотел, чтобы он тут же лишил тебя похода в город?

- Это моя проблема,- буркнул парень. - Старый извращенец!

- Что?- рассмеялась от неожиданности девушка.

Кажется, Джеймс собирался рассказать еще много интересного про воспитателя, но тут прямо из воздуха перед ними нарисовался Святик, правда, уже без бегота.

- Тебя ищет Принц,- мальчик улыбнулся Джеймсу. - Срочно.

- Чего это?

- Это очень срочно,- серьезно повторил Святик. - Я провожу Ксению,- добавил он, явно залезая в мысли кочевника.

- Ксени, иди в школу, ладно?

- Не волнуйся,- кивнула она, отпуская руку друга. Джеймс какое-то время колебался, но, увидев во дворе еще несколько групп учеников, все-таки поспешил прочь, махнув девушке на прощание. - Врать нехорошо, ты знаешь об этом?- обратилась Ксения к Святику, который, весьма довольный собой, стоял на тропинке.

- С тобой хочет поговорить эльф,- с благоговением прошептал мальчик, хватая Ксению за руку. - Идем, он тебя ждет.

- Эльф?- весьма неожиданно, но Свят вряд ли стал бы ее заманивать в ловушку. - Ты же понимаешь, что Джеймс тебе уши оторвет, когда поймет, что ты его обманул?

- Пусть сначала найдет,- рассмеялся мальчик, увлекая Ксению по тропинке к одному из домиков, в тени которого стояла высокая фигура мужчины. Девушка узнала его: это был Доминус, светловолосый эльф из Северного города.

- Спасибо, Святослав,- бархатным голосом заговорил гость Академии. - Добрый день, Ксения.

- Здравствуйте,- она проследила глазами за тем, как брат Ярика бежит прочь, иногда оглядываясь на оставленных им собеседников.

Интересно, зачем Доминус здесь?

- Я заходил к магистру Стелле по делам, увидел вас и решил поприветствовать,- эльф, кажется, тоже умел читать мысли, или же этот вопрос был написан на лице Ксении.

- Почему же тогда не подошли?- Ксения понимала, что эльф не представляет никакой опасности, но все равно это было странно: обманывать Джеймса и поджидать ее здесь, где их никто не может увидеть.

- Мне показалось, что ваш друг сердца не очень любит, когда к вам подходят другие мужчины,- честно признался Доминус.

- И давно вы за нами наблюдали?- Ксения с удивлением отметила про себя странную формулировку эльфа- "друг сердца".

- Вы нашли в городе то, что искали?- вместо ответа спросил Доминус, и Ксении показалось все еще более подозрительным. Чего он хочет?- Не бойтесь, я не причиню вам вреда. Мы говорим здесь, чтобы у вас потом не было проблем с вашим другом сердца. В этой школе много ушей и глаз.

- Лучше бы мы говорили с вами в более людном месте,- заметила Ксения, сложив на груди руки. Чего он хочет, этот эльф?

- Не буду скрывать, после нашей первой встречи я попытался узнать о вас больше,- откровенность Доминуса больше пугала, чем подкупала.

- Зачем?

- Вы уникальны, Ксения,- просто ответил эльф, чем поставил ее в тупик. - Вы человек, в вас есть гены Чужих, но при этом вы светлый маг. Настоящий светлый маг, хотя и не эльф.

- Я не очень понимаю.

- Все люди-волшебники ведут свой род от эльфов. Мы светлые маги, наша магия направлена только на добро. Люди же, осознав свою силу, начали применять дарованную природой магию и во зло, став темными магами. Все люди- темные маги. Все, кроме вас.

- И что?- осторожно спросила Ксения.

- Это уникальный случай, и я не мог просто пройти мимо. Ваш брат... Он тоже волшебник?

- Он владеет магической способностью, как и я.

- Нет, Ксения, ваша сила не магическая способность, это магия самой чистой, самой сильной линии, природная магия. Она очень редко встречается даже у эльфов.

- Это странно, конечно, но, наверное, в мире встречаются и более удивительные вещи,- девушка начала понемногу расслабляться, понимая, что Доминус действительно всего лишь заинтригован. - Вы говорили, что узнали обо мне все, что смогли. Узнали ли вы, кто моя мама?

- Да,- кивнул эльф,- Электра, дочь этого города, воспитанница Академии. Вспыльчивая, страстная, умеющая добиваться своей цели, любящая рисковать. Родители ждали ее много лет, не смирились, что она погибла в Водном мире. Жаль, что они так и не узнали правду.

- Знаете ли вы что-то про легенду о первом Правящем?- осторожно спросила Ксения, вдруг подумав, что эльф знает больше, чем говорит. Уж если он так легко нашел сведения о ней и ее матери...

- Конечно. Хотя это очень древнее сказание, и его помнят, наверное, только в семьях тех, чья родословная шла напрямую от детей первого Чужого.

- То есть... это правда? Правда, что мы...

- Правда, что вы и ваш брат впервые за тысячелетия объединили в своей крови две линии Первого дома Чужих: младшего брата и его сестры, Хранительницы акрополя? Я не могу сказать, но почему это не может быть возможным? Ведь жил же в Академии мальчик, носивший кольцо своего предка, который, по легенде, должен был быть настоящим Правителем Водного мира. Почему это не могло быть правдой?- Доминус мягко улыбнулся, и в этот момент наиболее четко проступили на его лице нечеловеческие черты.

- Кто этот мальчик?- Ксения чувствовала, как волнуется. - Что за кольцо?- она вспомнила вышивку матери, где в руках изображенного человека были ключ, камень и кольцо.

- По легенде, пришедшие в наш мир Чужие запечатали свой путь с помощью трех артефактов: перстня, ключа и камня. Им в этом помогла ведьма, ставшая затем женой младшего сына и матерью его детей. Перстень носил старший сын, ключ отдали дочери, а камень остался у ведьмы. Но это всего лишь легенда, в которой может быть еще меньше правды, чем в той, что слышали вы.

- Но если вы столько знаете о том, как пришли в этот мир Правящие, почему вы никому не расскажете?- Ксения не понимала эльфа.

- Зачем? Легенды создаются для того, чтобы объяснить необъяснимое, а затем, когда потребность в них исчезает, они теряются в истории, и им на смену приходят новые, дающие объяснение и надежду на будущее,- эльф снова улыбнулся. - Не смотрите назад, Ксения, будущее намного более захватывающее. Особенно для вас.

- Что вы имеете в виду?- не поняла девушка.

- Мне пора, я и так отнял у вас много времени.

- Подождите, вы так и не сказали, кто тот человек, который носил перстень старшего брата!- Ксения схватила эльфа за рукав, когда Доминус уже собирался уйти.

- Это был воин Дозора, звали его Элиот. До встречи, Ксения!- эльф двигался плавно, но при этом очень быстро, поэтому вопросы, тут же появившиеся в голове девушки, так и остались незаданными.

Она некоторое время стояла, глядя вслед уже ушедшему Доминусу, потом направилась к Древу. Начинало смеркаться, а по новым правилам, которые им объявили вчера утром, ученики не должны были оставаться на улице после захода солнца.

Издалека Ксения не сразу поняла, кто стоит на крыльце Академии, но фигура начала приближаться: это была Ольга, преподаватель танцев. Выглядела она уставшей, и, как всегда, несла с собой волну тоски и боли, сжатые в тиски волевого характера. Она была истинной дочерью народа Правящих, и Ксении казалось, что дочь Наместника Севера во многом напоминает Лектуса.

- Вы говорили с эльфом?- женщина выглядела настороженно.

- Да, это был эльф Доминус из города. Что-то случилось?- Ксения пыталась найти ответ на беспокойные взгляды Ольги.

- Что он хотел от вас?

- Поговорить,- пожала плечами Ксения. - Сказал, что я светлый маг или что-то в этом роде.

Ольга некоторое время молчала, глядя куда-то вдаль, наверное, на ворота Академии, за которыми скрылся Доминус.

- Не верьте эльфам, Ксения,- вдруг сказала она, и это очень удивило девушку.

- Но все вокруг говорят, что они справедливые и творят только добро.

- Их понимание добра не всегда совпадает с нашим, Ксения,- горько усмехнулась Ольга. - Они рассматривают добро с точки зрения своего народа. Никто не задумывается над тем, почему при падении Великих камней и потопе эльфы не сразу начали спасать людей, а затем так долго ждали прежде, чем оказать волшебникам помощь в построении Купола... В чем было их добро?- она подняла на Ксению глаза, и девушка поежилась. - Эльфам запрещено вступать в союз с людьми, те, кто нарушит этот закон, сурово наказываются. Люди - темные, люди - зло, если задуматься над философией эльфийского народа... Не верьте в доброту эльфов, Ксения, они ничего не делают просто так. Не идеализируйте их, будьте осторожны.

- Но...,- девушка не понимала, какую угрозу могут нести именно ей эльфы. В создавшейся атмосфере опасностей ей не хватает только начать бояться еще и эльфов.

- Ксения!!!

Она обернулась и по лицам брата и Джеймса поняла, что на этот раз они по-настоящему сердиты. Интересно, в современном мире истории о запертых в башнях девушках еще реальны?

## Глава 5. На грани


Она сидела и слушала тишину, чудесную тишину леса, покрытого снегом, полную только природных, едва уловимых звуков, таких родных, знакомых с детства. Падающие с деревьев под порывом ветра снежные шапки, с шепотом ложащиеся на землю; скрип веток спящего дуба, видевшего, наверное, еще основательницу Академии; шум далекой реки; скрип снега под большими звериными лапами.

- Привет,- улыбнулась Алексис, обнимая подошедшего к ней ирбиса и зарываясь носом в холодную мягкую шерсть лесного зверя. Среди кустов и деревьев мелькнули и сразу исчезли серые шкуры волков: девушка уже перестала их пугаться, ведь ирбис часто появлялся в окрестностях в их компании, словно местная стая приняла кота к себе.

Зверь привалился боком к ногам Лекси, позволяя девушке гладить себя. Снежинки ложились на серебристый мех, не сразу тая. От кота пахло лесом и морозом.

- Спасибо, что спас меня.

Он повернул голову, глядя на Алексис умными глазами, казалось, что он улыбается. Кот был самым верным ее другом еще с тех времен, когда ее затолкали в трюм корабля Снабженцев. Ирбис сидел на цепи, огрызаясь на любого, кто подходил к нему близко, но подпустил испуганную замерзшую девушку, искавшую у него тепла и защиты.

- Что же мне делать, а?- прошептала Алексис, словно ждала ответа от лесного кота, словно надеялась, что он подскажет ей, как найти равновесие и принять себя. - Кто я теперь?

Они сидели на откосе, который напрямую вел к незамерзшей реке, сокрытые от чужих глаз кустарником и густыми лапами елей. Девушке не хотелось идти на праздник, который сегодня увлек, кажется, всех обитателей Академии. Многие школьники ушли в город, а оставшиеся пировали в трапезной. Брат с Ксенией звали ее с собой, но Алексис, сославшись на то, что нехорошо себя чувствует, осталась.

Что будет, если Джеймс заметит то, что знали Ксения и ее брат? Ну, и еще десяток детей кровососов, которые присутствовали на суде. Заметит- и отвернется с ненавистью и презрением в глазах. Ведь она теперь тоже своего рода из племени кровососов.

Несколько дней Алексис прислушивалась к себе, но не заметила никаких особых изменений: ей не хотелось выпить крови, она не стала меньше любить брата или быть более равнодушной к чувствам других людей. Даже какой-то там силы, которую ей обещал Принц, девушка не почувствовала.

Все было не так, как в Красном городе, когда она схватила Кинжал: тогда ее тело быстро и словно под пыткой изменялось, приносило мучения. Теперь, как это ни странно было признать, происходящее было гармонично и... незаметно. Все, кажется, по-прежнему, только два белых шрама на запястьях все время напоминали о том, что в ее теле теперь есть нечто от кровопийц.

Алексис избегала не только Джеймса, но и его друга. Вот она представляла себе, как с размаху снова бьет его (и это было по-настоящему человеческим желанием), то с презрением молчит и проходит мимо, не оглядываясь, то припирает к стенке, засыпав сотней вопросов о кровопийцах и о том, как их делают из людей.

- Все стало странным, все изменилось,- пожаловалась девушка ирбису, который, кажется, дремал, привалившись к ее коленям и позволяя тонким пальцам перебирать его шерсть. - Мы с Джимом всегда были неразлучны, а теперь он то с Ксенией, то с этим принцем, а еще на занятиях. Я почти его не вижу... - ирбис поднял к ней морду, словно внимательно слушая. - Я могу силой воли разжечь костер, хотя раньше для этого требовалось долго получать искру. И... здесь не нужно бояться, что за тобой придут кровопийцы, но теперь я сама в каком-то роде... И совсем одна.

Ирбис поднялся и махнул головой, словно звал ее за собой, но разве это возможно? Хотя, конечно, Ольга и Лектус утверждали, что именно северный кот привел людей ей на помощь.

- Что-то хочешь мне показать?- улыбнулась Алексис, поднимаясь и отряхивая штаны. Мороз был сильным, но ей не привыкать к холодам: главное тепло одеться.

Ирбис еще раз посмотрел на нее и пошел прочь между деревьями, беззвучно ступая по снегу. Наверное, Джеймс бы рассердился, если бы узнал, что она опять гуляет одна, и ее бы ждала суровая отповедь, как Ксению недавно, но северный кот не даст ее в обиду, в его обществе она ничего не боялась.

Она шла вслед за пушистым другом, отводя в сторону лапы елей и смахивая с лица снег, слетавший с них. Они приближались к реке, шум воды становился все оглушительнее. Кот остановился на границе деревьев, видимо, не желая показывать свое присутствие.

Алексис увидела две фигуры, стоявшие в тени деревьев недалеко от того места, где она и кот вышли к кромке леса. Вряд ли пара слышала приближение зрителей: Алексис и раньше умела ходить совершенно беззвучно.

- ... ему нужно только убить сопровождающего волшебника, когда они войдут в туннель,- говорил приглушенный мужской голос, и Алексис только тут осознала, что ее слух обострился: она разбирала слова даже за шумом реки.

- Как они узнают, где за рекой откроется туннель?- этот голос Алексис не могла не узнать: подружка Лектуса. - И сколько он продержится прежде, чем закроется?

- Пока он в туннеле, не закроется. На той стороне откроется выход, нужно только оставить Стражам знак. Все просто,- собеседник Анны едва мог скрыть ликование. - Они будут нам благодарны настолько, что...

Алексис не стала больше слушать: тихо, стараясь не задеть деревья, она развернулась и пошла прочь, сдерживая желание побежать. Ирбис уже исчез, словно его и не было, но девушка была уверена, что кот где-то рядом, охраняет ее.

Когда она достаточно удалилась от реки, то побежала, ловко отводя в стороны ветки деревьев. Древо уже маячило над ней, перед ней. Алексис влетела в холл, сейчас пустой, и кинулась к колонне.

- Фрей, где Принц?

- Какой принц, дитя?- Фрей был какой-то сонный, наверное, если бы у него были руки, он бы протирал глаза. - Почему ты не на празднике?

- Где Лектус? Он в школе?- нетерпеливо спросила Алексис, срывая шапку и нервно ее теребя.

- Час назад удалился в спальню. Спросить...?- Фрей не договорил, потому что девушка уже рисовала в воздухе проход. - Заходи,- через некоторое время пригласил ее дух дерева, и она буквально влетела в спальню, где жили брат и его друг.

- Где-то пожар?- Лектус сидел на постели, изучая какую-то книгу. При появлении Алексис он вопросительно и даже как-то насмешливо приподнял брови. - Дневная пробежка удалась?

Девушка постаралась успокоить дыхание.

- Тот парень, который стал кровососом, он здесь, в школе?

Лектус отложил книгу и встал, с лица его исчезла усмешка.

- Почему ты спрашиваешь?

- Здесь?

- Уже нет. Он на пути к границе купола,- осторожно ответил Принц, и Алексис застонала: они опоздали. - Что случилось?

- Твоя подружка и еще кто-то! Они подговорили того парня, чтобы он впустил в туннель кровопийц!- выпалила девушка, следя за тем, как взгляд Лектуса становится ледяным. Он как-то сразу подтянулся. - Они пытаются разрушить купол! Нужно сообщить магам!

- Слишком много времени потеряем, они все ушли в город,- словно сделав быстрый анализ в голове, подвел итог Принц, доставая что-то из тумбочки и накидывая куртку. - Клаус отправился к куполу час назад.

Алексис ошарашено смотрела на то, как Принц быстро надевает куртку и заматывает шарф.

- Стой! Надо сказать...!

- Нет времени. Если Клаус пустит на эту сторону Правящих, только я могу их задержать. Сообщи взрослым,- и в его руках мелькнула знакомая Алексис штука- дар гномов, который переносил его владельца на километры прочь. Девушка колебалась долю секунды- и вцепилась в руку Лектуса, увлекаемая вслед за ним в ветреную темноту.

Какие-то мгновения - и морозный воздух, запах леса, шум реки окутали, обняли Алексис, а ноги утонули в сугробах. Она испуганно отпустила руку Принца, озираясь, пока взгляд не наткнулся на лицо Лектуса.

Взгляд был ледяным, губы сжаты.

- Если бы на твоем месте был парень, я бы прибил тебя к дереву и ушел,- холодно, кажется, едва сдерживая гнев, проговорил Принц, убирая свою игрушку в карман.

- Даже если бы это был мой брат?- тут же ощерилась Алексис: будет он еще угрожать!

- Особенно, если бы это был он. Молчи и пошли,- без лишних комментариев приказал Лектус, и что-то в его удаляющейся спине помешало девушке продолжить препирательства. К тому же они не могут терять время на выяснения отношений. Да и каких отношений? Индюк ледяной!

Алексис побежала вслед за уже достаточно далеко ушедшим Принцем. Да уж, давно ей не приходилось столько времени бегать по сугробам. А сыну кровососов хоть бы что, словно неживой и не знает усталости!

Углубившись в свои сердитые мысли, девушка чуть не налетела на остановившегося на окраине леса Лектуса.

- Что? Как мы узнаем, где они? Вдруг мы уже опоздали? Как ты остановишь армию кровопийц?

Принц бросил на нее быстрый угрожающий взгляд, и Лекси прикусила язык, вспомнив недавно прозвучавшую угрозу. И тут ей стало смешно: наверное, ему хочется не только прибить ее к дереву, но еще и придушить шарфом. А она была уверена, что Принц - ледяная статуя, не способная на какие-то эмоции! Он же на грани! Но чего он так бесится?!

- Если армия уже здесь,- голос Лектуса был очень спокойным,- то ты станешь отличным для них пикником. Не лезь, стой тут.

- Очень смешно,- тут же стала серьезной девушка: угроза звучала теперь более весомо. И только когда Лектус пошел прочь по прогалине к утесу, за которым скрывалась река, она поняла его последние слова: он снова пытался ее защитить. Что это у принца кровопийц появилась за мания спасать и защищать?!

- Стой! Я не останусь тут одна в неизвестности!- Алексис догнала парня и пристроилась сбоку. - И, кстати, ты уверен, что мы идем в верном направлении?

Она опять чуть не улыбнулась, когда заметила, как Лектус глубоко вдохнул воздух прежде, чем ответить. Нервы шалят?

- Клаус несет в Водный мир Кинжал Наследия, а Кинжал оставляет след, я его вижу.

- Почему я не вижу?- Алексис начала оглядываться, вдруг она пропустила какой-то "след".

- Потому что твои глаза еще слепы,- хмыкнул Принц, но лицо все равно оставалось напряженным. - Они уже в туннеле,- процедил парень сквозь зубы, и Алексис перевела взгляд: перед ними зияла пугающей чернотой земляная пещера. Видимо, это был вход в туннель, и, возможно, сейчас из него выскочит пара десятков кровопийц.

Кажется, Лектус подумал о том же, потому что его ледяная рука задвинула Алексис за его спину, что девушке совсем не понравилось.

- Ты...

- Тихо!

- Что мы будем делать?- прошептала она, не в силах молчать. - Как закрыть проход?

- Убить всех, кто внутри,- пожал плечами Принц. Алексис была уверена, что вот сейчас ей опять прикажут ждать здесь, но он лишь предупреждающе приложил палец к губам - и вступил в темноту.

Алексис поспешила за Лектусом. Все это было жутко, а еще странно: с минуты на минуту им навстречу могли высыпать кровососы, и она не убегает, а идет вперед, полагаясь на защиту... кого? Принца Водного мира! Глупость какая-то!

- Успокойся!- шепнул Лектус. - Твое дыхание слышно в Красном городе!

- Да пошел ты!- прошипела Алексис, стараясь не наступать на ноги идущему впереди парню. - Не тебя выпьют без остатка, если план твоих дружков удался!

- Они тебя не выпьют, если только попробуют,- с усмешкой ответил Принц, и у Алексис зачесались руки. - Твоя кровь теперь... несъедобна, так что успокойся.

- Ты должен был сказать раньше!

- Я никому ничего не должен! А теперь помолчи!

Алексис буквально задохнулась от негодования, но мелькнувший вдали блик огня отвлек ее. Она физически ощутила, как напряглось тело Лектуса: он прижал девушку к стене, второй рукой зажав ей рот, что было весьма кстати- могла бы и закричать от неожиданности.

- Тихо!- прошипел он ей на ухо - и словно испарился во мраке. Она некоторое время стояла, боясь шелохнуться, но потом медленно пошла на пламя. Алексис не боялась огня.

Долго она ничего не слышала, только приближалась к еще далекому огню факела, но она знала, что Принц тоже приближается к нему. Что он будет делать? Что может он против кровососа?!

Она запыхалась и остановилась, когда уже различила силуэт кровопийцы, стоявшего у тупика: парень смотрел на нее в упор, явно услышав приближение. У дальней стены туннеля, до которой почти не доставал свет факела, вставленного в держатель, в неестественной позе лежало тело, и Алексис едва не кинулась на помощь. Значит, этот монстр убил волшебника.

Но где Принц?

- Пришла присоединиться к триумфу нашего народа?- усмехнулся кровосос. - Осталось ждать недолго: я уже оставил сигнал у входа. Они скоро придут,- молодой Правящий повернулся лицом к стене и прикоснулся к ней рукой. Земля словно растворилась, заливая коридор дневным светом, отраженным от снега. Через проход было видно белое поле, а за ним полосу темного леса, который казался враждебным, страшным. Казалось, сейчас оттуда выступит армия кровопийц, нацеленная на то, чтобы убить всех людей, разрушить город.

Наверное, страх так сильно овладел ее телом, что Алексис не заметила, как из-за нее выступил Лектус. Или же свет, пробившийся снаружи, ослепил ее и оглушил.

- Знал, что ты не послушаешься,- как-то слишком довольно проговорил он. - Спасибо, что отвлекла.

Принц держал в руках факел со стены, и всего через какое-то мгновение, за которое кровопийца успел оглянуться, Лектус оказался перед ним, превращая тело предателя в горящий столб.

Ну, конечно, именно поэтому кровососы боятся огня. Именно так их легче всего убить. Но парень, выросший в Северном городе, не был приучен к этой фобии.

Не было криков или запаха горелой плоти: нескольких секунд хватило на то, чтобы кровопийца от синего пламени рассыпался прахом. Лишь что-то металлическое глухо ударилось о землю у ног казненного. Принц приблизился к месту казни, и она проследила за ним, тут же замечая то, чего так боялась.

- Лектус!- Алексис подбежала к парню и вцепилась в его руку, но он и сам уже видел, как из леса в их сторону выходят люди. Нет, это не люди...

- Назад!- Лектус оттащил ее от прохода, и тот легко сомкнулся, закрывая от ребят и темную массу деревьев, и снег, и десяток кровососов, которые стремились попасть на эту сторону реки.

Алексис привалилась к стене: руки тряслись, ноги подгибались, щеки пылали. Она боялась, что толпа убийц сейчас просто проломит землю и окажется здесь.

- Надо уходить отсюда!- Принц схватил девушку за руку и потянул прочь, и она заставила себя переставлять ноги. Они бежали, оставляя за собой тело убитого волшебника и прах казненного кровососа, который не так давно еще был человеком, учился в Академии и не собирался умирать.

Алексис согнулась пополам, когда они вывалились на снег, выскочив из туннеля. Нашла в себе силы оглянуться: переход под рекой закрылся, а Принц пристегивал к поясу Кинжал. Вот что упало с тела сожженного кровопийцы!

- Ты... убил... - выдавила она, сама не зная, что хотела сказать. Произошедшее не укладывалось в ее голове.

- Он убил человека, нарушив законы Водного мира. Я всего лишь приговорил его и привел приговор в исполнение,- пожал плечами Принц.

- Надо же!

Алексис вздрогнула и испуганно отпрыгнула к Лектусу. На одно мгновение ей показалось, что кровососам все-таки удалось пробраться на эту сторону.

- На наших землях правосудие творит сам наследник Байрока!

- На Утес их!- это было последнее, что девушка услышала прежде, чем ее окутало облако синеватого, очень сладкого дымка. Потом она перестала чувствовать свое тело- и упала куда-то в темноту.


Праздник Купола был, наверное, единственным событием в Северном городе, который отмечался с таким размахом. Еще его называли Днем Жизни, ведь именно магическая преграда в форме купола дала спасшимся народам шанс обустроиться и снова попытаться построить мир, где над людьми не висит каждодневная опасность попасть на стол к Правящим, а другим народам- быть уничтоженными за ненужностью.

Гуляния обычно длились от рассвета до заката, даже если была метель, даже если от мороза не спасали никакие средства. Дети весь день катались с горок, с хохотом принимали участие в магических забавах, например, влетали в "жерло" снежной пушки, откуда волшебники ими "выстреливали" в покрытые льдом трубы. Весь скользкий путь сопровождался визгом и восторженным хохотом, пока ребенок не вываливался на батут, долго там качаясь. Повсюду можно было видеть фейерверки и цветные снежки, запускаемые в воздух с площади; в снежных битвах принимали участие даже взрослые, скрываясь от противников в туннелях с ночи воздвигнутых снежных крепостей. С утра лесные жители- Лешики, феи, Ёжки- устраивали представления на возведенных помостах; на горках и катках было не пробиться. И всюду слышались смех, крики, возбужденные голоса.

Особенно шумно было на торговой улице, куда съехались со своим товаром жители всех окрестных сел и деревень. Здесь можно было приобрести или обменять практически все: от домашних тапочек собственного изготовления до молотков и свистулек. Гномы торговали кузнечными орудиями и механизмами, в которых разбирались только они; Лешики щебетали, пытаясь убедить посетителей, что им необходимы березовые веники и сушеные грибы. Волшебники предлагали запастись мазями и снадобьями на длинную зиму, защитными камнями и магическими предметами для домашнего хозяйства: самодвижущимися санями или очищающимися скатертями. Местные пекари угощали желающих блинами и пирожками, а кот Шурик огромной поварешкой разливал горячий чай с разными вкусами. Правда, большую часть он проливал, потому что чаще смотрел вверх, где то и дело проносились сани, ковры, летающие вагончики или оседланные олени.

- Кто дал тебе права на полеты?!- кричал Шурик, грозя кому-то лапой с поварешкой. - Да ты даже собакой управлять не можешь, рогатый неуч!!!

- Шурик, милый, нам бы чаю.

- Ой... Простите, мое почтение,- кот как-то сразу присмирел, увидев добрые глаза Эйлин. Эльфийка лишь улыбнулась, поправляя платок на волосах. От мороза она вся раскраснелась и выглядела привлекательнее, чем обычно. Хотя глаза ее были непривычно грустными. - Чай, чай для госпожи Эйлин и милой Ольги,- Шурик протянул чашку сначала матери Ярика, затем ее спутнице. - Грейтесь, развлекайтесь!

- Спасибо, Шурик,- Ольга обхватила чашку руками, и две женщины отошли в сторону, чтобы уступить место у бидона с чаем другим жителям и гостям города.

- Да уж, развлекайтесь,- улыбнулась Эйлин, когда они остановились под навесом, в стороне от снующей по улице толпы людей, волшебников и других существ, которым сегодня не было счета. - Мы с тобой совсем разучились это делать,- она отпила из чашки, прикрыв от удовольствия глаза. - Я рада, что ты согласилась составить мне компанию. Грустно было бы в такой день сидеть в школе.

- Ты не оставила мне выбора,- дернула уголком губ Ольга, рассеянно разглядывая проходящих мимо. И это действительно было так: Эйлин сказала, что ей нужно развеяться после ухода Александра, а то за каждым поворотом ей будет мерещиться большой черный волк, пронзенный стрелами, изготовленными в городе ее отца. Что могла ответить на такое дочь Наместника Севера?

- Тебе тоже нужно было отвлечься, нельзя все время быть одной. Тем более после того, как вы сегодня отправили новообращенного Чужого. Ты зря чувствуешь свою вину.

Ольга ничего не ответила: зачем пустые слова? Эйлин видит ее насквозь, эльфы вообще обладают уж слишком сильным чутьем. Женщина знала, что виновата перед Клаусом: именно она выбрала его судьбу, решила за него, сломала уже устроенную жизнь. Но Ольга не привыкла сожалеть о своих поступках, только надеялась, что Клауса примут в Водном мире, тем более он нес с собой Кинжал.

- Эльфы заинтересовались Ксенией, сестрой Лектуса,- произнесла она через некоторое время, увидев в толпе одного из хранителей Северного города. - Один из них приходил к ней.

- Они не сделают ничего плохого,- Эйлин внимательно посмотрела на Ольгу, словно пытаясь что-то прочесть на лице подруги. - Чего ты опасаешься?

- Ваш народ считает, что все те, кто обладают светлой магией, должны принадлежать им. Все, кто им приглянулся, либо исчезли, либо погибли,- горько усмехнулась женщина, теребя перстень под тканью перчаток. - Если нужно, они будут трактовать добро так, как это будет им выгодно.

- Оля,- голос Эйлин дрогнул, словно она испугалась какой-то мысли,- как погиб Элиот? Ты не рассказывала. В этом виноваты... мы?

- Эйлин, ты ни в чем не виновата. Ты лучшая из всех представителей твоего народа, ты чистая,- поспешила успокоить эльфийку Ольга, потрепав по плечу. - Я просто не доверяю твоему народу, и то, что они заинтересовались Ксенией, меня настораживает.

- Оля, ответь: что случилось с Элиотом?- настаивала Эйлин, в упор глядя на подругу, и Ольга глубоко вздохнула, передернув плечами. - Разве он был светлым магом?

- Не был,- покачала головой дочь Наместника Севера, теребя в руках чашку. - Но он зачем-то им был нужен. Но ты же помнишь Элиота,- она грустно улыбнулась воспоминаниям о муже,- он не нуждался ни в ком.

- Ни в ком, кроме тебя.

- Он говорил, что эльфы дважды приходили к нему, но он даже не стал с ними разговаривать.

- Когда это было?

- Почти сразу после того, как мы отправились в Дозор. После этого они отстали, но Элиот обходил стороной эльфов, приезжавших на заставы, он им не доверял.

- Почему?

- Я не знаю,- Ольга отвернулась, крепко сжав чашку с недопитым чаем. Она действительно не знала, но верила мужу: раз Элиот не доверял народу светлых магов, у него были на то основания. - Знаю лишь, что в тот день, когда Элиот погиб, эльфы были на Шемаре. Они не вмешивались ни во что, как обычно, и просто смотрели, как он тонул, как гибли наши бойцы, защищавшие башню,- голос женщины был тверд, только пальцы подрагивали на чашке.

- Если бы была угроза куполу, они бы вмешались,- тихо заметила Эйлин, погладив Ольгу по руке и чуть сжав пальцы. - Я знаю, что это жестоко, но...

- Ольга!

Женщины оглянулись: через толпу к ним в своем неизменном потрепанном плаще с накинутым капюшоном пробивался Лукас. Он выглядел все таким же уставшим, больным и потрепанным, контрастируя с толпой празднично одетых, веселых людей.

- Меня послали тебя найти,- словно оправдывался мужчина, добравшись до них.

- Что случилось?

- Западный Дозор прислал весть о том, что они поймали на границе двух учеников Академии. Стелла сказала, что бы мы отправлялись туда, узнали, что произошло, и вернули учеников.

- Знают, кто это?- Эйлин, видимо, сразу же подумала о своих неугомонных сыновьях.

- Нет, ведь почти все ученики ушли в город,- Лукас достал из-под плаща несколько черных камешков. - Стелла передала,- буркнул он в оправдание, когда Ольга удивленно подняла глаза. - Просила вернуться до темноты.

- Хорошо, идем, надо выйти за границу города,- Ольга взяла у Лукаса камни и повернулась к Эйлин:- Не думаю, что Ярик или Святик дали бы себя схватить, не волнуйся,- и она поспешила прочь, чувствуя, как тяжелой тенью за ней двигается Лукас.

Быстро выйти из празднующего города не получилось: постоянно приходилось пробиваться через толпы ликующих, веселящихся жителей, ученики окликали и пытались заговорить, но Ольга только учтиво кивала. Если Стелла прислала камни путешествий, значит, нужно было срочно выяснить, кто из школьников оказался так далеко от Академии и что они там делали.

Лукас молчал, только время от времени его большая худая ладонь, испещренная шрамами, появлялась из-за плеча, чтобы отстранить кого-то с дороги или открыть калитку. Ольга тоже ничего не говорила: что она могла ему сказать? Лукас прятался, скрывался, уходил от разговоров, словно дикий зверь, пытавшийся спрятаться от любопытных взглядов. Правда, последние дни он много времени проводил в городском лекарском центре: мальчик, раненый южноамериканским ящером, не шел на контакт, и Лукас, как мог, поддерживал его, пока лекари пытались остановить превращение человеческого подростка в полу-ящера.

Западные ворота города были настежь открыты, через них въезжали и выезжали жители окрестных деревень и хуторов, представители волшебных народов, стремившихся продать свой товар или купить необходимые предметы, везущих на празднование своих детей. Особенно шумными были кикиморы: дикие жители лесов и болот, они выбирались из чащобы только в этот день. Их песни и крики выделяли народец из толпы так же, как нечесаные волосы и жуткий болотный запах.

- О! О! О! Знакомец!- закричали кикиморы, когда Ольга и Лукас проходили мимо них в ворота города. - Эй, Лешак! Заходи в гости!- и они дико рассмеялись вслед Лукасу, но тот никак не отреагировал, лишь бросил быстрый взгляд на спутницу.

Она снова промолчала: по внешнему виду Лукаса и его нелюдимости несложно было догадаться, что много лет друг прожил вдали от людских поселений, где-то в глухом лесу, где круг общения вряд ли был сильно разнообразным.

- Держи камень,- женщина протянула ему один из маленьких черных камешков, остановившись перед колодцем, очищенным от снега. - Путешествовал когда-нибудь через них?- она кивнула на темный проем колодца, где вода, благодаря волшебникам, не замерзала даже в лютые морозы. Лес вокруг трещал, шуршал, блестел, словно и он праздновал день Купола вместе с жителями последней свободной земли.

- Нет, но в теории знаю,- пожал плечами Лукас, но с явным недоверием посмотрел на колодец.

- Сожми камень Путешествий и прыгай, Стелла его настроила уже на место назначения, будем у Каменного Утеса через пару минут,- подбодрила друга Ольга. Он подал ей руку, помогая взобраться на край колодца, в глазах мелькнуло беспокойство. - С этими камнями путешествуют все члены Совета Академии, не переживай.

- Я не переживаю,- буркнул Лукас, глядя на нее в упор.

- В чем же тогда дело?- она сжала камень, второй рукой придерживая длинную юбку: не одевалась она сегодня для визита в Дозор. Ну, да, конечно, Дозор. - Все хорошо, Лукас, это всего лишь очередное задание.

Он промолчал, и Ольга прыгнула, сжимая камень: один из десяти, что остались после магических войн. Говорили, что камни Путешествий, или камни Пространства, как иногда их называли, были найдены в недрах земли гномами, которые добывали драгоценности среди обломков одной из упавших с неба глыб.

Всего одно мгновение было холодно, а потом нужно было только устоять, когда колодец растворился, и Ольга почувствовала под ногами мягкий снег. Запах леса, камня и далекой реки окутал ее, добравшись до самого сердца, и она на мгновение схватилась за деревянную грань журавля, чтобы устоять.

- Привет, Ольга!

Она открыла глаза и тут же оказалась в медвежьих объятиях огромного парня, укутанного в меховую куртку и лохматую шапку. Ее оторвали от земли, и тут же вернули на место.

- Привет, Гарик,- кивнула она, переводя дух, когда товарищ отпустил ее и дал отойти. Женщина обернулась, когда рядом с ней очень ловко приземлился Лукас: глаза его были настороженными, но прикованы вовсе не к огромного дозорному, а к ней. - Знакомьтесь: Гарик, Лукас. Нас за учениками послала Стелла.

- О, это хорошо, что послала, а то что нам с ними делать?- басом ответил Гарик и рассмеялся, похлопывая себя по бокам. - А я вот встречать вас пришел, не знал же, что тебя пришлют. Идем, там Капитан даже стол уже накрыл.

Ольга кивнула, и втроем они направились по узкой тропе между густо стоявшими деревьями, опьянявшими знакомым запахом вырубки и зимних елей. Тишина этого места била по ушам, но Гарик не давал полностью окунуться в эту хорошо знакомую атмосферу, которая была бы полна воспоминаний, если бы Ольга себе позволила вспоминать.

- А ты знаешь, что мы закончили ремонт правой башни? Даже статую горгульи водрузили, как... ну, как мы задумывали,- болтал Гарик, иногда запинаясь, если разговор подходил к теме, которой старый товарищ явно избегал: Элиот. Это муж придумал вырезать жутких существ и поставить на башне. - А Капитан отослал на Шемару пополнение, юнцы совсем тут расслабились, пора было им понять, что не на курорт попали... А Машка отелилась в прошлом месяце, вот уж мы праздник устроили! А за три недели прошлые мы перевели через реку шесть групп, это почти рекорд, больше переводили только... ну, ты помнишь, когда,- и опять Элиот: это он бесстрашно шел на ту сторону реки и искал людей, чтобы перевести их в город. - Ну, вот и пришли!

Издалека уже был слышен лай собак, стук молотков, перекрикивание жителей Каменного Утеса, главной обители Дозора на западной стороне Северного города. Они вышли из леса и почти сразу над ними навис, как скала, вырезанный в камне замок: строгий, темный, с бойницами в стенах, без излишеств в украшении. Угрюмый, холодный, грозный, но очень родной, близкий.

Дом.

- Соскучилась?- Гарик буквально схватил ее за плечи, прижав к себе и потрепав. Это тоже был дом: здесь не было каких-то особых правил или рамок, все были родными друг другу. Ольга оглянулась на Лукаса, присутствие которого остро чувствовалось за спиной: друг был хмур и насторожен. На людей, ни разу не бывавших на Каменном Утесе, замок производил тяжелое впечатление.

Дверь в огромных дубовых воротах, словно их создавали для неизвестного племени гигантов, была распахнута, и внутренний двор кипел обычной ежедневной жизнью. Вдали, у конюшен, инструктор учил новобранцев седлать лошадей: Грум, как звали его в Дозоре, громко орал, переходя на грубости в адрес пополнения, и ласково похлопывал привязанных животных. От криков Грума под ноги то и дело бросались испуганные курицы, одетые в вязаные свитера: видимо, Изергиль по-прежнему обвязывала теплыми вещами не только жителей Утеса, но и всю живность. В стороне от скотного двора пылали яркие костры, и укутанные в удобную меховую одежду парни и девчонки грелись, жаря на длинных палках куски еще кровоточащего мяса.

- Оля!- издалека окрикнул ее поспевший навстречу высокий, очень красивый даже для потомка Правящих мужчина.

- Капитан,- искренне улыбнулась она бывшему командиру, темные волосы которого рано тронула седина, словно припорошила снегом, навеки впитавшись снежинками в черноту. Глаза ястреба, черные, словно бездна, за секунду оценили каждого из пришедших:

- Гарик, свободен, тебя ждет третий отряд, заступайте,- привычно спокойным голосом сказал Капитан великану, и тот с удивительной для своих габаритов скоростью направился через двор к кострам. - Голодны?

- Нет, мы с праздника,- покачала головой Ольга: здесь, среди дозорных, день Купола не праздновался, такова была традиция, которая органично сочеталась с девизом, что был выбит над входными дверями замка: "Мы не за и не против, мы между". Здесь были свои праздники и свои традиции, которые неукоснительно соблюдались всеми, кто однажды принимал присягу отряда. - Знакомься: это Лукас, давний друг.

Командир кивнул, скользнув взглядом по гостю: уж чем-чем, а шрамами и угрюмостью его было не удивить. Лукас кивнул в ответ, но Ольга постоянно чувствовала на себе его встревоженный взгляд.

- Как мой брат поживает?- дернул уголком губ Капитан, пропуская вперед Ольгу и ее спутника.

- Магистр Фауст- единоутробный брат Капитана,- пояснила женщина для Лукаса, идя по гулкому коридору к дальнему залу, где обычно командир принимал гостей. Все было на своих местах: деревянные лавки, шкафы со снаряжением, шкуры, которые сушились всюду, куда их можно было растянуть. Из проемов, что то и дело попадались справа и слева, тянуло теплом печей и каминов, был слышен смех, женское пение и щебетание немногочисленных ребятишек, живших на Утесе вместе с родителями. - У него все хорошо. Как и у твоей дочери, я несколько раз встречала ее в Академии.

- Она писала мне, что брат невыносим, и что она хочет сбежать ко мне,- рассмеялся Капитан, открывая дверь в свой кабинет, в котором были лишь два стола, лавки, и нарисованная углем карта, растянутая по стене. В печи ярко горел огонь. - Но я попытался ей объяснить, что обычных бойцов у меня достаточно, а вот полноценного мага-следопыта нет ни одного.

- Гретта очень нетерпелива,- кивнула Ольга, скидывая платок и накидку. На столе был накрыт небольшой обед: хлеб, картошка, еще дымящаяся, вяленое мясо, куриные яйца и сыр. В кувшине дымился чай.

- Очень похожа на мать, но упрямством в бабку,- кивнул командир, приглашая гостей за стол. Ольгу всегда поражала сила духа этого человека: его жена погибла в бою с Правящими, но он так легко и безболезненно говорил о ней, словно прошли уже века. - Мою мать и меня выкрали из одного из городов Правящих вместе с десятком других наложниц, Фридрих родился уже тут, когда мать вышла замуж за мага,- пояснил Капитан для Лукаса, хотя Ольга была уверена, что семейные истории интересуют друга меньше всего. Он был напряжен и совершал минимум движений. - Мать у нас что надо, до сих пор вяжет одежду для всех местных обитателей и ругается, что заморозим девок,- Капитан снова рассмеялся. - Ладно, давайте к делу,- он словно весь собрался и стал выглядеть еще старше, еще мудрее, чем мгновения назад, когда рассказывал про Изергиль и ее непростую судьбу.

- Как зовут учеников?- Ольга обхватила руками чашку, в упор глядя на Капитана.

- О, это самое интересное. Никогда не думал, что у меня в темнице будет сидеть сам Принц,- хмыкнул начальник Дозора, откинувшись на стуле и сложив руки в замок на затылке. Он часто так делал, когда расслаблялся, а расслабление было полезно, когда ты несешь ответственность за сотни людей и порядок на границах города, за безопасность. - С ним дочь Племени Огня, зовут Алексис.

Ольга удивленно подняла брови: странная парочка.

- Допросили?

- Принц ведет себя как... Принц,- пожал плечами Капитан,- а девочка вот рассказала интересную историю. Получается, что они вдвоем спасли нас.

- И от чего?

- Ну, мы были в курсе, что вы сегодня переправляете на ту сторону молодого Правящего, проследили за тем, как он в сопровождении волшебника вошел в туннель. А вот девочка рассказала, что услышала в школе о том, что ваш новообращенный откроет туннель и впустит на эту сторону армию Правящих. По ее словам, взрослым сказать не успели. Они вошли в туннель, волшебник был уже убит. Принц убил Правящего, и они выскочили на этой стороне прямо нам под ноги: Снежок в какой-то момент заметила, что туннель с нашей стороны не закрывается, и мы вернулись.

Ольга сложила руки на груди, обдумывая услышанное: если то, что Алексис рассказала Капитану, правда, то за две минуты рассказа командир изложил историю спасения Северного города если не от катастрофы, то от локальной войны, в которой многие бы погибли.

- Кто-то как-то предупредил Правящих на той стороне, что Клаус откроет туннель,- проговорила Ольга, задумчиво глядя на столешницу. Холодок прошел по спине.

- Это самое опасное,- кивнул Капитан. - Я увеличил число дозоров на этой стороне реки, отправил несколько групп на ту сторону, пусть разведают, что Правящие говорят о произошедшем, может, что-то выяснят.

- Ладно, думаю, пора забрать ребят, Стелла там, наверное, уже довела Фрея до извержения древесины за то, что он не знает, где находятся ученики,- дернула уголком губ Ольга.

- Хорошо, только сначала забери то, что мы у твоих ребят изъяли. Интересный такой набор,- Капитан поднялся и подошел к каменной стене, приложив руку к небольшой выемке. Что-то зажурчало, заскрежетало внутри- и открылась дверца. - Надо попросить Ворчуна поправить, а то механизм делали его дедушки-гномы еще во времена прабабушки Стеллы, стал барахлить.

На стол лег небольшой деревянный ящичек, но Ольга в принципе и так могла предположить, что там увидит.

- Что это за вещица,- Капитан указал на позолоченный компас,- мы не поняли, а вот Кинжал Народов... Ты знаешь, что девчонка- свежая Посвященная?

- Я догадывалась,- кивнула Ольга, глядя на мелочи из карманов двух учеников Академии. - А с помощью этого артефакта,- она взяла в руки компас Лектуса,- они за несколько мгновений переместились сюда из Академии.

- Интересные вещи носят при себе ваши ученики,- хмыкнул Капитан.

- Мы их заберем,- Ольга закрыла ящичек и передала Лукасу, поднимаясь. - Пойдем к ребятам.

- Хорошо, только я хотел еще кое о чем тебя попросить, раз уж ты здесь,- голос командира изменился, и Ольга напряглась, невольно бросив взгляд на Лукаса. - Забери с собой Беляша, нам приходится кормить его насильно, он уже почти не поднимается.

- Где он?- тихо спросила женщина, прикрывая глаза и понимая, что совсем забыла о Беляше.

- В вашей комнате, не дает себя забрать.

- Хорошо, я пойду за ним, а ты пока сходи за ребятами,- кивнула Ольга: ее не нужно провожать, она прекрасно знала замок, к тому же не хотела, чтобы ее сопровождал кто-то. - Лукас, иди с Капитаном, я сейчас.

Она взяла одежду и вышла в коридор, быстро пересекая его и поднимаясь по лестнице вверх, цепляясь взглядом за знакомые надписи и рисунки, но не заостряя на них внимания. Она никогда бы не созналась себе, что боялась возвращаться сюда, в этот каменный жилой коридор, по которому нужно пройти тридцать пять шагов, толкнуть деревянную дверь с вырезанной на ней саламандрой, чтобы оказаться в месте, наполненном воспоминаниями и любовью.

А еще болью: в углу на подстилке из соломы умирал Беляш, с первого взгляда было видно, что пес при смерти. Он похудел, белая пушистая шерсть скаталась и местами выпала, только большие тоскливые глаза были еще живы. Он узнал ее, двинул хвостом, но не попытался подняться.

- Беляш,- она опустилась на колени и погладила пса по голове. Они были так преданы друг другу: Элиот и спасенный им от злых мальчишек еще в Северном городе белый щенок. Щенок вырос в огромного пса, преданного Элиоту, не раз выручавшего его на заданиях. А она, замкнувшись в своем горе, совсем забыла о собаке, которая потеряла хозяина. - Беляш, так нельзя,- пожурила она лохматого друга,- он бы рассердился на тебя. Нельзя... Нужно жить дальше, обязательно,- она подняла глаза, натыкаясь на предметы в их бывшей комнате. Нет, все вещи были убраны, но каждый предмет здесь был пропитан Элиотом: криво прибитая к стене полка, ведь с молотком он обращался хуже, чем с луком; отколотый у подоконника уголок, когда Элиот и его напарник пробовали остроту нового меча; палочки, начерченные на деревянной спинке кровати, обозначали каждый выход Элиота за границы Купола, а она всегда говорила, что это количество раз, когда она умирала и возрождалась после его возвращения; гобелен с изображением саламандры над кроватью - Элиот выкрал его из дома Правящего в свою первую вылазку за реку, чтобы украсить их новый дом, тогда Капитан два месяца позволял Элиоту дежурить только по конюшням... Все здесь говорило о ее муже, таком ярком, бесстрашном, иногда сумасбродном и немного сумасшедшем, не смирившимся со своей судьбой. Словно он еще жил здесь, но умирал вместе со своим псом, который не смог найти в себе силы бороться без Элиота.

А она нашла. Может, она меньше его любила?

Ольга взяла собаку на руки: он так похудел, что почти ничего не весил, хотя раньше даже Элиот с трудом мог оторвать Беляша от земли, чтобы засунуть в корыто и помыть. Она села на край постели, прижав собаку к себе, чуть укачивая.

- Все будет хорошо, малыш, все будет хорошо,- шептала она, прикрывая глаза и чувствуя горячие слезы, что потекли впервые за много недель. - Мы будем бороться, иначе Элиот бы не выбрал нас...

- Оля...

Она подняла заплаканные глаза на стоявшего в дверях Лукаса: на лице его ярко проступили белые отметины шрамов, глаза расширились, губы сжались.

- Он умирает,- прошептала она, горло сжималось от подавляемых рыданий.

- Оля,- он сел рядом и забрал у нее пса, положив на постель рядом, потом обнял, прижав ее лицо к плечу. От Лукаса пахло лесом, снегом и шерстью, руки были теплыми и ласковыми. - Я помогу,- прошептал мужчина, укачивая ее так, как она это делала несколько минут назад с собакой. - Я помогу. Не брошу, никогда не брошу...

Рыдания прорвались: горькие, давно сдерживаемые, болезненные. Она так старалась быть сильной, а оказалось, что она слаба, так же слаба, как Беляш.

- Все пройдет, все смоет время, как вода,- шептал он, позволяя женщине выплакаться, и его голос приносил успокоение. - Пройдет время, и волны боли уже не будут сбивать с ног, лишь коснутся их и отступят, просто подожди... А я буду рядом, я помогу.


Лектус мерил шагами небольшую комнату-камеру, где их с Алексис заперли с тех пор, как допросили. Девчонка сидела на широкой лавке, поджав ноги и глядя куда-то в сторону. Больше в комнате ничего не было, но хотя бы не холодно.

- Что с нами теперь будет?- спросила она тихо, посмотрев на Лектуса. Просто мученица!

- Сожгут,- пожал он плечами, криво улыбаясь. Что за пораженческие вопросы?- Хотя это мелочи по сравнению с тем, что устроит твой братец. Лучше остаться тут.

- Очень смешно,- фыркнула Алексис. Ну, спасибо, хоть повеселела, а то даже как-то тошно становится.

- Вряд ли будет смешно: лохматый умеет устроить целый цирк из ничего не значащего эпизода. Создаст проблему и тут же сам начнет ее решать,- говорить было лучше, чем молчать, а то и со скуки можно умереть. Хотя, конечно, ему было, о чем подумать.

Анна. То, что она замешана в этом, не было сомнений. Как она добралась до Клауса и как сговорилась с Правящими за рекой? Она вряд ли расскажет. Но теперь ей придется отвечать за свои поступки, и дело не в законах Правящих.

Анна попыталась разрушить мир, в котором в безопасности многие годы может прожить Ксения. Да, наверное, прожить в компании таких сумасшедших, как лохматый и его сестра, но здесь ей каждую минуту не грозила смерть. И Лектус сделает все, чтобы сохранить это странное место. Даже от тех, кто имеет право это место разрушить.

- Я всегда думала, что кровососы не умеют дружить, ну, не способны на это,- вдруг заметила Алексис, и Лектус удивленно поднял брови. К чему это она?- Ты все время говоришь всякие гадости о Джиме, но он твой единственный друг, и ты его друг, я знаю. Хоть это и странно, и неправильно.

- Джиме? Отличная кличка для ручного кролика,- фыркнул Принц, сложив на груди руки и опершись спиной о стену. - Дурная привычка людей коверкать имена.

- А тебя никогда ласково не называли? Все время официально?

- Кто не называл?

- Ну, мама, до того как стала кровососом, тот старик, что остался у Константина... Всех детей называют ласково.

- Всех детей в мире людей,- поправил девчонку Лектус. - Моя мать стала Правящей, когда мне исполнилось три года, поэтому вряд ли я могу хранить об этом воспоминания, а старику было не до этих глупых людских привычек, иначе ему бы отрезали вторую руку.

Алексис поморщилась, словно он сказал что-то неприятное.

- Поэтому вы такие холодные и черствые,- сделала она какой-то свой странный вывод,- потому что вас никогда не любили и не ласкали.

- И зачем это нужно? Чтобы я потом рыдал от умиления над выловленной из моря черепахой или бегал на свидания к тому, кто хочет меня убить?- Лектус сказал и поморщился: девчонка вся побледнела, кулачки ее сжались, словно она опять хотела его ударить. Да, неудачный пример, она явно переживает из-за того, что влюбилась в предателя и чуть не погибла. Лучше надо выбирать себе объекты для обожания, плохо лохматый ее воспитывал.

- Холодная сволочь,- процедила Алексис, и он подумал, что заслужил. Никогда не сможет понимать людей с их странными чувствами, которые из некоторых плещут неконтролируемым водопадом.

- Он все равно тебе не подходил, он же был сыном таких ненавистных тебе кровососов,- напомнил девчонке Лектус.

- Ага, зато теперь я сама почти кровосос,- огрызнулась Алексис, показывая ему руки со шрамами от Кинжала.

- Зато ты жива,- парировал Лектус: он устал от обсуждения этой ситуации. Смирилась бы уже и забыла, как он порой забывал о том, что имеет дело не с девчонкой, а посвященной, хотя это не особо изменило ее раздражающее поведение. - До кровососа тебе примерно столько же, сколько твоему брату, ну, на один шаг меньше.

- А тебе? Сколько шагов до кровососа осталось тебе?- осторожно, но едва сдерживая любопытство, спросила Алексис, подаваясь вперед. - Ну, когда ты перестанешь есть обычную пищу и начнешь пить кровь?

Он вздохнул: эта девчонка задавала слишком много вопросов, причем половина из них была неприличной в обществе, где он вырос, вторая половина- глупой, потому что в том обществе все знали ответы на эти вопросы.

- Я готов к Посвящению,- пожал он плечами, не считая нужным скрывать. - Могу стать еще сильнее, но это уже мало что изменит.

- То есть... ты можешь в любой момент...?

Лектус рассмеялся:

- Нет, для этого потребуется проведение Ритуала.

- Как это случилось с тем парнем, которого ты убил в туннеле?

- Да.

- И ты...

- Нет. Наследник не может принять Посвящение, если у него нет потомства или если он не готов принять эту честь,- спокойно, словно цитату из книги, произнес Лектус. - Я не отвечаю этим критериям.

- Ты... не готов...?- осторожно спросила Алексис, и он встретился с ней взглядом, долго глядя в карие глаза, чуть расширенные от каких-то эмоций.

- У меня нет потомства,- усмехнулся Лектус, пожимая плечами: она свой взгляд так и не отвела.

- Анна не была готова тебе его дать?- фыркнула девчонка. Это уже начинало походить на допрос, но Лектус понимал, что все это связано с любопытством, которое снедало Алексис, информационный вакуум не давал ей покоя. Жаль, что ее брат не стремился в той же мере получать информацию, тратил свое время на какие-то глупости. Только познание мира позволяет подняться над ним, быть не таким, как природная масса. - Ну, или другая хладнокровная кукла?

- В Красном городе и его окрестностях живут - жили - всего три наследницы Правящих, одной из них была Ксения, поэтому выбор не так велик,- пожал плечами Принц, смирившись с тем, что придется все ей объяснять. Зато время летит быстрее. - К тому же Правящие редко женятся, это скорее дань традициям. Чтобы завести потомство, нам это не нужно.

- Ну, конечно, у вас целая туча рабынь, которые могут вам родить кучу детей, которых вы тут же умертвите, всех, кроме одного,- с презрением отметила Алексис, но Принц никак на это не отреагировал, только порадовался, что хотя бы это она знает. - А у тебя были еще братья и сестры?

Лектус не ожидал такого вопроса, но не видел причины, чтобы на него не ответить.

- Да, у меня были братья.

- И их убили. Из-за тебя. Из-за того, что ты показался твоему отцу лучше,- прозвучало как-то очень неприятно.

- Мне было три года.

- Прости, я не хотела сказать, что ты виноват,- как-то смущенно заметила Алексис, и Лектус даже не понял, из-за чего она сменила тон. Он и не чувствовал себя виноватым, такова была жизнь, таковы законы.

Они молчали, и Лектус даже как-то удивленно посмотрел на замолчавшую девчонку.

- Что? Вопросы закончились?- насмешливо спросил он.

- Нет, но ты сердишься.

Он вообще был сбит с толку:

- С чего ты взяла?

- Когда ты сердишься, то твои глаза леденеют,- еще более смущенно заметила девушка, глядя на свои руки.

Очень интересно.

- Даже не буду уточнять, что это значит. Спрашивай, я не буду сердиться,- кажется, любопытство заразно.

- Нет.

- Глупая человеческая привычка. И ты еще сомневаешься, что Посвящение мало на тебе отразилось.

- Ты все человеческие привычки считаешь глупыми,- фыркнула Алексис.

- А ты презираешь все, что касается Правящих, поэтому мы квиты,- не остался в долгу Лектус. - Задавай свой вопрос.

- Нет.

Жаль, что он не умеет читать мысли! Вот, эта девчонка еще и заставила его усомниться в своей целостности! Вот что значит провести несколько часов в компании дикарки!

- Ты сердишься.

- Очень надо,- Лектус отвернулся, чтобы она перестала на него пялиться, а за спиной послышался тихий смех. - Совсем свихнулась?- он посмотрел на Алексис: она действительно смеялась. Над ним.

- Нет, просто ты сейчас говоришь, как Джеймс, когда чего-то очень хочет, но ему это не дают.

Отлично! Теперь он еще и перенимает дурные привычки лохматого!

- Ты становишься человеком,- как-то странно произнесла Алексис, и он даже не нашелся, что сказать. - Что будет теперь, когда в Водном мире нет наследника? Кровавый Байрок ведь уже не может размножаться.

- Будет выбран другой наследник, это не проблема. Моя семья оборвется, и появится новая семья Правителей,- пожал плечами Лектус, радуясь, что они сменили тему.

- Без Кинжала?

- Они никогда не перестанут предпринимать попытки его вернуть, поэтому было важно, чтобы Клаус передал его моему отцу.

- Но он не передал и чуть нас всех не погубил,- вздохнула Алексис и вздрогнула: послышался стук обуви по каменным ступеням.

- Дыши, вряд ли они пришли нас сжечь,- хмыкнул Лектус, вставая лицом к дверям.

На пороге, к их удивлению, были не дозорные, а преподавательница танцев. Она посмотрела на ребят, кажется, немного обеспокоенно.

- Идемте, нас ждут в Академии. Ваши вещи вы получите позже,- она отошла в сторону, и Лектус пропустил Алексис вперед. Их не конвоировали, они спокойно пересекли коридор, долго поднимались вверх по лестнице, и вскоре оказались во дворе, почти пустом, только животные бегали беспорядочно. У ворот их ждал рослый дозорный, а с ним Лукас: в руках его было что-то, завернутое в одеяло. Что-то, кажется, было живым. Лектус кивнул мужчине, и тот ответил тем же: ну, что, им устраивать дуэль из-за того, что Принц отравил Защитника. Заслужил, будет думать дважды прежде, чем ставить опыты на Ксении.

- Ой, собака!- Алексис хлопала глазами, глядя на высунувшийся из одеяла нос. - Какие у нее грустные глаза!

Лектус внутренне застонал и закатил глаза: а он-то думал, что на сегодня человеческие глупости закончились. Им предстоит веселый путь до Академии: нет ничего невыносимее в мире людей, чем их умение сюсюкать.

Принц мысленно пожелал себе терпения и первым покинул территорию Каменного Утеса.

## Глава 6. Кровь


Территория Академии была огромной, но Ярик знал, что здесь есть всего несколько укромных мест, где можно спрятаться и побыть в одиночестве. Наверное, он был одним из немногих, кто знал о существовании белой беседки, которая пряталась за ветвями голубых елей, занесенных снегом.

Он отодвинул в сторону еловую лапу и даже улыбнулся: в очередной раз не ошибся.

- Ксения!- тихо позвал Ярик девушку, поднимаясь по ступеням в беседку.

Девушка подняла глаза: она не ожидала, что ее здесь кто-то найдет, и маг почувствовал, что увидел то, что не должен был. Сестра Лектуса плакала, вытирая слезы с бледных щек варежкой. Из-под шапочки выбились золотые локоны, и зимнее солнце играло в них, еще сильнее подчеркивая бледность и грусть ее лица.

- Джеймс ищет тебя повсюду,- тихо заметил Ярик,- он беспокоится.

- Я думала, что он с Лектусом,- проговорила Ксения хрипло, отводя глаза.

- Лектус и Алексис отбывают наказание за то, что покинули школу,- чуть улыбнулся Ярик, смахивая снег и садясь рядом с девушкой на деревянную скамейку. Очень тянуло заглянуть в мысли Ксении и узнать, что случилось, но он сдерживался- возможно, ей просто нужно поговорить, это иногда помогает.

- Странный мир людей,- пробормотала Ксения, глядя на свои руки. - Наказывать за то, что они спасли нас всех.

- Как выразился магистр Фауст: "спасение мира не является поводом нарушать школьные правила и покидать без спросу территорию Академии и, тем более, Северного города",- усмехнулся Ярик. Порылся в карманах куртки и вытащил носовой платок, протянув его Ксении. - Может, найти Джеймса?- осторожно предложил маг, хотя было очевидно, что девушка пряталась тут и от него тоже.

- Не надо,- покачала Ксения головой,- я не хочу, чтобы он видел меня в таком состоянии. Начнет спрашивать, кто в этом виноват...

- А в этом кто-то виноват?

- Он решит, что да,- уголок губ девушки дернулся: видимо, даже мысли о Джеймсе приносили ей положительные эмоции. - Они с Лектусом и так сердиты на Лукаса...

- Лукас тебя обидел?!- не поверил Ярик. Нет, в это сложно поверить!

- Нет, что ты! Он... Ольга попросила помочь ему с собакой, которую они принесли с собой от Дозора,- растеряно произнесла Ксения, и Ярик заметил, что она опять с трудом сдерживает слезы. - И... Ярик, как же это страшно!

- Что?

- Во дворце отца я много лет чувствовала боль и страх людей, но никогда... никогда я не встречала такой бездны,- голос девушки был тихим и дрожащим, она смотрела куда-то в сторону, возможно, в ту самую бездну, что была доступна только ее взору. - Я не знала, что любовь может быть такой...

Ярик, наконец, понял, о чем говорила Ксения, и ему стало не по себе: все его догадки и подозрения подтверждались.

- Почему?- она подняла глаза на мага, пытаясь найти ответы- и, наверное, покой после того, что могла почувствовать в Лукасе. - Это так страшно: бездна любви, боли, одиночества, на краю которой он стоит. Разве так бывает? Разве любовь не должна быть... другой? Такие глубокие чувства, загнанные, горячие- и такие темные и болезненные! Ярик, я не понимаю...

Маг вздохнул: Ксения слишком мало еще прожила в мире людей и знала пока только добро; ее любил брат, любил Джеймс... Как ей объяснить?

- Эта собака,- девушка продолжала говорить, теребя край шарфа и глядя на снег на полу беседки. - Она словно подняла ураган в бездне Лукаса, это... невыносимо!

- Просто ты никогда еще не встречала человека, безответно в кого-то влюбленного,- мягко заметил Ярик. Ему тоже было не по себе от мысли о том, что десять лет назад они позволили Лукасу уйти с его болью и жить с ней. А теперь? Разве сейчас ему не лучше было бы быть вдали? Разве не было бы это менее болезненно, если до сих пор он хранит в себе те чувства, словно эльф, однажды и навсегда отдавший свое сердце?

- Я не знаю, как ему помочь,- прошептала Ксения,- как оттащить от бездны.

- Я тоже пока не знаю. Хотя, может быть, именно теперь, когда он здесь, ему станет легче,- предположил Ярик, очень стараясь поверить в это. Почему нет? Разбитые сердца лучше всего склеивать вдвоем. - Мне жаль, что десять лет назад мы не поняли, в чем дело. Мы бы могли помочь.

- Значит, Лукас так долго, так давно...?

- Лукас был лучшим другом Элиота, мужа Ольги, еще до того, как Ольга появилась в школе. Элиот с самого своего появления в Академии стал головной болью для преподавателей: не любил правила, был заносчивым и своенравным, свободолюбивым. А Лукас словно уравновешивал его, действовал на него успокаивающе... И никто не догадался, насколько сильно, оказывается, страдал Лукас, глядя на лучшего друга и Ольгу. Он никогда ни словом, ни делом не показал, чего ему стоит быть рядом с ними...

- Ольга не знала?

- Нет, не знала до сих пор. Ведь она никого не видела, кроме Элиота... - Ярик улыбнулся, вспоминая.

- И... что теперь? Как помочь...?

- Не вмешиваться, думаю,- пожал плечами Ярик,- вряд ли уже может быть хуже, чем есть. Ты еще не раз встретишься со странными человеческими душами, не стоит каждый раз прятаться от друзей... Посмотри на Лукаса: одиночество ничем ему не помогло.

Она вздохнула, явно пытаясь взять себя в руки и отодвинуть прочь воспоминание о Лукасе.

- Ярик, ты хорошо знал Элиота...

- Ну, не прямо очень хорошо, но да, знал, потому что дружил с Ольгой. А что?- Ярик не удивлялся, что Ксения воспринимает его историю о дружбе с Элиотом и его женой спокойно, не задавая вопросов о возрасте самого Ярика. Скорее всего, и это она может чувствовать своей уникальной такой тонкой к восприятию окружающего душой.

- Помнишь, я спрашивала о легенде про первого Правящего и трех его детей?

- Да, но я пока так и не вспомнил, где ее читал.

- Я говорила с эльфом.

- Уже интересно,- Ярик нахмурился: он, как и Ольга, не очень-то доверял представителям этого народа, хоть и имел к ним прямое отношение.

- Он знает эту легенду, а еще он сказал, что мы с Лектусом объединили две ветви этой семьи, но в Академии жил раньше мальчик, который был потомком старшего сына первого Правящего, и звали его Элиот. И что у него был перстень предков...

- Оля носит перстень Элиота,- проговорил Ярик, он судорожно вспоминал все, что знал о погибшем муже Ольги. Он даже видел этот перстень. - Что еще сказал эльф?

- Что первые Правящие откуда-то пришли сюда, а ведьма закрыла проход с помощью трех предметов. Один из них был именно перстень, а еще были ключ и камень.

- Я о таком не слышал, но... Ксения, получается, что если мы найдем эти артефакты, то...

- Может, это всего лишь легенда?- осторожно спросила девушка, но Ярик так не думал: эльфы зачем-то интересовались когда-то Элиотом, теперь они проявляют интерес к Ксении. - К тому же мы не знаем, существует ли вообще запечатанный путь. Да и эти предметы... они могут быть, где угодно, если они существуют...

- Ярик!!!

- Ну, что еще случилось...- пробормотал маг, поднимаясь и выглядывая из-за елей: таким голосом его вряд ли зовут на обед. - Я тут!

Через несколько мгновений на дорожке оказалась Ольга: она раскраснелась и, судя по всему, очень спешила.

- Ксения, не прячься, иначе Джеймс сойдет с ума от волнения и разнесет Академию на щепки,- напоследок улыбнулся девушке маг и поспешил навстречу Ольге. - Что?!

- Один из детей Правящих найден мертвым в коридоре, еще один на грани жизни и смерти,- проговорила Ольга, и они уже вдвоем поспешили к Академии. - Иглу говорит, что их отравили кровью.

- Кровью? Ты хочешь сказать, что...?

- Истера уже ищут,- кивнула женщина, и Ярик был ей очень благодарен за то, что она предупредила.

Истер, что ты натворил?!

На какие-то мгновения маг подумал о том, что теперь будет. Кристин вряд ли сможет легко принять случившееся, она так верила в Истера, наивно полагая, что дружба и забота смогут искоренить в нем зло и ярость, вскормленные годами страха, боли и ненависти.

Но ведь Истер способен на любовь, в нем есть то, во что так верит Кристин, так почему не допустить, что он не делал этого? Не убивал.

- Свидетели есть?- коротко спросил Ярик, когда они с Ольгой вошли в холл и сразу же шагнули в проход, открытый предусмотрительным Фреем. Учебный день в разгаре, кто-то мог что-то видеть или слышать.

- Нет, мальчиков нашел Лукас в одном из классов для практических занятий,- покачала головой Ольга, стремительно идя по земляному проходу под школой. Видимо, все сейчас собрались в лаборатории Иглу, место самое подходящее для исследования тела.

Издалека были слышны взволнованные, но приглушенные голоса. У стола, освещенного лампами, стояли Иглу, один из ее помощников и магистр Фауст. За их силуэтами можно было различить лежащего ученика. В стороне застыла Стелла, она была бледна, длинные пальцы рук сжались на спинке стула. В тени застыл сеньор Хавьер с мрачной миной на сером лице.

- Второго мальчика отнесли в госпиталь, Эйлин пытается ему помочь,- тихо проговорила Ольга.

- Ярослав, вы знаете, где сейчас находится ваш друг Истер?- без всякого приветствия спросил магистр Фауст, отходя от стола. Там лежал один из детей Правящих, но Ярик не знал его: видимо, ученик попал в Академию в тот год, когда маг отсутствовал в Северном городе. Мальчику было около пятнадцати лет, практически готовый наследник одной из семей Чужих.

- Я не видел его после обеда,- ответил Ярик спокойно. - И не заметил в его поведении ничего, внушающего опасение. Кровь действительно Истера?- обратился маг к Иглу, которая рассматривала что-то под увеличительным стеклом.

- Да, я ее хорошо знаю, много раз изучала, Истер с готовностью сдает свою кровь. Буквально вчера я взяла у него новый материал для изучения,- она показала на закрытые пробирки на соседнем столе. - Второму мальчику повезло, думаю, он жив потому, что был менее Чужим, чем этот,- Иглу вздохнула, увидев непонимание в глазах присутствующих. - Чем старше ребенок Чужого, чем дольше он жил среди своего народа, тем больше в его крови 'странных телец'. Эти тельца в одном организме сосуществуют, а тельца из разных организмов враждебны друг к другу. При слабой концентрации своих телец при попадании чужих в организм ребенка ждет недомогание, повышение температуры, потеря аппетита, потеря сознания. При высокой - тошнота, рвота, жар... Но в случае с кровью Истера - чаще всего немедленная смерть, так как он врожденный полукровка, и в его крови тельца иного качества и происхождения, более враждебные.

- Он знал об этом?- уточнил Фауст.

- Да, вполне отчетливо,- кивнула Иглу, возвращаясь к столу с телом. - Но Истер не раз высказывался о том, что его не интересует единичное убийство детей Чужих.

- Только массовое?- заговорил сеньор Хавьер, пристально глядя на Ярика, но маг остался равнодушным: мнение воспитателя мальчиков об Истере и так было всем известно. - Я вам говорил, Стелла...!

- Давайте не будем торопиться с обвинениями,- впервые заговорила Глава Академии, видимо, почувствовав нарастающее напряжение. - Мы найдем воспитанника, допросим его и узнаем, что случилось.

- Ярослав вполне может все узнать и без допроса, но скажет ли он правду?- Хавьер все еще не сводил взгляда с юного мага, и Ярик про себя улыбнулся: в голове воспитателя уже сложилась картинка убийства детей Чужих, в котором принимали участие все прибывшие из Красного города ученики.

- Я не буду читать его мысли,- ответил маг, но посмотрел на Стеллу. - Я обещал, и обещания нарушать не буду.

- Даже если это поможет оправдать вашего друга?- Глава Академии чуть наклонила голову, словно испытывала его, в глазах ее читался вызов.

Позади раздались решительные шаги нескольких человек, присутствующие оглянулись: Лукас и Майкл, выпускник Академии, шли позади Истера. Ярик искал взгляд друга, но тот упрямо смотрел под ноги, поджимая разбитые кем-то или чем-то губы.

- Где вы были?

- Что у вас с лицом?

- Зачем вы это сделали?

Со всех сторон посыпался град вопросов, которые, видимо, давно терзали взрослых. Только Ольга молчала, и Ярик чувствовал ее незримую поддержку. Она, как всегда, не спешила с выводами там, где дело касалось Чужих.

- Воспитанник, вы знаете, зачем вас сюда привели?- Глава Академии говорила без обвинения, как обычно, ровно, и Ярик в очередной раз убедился в ее мудрости, которой многим даже через сто лет не научиться.

- Нет,- буркнул Истер, наконец, подняв лицо и оглядывая комнату. Никак не отреагировал на тело мертвого мальчика из Чужих, лишь передернул плечами.

- Сегодня в школе произошла трагедия: один воспитанник погиб, второй в тяжелом состоянии в госпитале. Вы знаете что-то об этом?

- Нет.

- Мальчики были отравлены. Как установила магистр Иглу, они отравлены вашей кровью,- Стелла излагала только факты, а окружающие пристально смотрели за Истером, который впервые проявил интерес к беседе.

О чем ты думаешь, Истер?! Откуда разбитые губы?!

- Я ничего об этом не знаю,- четко ответил полукровка, и Ярик почувствовал его ярость, еще сдерживаемую. - Я никого не травил.

- Хорошо. Где вы были с того момента, как вышли из обеденного зала, и до сих пор?

- А разве ваш Фрей не в курсе?- огрызнулся Истер, все сильнее занимая позицию защиты в этом разговоре.

- Фрей не всегда может отследить перемещения всех учеников в школе,- заметил магистр Фауст, подходя к Стелле, потом повернулся к Лукасу. - Где вы его нашли?

- В учебном коридоре,- отрапортовал Майкл.

- Так где вы были?- повторила вопрос Стелла уже суровее.

- В классе.

- Что вы там делали?

- Практиковался.

- Кто может это подтвердить?

- Никто.

Ярик проглотил вздох негодования: Истер врет! Но этого никто не заметил.

- То есть подтвердить ваши слова никто не может?- уточнил магистр Фауст.

- Нет.

- Истер, позволь...- Ярослав сделал два шага к другу, но тот яростно сжал кулаки.

- Нет. Ты обещал.

- Истер, они накажут тебя!- Ярик не понимал упрямства друга, все сильнее уверяясь в том, что полукровка не виноват в смерти мальчика.

- Напугал,- ядовито ухмыльнулся Истер, переводя взгляд на тело на столе: он явно не сожалел о том, что мальчик умер. - Одним больше, одним меньше...

- Истер!- возмутилась Иглу, которая, судя по бледности ее лица, тоже переживала за полукровку. - Я не верю, что ты мог это сделать.

- Так, ясно,- кажется, Глава Академии приняла какое-то решение. - До окончания следствия воспитанник должен быть изолирован.

- В изоляторе сейчас находится Анна,- напомнил Фауст.

- Ее перевели в городские башни еще утром,- устало заметила Стелла. - Сеньор Хавьер, помогите магистру Фаусту проводить Истера в изолятор.

- Стойте!

В лабораторию буквально влетела воспитанница: вихрь темных волос упал на раскрасневшееся лицо девушки, глаза пылали, как два угля жарко натопленного камина, на вздернутом носу и руках была земля, словно она упала, пока бежала сюда, и смахивала грязными руками волосы с лица.

Еще мгновение, и Ярик узнал ее: это была Гретта Фауст, практически легендарная ученица Академии, обладающая даром поиска и выслеживания. Отец направил ее сюда учиться, когда Гретте было шесть, и почти каждый год она предпринимала попытку сбежать из-под носа преподавателей на Каменный Утес, откуда Капитан снова ее возвращал в Академию. Ярик не встречался с ней уже давно: они были в разных классах и имели разный круг общения, но рассказы о приключениях взбалмошной Гретты Фауст доходили и до него.

- Что вы здесь делаете, Гретта?- Стелла слегка осуждающе окинула воспитанницу взглядом: судя по одежде, она действительно упала в земляном коридоре.

- Возвращайся немедленно в класс!- практически прошипел магистр Фауст, нависнув над девушкой, но Гретту это явно не задело и не смутило.

- Полукровка не виноват!- она сложила руки на груди, и с вызовом посмотрела на Главу Академии. - Он не мог никого убить.

- Откуда... откуда вы знаете?- возмутился сеньор Хавьер. - Кто вам рассказал?- и воспитатель с осуждением воззрился на магистра Фауста.

- Если вы наивно считаете, что провернули дельце с отравленными тихо и без свидетелей, то могу только позавидовать вашему наивному существованию,- фыркнула Гретта. - И, кстати, я знаю, что вечерами вы с флоками играете в карты.

Хавьер побледнел, а некоторые присутствующие постарались скрыть улыбки.

- Гретта, у вас есть какие-то сведения о том, кто отравил мальчиков?- Стелла решила вернуть разговор в нужное русло.

- Нет, но я знаю, что полукровка не виноват,- улыбнулась племянница магистра Фауста, а Ярик увидел темный яростный взгляд, которым одарил девушку Истер. - Я...

- Не смей!- прорычал Истер, делая шаг к Гретте, но та лишь вопросительно приподняла брови.

- Истер, помолчите!- осекла ссору Глава Академии. - Гретта, что вы знаете?

- Полукровка не мог никого отравить, потому что после обеда я подкараулила его в школьном коридоре, врезала по физиономии...

- Гретта!!!

- ... и оглушила Голубой Волной, так что он был без сознания пару часов, если не больше,- довольная собой, рассказала девушка. - Вы знаете, что Волной я владею превосходно, так что у полукровки есть отличное алиби.

- Воспитанница Фауст! Нападение на других учеников с применением магии недопустимо в Академии!- казалось, что магистр Фауст сейчас выдохнет огонь, а из его носа повалит дым.

- Он получил по заслугам,- пожала девушка плечами.

- За что вы ударили Истера?- с усталым вздохом Стелла присела на стул, явно понимая, что быстро со всем этим разобраться не удастся. Ярик же с облегчением вздохнул, зная, что друга не обвинят в убийстве. Он вполне понимал, почему Истер не захотел рассказывать о том, что его подстерегла и ударила девчонка. Главное теперь, чтобы друг не начал мстить Гретте за унижение, да еще прилюдное.

- Он знает. А ты,- она обернулась к Ярику,- не смей лезть в мою голову!

- Даже не пытался,- маг поднял руки, улыбаясь. - Если с Истера сняты обвинения, можно мы пойдем?

- Мы так и не выяснили, кто отравил мальчиков кровью Истера,- заметил Фауст, все еще в гневе глядя на племянницу. Гретте точно стоит готовиться к наказанию.

- Тот, у кого был к этой крови доступ,- Ольга впервые вступила в разговор,- и были причины убить детей Чужих. Иглу?

Начальница лаборатории задумалась, глядя на пробирки с кровью.

- Мне помогают несколько воспитанников.

- Кто заходил вчера после того, как вы взяли кровь у Истера?- магистр Фауст, видимо, осознав, что обвинения с полукровки сняты, стал думать в другом направлении.

- Нильс. Да, Нильс.

- Хорошо. Ярослав, Истер, Гретта, возвращайтесь в классы на занятия,- приказала им Стелла. - Сеньор Хавьер, приведите сюда воспитанника Нильса.

- То есть этот гаденыш взял мою кровь, кого-то потравил и решил спихнуть все на меня?- зло спросил Истер, сощурив глаза.

- Видимо, так, скажите спасибо, что Гретта подтвердила ваше алиби,- заметила Стелла. - Ярослав, идите.

Ярик дернул друга за рукав свитера, и Истер нехотя поплелся в коридор вслед за гордо шествовавшей Греттой Фауст.

- Кстати, где спасибо?- девушка обернулась к ребятам, глядя на Истера.

- Не будь ты девчонкой, я бы тебе... сказал 'спасибо',- огрызнулся полукровка, и Ярик покачал головой: однажды друг попадет в беду из-за своего нрава.

- Обидишь еще раз Диану - сброшу с вершины Древа, придется тебя потом отскребать от снега,- пообещала Гретта и стремительно исчезла в открытом Фреем проеме.

- Надоели все со своей Дианой!

- Гретта - лучшая подруга Дианы, так что будь осторожнее,- вздохнул Ярик, думая о том, какие бы ограничительные заклинания наложить на друга, чтобы он не наделал новых глупостей. - Ладно,- Ярик нарисовал проем,- идем, я тебе кое-что расскажу о первом Чужом и легенде об артефактах. Тебе понравится.


Алексис устало вздохнула и отодвинула от себя книгу, подперев рукой подбородок. Взгляд ее блуждал по тихой, пустой задней комнате библиотеки, где они с Лектусом отбывали наказание. Принц переписывал древний фолиант, который, кажется, мог с минуты на минуту рассыпаться просто от прикосновения; Алексис из-за того, что пока читала и писала весьма неуверенно, поручили обновлять переплеты у менее ископаемых книг. Работа скучная и рутинная, поэтому взгляд девушки то и дело останавливался на окружающей обстановке и, что было значительно чаще и интереснее, на сидящем напротив Лектусе.

Тот, кажется, ни на что особо не обращал внимания, аккуратно и даже как-то прилежно выводя строчку за строчкой на шелестящем пергаменте; перед ним уже высилась целая горка, исписанная его спокойным прямым почерком. Свет от ламп отражался от его серебряных волос, словно играясь с необычным цветом и пробуя на разные оттенки.

- Спрашивай, что хотела.

Алексис вздрогнула и сразу же сделала вид, что очень занята книгой, а вовсе не разглядыванием Принца. Но разве от проницательных глаз что-то скроется? Девушка чувствовала, что он в упор смотрит на нее, ожидая.

- Прости, что?- она подняла голову, словно только-только отвлеклась от работы. Будет она еще показывать этому отпрыску кровопийц, что пялилась на него!

Он внезапно усмехнулся, вертя в руках палочку для письма (Джеймс бы был уже весь в чернилах).

- Что?- тут же нахмурилась Алексис: что за дурная улыбка?!

- Вас с братом нужно отправить на курсы вранья, может, тогда у вас станет лучше получаться.

- Зато ты мастер среди лгунов!- фыркнула девушка, сощурившись. - Делаешь вид примерного ученика, словно сам рад наказанию за то, что не пустил сюда своих родственников-кровопийц.

- Зачем тратить силы на то, что изменить нельзя?- пожал плечами Лектус, чуть подаваясь вперед. - Так что ты хотела у меня спросить? Давай, пока не прожгла дырку в моем лбу.

- Ничего я не хотела спросить, отстань. Я просто думала о том, что на тебя не похоже так просто отдать твою подружку-куклу на растерзание людям,- Алексис не знала, как он отреагирует на высказанные вслух мысли, но ей действительно было интересно. - Ты протащил ее через весь Водный мир, защищал, вроде как даже тут шуры-муры с ней крутил - а потом взял и умыл руки, когда маги ее отправили в темницу. Странно...

- Шуры-муры?- серебристая бровь удивленно взлетела. Он опять смеялся над ней, мерзкий отпрыск кровопийц!- Это еще что?

- Зачем просил спрашивать, если не отвечаешь на вопрос?!

- Просто пытался внести ясность,- он поднял руку, словно в знак примирения, но насмешка с его лица не сошла. - То, что произошло с Анной, полностью ее вина.

- То есть она нарушила какой-то закон кровопийц тоже?- уточнила Алексис, зная, что именно этих законов придерживаются все отпрыски Водного мира.

- Нет, законов, по сути, нет,- Лектус откинулся на спинку стула, словно расслабленно сидел в гостиной своего дворца в ожидании трапезы. - Но у Снабженцев есть негласное правило: деревня, которая приютила их в непогоду или спасла кого-то из них, на пятнадцать лет становилась закрытой для снабжения. Как это ни странно для тебя, мы тоже бываем благодарными. И Анна забыла об этом правиле.

- То есть ты не против того, что люди и маги ее, например,... казнят? По своим законам?- Алексис было важно понять, что чувствует этот парень при мысли о том, что Анну могут убить за то, что она пыталась предать всех в Северном городе.

- Я против.

- Но ты все равно не вмешаешься?

- Нет. Потому что это будет справедливо,- спокойно ответил Принц, глядя в упор на Алексис. - Это все, что тебя интересует?

- А с чего это ты стал таким добрым и отвечаешь на все мои вопросы? Тоже из-за справедливости?- насторожилась девушка, отводя взгляд на лежащую перед ней книгу.

- Да, что-то в этом роде.

- Поясни, я тебя не понимаю,- Алексис решила вести себя спокойнее: все-таки это он был странным, а она всего лишь хотела внести ясность в его поведение. К тому же, если он хочет излить душу, зачем отказываться? Вдруг что интересное или полезное расскажет?

- Я тебе должен, по крайней мере, ответы на вопросы,- ответил Лектус, но девушка еще сильнее нахмурилась: что?- Я провел ритуал Посвящения. Да, без него ты бы умерла, но все равно: я провел его без твоего согласия, а это неправильно. Несправедливо было лишать тебя выбора.

- Надо же... - удивленно протянула Алексис, даже не зная, как реагировать. - Это были такие извинения в духе кровопийц?- как-то весело улыбнулась она.

- Ты спросила, я ответил,- Принц сел прямо и снова взялся за палочку для письма, что еще сильнее развеселило девушку.

- А убивать людей справедливо?- спросила Алексис уже серьезно после нескольких минут тишины. - Убивать, чтобы выпить их кровь?

- А убивать животных и птиц, чтобы съесть, справедливо?- парировал Лектус, поднимая взгляд.

- Люди не животные!

- Это только ваша точка зрения. Уверен, что коровы тоже думают о себе в подобном ключе. Природа, как ты должна была это понять здесь, уникальна и циклична: волк ест зайца потому, что он хочет есть и он сильнее. Человек убивает животных, потому что хочет есть и он сильнее. Так чем же хуже мы? Всегда находится кто-то более сильный.

- Кровопийцы убивают людей и просто так!

- А люди нет?- холодно откликнулся Принц. - Разве люди не ловят животных просто так, ради забавы? Держат их в зверинцах, например? Разве люди едят волков? Нет, вы убиваете волков, чтобы те не уничтожали ваш скот и не нападали на ваших детей. Все закономерно...

- Это...!

- Я не одобряю беспричинных расправ над людьми,- жестко ответил Лектус,- но не нужно делать из Правящих монстров, когда сами люди привыкли вести себя подобным образом. Мы это всего лишь более совершенная версия вас.

- Вы холодная и бездушная тень людей,- огрызнулась Алексис, сложив руки на груди и упрямо глядя на Лектуса.

- И здорово осознавать, что ты стала одной из нас?- усмехнулся Принц, макая палочку в чернила. Кажется, он опять усмехался.

Алексис ничего не ответила, потому что в этот момент в комнату вошел библиотекарь Тед. Он посмотрел на книги, которые переплела девушка, кивнул, потом забрал стопку исписанных листов со стола, где сидел Лектус.

- Заканчивайте то, что начали, и можете идти. Скоро ужин,- пояснил молодой человек и ушел, оставив наказанных в тишине.

- То, что твои глаза засветились тогда, в той комнате, когда ты коснулся меня... - осторожно начала Алексис, наконец, задавая вопрос, который ее мучил больше всего,- это значит, что я стала... одной из вас?

Лектус молчал некоторое время, видимо, дописывая то, что начал выводить, потом отложил принадлежности и только тогда поднял на нее глаза:

- Нет.

- Тогда что это значит?

- Ты закончила?- он поднялся и кивнул на книгу, что еще лежала раскрытой на столе.

- Не хочешь отвечать?

- Не здесь. Так ты закончила?

Алексис захлопнула книгу (сделала, конечно, кое-как, но кому это интересно?) и поднялась, тут же выходя из подсобного помещения и рисуя дверь в спальню.

- Фрей, пусти его,- бросила девушка духу Академии, чтобы Лектус не смог потом сказать, что увильнул от ответа потому, что Фрей запер дверь.

В спальне, как и предполагала Алексис, никого не было: у девочек были послеобеденные занятия, и появятся они тут только после ужина, не раньше. За окном смеркалось, доносились крики играющих во дворе воспитанников.

- Так что это значит?- требовательно спросила Алексис, когда проход за Лектусом закрылся, и они оказались друг напротив друга. Девушка с трудом сдерживала участившееся от волнения дыхание; сердце стучало где-то в горле. - Это... плохо?

- Нет. Просто странно,- пожал плечами Принц, засовывая руки в карманы. - Это называется эффект кровных уз. Древний метод, которым будущий Правящий мог наверняка узнать, что выбранный им наследник- действительно его сын. Нужно просто коснуться шрамов, оставленных Кинжалом, и глаза обоих должны засветиться, словно отзываясь на родство друг друга. Если этого не происходит- мальчик родился от кого-то другого. Также этим методом Правящие проверяют иногда детей на фабриках и в питомниках, потому что бывает, что матери прячут там своих младенцев, чтобы спасти, подменяют на других детей. Это метод, не дающий сбоев.

- Подожди... то есть... мы родственники?- ужаснулась Алексис, отшатнувшись. Бред!

- Дай руку,- спокойно попросил Принц, протянув свою. - Дай, не бойся.

Она медленно закатала рукав свитера и позволила Лектусу коснуться прохладными пальцами шрама на запястье. Снова по телу потек ток, согревая даже самые отдаленные уголки организма, а глаза Принца вспыхнули, как у сытого Правящего.

- Посмотри,- он повернул ее к зеркалу на стене, не отпуская руки. - Что ты видишь?

Алексис взглянула в отражение: так взгляд Лектуса казался еще более сверхъестественным, а ее еще более напуганным, как у загнанного зверя.

- Что...?

- Я же сказал: при определении родства глаза должны отреагировать у обоих, но, как ты видишь, твои все такие же карие,- спокойно объяснил парень.

- И... что это значит?- шепотом спросила Алексис, не сводя взгляда с их отражения.

- Скорее всего, при проведении ритуала Посвящения я был неосторожен. Кровь с моих рук- а как ты помнишь, мне пришлось спускаться по отвесной каменной скале- попала на Кинжал или в твою кровь.

- То есть... часть тебя...?

- Очень малая часть,- внес ясность Лектус, отпуская ее руку, но не двигаясь. - Да, думаю, мой организм показывает, что узнает эту свою часть в тебе. А поскольку это очень маленькая частица меня, то твой организм принял ее, как самого себя, и никак не реагирует на мое прикосновение. У меня есть только такое объяснение.

- И... что это значит?- она подняла глаза на Принца. - Последствия?

- Не знаю, думаю, никаких. Я никогда не слышал о подобном, но не думаю, что стоит беспокоиться. Ну, разве что я передал тебе немного своей силы во время Посвящения,- пожал плечами Лектус.

- ТЫ ЧТО?!

Алексис вздрогнула и обернулась: в свете закрывающегося прохода стояли Ксения и Джеймс, причем брат был неестественно зеленого цвета, а кулаки его сжались так, что костяшки пальцев побелели.

- Джеймс, стой!- Алексис выступила вперед, пытаясь остановить брата: она слишком хорошо знала, что может последовать за этим. - Ты не так все понял...!

- Отойди!- прорычал кочевник, оттолкнув сестру, и Алексис едва успела схватиться за спинку кровати, чтобы не упасть. Джеймс явно был не в себе. - Что. Ты. Сделал?!- заорал он.

- Джим... - Ксения осторожно попыталась подойти, но и на нее он не обратил никакого внимания, а этот ненормальный Принц просто стоял и спокойно на все смотрел, словно не ему сейчас грозила мучительная смерть.

- Джеймс, он спас меня!- снова попыталась защитить Лектуса Алексис, но брат никак не показал, что услышал ее.

- Я провел ритуал Посвящения твоей сестры, чтобы она не...

Удар был такой силы, что Принц покачнулся, но не упал, только отступив; из его разбитой губы на белую рубашку капала кровь, как-то страшно смотревшаяся на бледном лице.

Идиот, защищайся!

Алексис кинулась между братом и Лектусом, хватая руками воздух и бросая им в разъяренного Джеймса. Волна резко поднявшегося ветра сбила кочевника с ног, отбросив к дальней стене комнаты, но девушка совсем об этом не сожалела.

- Послушай!- закричала она. - Он спас мне жизнь! Если бы он этого не сделал, я бы умерла!

Алексис с ужасом ждала, что Джеймс скажет, что лучше бы она умерла, но он не произнес этих слов, только механически поднялся, не спуская глаз с Лектуса и явно намереваясь продолжить драку. Ну, или избиение, раз уж Лектус защищаться не спешил.

- Прекратить!- резкий холодный голос магистра Фауста, кажется, проник в комнату раньше него самого. Преподаватель встал между парнями, быстро оценивая ситуацию. - Воспитанник Картер, вон отсюда. Идите на улицу и остыньте. Сейчас же!

- Джим, идем,- мягко позвала его Ксения, потянув за руку в не закрывшийся за магистром проход. Парень руку скинул, бросил на Лектуса полный ненависти взгляд- и исчез. Сестра Принца последовала за ним, хотя она явно разрывалась между ребятами, ведь Лектус был в крови.

- Воспитанник Байрок, наведайтесь в госпиталь и приведите себя в порядок. Скоро ужин,- Фауст, видимо, решивший, что свою миссию он полностью выполнил, тоже вышел, закрывая за собой светящуюся дверь. Спасибо Фрею, который так оперативно привел помощь.

- Надо остановить кровь,- пробормотала Алексис, подходя к окну: открыла створку и взяла с подоконника снег, неприятно холодивший и так бившееся в ознобе тело. - Приложи,- она протянула комок Лектусу, и тот кивнул, принимая помощь. Снег тут же окрасился алым, и девушка поморщилась.

- У меня было практически дежавю,- усмехнулся сквозь гримасу боли Принц,- разве что ты бьешь не так сильно, нужно тебе потренироваться с братом.

- Почему ты никогда не защищаешься?- Алексис не находила тут ничего смешного: ее беспокоил Джеймс. Конечно, стоило самой ему давно все рассказать, теперь будет только хуже. Но как она должна была это сделать? "Братец, ты знаешь, я теперь вроде как тоже кровосос, немного".

- Не видел серьезной опасности,- пожал плечами Принц,- но спасибо, что защитила. Неплохо у тебя уже получается с воздухом.

Алексис ничего не ответила, отворачиваясь к окну: там уже стемнело, и только на площадке в свете фонарей играли несколько младших воспитанников. Среди них был взрослый волшебник, которого она легко узнала.

- Ух ты, смотри! Я и не знала, что Тед из библиотеки - маг превращений! Как Кристин!

- Кто?- Лектус подошел и остановился позади, тоже глядя на то, как библиотекарь веселит ребятню, превращая снеговиков в живых существ и обратно: кроликов, щенков, котов. Один раз он даже на несколько мгновений превратил полного раскрасневшегося мальчишку в медвежонка- дети заверещали от восторга.

- Удивительный дар, правда?- Алексис обернулась к Принцу: снег растаял, намочив его одежду, но, по крайней мере, губа уже не кровоточила, а вода смыла с лица следы крови.

- Не знаю.

- Ты бы хотел уметь так?- с любопытством спросила девушка, чувствуя, как все спокойнее бьется сердце, а руки перестают дрожать. Ксения успокоит брата, а потом они все поговорят. Все будет хорошо.

- Меня устраивает то, что у меня есть,- серебряные глаза все еще наблюдали за Тедом и ребятней.

- Варить зелья?- скептически отозвалась Алексис, не представляя, серьезно он говорит или, как обычно, насмешничает. - И какое из них стало бы пределом твоих мечтаний?

- То, которое позволило бы Правящим не зависеть от человеческой крови.

Ого! Лектус явно был серьезен, и Алексис даже не ожидала такого.

- А как же твои слова про то, что вы сильнее и поэтому имеете право нами питаться?

- То, что я считаю этот мир устроенным логично и закономерно, не значит, что я не хотел бы сделать его лучше и совершеннее,- ледяные глаза смотрели прямо на нее, но уже не были ледяными: скорее, как река во время таяния льдов. Удивительная картина.

Алексис захотелось встать на цыпочки, чтобы лучше разглядеть эту перемену в его глазах, но его слова словно околдовали ее, устроив в голове какой-то переворот, не желая укладываться рядом со всем, что она уже сегодня от него слышала.

- Ой, простите!

Алексис вздрогнула и обернулась: в спальню вошли София и Льетта, на миг замешкавшись у прохода, когда увидели гостя.

- А вы на ужин не идете?- улыбнулась Льетта, и Алексис отвернулась, пытаясь скрыть смущение. На сегодня с нее странных ситуаций и объяснений явно достаточно.

## Глава 7. Несколько шагов навстречу


Его голова всегда была забита самыми разными мыслями, которыми он часто спешил поделиться с другими, но сегодня он не просто спешил- он летел по двору, стремясь успеть в зал Совета до того, как все разойдутся. Его буквально распирало от сложившейся в его голове очень интересной, даже захватывающей картинки.

Даже если это только его фантазия, она стоит того, чтобы другие о ней узнали!

- Ярослав, что случилось?- окликнул его у дверей один из работников Академии, но он лишь махнул рукой и влетел в холл, рисуя проход.

- Вечно торопишься,- проворчал где-то посреди перехода Фрей, явно недовольный таким быстрым движением пространства внутри Древа. Все-таки создавать двери- работа тоже не из легких, пусть Дух и достиг в этом совершенства.

- Прости,- улыбнулся парень, вылетая в коридор возле зала Совета, откуда как раз выходили учителя: педагогический комитет только завершился.

- Стойте, мне нужно вам кое-что рассказать!- Ярик ворвался в помещение, где как раз собирались разойтись те, кто был ему нужен: Стелла и Сфинкс безмолвно переговаривались, пока Эйлин и Ольга направлялись к дверям, сопровождаемые профессором Фаустом. Где-то в тени еще замешкался Лукас, явно не желая уходить в общей толпе: вдруг кто-то захочет пообщаться. - Не уходите!

- Ярослав, что опять случилось?- Стелла настороженно взглянула на него, явно не ожидая ничего хорошего. Еще бы: за последнее время в Академии, да и в городе, случилось слишком много тревожных событий, чтобы можно было надеяться на то, что все Чужие собрали вещи и уехали жить в ледяные земли юга. Кстати, интересная идея...

- Я хочу с вами поделиться одной историей, поверьте, это важно,- он скинул куртку и шарф, приглашая старших магов присаживаться. Вытащил из угла старую доску для мела, задумался- и превратил в мел кем-то забытый футляр с палочками для письма.

- Хорошо,- кивнула Глава Академии, и остальные маги расселись, правда, на лице Фауста был написан скепсис: конечно, что более важное и интересное мог бы ему сообщить Ярик, если в его голове крутятся более насущные вопросы. Приближался суд над Анной, дети Чужих выражали неодобрение и беспокоили преподавателей; Доброты едва справлялись с потоком негативных эмоций учеников, направленных против Принца Водного мира; Лектус повсюду носил с собой Кинжал, и этот Артефакт с неизвестными свойствами пугал преподавателей; Алексис оказалась Посвященной, и никто точно не знал, что может за этим последовать; за пресеченной попыткой Чужих прорваться в Северный город вполне могла последовать следующая, и кто может помогать врагам внутри купола, маги не подозревали. В общем, Ярик понимал, что привез с собой из Красного города целую гору забот для тех, кто управлял школой и городом. - Мы тебя слушаем.

- Мне кажется, что стоит сначала выпроводить отсюда Свята,- хмыкнул Ярик, глядя в темный угол, где притаился его младший брат.

- Святослав!- Эйлин встала и легко вычислила местонахождение младшего сына, лишь поведя рукой по воздуху.

- Так нечестно!- возмутился мальчик, материализуясь в зале и обиженно глядя на Ярика. - Мог бы и промолчать!

- Подслушивать некрасиво,- улыбнулся старший из братьев, но потом виновато пожал плечами, зная, что за этим последует.

- Подойди,- достаточно строго сказала Святику Эйлин, и он побрел, понуро опустив голову и шаркая. Присутствующие с добрыми улыбками наблюдали за происходящим: Святик умел внушить любовь и сострадание. - Я тебя предупреждала о том, что будет, если ты не перестанешь подслушивать, тем более разговоры взрослых,- Святик кивнул, не поднимая головы. - Протяни мне твою левую руку, пожалуйста.

- Мамочка, может, не нужно?- жалобно попросил мальчик, наконец, подняв лицо и очень проникновенно глядя на Эйлин. - Ну, пожаааалуйста...

- Руку, Святослав.

Он вздохнул и протянул ладонь, на лице его была написана обида, и Ярослав знал это состояние: его в детстве тоже не раз так наказывали. Тем временем мама быстро начертала на руке брата руну, которую сложно было не узнать.

- Совсем без магии?!- возмутился Святик, отдергивая руку.

- Да, совсем без магии, пока я не решу, что ты усвоил урок,- кивнула Эйлин. - А теперь иди в класс ремесла и позанимайся.

Святик опять вздохнул, потом развернулся и поскакал вприпрыжку прочь, пряча улыбку, и Ярослав уже знал, что младший брат собирается поймать во дворе одну из снежных фей, которую без труда уговорит осыпать себя пыльцой. А еще он может попросить у Лешиков Древесного напитка и немного похулиганить с ними, прыгая по деревьям, а, если уговорить мороков, то с ними можно и мыслями обмениваться без слов.

- Мы слушаем тебя, Ярослав,- отвлекала его от мыслей о хитростях брата Стелла. Кажется, Глава Академии тоже поняла намерения Святослава, поскольку глаза ее улыбались.

- Ах, да... Давно я читал одну легенду о первых Чужих, думаю, многие из вас ее тоже читали,- Ярик улыбнулся Стелле и матери. - Так вот за последние дни я кое-что узнал, и у меня сложилась очень интересная теория. Конечно, все, что я расскажу, будет лишь моими домыслами, но почему им не оказаться правдой, хотя бы частично? Итак, легенда говорит о том, как в нашем мире появился первый Чужой,- Ярик нарисовал мелом в самом верху доски человечка и повернулся к слушателям.

- Жил-был Правящий, и было у него трое детей,- хмыкнула Ольга, и Ярик явно не ошибся, предполагая, что она знает эту легенду. Он надеялся, что и предположение о том, что легенду рассказал ей Элиот, тоже окажется правильным.

- Точно!- он дорисовал ниже трех человечков, только к среднему пририсовал юбочку. - Были у него два сына и дочь. Младшего сына Правящий оставил Наместником Северных земель, а остальных взял с собой в плавание. В дороге дочь его умерла, ее похоронили на одном из островов архипелага, который назвали Некрополем. Ее семья стала хранителями этого священного для первых Чужих места.

- Некрополь лишь выдумка, никто не видел этих островов и захоронений,- заметил Фауст, все еще скептически настроенный.

- Но я же рассказываю легенду,- улыбнулся Ярик. - Итак, первый Чужой и его старший сын основали Красный город и какое-то время правили Водным миром.

- Но тут отец решил скончаться,- хмыкнула Ольга, и Ярослав благодарно ей кивнул за помощь в повествовании.

- Наследники же решили поделить власть,- хмуро предположил Лукас, сидевший в тени у дальней стены. Видимо, Элиот рассказывал эту историю и лучшему другу.

- Младший сын оставил Северные земли и отправился в Красный город. Старший, узнав об этом, отправил вместе с телом отца в Некрополь и свою семью. Младший брат убил старшего, стал Правителем Водного мира, но так и не нашел наследников ни брата, ни сестры, которые скрылись в водах нашего мира. На этом общая часть легенды заканчивается.

- Ты не рассказал про ведьму,- напомнила Ольга.

- Нет, я намеренно умолчал.

- Какую ведьму?- Фауст, кажется, впервые заинтересовался.

- Говорят, что появление первых Правящих связано с ведьмой, которая запечатала некий проход некими артефактами: перстнем, камнем и ключом. По услышанной мной версии ведьма стала женой старшего из сыновей Чужого, но... Я расскажу вам историю, что сложилась в моей голове,- и Ярик нарисовал от каждого из человечков-детей Чужого линии вниз.

- Много поколений сменилось, и говорят, что сейчас Водным миром правят наследники Младшего сына, то есть Байрок,- Ярик написал букву "Б",- и его жена Электра,- рядом появилась изящная "Э". - Ну, и их дети, Лектус и Ксения,- линии вниз позволили брату и сестре также занять свое символическое место на рисунке. - С Байроком все понятно и просто, но вот Электра... - Ярик загадочно улыбнулся. - Лектус и Ксения не без помощи Джеймса проникли в комнату Дозора...

- Куда?!- воскликнул Фауст, но никто не обратил на него внимания.

- ... и выяснили, что пропавшая без вести годы назад служительница Дозора Электра Тедис, с огромной долей вероятности, их мать, ныне известная нам как жена Байрока.

- Мать Принца- из Северного города?- не поверила Ольга, переглянувшись с Эйлин.

- Видимо, да. По заданию Дозора она отправилась во внешний мир- и пропала. И тут всплывает история семьи Электры, которую рассказал Ксении бывший жених нынешней правительницы Водного мира. Оказывается, Ксения, мать Электры, ведет свой род от... - Ярик поднес руку к рисунку, которым он обозначил дочь первого Чужого, соединяя их чертой,- от Хранителей Некрополя.

- Получается, Ксения и Лектус соединили, по твоей версии, две ветви дома первого Чужого?- уточнила Стелла, до того молчавшая. - И это важно?

- Да, но я продолжу,- Ярослав повернулся к Ольге, а потом к Лукасу. - Откуда вы узнали эту легенду?

- Мне рассказывал Элиот,- настороженно откликнулась женщина и перевела взгляд на друга. - Мне и Лукасу, еще когда мы были детьми.

Лукас кивнул в знак подтверждения.

- А Доминус, эльф из Северного города, сказал Ксении, что потомка Старшего брата, который давным-давно был привезен сюда, под купол, звали Элиот, и он недавно погиб.

- Эльф?- Ольга побледнела, как-то механически начиная крутить перстень на пальце. - А он-то откуда все это знает?

- Отличный вопрос!- обрадовался Ярик, показывая рукой на получившийся рисунок, где к линии от Старшего сына были добавлены "Эл". - Мы с вами видим, что в Северном городе в то или иное время жили или живут все потомки первого Чужого. Как Элиот попал в город?

- Его с другими детьми из разрушенного поместья спасли и привели эльфы,- очень тихо ответила вдова Элиота.

- Эльфы... - пробормотала мать Ярика, явно начиная что-то понимать.

- Итак, сначала в город прибывают Ксения и Тедис, родители Электры, и их дочь попадает в Дозор, который направляет ее в Водный мир с неким заданием. Кто командовал Дозором лет так тридцать назад?- Ярик повернулся к Стелле.

- Гардиус, сын Лесных эльфов, один из немногих эльфов, окончивших нашу Академию,- припомнила Глава школы, садясь прямо.

- Эльф,- кивнул Ярик. - Электра должна была что-то сделать, возможно, не для Дозора, а для эльфов.

- Ярик, почему ты...?

- Мама, я всего лишь предполагаю,- мягко остановил он Эйлин. - Когда Электра пропала, в городе появился Элиот, и, как упоминала Оля, эльфы несколько раз говорили с ним.

- Что они хотели?- Стелла повернулась к вдове Элиота.

- Я не знаю,- покачала головой Ольга,- он не говорил. Но, если они что-то хотели от моего мужа, то почему допустили его смерть?

- Потому что он отказался от того, что они ему предлагали, а на первый план вышли Лектус и Ксения, которых я собирался везти в Северный город,- спокойно ответил Ярик, делясь логической цепочкой, что сложилась в его голове. - И Доминус уже подходил к Ксении.

- Получается, что эльфам что-то нужно от наследников первого Чужого?- Фауст теперь был полностью заинтересован в разговоре. Он повернулся к Эйлин, но та лишь пожала плечами.

- Я не знаю, я никогда не слышала ни о чем подобном.

- У меня есть предположение, но оно достаточно... странное,- заметил Ярик, вертя в пальцах остатки мела. - У нас есть Чужой и трое его детей, но где же их мать? А еще у нас есть ведьма, которая почему-то им помогала и, по одной из версий, была чьей-то женой... И последнее... Есть эльф Доминус, который назвал Ксению "светлым магом".

В классе воцарилась тишина, и Ярик видел по лицам, что его догадка стала посещать и других членов их небольшого совета.

- Та ведьма была вовсе не ведьмой, это была эльфийка,- прошептала Эйлин, глядя куда-то в сторону. - Чужие произошли от моего народа!

- По моей версии, ведьма была эльфом и матерью трех детей первого Чужого, поэтому их потомков эльфы имеют право называть "светлыми", ведь все люди, по их мнению, темные маги. И... Думаю, что Чужие не только произошли от нашего народа, мама, они были какими-то их созданиями,- дополнил Ярик. - Экспериментом, вышедшим из-под контроля. И, возможно, теперь эльфы хотят либо вернуть их под свой контроль, либо уничтожить, используя одну из самых сильных магий- магию Крови, на основе которой, скорее всего, они и были созданы.

- Но зачем они создали Чужих?- Стелла выглядела ошеломленной, но, казалось, готова поверить в версию, которую выдвинул Ярик.

- Не забывайте, что люди тоже были их созданиями, но стали темными магами. Думаю, Чужие должны были стать лучшей версией людей, но все пошло не по плану.

- Поэтому эльфы не сразу начали спасать людей после падения Камней, во время хаоса!- Ольга испытующе смотрела на Ярика. - Мы им были не нужны!

- Сложно сказать, что они хотели сделать и какую цель преследовали, но уже много лет с какой-то целью они привозят сюда потомков первого Чужого. В них течет кровь эльфов, иначе Доминус не назвал бы Ксению "светлой", и Принц и его сестра остались последними потомками первого Чужого, если не считать их родителей,- Ярик был доволен произведенным эффектом. - Но это еще не все.

Присутствующие вопросительно посмотрели на него, словно не понимая, что еще он может добавить к своей и так жуткой версии.

- Остается вопрос о трех артефактах, которые эльфийка использовала, чтобы закрыть некий проход. Думаю, что это какая-то аллегория того процесса, который превратил человека в первого Чужого.

- По легенде каждый из детей Чужого получил по одному предмету,- прошептала Ольга и подняла руку с перстнем на пальце. - У Элиота было кольцо.

- У Электры, скорее всего, ключ, ведь ее семья стала Хранителями Некрополя,- заметил Ярик,- в семье Байрока же, я полагаю, был камень,- и Ярик с победной улыбкой достал из кармана шкатулку.

- Только не говори, что ты нашел его,- изумилась Эйлин, когда ее сын открыл крышку: на бархате лежал черный необработанный камень, отражавший свет блестящими гранями.

- Не я нашел, а Истер стащил из кабинета Байрока вместе с Кинжалом и еще парой вещей,- рассмеялся Ярик. - Я рассказал ему легенду и о своих догадках, и он сразу же порылся в своем тайнике...

- Каком тайнике?!- Фауст тут же оживился.

- ... и выудил оттуда эту шкатулку с камнем, который показался ему странной вещью для хранения среди драгоценных вещей в кабинете Байрока. Думаю, это и есть тот камень.

- То есть, предположительно, у нас есть два из трех предметов ритуала,- задумчиво произнесла Стелла,- который, как ты считаешь, провела эльфийка, создавая из отца своих детей первого Чужого...

- Осталось найти ключ,- кивнул Ярик. - Ну и самое трудное...

В этот момент двери в зал отворились и туда вошел усталый, покрытый чем-то, похожим на копоть, маг. Ярик не сразу узнал своего дядю.

- Константин!- изумилась Эйлин, кидаясь к уставшему гостю. - Мать Природа, что стряслось?!

- Легаты уничтожили наш свободный город,- тихо проговорил маг, опускаясь на скамью у стены. Он хрипел. - Город Песчаного острова уничтожен, они убивали всех подряд: тысячи сгорели, сотни утонули и сгинули в пустыне, десятки схвачены и отправлены на рудники, в клубы бойцов, в дом Офелии, на фабрики. Я привел двадцать три выживших.

Ярик переглянулся с матерью, слыша мысли окружающих. Все думали об одном: Чужие начали войну против всех свободных людей.


Истер стоял у окна в учебном коридоре: утренние занятия заканчивались, и из классов буквально вываливались десятки утомленных учеников, почему-то чаще всего улыбающихся. Вот Истер не понимал, чему тут вообще можно улыбаться: на занятиях они в основном слушали скучные лекции ни о чем, о магии, о магах, о силах волшебства и прочем, и прочем, без чего он бы вот вполне мог прожить. А на практических занятиях он вообще кормил каких-то полу-овец или помогал размножаться бабочкам!

Магии они тут учатся, ну, конечно! Может, кто-то и учится, но не он.

Истер поднял глаза в поисках Кристин и Ярика: они должны были выйти из класса после очередной лекции, которую Истер без зазрения совести прогулял. Кристин показалась почти последней: она оживленно что-то обсуждала с библиотекарем с жуткой летучей мышью на плече. Кажется, он помогал ей осваивать практическую часть превращений. Она улыбнулась, сделала жест рукой, пальцами другой прикоснувшись к амулету на запястье- и книга в руке библиотекаря превратилась в толстую ветку дерева.

- Кристин!- окликнул ее Истер, подходя и хмуро глядя на Теда (кажется, так его зовут). - Где Ярик?

- Его не было на занятиях, впрочем, как и тебя,- заметила Кристин, махнув библиотекарю на прощание и стараясь не загораживать проход ученикам, которые заполняли коридор, переговариваясь. Из одной двери прежде школьников вырвалась стая птиц: они громко щебетали, усаживаясь на балках потолка. Среди студентов другого класса выделился паренек с граблями вместо рук: Фрей экстренно открыл для него проход, наверное, в госпиталь. Вслед за этим чудом магии отворилась дверь еще одного класса, и оттуда повалил дым, после чего выбежали смеющиеся студентки во главе с Алексис. Они хохотали и кашляли, пока остальные ученики их группы выскакивали в коридор, многие из них- мокрые. Видимо, кто-то пытался тушить пожар. - Так где ты был?

Истер перевел взгляд на Кристин- подруга выглядела достаточно сурово.

- Ты прогулял уже четыре занятия! Истер, тебя же выгонят!

- Не вижу смысла в том, чтобы часами слушать всякую ерунду о том, откуда там черпаются силы магии и куда уходят,- проворчал Истер. Интересно, куда и каким ветром опять унесло Ярика?

Кажется, Кристин была готова снова рассказать ему о том, что он сам себе вредит, но тут из резко возникшего прохода прямо под ноги вышедшему последним из кабинета сыну главного кровососа вывалился какой-то мальчишка:

- Вы слышали?!- тут же заорал он, привлекая к себе внимание разрозненных групп студентов. - Легаты Кровавого Байрока уничтожили город Песчаного острова!

На миг воцарилась тишина.

- Как?

- Откуда ты знаешь?

- Что случилось?

- Кто-то выжил?

Мальчишку окружили, засыпая вопросами.

- Я слышал, как об этом говорил однорукий старик, он привел с собой группу выживших. Ищейки кровососов окружили город и забросали его огненными шарами. Те, кто не сгорел, были либо убиты, либо схвачены. Нет больше свободной земли,- всхлипнул мальчишка, с ужасом переводя взгляд с одного слушателя на другого.

- Возможно, поэтому Ярика нет на занятиях?- испуганно прошептала Кристин, глядя на всхлипывающую в углу девушку: в Академии, насколько знал Истер, учились дети с Песчаного острова.

Парень пожал плечами: Ярик всегда знал больше, чем другие ученики в школе, да и он давно перерос учеников, посещая занятия явно только от скуки.

- Эй, полукровка, почему ты здесь?

Он оглянулся на недоброжелательный шепот за спиной.

- Проходи мимо,- попросил Истер, мельком взглянув на Гретту Фауст, выросшую рядом.

- У тебя практическое занятие, так что топай вниз.

- Тебя забыли спросить,- огрызнулся парень, и Кристин сердито хлопнула его по руке.

- Не груби!

- Ой, Кристин, не бери в голову, он даже грубить толком не умеет,- фыркнула Гретта, сложив на груди руки. - Иди, говорю, или я снова тебя вырублю.

Истер сжал кулаки: это было невыносимо! Он готов был убить того гения, который придумал для этой девчонки наказание за нападение на него! Она должна была весь месяц следить за тем, чтобы Истер посещал практические занятия и даже помогать Диане составлять для него программу! И Фауст слишком близко к сердцу приняла наказание.

- Если вырубишь, то точно не пойду.

- А я тебя в бессознательном состоянии доставлю!

- Гретта, не нужно, он пойдет! Истер!

- Чего ты так усердствуешь? Ну, лишат тебя десерта,- зло отмахнулся от нее Истер, не замечая недовольства Кристин.

- Из-за десерта я бы и пальцем не пошевелила, не большая это радость- наблюдать твою физиономию каждый день!

- И что же тебе грозит?- усмехнулся Истер. Интересно, что могут придумать добрые маги?! Превратят в лягушку?

- Ей запретят магию на две недели,- кажется, Кристин была в курсе кодекса наказаний в Академии,- ведь она атаковала заклинанием другого ученика. Так, Гретта?

- Да, и я не собираюсь попадать под санкции, так что отправляйся вниз! Тем более, что сегодня тебя ждет нечто очень интересное,- решила подсластить пилюлю Фауст, но Истера это не воодушевило.

- Гусеницы с рогами или пернатые тараканы?

- А у тебя, оказывается, есть чувство юмора,- фыркнула Гретта, рисуя проход в воздухе все еще многолюдного коридора: ученики обсуждали новость об уничтожении Песчаного острова.

- Истер, иди, а я пока найду Ярика и узнаю, что случилось,- мягко подтолкнула друга Кристин, подбадривающе кивая.

Полукровка вздохнул и первым шагнул в проход, чувствуя за спиной племянницу магистра Фауста. Навязалась ему на голову!

До зверинца они дошли молча, и Истер был даже благодарен девчонке: еще не хватало вести светские беседы.

Монстроподобная хозяйка животноводческой усадьбы встретила их у одной из плотно закрытой дверей, Истер не знал, кто там обитает.

- Сегодня начнешь свой личный проект,- без приветствия произнесла Диана, протягивая ему ключ, наверное, от дверей. - Добьешься успеха- начнешь курс по работе с магическими существами первой ступени опасности. Не справишься- снова пойдешь к Добротам.

- Что я должен сделать?- Истер взял ключ: неужели он, наконец-то, начнет учиться чему-то важному?!- Кто там?

- Там Сакран,- тихо ответила Гретта, и лицо ее было каким-то странным. - Ты... он будет... В общем, не удивляйся его внешнему виду.

- Кто такой Сакран?- Истер не имел ни малейшего представления об этом существе.

- Священный зверь,- неопределенно ответила Диана, и эти две девчонки еще сильнее стали его раздражать, хотя слово "священный" внушало уважение. - Он один из последних представителей своего вида.

- Его освободили из Северного города, много лет он находился во Дворце Наместника и многого натерпелся. Ты будешь с ним работать,- Гретта кивнула на ключ в руках полукровки.

- Почему он священный?- решил уточнить Истер, все еще ожидая подвоха со стороны девчонок.

- Сакран всегда был священным зверем эльфов, первых магов, они оберегали Сакранов. Золотые когти Сакрана по легенде приносят счастье и процветание тому, кому Сакран дарует хотя бы один. Случается это раз в двести лет, но Сакранов почти не осталось, и никто не может подтвердить или опровергнуть данную историю,- Диана пригласительно махнула рукой, чтобы Истер входил.

Парень еще раз недоверчиво посмотрел на своих "наставниц" и вставил ключ в замочную скважину.

Истер вошел в клетку, не ожидая ничего хорошего: опять какая-нибудь бабочка или же зверь, который вцепится ему в глотку и не отпустит, пока он не пообещает быть добрым и всех любить. Губы полукровки скорчились в кривой улыбке: с Гретты и ее сумасшедшей подружки-монстра станется, хотя говорили они о Сакране с каким-то странным выражением на лицах.

Кажется, он попал в снежный лес: высокие деревья покрыты белыми шапками, в глубоких сугробах- следы, словно здесь прошел крупный волк или, может, лев? Хотя, насколько слышал Истер, львы живут только на жарких островах юга.

- Ну, и где ты, зверь?- громко позвал Истер, оглядываясь. Что, бродить ему тут и искать животное? Эти девчонки явно издеваются!

Но искать не пришлось: Сакран появился из-за деревьев, отбросив огромную тень, бесшумно, словно призрак. Хотя, наверное, он и был призраком- самого себя.

К этому когда-то, наверняка, великолепному зверю нельзя было не испытывать сейчас жалости, и Истер сразу вспомнил слова Гретты: видимо, это сделали с Сакраном кровопийцы.

Сакран был высок: чтобы заглянуть в его глаза, нужно поднять голову, но лучше было этого не делать. Разве можно добровольно захотеть вглядываться в два черных колодца равнодушия и тоски?

- Так вот ты какой, священный... кот,- пробормотал полукровка, не в силах отвести взгляд.

Если бы Истера попросили описать Сакрана, то он скорее сравнил бы его со львом: крупное кошачье тело, только когда-то иссиня черное, а сейчас повсюду покрытое сединой, проплешинами, затягивавшимися ранами. У него не было хвоста, и сложно было понять, задумала ли так природа или же это дело рук кровососов, у которых Сакрана отняли. Но шрамы на спине явно показывали, что крылья у существа были срезаны. У него не было гривы, а голова с круглыми ушами и крупным носом была исполосована ранами, словно морду ему драли когтями, рвали зубами и резали. Зрелище страшное, и от этого Истер сжал кулаки: он бы голыми руками разорвал тех, кто сделал это с живым существом!

Истер перевел взгляд на огромные кошачьи лапы, на которых, по словам Гретты, должны были расти священные золотые когти. Когтей не было: кажется, их просто вырвали из лап, и кровавые корки навсегда покрыли облысевшие пальцы.

Священное животное эльфов было превращено в разорванное, растерзанное существо, смотревшее на мир с тоскливой безысходностью. Во взгляде, которым Сакран смотрел на незваного гостя, правда, не было ни ненависти, ни злобы, - только равнодушие почти мертвого создания.

Сакран еще некоторое время стоял, а потом медленно лег, устало положив голову на истерзанные лапы. Наверное, ему было трудно стоять, зверь был худ, истощен. Весь его облик мог бы стать одним огромным доказательством жестокости кровопийц.

И это он, Истер, слишком зол и слишком жесток к кровососам?! Изверги, которые подвергли живое существо таким зверствам, не были достойны ни жалости, ни понимания, ни пощады!

Он медленно приблизился к Сакрану: тот даже не открыл глаз, хотя по движению ушей все-таки можно было понять, что зверь следит за гостем. Огромное тело выделялось на снегу, и так хотелось к нему прикоснуться, погладить, утешить.

"Я шагаю по пути к Вечности, зачем мне твое утешение, Волчонок?".

Истер замер, услышав чужой рокот в голове.

"Ты читаешь мысли?"- с легкой дрожью подумал Истер.

Сакран открыл глаза и в упор посмотрел на полукровку. Ну, да, глупый вопрос. Проще спросить, кто в этом городе их не читает...

Истер ждал, но ответа не последовало. Он присел рядом с огромным котом и вздохнул: в этой комнате, наполненной запахами леса, было спокойно и тихо, мирно. Наверное, это нужно было Сакрану для исцеления, хотя, конечно, он утверждал, что умирает.

- Почему целители не излечат твои раны?- пробормотал Истер, не особо ожидая ответа. Что он должен тут делать? Диана сказала, что это его проект, но судя по всему, обреченный на неудачу в самом начале.

"Это не мои раны".

"В смысле?" Истер был сбит с толку. "А чьи?"

Но ответа опять не последовало, и парень начал злиться, только не получалось, наверное, при виде Сакрана сложно вообще испытывать что-то, кроме жалости и сочувствия.

- Как я могу помочь тебе?- решил задать еще один вопрос Истер, хотя не думал, что все будет так просто. Может, нужны слезы полукровки, выжатые из глаз на рассвете первого дня полнолуния в год рождения оранжевой жабы у синего крокодила? Ну, или что-то в этом роде, только ему об этом не говорят.

"У меня нет ответа на этот вопрос".

- А на другие- есть?

Зверь опять посмотрел на него, как на лишенного разумом, и Истер представил себе веселые часы в обществе этого саркастичного истерзанного существа, равнодушного к остальному миру.

Сакран поднял голову и как-то странно мигнул глазами.

- Что?

"Саркастичное истерзанное существо, равнодушное к остальному миру? Неплохое начало".

- Что?

"Чтобы решить проблему, осознай ее и найди ей название", устало прозвучало в голове полукровки, и он вконец запутался, забыл даже разозлиться, да и как можно злиться рядом с этим почти убитым существом?

- Ладно. Ты кто такой? Ну, ты родственник льву или, там, ирбису?

"Я предок Сфинкса и потомок Большого Красного Кота".

- Кого? Красного Кота?!

"Первый Кот вышел из красного заката навстречу Первому Эльфу", начал рассказ Сакран, и Истер осознал, что впервые практические занятия были увлекательными и дарящими успокоение.


Он стоял в дверях бального зала и смотрел, как она танцует в лучах дневного зимнего солнца, ярко освещавшего помещение, наполнявшего его бликами и красками, как и музыка, под которую она танцевала.

Хотя он бы сказал, что это не она следует за музыкой, а мелодия подстраивается под ритм движений, в которые она вкладывала свои чувства, изливая. Не нужно быть знатоком, чтобы понять, что она танцует свою Боль, выплескивая ее так, как умела только эта красивая, сильная женщина. В резких и плавных движениях, в каждом ритме ее тело плакало и рыдало, тоскуя по ушедшей от нее Любви.

Он с детства помнил эти ее движения: он не раз подглядывал за тонкой девочкой, всегда такой сдержанной и собранной, но такой эмоциональной в танце. Только так, в движениях музыки, она выражала то, что чувствует, и он мог часами наслаждаться этим, впитывая ее эмоции, которые она ему никогда не дарила так откровенно. Он словно крал их, прятал внутри себя, хранил.

Складки юбки то взлетали, то окутывали ее, в строго убранных на затылке волосах тоже как-то тоскливо играло солнце, и он боялся пошевелиться и помешать ей выражать внутреннюю боль, которую так редко можно было заметить даже в ее глазах.

Он тоже тосковал по другу, но для него эта боль была привычной, растянувшейся на годы, он умел справляться сам, уходя глубоко в себя, смиряя бурю. Для нее это было все еще цунами, и именно эту огромную волну боли она изливала, двигаясь в такт с музыкой. И ему тоже становилось больно, ведь он никак не мог ей помочь.

Если бы он мог, он бы погиб вместо Элиота, лишь бы она никогда не танцевала такую боль.

Мимо его ног проскользнула белая тень, на неуверенных еще лапах влекомая родным запахом, и танец прервался.

- Беляш,- она присела, обхватывая руками чистого худого пса, который теперь постоянно ходил за Лукасом, словно признавая в нем нового хозяина взамен погибшему. - Лукас!

- Привет, не хотел мешать,- хрипло ответил мужчина, делая несколько шагов в зал, вступая в залитое солнцем пространство. - У нас занятие с Защитником.

- Дело продвигается?- ее губы тронула улыбка; она поднялась и подошла к аквариуму с капоэри, прекращая мелодию.

- Он ленив и не собран,- пожал плечами Лукас, следя за перемещениями Ольги по залу. - Вряд ли он способен кого-то защитить, даже себя.

- Да, я слышала про его ссору с сестрой,- Ольга подошла и встала прямо перед ним, пристально глядя в глаза. - Ты собираешься уйти? Вернуться в лес?

Он вздрогнул от такого прямого, неожиданного вопроса, такого неудобного и нерешенного еще до конца.

- А ты хочешь, чтобы я остался?- он смотрел в ее серьезные спокойные глаза, не зная, почему она спросила.

- Главное- чего хочешь ты, Лукас,- тихо заметила она, не пытаясь коснуться, хотя ему так этого хотелось. Все еще хотелось, хотя он понимал, что это глупое желание, потому что даже призраком Элиот всегда будет стоять между ними. Хотя даже не между ними- рядом с ней.

- А ты? Если я тебе нужен, если ты хочешь, я останусь,- тихо проговорил он, пытаясь найти ответ на ее лице.

- Это только твой выбор,- качнула Ольга головой,- сделай так, как тебе будет лучше, как тебе будет... легче,- и он понимал ее слова, а сердце в груди сжималось от тоски, совсем другой, не той, которую несколько минут назад изливала в танце стоящая перед ним женщина. Ее тоска была по любви, его же тоска была чувством одиночества.

От дверей послышался нарочито громкий топот, и Лукас отступил, поворачиваясь к замершему в дверях Джеймсу.

- Мы еще договорим,- пообещала Ольга, проходя мимо мужчины и кивая кочевнику. Тот посторонился и потом нехотя, как-то совсем понуро, вошел в зал. Настроение у парня явно было не самым лучшим.

- Проблемы с лучшим другом?

- Он мне не друг!- тут же вспыхнул Джеймс, вскинув голову.

- Значит, он друг твоей сестры,- пожал плечами Лукас, подходя к ученику. В этом мальчишке был большой потенциал, и нужно только заставить Картера осознать себя Защитником.

- Я не хочу об этом говорить.

Что ж, характер тоже присутствует. Лукас мельком заметил еще одного ученика у дверей, едва заметно кивнув ему.

- Тогда поговорим о том, как пятнадцатилетняя повелительница стихий легко припечатала тебя к стене.

- Я не был готов!

- А должен был! Ты должен всегда быть готов защищаться,- жестко ответил Лукас, сощурив глаза. - Всегда, потому что это может спасти жизнь тебе, а что еще ценнее, твоим близким. И если бы ты был прилежнее, то и сотням людей рядом с тобой.

- Старая сказка,- фыркнул Джеймс,- может, у меня не очень хороший учитель?

Лукас только хмыкнул, никак не реагируя на выпад разозленного обиженного мальчишки, которого младшая сестра легко одолела, даже не касаясь.

- Магия твоей сестры- это способность использовать внешнюю силу. Она берет силу Природы и изменяет ее так, как нужно ей. Твоя сила, Защитник, внутри тебя, я тебе уже говорил. Осознав ее, научившись ею управлять, ты сможешь управлять тем, что находится вокруг тебя,- Лукас взмахнул рукой- занавески на окнах всколыхнулись от порыва ветра, тихо опадая назад. - Ты всесилен, Джеймс, но пока ты не поймешь этого, не осознаешь свою мощь, даже Алексис сможет припечатать тебя к стене.

- И как мне это сделать?

- Я пригласил кое-кого нам помочь,- Лукас поднял глаза и пригласил стоящего в дверях ученика заходить.

Джеймс обернулся.

- Пошел вон!- почти заорал парень на Принца, но тот спокойно прошел в зал и встал рядом с Лукасом, сложив на груди руки.

- Тихо,- мужчина вздохнул, ощущая эмоции, что полыхали в брате Алексис. Именно она, а точнее ее поступок, дали шанс вытащить из Джеймса его способности. - Все свои личные обиды будете решать за пределами моих занятий. Сейчас ты будешь защищать свою сестру, воспитанник Байрок здесь для стимула, для наглядного пособия, так сказать.

- То есть я могу его убить?

- Ты можешь попытаться защитить свою сестру любым магическим способом,- поправил Лукас, усмехнувшись про себя. Какие же яркие эмоции пылают в этом мальчике.

- И вы позволите мне его убить?- уточнил Джеймс, с яростью глядя на Лектуса, но тот внешне оставался равнодушным к происходящему.

- Ты не сможешь, но попытайся. И помни главное: твоя магия направлена на защиту,- напомнил Лукас, хотя понимал, что говорит в пустоту. - Вперед.

Мужчина отошел в сторону, готовый в любой момент прийти на помощь Лектусу, хотя и сомневался, что ему это понадобится. А Принц молчал, совершенно отрешенно глядя на пылающего гневом бывшего друга. Хотя почему бывшего? Эмоции улягутся- и все снова станет простым и понятным для обоих парней.

Джеймс же стоял, явно собираясь с мыслями, ища в себе ту силу, о которой все вокруг ему твердили, сосредоточенный, но слишком разрываемый эмоциями.

- Ну и? Скоро ночь настанет,- насмешливо заговорил Лектус. - Руками у тебя получается быстрее и эффективнее.

- Заткнись!- рыкнул Джеймс. - Я доверял тебе, а ты...!

- А я спас твою сестру от смерти,- пожал плечами Принц.

- Ты сделал ее кровососом!

- Вовсе нет, но сейчас это, видимо, не имеет значения. Я жду.

- Ты предал меня!- заорал Джеймс, сжимая руки в кулаки. - И она... она все еще не убила тебя за то, что ты сделал!

- Ну, думаю, она благодарна, очень мне благодарна, мы даже стали друзьями,- пожал плечами Лектус, и Лукас сосредоточился, готовый в любой момент вмешаться. - Мы вместе проводим много времени...

- Не приближайся к ней! Не смей к ней приближаться!

- Я помогаю ей освоиться с новыми ощущениями,- пожал плечами Принц.

- НЕ СМЕЙ К НЕЙ ПРИБЛИЖАТЬСЯ!!!- заорал Джеймс, готовый броситься на сына Байрока, но тут Лектус на глазах начал синеть, задыхаясь, словно кто-то схватил его за горло. Еще мгновение- и Принц упал на пол, глубоко дыша, приобретая здоровый оттенок кожи.

- Ты перестарался,- заметил Лукас, следя за тем, как Лектус поднимается на ноги, пока ошарашенный Джеймс пытался что-то сказать. Кажется, он сам напугался больше своей жертвы.

- Это... это я сделал?- прошептал он, пока Принц поправлял одежду, руки его немного подрагивали.

- Да, думаю, ты сдавил воздух вокруг Лектуса, не давая ему дышать,- спокойно объяснил мужчина, радуясь, что тут не было Ольги или еще кого-то из преподавателей, его бы по голове за такое не погладили. - Запомни это ощущение, запомни то, как ты это делал.

- Но... но я не хотел...

- Не хотел чего? Убивать его? Не хотел, наверное, просто ты пытался держать его подальше от твоей сестры. На сегодня хватит, тебе есть над чем подумать.

- Я не хотел... - снова пробормотал Картер, явно осознавая эту мысль.

- Не хотел, поэтому и не убил, я ведь не вмешивался, ты сам остановился,- Лукас похлопал ученика по плечу.

- Лукас, тебя спрашивают внизу,- из коридора донесся голос Фрея. - Толпа Лешиков устроила революцию, иди скорее.

- Что у них стряслось?- вздохнул мужчина и направился к дверям, уверенный, что теперь эти двое точно друг друга не убьют. - Они сказали, зачем пришли?

- Орут, ничего не понимаю,- проворчал древесный дух, открывая Лукасу проход.

У крыльца его ожидали пара десятков лесных жителей, они производили огромный шум, и их уже окружили собравшиеся со всего двора дети.

- О, друг, друг!- заорали они, едва завидев Лукаса, и он узнал в них жителей бора, что находился недалеко от его хижины. - Друг, беда!

- Какая беда?- он присел перед предводителем семьи Лешиков, стараясь ни на кого не наступить.

- Птица! Большая черная птица! Она упала, упала и разбилась! Она умерла!

- Какая птица? О чем вы?

- Большая черная птица упала с небес и разбилась, а это девушка! Красивая девушка! Мертвая девушка-птица!

Во дворе воцарилась тишина, даже другие Лешики перестали галдеть, только скорбно кивали головами.

- Где она?

- В лесу! В лесу! Тяжелая, нам не принести!

- Ведите,- скомандовал Лукас, еще не понимая, что это значит, но чувствуя, как еще на шаг к ним придвинулось что-то темное.


Они стояли друг напротив друга и молчали.

- Я не хотел тебя убивать.

- Я не хотел Посвящать твою сестру.

Опять молчание, они смотрели в глаза друг другу: один- со смирением и каким-то испугом от содеянного, второй- спокойно.

- Почему ты не сказал мне?

- Это должна была сделать твоя сестра.

- Ты мой друг, ты должен был рассказать!

- Друг? У Правящих нет друзей.

- Ты не Правящий, не зазнавайся. Что теперь будет с Лекси?

- Начнет есть сырых ежей, с кровью, и светить глазами в темноте.

- Ха-ха. Серьезно, что ты с ней сделал?

- Я спас ей жизнь. Она не станет Правящей, если не захочет.

- Что значит "если не захочет"?!

- Лишь то, что я сказал, уймись.

- Она никогда не захочет стать кровопийцей!

- Тогда тебе нечего бояться и орать.

- Ты действительно спас ее?

- У меня не было выбора, я должен был.

- Ты спас ее?

- Да.

- Зачем?

- Они хотели подставить меня, сделать так, чтобы все подумали, словно это я ее убил.

- Зачем?

- Чтобы меня изгнали.

- Спасибо.

- Если ты успокоился, может, мы уже пойдем? А то Ксения и твоя сестрица устроят переполох, решив, что я тебя где-то прикопал.

- Почему это ты меня? А не наоборот?

- Сомнительный вариант.

- Ну, конечно, это же ты мне по физиономии съездил, а потом чуть не придушил.

- Если мне захочется однажды нанести тебе увечья, мне не придется размахивать кулаками, я просто подсыплю тебе в еду яд, я прекрасно научился варить подобные зелья, а ты постоянно ешь.

- Лучше своей кукле-подружке подсыпь.

- Проблематично: она в тюрьме.

- Это не может не радовать.

- Может, на этой радостной ноте мы все-таки уже пойдем?

- Зануда.

## Глава 8. Клубок


Он целеустремленно двигался из спальни в учебный коридор, ища сестру, но остановился, когда увидел ее в окружении хихикающих девочек.

Чего они там опять обсуждают?

И как давно его сестра стала тоже глупо хихикать по углам?

Она раньше бегала с мальчишками на рыбалку, училась стрелять из рогатки, плавала на заре с ним и его друзьями, носила шаровары- а теперь! На ней платье, она хихикает, и вообще уже пыталась встречаться с парнем, который чуть ее не убил. Нечего, кстати, было заводить роман, тогда сейчас она бы не была частично кровососом, не пришлось бы ее спасать.

Вот до чего доводят беспорядочные связи!

Наконец, он решил прервать затянувшуюся болтовню сестры с подружками, но тут перед Алексис нарисовался какой-то субъект с книжками. Эй, не слишком ли близко подошло это чудище?!

- Отошел!- Джеймс здоровой рукой за шкирку отодвинул в сторону парня, который зачем-то засунул свой нос в книгу в руках сестры.

Какой-то низкорослый дохляк, чего он тут стоит вообще?

- Джим!- сестра возмущенно хлопнула его по руке.

Чего возмущается? Может, он спас ее в очередной раз от покушения на жизнь?!

- Что за манеры?

- Какие уж тут манеры!- фыркнул Джеймс, одним взглядом отогнав решившего вернуться дохляка. Брысь отсюда!- На!- и он вынул из кармана руку, с которой капала кровь, сунув сестре под нос.

- Сдурел?!- еще более возмущенно вскричала она, отшатнувшись, чем привлекла внимание других учеников, не ушедших от классов после занятий.

- На, говорю!- снова ткнул он руку ей в лицо.

- Джеймс, хватит!- зашипела сестра, теперь уже пытаясь не кричать, видимо, не хотела лишнего внимания. - Ты по голове получил?

- Не хочешь?- еще раз решил он спросить, чувствуя облегчение. Он достал из кармана кусок полотенца, отодранный неделю назад для каких-то целей, и завернул им руку. - Ладно, тогда все пока нормально.

- Идиот!- Алексис со всего маху стукнула брата по плечу. - Что это еще за тесты?!

- Ну, надо же проверить, что ты не превращаешься в кровососа,- шепотом ответил ей Джеймс, широко улыбаясь от того, что все прошло хорошо.

- Для этого ты порезал себе руку?- кажется, Лекси решила, что он умалишенный, по крайней мере, взгляд у нее был красноречивым.

- Нет, это я на занятиях по домоводству ножом саданул,- пожал Джеймс плечами, не видя в этом ничего такого. Ну, не рожден он для того, чтобы резать помидоры, чушь какая-то! Это вон Принц пусть помидорчики стругает своим кинжальчиком, чтобы не чесались руки этим кинжальчиком кого-то порезать и превратить в начинающего кровопийцу.

- Ну, ладно, а то я думала, что вы с Лектусом опять подрались,- Алексис даже улыбнулась, словно это было смешно.

- Почему опять?- не понял парень, пытаясь оттереть с рубашки пятно. Опять Хариус его будет чихвостить!

- Говорят, что у вас была дуэль, и ты чуть не убил Лектуса.

- Кто говорит?- не понял Джеймс, слюнявя палец и растирая красное пятно.

- Девчонки.

- Какие еще девчонки?- парень тут же отвлекся, глядя на сестру.

- Джим, тебе не нужно никуда идти?

- Я вообще-то хотел найти Ксению, но этот странный обитатель дерева не смог сказать, где она, наверное, он уже истратил свой магический заряд.

Алексис рассмеялась.

- Ксения в лаборатории.

- Где?

- Под школой есть лаборатория, она и другие целители туда ушли, я ее видела в комнате после обеда,- пояснила сестра. - Теперь я могу пойти, или у тебя есть еще какие-то бредовые идеи?

- Почему бредовые?

- Джим, я пошла, у меня еще практика, надо усилить шквальный ветер, помнишь его?

- Чего?!- Джеймс вскинулся от этого напоминания, но смеющаяся сестра уже нарисовала дверь и исчезла. Да, надо бы еще у нее потом спросить, чего это она стала Принца по имени звать? Родственная связь у них там что ли наладилась теперь?

- Ты идешь, или мне тут часами дверь тебе держать?- раздался ворчливый голос древесного духа.

- В лабораторию меня пусти.

- У тебя есть разрешение?

- Да, у меня кровь хлещет, сказали, что нужно туда сходить, все целители там, показать?- нашелся Джеймс, поднимая руку с грязной тряпкой на ней.

- Иди, ты же, как термит, дорогу себе прогрызешь,- отозвался Фрей. - А еще кровь потом с полов оттирай...

Как будто он это и будет делать, подумал Джеймс, не слушая ворчание духа.

Что ж, вот это уже интереснее. Парень даже с любопытством огляделся: земляные стены и пол, в которые вросли гигантские корни дерева, наводили на мысль, что под Академией кроется много всего неизведанного.

Джеймс слабо себе представлял, что такое "лаборатория", и, оказавшись внутри странного помещения, так и не понял, что это и чем тут вообще занимаются. К тому же в полумрачном помещении со столами, лавками, стаканами, бутылками, неизвестными сооружениями, никого не было, спросить не у кого, зато с другого конца тянулась полоска света, и кочевник решил, что там и получит все ответы.

Но, бросив взгляд в небольшую, освещенную комнату, у него появилось еще больше вопросов. Самый главный из них Джеймс не смог сдержать:

- Ксени, почему ты плачешь?!

Она вздрогнула, поднимая грустные, покрасневшие от слез глаза.

- Ты что тут?- хрипло спросила девушка, вытирая щеки, словно он сможет забыть, что на них только что было.

- Тебя кто-то обидел?- Джеймс вошел в комнату и встал рядом с Ксенией, непроизвольно бросая взгляд на стол, возле которого и плакала сестра Лектуса.

На столе, неподвижная и красивая, лежала незнакомая кочевнику девушка, однозначно из рода кровососов, наверное, очередной отпрыск, утащенный у родителей людьми. Девушка явно была мертва: белая кожа, каменное выражение безупречного лица, неестественность позы.

- Кто она? Почему она умерла?- Джеймс перевел взгляд на Ксению: подруга стояла, чуть отклонившись назад, словно боялась прикоснуться к смерти. Парень быстро сообразил, почему она так стоит- и протиснулся между сестрой Лектуса и столом. И он смог разглядеть сильную бледность Ксении, посиневшие от холода губы, легкую дрожь ее тела. - С ума сошла?!- буквально заорал он, обнимая ее- и позволяя продолжить плакать уже на своей груди, помня, что может ее согреть, и уверенный, что сможет ее защитить от того, чего никто, кроме нее, не может ни видеть, ни чувствовать.

- Ее нашли в лесу,- тихо отозвалась девушка, когда смогла перестать плакать. Джеймс перебирал ее золотые волосы, поражаясь тому, какой Ксения иногда была мазохистской. Надо отучать и срочно. - Фауст сказал, что это уже третья девушка за последнее время. Кто-то превращает их в птиц, и они погибают, разбившись о купол,- она подняла красные глаза, такие добрые и мудрые, что хотелось кричать от страха: этот дар сожжет ее, исчерпает. - Ее звали Марианна, она жила в городе с другими выходцами из Водного мира. Ее родители два дня назад заявили о пропаже, а подруги сказали, что у нее был тайный поклонник. Она ушла на свидание с ним- и пропала. Как и другие две девушки-птицы.

Все это было интересно и стоило об этом подумать, но пока что Джеймс собирался сосредоточиться на живых.

- И зачем ты тут стоишь и истязаешь себя?- он попытался не рассердиться, но так хотелось отругать Ксению.

- Она... она словно все еще тут,- прошептала девушка снова побелевшими губами и крепче прижалась к обнимавшему ее Джеймсу, ища защиты. - Это так... страшно.

- Ты ее боишься? - вот только призраков не хватало!

- Нет, страшно, что она умерла вот так: одна.

- Думаешь, ее заставили превратиться в птицу и попытаться вырваться?

- Нет, у нее нет даже магической способности. Кто-то сделал это с ней, и она согласилась.

- Ну, да, конечно, тайный поклонник,- Джеймс закатил глаза поверх головы Ксении: одна уже стала кровососом потому, что завела тайного поклонника. А могла бы кончить так же, как лежащая на столе мертвая Марианна.

- Смерть такая... холодная и бездонная,- прошептала Ксения,- ее так много в этом мире. И я... я никогда не видела ее так близко, не чувствовала так... промозгло.

- Пошли отсюда!- Джеймс покачал головой, не понимая, что они до сих пор тут делают. - Зачем ты вообще тут стояла?!- он потянул девушку прочь, в большое помещение, подальше от озноба, который пробирал даже его, а он уже видел смерть не раз и в менее красивом обличье.

- Джим! Твоя рука!

А он и забыл, зачем искал ее.

- Нужно срочно залечить,- ну, конечно, свои переживания тут же забыты, она готова кидаться его спасать.

- Я в порядке, правда, просто порез,- он поймал ее беспокойные холодные руки и прижал к губам, глядя на все еще заплаканное лицо. - Зачем ты так себя истязала? Зачем стояла рядом?- он хотел понять.

Она смотрела в его глаза, кажется, пытаясь найти слова, чтобы объяснить.

- Я хотела познать самую сильную боль этого мира, почувствовать край жизни, самое холодное зло- познать и понять, как с ним справляться,- прошептала она, и слезы снова покатились по ее щекам.

Ну, все! Хватит!

- Не знаю уж, что ты там хотела познать, какое там зло, но сейчас ты будешь в плену у самого большого добра,- он схватил девушку в охапку и понес прочь, не слушая протесты. - У меня. И не думай, что сможешь со всем этим справиться,- пригрозил парень и обрадовался, услышав в ответ ее смех.


- Вы точно решили умереть и убить всех, кто будет рядом с вами,- холодно и спокойно произнес Принц Водного мира, поднимая стальной взгляд на стоящих по ту сторону стола Ярика и Истера. - Я же спрашивал вас, что еще вы унесли из Дворца Кар-Альны!

- Я должен был тебе список предоставить?!- фыркнул, тут же заводясь, полукровка, но Лектуса это мало задело.

- Что не так, Лектус?- Ярик был, как обычно, сама доброжелательность, но вряд ли им теперь это поможет.

- Отец уничтожит этот город, всех тут живущих, это Древо- все, чтобы вернуть это,- Принц указал пальцем на одну из вещей, что грудой лежали на столе, разделявшем его и его собеседников. - Добавьте к общему списку всего, что вы забрали. И вы еще удивляетесь, что Правящие любыми силами пытаются проникнуть сюда.

Его утро началось как обычно, но размеренность жизни, к которой тоже, оказывается, можно привыкнуть, нарушил Ярик, который почему-то решил именно сегодня излить Принцу душу, рассказав сказку про эльфийку, которой хватило ума сотворить из людей Правящих, и три предмета, которые теперь им всем так были необходимы.

Нет, с одной стороны, очень даже занимательная сказка, и вот перстень есть, и, как оказалось, и Камень предков тоже. Камень, который никто не мог вынести из дворца, кроме двух ныне живущих в Водном мире.

На столе в бархатной коробке лежал небольшого размера гладкий необработанный камень из редкого для Красного города материала- Дара недр, именно так называли Правящие теплый шершавый материал, происхождение которого они не знали.

- Что ты знаешь об этом камне?- осторожно спросил Ярик, сдвигая прочь остальные утащенные из Дворца и взятые из подводного тайника пиратов предметы.

- Мы зовем его Камнем предков, это Дар моей семье от первых Правящих, камень передавался по наследству веками, пока вы не решили его утащить,- хмыкнул Лектус, пристально изучая стоящего напротив него Истера. Тот хмурился, но пока молчал, удивительно, еще пару месяцев назад взорвался бы сразу.

- Видимо, это действительно камень из предания,- удовлетворенно кивнул Ярик, явно довольный собой. Ну, конечно, им же останется только найти какой-то мифический ключ- и, видимо, всем Правящим тут же придет конец.

- Кто из вас забрал Камень из Дворца?- вопрос, конечно, риторический, но следовало уточнить. - Ты?- Лектус смотрел на Истера с интересом, наверное, в первый раз за все время.

- И что?!- ощерился полукровка, переглянувшись с Яриком.

- Многие вещи во дворце моего отца очень ценны, но лежат в открытом доступе, ты никогда не думал, почему?- Лектус сложил руки на груди, мысли его лихорадочно работали. Чем больше он жил здесь, в Северном городе, тем больше вопросов у него появлялось к тем, кто остался в городе Красном. И все они были очень даже занимательными.

- Потому что у вас этого барахла- полные подвалы?- фыркнул в ответ Истер. Если бы он не был таким излишне эмоциональным, вечно на взводе, то вполне мог бы стать достойным Лектусу собеседником. И теперь это даже не выглядело сильно удивительным.

Принц перехватил напряженный взгляд на лице Ярика: ну, конечно, полу-эльф пытался по своей дурной привычке бесцеремонно вломиться в чужую голову, но у него ничего не получалось. Кинжал питал сына Байрока силой и был отличной защитой от местных чародеев, сующих нос в мысли каждого встречного.

- Потому что многие вещи взять в руки и вынести из Дворца могут только те, в ком течет кровь моего рода и только мужчины,- медленно и отчетливо ответил Принц, ожидая, когда смысл сказанного дойдет до полукровки. - В том числе и Камень Предков. Его могли забрать из Дворца либо я, либо мой отец.

Кажется, даже всезнающий Ярик потерял на некоторое время дар речи. Наконец, лицо Истера побледнело, значит, он понял, но пока не оформил это в слова.

Интересно, кто из их предков- дальних или ближних- наследил? И судьба буквально играет с ними, столкнув в этом не таком уж и маленьком мире прямого наследника Байрока и того, кто по крови мог бы теперь претендовать на наследование всему, что нажил нынешний Правитель.

Смешно, но по сути, если бы полукровку Посвятили, он бы вполне мог зваться наследником!

- Значит, Истер происходит из вашей семьи?- видимо, сам новоявленный родственничек так и не смог пока заговорить, но вот Ярик вполне мог говорить за него. - Это точно?

- А похоже, что я шучу?- поднял бровь Лектус, поражаясь, сколько всего интересного он узнал, покинув Красный город, о своей семье.

Так кто ты, Истер Конде?

- Но его отец был из семьи Советника, сын Орака, а мать вообще происходила из простого северного племени,- напомнил Ярик, мысли которого тоже лихорадочно работали, пока полукровка пытался снова обрести дар речи и естественный оттенок лица.

Да уж, насмешка судьбы: этот парень больше всего на свете ненавидел Байрока и его род, но оказался напрямую связан с семьей Правителя. Какие еще загадки откроет Северный город?

- У меня нет ответа на этот вопрос, возможно, он есть у моих родителей или у Советника,- пожал плечами Лектус, которого мало интересовало происхождение неожиданного родства. - Но если мой отец узнает, кто вынес Камень из Дворца, то сюда проникнут тысячи убийц, чтобы устранить нового родственника. Ты, Истер, станешь такой же целью для моего отца, как возвращение Кинжала. Будем надеяться, что он посчитает, что это сделал я, добровольно или под магией.

- Они никогда не попадут сюда,- наконец, заговорил полукровка, голос его был хриплым, а в глазах- ужас. Нет, вряд ли он боялся смерти от рук Правящих, скорее всего, его ужасала мысль о том, кто же он на самом деле есть.

В Северном городе оказались сразу два наследника рода Байрока.

- Ты думаешь?- усмехнулся Лектус, вспоминая недавнюю попытку, которую удалось пресечь по чистой случайности: если бы Алексис не услышала разговор Анны с ее пока неизвестным товарищем, то здесь уже шла бы война на истребление.

- Там, где сила и магия окажутся бессильными, нужен один из двух, рождённых от Владыки мира на камне над мёртвым городом, тот, кто найдёт исток кровавой реки,- вдруг зашептал какую-то бессмыслицу- или же вполне осмысленные вещи, если подумать, - Ярик, устремив удивленный взгляд на Истера. - Один из двух, рожденных от Владыки мира!

- Ты говорил, что это Лектус или Ксения!- сорвался на крик полукровка, а Принц только с вниманием слушал разговор. Вот значит зачем они здесь, зачем этот недо-эльф вытащил их всех из Красного города.

- Но получается, что это можешь быть и ты!

- Я не рожден от кровавого Байрока!!!

- Нет, скорее всего, не рожден,- Лектус дернул уголком губ: все становилось очень и очень интересным, но главное- в это не будет втянута Ксения. - Но это не меняет ситуации: кто-то из твоих родителей явно происходил из моей семьи.

- Все это только твои предположения,- осторожно заметил Ярик, но Принц уже не сомневался в том, что Истер не просто полукровка, он...

- Ты наследник состояния Байрока, если не считать меня, ты Правящий. И это можно легко проверить.

- Как?!

Лектус усмехнулся, вспомнив, как совсем недавно объяснял Алексис эффект кровных уз.

- Коснись шрама,- Принц протянул вперед руку, на которой осталась белесая полоска Первого шага Посвящения.

- Зачем?- насторожился Истер. Вот уж храбрец!

- Ист, давай, мы должны знать наверняка!- подбодрил друга Ярик, на лице которого было почти маниакальное нетерпение узнать что-то новое. Никто не пробовал проверить его ментальное здоровье?

Полукровка медленно протянул свою руку, пальцы его слегка подрагивали.

- Давай уже,- вздохнул Принц. Целый день им здесь, что ли, стоять?!

Горячие пальцы коснулись шрама, и Лектус удовлетворенно вздохнул: радужка крайне недоброжелательных глаз Истера загорелась на миг и погасла, когда тот в испуге отдернул руку. Что и следовало доказать.

- Твои глаза... - голос полукровки дрогнул.

- Мы родственники, это неоспоримо, причем довольно близкие, судя по интенсивности эффекта,- хмыкнул Лектус, по-прежнему пытаясь угадать, кто же наследил так неосторожно. Мало того, что Истер происходил из семьи Правящих, так он еще и по какой-то прихоти природы оказался странным полукровкой. Интересно...

- И что теперь?- Истер мелко дрожал, вряд ли ему будет просто принять мысль о своем происхождении.

- Хочешь, чтобы я тебя Посвятил?

- Что?!

- Если нет, то тогда я пошел, у меня еще недописанное эссе по Теории зелий с использованием крови живых существ,- хмыкну Лектус. Ну, да, появился родственник, и что? В его мире с родственными связями вообще все было странно. Пусть теперь у Ярика голова болит, как вытащить друга из этой непростой истории.

- Не говори никому!- уже в спину заорал полукровка, и Лектус только покачал головой: пусть они и родственники, Истер никогда не поймет, что значит быть Правящим.

На выходе из прохода в спальне Принц чуть не столкнулся с сеньором Хавьером, который созерцал беспорядок, царивший на кровати Джеймса и вокруг нее.

- А, воспитанник Байрок! Я ждал вас.

- Повезло: вы дождались,- хмыкнул Лектус, удивляясь, как он сегодня востребован.

- Меня попросили привести вас в лабораторию.

- И зачем?

- В городе несколько часов назад было найдено тело однорукого старика, что прибыл с Песчаного острова в группе выживших,- спокойно, даже как-то монотонно сообщил воспитатель, пристально глядя на Принца своими мутными глазками. - Предположительно, он умер от сердечного приступа, его тело доставят в лабораторию для того, чтобы установить причину смерти точно. Мне сказали, что это был ваш воспитатель, поэтому я пришел, чтобы проводить вас вниз.

- И зачем?- Лектус отложил уже взятые с тумбочки письменные принадлежности. Палочка для письма выскользнула и упала на пол.

- Разве вы не хотите с ним попрощаться?

- С кем? С телом однорукого старика?- хмыкнул Принц, поворачиваясь к воспитателю, а затем рисуя в воздухе дверь.

- Куда вы?

- Искать сестру, пока ее не нашли вы,- бросил Лектус через плечо и исчез в голубом мерцании.


- Лукас, что ты делаешь?- Ольга сбежала со ступенек, спешно надевая на руки варежки: мороз ударил как-то внезапно посреди дня, прогнав с улиц учеников и даже некоторых животных, обитавших на территории Академии. - Ты стоишь здесь, не двигаясь, уже несколько минут. Холодно же.

Мужчина перевел на нее взгляд усталых серых глаз: на бровях и ресницах уже образовался иней, словно осевшая на них седина. На Лукасе был все тот же поношенный плащ с капюшоном, но маг не выглядел замерзшим, скорее, сосредоточенным.

- Ты за мной наблюдала?- тихо спросил он, снова поднимая лицо вверх и высматривая что-то среди огромных ветвей Древа.

- Выходила из класса и увидела, как ты стоишь, не двигаясь. Что там?- Ольга обхватила себя руками, пытаясь заметить то, что так заинтересовало Лукаса.

- Ничего. Я ищу опорные точки.

- Что, прости?

- Опорные точки Защитника. Нужны для построения Щита над крупными объектами или большими скоплениями людей,- спокойно ответил мужчина.

- Зачем?- насторожилась Ольга, оглядываясь, но на улице никого не было: слишком холодно для прогулок.

- Что-то надвигается, Оля,- он, наконец, перестал высматривать точки вверху и повернулся к ней. Складки то ли грусти, то ли напряжения пересекали его лоб, шрамы побелели. - Звери шепчутся, существа передают друг другу. Ты не заметила, сколько их тут появилось вокруг? Лес за Академией никогда не был так густонаселен.

- Нет, я не заметила,- растерянно ответила женщина. Да и она никогда не уделяла много внимания фауне вокруг. - Они прячутся?

- Они боятся, поэтому бегут туда, где, по их мнению, безопаснее всего. Сегодня утром толпа Лешиков чуть не сбила меня с ног,- хмыкнул Лукас, растирая голые ладони. - Орали тут, словно их пытались заживо утопить в болоте. Все говорят об одном: с запада идет что-то страшное и неотвратимое.

- Думаешь, скоро на нашем пороге появятся Правящие?- Ольга никогда не позволяла себе заблуждаться насчет своего народа, никогда не верила в нерушимость Купола, впрочем, как и десятки других Дозорных. Вся их служба, каждый день был подготовкой к тому моменту, когда магический заслон падет- и Правящие прорвутся в Северный город и его окрестности. Видимо, это время приближалось с неумолимой скоростью.

- Я просто готовлюсь защитить это место, если понадобится,- пожал плечами Лукас,- защитить тебя.

- Я вряд ли стану целью Правящих, если они все-таки доберутся сюда,- усмехнулась Ольга, оглядываясь и пытаясь представить, что здесь, во дворе Академии, в ее доме, появятся чужие, решившие все это уничтожить.

- Вряд ли они придут разбираться, кто тут и что делает, кто откуда и зачем,- мужчина снова стал угрюмым, словно позволил тяжести грядущего опуститься на его плечи. - Есть ли у Стеллы план на такой случай? Как спасать детей будем?

- План есть. По подземному ходу ответственные маги выведут детей к морю, а оттуда "Касатки" и "Киты" увезут их в Школу Трех Народов.

- Вот для этого я и ищу точки- чтобы дать людям время спастись.

- Джеймс сможет тебе помочь?

Лукас как-то хрипло рассмеялся, очень невесело:

- Если только Правящие дадут нам время и явятся лет через десять. Ему трудно дается обучение, хотя сдвиги, конечно, есть. Со мной не было так трудно.

- С тобой никогда и никому не было трудно, Лукас,- Ольга мягко коснулась его руки, даже сквозь варежку чувствуя, какая его ладонь горячая.

Он молчал, глядя куда-то в сторону, словно не находил, что возразить.

- Ты зачем-то решил оградить себя от людей, от всех, и я до сих пор не понимаю, почему,- тихо проговорила женщина, все еще сжимая его руку.

- Я не был один.

- Ну, конечно, прости, я забыла о толпах Лешаков, Ведьмаков и прочей нечисти, с которой ты по вечерам пил чай и отмечал праздники,- чуть резче, чем хотелось, ответила на его слова женщина. Ее злило, что Лукас отворачивается, что не смотрит на нее, по-прежнему прячется, хотя смысла в этом теперь, когда она все знает о нем, не было никакого. Она обошла его, ловя взгляд серых глаз своего друга, который так привык быть мучеником.

- Не надо,- он не хотел показывать ей свое лицо.

- У меня такое ощущение, что ты мечтаешь о том моменте, когда нагрянут Правящие. Я не позволю тебе принести себя в жертву, не позволю снова сбежать от жизни,- твердо сказала Ольга, снимая варежки, ловя руками его лицо и заставляя посмотреть на нее. - Хватит быть мучеником, Лукас! Оглянись: ты стольким людям тут нужен, а ты готовишься умереть, защищая дерево!

- И кому же? Кому я нужен?!- кажется, он разозлился, но Ольга знала, что уже пробилась сквозь его защиту. Не могла не пробиться.

- Мне. Лукас, ты нужен мне. Ты обещал быть рядом, обещал мне помочь со всем справиться,- напомнила женщина, не позволяя ему отвернуться. - Ты уже один раз трусливо сбежал...

- Ольга! Как я рад вас видеть!

Она вздрогнула и обернулась, отпуская Лукаса.

- Михей, что ты тут делаешь?- удивилась женщина, увидев, как к ней от дверей Академии спешит небольшого роста, поджарый темнокожий молодой человек. Ему было чуть больше девятнадцати зим от роду, но юноша уже многое видел в своей жизни: его семью- бабушку, дедушку, родителей, восьмерых сестер и братьев- прилюдно казнил Наместник Северных земель. Михея успели спасти Дозорные, и парень вырос на Каменном Утесе, не зная другого дома.

- Я слышал, что вы были недавно у нас в гостях, я очень расстроился, что не встретил вас,- захлебывался словами Михей, с все еще детским восторгом глядя на Ольгу. Она надеялась, что с годами его юношеская влюбленность пройдет, но, видимо, он пока просто не встретил достойной девушки.

Позади какой-то странный звук издал Лукас, и Ольга попыталась спрятать улыбку.

- Михей, это Лукас, мой старый друг,- представила она Дозорному стоявшего позади нее мужчину.

- Здрасьте!- веселый задор никак не мог оставить юношу, казалось, что еще чуть-чуть- и он замашет руками, взлетая от переполнявших его эмоций. Он едва бросил взгляд на угрюмого, похожего на тень, Лукаса.

- Так что ты тут делаешь, Михей?

- Да мы тут почти все, кто свободен. Ну, капсулы записывали,- Михей махнул рукой куда-то вверх, видимо, обозначая место пребывания "почти всех". - Мне-то не для кого оставлять запись, так что я освободился быстро...

- Все в комнате Дозора?- насторожилась Ольга. Если всех, кто свободен, привели записывать прощальные послания, значит, что-то случилось. - Михей, что произошло?- с каждой секундой она ощущала все больший страх, который подбирался к самому сердцу.

- Так... Ну, Кольцевой мыс уничтожен, никто не выжил, говорят,- тихо поделился новостями юноша, оглядываясь: видимо, пока это была закрытая информация.

- Мать-Природа,- Ольга прикрыла глаза, собираясь с мыслями и силами, чувствуя, как сзади ближе придвинулся Лукас, явно собираясь поддержать ее, если понадобится. - Никто?

- Нет. А еще... Дозорные говорят об активности на Пустынных островах, на востоке, кровососы готовятся к новому штурму Шемары и Шаары, чтобы снести Купол. Говорят, что это будет страшный штурм,- Михей уже не выглядел радостным и восторженным, явно переживая за друзей и за каждого в городе, который его спас и приютил. - А еще...

- И это не все?- прошептала как-то придушенно Ольга, находя и сжимая горячую ладонь Лукаса. Она могла предположить, что может добавить к рассказу Михей, но боялась это услышать.

- В город Наместника Северных земель прибыли Легаты, много. И еще корабли с кровопийцами, десяток. В питомниках проводят Посвящения, строят фабрики. Они...

- Они готовятся уничтожить Северный город и каждого, кто здесь живет,- сдавленно произнесла то, о чем уже догадывалась, Ольга. - Байрок сделает это, не считаясь с жертвами.

- У них не получится. Между ними и людьми стоим мы!- воинственно произнес Михей, и он действительно искренне верил, что сможет остановить полчища Правящих, если им удастся прорваться через купол. - Капитан сейчас разговаривает с Советом Академии, а еще он пойдет к эльфам в город, а нам приказал записать капсулы и задания...

- Задания!- Ольга вдруг подскочила, словно ее ударили. Она вдруг вспомнила то, о чем всегда знала, но в свете последних событий совершенно забыла.

- Задания?- не понял Лукас, впервые заговорив.

- Да! Лукас, каждый Дозорный, отправляясь на задание, записывает то, что ему поручено, в архив, в котором затем фиксируется выполнение. Это рутина, на самом деле, но как я могла об этом забыть?!

- Оля, я не понимаю!

- Я тоже,- сознался Михей, явно недовольный, что ее внимание переключилось на Лукаса.

- Нужно найти Капитана!- мысли Ольги, схватившись за ускользавшую от нее информацию (или скорее, она старалась меньше думать о Дозоре, который навсегда будет связан с Элиотом). - Михей, спасибо! Лукас, идем скорее!

- За что? Куда вы?- расстроено крикнул вслед взрослым Дозорный, но она не стала оборачиваться и объяснять, к тому же Михею не стоит знать о том задании, которое интересует Ольгу.

Они стремительно вошли в холл Академии; Лукас молчал, не задавая больше вопросов. Ольга не была уверена, что он понял, о чем она говорила, но, видимо, решил просто идти за ней. От этого доверия на секунду в горле перехватило, но от этих чувств- почти забытых, давних- ее отвлек вышедший прямо на них из мерцающего прохода Капитан. Выглядел он достаточно сурово и даже как-то ожесточенно, ястребиные глаза цепко оглядывали все вокруг.

- Ты как раз мне и нужен!- Ольга налетела на мужчину, радуясь, что не пришлось долго его искать.

- Привет. У меня не очень много времени. Ты решила вернуться в Дозор? Не самое подходящее время, но я был бы рад любому человеку сейчас.

- Нет, мне нужно, чтобы ты просмотрел одно старое задание Дозорного. Срочно,- она уже рисовала в воздухе дверь. - Это важно.

- Ты знаешь, какое задание было у Элиота,- настороженно ответил Капитан.

- Да при чем тут Элиот?!- она вздохнула, надеясь, что Фрей не рассердится, что она открыла дверь и не воспользовалась ею. - Идем, я все расскажу.

- Ладно,- Капитан покачал головой и первым вошел в проход, исчезая в недрах Древа.

- Задание Электры записано где-то?- уточнил Лукас, наконец, догадавшийся о том, какая мысль пришла в голову Ольге.

- Да, но я забыла о том, что каждый Дозорный, отправляясь на Шемару, Шаару или за Купол, должен записать свое задание. Доступ к архиву есть только у главы Дозора. Идем,- и она тоже шагнула в открытую дверь, оказываясь на внутренней лестнице.

Капитан уже вошел в комнату Дозора и, кажется, старался быстро выпроводить всех, кто там еще оставался: один за другим на лестницу вышли или вывалились девять человек.

- Оля, привет!

- Ольга, мое почтение!

- Как давно не виделись!

- Ты вернешься?

Она попыталась всем улыбнуться, никого не пропустить, при этом осторожно протиснулась мимо. За ней тенью шел Лукас, но его почти не замечали.

- Ребята, простите, все потом,- из комнаты выглянул Капитан, и Дозорные сразу подобрались, шум стих- и они начали подниматься по лестнице вверх: мерцающие двери в Академии могли открывать только те, кто жил здесь. - Заходите.

Ольга и Лукас вошли в полумрачную комнату, Капитан плотно затворил за ними дверь.

- Позитивное место,- тихо хмыкнул Защитник, и Ольга дернула уголком губ: наверное, старый друг впервые попал сюда. Ей всегда было не по себе, когда она входила в эту комнату, зная, что отсюда на Шемару отправился Элиот. - И где тут архив заданий?

- Перед вами,- Капитан указал на круглый стол посреди комнаты, с маленькой выемкой посередине. Мужчина расстегнул плащ и достал из-под вязаного свитера (чувствовалась рука Изергиль) треугольный камешек с отверстием посередине, через которое был продет шнурок. - Это ключ, передается от Капитана к Капитану уже давно, все боюсь потерять.

Ольга подошла ближе, наблюдая, как начальник Дозора вставляет свой ключ в выемку и слегка поворачивает. С тихим шорохом над столом начало что-то появляться, проявляться, но это не был человеческий образ, как в капсулах Дозорных. Спустя несколько мгновений стало ясно, что это книга, и она не осталась лишь дымкой: перед ними в тусклом свете звезд, падающем с потолка, повисла древняя, очень толстая книга в потертом переплете. На обложке светились три руны эльфов.

- Это имена первых трех Дозорных: Маргарита, Павел и Яков,- пояснил Капитан, протягивая руку и открывая обложку, даже не касаясь книги. - Итак, что за задание мы так поспешно ищем?

- Оно было записано лет двадцать назад, может, чуть раньше, может, чуть позже.

- Имя?

- Электра Тедис, это было ее последнее задание,- Ольга переглянулась с Лукасом: тот придвинулся ближе, наблюдая за тем, как под пальцами Капитана невесомо листаются десятки страниц.

- Задания можно искать как хронографически, так и по имени исполнителя,- сухо заметил глава Дозора, останавливаясь на одной из страниц. - Вот. Наверное, вы это ищете,- он сделал шаг назад, позволяя Ольге прочесть то, что записали в архив много лет назад.

Буквы словно мерцали в книге голубым сиянием, и это было, наверное, красиво, но ее сейчас мало интересовала эстетика.

- Неудивительно,- пробормотала она, оборачиваясь к Лукасу. - Ее отправили в Красный город с заданием: выкрасть наследника Байрока, когда тот будет выбран, и передать магам.

- Эта идея посещала каждого руководителя Дозора или Главу Совета Академии. Воспитать наследника Водного мира, а потом вернуть Правящим,- кивнул Капитан. - Внизу значок стоит, видишь? Задание выполнено.

- Ну, конечно, ведь Лектус все-таки оказался здесь,- согласилась Ольга.

- Нет, ты не поняла. Задание выполнено давно,- покачал головой Дозорный, снова подходя к книге и прикасаясь пальцем. - Записывая сюда миссию, исполнитель связывает себя с этой страницей, и когда задание будет выполнено, книга сама занесет данные об исполнении. Данные о результате этой миссии занесены около четырнадцати лет назад... Интересно...

- Что?

- Я сразу не заметил: двойная руна.

- Руна?

- Да. У этой Электры было еще одно задание, и она была не одна.

- Можете узнать подробнее?- Ольга нашла руку Лукаса, сжимая: ей казалось, что они тянут за ниточку, которая все сильнее разматывает клубок тайн вокруг наследников Первого Правителя. И эльфы явно в курсе событий, ведь именно эльф направил на задание Электру, и именно он скрыл истинную миссию девушки и тех, кто отправился в Водный мир вместе с ней.

- Интересно,- снова проговорил удивленный Капитан, проводя какие-то манипуляции пальцами. - Здесь явно мало моих полномочий.

Воцарилась тишина.

- Эльфы,- выдохнула она почти с презрением и обернулась к Лукасу. - Найди, пожалуйста, Ярика. Срочно.

- Думаешь, Глава Дозора как-то закрыл доступ к информации тем, в ком нет крови эльфов в достаточном количестве?- уточнил Капитан, когда Лукас, ничего не сказав, вышел на лестницу.

- Уверена,- кивнула Ольга: она слишком давно наблюдала за природными магами и знала, как они хорошо умеют хранить свои тайны. - И нам нужно узнать, что же именно должна была сделать Электра. А главное: почему ее задание считается выполненным так давно, если Лектус только недавно попал в Северный город.

Мужчина кивнул, снова повисло молчание. Ольга села за стол, устало глядя перед собой. Она не хотела думать о своем последнем визите в эту комнату, не хотела опять будить боль.

- Задание Элиота было выполненным.

Она подняла глаза на Капитана, вздохнув.

- Михей рассказал о Кольцевом мысе, о Пустынных островах и о Легатах,- созналась она, замечая, как ястребиные глаза Дозорного тут же сужаются, становятся почти злыми.

- Этот мальчишка хуже Лешиков! Нам только паники не хватает.

- Я никому не скажу, думаю, Стелла знает, что нужно предпринять.

- Она, как и ты, понимает всю силу угрозы. Скоро падет Океанариум, и мы останемся одни.

- Есть еще Школа Трех народов,- напомнила Ольга.

- Анастас уже отбыл на остров предупредить всех, Святка тоже там, они будут готовы принять, кого смогут, но им нельзя вмешиваться, иначе негде уже будет спастись и некому будет потом восстанавливать город,- покачал головой Капитан.

- Эльф и Бессмертная полу-Юварка- прекрасная пара для того, чтобы возглавить очередное спасение человечества,- усмехнулась женщина, качая головой: Анастас был другом Эйлин, таким же много веков назад изгнанным из племени за связь с человеческой женщиной эльфом, а Святка... Святка же была просто несчастной, родившейся не у той матери и полюбившей не того мужчину. Ольга встречалась с ними всего однажды.

- Что случилось на этот раз?- в комнату вошел Ярик, непривычно хмурый: опять уже влез в чьи-то мысли и узнал о том, что силы Правящих сжимаются вокруг города. За ним по пятам следовал Лукас, безмолвный свидетель происходящего.

Ольга коротко пересказала ему об архивной книге с заданиями и позволила прочесть то, что там написано.

- Что ж, надеюсь, моей крови хватит, чтобы открыть секреты Электры. Кстати, я ее не раз видел в Красном городе, сногсшибательная женщина, и очень интересная,- поделился Ярик, касаясь пальцем двойной руны. - Вот это да! И все-таки я был прав!

- Что?- Ольга и Лукас подались вперед, чтобы прочесть написанное, но не смогли. - Опять руны!

- Здесь написано, что Электра и Мастер Уз отправлены в Красный город с вполне конкретной миссией: Электра должна родить от Байрока наследника и отдать ребенка связному, чтобы тот отвез будущего Правителя Водного мира на воспитание в Северный город. Задание выполнено!- Ярик недоуменно переводил взгляд с присутствующих людей. - Мастер Уз! Это все объясняет! Но как она нашла силы на такое согласиться?!

- Мастер Уз?- не понял Лукас, вмешавшись в разговор.

- Очень редкий вид магов, встречаются реже, чем Защитники,- пояснил Ярослав, снова бросив взгляд на книгу. - Они могут скреплять чувствами человеческие судьбы, ну, и не только человеческие. Если просто- скрепить любовью мужчину и женщину.

- Заставить полюбить?- не понял Лукас, и Ольга перехватила его угрюмый взгляд.

- Нет, не совсем. Он знает предрасположенности людей, понимает, кто с кем сможет быть... соединен, и просто совершает свою магию, высвобождая их чувства.

- Никогда о таком не слышал,- Капитан тоже был немного заинтригован.

- Мастера Уз очень слабые маги, они копят свои силы десятилетиями и за жизнь могут применить их один-два раза. Обычно первый ритуал готов годам к сорока жизни, второй- еще лет через двадцать-тридцать. Поэтому, чтобы их не осаждали несчастные в любви или одинокие люди, они скрывают свои способности,- пояснил Ярик. - И я не знаю ни одного живого Мастера Уз.

- Получается, что этот Мастер нашел среди девушек Дозора ту, в которую мог бы влюбиться Байрок,- попробовал систематизировать услышанное Капитан,- и отправился с ней через весь мир, чтобы соединить их этими узами любви.

- Которые, кстати, действуют до сих пор, несмотря ни на что,- вставил Ярик.

- И она понимала, что полюбит самого злейшего своего врага,- тихо проговорила Ольга,- и что ей придется отдать своего ребенка.

- Примерно так,- кивнул Ярик.

- Внимание: вопрос,- Лукас в упор смотрел на Ярика,- если задание было выполнено четырнадцать лет назад, то кто он, наследник Байрока, и где он теперь?

## Глава 9. Открытия


Алексис вышла из класса, все еще встряхивая рукой: слишком ярко вспыхнувшее пламя обожгло кончики пальцев. Если управление водой или воздухом все еще с трудом выходило, то огонь поддавался самому легкому воздействию, иногда причиняя ущерб не только окружающей обстановке, но и ей самой.

Девушка подняла глаза в поисках Джима: они редко встречались в коридорах, и он вечно где-то пропадал то с Ксенией, то с ее братом. Коридор был практически пуст: на перерыв выходили не все классы, многие занимались без паузы, а поэтому было легко понять, что Джеймса тут нет.

А вот Принц собственной персоной стоял у окна с отсутствующим видом, сложив на груди руки. Лекси вздохнула: она надеялась, что сможет передать все через брата. Что ж, придется говорить непосредственно с Лектусом.

- А где Джеймс?- она подошла, в очередной раз выдержав его ледяной, пронизывающий взгляд. Что творится внутри этого парня? Невозможно же все время быть равнодушным и холодным, как айсберг, он же все-таки человек, а не кровопийца. По крайней мере, он так говорил.

- С Ксенией,- коротко ответил Лектус, не меняя позы, только пристально глядя на нее. Алексис бы смутилась, если бы не была так упряма: не заставит он ее отвести взгляд, зазнайка!

- А Ксения где?- решила не отступать девушка, подняв брови: щипцами из него тянуть все, что ли?

- Присутствует на закапывании в землю трупа старика,- ни один мускул не дрогнул на лице Принца, и Алексис захотелось его поколотить. - А сейчас-то за что?

- Что?- не поняла девушка, заметив, что Лектус впервые проявил интерес к разговору.

- Когда ты готовишься меня ударить, у тебя брови сходятся на переносице,- кажется, он смеялся над ней, хотя на лице так и не появилась улыбка. Странный человек.

- Неужели ты совсем не расстроен тем, что твой воспитатель умер?- она засунула руку в карман, сжимая причину того, что они вообще сейчас разговаривают. - Почему не пошел попрощаться, как Ксения?

- Попрощаться? С чем? С разлагающимся телом?- кривая усмешка все-таки пересекла его лицо. - Глупая человеческая привычка.

- Дурак ты, Принц,- покачала она головой: Алексис бы многое отдала, чтобы иметь возможность похоронить родителей и попрощаться с ними. Она вздохнула и вынула из кармана сверток, протягивая его Лектусу.

- Что это?- он не спешил взять, и Лекси буквально силой вложила в его руку посылку.

- Несколько дней назад я встретила его, вашего воспитателя, и он попросил передать тебе это, но я забыла,- призналась Алексис. - Вот, выполняю его просьбу.

Принц некоторое время смотрел на небольшой сверток, который умещался у него на ладони.

- Не откроешь?- ей было очень любопытно узнать, что там.

- Если тебе так интересно, сама бы посмотрела,- Лектус дернул уголком губ и сорвал верхнюю бумагу. Ей показалось, что сделал он это не потому, что сам хотел увидеть, что прислал ему уже погибший старик.

- Это лошадка?- Алексис подалась вперед, разглядывая вырезанного из темного дерева коня. - Твоя любимая игрушка?

Лектус поднял на нее тяжелый взгляд:

- Единственная.

Она молчала, не зная, что сказать, горло почему-то сжалось от эмоций. Наверное, это жалость к ребенку, у которого из игрушек была только вот эта лошадка, а из близких людей- однорукий старик, которому так и не удалось научить мальчика доброте.

- Ты плачешь?- он был явно изумлен, а Алексис сердито отвернулась, смахивая предательскую слезу: ей вдруг стало так жаль умершего старика, явно любившего Принца и его сестру, и жаль наследников Байрока, росших без такого нужного детям родительского тепла. - Эй.

Она обернулась, пораженная тоном его голоса: Лектус стоял совсем близко, непонимающе глядя на девушку.

- Он был очень хорошим, твой воспитатель,- прошептала она, глядя в глаза Принцу.

- Нет смысла уже говорить об этом,- он пожал плечами, и Лекси впервые почувствовала фальшь в его словах. Так что же творится внутри тебя, дикий зверь?

- А ты и не говоришь,- буркнула она в ответ, проходя мимо него и останавливаясь у окна. Ей не хотелось больше обмениваться с ним короткими пустыми фразами, тем более показывать свои слезы.

- Как ты себя чувствуешь?

- А тебе какая разница?- Лекси даже не стала оборачиваться, хотя была немного удивлена вопросом: обычно Лектуса беспокоило только состояние его сестры. - С чего такая забота?

- Перепады твоего настроения в очередной раз доказывают, что ты ни капли не приблизилась к Правящим,- хмыкнул он. - К тому же Правящие не плачут, как и Посвященные на конечных стадиях Пути.

Она замерла, не понимая, зачем он это рассказывает. Алексис слышала, что кровопийц называют бесчувственными, но никогда над этим не задумывалась. Может быть, поэтому Принцу настолько наплевать на смерть воспитавшего его человека?

Девушка уже собиралась обернуться и посмотреть в лицо парня-загадки, когда на ее глазах внизу, за окном, из леса вышел и упал зверь. Белый его мех был покрыт кровью, и за ним тянулся красный, страшный след.

- Кот!- придушенно закричала Алексис, бросаясь прочь от окна, и попала прямо в руки Лектуса, который поймал ее, вцепившись в плечи длинными бледными пальцами.

- Ты что?- он встряхнул девушку, и только тогда она заметила, что ее трясет.

- Ирбис ранен! Пусти!- она ударила Принца, отшатываясь. Быстро нарисовала странный, неуклюжий проем и нырнула в него, буквально вываливаясь в холле.

- Что это еще...?- начал ругаться Фрей, но Лекси настолько быстро оказалась на улице, что даже не услышала конца фразы.

Снег холодил ноги в туфлях, но девушке было плевать: она бежала по сугробам, выбрав самый короткий путь к лежащему на снегу, истекающему кровью ирбису.

Это был он, ее друг, но зверь не шевельнулся, когда Алексис упала рядом с ним на колени, приподнимая руками голову.

- Очнись! Пожалуйста!

- Отойди.

Она не поняла, как, но через секунду уже стояла в стороне, поставленная на ноги сильными руками. Слезы застилали глаза, но Алексис четко видела, как Лектус осторожно, очень бережно берет на руки окровавленного зверя и быстро идет к Древу, сгибаясь под тяжестью животного.

Лекси всего секунду стояла, а потом бросилась за ними. Слов не было, да и зачем сейчас слова? Она взбежала по ступенькам и открыла дверь, чтобы Принц внес внутрь ирбиса.

- Это еще что за...?

- Госпиталь!- крикнула Лекси, рисуя в воздухе проем.

- С животными нельзя!- простонал древесный дух, но все же позволил Лектусу с его ношей пройти сквозь свечение.

Навстречу им практически сразу поднялась Эйлин: видимо, мать Ярика сегодня дежурила.

- На стол!- скомандовала она без лишних слов, указав Принцу на покрытую белой тканью поверхность у сложенных ширм. Парень положил кота и сделал шаг назад, держа перед собой покрытые кровью руки.

- Кот,- Алексис наклонилась над окровавленным зверем, слезы падали на его шерсть и пропадали там. - Помогите ему!- закричала она, сжимая в руках большую бессильную лапу.

- Лектус,- кротко кинула Принцу эльфийка, но Лекси не поняла сказанного, пока Лектус не обнял ее за плечи.

- Отойди,- его голос был тверд, он приказывал, увлекая девушку за собой силой. - Ты мешаешь!- рыкнул он, когда Алексис попыталась отбиться. - Дай помочь.

Она сделала шаг назад, потом еще один, не сводя глаз со своего пушистого друга, единственного настоящего друга с момента гибели их племени, смерти родителей. Мать Ярика уже склонилась над зверем, водя руками, но не прикасаясь.

- Фрей, Сфинкса сюда, немедленно!

- Зачем?- дрожащим голосом спросила удерживаемая на месте Принцем Лекси. Зачем сфинкс? Она не понимала. Почему они не лечат кота?!- Помогите ему!!!

- Я это и пытаюсь сделать,- мягко ответила Эйлин. - Зверь выживет, Алексис, я обещаю.

- Делайте что-нибудь,- прошептала она, пытаясь унять дрожь и остановить поток слез. - Он мой друг.

- Я знаю, дорогая, я знаю.

Она вздрогнула, когда в госпитале бесшумно появился величественный Сфинкс. Мягко ступая, он обогнул стоящих Лектуса и Алексис, остановился у стола, чуть склонив на бок огромную голову.

- Освободись, заблудшая душа, пусть обретет покой твой яркий облик, пусть исцелится зверь лесной, так облюбованный тобой, пусть в лес вернется он свободным,- заговорил, или скорее запел Сфинкс. Алексис дернулась, чтобы закричать, чтобы заставить их что-то делать, а не рассказывать стихи над истекающим кровью ирбисом, но Лектус удержал ее, прижав холодную ладонь ко рту, буквально впечатав ее спиной в его грудь. - Найдешь другой теперь приют, Семья поможет Воцариться, а зверя ты покинь теперь, пора в леса ему родные возвратиться,- Сфинкс чуть подался впереди и словно сильно втянул воздух ноздрями, поднимая голову вверх.

Алексис снова дернулась, но в следующее мгновение замерла: над телом ирбиса появилась голубоватая дымка, она становилась все более осязаемой, оформленной в голубую сферу, пока окончательно не отделилась от кота, повиснув на уровне глаз Сфинкса.

- Мороки уже в пути, моя прекрасная Эйлина, пока же слушайте его, я помогу прервать молчанье. Запрещено им говорить с людьми, то древние запреты, но должен я вам передать от духа ирбиса секреты...

Что? Это душа ирбиса? Алексис боялась даже моргнуть, глядя на свечение, которое неярко переливалось, зависнув в воздухе. Эйлин, кажется, в этот момент исцеляла зверя, водя руками над его ранами.

- Течет чужая кровь Владык по жилам ворога из Древа, повелевает птицей он, совой, что вырвется из плена, они вдвоем несут беду, уж близок час святого боя, на след кота напав, ваш враг нанес удар, чтоб упокоить, но зверь силен, и зол, и дик, и он сдаваться не привык, он отбивался, рвал он плоть, чтоб смерть и подлость побороть, он шел часами, чтоб скорей дойти и биться рядом с ней,- Сфинкс повернулся и пристально взглянул прямо в глаза Алексис. Девушка застыла, не осознав даже части из того, о чем сказало волшебное существо. - Свободен друг отныне твой, теперь же дело за тобой.

- Надо же,- Лектус, кажется, был впечатлен или, по своей дурной привычке, насмехался, но Сфинкс уже двигался прочь, а ему навстречу из появившегося проема вышли три огромных волка.

- Алексис, Лектус, вам лучше пока уйти,- заметила Эйлин, и это звучало как приказ.

- Но ирбис...!- девушка дернулась к столу, но Принц все еще крепко держал ее. - Пусти! Что вы с ним сделали?!- она указала на странное свечение над телом зверя.

- Дали сил, чтобы он поправился,- эльфийка погладила кота по голове. - Ирбис был мороком,- объяснила Эйлин, видимо, решив не дожидаться новых вопросов,- обычно мороками становятся волки,- она кивнула на застывших у стола животных,- но случается, что дух Воцаряется в другого зверя, если рядом не оказывается свободного носителя-волка.

- Морок? Зверь, который, по заверениям местных, раньше умел говорить?- уточнил с некоторым скепсисом Принц. - Одаренный интеллектом?

- Да, древнее создание, но они и сейчас умеют говорить, просто уже несколько столетий они хранят Молчание, не разговаривают с людьми,- пояснила с легкой улыбкой эльфийка. - Да и с эльфами тоже, но Дух, живший в теле ирбиса, видимо, настолько привязался к Алексис, что косвенно нарушил Запрет и передал рассказ о том, что с ним произошло.

Самый крупный морок повернул голову к Эйлин, и Алексис показалось, что в глазах его сверкнул вполне человеческий гнев.

- А теперь вам лучше уйти,- более настойчиво произнесла мать Ярика,- ирбиса скоро перенесут в зверинец, где он будет поправляться. Ты сможешь потом его навестить. Идите!

Алексис хотела возразить, но Лектус сжал ее руку, буквально втянув в уже созданный дверной проем.

Она хотела закричать от злости, но сил не было: девушка осела на деревянный пол спальни мальчиков, куда ее привел Принц. Это их с Джеймсом комната, и Лекси была бы рада сейчас оказаться рядом с братом, но того все еще не было.

- За что его так?- прошептала она, понимая, что нужно выговориться, тело все еще тряслось от страха за близкое существо. Девушка подняла глаза на стоящего над ней Лектуса и вздохнула, наткнувшись на ледяной взгляд. - Давай, начни читать лекцию о том, как глупо плакать из-за ранения лесного зверя.

- Вставай, пол жесткий,- вместо этого произнес парень и легко поставил ее на ноги. Она не могла понять его поведения и смены настроений. Наверное, вопрос был написан на ее лице. - Этот, как ты говоришь, лесной зверь и меня однажды спас, если ты помнишь,- пожал он плечами. - Да и кто я такой, чтобы судить людей за их привязанности?

- Надо же,- прошептала Алексис, пораженная услышанным. - Раз ты в хорошем расположении духа, может, поделишься мыслями по поводу того, что сказал Сфинкс? Я ничего не поняла.

- В принципе все просто, но насколько бы всем облегчило жизнь, если бы звучали имена и внешние данные "ворогов", и не пришлось расшифровывать,- он усмехнулся, сложив на груди руки. - Видимо, Сфинкс намекал на моего мифического брата, который, судя по всему, превращает девушек в птиц. Этот субъект отличается какой-то особой гениальностью, ведь птицы положены в основу только ему известного плана по захвату мира. По версии Сфинкса, твой кот подслушал их, проследил, может, даже увидел следующую дурочку, которая покроется перьями и разобьется. И этот самый ворог решил быстренько избавиться от свидетеля, но не получилось.

- Погоди,- Лекси тряхнула головой, не совсем уверенная, что правильно поняла стоящего перед ней парня. - Твой брат? У тебя есть брат?

Лектус некоторое время молчал, изучая ее лицо, но Лекси не отвела взгляда.

- Это долгая история с кучей предположений, большую часть из которых построил Ярик,- пожал он плечами, явно пытаясь снова скрыть свои истинные чувства за легкостью тона. Странно, когда она научилась замечать фальшь в его голосе?

Она хотела задать массу вопросов, чтобы пробиться к нему и узнать, что же на самом деле происходит, но тут взгляд ее упал на кровавые пятна, покрывшие рубашку и руки Принца.

- Вопросов не будет?- с удивлением заговорил Лектус первым.

- На тебе слишком много крови,- прошептала Алексис, протягивая руку и касаясь красного рукава. К горлу опять подступил ком, и она отвернулась.

- Эйлин же сказала, что он поправится,- заметил парень, словно прочитав ее мысли. Девушка вздрогнула, почувствовав прикосновение к своему плечу. Он тут же убрал руку, но Алексис резко повернулась, чтобы увидеть выражение его лица. На одно единственное мгновение ей показалось, что в ледяных глазах мелькнуло то, чего никогда не испытывают Правящие и их отпрыски: сочувствие. - Что?

Она ничего не ответила, делая шаг вперед, словно пытаясь догнать ускользающее из его глаз чувство, потянулась, встав на цыпочки - и на мгновение коснулась губами его холодных, упрямо сжатых губ.

- Неожиданно,- прокомментировал Лектус, и Алексис тут же залилась краской, отступая.

- Идиот,- прошипела она, начиная злиться на себя за глупый импульсивный поступок.

Он вдруг улыбнулся - словно ослепительная вспышка света ударила по глазам, схватил ее за руки и прижал к себе, целуя в ответ: только это не был ее невинный поцелуй. Это было по-настоящему, и Лекси даже опешила, потому что так ее никогда еще в жизни не целовали, даже предатель Луи, которому она так просто доверилась.

Алексис попыталась оттолкнуть его, пока не зная даже, как отреагирует, но крепкая рука перехватила ладонь, сжавшись на запястье. И ее словно ударило током, странная волна, но уже отдаленно знакомая, прокатилась по телу легким жаром.

- Твои глаза,- прошептала Лекси, больше не пытаясь вырваться: ее заворожил серебряный блеск его глаз, который она уже видела: когда он впервые прикоснулся к ее шрамам, оставленным Кинжалом. Он вздохнул и сдвинул пальцы, удерживавшие ее руку: блеск быстро исчез, но Алексис не могла пошевелиться, тяжело дыша в его объятиях.

Она обнимается с сыном Кровавого Байрока! Она целовалась с Принцем Водного мира!

- Я знаю, о чем ты думаешь,- усмехнулся он над ее ухом, тихо-тихо, едва слышно.

- Это из-за нашей связи, ну, из-за твоей крови во мне,- пробурчала Алексис беззлобно в его плечо, несмело прижимая ладони к его груди.

- Безусловно из-за этого,- его грудь затряслась от легкого смеха, и он отступил, отпуская ее. - А теперь мне пора.

- Ты не объяснил про брата,- напомнила девушка, глядя в его глаза. Ей почему-то хотелось улыбаться.

- Не имею привычек рассказывать сказки и предположения с тысячей "если",- пожал Лектус плечами. Он порылся в своем кармане и выудил вещицу, которую Алексис уже не только видела, но и испытывала на себе.

- До сих пор не понимаю, как он оказался снова у тебя, ведь Ольга конфисковала компас,- заметила Лекси, подходя ближе и глядя на удивительный предмет. - Зачем он тебе сейчас?

- У меня есть вопросы, и я знаю, где получить на них ответы.

- Ты говоришь, как Сфинкс,- упрекнула его девушка, чувствуя тревогу при взгляде на решительное выражение лица Принца. - Куда ты собрался?

- Я хочу поговорить с матерью.

- С ума сошел?!- она вцепилась в руку Лектуса. - Они схватят тебя и запрут!

- То есть ты боишься не того, что я сбегу и расскажу все, что знаю об этом месте, а того, что случится со мной?- он удивленно поднял бровь, кажется, опять смеясь над ней.

- Не ходи, они не дадут тебе вернуться.

- Лекси,- он вздохнул, и ее имя прозвучало словно шелест ветра,- здесь верят в то, что моя мать была членом Дозора, отправленным на задание в Красный город много лет назад. У местных волшебников есть записи, где говорится о том, что Электра посредством магии влюбила в себя Байрока, родила от него сына и отправила принца сюда, в Северный город, на воспитание. И это был не я. И теперь дядька с гривой и крыльями утверждает, что душа твоего кота видела якобы моего брата, который строит планы по разрушению купола и уничтожению Северного города. И правду знает только один человек, или давно не человек.

- Твоя мать,- прошептала Алексис: часть этой истории она слышала от Ксении, но не думала, что все настолько запутанно.

- Мне нужны ответы. Если сказка Сфинкса окажется правдой, то нужно быстрее узнать о моем якобы брате.

- А если она не скажет? И ты окажешься там пленником?- с волнением спросила Алексис, вцепившись в руку Принца.

- Пока меня нет, постарайся удержать твоего братца от одиссеи во имя моего спасения,- усмехнулся Лектус.

- Нет, ты не пойдешь туда,- покачала она головой, еще крепче впиваясь в руку парня. - Если ты исчезнешь, все решат, что ты предал город и друзей.

- И что?

- Если ты вернешься, то тебя могут не принять обратно, судить за измену...

- Я не боюсь.

- Я знаю,- вздохнула Алексис,- поэтому я пойду с тобой.

- Нет,- глаза его стали ледяными.

- Да. Я смогу доказать твою невиновность здесь, и там... там ты что-нибудь придумаешь, чтобы объяснить кровососам, что за новообращенную ты с собой притащил,- пожала она плечами, скрывая за легкостью тона свое волнение.

- Нет.

- Да!

- Еще час назад ты шла по коридору и искала возможность не говорить со мной, а теперь собралась закрыть меня собой от всего мира?

- Будем сейчас стоять здесь и обсуждать переменчивость моих настроений?- пришел ее черед посмеяться над ним. - Что ты хочешь от меня услышать?

- Что я ужасный сын кровавого вождя кровососов, мерзкий, холодный, бесчувственный...?

- Дурак,- покачала она головой, почему-то опять улыбаясь, потом, неожиданно для него, выхватила его компас и отпрыгнула в сторону. - Ты не пойдешь туда один, я способна удерживать тебя, пока не вернется Джеймс. Он точно не позволит тебе идти туда одному, а у моего брата шансов выжить в Красном городе нет.

Лектус молчал, долго смотрел на нее, но Алексис не собиралась сдаваться. Конечно, это сумасшествие - лезть в самый страшный город на этой земле, откуда она еле вырвалась, где ее может ждать смерть. Но, глядя на Принца, она почему-то была уверена, что он ее защитит, ничего не случится. Ей было страшно- за него, и это пугало, но одновременно наполняло ее странной эйфорией. Словно она вдруг поняла то, что так долго скрывала от себя и чего боялась.

Но за него она боялась больше, чем его самого, и это придавало мужества.

Принц все еще молчал, потом сделал шаг к тумбочке Джеймса и начал там рыться.

- Ты решил провести ревизию вещей моего брата?- хмыкнула Алексис, сжимая в руке компас: надо быть настороже, иначе Лектус что-нибудь выкинет, чтобы было так, как хочет он.

- Нет,- он повернулся с носком в руке, и на его ладонь из этого предмета гардероба ее брата выпало кольцо. Он протянул кольцо ей, очень строго глядя в глаза:- Ты будешь слушаться меня беспрекословно, молчать и делать все, что я тебе скажу, даже если тебе это не понравится.

- Да, мой Принц,- прошептала она, ощущая страх и волнение, которые порождали в ней адреналиновую бурю и смелость.

- Ненормальная,- произнес он в ответ, буквально налетая- и второй раз за последний час целуя ее в губы. - Твой брат убьет меня.

- Ему сначала придется пережить четыре стихии,- ответила она, тяжело дыша и позволяя ему взять из ее руки компас. - Мы отправляемся прямо сейчас?

- Да,- он сжал ее руку, и в этот момент, как никогда, напоминал холодного, отстраненного и очень сильного наследника Водного мира. - Помнишь свое обещание?

- Да, но ты уверен, что мы сможем попасть в город отсюда, ведь между нами почти вся планета.

- Не узнаем, пока не попробуем,- пожал он плечами- и темнота резко надвинулась на них.


- Из-за тебя я проспорила!

Истер даже отшатнулся и стукнулся головой о закрывшуюся за ним дверь вольера, когда изнутри на него налетела сердитая Гретта Фауст. Какого лешего она тут вообще делает?!

- Меня должно это сильно волновать?- буркнул полукровка, обходя девушку и натыкаясь взглядом на все еще живое свидетельство жестокости кровопийц. - Чего ты трешься рядом с моим Сакраном?

- Твоим?- фыркнула Гретта, явно не собиравшаяся оставить его в покое. Истер решил не обращать на шумную девицу внимания: подошел к потрепанному зверю и сел рядом, чувствуя на себе жгучий, укоризненный взгляд подопечного. Выглядел Сакран чуть менее мертвым, чем несколько дней назад, но все равно было странно, что он все еще дышит при таких ранах. - Знала бы я, что ты такой дурак, ни за что бы не стала спорить!

- Я очень тебе сочувствую,- язвительно прокомментировал Истер, желая, чтобы она просто убралась отсюда. - Ты закончила предъявлять мне претензии?

- Я только начала! Ты такой олух! Как ты можешь приходить к магическому существу и даже не заглянуть в какую-нибудь книгу, чтобы узнать о нем подробнее?! Какой ты тогда повелитель темных существ?!

- Сама читай свои книги.

- Мать-Природа, да пусть на него дерево упадет!- буквально затопала ногами Гретта. - Я проспорила Диане, уверенная, что ты хотя бы поинтересуешься, к кому тебя приставили, но я была слишком высокого мнения о твоих умственных способностях.

- Дети, шум мешает мне брести по дороге света.

Истер не сразу осознал, что образовавший слова гул производил стоящий рядом с ним Сакран. Ну, хоть язык ему не вырвали проклятые кровососы!

- Да ты еще и вслух разговариваешь,- заметил полукровка, не вдаваясь в смысл сказанного.

- Когда колдун из рода Конде и волшебница-следопыт переплетутся, заговорят темные существа, и светлые существа, и камни заговорят.

- Ты произнес пророчество!- подпрыгнула неугомонная девица и буквально повисла на шее бедного зверя. Вряд ли это поможет Сакрану поправиться.

- А это было пророчество?- с сомнением посмотрел на Гретту Истер, пытаясь сдержать себя, чтобы не оттащить девчонку от магического существа.

- Если бы ты потрудился прочесть хоть что-то о Сакранах дополнительно к тому, что рассказали мы с Дианой, то ты бы не был сейчас таким ослом!- фыркнула Фауст, садясь по другую сторону от зверя.

- На себя посмотри, гордячка!

- Я гордячка?!- вспылила девушка, и Истеру даже захотелось рассмеяться, но он вдруг поймал на себе взгляд Сакрана, отступил и закрыл рот.

- Ты..?

- Читать надо больше, твердолобый недо-кровопийца!- хмыкнула Гретта, сложив руки на груди и явно чем-то очень довольная. - Какой он, твой Сакран?

- В смысле "мой"? У тебя глаз нет?- более спокойно спросил полукровка, все еще глядя на преобразившееся как-то незаметно животное.

- Сакран- метаморф! Каждый видит в нем отражение себя, как говорят, своей души в данный период времени,- вздохнула Гретта, объясняя, словно ребенку. - Для каждого он свой, но, конечно, что-то общее есть, ведь он огромный черный кот с золотыми когтями. Ну, по крайней мере, раньше был с когтями.

- То есть... эти раны... вот это его состояние... - Истер не мог подобрать слов, пристально глядя на зверя, который как-то очень плавно снова принял прежний облик.

- Я не вижу ран,- покачала головой Гретта, чуть улыбаясь,- но догадывалась, что примерно видишь ты, поэтому и предложила Диане отправить тебя к Сакрану, которому тут достаточно скучно.

Истер молчал, он не знал, что ответить на заявление девицы.

Что она там сказала? Отражение души? Бред, такого не бывает.

- Расскажи про пророчество, пожалуйста,- пока он пытался осознать услышанное, Фауст решила перевести свое внимание на волшебного кота. - Я никогда не слышала про колдунов Конде.

- Это старая история, давняя,- загудел Сакран, почему-то в присутствии Фауст ставший таким болтливым. - Это еще в памяти прадеда или деда моего было.

- Где?

- Сакраны передают свою память от поколения к поколению, что позволяет им произносить пророчества. Раньше их записывали гномы, но гномы давно ушли в подземные города, так что больше никто не записывает пророчества,- терпеливо пояснила Гретта. - Так что там Конде?

- В эпоху задолго до первых семей Чужих из тропических лесов юга вышел колдун Конде.

- Волшебник?

- Нет, колдун, милая Гретта. Эльфы говорили, что колдуны несли в себе только темную магию, высасывали ее из земли, и были абсолютным злом, которое эльфы почти полностью истребили.

- Они же волшебников считают темными магами.

- Темные маги, или люди, - это маги, которые могут творить и зло, и добро, а колдуны брали из мира и выпускали в мир только зло, уравновешивая магию эльфов,- Истер и не заметил, как рассказ перестал восприниматься ушами: Сакран рассказывал мыслями, и, видимо, Гретта тоже слышала голос существа. - Семья Конде была последними темными колдунами этого мира. Они повелевали темными силами и темными существами, создавая их, размножая. Самые страшные создания, что живут сегодня, появились в их замках. Даже Черный Ус, злобный дух, прислуживал им, живя с комфортом на их телах.

- Черный Ус?- переспросил Истер, чувствуя, как кровь отливает от лица.

- Конде считали себя Владыками мира и поклялись найти способ уничтожить Чужих. Они ушли на север и основали там несколько родовых замков, в которых ставили опыты и выводили новые виды, способные подсказать им, как очистить мир от враждебного народа.

- Я их не осуждаю,- пробурчал Истер, сидевший в каком-то оцепенении.

- Много тьмы выпустили они в этот мир, много зла. Говорили, что в подвалах их замков, в странных комнатах, мучились десятки женщин и детей, над которыми они проводили свои опыты. Говорили, что даже собственных детей, наследников Конде, они подвергали колдовству, дабы сделать их сильнее, чем Чужие.

- И что случилось с колдунами?

- Мой дед помнит, что однажды ночью на все замки Конде были совершены нападения. Чужие говорили, что это люди, дикие племена, ополчились на колдунов- и в одну ночь все уничтожили. Замки сожгли, колдунов растерзали, остались лишь печальные развалины на утесах, что видны и по сей день. Но еще много недель после в море рыбаки и корабли Чужих подбирали выживших пленников колдунов. Среди них было много детей, и никто не мог сказать, были ли это дети несчастных заключенных или наследники Конде, которых также подвергали опытам.

- То есть я... жертва из опыта?- вспылил Истер. - Это было кучу лет назад!

- Я не говорил таких слов, мальчик,- спокойно ответил Сакран, поднимаясь устало и болезненно. Он выглядел измученным- и очень испуганным, что было странно. - Но ты, несомненно, из рода Конде, кто-то из твоих предков выжил при нападении на замок.

Истер молчал: слишком легко и быстро в голове складывалась картинка из воспоминаний, рассказов и догадок.

- В Академии раньше учились дети из рода Конде?- осторожно спросила Гретта, прерывая тягостные мысли Истера.

- Конечно, дитя, ведь маги принимают всех, кто готов делать добро, независимо от того, могут ли они делать зло,- Сакран пристально посмотрел на полукровку, и Истеру стало не по себе. - Ты не Чужой и никогда им не будешь, ты оружие, которое создавалось для освобождении мира.

- Почему ты молчал?! Почему не говорил раньше?!- закричал Истер, чувствуя, как кружится голова и злость подымается внутри.

- Ты не спрашивал, мальчик. Каждый узнает правду в тот момент, когда он к ней готов.

- Правду?! Старые сказки облезлой кошки- правда? Какие-то опыты, колдуны, бред!

- Нельзя злиться на истину, если она явилась тебе без нарядной одежды,- вздохнул Сакран, опуская голову на лапы и устало вздыхая. - Ты должен был прийти сюда, и она- должна была,- он указал взглядом на Гретту, безмолвно застывшую рядом,- и ход событий уже не остановить. Когда мы увидимся в следующий раз, ты не узнаешь меня, Конде.

- Да не приду я больше к тебе!- вспылил Истер и ринулся прочь, не собираясь больше слушать бредни потрепанного жизнью кота.

- Стой!

- Отстань!- он сбросил руку Гретты. - Все ты...!

- Что такое? Вы чего кричите?- во дворике стоял какой-то незнакомый Истеру ученик с мартышкой на руках.

- Иди отсюда,- рыкнул полукровка.

- Хватит!- прикрикнула на него Фауст, делая шаг вперед и словно загораживая мальчишку собой. - Что случилось?

- Диану ищу, моя Хаха поранилась.

- Дианы нет, Стелла отпустила ее, наконец, в Школу Трех Народов, она давно хотела побывать в зверинце, что находится на острове. "Касатка" повезла учеников после праздника, и она тоже отправилась.

- Здорово!- с восхищением откликнулся хозяин обезьяны с глупой кличкой. - Значит, до весны не вернется?

- Нет, что ты, думаю, через неделю вернется: Стелла дала ей поручение доставить в школу камни для портала, ну, и один Диана сможет использовать для себя, чтобы вернуться в Академию, не дожидаясь "Касатку".

- Ладно, буду ждать, она расскажет, наверное, много интересного!

- Обезьяну покажи Эйлин, она поможет,- вслед уже убегавшему ученику крикнула Гретта, а потом повернулась к Истеру.

- Что?- огрызнулся полукровка под ее внимательным взглядом.

- Пророчества Сакранов всегда сбываются.

- И что? Вот когда камни заговорят, тогда и начнешь тут мне сказки рассказывать!

- Дурак ты, Конде,- фыркнула девушка и пошла прочь. - Хоть и колдун!

Истер хотел найти в ответ какое-то очень обидное прозвище для девицы, но она уже ушла. Он вздохнул, прикрыв глаза и пытаясь осмыслить только что услышанное, но все не укладывалось в голове. Значит, надо найти голову Ярика- тот точно все быстро уложит.

## Глава 10. Опасность


Он вздрогнул и проснулся, садясь на узкой, непривычно комфортной постели. Полная тишина ночи оглушала и пугала, особенно после снов, что становились все ярче и тревожнее.

Говорят, это свойство Защитников: чувствовать на интуитивном уровне приближающуюся беду. Жаль, что из снов и предчувствий сложно получить факты- и приготовится к конкретной беде.

Лукас встал, босыми ногами греясь о гладкий деревянный пол. Так начинались дни раньше, в его детстве и юности, когда они просыпались на занятия, и Элиот тут же сыпал десятком идей о том, где они могу применить магию втайне от преподавателей.

Воспоминания уже давно не приносили боли, лишь грусть, что нельзя начать все сначала, вернуть ощущение счастья и воодушевления, которые почему-то дарили уверенность, что в мире все возможно и все подвластно просто очень сильному желанию.

В маленькой гостиной, что соединяла спальни, отведенные им с Ольгой в первую ночь его появления в Академии, поселился сумрак, но лившийся из окна лунный свет четко обрисовывал застывший силуэт.

Ольга зябко куталась в теплый плед, Лукас видел сведенные на плечах длинные, тонкие пальцы.

- Мне становится страшно,- прошептала она, явно услышав шаги Лукаса, почувствовав чужое присутствие. - Даже я понимаю, что конец близок. Все так или иначе разрешится.

Лукас подошел, темным силуэтом нависнув над женщиной, - теперь он тоже мог наблюдать за тем, что так напугало ее. И увиденное не стало для Лукаса сюрпризом: то там, то тут во двор Академии, иногда попадая в пятна света от фонарей, просачивались разные магические существа, живущие в северных лесах под защитой Купола. Они тихо, перебежками пробирались по снегу, стремясь к лесу и реке за Древом, на восток, подальше от западной границы магической ограды.

- Я сказал Стелле, что пора готовить эвакуацию детей,- тихо произнес Лукас, переводя взгляд на стоящую прямо, словно статуя, Ольгу. - Она обещала подумать.

- Подземные переходы открыты, на корабли грузят провизию,- ответила женщина, так и не пошевелившись. - Известие о том, что где-то в школе есть враг, который готовит прорыв Купола, встревожило всех. Слишком много происшествий, слишком много сигналов. Где-то мы достигли вершины, и теперь стремительно несемся вниз, не в силах ничего исправить.

- Магия не прощает вмешательств, ты должна помнить эти слова Сфинкса.

- Да, он часто повторяет их,- кажется, она дернула уголком губ, чуть качнулась, опершись спиной о его грудь, словно прося сил. Лукас с готовностью поддержал ее, мягко коснувшись неуклюжими ладонями плеч. Даже сильным женщинам иногда нужна минута слабости перед серьезными испытаниями. - Теперь мы знаем, откуда все началось: люди вмешались в самое сильное волшебство Природы. Они создали Любовь между Электрой и Байроком- с тех пор мы вряд ли могли что-то исправить.

- Ты же говорила, что любовь нельзя наколдовать,- Лукас смотрел на распущенные волосы Ольги, темной волной падавшие ей на плечи: кое-где в них играл лунный свет.

- Нельзя. Она была возможна между наследником Водного мира и Электрой, но маловероятна. Электра должна была выйти замуж за своего друга Невия, о котором рассказывала Ксения, но маги все изменили. Мы сами создали того, кто разрушит нашу жизнь- сына Байрока, отправленного сюда Электрой.

- Купол крепок, мы просто так не сдадимся.

- Я знаю,- она резко повернулась, запрокинув лицо, но тень не давала рассмотреть выражения ее глаз. - Но внутри Купола слишком много тех, кто быстро переметнется на сторону врага. Мы сами во всем виноваты.

- Дети Правящих.

- Да, Лукас.

- Но мы с тобой тоже из них.

- Слишком давно это было. Слишком долго мы стоим "между" нашими народами, чтобы отнести себя к кому-то из них. А те, у кого нет корней, срываются бурей первыми.

Лукас молчал, не зная, что ответить вот такой Ольге: решительной, но практически не верящей в победу.

- Говорят, что Принц пропал,- решил нарушить он тишину спустя некоторое время.

- Меньшая из бед, как мне кажется,- хмыкнула она, ткнувшись лбом в плечо друга, и Лукас тяжело вздохнул, не понимая, как себя вести. - Он вернется. Ну, или сделает все, что сможет, чтобы вернуться.

- Ты не удивлена, что он исчез.

- Нет. Он пошел за ответами. На его месте я бы поступила также.

- И прихватила с собой сестру друга?- на этот раз усмехнулся Лукас. - Хотя сеньор Хавьер уверен, что Алексис была жестоко убита, и тело ее спрятано.

- Алексис Посвящена, ее никто не тронет, тем более Лектус. Мы получим объяснение, когда они вернутся.

- Если они вернутся,- осторожно поправил Ольгу Лукас, неподвижно глядя на ее склоненную к нему голову.

- Да, если... - прошептала она. - Как думаешь, когда все случится?

- Скоро, Оля, совсем скоро, они близко, раз даже беготы прячутся в глубокие леса...

Они замолчали, и Лукасу было сложно предположить, о чем думает эта сильная женщина, которой жизнь готовила совсем иную судьбу до того момента, пока не родился ее брат, ставший сейчас, скорее всего, правителем Северных земель Водного мира.

Лукас мягко коснулся пальцами ее волос, обычно Ольга убирала их, стягивая в тугой узел. Это было странное ощущение, и мужчина старался не думать об этом, глядя на мелькающих за окном на снегу магических зверьков, которые стремились прямо через двор к Синей реке, огибавшей Академию с севера и стремящейся на юго-восток, к горам.

- Хм...

- Что?- она вздрогнула, поднимая голову и глядя в его лицо.

- Почему они так странно передвигаются?- Лукас отстранил от себя Ольгу и подошел ближе к окну, пытаясь рассмотреть лучше.

- Странно?- не поняла она, вставая рядом.

- Посмотри внимательнее: она идут к реке, но вон там, у тропинки, что ведет прямо к переправе у водопада, резко сворачивают, словно...

- Словно обходят что-то!- кивнула Ольга, видимо, тоже заметив, как перемещаются темные кучки беготов, лешиков со скарбом, лесных чертей и других обитателей лесов и болот.

- Я думал, что они идут к переправе, на той стороне в каменных щелях живет много беготов, а на утесе есть лес, населенный лешиками, я раньше бывал там, давно,- Лукас все еще не понимал происходящего. - Я хорошо знаю беготов: они слишком ленивы, чтобы сворачивать с прямого пути к цели, разве что на этом пути есть какое-то препятствие.

- Но там ничего нет, это тропа к переправе на тот берег,- проговорила Ольга, и в голосе ее слышалось любопытство. - Оттуда по лестнице в утесе можно подняться к памятнику Елень, за ним начинается дорога на восток, к порту Шемары и Шаары.

- Я помню,- дернул уголком губ Лукас,- поэтому мне и кажется странным. Ведь следующая переправа очень далеко отсюда.

- Посмотрим?- мужчина даже в темноте заметил оживление на лице подруги.

- У нас на пороге армии Чужих, а ты решила поизучать странности в поведении местной фауны?

- Ожидание утомляет,- пожала она плечами и поспешила к себе в комнату, явно собираясь одеться и выйти на мороз.

Лукас не считал это хорошей идеей: все его инстинкты, мысли, чувства кричали о том, что не стоит выходить в ночь из-под защиты Древа, но, возможно, он просто боялся, что с ним пойдет Ольга, боялся за нее, и дело вовсе не в опасениях Защитника, а в обычном беспокойстве мужчины за любимую женщину...

Он нехотя вернулся в спальню, надел сапоги, свитер и завернулся в теплый плащ. Вид у одежды был уже весьма потрепанный, зато эта накидка, подаренная ему очень давно магами из Школы Трех Народов защищала и от жары, и от холода, и от непогоды лучше любой новой одежды. Жаль, что у него нет такого для Ольги...

- Ты готов?- она заглянула в нетерпении, кутаясь в широкий вязаный шарф. В голосе ее звучало нетерпение, и Лукас невольно дернул уголком губ: неудивительно, что они с Элиотом так любили друг друга. Погибший друг не раз также подгонял Лукаса, когда они собирались на очередное нарушение правил Академии.

Лукас кивнул, следуя за подругой в гостиную, где она уже нарисовала выход. В холле было тихо и пустынно, приглушенный ночной свет дарил окружающим предметам тень загадочности, но сейчас Лукасу казалось, что тени наступают и предупреждают его об опасности.

- Я чувствую твое недовольство,- обернулась к нему Ольга, когда они уже вышли на крыльцо в морозную тьму, лишь кое-где нарушаемую фонарями, замершими у дорожек.

- Предчувствия,- пожал он плечами, следуя за женщиной вокруг Древа к тому месту, где вытоптанная в снегу тропинка поворачивала напрямую к переправе через реку и скрывалась в небольшом леске. Именно там магические переселенцы предпочитали передвигаться по сугробам, в обход.

- Никого не видно,- Ольга замерла у поворота, рассматривая множество мелких следов на снежном покрове.

- Они тут,- Лукас вглядывался в темноту леса, слушал шум близкой воды, падающей со плато отвесно вниз, прямо в русло реки, делая поток бурным, пенящимся даже сейчас, когда остальные реки внутри купола покрыты льдом. - Просто затаились. И почему-то все только справа, словно перебежать эту тропинку и спрятаться в более густом кустарнике никто из них не в силах.

- Вот почему только?

- Сейчас узнаем,- Лукас увидел, как к нему осторожно, очень медленно, как всегда, бочком пробирается в снегу бегот.

- Тот самый?- Ольга тоже его увидела и заговорила едва слышно, явно боясь спугнуть гостя.

- Ага, который притащился за мной в Академию,- Лукас присел, позволяя зверьку доверчиво забраться в его большие ладони. Мужчина прижал к себе бегота, поглаживая шейку и спинку. - Ну, что, друг? Поделишься секретом? Чем вам тропа не угодила?

- Ты можешь с ним говорить?

- Да, но вряд ли пойму, что он ответил,- усмехнулся Лукас,- но мы можем попытаться использовать его,- и мужчина сделал шаг на тропу. Зверек тут же забился в его руках, начал кусаться и вырываться. Лукас поспешно отступил. - Вот так и пойдем, посмотрим, куда приведет нас эта невидимая стена, не позволяющая существам ступить на тропу.

Ольга кивнула, смело ступая на дорожку, которую так боялись магические создания, Лукас пошел рядом, бережно неся маленького друга в ладонях. Тишина ночного леса давила, это не было обычное молчание спящих, это звучало словно зловещее безмолвие перед бурей.

По мере их приближения к реке- бегот по-прежнему не позволял приблизить себя к тропе, и Лукас шел по колено в снегу - рев водопада становился все громче. Даже в самые сильные морозы, сколько помнил себя Лукас, эти воды не замерзали.

- Интересно, что было здесь до того, как сюда приземлился этот осколок метеорита?- спросила Ольга, когда они вышли к реке и остановились, сквозь тьму глядя на падающую воду, в которой отражались огни редких тут фонарей.

Лукас дернул уголком губ, чувствуя и радость, и тоску: этот вопрос не раз задавал ему Элиот, когда они сбегали со двора, чтобы попытаться без разрешения перебраться на тот берег и проникнуть в пещеры образованные в камне. Легенды утверждали, что водопад падает прямо с осколка метеорита, упавшего с неба: на плато собиралась вода с гор и устремлялась вниз, в Синюю реку. Гномы некоторое время рыли в скале-пришельце штольни, пытаясь добыть что-то полезное, но в какой-то момент бросили дело и ушли, оставив множество пещер, облюбованных теперь магическими и лесными созданиями.

Они медленно приблизились к мосту, перекинутому рядом с водопадом: бегот волновался, но не пытался вырваться, когда Лукас ступил на каменные своды, соединявшие два берега. Далеко вверху, нависая над обрывом, величественно стояли каменные статуи давно усопших волшебников, основавших магические школы в мире после Хаоса. Навеки разделенные рекой, они застыли в ожидании, и это ожидание словно пронизывало все вокруг.

- Итак, мы не нашли причины, почему бегот не хотел идти по тропе,- нахмурилась Ольга: ей приходилось кричать, так как они стояли очень близко к водопаду, бросавшему вниз бурные горные воды.

- Я думаю, что то, что не нравилось беготу, что бы это ни было, продолжило прямой путь к реке в том месте, где тропа свернула к мосту, поэтому наш друг позволил нам его перейти,- предположил Лукас, делая несколько шагов влево, ближе к источнику нескончаемого шума и брызг. От воды веяло холодом и свежестью.

Бегот тут же снова начал вырываться, биться в руках Лукаса- и, в конце концов, спрыгнул на землю и быстро исчез из виду, растворившись в снегах.

- Теперь уже забился в какую-нибудь пещеру,- пожал плечами волшебник: его уже мало интересовал зверь. Лукас повернулся лицом к противоположному берегу, высматривая место, где тропинка делала поворот. - Невидимая нам преграда, кажется, напрямую следовала от тропы в воду и...

- В водопад,- закончила мысль друга Ольга, тоже заметившая, что поворот тропы оказался вровень с бурлящими потоками. - И что теперь?

Лукас молчал, оглядываясь, вглядываясь в мокрые темные камни, ища хоть какую-то подсказку.

- Посмотри, Оля,- он указал на странность, которую было сложно увидеть, не пытаясь найти,- похоже на чашу, как считаешь?- Лукасу пришлось кричать, обращая внимание подруги на каменный выступ, торчащий среди камней практически у самого водопада.

- Да, похоже,- Ольга направилась к этому месту: чем ближе они подходили, тем четче осознавали, что камень создала не природа, а чьи-то искусные руки. Чаша была вырезана в большом камне, лежащем у подножия водопада, украшены вязью снаружи и внутри, гармонично вписывавшейся в окружающий чашу рисунок каменной летописи. - Это язык гномов! Не трогай!- она ударила Лукаса по руке, когда он попытался коснуться чаши. - Это Живой источник!

- Стелла говорила, что все Живые источники гномов на территории Академии давно помечены и накрыты защитой,- мужчина помнил о том, что гномы любили создавать в особо охраняемых местах источники воды, которая питалась от смерти и несли смерть.

- Видимо, об этом они не знали,- Ольга настороженно оглядывалась, но вокруг была только вода, стеной падавшая сверху вниз. Они оба уже достаточно промокли, чтобы чувствовать холод, но разгадка, казалось, была так близко. - Думаешь, бегот боялся именно источника?

- Нет, магические существа не подвластны Живому источнику,- покачал головой Лукас, в очередной раз протирая лицо от ледяных капель. - Но что охраняет этот источник?

- Думаю, ответ там,- Ольга указала прямо на водопад. - Возможно, за водой есть что-то, о чем никто не знает, и это что-то настолько мощное, что след тянется вдаль, и этого следа избегают беготы.

- И что же обладает такой силой?- Лукас задал вопрос, но понимал, что совсем не хочет знать на него ответа. Но еще он знал, что Ольга пойдет выяснять правду, и ему придется защитить ее. - Стой!- он поймал женщину за руку, когда она уже смело шагала вдоль каменной стены под воду.

- Лукас, возможно, это...

- Я понимаю, но позволь мне помочь,- крикнул он, на мгновение сильно сжимая ладонь подруги и прикрывая глаза. Магический щит появился в доли секунды, окутывая их практически осязаемым шаром. Капли разбивались о него, не достигая спрятавшихся внутри людей.

- И долго ты сможешь его держать?- звуки внутри шара были другими, более тихими, немного вязкими.

- Сколько будет нужно,- ответил Лукас и последовал за Ольгой. Стена воды накрыла их, на миг лишив света и понимания пространства, но они не останавливались, продвигаясь между камнем и потоком. Мужчина не был уверен, что они что-то найдут, но Ольга явно интуитивно знала, что они на верном пути.

- Лукас!- она обернулась, и волшебник на миг перехватил восторг в ее удивительных глазах. Даже сейчас она была готова удивляться тому, что преподносит им этот мир. И она, как всегда, была права: водопад скрывал от них тайну, которую они собирались открыть.

Перед ними была пещера, уходившая в глубь камня, явно вырытая гномами в те времена, когда кусок небесного камня представлялся им чем-то ценным. Вход был темным, даже черным, пугая тем, что могло ждать их внутри. А раз вход охранял Живой источник, да еще целый водопад, вряд ли там скрыт зал с ценными минералами.

- Идем,- вздохнул он, обгоняя Ольгу и первым заходя под своды пещеры. Магический щит начал немного мерцать, и уже через пару мгновений Лукас почувствовал то, что знали беготы, обходившие стороной даже линию, напрямую ведущую к этой пещере. - Черная магия, много черной магии,- прошептал он, держа атакованный со всех сторон щит. - Надо уходить, Оля!

- Больно,- прошептала она, и Лукас резко обернулся, подхватывая подругу: она побледнела, опускаясь на черные влажные камни. - Словно внутри жжется.

- У меня тоже, - кивнул мужчина,- надо уходить!

Но он понял, что уже поздно: бледно-серое свечение, медленно разгоравшееся вокруг снизу вверх, на несколько секунд озарило глубокую пещеру с немыслимо огромными вратами. От них словно текла серебряная река, охватывая с двух сторон магический щит и следуя дальше, к выходу, постепенно бледнея и растворяясь в воздухе. По контуру щита стремительно вверх поднималась серая пелена, словно множество мелких насекомых забирались по нему снаружи, закрывая обзор, быстро-быстро облепляя щит- и смыкаясь наверху.

Они оказались окружены повсюду внутри шара, в темноте.


Возвращение было каким-то обыденным. Словно он только отлучился на пару дней на соседние острова, чтобы присутствовать на празднике в честь дня рождения Анны.

В спальне ничего не изменилось, разве что было жарче обычного: солнце проникало сквозь неплотно задернутые занавески, колыхавшиеся от врывающегося в комнату ветра. Еще минута- и войдет Старик, чтобы доложить о списке пожеланий отца.

И все-таки все вокруг было по-другому. Может, потому что он сам теперь был другим. Даже жара после стольких недель холодов стала неприятной.

- Надо хотя бы иногда несколько раз подумать прежде, чем что-то делать.

Он усмехнулся, переводя взгляд на застывшую рядом Алексис. Она храбрилась, но расширенные зрачки, нервное дыхание и судорожно сжимавшая его ладонь рука выдавали страх.

- Возьми кольцо,- он сжал ее пальцы вокруг артефакта Джеймса,- и если я скажу "беги", то ты должна его надеть и спасаться.

- А ты?

- Алексис.

- Что теперь? Мы пойдем искать твою маму?

Ну, да, конечно, перевела тему, ничего не скажешь. Лектус качнул головой, прошел вглубь комнаты и открыл шкаф.

- Ты собираешься переодеваться?!- кажется, у нее вырвался истерический смешок.

- Не думаю, что мой внешний вид сельского пекаря настроит мою мать, да и прочих жильцов Дворца, на диалог,- пожал он плечами. Усмехнулся, когда Алексис резко отвернулась. Видимо, нашла белую стену спальни более интересной, чем вид раздевающегося Принца.

Он совсем отвык от мягкости сорочек и брюк, которые делали в Красном городе. Отвык от камней, что давили со всех сторон, от запаха разогретых стен и мостовых, от едва уловимого, тонкого аромата крови, пропитавшего все вокруг.

- Что мы будем делать?- робко спросила девушка, поворачиваясь, когда Лектус закрыл шкаф. Она так и не сделала ни одного шага с того места, на которое их перенес компас.

- Идем. И лучше ничего не говори,- предупредил он Алексис. Можно было бы оставить ее в спальне, но это недальновидно: кто знает, чем может закончиться его визит домой. Да и девушка вряд ли согласится сидеть одна в сердце вражеского города. Хотя кто ее вообще заставлял идти с ним? Видимо, пара поцелуев и объятий у кочевников считаются чем-то вроде клятвы любить и защищать до конца дней, даже если для этого придется засунуть голову в пасть голодного льва.

Ладно, что сделано, то сделано.

Он шагнул к закрытым дверям спальни; Алексис тут же вцепилась в его руку мертвой хваткой. Лектус оглянулся, но она попыталась спрятать признаки того, как напугана. Ей это почти удалось, но он слишком хорошо уже ее знал.

- Я не позволю им причинить тебе вред,- тихо добавил Принц, пожав ее холодные пальцы.

Судорожный вздох едва слышно сорвался с ее губ, но Лектус не стал больше затягивать. Можно было бы просто материализоваться в покоях матери, но это было бы равносильно громкому заявлению о том, что он погряз в магии до кончиков серебряных волос. Да и мать могла быть где угодно, тем более, в отсутствие Байрока.

Терраса была абсолютна пуста. Тихо оказалось и во дворе, словно все рабочие, питомник, фабрика- все заснуло мертвым сном.

И ведь даже спросить не у кого, где искать Правительницу, смех. Вот стоило только ему отлучиться, как черт знает что в Кар-Альны начало творится.

- Почему ты улыбаешься?- прошептала Алексис, пока они спокойно (по крайней мере, Лектус никуда не спешил, ведь он все еще Принц и это его Дворец) шли по террасе к лестнице. - Приятные воспоминания?

- Я здесь родился и вырос, это мой дом, как бы я теперь о нем ни думал,- после некоторого раздумья ответил Лектус. - Правда, никогда я не видел, чтобы здесь было так пусто.

- Думаешь, что-то случилось?

- Ага, отец уехал, все немного решили выдохнуть. Мать все-таки более лояльна к окружающим.

Дальше они шли молча, только эхом отдавались их шаги по каменному полу. Они спустились на этаж ниже, и только в следующем коридоре Лектус увидел дворцового слугу. Мужчина, явно из фабричных, нес стопку полотенец. Он остановился, испуганно глядя на Принца, даже рот открыл от изумления. И про поклон забыл, совсем они тут распустились в отсутствие отца.

- Где моя мать?

- Правительница отправилась отдыхать после визита Советников,- голос слуги дрожал, и он запоздало поклонился. Видимо, все-таки решил, что Принц даже после побега к магам все равно оставался наследником дома Байрока. Правильно понял, догадливый.

- Никому не говори о том, что видел меня,- холодно приказал Лектус и направился в левое крыло Дворца, увлекая за собой Алексис. Ее напряжение можно было, наверное, нащупать в воздухе, если постараться, а страх почувствовать на вкус.

Так не пойдет.

- Иди сюда,- он открыл первую попавшуюся дверь и втянул туда девушку. Здесь было всего одно окно, теплый полумрак окружил их, тишина стала еще более плотной. Теперь Лектус даже мог услышать учащенный стук ее сердца. - Чего ты боишься?

Она явно не ожидала такого вопроса, облизала губы и отвела взгляд.

- В первый свой визит сюда ты была храбрее,- поддел ее Принц, касаясь кончиком пальца разгоряченной щеки. - А тогда тебе действительно грозила опасность.

- Ты был главной опасностью,- она попыталась огрызнуться, видимо, вспоминая о своих защитных приемах, уже не раз на нем испробованных. Так-то лучше.

- Тогда тебе вообще глупо бояться, ведь еще недавно ты со мной целовалась, с твоей самой большой опасностью,- напомнил Лектус, снова усмехаясь. - Нельзя бояться, Алексис. Они это чувствуют. Мы это чувствуем. Слетятся на сладкий вкус страха, а нам это не нужно. Сейчас мы навестим мою мать, зададим пару вопросов- и вернемся к твоему братцу. Ничего не случится.

- Они могут схватить тебя и заставить остаться,- прошептала она, наконец, поднимая глаза на него.

Ну надо же!

- Станешь моей наложницей,- пожал он плечами и тут же поймал ее за руки, когда рассердившаяся Алексис решила его поколотить. - Отлично, вот так и держись. Тебе ничего не грозит. Помни: ты, как бы это ни было тебе ненавистно, одна из нас.

- Ты ведь не останешься?- снова уточнила девушка.

Лектус вздохнул и покачал головой.

- А хочешь?

- Пойдем, нам нужно найти мою мать,- Лектус решил, что разговоров по душам пока хватит.

Они снова оказались в освещенном, согретом солнцем коридоре. Им больше никто не встретился до самых дверей в апартаменты Правительницы Водного мира. Здесь на невысокой скамейке дремали две совсем юные прислужницы. Отличные бы вышли наложницы для него, скорее всего, именно для этого их и готовили в питомнике.

Они испуганно вскочили, заслышав уверенные шаги Лектуса.

- Принц!- они то ли взвизгнули, то ли простонали это слово, испуганно кланяясь и косясь на Алексис.

- Моя мать здесь?- все-таки во Дворце он по-прежнему чувствовал себя уверенно, хотя и понимал, насколько зыбкой была ситуация. Неизвестно, какие указания оставил отец на случай, если блудный наследник все-таки магическим способом объявится.

Девчонки быстро открыли двери в покои, и Лектус сразу же увидел свою мать. Она повернулась от окна и сделала шаг ему навстречу, словно он действительно просто на выходные уезжал.

- Здравствуй, Принц.

Двери за их спинами бесшумно закрылись. Сейчас эти две девчонки разнесут по Дворцу и городу весть о возвращении Принца быстрее, чем прибрежная волна смывает песчаный замок.

- Мама,- он кивнул ей, приближаясь. Алексис держалась чуть позади, сжимая его руку.

- Ты очень рисковал, возвращаясь,- она подошла, все такая же красивая, яркая, безукоризненная Правительница. В ней ничего не изменилось за это время, но как и в случае со спальней, для Лектуса она была уже совсем другой.

Он несколько мгновений молча смотрел на нее, пытаясь разглядеть за внешностью совершенной Правящей дочь Северных земель, волшебницу, которая училась в Академии, любила какого-то простака, охраняла Купол- а потом безрассудно кинулась выполнять чью-то волю. Где она - девушка, решившая влюбиться во врага и родить ему детей, которых она уже заранее собиралась отдать людям, практически на волю случая, потому что мир людей- это хаос из случайностей, стечения обстоятельств и переплетения эмоций.

- У тебя очень мало времени, Лектус. Делай то, что привело тебя сюда.

- Ты не допускаешь, что я вернулся насовсем?- Лектус усмехнулся, чем явно немного удивил свою мать: ну конечно, раньше Принц не задавал бессмысленных вопросов и не пытался шутить.

Но все они изменились. Особенно он.

- Отец оставил четкие указания, так что поспеши,- снова произнесла она, спокойно глядя на Лектуса. - Но все-таки представь мне твою спутницу. Здравствуй, Новообращенная, добро пожаловать в наш мир.

Война войной, а церемонии все-таки следовало соблюсти. В этом была вся его мать.

- Это Алексис, она моя,- спокойно ответил Лектус. Все, с официальной частью покончено, а реакция девушки на его слова сейчас не имеет значения. - И, кстати, Ксения в порядке, даже лучше, у нее все отлично. Если тебе это интересно.

- Зачем ты тут, Лектус?

- Чтобы узнать правду, ну, ту часть, которой не знают в Северном городе.

Она некоторое время молчала, потом жестом пригласила их садиться. Электра опустилась на пуф, задумчиво сложив на коленях руки. На мгновение Лектус не узнал ее лица, словно мать на долю секунды куда-то устремилась мыслями, отпустила маску. Но это был почти мираж.

- Я знала, что ты придешь однажды за ответами, но не думала, что так скоро. Что именно ты хочешь узнать?- она снова была собой, уверенно посмотрела на Принца. Ее готовность поделиться прошлым не удивила Лектуса: он был уверен, что мать расскажет все, что он захочет узнать. Они никогда не были сильно близки, но между ними всегда было полное взаимопонимание.

- Про моего брата,- это было, на самом деле, самое важное из того, что его интересовало. Остальное- если успеют до того, как люди Байрока начнут ломать двери. - Про того, что был отправлен тобой к магам.

- Так он выжил?- в голосе не было волнения или настоящего интереса, скорее, легкое любопытство. Она до последней клетки ее тела была Правящей.

- Видимо да. Так что там с твоей миссией и Тедисом?

- Миссия была продумана до мелочей. Меня выбрали из нескольких десятков кандидаток. Меня и еще двух девушек из Дозора. Нас оценивал Мастер Уз. Я подошла лучше всех, поэтому именно меня отправили с ним в Красный город,- рассказ был монотонным, без толики эмоций, что явно не нравилось Алексис. Ну, конечно, она же не понимала, как можно настолько равнодушно рассказывать о том, как рушилась великая любовь матери с неким Невием, как юная девушка на свой страх и риск отправлялась на ложе с ненавистным врагом. Посвящение ни капли не изменило сестру кочевника. - Нас подарил отцу Байрока властитель Кольцевого мыса, союзник людей и магов. Я сразу попала на глаза наследника, а дальше все было очень просто. Мастер Уз передал Байроку мой подарок- и с тех пор наследник Водного мира не смотрел ни на одну другую женщину.

- Подарок? Что это за подарок?- осмелилась заговорить Алексис. Не выдержала все-таки. Но Лектус не стал ее одергивать: вдруг мать расскажет что-то стоящее.

- Не помню. Неважно. Главное- это была моя вещь с заклятьем Мастера Уз. Байрок ее принял, и наши чувства больше не были подвластны даже нам самим. Тедис родился уже через несколько лет. Но у твоего отца уже был сын, поэтому я не могла отдать ребенка сразу: ведь тогда он не стал бы наследником Водного мира. Мы ждали.

- Мы?- уточнил Лектус.

- Мастер Уз остался со мной. Потом у меня родились двойняшки. Мастер Уз спрятал девочку. Я была еще человеком, и тогда я не могла даже постичь возможность, чтобы все было сделано по закону.

Постичь возможность. Надо же. Зато сейчас, видимо, могла бы, но это в природе Правящих.

- У твоего отца в итоге оказалось три сына, у вас с Тедисом было больше шансов, чем у старшего мальчика. Байрок слишком любил меня, чтобы отнять у меня обоих сыновей. Когда тебе исполнилось три, отец выбрал тебя. Решение было продиктовано его чувствами ко мне, о чем он часто сейчас вспоминает.

- Думает, что поставил не на ту лошадку?- хмыкнул Лектус.

Мать не ответила, но было и так понятно: не пойди тогда отец на поводу сильных человеческих чувств, выбери другого мальчика- может, все сложилось бы иначе.

- Я была к тебе привязана больше, чем к Тедису. Ты стал моим серебряным мальчиком,- все-таки что-то человеческое пробивалось в этим словах, скорее, не чувство, а отголосок прошлых эмоций, на которые мать была способна еще до Посвящения в Правящие. - Я должна была отправить тебя в Северный город, инсценировав похищение, после того как, согласно закону, погибнут Тедис и ваш старший брат.

- Но ты не смогла отдать меня,- Принц даже не был удивлен: теперь он хорошо знал людей и понимал мотивы их поступков. Мать тогда явно являлась одним из самых типичных представителей человечества.

- Я отдала посланникам магов Тедиса. Моих магических способностей хватило на то, чтобы изменить внешность какого-то ребенка, что привел мне Мастер Уз с рынка.

- Вы позволили убить ни в чем неповинного ребенка?!- ужаснулась Алексис.

- Девочка, когда у тебя появятся свои дети, ты станешь лучше понимать поступки человеческой матери. Если к тому моменту ты не станешь Правящей.

Лукас сильно сжал руку Алексис, чтобы она не спорола какую-нибудь чушь типа "да ни за что на свете!". Она все-таки промолчала, хотя подумала очень громко.

- Но, получается, что ты не выполнила задание. Ты должна была отослать в город именно наследника Байрока.

- Нет. Я должна была отослать в город магов наше с ним общее дитя. Таким было мое настоящее задание. О нем маги не знали.

- Только эльфы,- он не спрашивал, он уже знал: мать выполняла задание эльфов, один из которых стоял тогда во главе Дозора. - Им нужен был ребёнок, который соединил в себе две линии первых Правящих.

- Ты не тратил зря время на севере,- кивнула Электра. - Вы- ты, твой брат, твоя сестра- соединили в себе две из трех сил, что лежат в основе нашего мира, Водного мира.

- Зачем ребенок нужен был эльфам?

- Чтобы вернуть Миру равновесие. Так говорил Капитан Дозора. Большего мне было знать не положено. Но, поскольку ничего так и не изменилось, я была уверена, что Тедис погиб, не добрался до Северного города.

- А тебе было уже все равно,- резюмировал Принц. Что ж, он предполагал что-то такое. Жаль, что они не приблизились к разгадке того, где искать блудного братца. - Скорее всего, твои эльфы так и не узнали о том, что ты отправила им ребенка, ну или не смогли его найти.

- Я не знаю, что стало с Тедисом.

- Кому ты его отдала?

- Связным из Некропольской Обители.

- Откуда?

- Если ты знаешь легенду о трех детях первого Правящего, ты должен знать, что его дочь похоронена на Архипелаге, который с тех пор назывался Великий Некрополь. Там несколько веков хоронили достойных представителей нашего народа, пока Младший брат не убил Старшего. Наследники Старшего брата и его сестры скрыли Некрополь от посторонних глаз, но он все еще существовал. Где-то. На нем стоит Обитель, где раньше жили наши предки, то есть предки моей матери. Когда она сбежала из дома с моим отцом, то рассказала его родным, как найти и проникнуть в Обитель. Там родные отца и скрылись, превратив Некрополь в тайную базу для сопротивления Правящим. Они установили связь с магами и помогали, чем могли, скрывая тех, кого искали Легаты, или переправляя грузы, людей, на материк. Примерно в то время, когда Тедис попал на корабль связных, стали ходить слухи, что Снабженцы случайно обнаружили Архипелаг, древние захоронения, и забрали в плен кучку диких, что там прятались. Я была уверена, что именно тогда Тедис и пропал: погиб или сгинул в Водном мире.

- Сколько ему было лет, когда ты отдала его магам?

- Почти пять. У него были светлые волосы, серьезные глаза. Он обладал властью над вещами и редкими животными, что иногда появлялись во Дворце. Но это вряд ли сможет вам помочь.

- Нам нужно попасть на острова Некрополя. Возможно, там есть ответы. Не может быть, чтобы никто не выжил. Всегда кому-то удается спрятаться,- тихо заметила Алексис, посмотрев на Лектуса. - К тому же, если это родина дочери Первого Правящего, возможно, там есть еще что-то, что поможет Ярику...?

Лектус кивнул, но пока не стал развивать эту тему. У него были еще вопросы, на которые мать могла знать ответы.

- Когда я был здесь, мальчик-полукровка убил сына Орака.

- Я помню. С этого все началось.

- Ну да. Мама, оказалось, что полукровка- Истер- мой близкий родственник. Это подтвердил эффект кровных уз. Ты можешь предположить, откуда он взялся?

Лектус почувствовал изумление Алексис: он ей не рассказывал, да и никому не рассказывал о том, как они с Яриком выяснили данный факт.

- Ты знаешь, что во все времена женщины прятали своих детей, чтобы не дать их убить после того, как наследник назван. Никто тебе не скажет, сколько мальчиков и девочек ускользнули от закона.

- Но он не просто мальчик. Он полукровка, маги зовут его Конде.

- Колдуны Конде давно мертвы. Они были сумасшедшими: ставили опыты над Правящими, над людьми, над животными. Смешивали, пробовали, изобретали гибридов. Редко им удавалось заполучить кого-то из рода Правящих.

- То есть у моего отца вполне мог быть родственник,- заключил Лектус,- и над ним могли ставить какие-то эксперименты. Неудивительно, что полукровка вышел такой несуразный.

- Дом Конде разрушен много лет назад, выжили немногие.

- Мы постарались?

- Да, но все было сделано так, чтобы не было сомнений, что Конде погибли от рук разгневанных людей. Чтобы те, кто вывернется, не стали мстить Правящим.

- Мама, что тебе известно о ключе, камне и кольце?

- Дары Первых Правящих. Они существуют.

- Я знаю. Камень и кольцо у магов, а ключ? Ведь это был Дар твоей семьи.

- Отец в ярости, что ты забрал не только Кинжал, но и Камень предков,- заметила мать мимоходом. - А ключ... Мама говорила, что тайна ключа похоронена вместе со Старшим братом, чтобы Младший брат никогда до него не добрался. Я никогда об этом не думала.

- Но почему ты не рассказала эту легенду в городе? Сейчас там все носятся с этими артефактами, как с писанной торбой.

- Я рассказала. Эльфам.

- Опять эльфы,- Лектус уже горел желанием познакомиться с этими удивительными созданиями, благодаря интригам которых родились они с Ксенией.

- Скажите, а Мастер Уз?- снова заговорила Алексис, которую, скорее всего, захватила история с созданием любви между Электрой и Байроком. - Где он?

- Не знаю. Вы должны знать. Он пропал вместе с Лектусом.

- Старик? Старик был Мастером Уз?- не поверил Принц, переглянувшись с Алексис.

- Да. Он добрался до Северного города? Я знаю, что он очень скучал по родине, но отказывался покидать сначала меня, а потом моих детей.

- Он погиб,- тихо заметила Алексис. - Но да, он добрался до Северного города.

- Жаль. Он бы мог узнать Тедиса, он знал мальчика в лицо.

Лектус даже поднял бровь:

- Интересное предположение, мама. Возможно, братец убил Старика- чтобы не быть узнанным? Встретились они на улице или еще где, Старик узнал Тедиса, и все.

- Но зачем?

- Мама, я не могу тебе объяснить. Сам пока не все знаю. Но, если твой старший сын действительно выжил, то он не стал примером и образцом для подражания, этаким символом для войны с нами.

Электра промолчала, на ее лице не было ни одного намека на ее мысли или чувства. Хотя какие чувства могут быть у Правительницы Водного мира?

- Отец в землях Наместника?- Лектус приступил к последней теме, что интересовала его на данный момент.

В этот момент двери с шумом открылись, представляя взору два десятка Стражей и Легатов с оружием наизготовку.

- Принц, именем Правителя Водного мира ты должен избавиться от всех магических артефактов, отдать нам Кинжал и спокойно принять свою судьбу. Щит против магии уже активирован, тебе не уйти,- спокойно, как и подобает служителю Легатов, проговорил один из них.

Лектус так же невозмутимо смотрел на войско отца. Если щит активирован- значит, с помощью компаса им, скорее всего, не уйти. Из-под щита не выскользнуть, это доказали сотни магов, пойманных отцом и замученных в казематах под Кар-Альны.

Принц закрыл собой Алексис, шепнув: "Кольцо". Даже если Страж услышат, они не поймут. Он был уверен, что кольцо не сработает, но нужно было проверить.

- Не получается,- в панике ответила Алексис. Все это заняло всего пару секунд, за которые Легаты ждали действий загнанного в угол Принца.

Что ж, он не особо надеялся.

- Господа, опустите оружие. Как вы сами сказали, Принцу не уйти с помощью магии, вы стоите в дверях, а здесь выхода больше нет. Не пугайте Посвященную, она носит наследника моего сына. Я не хочу рассказывать мужу о том, как испуганная девчонка сбросила его внука прямо мне под ноги из-за слишком исполнительных Стражей.

Алексис застыла- то ли от изумления, то ли от ужаса, но Лектус был даже рад: сейчас не до ее бурных эмоций.

Мама. Она помнила, что о потайной двери в конце спальни знают только ее муж и сам Лектус.

Мама.

- Сын, посади свою наложницу вон там, где не так душно, она совсем бледная от страха,- Электра указала на скамью возле занавески, за которой таился спасительный выход. - Господа, кто там в задних рядах, попросите принести гранатовый сок для девушки.

Лектус практически насильно усадил Алексис, жалея, что не умеет читать мыслей, а лучше безмолвно разговаривать. Только бы девушка ничего не испортила. Краем глаза он следил за плавным перемещением Правительницы Водного мира: она вот-вот должна была подойти к колонне, на которой был незаметный рычаг для открывания потайной двери. Шаг, еще шаг.

Вдруг комната озарилась яркой вспышкой света. Принцу показалось, что свет вырвался прямо из ладоней его матери. В этот же момент, почти неслышный за криками ослепленных Легатов, щелкнула открывшаяся дверца за занавеской. Лектус скорее по памяти, чем видя, бросился в нее, увлекая за собой Алексис.

В последний момент он увидел, как стоявший впереди Легат ударил Правительницу Водного мира копьем: Электра упала, как надломилась, свет резко погас, дверь захлопнулась перед лицом Принца.

Мама.


## Глава 11. Начало


Она стояла у окна, зябко обняв себя за плечи и пытаясь не дрожать от всепоглощающего холода, который, кажется, надолго поселился внутри великого Древа, пропитал каждую пылинку, весь воздух, всех обитателей еще недавно теплого, гостеприимного дома.

На улице занималось утро, под стать ощущениям Ксении, которая ночью не сомкнула глаз: из-за темных низких туч не прорывался ни один луч солнца. Все было тихим, ледяным, пасмурным. Казалось, что мир за пределами Академии притаился, готовясь к грядущей буре.

Готовились и внутри Древа: это ощущалось по лицам пробегавшим по коридору людей, по деловитой скупости Фрея, по атмосфере, которая холодила Ксении руки. Промозглая тревога, сковывающий страх, предчувствие беды проникали глубоко внутрь, заставляя сердце сжиматься, тело- дрожать, а силы- иссякать.

Если бы рядом был Лектус, он уже бы злился в своей неповторимой манере равнодушия: он бы ругал сестру и делал все, чтобы помочь ей справиться с потоком темных, тяжелых эмоций, наполнивших души большинства обитателей Академии. Он бы устроил праздник, или увез ее за моря и океаны, или, на крайний случай, достал из-под земли Джеймса...

Но Лектуса не было, и тревога за брата еще сильнее подтачивала ее силы. Она знала, что его нет в Академии, и, пообщавшись с Яриком, вполне смогла сделать выводы, куда отправился Принц Водного мира. Для преподавателей это тоже не было секретом, и большинство из них еще сильнее стало тревожиться, еще интенсивнее готовиться к надвигающейся борьбе с Правящими, стоявшими уже у самого купола.

Сможет ли Лектус вернуться? Захочет ли? Поверят ли ему по возвращении, что он не предавал друзей? Сможет ли не попасться в руки их отцу? И зачем он взял с собой Алексис?

Вряд ли они долго смогут скрывать от Джеймса, что Лекси вовсе не в зверинце, ухаживает за раненым ирбисом. Конечно, Стелла очень дальновидно предположила, что только бунта ученика из-за пропажи его сестры им сейчас и не хватало, а потому ученик Картер был максимально вовлечен в процесс приготовления к обороне. Но даже полная занятость при подготовке к эвакуации Академии не даст им больше одного-двух дней. Потом Джеймс начнет искать сестру, а с его упорством он обязательно докопается до истины. И тогда армия Правящих у стен Академии может оказаться меньшей из бед...

Ксения поежилась, отводя взгляд от унылого, давящего вида за окном. Ей не хватало Джеймса. Ей не хватало Лектуса. Она была одинока и несчастна среди моря темных, тяжелых эмоций.

- Ксения.

Она вздрогнула и обернулась: к ней стремительно шел по коридору профессор Фауст. Несмотря на нервозную обстановку, он был, как всегда собран, что внушало немного оптимизма. Пока профессор Фауст есть в Академии, никакие катаклизмы не смогут нарушить уклад школы.

- Я искал вас на занятиях. Почему вы не в классе?- он был строг, хотя Ксения прекрасно чувствовала этого закрытого человека. И в его присутствии ей стало даже немного легче.

- У меня практика, но Ольга не пришла. Я ее искала, но она словно пропала куда-то.

- Знаю. Лукас тоже исчез.

- Что-то случилось?- тихо спросила девушка, поежившись. Даже если Фауст решит соврать, она уже и так знала ответ.

- Пока не знаем. А сейчас оденьтесь и выйдите во двор: к вам посетитель. Пока Фрей занят, мы не пускаем посторонних в Академию.

- Посетитель?

- Спуститесь. И осторожнее на лестнице.

- На лестнице?

Но профессор уже стремительно удалялся. Только теперь Ксения заметила, что он не нарисовал дверь в пустоте: вошел в обычный дверной проем, откуда-то появившийся в конце школьного коридора, и исчез.

Значит, вот как оно бывает, если "Фрей занят". Девушка подошла к дверному проему- обычному, деревянному- и увидела уходящую вниз крутую винтовую лестницу. Ступени исчезали где-то во мраке внизу, переплетаясь с другой лестницей в нескольких местах. По пролетам все время кто-то спускался и поднимался: люди, флоки, даже огромные зайцы, о которых как-то рассказывал Джеймс.

Девушка осторожно начала спускаться, гадая, как ей попасть в спальню за верхней одеждой, а главное- что за посетитель к ней. Несколько раз она останавливалась на развилках или вжималась в перила, чтобы очередной бегущий мимо заяц с сумками не снес ее по пути. Вряд ли она бы смогла найти путь к спальне, поэтому просто шла вниз, придерживаясь направления- проще выйти из Академии, чем блуждать по незнакомым лестницам и так никуда и не прийти.

Удивительно, но стоило ей сформировать направление четко, и она оказалась перед дверью, которая вывела девушку в круглый холл. Пусто и зябко. Кажется, без присмотра Фрея в Древе стало немного холоднее.

Сумрак улицы произвел на Ксению гнетущее впечатление. Так хотелось увидеть солнце, и голубое небо, чтобы все сверкало и блестело, пусть даже на морозе. Только не это низкое небо и тугой, колючий ветер, прорывающийся откуда-то от реки.

- Ксения, вам следовало хотя бы одеться.

Она вздрогнула, хотя голос выступившего из тени мужчины был ей знаком. Хотя, можно ли называть эльфа мужчиной?

Доминус накинул ей на плечи свой теплый плащ, словно укутав в кокон, но внутри девушке все равно было до дрожи холодно.

- Что вы здесь делаете?- тихо спросила Ксения, растирая озябшие руки.

- Я пришел за вами, Светлая.

Прозвучало это странно и даже пугающе.

- Я не понимаю.

- Вы должны пойти со мной в город моего народа. Скоро здесь начнется война, и вы погибните прежде, чем кто-то попытается вас убить. Вы это знаете,- эльф нависал над ней, прямой и, кажется, совершенно искренний. - Вы уже погибаете. Тьма, которая накрывает эти земли, вам не по силам. Вы должны пойти со мной.

- Я не оставлю своих близких, я нужна им,- качнула она головой. - Я нужна здесь.

- Нет, вы поможете своим близким, только если пойдете со мной. Вы не сможете сражаться, не сможете никого защитить. Но вы сможете помочь победить тем, кто вам дорог. Пойдемте со мной,- голос Доминуса был бархатным, умиротворяющим, словно укутывавшим Ксению в кокон так же, как его плащ.

- Я не понимаю.

- Вы ключ к тому, чтобы победить. Вы- одна из двух, рожденных от Владыки мира. Вы Светлая, как мы, эльфы. Вам под силу раз и навсегда закрыть дыру, через которую Тьма пришла и по-прежнему просачивается в этот мир. И тогда все ваши близкие окажутся в безопасности.

Ксения молчала, глядя на эльфа. Он не лгал, он точно верил в то, что говорит.

Если это правда? Если действительно существует способ все закончить без войны, без жертв, без боли?

- Почему вы раньше об этом не говорили? Почему волшебники не знают о вашем способе победить?

- Эльфы не делятся мудростью с Темными, мы защищаем этот мир, весь мир. Мы не знали о вашем существовании, пока я не встретился с вами. Я думал, что успею подготовить вас, что расскажу обо всем постепенно, но времени уже нет. Если падет Северный город, если Купол разрушится, то следующими Чужие уничтожат нас. И больше не будет в этом мире ничего и никого, кто бы мог противостоять Тьме. Поэтому вы должны пойти со мной. Сейчас, пока не поздно,- он протянул ей руку с длинными светлыми пальцами.

- И времени подумать у меня нет?- она дернула уголком губ, ощущая, как слабость накатывает на нее волнами тревоги, захлестывающими ее со спины, со стороны Академии.

- У нас очень мало времени, Ксения. Вы это чувствуете. И даже ваш друг сердца не сможет вам помочь, у него просто не хватит сил оградить ваш Свет от Тьмы, Тьма бесконечна. Впереди вас ждут только чужие боль, гнев, ужас и смерть, много смерти. Позвольте мне спасти вас- и мы вместе спасем всех.

- Вы уверены, что спасем?- шепотом спросила девушка, не шевелясь и глядя на все еще протянутую к ней руку.

- Шанс есть, и это уже немало.

- Я должна попрощаться с Джеймсом.

- Он вас не отпустит.

- Я должна с ним попрощаться, хотя бы с ним,- упрямо покачала она головой, делая шаг назад. - Я не исчезну, как мой брат, Джеймс этого не заслуживает.

- Хорошо,- Доминус кивнул, чуть наклонив голову, потом посмотрел куда-то вверх, нахмурившись. - Я позвал его и сказал, что вы будете ждать его у ворот.

Ксения не стала уточнять, как эльф это сделал: у магического народа явно были возможности, о которых они не распространяются. Судя по Ярику, возможности уникальные. Так что не стоит удивляться, что Доминус легко нашел и пригласил Джеймса на прощание.

Что она ему скажет? Как убедит, что он должен ее отпустить? Ведь даже она не до конца уверена, что уйти- верное решение.

Вопросы были слишком тяжелыми, без ответа, и она так и не нашла слов, пока Доминус вел ее к распахнутым воротам Академии. Именно вел- оказывается, она действительно сильно ослабла, находясь так близко от сотен людей, охваченных предчувствиями и страхами грядущей битвы.

Словно Академию населили десятки Истеров в самом плохом расположении духа.

- Легче?- Доминус внимательно следил за девушкой, она ощущала его взгляд, тяжесть его магической силы, которая, казалось, прикасалась к ней. - Я буду поддерживать вас, пока не смогу создать для вас Щит, но не здесь.

- Щит?

- Да, я смогу оградить вас от чужих эмоций, но здесь это сделать сложно, слишком много душ, одновременно общающихся с вами...

Ксения уже была готова задать новые вопросы, но от Академии в их сторону буквально вихрем несся Джеймс- без верхней одежды и свитера.

- Что... случилось? Что... ты тут... делаешь?- он еще не отдышался от бега, а уже окружил Ксению теплым беспокойством. Даже тревога его была другой, обжигающей. - Что вам от нее надо?- тут же накинулся парень на эльфа с вопросами, становясь между Ксенией и Доминусом.

Смешной. Теплый. Любимый.

- Я буду вот там,- тактично заметил эльф, кивая девушке и отходя к деревьям у моста, начинавшегося недалеко от ворот.

- Что он хочет? Что с тобой?

- Джеймс,- она мягко коснулась рукой его разгоряченного бегом лица,- я должна пойти с ним.

- В смысле?- не понял кочевник, ловя ее ледяные ладони. - Куда? Зачем?

- Джеймс, здесь во время битвы я умру. Я умру еще до битвы, ты же понимаешь. Мне плохо.

- Я не дам тебе умереть. Я... Давай мы уйдем, уедем, переждем!- кажется, он сразу осознал серьезность того, что Ксения говорила. Из-за повадок мальчишки как-то быстро выглянул мужчина, переживший много трудностей в прошлом. - Ты никуда не пойдешь.

- Джеймс, я должна. Это важно. Я не могу тебе все объяснить, но я должна уйти,- она уговаривала, заглядывая в его глаза, наполнявшиеся паникой и решительностью. Он не отпустит.

- Нет, одна ты никуда не пойдешь. Твой брат бы не отпустил тебя,- может, Джеймс решил, что последний довод был особенно весом. - Он вернется и убьет твоего эльфа, - горячие руки сжались вокруг ее ледяных ладоней.

- Джеймс, Лектус бы не хотел, чтобы я страдала. Он не хотел этого. Он столько всего сделал, столько потерял, чтобы я жила, чтобы мне было хорошо. Он предал самого себя, чтобы увезти меня из Красного города. Теперь твой черед спасти меня,- слова давались с трудом, но она должна была убедить его. Он должен ее отпустить, чтобы она смогла спасти их всех. Хотя бы попытаться. Если есть шанс- это уже немало, так сказал Доминус?

- Я пойду с вами.

- Нет, ты должен остаться и помочь. Лукас исчез, Академия не может остаться без Защитника. Ты поможешь Академии, и когда все закончится, я вернусь к тебе,- она уже шептала, глядя во встревоженные карие глаза друга. Каким же близким и родным он стал для нее за это время. Как сильно она любила этого мальчишку, тщательно скрывавшего в себе мужчину, способного на самые удивительные взрослые поступки. Защитник. Да, это он, ее Джеймс. - Ты должен остаться и ради сестры, ты нужен ей,- пришлось пойти на небольшую ложь, но Ксении все труднее было держаться за свое решение. Ведь он так ярко все переживал, она так легко улавливала его душевные муки.

- Я не пущу,- упрямо повторил он, судорожно сжимая ее руки, плечи, обнимая, буквально впечатывая Ксению в себя. Он прощался, да, он прощался, даже по-детски повторяя, что не даст ей уйти.

- Я люблю тебя, мой солнечный мальчик,- прошептала она, целуя соленые губы, почему-то теплые даже на зимнем холоде. Они стояли, обнявшись, и Ксения понимала, что он не отпустит ее, пока она не найдет в себе силы отстраниться. А сил было так мало, она оказалась такой слабой... - Мне нужно идти.

Ей пришлось чуть оттолкнуть Джеймса, разрывая объятия. Доминус уже стоял рядом. Кочевник буквально ощерился, глядя на эльфа, и Ксения была готова улыбнуться сквозь слезы.

- Если с ней что-то случится, мы с Лектусом...

- Я знаю. Времени мало. Надо идти,- Доминус был абсолютно хладнокровен.

- Нет, подождите, она не пойдет с...

Но Джеймс не успел договорить: сильный вихрь закружился вокруг, смыкаясь на Ксении и эльфе, который резко подхватил ее на руки. Белесая пелена заполнила все вокруг, и только надрывный прощальный крик Джеймса: "Ксени!" смог пробиться сквозь нее. А потом все стихло.


- Ярослав!

Он разогнулся от коробок, в которые они с Истером складывали зелья и снадобья Эйлин: они могли пригодится в пути на "Касатках", если они все-таки отплывут в сторону Острова Драконов.

В госпитале тихо и пусто, Истер- тот еще собеседник, а у Ярика не было настроения в очередной раз тянуть друга за язык, принуждая к разговору. К тому же в тишине можно было спокойно подумать...

Например, о легенде и артефактах. Два из них в их руках, но что нужно с ними сделать? У кого взять инструкцию и карту, чтобы понять, куда идти и что там делать. Была у него догадка, что не зря гномы чертили схемы, в которые так хорошо уложились он и все его спутники из Красного города. Наверное, все как-то связано, но как? Ярик сделал все, что мог: рассказал Кристин, Истеру, детям Байрока и кочевникам Картерам легенду, надеясь, что это знание однажды натолкнет одного из них на верное решение. Что еще мог теперь он сделать? Пока мыслей не было, поэтому Ярик сосредоточился на том, чтобы помочь Академии подготовиться к вероятной битве. Не очень приятная перспектива, но выбора особого у них не было. И так слишком долго Северному городу удавалось уходить от войны с Чужими...

- Нужно поговорить, Ярослав!- к парням приближался один из детей Правящих, Боско, высокий, широкоплечий отпрыск одного из южных семейств Чужих. Кажется, он попал в Северный город лет десять назад, еще ребенком, когда его младшего брата признали наследником. Один из слуг-людей смог вырвать мальчишку из лап палачей, и после долгих скитаний они оказались под Куполом. Так что Боско был из "своих", как Ольга, Лукас или погибший Элиот. - Я не враг тебе, полукровка.

Ярик оглянулся: ну, конечно, Истер ощерился при одном взгляде на ребенка Правящих. Мог бы и привыкнуть уже, тем более в связи с открывшимися не так давно фактами о собственных генах Истера.

- Боско, разве вы не должны собираться? Профессор Стелла говорила, что тех, кто захочет укрыться, посадят на первый же корабль. Вы не должны сражаться со своим народом,- Ярик закрыл коробку с лекарствами от морской болезни и обморожения. Мама просила упаковать их первыми и в большом количестве.

- То есть вы уверены, что война будет?- Боско держался чуть в стороне, не пытаясь подойти ближе, не навязывая свое общество. Ярику очень импонировало поведение парня: не так много среди воспитанников Академии, произошедших из семей Чужих, было вот таких сдержанных, но приятных в общении представителей. Жаль, что не все несостоявшиеся Правящие, спасенные от их собственных родителей, отличались подобным поведением, скольких бы проблем можно было избежать...

- Чужие собрали огромное количество Легатов и Стражей у границ Купола: возле реки, у Башен. Они готовы смести нас с лица земли, и многие приметы, которые читают сведущие волшебники и магические существа, многие предчувствия говорят о том, что Купол может быть прорван.

- Но вы говорили, что это невозможно.

- Мы были в этом уверены, но, видимо, ошибались. Хотя пока Купол цел, и я надеюсь, что все так и будет.

- Но вы собираетесь эвакуировать людей,- Боско выразительно посмотрел на коробки. - И сражаться.

- Если это будет нужно, то да. Кто-то должен дать время горожанам уйти от опасности,- Ярик оглянулся на Истера, чувствуя, что друг еле сдерживается, чтобы не заговорить.

- Мы тоже хотим остаться и защищать город.

Истер недоверчиво рассмеялся, но Ярик не считал, что Боско говорит что-то смешное.

- Мы? Сколько вас?

- Со мной двадцать, многие из нас уже давно обучаются магии, мы можем помочь.

- Вы же знаете, что...

- Мы знаем. Мы не обязаны, но мы хотим. Это наш дом, за Куполом нас ждет только смерть, кто бы что ни говорил.

- А кто-то из ваших считает иначе?- Ярик в принципе слышал, что группа учеников из детей Правящих собирается остаться в городе, чтобы присоединиться к армии своего народа. Они были уверены, что избегут смерти, если помогут Байроку и его воинству разрушить последнюю землю свободных людей.

- Глупцы. Они уверены, что ради них Байрок поменяет законы и разрешит им жить, хоть они и являются лишними сыновьями своих отцов,- Боско презрительно передернул плечами. - Так что? Можно нам остаться и сражаться?

- Я не против, но ты понимаешь, что решаю не я,- Ярик пообещал себе, что приложит все свои силы, чтобы им позволили исполнить свой долг по отношению к городу, который их приютил. - Собирайтесь пока в дорогу, я найду тебя.

- Спасибо,- искренне ответил Боско, а потом перевел взгляд на молчавшего Истера. - Ты ненавидишь нас, но мы готовы идти за тобой, полукровка. Мы слышали, что Принц признал в тебе кровного родственника. Ты один из нас, несмотря на твое происхождение. В отсутствие Принца мы принимаем тебя, как закон.

- Еще чего!- фыркнул Истер, складывая на груди руки. - Я не один из вас! И ваш чертов принц пожалеет, что разболтал об этом, если соизволит вернуться!

- Принц ничего не говорил. Это сделал Святослав.

Ярик тяжело вздохнул: опять младший брат подслушивал и не сумел держать при себе полученную информацию. Вот это точно достойно нескольких самых сильных рун, наложенных на мальчишку!

- Боско, иди, я найду тебя,- повторил Ярик, понимая, что Истер вполне может продолжить пререкаться зря. Ему бы должно льстить, что его признали равным самому наследнику Водного мира. Он бы действительно мог вести за собой людей и прочих созданий мира, если бы просто умел с ними общаться.

Парень кивнул и направился к дверному проему, что теперь соединяли внутренние помещения Академии. Непривычно, но что делать, Фрею сейчас не до магических туннелей в пространстве.

- Они предадут нас сразу, как станет горячо!- громко заявил Истер, явно надеясь, что его услышит уходящий Боско. Но тот не обернулся, хотя должен был отличаться отменным слухом, как и другие дети Правящих, когда-то ступившие на путь Посвящения, но прервавшие его.

Ярик уже собирался начать новую лекцию на тему доверия, но внезапно посреди госпиталя появился магический проход (надо же, кто-то докричался до Фрея!). Из него буквально вывалилась Кристин: растрепанная, взволнованная и даже напуганная.

- Что случилось?- Ярик поддержал ее, сжав дрожащие пальцы. Что могло произойти? Он отправил девушку с Греттой в зверинец, чтобы помочь с подготовкой магических существ к перевозке. Самых опасных и крупных уже погрузили на "Касатку", а за остальными в отсутствие Дианы присматривала Гретта Фауст, которой нужен был помощник.

- Ярик, что-то не так. Гретта плачет и повторяет, что нас предали. Я не понимаю, она не может толком объяснить, только говорит, что все пропало. И снова плачет...

- Идем,- Ярик кинул взгляд на Истера: что могло случиться, чтобы Гретта Фауст заплакала?! Фрей, видимо, тоже не понимавший, что за трагедия произошла, держал для них проход, поэтому через пару секунд они уже неслись по земляному тоннелю к распахнутым дверям зверинца. Ярика терзали отвратительные предчувствия, а подобное с ним случалось очень и очень редко.

- Вот она,- Кристин тяжело дышала, когда они оказались в маленькой комнате у самого выхода: здесь обычно хранились документы по зверинцу и корма. Последние уже упаковали и вынесли, а бумаги и книги Дианы оказались разбросаны по полу. Среди этого беспорядка стояла Гретта, сжимавшая в дрожащих пальцах какие-то листы. Она словно застыла, безмолвно плача.

- Гретта, что произошло?- Ярик попытался встряхнуть девушку за плечи, пугаясь безмолвного ужаса в глазах Фауст. - Гретта!

- Ой, да ради огнедышащих драконов!- не вытерпел Истер, отпихнув друга и делая шаг к Гретте. - Хватит рыдать! Ты меня своим заклинанием оглушила, а теперь ревешь над бумажками?! Заболела, что ли?! В руки себя возьми, тут кстати к войне готовятся!

Странно, но подействовало: Гретта подняла глаза на полукровку и протянула ему смятые листы, которые сжимала в руках.

- Кратко: что случилось?- буквально скомандовал Истер, беря бумагу.

- Я собирала вещи Дианы. Здесь полно книг об истории Купола, о защитной магии, о механизме Купола, понимаете? И вот это,- она кивнула на страницы в руках полукровки, и Ярик сделал шаг вперед, чтобы посмотреть, хотя уже осознал, о чем говорит Гретта.

Это невероятно, немыслимо.

- И что это?- не понял Истер, глядя на рукотворную схему. Ярик же сразу понял.

- Это подробная схема размещения главной опорной точки Купола с расчетами, откуда и с какой силой надо ударить, чтобы опора не выдержала. Известно, что Купол можно разрушить только изнутри,- тихо пояснил он друзьям, забирая у Истера листы. - Диана. Кто бы мог подумать!

- И она сейчас за Куполом. И у нее есть камень для портала,- прошептала Гретта, явно раздавленная новостью о том, что ее подруга, которую она так защищала и оберегала, оказалась предателем.

- Я говорил, что она чудовище!- не смог промолчать Истер, победно глядя на присутствующих. - А вы...

- Истер, хватит, не время!- прервал друга Ярик. - Фрей, срочно: Стеллу сюда. Немедленно!

Он почувствовал, как вздрогнула стоявшая рядом Кристин. Наверное, она не ожидала такого его тона. Но что делать: такое настало время.

- Почему она это делает? Она же как-то мне говорила, что однажды отомстит тем, кто сделал ее такой... - прошептала все еще ошеломленная Гретта. - А теперь она им помогает!

- Гретта,- вздохнул Ярик, не понимая, почему он никогда не пытался заглянуть в голову Дианы. Никогда. - Диана родилась в семье Правящих, но монстра из нее сделали не они. Это сделали люди. Над ней ставили опыты, когда она была еще младенцем: поили кровью животных, вводили кровь летучих мышей прямо в вены, много других кошмарных вещей... Я думал, ты знаешь.

- Это сделали мы?

- Нет, ее нашли на окраине купола в сгоревшей деревне. Там было с десяток таких детей, Диана одна выжила. Разве она не рассказывала тебе?

- Нет! Я думала, что это сделали Правящие, что она их ненавидит и хочет отомстить!- Гретта всхлипнула, но глаза ее пылали яростью. - Я ей верила!

- Мы все ей верили... - Кристин приобняла девушку, пытаясь утешить.

- Что происходит?- в комнате внезапно и бесшумно появилась Стелла, решительная, собранная, кажется, готовая ко всему. - Ярослав?

- Посмотрите. Это считала и рисовала Диана,- Ярик передал Главе Академии листки, уверенный, что она и так все поймет.

Молчание держалось секунд пять, не больше.

- Фрей, передай всем: начать немедленную эвакуацию детей и гражданского населения из города. Немедленную!

- Да, Великая!- раздался голос Духа откуда-то сверху.

- Срочно предупредите Дозор: готовится атака на Каменный утес. Чужие могут появиться на этой стороне в любой...

Они вздрогнули, услышав гулкий раскат грома, а затем скрежет и треск, донесшиеся до них словно эхо. И тут же поднялся сильный ветер, кажется, проникший во все уголки мира. Что-то засверкало над деревьями, раздались раскаты страшного грома- и наступила тишина.

- Каменный утес,- прошептала побелевшая от ужаса Гретта. - Утес!

- Стелла, мы пойдем на окраину города, чтобы дать людям уйти подальше,- Ярик понимал, что надежды на то, что Купол устоит, больше нет. Их предали, и сделал это не таинственный брат Лектуса, не дети Правящих, а человек, которому они доверяли. Не так уж неправ оказался Принц Водного мира, считавший, что гуманизм погубит человечество.

- Все отряды уже отправились к границам Купола,- Стелла устремилась к выходу со скоростью, которую было сложно предположить у дамы столь почтенного возраста; ребята поспешили за ней. - Идите к "Касаткам", помогите с эвакуацией.

- У меня есть свой отряд,- упрямо ответил Ярик, решив, что не будет уточнять и объяснять Главе Академии, с кем собирается оборонять город от Чужих, которые в данный момент уже проникли под Купол.

- Хорошо, уходите, надо спешить. И, Ярослав...

- Да?

- Выживите. Любой ценой,- голос старой волшебницы дрогнул, глаза на миг тронула влага, но через секунду она уже собралась и поспешила прочь, на ходу отдавая приказы Фрею:- Закрой выходы и входы... Преподавателей к "Касаткам". Из города пропускай людей в обход, Академия не проходной двор...

- Идемте!- Ярик уже рисовал дверь, уверенный, что Фрей теперь бросил все свои важные дела. Главной задачей Духа было сохранение Великого Древа. В последний момент, делая шаг в образовавшийся проем, Ярик подумал о матери и Святике, но сожалеть о том, что они не попрощались, было некогда. Мама позаботится о брате, а у них были дела поважнее.

Вчетвером они оказались на морозном воздухе, все еще сверкающем от вспышек в небе. Ярик поднял глаза вверх: Купол, великое создание вольных народов, дал трещину. Северный город вскоре заполонят Чужие. Это было невероятно и очень больно, но с этим придется смириться.

О чем там просила Стелла? Выжить? Ну, по крайней мере, это они сделать попробуют.


Тишина была почти мертвой, и это успокаивало. Ни шагов, ни плеска волн, ничего, что нарушило было тьму каменной комнаты, где они укрылись. Спасибо Ярику, что однажды обнаружил это убежище, и спасибо Алексис, что вспомнила про него.

Прошло около трех часов с момента, как они ускользнули из дворца благодаря предательству Электры, Правительницы Водного мира. Это было неожиданно, но думать о поступке всегда державшейся безукоризненно матери он не собирался. Это были ее решение и ее судьба, которую она же сама и строила.

Рядом тихо вздохнула Алексис: ее голова прижалась к его плечу, и можно было бы подумать, что она спит, если бы не сбитое, часто задерживаемое дыхание и судорожно сжимавшиеся вокруг его ладони пальцы.

Слишком преданно, слишком доверчиво, слишком неправильно. Против природы. Не может жертва доверять хищнику, не может к нему привязаться, не может быть рядом.

Но разве можно пойти против магии? Пример его родителей показал, что то, что сделал Мастер Уз, нерушимо и необратимо...

Если бы старик был жив, Лектус бы собственноручно лишил его второй руки, чтобы не смел раздавая направо и налево вещи, которые накрепко связывали двух еще несколько дней назад чужих людей.

Лектус попытался не думать о том, что так легко и логично пришло ему в голову после признания матери. Старик был Мастером Уз. Старик дал Алексис детскую игрушку Принца, а она отдала лошадку из рук в руки, скрепив магический ритуал. И теперь ничто не сможет изменить случившееся, разве что смерть одного из них.

Лектус хмыкнул в темноте: умирать сам он не намерен, да и не сможет позволить умереть сидящей рядом девчонке. Вот она, проклятая магия в действии.

А ведь Алексис, судя по всему, даже не догадывается о том, откуда взялась эта их связь. Она слишком эмоциональна, слишком невнимательна, чтобы по одной детали построить картину.

Что будет, когда она поймет? Почувствует ли себя связанной с ним по принуждению, обманутой? А есть ли разница? Видимо, магия не оставила им выбора. И Лектус решил, что пока им остается только смириться.

- Сколько еще ждать?- шепотом спросила девушка, помня о том, что их могут легко услышать Правящие, которые должны бы их искать по всей территории Дворца. Принц надеялся, что с тем же успехом, что и в прошлый раз, когда беглецы прятались в комнате над лестницей, ведущей к морю.

- До заката около четырех часов,- одними губами ответил Лектус. Их план был прост, но не идеален: в темноте выйти на берег, отплыть от острова максимально далеко, за пределы Щита, - и использовать компас. Лектус планировал уже сегодня ночью оказаться на Песчаном Острове. Несмотря на то, что Легаты отца разрушили город, там есть шанс укрыться- и попробовать понять, как попасть на давно потерянный Архипелаг Некрополя. Кто-то должен знать, кто-то должен был видеть острова или слышать о них.

- Что будет с твоей мамой?- кажется, она, наконец, спросила о том, что ее беспокоило все это время.

- Решать будет отец,- пожал плечами Лектус, хотя не был уверен, что Советники позволят Байроку это. Все-таки мать применила магию, а это смертная казнь для любого, кто живет в Водном мире.

- Он любит ее, он не позволит причинить ей вред.

Лектус промолчал, не собираясь комментировать это наивное утверждение Алексис. Правящие не умеют любить. Глупое человеческое чувство, которое чаще всего становится причиной всех их бед.

- Мы должны...

- Нет. Это ее выбор, мы не будем ее спасать, какие бы героические планы ты ни строила,- ледяным тоном пресек любые разговоры Лектус. - Нет.

Она замолчала, потом снова решила заговорить, видимо, собиралась спорить и дальше.

- Алексис, пойми: она никуда с нами не пойдет,- приглушенно отчеканил Лектус. - С момента, как она стала Правящей, она никогда не была узницей Дворца. Она здесь по доброй воле. Если бы сейчас она изменила свое мнение, то, поверь, нашла бы способ найти нас. Моя мать никогда не покинет Байрока.

- Даже зная, что он ее казнит?- ужаснулась Алексис.

- Она бы могла уйти вместе с моим братом, когда его вывозили из города. Ты видела, она все еще владеет магией. Так что просто осознай факт, что она Правящая. И она навсегда связана с моим отцом,- Лектус не знал, какие еще найти веские аргументы (веские с точки зрения человеческой девушки), чтобы она выкинула из головы мысль о ненужной спасательной операции.

- Она твоя мама, Лектус,- сделала очередную, но уже слабую попытку, Алексис. - И мама Ксении.

- Нет, Лекси, моя мама умерла, когда ей в грудь воткнули Кинжал, и Путь Посвящения закончился. Что бы ты ни думала, что бы она ни делала, она Правящая. И закроем на этом тему.

- Лектус...

- Если она придет, мы возьмем ее с собой,- пообещал со вздохом Принц, надеясь закончить разговор. - Если она любым способом даст нам знать, что ее нужно спасать, хорошо, пойдем спасать. Довольна?

Алексис несколько мгновений молчала, кажется, даже не дышала. Потом кивнула, тяжело вздохнув, и снова прижалась к его груди, обвив руками. Видимо, к этому придется привыкать...

Воцарилась тишина. В темноте было сложно сосредоточиться, бездействие утомляло. Кажется, они задремали, сидя у каменной стены...

Он вздрогнул от шороха открываемой двери, но прежде, чем успел вскочить, заслоняя собой Алексис, неяркий зеленый огонь осветил вошедшего.

Неужели он ошибся в матери?

- Простите, что напугала,- произнес мелодичный девичий голос. Голос принадлежал одной из самых преданных рабынь Электры. Смуглокожая, чернявая уроженка южных земель была одета в простое платье дворцовой обслуги. Короткие черные волосы обрамляли худое лицо с умными миндалевидными глазами. На ладони рабыня держала яркий шарик света, напомнивший те, что загорелись в руках Электры за мгновение до удара Стража. - Госпожа сказала, чтобы я дождалась темноты, отключила щит и нашла вас.

- Ей нужна помощь?- кажется, с надеждой спросила Алексис, выглядывая из-за спины Принца.

- Как ты нас нашла?- Лектус за несколько мгновений осознал, что совсем не за спасением мать прислала сюда рабыню.

- Вы оставили след...

- Кинжал!- прошипел в гневе на себя Лектус. Как он мог забыть?! Артефакт по-прежнему висел у него на поясе, а значит, оставлял яркий след, видимый любому Правящему. Удивительно, что их не нашли раньше!

- Я уничтожила след сразу, как вы покинули спальню госпожи,- тихо проговорила девушка, проходя в комнату и кладя у ног Лектуса сверток. - Здесь еда и вода.

- Как ты нашла след? Ты человек,- Принц не обратил внимания на подношение.

- Госпожа научила меня магии, я умею видеть невидимое и находить следы там, где их нет,- робко улыбнулась девушка, отходя на несколько шагов назад.

- Ты волшебница?- удивилась Алексис, явно тут же проникшаяся симпатией к незнакомке.

- Я Невия,- тихо ответила рабыня, и огонек в ее руке стал ярче. - Госпожа взяла меня к себе, когда мне было всего три года. Нас привезли с юга, но госпожа не отдала меня в питомник. Она позволила мне остаться человеком, а Мастер учил меня волшебству с ее разрешения. И я рада, что теперь могу помочь вам.

- Что передала моя мать?- Лектус знал, что просто так с едой мать бы не послала сюда служанку.

- Вот это,- Невия достала из кармана платья маленький черный камешек, размером с орех. Что-то подобное Лектус уже видел. - Госпожа рассказывала, что с его помощью маги севера перемещаются в пространстве, поэтому камень называется камнем путешествий. Щит отключен, но это в любой момент могут заметить, торопитесь.

- Откуда камень у матери?- Принц вспомнил, что именно такой камень показывал им Ярик перед тем, как открыть туннель под рекой, отделявшей их от Северного города.

- Она принесла его с собой от магов,- пояснила Невия, явно посвященная во все тайны Правительницы Водного мира. - Он был нужен, если бы госпожа захотела срочно покинуть Красный город.

- Почему она им не воспользовалась?- вновь удивленно спросила Алексис, заворожено глядя на их путь к спасению. - Почему не убежала вместе с детьми?

- Она не хотела, - улыбнулась Невия, и Лектус вполне понимал ее ответ. - Она была и остается там, где хочет быть. Рядом с Правителем Байроком.

Алексис взглянула на Лектуса, но он лишь пожал плечами. Да, именно это он и пытался ей втолковать. Теперь, как он надеялся, девушка поверит, что им некого спасать. Мать была накрепко привязана к Байроку, видимо, до смерти, которая вполне может наступить совсем скоро.

Вот оно, то, что ждет их с Алексис: слепая, глупая преданность, нерушимая никакими логическими выводами связь. По идее он должен при этом испытывать сумасшедшее счастье? Ага, дождетесь.

- Как это работает?- Лектус забрал камень, потом подобрал с пола сверток с провизией и отдал в руки Алексис: может пригодиться.

- Приложите к стене, зная, куда вы хотите отправиться. Он переместит вас в любое существующее в этом мире место. Так говорила госпожа. И еще...

Лектус вопросительно посмотрел на рабыню, ожидая, что она попросит забрать ее отсюда. Что делать девчонке-волшебнице в Красном городе?

- Я росла вместе с вашим старшим братом. Я знала Тедиса лучше, чем кто-либо,- прошептала Невия, глядя куда-то вниз. - Это было давно... Мы с ним играли во дворе, и он сильно упал, поранив ноги. На правом колене остался рваный шрам, словно вопросительный знак.

- Отлично, мы просто попросим всех, кто живет в Академии, снять штаны, - хмыкнул Принц, качая головой. - Может, взять тебя с собой?

- Нет, я останусь с госпожой,- кажется, Невия собиралась заплакать. То же мне, преданный пес. - Еще, может, вам пригодится... Он до смерти боится насекомых, особенно комаров и мух. По крайней мере, боялся раньше.

- Не удивительно, что твой отец выбрал наследником тебя,- хмыкнула Алексис, посмотрев на Лектуса.

- Уходите скорее.

- Спасибо,- не сказать, что информация ценная, но придется работать с тем, что есть. Возможно, они найдут в Некрополе портрет, выскобленный на камне, с надписью "Тот, кто боялся насекомых". Лектус уже ничему бы не удивился. Правда, было бы лучше, если бы этот портрет был над могилкой, тогда вопрос о братце можно было бы считать закрытым. - Отправляемся, и так много времени потеряли.

Алексис кивнула и крепче сжала сверток с припасами, который все еще был в ее руке. Принц повернулся к стене и прижал камень к холодной поверхности, думая о Некрополе. Что бы их там ни ждало, они тоже сделали свой выбор.

Стена мгновенно преобразилась в знакомую Принцу по Академии голубую субстанцию прохода.

- Принц,- он оглянулся на взволнованный, робкий голос Невии,- вы ничего не хотите передать вашей матери?

Он вопросительно поднял бровь, не понимая, чего от него ждет рабыня. Слов прощания? Им сейчас не до глупых человеческих сантиментов, тем более, они не нужны его матери- Правящей уже много лет.

- Поблагодарите ее за наше спасение, Невия,- тихо вступила Алексис, и Лектус позволил ей говорить. Ей проще понять, что в таком случае нужно сказать. - Она удивительный человек...

- Она не человек,- поправил ее Принц, сложив на груди руки и глядя на девушек, которые в свете голубоватого сияния, открытого камнем, казались призрачными. От этого абсурдность и нереальность происходящего только усиливались.

- ... и я постараюсь, чтобы об этом узнали в Северном городе,- упрямо закончила Алексис, пихнув Лектуса локтем. - Удачи вам!

- Если вы закончили, то пойдем,- он протянул Алексис руку и крепко сжал ее пальцы, увлекая в неизвестность и не оглядываясь. Он надеялся, что больше никогда не вернется сюда. Его судьба теперь была связана с совершенно другими местами- и с людьми.


Всего мгновение- и Красный город оказался далеко позади. Это ощущалось по запахам, температуре, звукам.

Вокруг был густой туман, искажавший очертания. Лектусу пришлось несколько мгновений присматриваться, чтобы понять, что они оказались посреди древних развалин когда-то величественного мраморного строения Правящих. Именно Правящих- такой каменной монументальности от людей ждать не приходилось.

- Твоя родина,- тихо проговорила Алексис, прижимаясь к плечу Лектуса и чуть дрожа. Хотя было тепло, воздух все равно холодил кожу, мягко просачиваясь под одежду влажной дымкой тумана. - Слышишь? Море шумит,- добавила девушка, оглядываясь. Потом она вздохнула и отстранилась, поднимая руки. Глаза ее стали сосредоточенными, и Лектус не сразу понял, что с ней. Но туман отступил к стенам и ушел вверх, позволяя разглядеть пустое пространство забытых руин, какие-то рисунки на обломках стен. Словно ветер на миг поднялся- и изгнал белесую дымку прочь.

Хотя почему "словно"? Не зря же она училась в Академии.

- Как думаешь, что это? Дворец?- затаив дыхание, спросила девушка, осторожно кладя сверток с едой и водой в образовавшуюся после обвала нишу в стене.

- Это склеп, если говорить языком людей,- ответил Лектус, разглядывая рухнувшие колонны из белого мрамора, осыпавшиеся полуарки и словно обгрызенные каким-то чудовищем остовы стен. Под ногами- гладкий камень, давно покрывшийся трещинами, сквозь которые пробились кусты, цветы и трава. То тут, то там в разные стороны бежали насекомые, явно напуганные непрошенными гостями. - Моему братцу тут бы не понравилось...

- Как красиво!- выдохнула Алексис, которая стояла в разломе стены и смотрела куда-то за пределы развалившегося здания. Принц подошел к ней, стараясь не наступать на каменные выступы, возвышавшиеся над полом.

Прямо за стеной склепа был обрыв, под которым далеко внизу плескалось голубое, прозрачное море. Лектус видел камни на дне- стена обвалилась прямо в воду. Напротив, через метров двести-триста водной глади из воды вырастал другой остров. Среди густых деревьев также торчали развалины мраморных зданий, окутанных белесой дымкой тумана. Вдалеке можно было разглядеть еще пять или шесть таких островов. Повсюду зелень, голубая вода, туман- и развалины.

- И никого живого. Зря пришли: некому тут рассказать про моего братца, разве что останки его поискать,- констатировал Принц, отходя в глубь помещения и останавливаясь у одной из могильных плит. Присел, чтобы разобрать письмена, нанесенные по краю. - Можем порыться в могилах.

- Что?- Алексис подошла и присела рядом, глядя на когда-то гладкую, а теперь уже испещренную трещинами и сколами поверхность. - Это могила?

- Первые Правящие звали это хранилищем тела,- дернул уголком губ Лектус, вставая. - Не думал, что когда-то увижу этот пережиток прошлого.

- В смысле?

- Мы уже давно не хороним тела после смерти Правящего,- пожал плечами Принц, вспомнив, что Алексис очень мало знает о повседневной жизни его народа. Ах, да, их народа. - Это делали только в начале нашей эпохи, а потом Некрополь стал уже не нужен.

- А что вы с ними делаете? Сжигаете?

- Ты же была на суде, когда я казнил твоего друга,- хмыкнул Лектус. Глаза девушки недобро блеснули, и Принц чуть улыбнулся, поднимая руки в знак примирения. - Шучу.

- Дурак,- буркнула Алексис, обходя могильную плиту. Наверное, если бы не любопытство, она бы обиделась и долго еще не говорила. В итоге, конечно, не выдержала. - Вы все так рассыпаетесь в пепел?

- Да, но не мгновенно, как при казни, тем более я казнил не Правящего, если ты помнишь.

- А как вы умираете? Вы же почти бессмертны, убить невозможно. Как?- Лектус не стал ее поправлять: ведь она теперь тоже не была человеком. И именно то, что она больше не человек, он имел право ответить на все ее вопросы.

- От старости, - хмыкнул Лектус, идя вдоль стены и разыскивая другие захоронения склепа. - Когда Правящий чувствует слабость, начинает хуже видеть и слышать, он принимает смерть.

- Сам? Добровольно? Я бы ни за что...

- Потому что ты рассуждаешь, как человек. Для Правящего смерть ничего не значит, мы ее не боимся. Так что когда приходит время, по его просьбе его отсоединяют от Силы, останавливают Кинжалом сердце, и он высыхает- и рассыпается в прах, который просто отдают воде.

Алексис с отвращением смотрела на Лектуса, но его это давно не трогало. Сложно принять правила жизни чужого народа. Он, например, не питал никакой симпатии к прощанию с трупом мертвого и закапыванию его в землю, чтобы там тело разлагалось и кормило червей.

- Что значит "отсоединяют от силы"?- наконец, спросила девушка, когда Лектус достиг дальней стены развалившегося склепа. Стена очень хорошо сохранилась, по крайней мере, на ней проступал бледный, но вполне различимый рисунок. Рисунок вызвал у него смешок. - Что?

- Я нашел вполне понятный ответ на твой вопрос. Иди сюда.

Она подошла, спотыкаясь и явно стараясь не наступать на могилы захороненных тут Правящих, хотя им явно было уже давно все равно.

Они вдвоем застыли перед нанесенной синей и красной красками рисунок: справа, постепенно сужаясь, струилась голубая река, которую перехватывала человеческая рука, сжимая в кулак. Вторая рука заносила над ней меч, или кинжал.

- Вот что значит "отсоединить от Силы".

- Перерезать вены?- предположила Алексис, побледнев.

- Нет,- тихо рассмеялся Лектус, вспоминая, что где-то уже видел подобный рисунок. - Каждый из вступивших на путь Посвящения, и тем более, из Посвященных, имеет связь с Силой. Ее можно увидеть, если Правящий некоторое время подержит в руках Кинжал. Ну, и если ты сам Правящий,- он коснулся рукой оружия, что было прикреплено к поясу. - Это как... голубая река,- он показал на рисунок, который соединяет Правящего с Силой. Словно... щупальца, соединяющие каждого Правящего...

- Как пуповина у младенца?- предложила свою аналогию Алексис, глядя на него широко открытыми глазами. - Но с чем вы... мы все связаны этими... щупальцами?

- С Силой, но никто не скажет тебе, куда уходит нить. Они всегда уходят в воду, а потом кто отследит?- пожал плечами Лектус, который много раз думал над этим вопросом, но ответа так и не нашел. - Если Правящий решит умереть, эту связь просто обрежут с помощью Кинжала. Если этого не сделать и убить Правящего, остановив его сердце Кинжалом, то Сила спонтанно хлынет по рекам в других Правящих или Посвященных- и они могут погибнуть...

- Так было, когда Истер убил в Академии того легата!- вспомнила Алексис. - Вы все катались по полу от боли, Джеймс рассказывал!

- И Ольге пришлось Посвятить Клауса, чтобы снова перераспределить Силу,- кивнул Лектус, отворачиваясь от рисунка. - В нашем мире должен быть баланс. Хотя, это не касается, конечно, смерти из-за огня. Он мгновенно убивает Правящего и сам рушит связь.

- Вы все словно подключены к какой-то машине, которая вырабатывает для вас жизненную энергию,- резко ответила Алексис.

- Возможно, ты права,- он внимательно посмотрел на девушку. - Но еще никому не удавалось найти эту, как ты говоришь, "машину".

- Но она существует...

- Я знаю, о чем ты думаешь, Алексис. Но прежде, чем мечтать о том, чтобы уничтожить источник нашей Силы, подумай: знаешь ли ты, какие будут последствия, если кто-то уничтожит то, что пропитало весь этот мир, проникнув в землю, в воду, в людей? Что станет с тобой, ведь ты тоже теперь питаешься Силой, тоже присоединена к "машине"...?

Она промолчала, отведя глаза, сделала вид, что заинтересовалась могильной плитой, которая была прямо у ее ног.

- Ее кто-то открывал,- вдруг заметила девушка, присев и касаясь рукой мрамора. - Смотри!

Лектус подошел и тоже склонился к могиле. Плита явно была сдвинута и кое-как уложена на место. Еще бы, ведь весила каменная глыба немало.

- Помнишь, вы вернулись от пиратов с сокровищами? Истер тогда вспоминал, что пираты грабили гробницы Правящих... Может, это они сделали?

- Вполне может быть,- пожал плечами Лектус,- первых Правящих хоронили с кучей разного добра...

- Как думаешь, мы сможем найти могилы твоих предков? Ну, дочери Первого кровососа, ее детей? Ведь твоя мама, как рассказывала Ксения, их потомок.

- Зачем нам их могилы?

- Но, может, мы там найдем подсказку, как найти тот ключ. Третий артефакт. Ведь, по легенде, он принадлежал именно дочери кровососа.

- И как ты собираешься что-то узнать? Вряд ли те, кто в могилах, что-то тебе расскажут. А камни вряд ли умеют говорить.

- Иногда и камни разговаривают, мальчик.

Они вздрогнули от глухого старческого голоса, который раздался за их спинами. Как странно, что они не услышали шагов по камням!

Лектус резко обернулся, заслоняя собой Алексис. В проеме обвалившейся арки стояла сгорбленная временем, высохшая старуха. Худая, в теплом поношенном плаще и стоптанных сандалиях, она казалась плотным призраком когда-то красивой женщины. Седые волосы заплетены в длинную тонкую косу, а слепые глаза направлены в их сторону. Старуха опиралась на толстую палку, однако ее шаги казались практически беззвучными.

За ней ступал маленький плотный старичок с длинной седой бородой и глазами, которых было не разглядеть из-под кустистых бровей. Лектус с удивлением сообразил, что это очень старый гном.

Весьма странная парочка.

- Давно тут не было никого, давно никто не творил магию,- прошелестела старуха, неслышно приближаясь к ним, словно подернутые пеленой глаза могли что-то видеть. - Да еще не просто маги, а Посвященные,- произнесла она некоторое время спустя. - Надо же, какие интересные вещи творятся в мире...

- Кто вы? Вы живете тут одна?- спросила Алексис, с жалостью глядя на старуху. - Почему вы здесь? Как вас зовут?

- Сколько вопросов,- старуха подошла к одной из могильных плит и села так, словно видела, или же знала наизусть каждый камень в этих развалинах. Лектус был склонен поверить во второе. - Как меня только не звали в этой жизни, маленькая колдунья. Родители нарекли Эвой, да когда это было? Я уж и не помню.

- У вас нет семьи? Почему вы тут одна?- не унималась девушка, и Лектус только покачал головой: совсем не о том спрашивает, они тут немного по другому вопросу.

- Всех схоронила, давно, да и не одна я тут. Вон слуга мой, не видишь его разве?- она махнула рукой в сторону, где молчаливо стоял гном. - Так чего хотели-то? Не на романтическую же прогулку вы сюда явились...

Скверный характер у старухи, хмыкнул Принц, подходя к ней ближе: мало ли, и со слухом у нее беда.

- Ты давно здесь живешь?

- Столько лет, сколько ты и не сосчитаешь, Посвященный,- насмешливо прокаркала старуха, опираясь на свою палку. - Я помню эти Дворцы Смерти в их величии, и знаю каждый камень их забвенья. Каждую могилу, каждую плиту...

- Мы ищем одного человека,- решил оборвать ее причитания Принц. Еще не хватало слушать летопись времен от этого пережитка Некрополя. Если в молодости у нее был такой же скверный характер, неудивительно, что на старости лет ее сослали на необитаемые острова. - Лет четырнадцать назад сюда должны были привезти мальчика, звали его Тедис... Ему было около пяти лет. Помнишь такого?

- А как не помню, конечно помню,- кивнула их слепая собеседница. - Привезли его незадолго до того, как пришли сюда Легаты. Тогда тут людно было, много человек спасалось от преследований Правящих. Кто-то жил тут, кто-то недолго отдыхал, хорошее было время, тихое.

- А мальчик?- Лектус постарался проявить все свое терпение, но до чего же он не любил, когда излагали не по теме и долго. Дурная людская привычка! Хотя он не был уверен, что старуха- человек. Странная она какая-то, древность на ножках. Видимо, возраст стер с нее все отпечатки принадлежности к какому-то народу. Была ли она Посвященной, была ли человеком или кем-то еще- теперь вряд ли можно узнать по этим еще живым останкам.

- Заносчив был, зол. Все принцем себя звал, требовал, чтобы ему подчинялись, чтобы преклонялись,- вздохнула старуха устало. - Скверная судьба. Плохо, когда ты не нужен родителям, когда тебя признали негодным, порченным...

- Его отправили в Северный город?- решил немного подтолкнуть собеседницу Принц, и Алексис пихнула его локтем, укоряя. Что? Может, она тоже хочет постареть раньше, чем покинет Некрополь?

- Нет. Пропал он. Просто однажды исчез- не нашли ни на одном острове. Думали, утонул, или какой зверь глубинный утащил. А через некоторое время Легаты пожаловали, и не до парня стало... До сих пор кое-где море скелеты облизывает, столько людей мигом убили. Почти никто не выжил.

- С тех пор вы здесь одна?- сочувственно спросила Алексис. - Только со слугой?

- Нет, маленькая колдунья, бывали тут люди, разные люди, кто сквозь туман берег разглядел...

- А скажите... здесь ли похоронены дети Первого Правящего? Легенда рассказывает,- робко спросила Алексис, присев рядом со старухой и заглядывая ей в лицо. - Говорят, тут семьи их долго жили, сестры и старшего брата.

- Давно все спят, давно нашли покой,- пропела слепая, чуть раскачиваясь. - И дети детей, и внуки, и правнуки... Все тут, под камнями, кто не ушел в поисках другого дома... Я их покой берегу, обхожу все время склепы. Не всегда могу защитить, пираты, проклятые души, постоянно нарушают покой усопших. Стараюсь обратно могилы закрывать после них, да не все получается... - Лектус скептически посмотрел на высохшую тщедушную бабку, в красках представив, как она двигает на место каменные надгробия. - Может, задержитесь, поможете? Уже зима прошла, как вскрыли могилу Хранителя Некрополя. Я недосмотрела: разграбили могилу ироды. Никак не могу задвинуть крышку, снег и дождь тревожат прах.

- Конечно!- Алексис ответила раньше, чем Лектус успел отказать. Она его с братом не попутала? Это лохматый дикарь вечно стремится всех спасти, заслонить и защитить! У них дел больше нет?!- Идемте!

- Да далеко идти не нужно, вон в ту арку- и по лестнице, он там. А я передохну,- и она указала на проход обвалившейся арки, за которой был туман, не отогнанный магией Алексис.

- Лектус?- она посмотрела на Принца вопросительно. - Давай поможем, нам это ничего не стоит.

- Да? И часто тебе приходилось двигать каменные плиты, чтобы так утверждать?- вздохнул Лектус, следуя за ней. Он совершенно не горел желанием восстанавливать древние могилы, чтобы мумиям лучше спалось, но позволить ей одной уйти по какой-то лестнице в туман он не мог.

Девушка легко оттолкнула белую дымку прочь. Перед ними сквозь хорошо уцелевшую галерею тянулась мраморная лестница с изломанными местами перилами. У ее подножия чернела разрытая могила-курган, над которой возвышалась статуя чуть выше человеческого роста, практически не тронутая временем и разрушениями. Рядом были еще две могильные плиты, явно не тронутые. Видно, слишком тяжелы оказались плиты.

Они спускались к разоренной могиле и рассматривали высеченного в мраморе мужчину. Обычный Правящий, только вот из груди его торчал кинжал, рукоятка которого был выполнена в форме руки. И в руке этой, при ближайшем рассмотрении, был зажат каменный ключ.

Где-то он уже видел нечто подобное. Повторное дежавю беспокоило Лектуса, но он никак не мог вспомнить, почему ему знакома эта статуя о трех руках.

- Это сделали пираты?- Алексис остановилась в нескольких шагах от чернеющего провала могилы. Плита была сдвинута ровно настолько, чтобы туда можно было засунуть пару рук.

- Да, причем знакомые нам. Они хвастались, что разорили могилу трехрукого Правящего. Я подумал, что они перепили,- пожал плечами Лектус. - Хвастались, что выдернули из мертвой руки ключ...

- Лектус!

- Что?- он быстро огляделся, решив, что Алексис что-то увидела, достойное такого вскрика.

- Ключ! Эва сказала, что это могила Хранителя Некрополя, то есть прямого наследника дочери Первого Правящего! А у нее, если верить легенде Ярика, был ключ! Артефакт, которого недостает Ярику!- она ткнула рукой в статую, указывая на каменный ключ.

- Тогда вынужден тебя огорчить: пираты все уже подчистили,- заметил Лектус, не очень верящий в теории о трех каких-то загадочных предметах, которые помогут людям победить Правящих.

- Ну конечно! А мы забрали их добычу, помнишь? Там ведь был какой-то ключ!

Лектус все еще скептически смотрел на девушку, которая разве что не подпрыгивала на месте от восторга. Он же только покачал головой и опустился на колени возле зияющей темнотой могилы.

- Ты можешь подсветить? Ну, там огонь какой сотворить из тумана?- спросил Принц, некоторое время вглядываясь в черноту. Он хотел своими глазами увидеть трехрукую мумию.

- А сколько скепсиса в голосе,- фыркнул девушка, присев рядом с ним. Она раскрыла ладони- на них светился огонек, который, кажется, даже не обжигал ей руки. Алексис поднесла его к проему и вздохнула, чуть не выронив наколдованный свет.

В могиле действительно лежала мумия Правящего: высохшее тело отчетливо виднелось в свете волшебного огня. Лица не было видно в темноте могилы, но вот кинжал с рукояткой в форме руки, торчащий из мертвой груди, отчетливо выступал из тени. Видимо, он не показался пиратам чем-то ценным: сделан из обычного металла, местами начавшего ржаветь после вскрытия кургана.

- В темноте они приняли рукоять кинжала за третью руку,- подытожил Лектус. - А ритуальный кинжал, которым ему остановили сердце, унесли, наверное, был покрыт золотом. - Принц внимательно разглядывал рукоять, выполненную в форме сжатой руки. Он был вынужден признать, что в самую вершину рукоятки действительно мог быть горизонтально вставлен ключ, о котором говорили пираты, Алексис и, видимо, легенды.

- Но зачем они воткнули эту "руку" в него с ключом? Почему не унесли с собой, покидая остров?- Алексис легким движением убрала огонь и выпрямилась, не в силах больше смотреть на мертвое тело.

Лектус лишь пожал плечами: если он что хорошо знал, так это отношение его народа к знаковым предметам династий. Его отец хранил Камень предков как одну из самых главных святынь. Сложно поверить, что первые Правящие и их потомки могли оставить свой артефакт в могиле, да еще в держателе из простого металла. Бред.

Он поднялся, рассеяно разглядывая могильную плиту, которую им предстояло поставить на место. По ней шли надписи, которые он не сразу, но смог разобрать.

- "Пусть камень сохранит до возвращенья, Когда твои потомки будут дома",- прочел он вслух.

- По легенде, что рассказал Ярик, семьи сестры и старшего брата бежали отсюда, чтобы избежать смерти. Но, видимо, ключ оставили, чтобы он не попал в руки людям или магам... - предположила Алексис, глядя на Принца. - Ты понимаешь? Значит, легенда говорит правду! Мы должны вернуться и рассказать Ярику!

- И что? Мы даже не задвинем плиту? Ты же обещала старушке!- насмешливо заметил Лектус, хватая девушку за руку, а то она бы уже куда-то бежала.

- Ммм, подожди,- она освободила ладони- и снова повела руками, только на этот раз словно что-то собирая в кучу. Лектус с удивлением заметил, как задвигалась земля кургана, словно это миллионы маленьких насекомых решили мигрировать. Плита сдвинулась с легким шуршанием, миллиметр за миллиметром надвигаясь на черный провал- пока не встала на место, закрыв место упокоения последнего Хранителя.

Пока она это делала, Лектус оглядывал могилы рядом. Обе были подписаны. На одной значилось "Пусть младший брат достойно венец упавший за тебя несет", на другой- "Пусть будет крепок сон твой, истинный Владыка". Любили предки вычурно выражаться, закапывая в землю бесполезные тела.

- Лектус, идем?

Он кивнул, в последний раз посмотрев на мраморную скульптуру над могилой последнего Хранителя. Странно, но нигде больше нет монументов: ни здесь, ни в склепе вверху. Он не видел никаких частей скульптур, которые могли бы быть разрушены.

- Лектус?

Он сделал шаг вперед и со все возрастающим подозрением оглядывал каменного мужчину с торчащей из груди рукоятью кинжала.

- "Пусть камень сохранит...",- повторил он фразу с надгробия, со всех сторон оглядывая ключ на рукояти. Его зоркие глаза различили узкие, едва заметные борозды. Лектус сжал в руке ключ и попытался вытянуть. Не получилось, зато к его удивлению, ключ повернулся на несколько градусов влево.

- Что там?- Алексис подошла, не понимая, что он делает.

- Правящие бы никогда не оставили в могиле с трупом священную для себя вещь, да еще на железке,- Лектус продолжил поворачивать ключ. - А вот спрятать в монументальной скульптуре, которая сама по себе уникальна, это пожалуйста,- и он отошел, когда ключ окончательно провернулся, и рукоять каменного кинжала осталась в его ладони, открыв полость.

- Что там?- Алексис тут же заглянула в темную нишу. - Золото, внутри все отделано золотом!- ахнула она, запуская туда тонкие пальчики. - Ключ,- прошептала она, извлекая на свет небольших размеров золотой ключ, украшенный завитками. - Ты гений!- она бросилась на шею к парню, сжимая в руке артефакт.

Словно он нашел для нее оружие, которое уже убило всех ее врагов.

- Теперь идем?- спросил он насмешливо, когда Алексис отпустила его. Он вернул рукоять на место, чтобы скульптура выглядела, как прежде.

Девушка сняла с шеи шнурок, на котором висел маленький холщовый мешочек, и вдела на него ключ.

- Надо позвать Эву с нами, а то что она тут одна?

Ну конечно! Кто бы сомневался! Сейчас им еще и гнома придется с собой брать, а там и весь старушечий скарб...

Принц вздохнул и последовал за Алексис, не разделяя ее энтузиазма. Они ни на каплю не приблизились к разгадке тайны Тедиса. Ну, разве что снимать со всех штаны, причем в комнате, наполненной насекомыми... А представляет ли какую-то ценность ключ, еще предстоит узнать, пусть гений-полуэльф сам разбирается.

- Ее нет!

Он догнал Алексис уже в развалинах: плита, где сидела Эва, была пуста. Девушка обежала весь зал, выглядывая в окна, но остров тонул в тумане, который возвращался в развалины.

- Мы не пойдем ее искать,- сразу же пресек всякие пререкания Лектус, решив, что был и так достаточно покладист сегодня. - Пора возвращаться, хватит приключений. Твой брат уже, наверное, начал разбирать Академию на щепки в поисках тебя. Нам надо возвращаться. К тому же там твой раненый кот.

- Но...

- Если бы старуха хотела, чтобы мы ее забрали, она бы никуда не ушла, поверь мне,- твердо заметил Принц, ставя точку в разговоре. - Посмотри: она прихватила наши припасы, так что давай уже уходить.

Он подошел к Алексис и взял за руку.

- Надо возвращаться.

Лектус достал компас и сосредоточился. Не хватает им еще промахнуться, достаточно уже напутешествовались, пора вернуться к реальной жизни.

Привычное путешествие сквозь пространство прошло мгновенно, но что-то было не так. В какой-то миг Лектус будто ударился о невидимую стену: и их выбросило на холодный морозный воздух, пропитанный странными запахами.

Гарь и кровь.

Он вскочил на ноги, увлекая за собой Алексис. В первый миг он подумал, что они действительно промахнулись, но затем осознание того, что он видит, стало четким и молниеносным.

Они стояли во дворе Академии, на черном от копоти снегу. Здесь недавно полыхал огромный пожар, превративший в пепел все, что было вокруг. Зоркие глаза заметили знакомые горки пепла и обгорелые тела людей. Стояла мертвая тишина угасшего пожара.

А посреди этого возвышалось с голыми ветками черное Древо Академии, и оно было мертво.

## ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ


## Глава 1. План по спасению


Тишина леса была неестественной, мёртвой, давящей. Даже снег под ногами словно боялся скрипеть, а ветер затих, затаился в тёмных еловых лапах. Смолкли птицы, будто кто-то выключил звук у природы.

Истер стоял в тени разрушенных стен, ёжась не от холода, а от воздуха, пропитанного запахом гари: вдали вновь полыхало синее пламя. В другой ситуации полукровка бы улыбался, радуясь, что очередной кровосос уничтожен.

Но не теперь. Не сейчас.

Он ещё некоторое время вглядывался в полоску тёмного, враждебного леса, но деревья были равнодушны к его нервному ожиданию.

Истер вздохнул, бросил последний взгляд вдаль, словно это могло что-то изменить, и под прикрытием полуразрушенных стен направился к дальнему своду. Остановился у стены, медленно, чтобы не потревожить насыпанный сверху снег, сдвинул плоский камень, за которым во тьме скрывалась лестница в крипты.

Оглянувшись, он буквально юркнул в тёплую темноту, осторожно задвигая крышку обратно. Максимум осторожности, иначе кровососы возьмут их тут тёпленькими, всех сразу.

Чуткие уши уловили несколько голосов ещё до того, как Истер спустился в подземелье. Тихий скрежет у дальней стены возвестил о том, что Отто не бросил попыток пробить запасной выход из подземелья. Правда, прокопать дыру сквозь толстые каменные стены крипты ему пока так и не удалось. Шуметь было нельзя, поэтому упрямый парень тихо скрёб в углу. Никто ему не мешал: несколько дней назад Отто потерял всю свою семью.

- Не вернулась? - сразу же спросили Истера, едва он вошёл в крипту, освещённую волшебным голубым огнём. По крайней мере, им не приходилось думать о том, как вывести из склепа дым или согреться без огня.

Волшебники.

Истер покачал головой в ответ на вопрос и присел у огня, рядом с Боско, облокотившись спиной об одно из надгробий. За эти дни они перестали обращать внимание на своих тихих, ничего не требующих соседей.

- Она вернётся.

Истер передёрнул плечами, не собираясь говорить ничего не значащие фразы. Еще неделю назад он бы огрызнулся на слова Боско, отпрыска кровососов, воспитанного в Академии. Но не теперь.

Полукровка откинулся назад, вытянув ноги, и из-под полуприкрытых век смотрел на своё малочисленное войско.

Его войско. Странно, но не было сейчас ни сил, ни времени спорить с горсткой уцелевших, вырвавшихся детей Чужих, которые почему-то отказались сдаться армии Байрока. Вместо этого они помогали выводить людей из окружённого, сметённого армиями кровопийц города.

Кажется, это было так давно. Жизни назад, века. И вот они сидят у одного огня, союзники в этой уже проигранной войне. Горстка несдавшихся, обречённых подростков и несколько взрослых.

Истер услышал шаги на лестнице раньше, чем остальные. Парни переглянулись, кто-то вскочил: никогда не знаешь, кто спускается в крипту. Это могут быть как свои, вернувшиеся из разведки, так и враги, уничтожившие дозорных. И тогда надо быть готовыми дорого продать свои жизни, потому что никого из них в живых всё равно не оставят.

Фабрики и питомники переполнены. Кровососам больше не нужны пленные, тем более предатели крови великих правящих! Хотя их может ждать арена - и бой насмерть друг с другом на потеху кровопийцам.

Истер выдохнул, когда на лестнице мелькнула маленькая, почти незаметная тень, которую могли пропустить люди. И противный ком, поселившийся в груди на рассвете, исчез, растаял.

- Утром ты была совой, - усмехнулся полукровка, чтобы окончательно сбросить напряжение, когда на его руки взобралась шустрая серая белка.- Что?

Тут он понял, что всё-таки слышал на лестнице человеческие шаги, и вскинул голову. Ого!

На пороге в нерешительности стояли изрядно замёрзшие Алексис и Лектус, так внезапно пропавшие ещё до падения Северного города. Вовремя так исчезнувшие, ничего не скажешь.

- Где вы были две недели?! - прошипел Истер, выливая на них злость и бессилие прошедших в их отсутствие дней.- Зачем вы сейчас явились?!

- Истер, - на его плечо легла мягкая тёплая рука Кристин, которая ловко научилась перевоплощаться в одну из трёх своих звериных ипостасей и обратно.

Принц придержал Алексис за руку, не давая ей пройти дальше. Оба были какие-то воинственные и испуганные одновременно, хотя продрогшие до костей в своих свитерах. Утеплиться-то явно не успели.

Принц был насторожен и пристально смотрел на Истера. Ну, да, конечно, он видит гневные радужки глаз. Бойся, чёртов наследник, ведь это твой отец разрушил всё, что было смыслом жизни тысяч свободных людей!

- Нас не было меньше суток, Истер, - пробормотала Алексис, и только теперь полукровка понял: и она, и Лектус не боялись, они были в растерянности.- Суток! А потом мы вернулись в Академию, а её... нет! Кристин не ответила на наши вопросы, просила молчать, чтобы нас не услышали... Мы ничего не понимаем, что случилось?

- Где ты их нашла? - Истер сделал вид, что не слышал слов дикарки, и повернулся к Кристин.

- Во дворе Академии. Я как раз собиралась возвращаться, когда они появились из ниоткуда посреди двора. Пришлось срочно перевоплощаться и уводить их от греха подальше, - смущённо улыбнулась Кристин, подходя к огню и грея руки.- Хорошо, у Лектуса был его... артефакт.

В крипте стояла тишина: все ждали окончания разговора. А ведь вернулся их Принц, предводитель этих недо-чужих, почему-то признавших Истера предводителем...

- Вы использовали чёрные камни путешествия? - вступил в разговор Боско, всё ещё держась позади Истера.

- Часть пути, - кивнула Алексис. Принц молчал, оглядывая крипты. Ему нечего сказать?

- Далеко побывали?

Алексис промолчала.

- Я читал, что эти камни перемещают не только в пространстве, но и во времени. Если расстояние небольшое, то это незаметно. Но чем дальше пункт назначения, тем длиннее пространственно-временной коридор, - Боско внимательно смотрел на Лектуса.- Была легенда, что один человек совершил путешествие до Красного города и обратно с помощью такого камня. Он был уверен, что его не было несколько часов, а на самом деле прошло больше месяца.

Принц и сестра Джеймса переглянулись.

- Что случилось? Где Джеймс? - выпалила Алексис, кажется, давно рвавшиеся из неё вопросы.- Города больше нет?

- Где моя сестра?

От интонации Принца Водного мира, казалось, замёрз даже волшебный огонь. Его тихий холодный голос отразился от стен и надгробий. У Истера зашевелились на затылке волосы.

- Её увели эльфы, - тихо ответила Кристин, делая шаг к новоприбывшим.- Ещё до падения Купола. Она должна быть в безопасности, но мы ничего не слышали о судьбе эльфов.

- Джеймс ушёл с ней? - Алексис выпустила руку Лектуса и тоже шагнула к огню, ближе к Кристин.

- Да, твой брат ушёл к эльфам, но не сразу. Он помогал оборонять город и Академию, пока эвакуировали детей и животных. Почти все ученики и преподаватели уплыли на кораблях на Остров Драконов, - затараторила Кристин, но Истер видел, что данная тема Лектусу неинтересна. Поняла это и Кристин.- Потом уже, когда Академия пала и закрылась от всех, мы перебрались сюда, за реку, потому что в Северном городе ещё слишком много кровососов...

- А Джеймс?

- Они с Яриком отправились в город эльфов за Ксенией. Это было неделю назад...

- Принц, тут нет врагов, - спокойно отметил Боско, и теперь полукровка понял, почему затихло его войско.- Мы сделали, что смогли, но Купол пал достаточно быстро. В городе был схвачен или убит каждый второй, жители деревень, что находились между городом и стеной, были почти все уведены в город Наместника Северных земель и оттуда отправлены в разные концы Водного мира...

- Выжили только вы? - испуганно спросила Алексис.- Из тех, кто не успел сесть на корабль?

- Нет, есть ещё несколько групп вроде нашей, правда, они состоят в основном из взрослых волшебников или остатков Дозора, мы держим с ними связь, - Кристин улыбнулась, показывая, кто эту связь обеспечивает.- Истер, у Алексис есть чудесные быстрые башмачки, - девушка кивнула на ноги дикарки. Полукровка уже видел эту обувь: в тот день, когда все они получили подарки от гномов в подводном замке. Тысячи лет назад.- Мы сможем быстрее связываться с другими людьми.

- Посмотрим, - Истер помнил и о компасе Принца, но пока не был готов обсуждать участие новичков в их партизанской деятельности.- Думаю, что Алексис и... Лектус отправятся к эльфам, не так ли?

- Дорогу покажешь? - холодно спросил Принц, наконец, снисходя до того, чтобы пройти в глубь крипты и присесть у огня. Подземелье тут же ожило: кто-то подошёл ближе, чтобы участвовать в разговоре, кто-то вернулся к прерванным занятиям.

Итак, теперь их семнадцать, считая тех, кто отсутствует. Целое войско! Хотя умения Алексис управлять природой и погодой им пригодятся, а артефакты, подаренные гномами, могут однажды спасти всех.

- Что с остальными детьми Правящих? - Лектус обвёл взглядом крипту, явно замечая, что она полна его сородичей. В отряде Истера было всего три человека, в которых не текла кровь Чужих.

- Анна исчезла, Лектус, - тихо проговорила Кристин, видимо, быстро пришедшая к мысли о том, чья судьба больше всего интересовала Принца.

- Как? - голос наследника Водного мира был холоден и беспристрастен. Но Истер слишком хорошо знал цену этому равнодушию.

- Её увёл кто-то из Академии ещё до атаки на сам город, - вперёд выступил Отто, и для него это было практически подвигом: парень мало общался с другими людьми.- Говорили, за ней прислали по приказу Стеллы, но я не думаю, зачем? Больше её никто не видел.

- Кто увёл?

- Я не знаю. Но в тот день, когда Байрок казнил часть незаконных детей нашего народа, её не было ни среди казнённых, ни среди ещё неосужденных, ни среди помилованных.

Алексис придвинулась к Лектусу, взяла за руку, и только тут полукровка понял, что всё это значит. Хорошо, что Джеймс ушёл к эльфам...

- Казнили только незаконных детей? Остальные ушли в город Наместника? - уточнил Лектус, никак не комментируя судьбу бывшей подружки.

- Те, кто захотел. Они давно об этом мечтали: вернуться, занять своё место среди Правящих, - заметил спокойно Боско.- Мы не хотели, наше место здесь, это наш дом, - проговорил он, предвосхищая другие вопросы.

- А кровопийцы? Ушли обратно в город? - тихо спросила Алексис, и многие вокруг криво улыбнулись. Прятались бы они по норам, если бы не снующие повсюду Стражи.

- Они ищут Лектуса, - пожал плечами Боско, и Истер даже ухмыльнулся: кроме Принца, были и вещи, которые очень хотел получить Байрок, но так пока и не получил.- Надеюсь, след Кинжала не приведёт их к нам.

- Не волнуйся об этом, - холодно ответил Лектус, но полукровка напрягся, оглядываясь, словно надеясь увидеть этот ценный клинок.- Я ещё не готов попасть в руки отца.

- Хорошо, потому что иначе нам придётся убить тебя, - пожал плечами Истер совершенно равнодушно. Он надеялся, что Лектус услышит достаточно угрозы в его голосе.

- И что дальше? - спросил Лектус, и полукровка вопросительно посмотрел на принца.- Город уничтожен, люди убиты, Купола нет, Академия сгорела. Что дальше? Зачем вы тут? Среди руин, сгоревших деревень, прячетесь в норах? - хмыкнул Принц, глядя в глаза Истеру, словно вызывая его на поединок.

Не дождёшься.

- Мы спасём всех, кого сможем. И убьём каждого, кто встанет на пути.

- Истер, - тихо заговорила Алексис, - почему пал Купол? Что случилось?

- Эта мышь летучая, эта тварь... - зашипел полукровка, мгновенно вскипев от одной мысли о предательнице.

- Купол разрушила Диана, девочка, которая занималась зверинцем, - Кристин успокаивающе положила руку на плечо Истера.- Говорят, что ей кто-то помогал, кто-то в Академии, но мы не знаем точно. Она ненавидела людей за то, что они ставили над ней опыты, когда Диана была ещё ребёнком. И смогла найти способ разрушить Купол.

- У неё тоже был камень путешествий, он открывал туннель под рекой, - заметил Боско, придвигая к новоприбывшим кружку с заваренными травами.

- И его не восстановить? Купол? - спросила Алексис, сжимая руки вокруг кружки и с мольбой глядя на Истера.

- Для этого нужно изгнать всех кровопийц отсюда, вернуть магов, а ещё уговорить эльфов снова его создать, но это пусть уж Ярик решает со своим дедом, - пожал плечами Истер.

В крипте воцарилась напряжённая тишина, только волшебный огонь чуть шипел на камнях.

- Истер, Боско, я думаю, Лектус может нам помочь, - робко заговорила в этой тишине Кристин, и Истер сердито посмотрел на неё, не считая нужным посвящать Принца в их планы.- Ист, нам нужна помощь! Мы должны спасти Гретту и других ребят из города Наместника.

- Мы не знаем точно, что они там, что они живы, что их ещё не отправили куда-нибудь на острова! - мгновенно вскипел Истер. Он ненавидел свою беспомощность и не хотел признаваться, что у него нет плана, как вызволить пять членов своего маленького войска, пленённых пять дней назад.- И даже если они там, в этом змеином клубке, нам туда не попасть! Если их выставят на арену, как говорили подслушанные тобой кровососы, то мы уже не успели: битва завтра!

Истер ненавидел себя за бессилие: как руководитель группы он провалился, не смог защитить своих ребят. Да ещё Фауст попалась, дура!

- Рассказывайте.

Истер оглянулся на заговорившего Лектуса. Все присутствующие тоже посмотрели на Принца.

- Что? - он вопросительно поднял бровь.- Рассказывайте всё, что знаете о завтрашнем бое, об армии моего отца, о патрулях, об охране города. Всё! Иначе какой вообще смысл всего этого?

Кристин всхлипнула и порывисто обняла Лектуса. Истер решил сделать вид, что ничего не видел.


Алексис стояла в тени полуразрушенной стены и смотрела вверх, на низкие яркие звёзды, пылавшие в ночном морозном небе. Было очень тихо, только иногда рядом хлопала крыльями большая птица или с шорохами опадал на землю снег, скопившийся на лапах огромных зелёных елей.

Не верилось, что среди этой красоты для людей остались лишь рабство и смерть. Что где-то совсем рядом ходят убийцы, готовые в любой момент напасть на это тихое убежище, пролить кровь, оборвать каждую жизнь... И вокруг только опасность.

Ещё сутки назад всё было хорошо: были уютная надёжная Академия, ощущение свободы, дома. Рядом был Джеймс. А теперь...

Алексис не могла поверить до конца в реальность происходящего. Даже путешествие в Красный город и Некрополь, странная старуха в мёртвом городе казались теперь каким-то сном...

Где ты, Джим? Что теперь будет?

- Что ты тут делаешь? Замерзнуть насмерть решила?

Она вздрогнула и обернулась: из тени едва слышной тенью вынырнули Истер и ещё один парень. На заходе солнца они ушли в дозор: было важно, чтобы вокруг их убежища не оставалось следов, и кровососы не подходили близко к развалинам.

- Алексис, ты замёрзнешь, - прошептал Истер, подходя ещё ближе. Его напарник уже скрылся в темноте, наверное, спустился в крипты.- Хоть бы... - и он осёкся, вздрогнув: явно не ожидал оказаться среди тёплого воздуха, стоя на морозе.

Алексис тихо рассмеялась: нагреть вокруг себя воздух ей не составляло особого труда.

- Удобно, когда можно подчинять себе даже погоду? - буркнул полукровка, но беззлобно. Алексис ещё днём отметила, что Истер как-то неуловимо изменился. Наверное, на войне, сражаясь с врагами, он чувствовал себя лучше, чем уча уроки в безопасном городе.

- Вы идёте утром? - девушка очень хотела узнать, к какому решению пришли Истер и Лектус, как они собираются спасать Гретту и других ребят из города Наместника. И собиралась пойти с ними, хотя понимала, что ей придётся долго спорить об этом с Принцем.

- Да, на рассвете, - тихо сказал Истер, оглядываясь. Кто мог услышать их шёпот в этой морозной пустыне посреди мёртвых камней? Разве что птицы, что иногда подавали голоса в ночной тишине.

Где сейчас ирбис? Удалось ли его забрать из зверинца? Поправился ли верный друг?

- Как вы проникнете в город? Там щит, магия не сработает, - Алексис постаралась откинуть грустные мысли. Она уже многих потеряла, она не знала, что с братом, но собиралась помочь друзьям спасти всех, кого ещё можно вырвать из лап кровососов. И не отдать им Лектуса.

- Принц проникнет во дворец и отключит щит, затем мы тихо проберёмся в город и освободим ребят, - Истер практически шептал ей на ухо.- У нас есть ковры дядюшки Ярика. Забрали с собой, когда уходили из Академии. Отто владеет чарами невидимости, так что какое-то время мы сможем спокойно передвигаться в городе. Войдём, заберём своих и уйдём по воздуху.

- А Лектус? - испугалась Алексис, вцепившись руками в ладонь Истера.

- Подберём мы твоего драгоценного принца, - хмыкнул полукровка, сузив глаза.- Пригодится ещё. Внучков Байроку нарожаешь...

- Дурак! - огрызнулась Алексис, отшатнувшись.

- Вас слышно у самого города, наверное.

Голос был очень тихим, холодным, как воздух, но Алексис не испугалась: она сразу узнала Лектуса. Он вышел из-под обрушенной стены и вплотную подошёл к Алексис.

- Ночная прогулка? - насмешливо спросил Принц, посмотрев на Истера, и тот лишь пожал плечами и растворился во мраке. Алексис шагнула ближе к Лектусу, и он обнял её, ничего не сказав по поводу того, что она без верхней одежды на морозе.

- Куда ты ходил?

Лектус не стал говорить: взял её за руку и провёл ею по своему боку. На поясе снова был Кинжал, который он оставил где-то в лесу, когда они переместились сюда из Академии. Но кинжал был странных очертаний, словно...

- Отто выстругал для него деревянный чехол, - прошептал Принц ей на ухо едва слышно.- Я заметил, что дерево скрывает след Кинжала, когда прятал его днём в дупле. Так я смогу всегда носить его с собой, и он нас не выдаст.

- Ну, конечно, - Алексис даже улыбнулась, - Дир-Ле ведь не раз говорил, что Чужие боятся дерева, потому что оно помогает магии людей. Видимо, магию кровопийц оно блокирует.

- Возможно, - он едва уловимо пожал плечами.- Не хочу оставлять Кинжал здесь.

Алексис напряглась, внимательно глядя на него снизу вверх, но в темноте было ещё труднее, чем обычно, разглядеть выражение его глаз.

- Я пойду с тобой.

- Куда?

- Куда бы ты ни собрался, - вздохнула Алексис.- Я пойду с тобой во дворец Наместника.

Она почувствовала, как Лектус напрягся, и замерла, готовая к протесту, спору, приказу и отсылкам к мнению Джеймса. Она упрямо поджала губы, собираясь отстаивать своё право быть рядом.

- Хорошо, - тихо выдохнул он ей на ухо, и это было полной неожиданностью. Он это почувствовал, потому что беззвучно рассмеялся.- Не вижу смысла тратить силы на пустой спор.

Она ещё крепче обняла его, прикрыв глаза. Пусть будет, что будет. Всё равно этот мир уже разрушен. Рядом с Лектусом, по крайней мере, она чувствовала себя защищённой.

- Хочешь узнать, куда мы пойдём и что будем делать? - насмешливый шёпот над ухом. Опять он удивил её.

- Было бы неплохо, - в тон ему ответила девушка, не собираясь выдавать Истера. Было так здорово стоять обнявшись под звёздным небом - и делать вид, что никого и ничего больше нет. И даже обсуждение плана, который больше похож на запланированный суицид, не мешало этому ощущению.

Он молчал, наверное, решая, что ей стоит рассказать.

- Как мы попадём в город? - подтолкнула его Алексис к главному вопросу. Она так и не смогла представить, как можно проникнуть в город Наместника, если их там ждут, а магия не работает.

Лектус разжал объятия и достал из кармана брюк несколько чёрных камешков.

- Портал?

- Колодец, - хмыкнул Лектус.- На территории дворца в городе есть старый колодец. Там нас ждать не будут. Помнишь, мы так путешествовали, когда Ольга забирала нас из Дозора?

- Да, но откуда они у тебя?

- Истер дал. Они много чего утащили из хранилищ Академии, когда покидали её, - усмехнулся Принц, убирая камни.

- Он рассказал, как это было? Как погибло Древо?

- Оно не погибло. Ну, полукровка, по крайней мере, так считает.

- Ты стал лучше к нему относиться, - дёрнула уголком губ Алексис.

- К кому?

- К Истеру.

Лектус решил, видимо, проигнорировать замечание девушки, и снова сменил тему:

- Отряд Истера был последним на территории школы. Они укрылись в Древе, а когда во двор вошли Правящие, то из ледяных стен ударил огонь. Фрей позволил отряду взять в хранилищах все, что им нужно, и они улетели на коврах сумасшедшего дядюшки Ярика, выбравшись через окна. А пожар вокруг Академии не стихал три дня.

Алексис вспомнила чёрный двор и опалённое Древо - и вздрогнула, поёжившись, хотя воздух вокруг них по-прежнему был тёплым.

- Откуда ты знаешь про колодец?

- Дворец в Красном городе строился по точным планам здешнего дворца. Планы сохранились в библиотеке отца. В Кар-Альны на месте колодца поставили трубу водопровода. Здесь водопровода нет, поэтому рабочие кухни, на заднем дворе которой стоит колодец, пользуются им до сих пор... Я тихо войду и всё сделаю.

- А если...?

- Я сделаю свою часть и вернусь. Я обещаю.

- Мы сделаем и вернёмся, - поправила его девушка.

- Да.

- Пообещай, что... если нас схватят, ты не позволишь им сделать меня кровососом, - прошептала девушка.- Обещай.

- Обещаю. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, Лекси, - тихо ответил он, и Алексис поцеловала его, крепко обнимая за шею. Это было так необычно и даже страшно: целоваться под звёздным небом посреди враждебной земли, зная, что завтра они могут оказаться в руках кровопийц - или погибнуть. От этого хотелось, чтобы поцелуй и объятия длились бесконечно, до самого рассвета.

От порыва ветра с близких елей упали шапки снега, закричала испуганная птица. Хлопнули крылья, и опять всё стихло.


Они словно все одновременно почувствовали, что пора. Лектус почти не спал ночью, лёжа рядом с Алексис и слушая её тревожное дыхание. Она храбрилась, но Принц знал, что ей страшно. Им всем было страшно, и это нормально. Люди должны бояться, иначе они расслабятся - и погибнут.

Принц наблюдал, как участники операции бесшумно перемещались в полумраке крипты, пробираясь к выходу и растворяясь на лестнице. Истер обернулся, словно задавая вопрос Лектусу, затем его взгляд задержался на спящей у потухшего костра Кристин - и полукровка тоже исчез из вида.

Лектус встал без единого шороха и вышел, не оглядываясь. Какой смысл смотреть на спящего магическим сном человека? Девушки не проснутся ещё несколько часов. К тому времени всё уже так или иначе закончится.

Он обещал Алексис, что с ней ничего не случится. И выполнить своё обещание он собирался любой ценой, даже обманом. Неучастие Кристин и Алексис во вторжении в город Правящих они обговорили с Истером в самую первую очередь, а один из магов отряда вечером легко заколдовал их напитки, превратив травяной отвар в снотворное.

Так будет лучше. С последствиями они разберутся позже.

Небо было ещё тёмным, когда они втроём - Лектус, Отто и Истер - подошли к развалинам когда-то, наверное, большой деревни. Отто нёс свернутый в рулон ковёр: им с полукровкой ещё предстояло вернуться к основному отряду. И ждать сигнал.

- Смотрите внимательно, - напомнил им Принц, останавливаясь рядом с колодцем.- Когда щит спадёт, над городом на несколько мгновений можно будет увидеть марево, как при жаре.

- Кровососы точно не заметят? - уточнил Истер в очередной раз.

- Его видно только издалека - и если специально следить, - пожал плечами Лектус. Он немного устал от десятка глупых вопросов. Такой план стоило прорабатывать хотя бы пару дней, чтобы не осталось вероятности срыва: заметят, обнаружат, поднимут тревогу. Принц вполне допускал, что на выходе из колодца его тут же схватят. Их план сработает при множестве 'если': если Правящие не знают про колодец, если колодец включён в сеть, если во дворе никого не будет, если он сможет незаметно пересечь дворец, если справится со Стражем у щита, если Отто сможет сделать ковры и людей на них незаметными...

План самоубийственный. Но Лектус был уверен в одном: если что, он сам уцелеет. Остальное - как получится. Просчитать все вероятности не было времени.

- Мы подберём тебя с западной башни дворца, - напомнил Отто.- Удачи, Принц.

Лектус кивнул, не поворачивая головы, сжал камень в руке и прыгнул навстречу запланированному безумию.

Что ж, колодец работает, уже повезло.

Мгновенный холод - и он уже стоял на ногах на заднем дворе хозяйственного крыла дворца. Никого. Пахло так, как должно пахнуть здесь, если готовится пир не только для Правящих, но и для их потомков, ещё не прошедших до конца Путь к Посвящению. Отец явно собрал в городе весь свет: он мог гордиться победой над Северным городом и собирался устроить показательную казнь людей и развлечь своих соратников.

Двор был пуст и тих, как и положено на рассвете. Принц укрылся за поворотом корпуса, цепко оглядывая балконы, крыши, стены, ограды в поисках Стражей. Вряд ли, конечно, Правящие понимали значение оставленного на задворках колодца людей, но вполне могли оставить Стражу и тут.

Никого. Высокая стена скрывала его от улиц города, а единственная дверь, которая вела во двор из дворца, была сейчас закрыта.

Лектус вздохнул и пошёл по узкому проходу между оградой и бесконечной белой стеной дворца, внутри которого, Лектус был уверен, сейчас находятся все главные враги людей.

Давно он не был так близко от отца. Но видеть Байрока пока совсем не хотелось. Ещё столько всего не сделано. Когда всё закончится - может быть. Но не сейчас.

Он шёл, но в груди разрасталась непрошеная тревога. Предчувствие.

Лектус дошёл до арки, которая выходила в закрытый дворик с тремя маленькими фонтанами. В таких двориках Стражи набирались сил перед принятием караула во дворце. И боковой проход, по которому пришёл Лектус, был нужен, чтобы доставлять к фонтанам единственное угощение, которое употребляли Стражи.

Лектус замер, ещё сильнее ощутив тревогу.

Тихо. Слишком тихо.

И запах. Да, больше всего его насторожил запах.

Чистый запах, без аромата крови. Такого не может быть во дворе с чашами, куда с вечера должны были налить свежую человеческую кровь. На рассвете заступает новый караул Стражей - это правило для любого дворца, тем более, если там находится Правитель Водного мира.

Лектус в предрассветном сумраке вглядывался в чаши - они были пусты.

Надо возвращаться. Их ждут. Откуда-то во дворце знают о визите людей и ждут.

Возможно, за ним уже следят.

Значит, вернуться тем же путём ему не позволят.

Ему вообще не позволят уйти.

- Принц!

Он ожидал чего-то такого: терпение тех, кто сидит в засаде, явно небезгранично.

- Выходи, ты окружён, Принц.

Лектус не собирался бежать или прятаться: он всё ещё сын Байрока, он наследник Водного мира. И вряд ли отец приказал его убить при захвате. Все-таки Лектус ему ещё нужен. Зачем, скоро узнаем.

Лектус спокойно вышел на середину двора, ожидая, что его тут же окружат Стражи. Но этого было не нужно: дворик закрыт стеной со всех сторон, единственный вход во дворец наверняка уже под охраной, а обратно к колодцу его не пустят.

Принц поднял глаза и увидел, что на балконе стоят несколько Легатов, среди которых он узнал Линкольна, мальчишку, которого он судил в Академии. Что ж, он все-таки встретил Легатов и выжил.

Линкольн ухмылялся, держа Лектуса на прицеле арбалета, как и другие Легаты, верные псы дома Правителя.

Теперь должен появиться отец, иначе спектакль с захватом взбунтовавшегося Принца будет незаконченным. Лектус смотрел на балкон, но оказалось, что и его можно удивить.

Из прохода, которым Принц попал во дворик, сначала вышел Легат с невозмутимым, спокойным лицом старшего по званию, за ним - ещё один знакомый Лектуса.

Принц молчал, складывая в голове такую простую картину.

- Ну, здравствуй, брат, - произнёс Тедис, - у меня есть для тебя подарок.

Лектус молчал, глядя, как из-за спины старшего брата выходит ещё один Легат и кладёт на камни у ног Тедиса бессознательную Алексис.

Шах.

## Глава 2. Вечное Царство


Сны у него всегда были человеческие. Наверное, поэтому он не сошел с ума и не потерял себя за все эти годы. Во сне он видел прошлое, словно память заставляла его помнить самые мелкие детали его жизни, которые привели его к здесь и сейчас.

Он помнил жар солнца на экваторе и запах раскалённых камней, шорох листьев на пальмах, которые тянули корни к внутреннему источнику острова. Помнил плеск солёных волн Великого океана, что окружал их дом, их Причал, иногда огромными волнами накрывая горы и пляжи, смывая всё, что было плохо закреплено. В такие страшные гудящие дни, а иногда недели, они скрывались в пещерах на вершинах гор и наблюдали, как заливает волнами деревню...

Он помнил жаркий день, когда утонул старший брат. Мать долго стояла на пороге дома, словно продолжая его ждать, считая по головам своих мальчишек: один, два... Один, два... Константин ночью кусал руку, чтобы не рыдать, иначе отец бы выпорол его. Константин винил себя, считал, что мог помочь Николя. Но это чушь...

Вот отец жёстко, беспощадно давит ладонью на голову, не позволяя вынырнуть. Бесконечно долго тянется время. Лёгкие разрываются, их жжёт, нужен воздух, но отец ещё считает, а Константин не может приблизиться. И приходится терпеть, из последних сил терпеть этот ад, сражаться с нестерпимым желанием вдохнуть - и пойти вслед за Николя... Наконец, рука отца исчезает, и первый глоток жаркого солёного воздуха - словно взрыв в голове, в лёгких, во всём теле...

Он помнил Эмилию, молодую северянку, которую всего два сезона циклонов назад привёз на остров Эжен, друг Константина. Жена Эжена была красавицей, загар Причала ей шёл. Только очень странно смотрелась на её шее веревка, с другого конца которой был привязан камень. Позади стоял, крепко сжав губы, сам Эжен. У него не было права голоса, и он молчал. Эмилия еле стояла на ногах - говорили, что роды три дня назад были очень тяжёлыми, и она едва не умерла. "Лучше бы умерла", - шептали женщины за спиной. Отец на правах старосты зачитал приговор: Эмилия родила девочку. "Бред,"- шептал стоявший рядом Константин, - "Алекс, это бред, с кем она могла тут согрешить?"... У ныряльщиков не рождались девочки, никогда. Поэтому женщин привозили из большого мира: покупали, крали или менялись с племенами людей. Если Эмилия родила девочку, значит, она изменила Эжену... "Что будет с их дочерью?"- Алекс тихо спрашивает брата, чтобы отец и мать не заметили. "Отдадут кому-то, с девчонками у нас, как ты заметил, напряжённо", - криво усмехается Константин. А Алекс видит, как светятся руки брата за полой накидки от солнца. Может, Эмилия не погибнет...

Он ясно помнил день, когда отец прогнал Константина. Руки отца тряслись, как и его губы. Он был бледен, что необычно для их смуглой, сожжённой много раз солнцем и морем кожи. Отец узнал, что брат - маг, что все эти годы он вовсе не учился честно быть ныряльщиком, а лишь колдовал... Ныряльщики ненавидели магов: одна ведьма, дочь которой утонула во время тренировки, прокляла всех мужчин рода. Девочки у ныряльщиков исчезли... А магов в племени никогда не терпели. Но Константин не расстроился: Алекс знал, что тот мечтает уйти в большой мир, на поиск приключений... Им не дали попрощаться, и брат лишь махнул издалека рукой, садясь на плот...

Они с мальчишками ныряют к развалинам недалеко от их Причала. Там уже давно всё собрано, обыскано, все камни передвинуты. Найденное - продано или обменяно. Этим живёт племя. Но Алекс не верит, что ничего не осталось. Не может быть. Что-то должно остаться. Он роется в песке, ощупывает осколки стен, забирается внутрь громоздких чёрных конструкций. Вынырнуть, вдохнуть воздух - и снова в поиск... Отец выпорол его этим вечером, но Алекс так и не отдал ему кольцо, что нашёл у каменной стены в нише, засыпанное илом и обломками...

Отец умер внезапно, в ночь большой грозы. Говорили, что в него попала молния. Молния возмездия. Так шептала мать, не простившая ему Николя. Если бы он тогда снял руку с головы брата, позволил ему вдохнуть... Она часто это шептала. Она пела у костра, на котором пылало огромное тело отца, но никто не делал ей замечаний. Погребением занимались женщины, и все они были пришлыми в этом мире... У матери были счастливые, ласковые глаза... А потом она исчезла. Алекс был уверен, что она мечтала о дне, когда сможет покинуть остров - и никто её не остановит...

Он помнил день, когда за ним пришла лодка торговцев. Новый староста продал его вместе с добычей сезона. Мальчишка-сирота не представлял ценности для племени. Но Алекс не чувствовал злости, обиды или страха: он тоже хотел вырваться с Причала, увидеть мир, о котором почти ничего не знал, мир, куда ушли Константин и мать... Торговец посадил его на носу большой лодки и дал весло, приковав за ногу к дну... В этот момент мальчишка, проданный в рабство, впервые почувствовал себя свободным: впереди было огромное синее море, солнце и Водный мир...

Вот высокий, загорелый мужчина с короткой бородкой внимательно смотрит на него на рынке Песчаного острова. Глаза добрые, смешливые. А руки светятся, как в детстве. Алекс улыбается Константину, и брат кивает, доставая мешочек с монетами. И тогда мальчишка-ныряльщик впервые почувствовал себя дома...

Зима. Жуткий ужасный для тропических жителей климат. Замёрзшая земля, повсюду снег и лёд. Но Алекс стоит на носу корабля и смотрит на приближающийся материк, на высокие белые горы, вырастающие из сизой, тёмной, ледяной воды. Их встречают на скрытой в гавани пристани. "Александр". Его ждали тут: он был единственным ныряльщиком, согласившимся спуститься в ледяное море, чтобы поднять с затонувшего у Шемары корабля ценные вещи, направленные с Острова Драконов... Он ярко помнил этот день: тогда началась его новая жизнь...

- Отец.

Он вздрогнул от далёкого голоса и шорохов, мгновенно проснулся - и одним движением поставил на лапы своё огромное чёрное тело. Снег неприятно налип на шерсть, но это была лишь тысячная часть из всех ощущений, запахов, звуков, что он почувствовал в первые же мгновения после пробуждения.

Его стая тоже вскочила: огромные волки словно волной окатили и окружили своего необычного вожака. Бета тут же, в один едва заметный молниеносный прыжок встал между вожаком и людьми, ощерившись. Волчицы отступили за своих самцов, прикрыв пестунов, которым едва исполнился год от рождения.

Стая перестроилась мгновенно, хотя еще пару секунд назад все они спали, окружив лагерь людей, устроенный под сводами давно заброшенного, полуразвалившегося деревянного дома в глубокой тайге.

Пахло человеком, тлеющими углями, зимним лесом, тянуло гарью с юга, солёной водой - с северо-запада. Где-то рядом прошёл олень, но давно, ещё до рассвета. А ещё пахло магией - далёкой и близкой.

- Отец.

Он тряхнул головой, чтобы отогнать звериное мышление, легко воцарившееся в голове с началом бодрствования. Обычно оно сопровождало чёрного вожака беспрерывно в течение шести лет, сначала медленно вытесняя человека, а в конце цикла - также медленно уступая место Александру-ныряльщику.

Цикл только-только начался. На северный материк пришла война. Его семья бежала. Остался только этот мальчик-маг. Его сын.

- Отец, пора идти, - Ярослав не пытался приблизиться, хорошо читая доступные ему мысли. Вожак знал, что в его стае есть несколько мороков, хранивших Великое молчание. Но никогда не спрашивал, может ли сын прочесть их мысли.- Надо спешить.

Да. Точно.

Волк повернул голову ко второму мальчику, который уже стоял у выхода из развалин, нетерпеливо вздыхал. Он торопился, этот кочевник, слишком поспешно и неистово переживающий каждое мгновение.

То, чего дитя племени Огня так страстно желал, было уже в полудне пути отсюда. Вожак чувствовал магию. Он знал эту магию. Как говорили и верили, добрую магию. Если бы волк мог усмехаться...

- Граница совсем рядом, я чувствую, - прошептал Ярик, быстро закидывая за плечо рюкзак, заметно отощавший за почти две недели пути от развалин Северного города к Вечному царству.- И пусть только попробуют нам не помочь.

Вожак вздохнул и созвал к себе стаю. Пора было расставаться. Они помогали охранять сына и его спутника все это время, безошибочно выбирали безопасный путь, чуяли чужих издалека. Но теперь стае нужно уходить. Им нельзя идти к эльфам. Не стоит. Бета поведёт их на восток, к диким лесам, где нет ни человека, ни мага, ни чужих. Потом он найдёт стаю по следу.

Приказ вожака не обсуждается. Они тыкают носами ему в бок и растворяются в рассветном снежном мареве. Тоска - уж тоску животные чувствуют не слабее, чем люди...

- Отец, надо спешить.

И чёрный волк идёт впереди, слушая лес, слушая снег, шаги сына и его друга за собой, звуки земли. Мальчики молчали: усталость длинного пути брала своё. Но оба хорошо держались: кочевник явно привык к подобным путешествиям, а сын нередко пользовался магией. Пока ещё не с таким же умением, как его учителя или родные, но у него было много лет впереди, чтобы полностью овладеть своими неизмеримыми силами.

Его сын был Творением. И скоро в этом убедится и Творец.

- Отец, на границе Царства есть кто-то? Она охраняется?

Он не знал. В те далёкие годы Александр попадал в страну эльфов с проводником, поэтому никогда не задумывался, наблюдает ли за ним кто-то, когда ныряльщик со своей добычей пересекал границу Вечного Царства.

Даже если кто-то есть, вряд ли они посмеют не пустить туда наследника царя всех эльфов, Эйсана Непреклонного, как прозвал его собственный народ. С гордостью и почтением они так звали царя. Кто бы спросил Дхана, он бы высказал своё мнение о непреклонности старика...

Впрочем, у него будет такая возможность совсем скоро. Разве что его убьют на границе Вечного Царства, ведь стреляли же эльфы в него совсем недавно. Если бы не Лесник, новый цикл для оборотня бы уже не начался никогда...

- Надо поесть, - наконец, остановился Ярик. Его спутник явно был недоволен новой задержкой, но сын прав: дети не ели со вчерашнего полудня, а им нужно поддерживать силы.- Думаю, стоит доесть припасы. Не такой же дед сумасшедший, чтобы морить нас голодом?

Вопрос риторический. Альфа лёг прямо в снег: стая ночью загнала молодого оленя и все вдоволь наелись. Он принёс сыну несколько кусков мяса, и оно ароматно лежало сейчас в рюкзаке юного мага. Правда, запах копчения портил удовольствие.

- Мы можем есть на ходу, - буркнул Джеймс, взял кусок мяса из рук Ярика и продолжил путь.

- Он просто устал, - словно извинился за друга Ярик, но волку было всё равно. Угрюмый кочевник с серым от усталости и тоски лицом слишком много пережил за последние недели. И никто не знает, сможет ли он снова стать просто мальчишкой из племени Детей Огня.

Волк несколько раз забегал вперёд и делал круги: чтобы не пропустить врагов и просто размять лапы. Люди шли не очень-то быстро для зверя, и это было утомительно. Солнце скрывалось где-то за низкими серыми тучами, иногда едва просвечивая сквозь них. Альфа чувствовал, что через пару часов опять пойдёт снег: он давил на загривок...

Он буквально наткнулся на Границу, резко остановившись и отфыркиваясь от поднятого в воздух снега. Всё вокруг было обычным, зимняя тайга ничем не отличалась от пройденных за две недели чащ. Но это была Граница.

- Отец!

Он не увидел, а почувствовал, как что-то изменилось. Угроза.

- Стойте! - Ярик явно пытался оттолкнуть его от чего-то, заслонить, но волк был слишком сильным, чтобы мальчишка смог хотя бы сдвинуть его с места.

Зоркие глаза в миг выловили шесть луков, направленных в его голову с той стороны, из Вечного Царства, которое отсюда выглядело обычным заснеженным лесом. Именно поэтому лучников удалось заметить даже Ярику: их не скрывала листва, за которую они прятались там, у себя.

Там, в нескольких шагах от путников, была земля вечного лета.

- Я Ярослав, сын Эйлин, внук Эйсана! Я иду к деду! - смело закричал сын, все ещё пытаясь заслонить волка от лучников.

Ответом ему была тишина.

- Что ты с ними переговоры ведёшь? Пусть отдают Ксению! - буркнул подтянувшийся к ним кочевник.

Ярик не выглядел испуганным, но Дхан чувствовал напряжённость в сыне. Никто из них не может сказать точно, что случится, когда они переступят Границу.

Лучники не двигались, волк напряжённо вслушивался и вглядывался, но маг явно не собирался ждать, да и второй мальчик нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

- Ладно, - пожал плечами Ярослав и первым сделал те шаги, что отделяли их от Вечного Царства его деда.

Дхан не мог оставить мальчика одного и тут же последовал за ним. Всего через мгновение его окутал жар, внутри словно взорвалось что-то, и он начал падать...

Это было странное падение. Он чувствовал, что огромное его тело остаётся на месте, а разум словно летит в вихре: вверх, вверх, по спирали, все выше, в темноту... И только голос, очень родной и близкий, звал его назад.

- Алекс! Алекс! Ты где?

Он вынырнул: над холодной водой в тревоге склонилась Эйлин. Её волосы рассыпались и почти касались воды, в которой она пыталась разглядеть хоть что-то.

- Ты не должен так делать! - вспыхнула девушка, увидев его. Александр рассмеялся, глядя на её гнев. Волнение сделало дочь Царя Эльфов ещё красивее, и он любовался ею. В этом лесу они были только вдвоём: вдали от Академии, где она жила, от её родичей, косившихся на них в Северном городе, когда ныряльщик бесстрашно брал эльфийку за руку. Здесь они могли никого не бояться...- Ты что-то нашёл?

Он поднял руку из воды и раскрыл ладонь, в которой лежало кольцо. Это кольцо он давно, кажется, в прошлой жизни, сотни жизней назад, нашёл в нише мёртвого города на дне, потом его забрал Константин, уезжая с Причала. Брат вернул Алексу кольцо, и теперь он собирался надеть трофей на палец женщины, навсегда пленившей его.

- Алекс...- она шептала, приближаясь, её платье уже намокло до колен, но Эйлин не замечала этого, глядя не на кольцо - на него. Её глаза были огромным миром, Светом, который ныряльщик ни у кого раньше не видел. В этот момент она действительно была волшебным сказочным существом, Эльфом, и он растворялся в её взгляде.- Алекс...- поцелуй её каждый раз был чем-то феерическим, непередаваемым, близко не стоящим с поцелуем человеческой девушки. Словно ты растворяешься в вечности, летишь по спирали...

- Отец!

Он вздрогнул и вынырнул из воспоминаний. Голова болела, тело горело под руками, хотелось пить.

- Отец, очнись!

Он открыл глаза: взгляд упёрся в обеспокоенное лицо Ярослава, над которым бушевал летний лес Вечного Царства. Он узнал бы эти деревья в любом состоянии: нигде в мире нет таких зелёных листьев, не стоит такой опьяняющий аромат хвои, не дует такой ласковый, мягкий ветер, не шумит так загадочно лес.

- Отец, ты меня слышишь?

- Да.

Ох. Ну, видимо, это последствия пересечения границ Царства эльфов: всё колдовство исчезло, и он внезапно не по расписанию стал человеком. Вот почему его не пускали сюда, вот почему стреляли, если он приближался к Границе. И на этот раз бы стреляли, если бы не Ярик...

- Я давно без сознания?

- Нет, пару минут, - сын помог ему сесть и подал какую-то рубашку и штаны. Ну да, шерсть ему не оставили.

Александр заставил себя двигаться, превозмогая боль, что пульсировала в голове, натянул одежду. Маловата, но выбора особого не было.

Только после этого ныряльщик заметил, что они окружены: отряд вышколенных эльфийских Краа-Сти, своего рода элитного войска защитников Вечного Царства, следили за каждым их движением.

- Идёмте, - заговорил один из них, когда Александр посмотрел на эльфа. Знакомое лицо.

- Лирио, - ныряльщик поднялся, без особой симпатии глядя на воина. В последний раз он видел это лицо, когда преданные псы Эйсана бросили Алекса к ногам Царя Эльфов. Потом была только долгая ночь - и волки.

- Идёмте.

- Я хочу видеть деда, - Ярослав явно не боялся десятка эльфов, и Александр даже усмехнулся: Творец, ты ещё не знаешь, насколько твоё Творение превзошло тебя даже сейчас, на заре его лет.

- Идёмте, - как заговорённый, произнёс Лирио, и Алекс обратил внимание на кольцо, которое тот носил на правой руке. Даже десятки лет спустя этот гордец не снял с себя Символ Обручения. Эйлин отвергла его дважды, но Лирио по-прежнему находился при дворе Эйсана в статусе будущего мужа наследницы Царства.

- Да идёмте уже! - не выдержал кочевник. Судя по лицу Джеймса, ему было плевать и на эльфов, и на лето, и на превращение Дхана в человека.- Только время теряем.

И он первым пошёл в ту сторону, куда указал Лирио. Александр переглянулся с сыном, и они плечом к плечу отправились вслед за кочевником - в Город Вечного Лета.


Ещё несколько недель назад он бы зашёлся от восторга только от мысли, что попадёт в город эльфов. Он бы долго стоял, раскрыв рот, и смотрел на царство бессмертных, не в силах отвести глаз от южного чуда посреди северных земель.

Но сегодня, после двух недель тяжёлого пути через заснеженные враждебные леса, которые кишели кровососами, после того, как он видел пылающее Древо, после криков, которые он слышал, участвуя в битве за Северный город, мёртвых тел, человеческого пепла... Война, короткая и шокирующая, заслонила собой то, что было раньше. И стёрла краски из того, что он видел перед собой.

Он ощущал себя одиночкой, бредущим через туман в поисках близких людей. Где они, его девчонки? Алексис пропала накануне падения Купола, но в Джеймсе ещё теплилась надежда, что Принц защитит сестру.

Он не знал, где искать сестру. Но где Ксения, он знал прекрасно. И, когда город пал и стало ясно, что люди уходят в подполье, он сразу же отправился её искать. Что будет дальше, ему было всё равно. Они решат потом, когда он сможет её обнять.

Конечно, без Ярика он бы никогда не смог найти даже дорогу к эльфам. Все-таки хорошо, что у мага есть претензии к деду, да и простое любопытство. И да, отец-волк.

Правда, после того как они попали в лапы эльфов, отец уже не был волком: вернулся угрюмый мощный мужчина с обветренным лицом, словно выточенным из камня, и дикими глазами. И у него не было жабр, хотя в племени Детей Огня говорили, что у всех ныряльщиков они есть.

Присутствие рядом взрослого мужчины, который в прошлом имел дело с эльфами, вселяло больше уверенности в исход их миссии: освободить Ксению. И плевать, если они не держат её в заложниках. Не просто так они увели его девушку с собой накануне краха свободного города.

Правда, 'увели' - не то слово. Скорее похитили. Да, именно это слово, по мнению Джеймса, больше подходило к тому, как эльф схватил Ксению и уволок с собой.

- И всё-таки это удивительное место, - пробормотал восхищённо идущий рядом Ярик, вырывая кочевника из его невесёлых мыслей. Джеймс пожал плечами, практически равнодушно оглядываясь.

Их вели по окраине Города Вечного Лета, между стеной леса, возле которого тут и там попадались охранные заставы эльфов в полном боевом снаряжении, и первыми городскими постройками. Они уже видели город весь сверху, когда их сопровождающие вывели незваных гостей из леса на возвышенности.

Джеймс назвал бы город красивым, если бы не впечатление крайней лёгкости и ненадёжности селения эльфов, какой-то воздушности, которая совершенно не отвечала тому, что творилось сейчас в мире. Это вечное лето, зелёная трава, белые строения из дерева. Отец Ярика пояснил, что город построен из лавра, поэтому вокруг стоит такой душистый опьяняющий людей аромат.

Но было в нём что-то ещё: воздух в городе, дома, крыши, мосты переливались на солнце, как-то блестели, искажались, что ещё больше придавало городу ощущение нереальности и воздушности.

Дома при этом словно парили над травой, усыпанными мелким гравием дорожками, реками, через которые были перекинуты такие же парящие мосты. Словно псы растерзали подушку, и в воздух взлетели сотни пёрышек - да так и зависли там.

Всё-таки каменные мощные города кровопийц и высокие стены внушали больше уважения и трепета, хотя бы какое-то ощущение защищенности. Странные они, эти эльфы.

Но не это было самым впечатляющим в городе. Даже Джеймс замер, зачарованный, когда увидел, как по воздуху между улиц и домой передвигаются его жители. Вопрос застрял в горле, кочевник некоторое время не мог сформулировать.

- Это стекло, Джеймс, - тихо ответил Ярослав, указывая куда-то вверх.- Все дома в городе соединены стеклянными мостами и дорожками. Приглядись! Вон там даже стеклянная беседка между деревьями.

Наконец, кочевник понял, о чём говорит Ярик: он увидел человеческие фигуры, которые двигались в воздухе посреди этого странного блеска. Так вот откуда ощущение воздушности и нереальности. Они ходили по прозрачным улицам в воздухе. Дурные!

Когда путники спустились к окраинам города и пошли вокруг под своим молчаливым конвоем, Джеймс разглядел не только стеклянные дорожки и мостики, но и то, что каждый дом украшен резьбой. Рисунки и узоры были сделаны с какой-то поражающей чёткостью, до последней детали. Волосок к волоску на спине лохматого зверя. Неуловимый взмах крыльев летающих коней, детально выписанные перья на стае птиц, практически живой прибой.

Зачем это надо? Бред. Лучше бы делали луки и учились поджигать кровопийц с их помощью.

Слишком много мира, слишком всё нелепо после того, как пылала Академия, в Северном городе убивали и мучили людей. Гады. Сейчас он лучше понимал озлобленность полукровки, который пылал яростью после прибытия в Академию.

- Нас ведут в дом твоей матери, - нарушил молчание Александр, обратившись к сыну. Видимо, заговорил, чтобы как-то наладить диалог, ведь Ярик и так мог прочитать мысли отца. Выглядел оборотень при этом каким-то уж слишком довольным.

- Отличный выбор, - улыбнулся маг в ответ, и Джеймс хотел его пнуть за эту улыбку. Может, они знают что-то, чего он не знает?

- Джим, такое ощущение, что в тебя вселился Истер, - уж как-то сильно весело заговорил с ним полу-эльф, но кочевник только дёрнул плечами.

- Когда мы увидим Ксению? - он обратился к молчаливым эльфам, которые конвоировали их к месту заключения. Потому что они явно тут будут узниками, иначе их не вели бы задворками, с ними бы разговаривали, устроили экскурсию. Покормили бы, что ли?

- Джим, это Краа-Сти, пограничники, они не будут говорить с нами, - заметил ныряльщик.- Мы почти пришли, потерпи.

Джеймс только сильнее насупился: пока он не увидит, что с Ксенией всё хорошо, он не успокоится и терпеть ничего не будет.

Они свернули, наконец, с окраины и оказались на просторной улице, которая вела вдоль живой изгороди в глубь города. Было тихо, словно все жители попрятались. Конечно, вдруг злые люди их похитят и утащат к себе.

Рядом хмыкнул Ярик, явно опять лазавший в голове у кочевника.

- Скорее всего, они занимаются своими делами и знать о нас ничего не знают, - пожал плечами юный маг.- Я слышу только какие-то бытовые мысли, ничего интересного.

- Эльфам люди вообще не интересны, - пожал плечами бывший волк, который шёл как-то более уверенно, чем мальчики.- Это дом твоей матери, Ярик.

Красивое строение буквально вынырнуло из-за живой изгороди: над ними повис лёгкий белый балкон, а дальше - и весь двухэтажный дом со стрельчатыми окнами и двумя башенками, украшенными резными цветами.

- Это лилии, знак рода моей бабушки, мамы Эйлин, - пояснил Ярик, услышав мысли Джеймса.- Этот дом перешёл к маме по наследству от неё.

- Здесь она жила, когда познакомилась со мной и поссорилась с отцом. Пока мы не покинули город навсегда, - добавил Александр, легко открывая деревянную калитку, едва заметную в изгороди. Он чувствовал себя как дома.

Дом выглядел ухожено: окна распахнуты, трава пострижена, стекло сверкает чистотой и переливается. Даже из маленького фонтана во дворе била вода.

- Оставайтесь в доме. За вами придут.

Надо же, этот надутый индюк говорить умеет! Начальник конвоя указал на двери дома, а потом повернулся к остальным эльфам, кажется, одним взглядом указывая тем, где они будут нести свой караул.

Окружили! И пусть теперь кто-то его убедит, что они не пленники!

- Джеймс, - окликнул кочевника Александр, уже стоявший в дверях дома. Ага, вот и тайна парящих домов: фундамент тоже был стеклянный, покрытый блёклыми рисунками. Помешались они что ли на стекле?

- Говорят, что древние эльфы были мастерами-стеклодувами, и их города полностью состояли из стекла, - поделился очередной порцией знаний Ярик, пока мальчики входили в большую светлую комнату. Было тепло и свежо: через окна проникал аромат города и свежий ветер.

- И все видели, как соседи ходили в туалет, - хмыкнул кочевник, оглядываясь: комната явно была женской. Какие-то диванчики, подушки, склянки, зеркала, ленты - и куча странных предметов, словно их принесли со свалки. На стеклянном столе оказались выставлены фрукты, под полотенцем - хлеб и сыр.

- Ты всё это нашёл на дне, отец? - Ярик подошёл к этим чуждым комнате предметам, рассматривая.- Это вещи древних людей?

- Да, иногда Эйлин оставляла себе то, что я нашёл в воде, ей нравились некоторые предметы, - лицо оборотня немного оттаяло, когда он оказался в доме из своего прошлого. - Надо поесть, - кивнул Александр ребятам на стол.

- Надо найти Ксению!

- Джеймс, - мужчина положил руку на плечо кочевника, - это дом Эйлин, я его знаю. Он нам поможет.

- Дом? - на всякий случай уточнил Джеймс. Свежим воздухом передышал оборотень что ли?

- Ты же не думаешь, что только в Древе Академии живёт его дух, - ныряльщик подошёл к одной из стен и положил на неё руку.- Она просто пока приглядывается к нам...

Джеймс помотал головой, не желая всё это слушать. Слишком много всего. Слишком.

- Она? Тут есть дух? - Ярик заинтересовался, оглядываясь, словно мог увидеть это существо, сидящее в углу на диванчике.- Правда?

- Фрида, хватит на нас смотреть, выходи, - ныряльщик сел у стены, внимательно глядя на белые стены.- Ты же меня узнала...

- Я чувствовала Эйлин, но её нет, - сонный, какой-то ленивый голос исходил сверху. Джеймс поднял взгляд и увидел Духа: большие синие глаза и маленький рот появились в углу. Дух смотрел на них с грустью, все ещё разыскивая среди них эльфийку.

- Фрида, ты чувствуешь сына Эйлин, она не вернулась, - тихо проговорил Александр, пока ребята разглядывали Дух дома.- Это Ярослав.

- Аааа, - протянула она, - Живучий Принц, наш Старый Эйсан из-за тебя плохо спит по ночам...

- Очень сочувствую, - хмыкнул Ярик, подмигнув отцу.

- Фрида обитает здесь и в чертогах Царя, - пояснил Александр.- Дерево, Духом которого она являлась, пошло на отделку комнаты твоей матери в доме твоего деда, Ярик, но Эйлин, уходя оттуда, забрала несколько лилий, вырезанных для украшения её балкона. Так Дух оказался тут.

- Так даже интереснее, - хмыкнула Фрида, перебираясь на стену, и на неё стало удобнее смотреть, - хотя теперь тут скучно. Опустел дом с тех пор, как ты, ныряльщик, увёл мою Эйлин...

- Она сама ушла, - пожал плечами Александр.

- Так ты живёшь во дворце Царя? - Джеймс привлёк к себе внимание.- Ты видела когда-нибудь девушку, золотоволосую, бледную? Ксению!

- Светлая Дева, о, да, мне она нравится, - Фрида вздохнула.- Жаль, если её жертва будет напрасной.

- Жертва?!

- Ну, да, Царь уверен, что её кровь искупит грехи его народа...

Жертву?! Кровь?!

- Ты можешь нас туда провести? - Александр первым заговорил, не дав Джеймсу заорать на всю комнату.- К Ксении?

- Конечно, ныряльщик, Принц имеет право увидеть деда, - улыбнулась Фрида и распахнула в воздухе проход.

## Глава 3. Арена


Одна единственная ошибка всегда приводит к катастрофе. Одна. Другой нет. Всегда и всех. Бич мироздания.

Доверие всего одному мыслящему существу. Одному человеку, или Посвященному, или Правящему. Всего один акт доверия приводит к катастрофе или тысяче мелких катастроф.

Доверие все рушит.

Она допустила эту ошибку и теперь платила за неё двойную цену. Две катастрофы из-за одного Посвященного, которому она доверилась.

Но еще не все карты разыграны. Хотя бы одно следствие своей ошибки она может искупить. Пусть уже поздно, пусть она сама виновата в происходящем, но она еще может исправить.

Спасти.

- Анна, куда ты?

Она повернулась и холодно посмотрела на отца. Глупец. Все вы глупцы.

Она промолчала и, не ускоряя шага, покинула трибуну, куда как раз вошел Байрок. Свита его поредела, да и сам он выглядел не лучшим образом: произошедшее в последнее время в его семье явно задело Правителя за живое. Да и еще ничего не закончилось, сегодня должно все решиться.

Сегодня окончательно падет мир людей, которые изгнаны с материка на крохотный островок в холодном океане. Остальные сейчас скованные сидят в темнице под ареной и ждут, когда примут смерть.

Там же незаконные дети Правящих, которые решили, что, если они помогут своим родителям захватить город, где этих детей вырастили, то им позволят жить.

Глупцы, которые тоже поверили речам всего одного Посвященного. Поверили, как она.

Байрок не собирался оставлять в живых тех, кто по закону не должен жить. Даже детей тех семей, где единственные наследники уже погибли. Закон един для всех.

Даже для семьи Правителя. Только с одним исключением. Принцев оказалось двое, и из-за того, что Лектус предал свою семью, его брат все еще жив.

И кто из них двоих выживет, не знает никто. Никто, кроме самого Принца Водного мира и Анны.

Он не выживет.

Анна не стала спускаться вниз, чтобы покинуть трибуну: она легко взбежала по лестнице, вверх, вверх, к самой крыше. Там, как бы глупо и странно это ни звучало, был единственный шанс Лектуса на спасение...

- Народ Водного мира! Приветствуй своего Правителя, разгромившего оплот сопротивления дикарей...

Голос распорядителя арены доносился сквозь толщу камня. Анна примерно знала, что последует за этим: долгая хвалебная речь в честь победителей людей, раздача почестей командующим Легатами и армиями Советников, самим Советникам - всем, кто участвовал в разгроме Северного города.

И лишь потом - зрелище, ради которого они все тут собрались.

У нее еще было время. У них было время.

Он услышал ее издалека, она знала, что услышит.

- Не дергайся, я ничего тебе не сделаю, - прошептала она так, чтобы не привлечь к ним излишнее внимание. А то кто-нибудь из зрителей насторожится, а им сейчас это не нужно.

Мальчишка полыхал красными глазами из темной ниши, готовый.... К чему? Принять смерть?

- У нас нет времени на выяснение отношений. Мне нужно, чтобы ты вытащил Лектуса. Можешь заодно прихватить столько друзей, сколько успеешь. Быстрее! - прошипела она, увидев, что полукровка не двигается.- Конечно, я лезла сюда, чтобы устроить тебе ловушку, другого же способа тебя убить у меня не было. Легаты-то конечно не полезли бы сюда, - ядовито отметила она, начиная злиться. Они теряли время.- Быстрее!

Ой, ну конечно, она знала весь миллион вопросов, которые сейчас хотел ей задать этот разгневанный и напуганный полудурок, но у них не было времени на этот диалог. Но полукровка все-таки взял себя в руки и сдвинулся, наконец, с места.

- Если ты...

Она даже отвечать не стала, устремившись вниз по лестнице, минуя повороты к трибунам, стремясь вниз, еще вниз, к подземельям. У полукровки достаточно красные глаза, чтобы он не сразу внушал подозрения...

У входа в подземелье лежала горка пепла: Страж вспыхнул мгновенно, не ожидав, что дочь Советника ткнет в него огнём. Это было полчаса назад. Но пока им везло: никто из Правящих не ждал сопротивления здесь, в сердце Северных земель.

Она слышала за спиной взволнованное дыхание полукровки. Он выведет Лектуса из города. Принц выживет.

Извне доносился голос распорядителя арены, торжественная часть была еще в разгаре, у них есть время.

- Зачем ты это делаешь? - прошипел Истер, наступая ей на пятки.

Они уже шли по полумрачному коридору туннелей. Почти пришли, осталось немного. Правящие не считали нужным усиленно охранять людей: им некуда было бежать, а решетки клеток были надежно закрыты, антимагический щит активирован.

Пленным некуда бежать в землях Правящих.

Уже ощущался запах, который всегда стоял в темницах, где долгое время держали группу людей. Анну затошнило, но ей нужно было терпеть.

Есть только один Принц Водного мира. И она не позволит убить его только потому, что она поверила его брату.

Если бы она знала, что этот внушавший доверие парень - брат Лектуса, она бы никогда не позволила ему выйти за ворота Северного города. Она бы сама его убила, сразу, не колеблясь.

Есть только один Принц Водного мира.

В темницах стояла тишина: люди замерли в ожидании скорой смерти. Им предстояло биться на арене против детей Правящих, захваченных и сдавшихся в Северном городе. И дети её народа будут биться остервенело, у людей нет шансов.

- Каждому, кто выживет в поединках с людьми, Правитель Байрок позволит вступить в ряды Легатов, тем самым выкупив право на жизнь...

Ну надо же. Анна не останавливалась, улавливая голос распорядителя. Отец Лектуса решил все-таки подарить кому-то из детей Правящих жизнь...

- Как мы отсюда выберемся? - заговорил полукровка, явно уже считавший, что вытащил друзей с арены.

Она не стала говорить: вынула из кармана несколько вещиц и сунула в руки полукровки. Ей, как дочери первого Советника, разрешили забрать себе все, что она захочет, из добра, что было отобрано у пленников, а она знала, что надо искать...

- Истер!

Вот дура эта Фауст!

- Не ори! - рыкнула Анна, кидая связку ключей Истеру, чтобы он освобождал вскочивших со своих мест пленников. Сколько их? Двадцать? Тридцать? Она не считала. Она искала Лектуса.

- Его забрали.

Анна замерла напротив маленькой клетки, где стояла заплаканная рыжая девчонка Принца.

Опоздала.

- Его уже увели на арену, - прошептала дикарка под шум ног и шорох шагов десятков людей, которых Анна зачем-то пыталась спасти.

Ее затрясло, и черная волна нахлынула внезапно, сметая ее сознание.

Долго же она продержалась. А теперь ничего не имело смысла.

***

Это был день его триумфа. Каждый шаг, что он делал с тех пор, как в Академии появился Лектус, сын Байрока, Принц Водного мира, вел к этому дню, к его восхождению.

Сегодня все закончится, и он, наконец, станет тем, кем был рожден: Наследником. Это увидят все они: эти тысячи и тысячи пришедших на арену Правящих, которые с интересом поглядывали и на него, и на его брата, стоявших под охраной Стражей под трибуной их отца.

Распорядитель рассказывал о правилах боев, а Тедис, старший сын Байрока, впитывал все происходящее, чтобы потом, годы спустя, рассказывать об этом дне своим потомкам.

Как долго он мечтал о том, чтобы предстать перед отцом, доказать ему, что он достоин быть Наследником. Это мать во всем виновата. Это она заморочила Байроку голову и помешала сделать правильный выбор.

Она нарушила закон Водного мира, выкрав сына Правителя и отдав его магам.

Это мать во всем виновата. Из-за нее он скитался по потерянным в океане островам, голодал и изнывал от холода и болезней, терпел нищету и унижения от людей. Из-за нее он оказался среди магов, и был вынужден притворяться, лгать, выживать среди волшебников и других тварей.

Тварей, которые стали его союзниками. Он выделял в Академии и городе тех, кто не был в восторге от своей судьбы, кто ненавидел людей и, как он, лишь притворялся. Он видел эту ложь в глазах, например, как у монстра по имени Диана. Как же она ненавидела жителей города, как хотела выпить из них всю кровь. Он помог ей отомстить, хотя ей это не пошло на пользу: скорее всего ее убили сразу, как Правящие увидели монстроподобное создание. Таким нет места в Водном мире.

Он пытался обойти Купол, найти в нем слабые места. Он изучал его строение, кропотливо собирая по крупицам любые сведения о строительстве защиты, о его слабых местах. Это он и только он помог покончить с человеческим бунтом. И то, что ему доверяли в Академии, что у него был доступ ко всем книгам и свиткам, было ему только на руку. Он искал...

Да, он часто терпел неудачи, как, например, с несколькими девчонками, влюбленными в него по уши и потому согласными сделать для него, что угодно. Даже рискнуть жизнью, обратившись в зверей и птиц. Он пытался преодолеть Купол, передать Правящим порталы, чтобы они прошли под рекой и вторглись в город, но звери и птицы гибли: кто-то даже не достигнув Купола, кто-то - разбившись о него. Выжила только одна его девушка-птица, и Тедис был даже рад: еще пригодится, когда он станет Наследником Водного мира.

Он почти добился своего, почти впустил в город Правящих, но неофит оказался слишком медлительным и дал себя убить прежде, чем армия Байрока вошла в коридор под рекой. Лектус и тут влез, в очередной раз предавая собственный народ.

Но теперь все получилось: Диана смогла передать камень Правящим и разрушить Купол. Стелла, эта глупая старуха, доверилась девчонке-монстру, дала ей камень путешествий и даже не подумала, что Диана предаст их, этих жалких колдунов, решивших, что могут противостоять силе великого народа.

Его народа, народа Тедиса, которым он станет править, когда отец будет слишком стар, чтобы исполнять обязанности Правителя. Именно он, Тедис, покончит с людьми, и его назовут Победителем. Все трудности, которые выпали на его долю до этого момента, до арены, воспоют в легендах и летописях.

Воспоют и то, как он, Тедис, помог отцу вернуть домой мятежного Принца. Спасибо девушке-птице, подслушавшей разговор о нападении людей на город Наместника Севера. Благодаря ей они знали, где и как можно будет схватить Лектуса и всю его шайку. А то, что подружка Принца бросилась вслед за ним, - счастливая случайность, которая сыграла только на руку Байроку и Тедису.

Глупец ты, брат, ты оказался слаб и ничтожен, ты предал свою семью, свой народ и своё призвание, но ради кого? Ради магических игрушек и двух девчонок - сестры, которая не должна была жить, и дикарки, которую Принц Водного мира и так мог бы получить в своё пользование. И, как показывает жизнь отца, ещё и сделать её своей на всю жизнь. В этом была ошибка Байрока, и в этом была ошибка Лектуса.

Тедис не совершит такой ошибки. Ни одна женщина не будет жить после того, как произведёт на свет его ребёнка. Он всем докажет, что он, Тедис, сын Байрока, истинный Наследник этого мира, будущий великий Правитель..

- Я приветствую вас, народ Водного мира!

Тедис вскинул голову, но из-под балкона не было видно отца, только отражался от каменных стен и лестниц его спокойный уверенный голос. Теперь все будет хорошо, отец, вместе мы добьём людей, уничтожив все их логова. Этот мир станет полностью нашим.

- Сегодня мы празднуем великую победу нашего народа над магами, которые многие века нарушали спокойствие в Водном мире, насаждали насилие и смерть. Северный город пал, и сегодня последние приверженцы бунта и жестокости падут вместе со своим городом, пролив мятежную кровь на этой арене. Каждый потомок нашего народа, пленённый в городе людей и одержавший победу на арене, получит право вступить в ряды Легатов. Или честно умереть, как это диктует наш закон. Если к концу поединков в живых останется человек, ему будет дарована жизнь на моей фабрике. Если победит маг, он будет быстро и безболезненно казнён, ибо любой, кто применяет магию в Водном мире против Правящих, не может быть помилован, - голос отца звенел в морозной тишине утра. Трибуны молчали, и Тедис чувствовал, как бегут мурашки по его спине. Великий день.- Никто не может избежать наказания за магию, направленную против нашего народа, даже члены моей семьи.

Казалось, что воздух звенит от напряжения, и в этой тишине как-то надрывно и страшно прокричала птица. Тедис вздрогнул и впервые за это утро пристально посмотрел на брата. Лектус стоял прямо, сложив руки на груди и глядя перед собой. Он был хорошо одет и выглядел вполне опрятным для узника: отец перевёл его в темницы арены всего пару часов назад. До этого Принц пользовался всеми привилегиями Наследника Водного мира во Дворце Наместника. Правда, под строгим контролем Легатов.

Твоё время подходит к концу, брат. Ты должен был умереть много лет назад, но наша мать решила изменить твою судьбу. Твою и твоей сестры. Сегодня Судьба наконец всё расставит на свои места.

Тебя не должно быть, Лектус. Тебя, Ксении и нашей матери. Тедис сделал все, чтобы этот день наконец настал.

- Много лет назад в моем доме произошло предательство наших законов: Правительница в нарушение Выбора выкрала одного из моих сыновей, не имевших право на жизнь, а также скрыла от меня дочь, которая не должна была жить, - по трибунам после этих слов Байрока побежал гул: многие из сказанного было новостью для Правящих, собравшихся на арене. Если про второго Принца многие уже прознали, то про преступления их матери и наличие принцессы знали единицы.- Закон строг: Правительница Электра, один из наших сыновей и дочь должны умереть. Принцесса скрывается, но обязательно будет найдена и лишена жизни. Таков Закон!

- Таков Закон! - хором скандировали Правящие на трибунах, а Тедис торжествующе смотрел на Лектуса, пожертвовавшего всем ради сестры. Глупец! Жаль, ты не увидишь, как она умрет.

- Правительница Электра, нарушившая Выбор Наследника, также обвиняется в применении магии против Правящих, - и тут трибуны взорвались криками и злыми угрозами.

- Есть ли у тебя свидетели? - громко спросили из толпы, следуя процедуре суда Правящих.

- Много, - тут же ответил Байрок.- Вы все свидетели. Потому что Правительница Электра здесь, она пришла сюда с помощью магии, чтобы спасти своих детей, снова нарушив законы нашего народа.

Толпа охнула, когда из-под дальней трибуны Стражи под конвоем вывели прекрасную светловолосую женщину с яркими красными глазами. Отец зачем-то кормил ее.

Тедис не помнил свою мать, и теперь, глядя на нее, не мог не восхититься её красотой. Она была истинной Правительницей, весь её вид, её походка, взгляд говорили об этом. Но она уже была приговорена.

Тедис снова посмотрел на замершего брата: ни один мускул не дрогнул на ледяном лице Принца, но Лектус следил за тем, как мать ведут к центру арены. Она тоже смотрела на младшего сына, и Тедис едва сдержал приступ ярости: матери было наплевать на него, Тедиса, которого она не видела много лет. Лектус так и остался её любимчиком. Так пусть они умрут вместе!

- Правительница Электра, признаёшься ли ты в преступлениях, в которых ты обвиняешься? - закричали из толпы.

- Да, - спокойно ответила женщина, но это слово отразилось эхом от камня арены. Трибуны молчали, явно поражённые происходящим.

- Виновна, - закричал кто-то, и тысячная толпа подхватила это слово, скандируя. Тедис ликовал, улыбаясь приговорённой матери, но она так и не посмотрела на него.

- Из двух принцев я согласно ритуалу Выбора назначил Наследником Лектуса, - заговорил Байрок, когда Правящие успокоились, выплеснув негодование.- Но он также нарушил законы Водного мира, применив магию против нас, скрыв от нас оставшуюся в живых сестру, переметнувшись к людям и магам. Он забрал из Дворца священные для нашего народа Артефакты, участвовал в расправе над Правящими.

Тедис улыбнулся, когда Легаты повели на арену брата. Ты склонишься, надменный Принц, ты падешь, и тогда у Тедиса начнется новая жизнь. Ты умрешь, как это должно было случиться много лет назад. Предательства тебе не простят, а Водный мир не может быть без Наследника.

- Ты признаёшься в том, что совершил, Принц? - снова закричали с трибун явно заранее подготовленные для обвинения люди.- Ты признаешься?

- Да, - это 'да' было такой же силы, как и согласие Электры, и Тедис сжал кулаки. Убей их, отец, уничтожь!

- Ведите второго Принца, - скомандовал кто-то, и Тедис гордо вскинул голову, выступая из-под тени трибун и входя под зимнее солнце, в свет тысяч глаз Правящих. Он чувствовал силу сидящих вокруг воинов, их детей и женщин, он впитывал в себя этот восторг и страх.

Да, я Принц, я ваш Принц!

- Да это же библиотекарь!

Тедис вздрогнул, повернувшись на голос: на одной из трибун сидел кто-то смутно-знакомый. Принц сжал кулаки: была бы его воля, он бы свернул шею этому отпрыску кого-то из Правящих, спасённому из Академии. Видимо, этот мальчишка не был вторым или третьим: он был единственным сыном, которого выкрали из семьи. Таких в Академии было много, и всех Байрок вернул отцам, дав десяткам родов наследников.

Тедис остановился в нескольких шагах от матери и брата: эти двое смотрели друг другу в глаза, и даже не повернулись при его появлении. Гнев кипел в груди: что же ты за мать, если тебе не интересен твой собственный сын?!

- Правитель!

Все трое повернулись на голос: к ним со свитой приближался Байрок, в руках приближённых были какие-то странные предметы, которых Тедис ранее никогда не видел. Отец подошёл совсем близко к матери, и она смело подняла на него прекрасные, удивительные глаза. Тедису стало не по себе от этого молчания, ему показалось, что они все тут лишние.

Бред! Отец - Правящий! А Правящие не подвластны глупым человеческим чувствам.

- Ты не оставила мне выбора, - обронил Байрок так тихо, что вряд ли даже приближённые, стоявшие в нескольких метрах позади Правителя, слышали.

- Делай, что должен, - ответила она так же тихо, не сводя глаз с отца.- Ты всегда поступал мудро, мой Правитель. Ты знаешь, кто твой законный Наследник.

- Я Посвящу их, и кровь сама решит, кто из твоих сыновей достоин быть моим Наследником, - это Байрок сказал уже громко, чтобы застывшие, ожидающие развязки трибуны слышали.- Мы вернули Кинжал Посвящения и проведём ритуал.

Трибуны взревели, и Тедис почувствовал ликование: так вот что за предметы принесли слуги отца. Их Посвятят, и Лектус умрёт. Тедис знал, что для того, чтобы стать Правящим, нужно искренне этого желать, принять в себя Силу. Брат погибнет. Отец сделал выбор.

- Ты останешься без Наследников, мой Повелитель.

- Я выживу! - не сдержался Тедис, стремясь привлечь к себе внимание матери, которая так и не посмотрела на него за всё это время.- Ты сделала всё, чтобы я погиб! Но я выживу, а твой любимый Лектус умрёт!

Брат стоял спокойный, словно его не касалось происходящее, и Тедис постарался тоже взять себя в руки. Но мать! Она так и не посмотрела на него!

- Байрок, ты убьёшь Лектуса, но не получишь Наследника.

- Я Наследник, - прошипел Тедис, делая шаг к матери, но Легаты осадили его, придержав за плечи. Принц сбросил руку с плеча, презрительно посмотрев на подчинённых отца.

- Байрок, я не знаю этого мальчика, это не наш сын.

Тедис сначала подумал, что ослышался. Но понял, что она опять пытается спасти жизнь своему любимому Лектусу. Он не позволит, он...

- Народ Водного мира! - она повернулась к трибунам, вся такая холодная и прекрасная, как солнечный морозный день.- Я нарушила наши законы, в чём призналась перед всеми вами. Я виновна. Это правда. Так же правда, что у вас только один Наследник, один Принц, и вы его знаете.

- Ты просто хочешь спасти его, как всегда! - рыкнул Тедис.- Отец, не верь ей!

- Байрок, - она повернулась к мужу, - ты проверял? Ты проверял своё с ним родство? Ты проверил этого мальчика?

Тедис перевёл взгляд на отца, не понимая, о чём они говорят.

***

Лектусу хотелось смеяться: над отцом, над 'братом', над всеми зрителями, что присутствовали при этой семейной драме.

- Не проверил? Ты просто ему поверил? - Лектус рассмеялся, понимая, что Байрок не сделал это не просто так. Правящие всегда проверяют всех детей на принадлежность к своему роду: чтобы лишних мальчишек их крови на фабрике не бегало. Отец действительно пытался спасти мать, ну, и если бы получилось, Наследника.- Тедис, я тебе сочувствую.

А задумка-то, отец, была хороша: пустить обоим мальчишкам кровь на глазах у алчущей публики и матери. Она бы страдала, ты надеялся на это... И потом бы ты её простил. Простил бы, как прощал ей всё, потому что старик связал вас самыми крепкими магическими узами, и ты бы уже не смог без неё. Ты бы запер её во Дворце и никогда не позволял ни с кем общаться. Но ты бы её не убил, а оставил подле себя.

А непокорный Принц бы либо умер, либо стал одним из Правящих. И всё, ситуация бы разрешилась лучшим образом.

Лектус видел, как скрипит зубами 'брат'. Нет, Лектус вполне допускал, что это действительно потерянный всеми много лет назад старший отпрыск родителей, но отцу-то было всё равно. Отец собирался убить новоявленного Наследника независимо от того, сын он ему или самозванец. Только вот Тедис этого не понял.

- Я твой сын! - с вызовом заявил библиотекарь. Да уж, было совсем глупостью не соотнести Теда и Тедиса. А ведь Лектус так долго пытался понять, кто же в Академии работает против людей... Ответ оказался очевиден. Вот он, дружок Анны, который разрушил всё. А ради чего? Чтобы умереть посреди арены.

- Нет, мальчик, - спокойной ответила мать, и она явно была уверена в том, что говорила.

Уже интереснее. Прямо театр абсурда, а ведь люди собрались на бои посмотреть, на кровь. А тут драма семьи Правителя, и актёров всё больше.

Мать. Лектус был уверен, что она давно мертва, но всё-таки отец не может через себя переступить. Глупость, что она примчалась сюда, но, видимо, где-то что-то пошло не так при её Посвящении - она осталась матерью своим детям. Ерунда, но факт. Надо бы как-то переправить её к Ксении.

Отец. Тут всё понятно, ему надо соблюсти законы, сохранить лицо и не оборвать свою линию, а то передать власть будет некому. Для кого он иначе богатства наживал, людей уничтожал?

- Байрок, этот мальчик не может быть твоим сыном, - Правительница отвернулась от Тедиса, который явно не знал, какие аргументы привести в доказательство своего происхождения.- Когда я отдавала Тедиса, маги изменили его внешность. Навсегда. Чтобы никто, даже он сам, не могли найти сходство между ним и Принцем. Его сильно изменили, мой Повелитель.

- Сделали брюнетом? С синими глазами? - предположил Лектус, который впервые начал что-то понимать в происходящем, в том, что было и что он успел узнать.- Ты отдала его в руки Конде?

Мать повернулась к нему, и впервые за всю свою жизнь Лектус увидел в её глазах удивление. О да, мама, я очень много узнал, пока жил среди людей, в том числе о том, что вы, маги, умеете и врать, и недоговаривать, и калечить судьбы, даже свои.

- Только Конде могли полностью изменить внешность ребенка. Иначе Тедис никогда бы не был в безопасности.

- Ещё пару дней назад ты мне рассказывала про светловолосого мальчика и ни слова не сказала про то, что вы с Конде его искалечили.

- Искалечили? Маг Конде был связным, он поменял внешность Тедису и забрал его, чтобы увезти в Некрополь. Это всё, что я знала.

- Твои Конде сделали из него маленького монстра, - хмыкнул Лектус.- Не знаю, о чём вы договаривались с эльфами и магами, но Конде явно играли сами по себе.

- Ты что-то знаешь о брате, Лектус? - тихо спросила мать.

- Теперь да, - пожал плечами Принц, переводя взгляд на лже-брата.- И он действительно повелевает монстрами, а не птицами.

- Я Тедис! - вдруг решил вступить в беседу библиотекарь.

- Проверьте, - каменным голосом сказал отец, до этого молча стоявший рядом. Легат тут же схватил руку Тедиса, а Лектус сам протянул свою. Не хватало ещё, чтобы его лапали прислужники отца.

Руки двух парней соединили в месте, где у обоих был шрам от первого этапа Посвящения. Но ничего не произошло, и по трибуне пронёсся вздох. Облегчения или удивления - кто знает эту публику, но гул нарастал.

- Надо заканчивать тут, - бросил Байрок, и Легат отпустил Лектуса и принца-самозванца. Кто внушил этому мальчишке, что он тот самый Тедис и зачем? Лектусу стало даже жалко парня: он так свято верил в то, что он Принц. Если бы не эта святая вера, то Академия стояла бы несожжённой, Северный город процветал дальше.

Кому было нужно, чтобы этот мальчишка, ненастоящий Тедис, верил в своё происхождение?

- Самозванца на арену, Принца и Повелительницу в камеру, - выдохнул своё решение Байрок, отворачиваясь, чтобы вернуться на трибуны. Но тут произошло сразу несколько событий: Лектуса кто-то схватил за руку, перед ним, за ним, вокруг него материализовались десятки людей, которые также держались за руки и за другие части тел друг друга.

- Он исчез! - закричал кто-то, а в руки Лектусу вцепившийся в него Истер впихнул компас, который у Принца отняли Легаты.

- Уноси нас отсюда! - рыкнул Истер. Под мышкой он сжимал... сову? - Она отключила щит, давай!

Фантасмагория какая-то. Лектус сосредоточился и в последний момент увидел, как Алексис, одной рукой державшаяся за кого-то в цепочке, схватила за руку Правительницу Водного мира. Через мгновение арена растворилась, а Лектус почувствовал всем телом, как тянет через какие-то другие пространства целую толпу людей.

## Глава 4 Родные пенаты


Практически всю свою жизнь, несколько десятков лет, он знал, что однажды встретится с дедом. Он желал этого. В период юношеского максимализма, который, кстати, завершился не так давно, он даже рвался в город эльфов, чтобы заставить деда вернуть отца в нормальное состояние и прекратить мучения матери. Но именно мать всегда останавливала Ярика от необдуманных поступков.

Эйлин говорила, что её отец, Эйсан Непреклонный, подарил им с Александром вечность. Ага, конечно, шесть дней вместе, чтобы потом шесть с половиной лет отец бегал по лесам и болотам, а мать вынашивала и растила их детей. Вечность так себе...

Но ещё Ярик понимал, что в чём-то мама права: отец был смертным, обычным человеком, и после его смерти Эйлин предстоит жить с тоской по любимому человеку. В общем, все это было сложно, но не изменяло уверенность юного мага в том, что однажды он увидит своего деда.

Ну, по крайней мере, можно сказать ему спасибо за то, каким Ярослав родился. Без вмешательства деда Ярик мог бы быть просто волшебником, вот как Святик, самым обычным магом, хоть и читающим мысли. Царь Эльфов же сделал внука-полукровку полноценным эльфом. Конечно, это притянуто за уши, 'полноценным', но все-таки Ярик знал, что он не человек. Просто, если ты прожил на свете больше тридцати лет, а выглядишь, словно тебе только исполнилось семнадцать, ощущать себя обычным достаточно сложно.

Ярик усмехнулся, делая шаг в открывшийся в стене из лавра проход. Маг был в восторге и от парящего Вечного города, и от дома матери, и от Фриды, и от возвращения отца - но это не меняло того, зачем они были тут. Он не обманывал себя ни на минуту: они не среди друзей, незваные гости, и вряд ли им легко удастся забрать Ксению.

Тем более если то, что говорила Фрида, правда. Принести Ксению в какую-то жертву! Свихнулся он что ли, этот Царь эльфов?!

- Мы во Дворце, - произнес отец в момент, когда Ярик вышел из прохода. Ну что ж, по крайней мере, они совсем близко к Ксении. Маг мельком осмотрелся: большая светлая комната, круглая, со стрельчатыми окнами, как в доме матери. Все залито светом яркого солнца, тепло обнимало со всех сторон. Кровать, столик, диван у окна, раскрытая книга.

Ярик нашел взглядом Джеймса, мысли которого, как и он сам, метались по комнате в поисках Ксении. Маг за две недели привык к панике и тоске, что пропитали мысли Джеймса, к тяжести образов, мелькающих в голове кочевника. Если Джим не думал о Ксении, то он думал об Алексис. Если его мысли не были заняты девушками, он вспоминал бой за Академию - и Ярик не знал, какие из этих трёх тем были менее тягостными. Поэтому юный маг старался реже прислушиваться к тому, о чем думает друг.

Отец стоял настороженный у дверей, неплотно прикрытых: уж папа-то знает точно, чего они могут ждать во Дворце Эйсана. Да и сам дворец он знает. Ярик был рад, что отец с ними: Александр всегда внушал сыну несокрушимую уверенность в силе и защите.

- Ксении нет, - выдал очевидное Джеймс, подходя к кровати и касаясь её кончиками обмороженных потрескавшихся пальцев. Им всем многое пришлось пережить за эти недели, и предстоит еще очень много.

- Сюда идут, - прошептал отец, и Ярик кивнул, хватая кочевника и оттаскивая его за створки открывающихся вовнутрь дверей. Шаги были невесомыми, легкими, и магу пришлось держать Джеймса, чтобы тот не кинулся тут же на вошедшую Ксению.

- Отдыхай, Светлая, мы подождем до завтра, - раздался голос из коридора. Спутник девушки в комнату не вошел, но его голос был знаком Ярику. Юноша не стал вторгаться в мысли эльфа: мама говорила, что некоторые представители ее народа могут почувствовать ментальное прикосновение.

- Спасибо, Доминус, - ответила Ксения, поворачиваясь к дверям, которые уже закрывались за ней. Ее глаза расширились на мгновение, а потом она мягко, безмятежно улыбнулась им.

- Ксени, - Джеймс постарался не заорать, кидаясь обнимать девушку. Удивительно, что она не упала.- Ты цела? Что они с тобой сделали?

- Джеймс, тише, - прошептал отец, вслушиваясь в шорохи за дверью. А Ярик тем временем читал мысли Ксении, искал в них ответы, и ему становилось плохо. Тошно. Противно. Мерзко.

Его вырвало на мягкий ковер под ногами, и отец недоуменно подошел, придержав Ярика за плечи. Но Джеймс этого не заметил: он обнимал и разглядывал молчащую, улыбающуюся ему Ксению. Хотя что он там пытался увидеть? Сестра Лектуса не изменилась, разве что безмятежность сделала черты ее лица чуть нечеткими, мягкими.

- Ты отравился, - жестко проговорил Александр, глядя на Ярика. Парня все еще мутило, и он не понимал, почему.

- Мы все ели одно и то же, отец.

- Нет, ты ментально отравился, - покачал головой ныряльщик, с подозрением глядя на Ксению.- Ты читал ее мысли?

Ярик кивнул, недоумевая: он никогда не слышал ни о чем подобном.

- Она одурманена, и ты попробовал этот дурман, - пояснил отец, и Ярик увидел, как на них удивленно посмотрел Джеймс. Он уже не был так лучезарно рад: Ксения улыбалась ему, ничего не говоря, и это было странно.- Ксения, я Александр, ты помнишь меня?

- Да, вы муж Эйлин, - наконец, заговорила девушка, и голос ее был обычным, привычным. Но Ярика по-прежнему мутило: не только от какого-то там дурмана, а от мыслей, что он прочел в ее голове. Бред и гадость! - Ярик, здравствуй. Что вы все тут делаете?

- Мы пришли забрать тебя! - Джеймс даже встряхнул ее за плечи, заглядывая в глаза.- Ксения, пойдем отсюда.

- Но зачем? - искренне не поняла она, не сбрасывая рук парня, улыбаясь ему очень чисто и искренне. Ярика начало тошнить сильнее, и он стал дышать глубже, ища глаза отца.

Им нужно срочно, очень срочно увести девушку отсюда. А еще Ярик хотел убить своего деда.

- Ксения, что с тобой?! - кажется, Джеймс впадал в панику.- Это я! Ты узнаешь меня?

- Конечно, - снова улыбнулась она, переводя взгляд с одного гостя на другого.- Я не понимаю, зачем ты хочешь меня отсюда забрать. Мне здесь хорошо, очень хорошо. Вот смотри, я никогда больше не мерзну, - она прикоснулась ладошками к его щекам.- Здесь так хорошо, Джеймс, здесь только добро. Эйсан разрешил мне навсегда тут остаться. Я думаю, он не будет против, если вы тоже останетесь...

- Ксения, но как же Лектус? Там же он и моя сестра, и все наши друзья...

- Джим, оставь, - Александр подошел к ним и чуть отстранил кочевника от девушки.- Она одурманена, очень сильно.

- Но зачем?! - парень сжал кулаки, и Ярик разделял его гнев. И это еще Джим не знал то, что уже знал маг.

- Некогда объяснять, надо срочно ее отсюда уводить, - проговорил юный маг, тряхнув головой. Он быстро нарисовал на своей руке руну очищения: и почувствовал себя лучше. Ох, дед, и надрать бы тебе задницу!

- Они не дадут нам уйти, Ярик, - покачал головой Александр, снова подходя к дверям.- Скорее всего, они уже знают, что нас нет в доме твоей матери.

- Отец, ты не представляешь, ЧТО они хотят сделать, - прошептал Ярик.- Я вытащил из Красного города наследника Водного мира, так что уверен, выход всегда есть. Папа, ты знаешь Дворец, ты знаешь город, думай!

- Я говорил, что они ее похитили! - Джеймс с мучением смотрел на мага, сжимая руку Ксении. Девушка при этом улыбалась и не выказывала никакого недовольства ситуацией. Ладно, с этим они разберутся потом.

- Фрида, куда ты можешь нас вывести, кроме дома Эйлин? - отец посмотрел куда-то в сторону, словно знал, где находится Дух.- Уверен, что она предусмотрела множество вариантов и приготовила путь на случай, если нас с ней не выпустят из города. Фрида!

- Сюда Краа-Сти идут, - зеленые глаза Духа мигнули на стене у входа.- Идите, - она открыла мерцающий проход.

- Отец, уводи их, - Ярик мгновенно принял решение, которое давно зрело в нем. Он не уйдет, пока не увидит деда, пока не поговорит с ним. Маг был уверен, что Эйсан ничего не сможет ему сделать. А когда еще представится возможность познакомиться с родственником.

Александр лишь мгновение смотрел на сына, и Ярик понимал его опасения: дед сделал отца Дханом. Но Ярик не ныряльщик с безымянного острова в Водном мире, он сын Эйлин, маг и эльф, он наследник Царства Эйсана.

Отец кивнул, и Ярик улыбнулся: Александр подумал, что сделает с ним Эйлин, когда узнает, что он оставил их сына во Дворце. Ничего, папа, я даже в Кар-Альны прижился!

- Джеймс, уводи Ксению, даже если она будет сопротивляться, - Ярик подтолкнул парня к сияющему проходу Фриды.- Отец вас выведет.

Кажется, кочевник собирался что-то сказать, но Александр уже подхватил Ксению за пояс, легко поднял - и исчез. Джеймсу пришлось ринуться следом. Дух сразу же закрыл проход и исчез, явно не собираясь попадаться на глаза страже эльфов.

Двери распахнулись, и туда вошли три эльфа в боевом облачении, с клинками наизготовку. Во главе них был уже знакомый Ярику товарищ: отец явно его презирал. Лирио, кажется.

- Я хочу видеть деда, - спокойно произнес маг, давая пришедшим оценить пустоту комнаты, где они держали Ксению. Мать-природа, Ярик до сих пор не понимал, как эльфы могли додуматься до того, для чего они приготовили дочь Байрока. Мерзость! А еще говорят, что эльфы - добро в чистом виде. Ну-ну, добро.

Краа-Сти замерли, ожидая приказов. Лирио словно задумался: кинуться искать девушку, начать пытать Ярика или же исполнить его приказ. А парень именно приказывал. Мама говорила, что для эльфов важна субординация и кровь, а в Ярике текла кровь их Царя. Ну, можно сказать, что как и Лектус, он был принцем, только местечковым и непризнанным.

- Следуйте за нами, - Лирио на некоторое время задержал взгляд на лице Ярика, и мальчик не удержался: нырнул в сознание эльфа. Тот отпрянул, звякнув всем своим обмундированием, а Ярик даже выдал короткое 'ооо'. Ну надо же, все интереснее и интереснее в эльфийском королевстве.

Этот эльф был преданно и беззаветно влюблен в Эйлин. Много лет, вечность, целую вечность в прошлом и будущем.

- Следуйте за нами, - повторил Лирио спустя долгие неприятные мгновения. Теперь он знал, что Ярик знает. Да, ситуация щекотливая. Хорошо, что отец ушел.

Маг кивнул и покинул комнату Ксении. Коридоры и лестницы, по которым его вели по Дворцу, были залиты ярким солнечным светом: он рассыпался радугой по полу благодаря многочисленным стеклянным панно на стенах, дверях и даже в полу. Однажды они прошли через полностью стеклянный коридор-трубу, которая была проложена, кажется, прямо под рекой. Вода была светлая из-за солнца, и река жила своей жизнью. Но Ярик не успел оглядеться: они уже шли дальше, теперь поднимаясь вверх и уходя немного правее реки.

Дворец деда оказался куда больше Кар-Альны и красивее, теплее. Но он вряд ли выдержит осаду или бой с Чужими.

- Вы должны обождать тут, - они остановились как-то внезапно перед закрытыми дверями, сделанными из хрусталя. В него были вплетены узоры из драгоценных камней и воды. Очень и очень неплохо.

Мама рассказывала, что ее отец сам проектировал Хрустальный зал - для своей жены. Что ж, даже двери уже впечатляют. Хотя Ярик не стал бы создавать столь вычурные объекты во имя любимой женщины.

Лирио легко открыл одну из створок, словно она ничего не весила, и исчез внутри: его силуэт словно растворился внутри, как рыбка в мутном аквариуме. Ярик пожал плечами, не понимая, зачем деда предупреждать о визите: не такой же Эйсан дурак, чтобы не понимать, что внук придет его увидеть, будучи в городе. Или же Лирио нужно было сообщить о пропаже Ксении?

Вопросы стайками летали в голове Ярика, пока он ждал, и главным был 'зачем'. Маг был уверен, что эльфы знают об их мире больше всех, что именно они хранят ключ к тайне, которая позволит остановить Чужих: на это указывала и легенда про ведьму и ее семью, и стремление эльфов заполучить в свои руки наследников этой семьи, и, конечно то, что они собирались сделать с Ксенией.

Дед что-то знает, что-то очень важное, и Ярик собирался это узнать так или иначе.

Наконец, хрустальная створка открылась, и оттуда вышел Лирио: лицо его ничего не выражало, и Ярик не стал снова насильно копаться в сознании эльфа. Влюблен в маму, надо же. Интересно же жила она тут, во Дворце.

- Заходи, - донеслось откуда-то гулкое, мощное эхо. Ого, дедушка зовет! Ярик дернул уголком губ и пошел на встречу со своим Творцом.

## Глава 5. Возвращение


В первые несколько секунд после того, как вихрь их отпустил, царило полное молчание. Затем тихие несмелые шорохи и вздохи, люди зашевелились, но по-прежнему молчали. Их обступили тьма и морозный воздух.

Почему темно?

- Где мы? - тихо, едва слышно прошептал кто-то общий вопрос толпы все еще испуганных, осторожных, готовых ко всему людей и магов.

- Свет не зажигать, - Лектус решил, что пора вмешаться, пока маги, которые явно были среди мельком увиденной им на арене людской массы, не начали зажигать свои огни. Не хватало, чтобы их сразу опять повязали.

- Лектус.

Он обернулся и увидел Алексис, которая буквально врезалась в него, повиснув на шее и зарывшись лицом на его груди. Кажется, она плакала. Самое время.

- Мы в Академии, - из тьмы донесся тихий голос Истера, и вскоре полукровка был рядом, глядя на Лектуса.- Надо убираться отсюда, здесь все кишит кровососами.

- Сюда, сюда.

Принц Водного мира подпрыгнул: вот этого он точно не ожидал, а застать его врасплох было не так уж просто. Но, кажется, входит уже в практику: все-таки отец его поймал в городе Наместника.

А теперь в его ногу вцепилась лапа огромного черного кота. Они уже как-то встречались - в первый визит Лектуса в Академию. Погонщик.

- Идемте, - прошептал кот, указывая куда-то в сторону Древа, в темноте черной массой нависавшего над прибывшими. Люди сбивались в группы, стараясь не потеряться во мгле, а вокруг Истера, Лектуса и Алексис собиралась толпа. Ну вот, опять они предводители человеческой массы.- Идемте же, неразумные!

Лектус поймал взгляд Истера: они оба хорошо видели в темноте.

Ну здравствуй, старший брат.

- Идем, - кивнул Принц и потянул вслед за котом Алексис, все еще прижимавшуюся к нему.

- Лектус, твоя мама, - прошептала девушка через какой-то десяток шагов в сторону Академии. Толпа сдвинулась, по инерции направляясь за ними.

Точно, мама. Девушка вытащила Электру с Арены.

- Я здесь, идите, - она появилась рядом, и люди расступились, окружая их. Ну да, конечно, она же Правительница Водного мира, жена Кровавого Байрока. Ох, мало тут было самого Лектуса.

- Не останавливайтесь, чужие близко, - Принца опять дернул за штанину кот, и парень поморщился: вакханалия какая-то. Надо сначала укрыться, а потом разбираться со всем.

- Истер, веди их, - Лектус посмотрел на полукровку, который на самом деле был очень даже полнокровным отпрыском Правящих, но не время пока об этом думать. Парень кивнул и начал подталкивать спасенных им людей за котом: ствол Древа уже выступал из тьмы перед ними.

Зачем он тащит с собой чучело совы?

- Они близко, - мама говорила тихо, но без страха, вообще без каких-либо эмоций, словно общалась с подругами в своей гостиной в Кар-Альны.- Уходите, я их задержу, - на ее ладонях слабо замерцал уже знакомых Лектусу огонь, но парень только сжал ее руки.

- Ты тоже идешь, мама. Ты это заварила, так что будешь помогать мне расхлебывать эту семейную похлебку. Лекси, - он кивнул подруге, и та пошла вперед, оглядываясь. Мать не стала спорить и последовала за Алексис.

Даже Лектус уже мог слышать шум ног по мосту, что связывал город и Академию. Конечно, их не могли не услышать, да и наверняка у Правящих был рядом караул: вдруг маги из своих нор повылазят.

Наконец, Принц увидел, куда звал их кот: идущие впереди люди по одному ныряли в мерцающий проход, открытый прямо в обгоревшем, черном стволе Древа с тыльной его стороны. Видимо, кот смог докричаться до Фрея, или как-то по-другому открыть дверь в школу.

У прохода стоял Истер, стараясь ускорить 'эвакуацию' спасенных им людей.

- Лектус! - закричала Алексис, обернувшись, и он понимал, почему она перестала шептать: во двор уже забегали Стражи и Легаты. Лектус развернулся, хотя слабо себе представлял, как остановить воинов отца. Люди начали кричать, подталкивая друг друга к проходу, создавая сумятицу.- Отойди!

Алексис буквально оттолкнула его за спину, и Принц даже не успел возмутиться. Девушка резко подняла руки, словно хватая что-то снизу и кидая вверх. В темноте прозвучало глухое 'уууух' и бегущих к ним Правящих буквально смело сильным ударом ветра, оглушив. Вокруг резко стало светло, словно сдернули пелену с глаз, вернув утро, из которого они убежали с Арены.

Ничего себе.

- Лектус!

Он обернулся: во дворе уже никого не было, кроме Истера с совой и кота, который подпрыгивал на месте в нетерпении.

- Быстро! - Лектус схватил Алексис и только тут понял, что она как-то внезапно ослабла. Ему пришлось схватить девушку на руки. Хорошо, что мать не стала торговаться, прикрывать их, а просто поспешила вперед, к едва заметной на свету двери в Древе.

Лектус влетел в Академию вслед за матерью, прижимая к себе затихшую Алексис, чувствуя, как за ним смыкается проход, отсекая звуки встающих, в гневе бегущих к ним Стражей и Легатов.

- Ну, ты, девочка, даешь, - заворчал где-то под ногами кот, - мы эту темную пелену три часа возводили, а ты взяла и все сорвала!

Зверь продолжал ворчать, поднимаясь по винтовой лестнице, пока звук его голоса не утонул где-то вверху, за шагами десятков людей, которые уходили в глубь Академии.

- Ты как? - спросил Лектус, ставя Алексис на ноги. Они явно были где-то на нижних уровнях Древа, возможно, где они однажды с Джеймсом подслушали разговор Стеллы и воспитателя мальчиков. Они остались тут вчетвером: Алексис, Принц, его мать и... ну да, его старший брат с совой.

Мать-Природа, чучело совы он зачем за собой таскает?!

- Лектус, ее надо накормить. Если тут есть еда. И напоить. Кровью. Много не надо.

Принц вздрогнул, глядя на свою мать.

- Кровью?! - пискнула Алексис, вцепившись в Лектуса.

- Ты посвященная, применившая магию. Тебе нужна кровь для восстановления сил. Поверь, - мама говорила спокойно, холодно. Лектус теперь понимал, как она выживала, будучи Правящей и при этом практикуя человеческую магию.

Сколько сюрпризов.

- Идемте, - Лектус приобнял девушку за плечи, утягивая на лестницу. У них много проблем и вопросов, которые нужно решить. Раздобыть человеческой крови - не самая большая, если подумать.


Она подошла к окну, которое открывало вид на черно-белый двор Академии. Снег припорошил следы большого пожара, что, казалось, должен был уничтожить Древо, но Дух был жив. А пока жив Фрей, Древо не умрет.

Она стояла у окна, слыша, как шевелятся в комнатах и коридорах выше и ниже нее люди, как они дышат, разговаривают, ходят, плачут, едят. Она слышала жизнь внутри Древа, даже Фрея, который был повсюду, радуясь, что в Академию вернулись люди.

С Арены спаслись пятьдесят четыре человека, из них восемнадцать магов. Из пятидесяти четырех - двадцать пять детей или подростков, двое посвященных.

И один полукровка.

Она смотрела вниз, во двор, где стояли Легаты и Стражи: они снова пытались понять, как попасть в Древо. Но им не уничтожить Академию и не проникнуть внутрь, пока жив Фрей. Ни огонь, ни топоры не нанесли ему существенного ущерба.

Она слышала своего сына: Принц отдавал приказы, распределял обязанности среди спасшихся, и они слушались, подчинялись. Слегка оглушенные, слегка ошеломленные, эти люди радовались возможности жить.

Еда, вода, караул, сон. Все самое важное для людей на сегодня. Отправка сообщений в другие группы выживших. Значит, их будет больше, если люди смогут пробиться к Древу через конвой. Но маги найдут способ.

- Фрей.

Он явился сразу, словно не был одновременно занят еще пятью диалогами в разных концах Древа.

- Электра, с возвращением домой, - Дух совсем не изменился за десятилетия, что она не бывала тут, в Академии.

Дом. Это давно не ее дом.

- Что ты знаешь о моей семье?

- Твои родители давно умерли.

- Невий?

- Не знаю, на момент штурма Северного города он был жив. Где теперь, никто не скажет, - в голосе Духа чувствовалось сочувствие, но это было лишним. Она давно ничего не ощущала по отношению к ним: к родителям, к бывшему жениху, к этому городу.

Девушка, которая любила это место, служила этому месту, давно мертва. Электра помнила блеск кинжала, которым Байрок проткнул ее сердце, навсегда его остановив. Это сердце принадлежало ему, ее мужу, маги сами отдали ее Правителю. Хотя нет, не маги - эльфы.

Она помнила свое детство и юность, помнила счастливые годы в Академии. Помнила маму и отца, их дом в городе, долгие зимние вечера, когда родители рассказывали ей легенды о происхождении их семьи, о далеком Туманном Некрополе, о побеге, о любви и долге. Именно тогда она впервые осознала, что не такая, как все люди, что она не до конца человек.

Именно это подтолкнуло ее поступить в Дозор, ведь их девиз так точно описывал ее внутреннее ощущение: не за, не против, а между. И, став частью Дозора, она впервые четко осознала, что не хочет просто ждать, что будет дальше. Она будет действовать, она станет частью истории.

Эльфы следили за ней еще с тех пор, как она была маленькой. Мама просила опасаться их, не говорить с ними, не слушать то, что они могут ей рассказать. И мама была против того, чтобы Электра шла в Дозор, прямо в руки эльфов.

Эльфы дали ей то, что она хотела: шанс хоть что-то изменить, повернуть колесо истории в другую сторону. Ее не могли остановить ни родители, ни любовь к Невию. Ее ждало Будущее, что-то великое, что-то значимое.

Все ее напарницы пропали на просторах Водного мира. Растворились в водах. Она могла последовать их примеру, но эльфам это было не нужно. Им было важно, чтобы именно она, Принцесса, потомок одной из самых древних семей Правящих, проникла во дворец Кар-Альны, в самое сердце Чужих.

Тогда она не понимала всего. Знала, что полюбит, без выбора, без возможности вернуть все назад. Знала, что отдаст своего ребенка эльфам. И ее ребенок поможет людям выжить. Как, она не знала, но тогда это казалось неважным.

Она была глупой. Наивной. Доверчивой. Но в тот момент, когда Мастер Уз соединил их с Байроком, все утратило значение. Холодный расчет, который двигал ею весь путь до дворца, куда ее доставили для фабрики, пал в тот момент, когда Байрок принял из рук старика Дар.

Она ярко помнила этот момент. Путь до Красного города был сложным. Она должна была попасться в руки конкретного торговца, который возит живой товар для фабрики Правителя. Нужно было выжить, не потерять Мастера Уз. Им везло. Ей везло. Принц пришел на корабль вместе со своим отцом, но его не интересовали женщины, привезенные для фабрики. Старик смог хорошо разыграть свою партию, преподнеся Принцу подарок, в котором было что-то из вещей Электры.

Это было словно озарение, теплой волной окатившее ее с ног до головы. Словно тем прохладным вечером задул теплый морской ветер, согретый жарким тропическим солнцем. Чувствовал ли Байрок то же самое, она не знала, но тогда это все уже не имело значения.

Она помнила, как он поднял на нее глаза. Тот самый первый взгляд узнавания и понимания. Взгляд мальчишки, который однажды станет повелевать миром. А она будет повелевать им.

Их годы человеческой любви были яркими, полными чувств, страсти, ревности, ссор и объятий. Отец Байрока не понимал этого, не раз усмиряя пыл наследника. И они научились скрываться, научились не показывать миру свою Любовь, ведь Принц Водного мира не мог любить человека...

- Фрей, приведи моего сына.

Она отвернулась от окна, глядя, как исчезают, растворяясь, глаза Духа. Им с Лектусом нужно поговорить о том, что произошло на Арене, о его старшем брате.

Ее первые роды были очень сложными, словно весь мир сопротивлялся появлению на свет Тедиса. Мальчик родился богатырем, с яркими глазами и светлыми, словно пена прибоя, волосами. Она обожала Тедиса, видя в нем отражение Байрока...

Она знала, что нужен еще. Нужен был еще один сын. Ей было страшно, что родится девочка, страшно, что мальчиков будет больше, чем два. Она бы умерла, если бы ее ребенка убили по закону Правящих. Так случилось с матерью первого сына Байрока.

Она поняла, что носит двойню, когда дети начали очень активно шевелиться. Она даже могла точно сказать, что ждет мальчика и девочку, где ножка одного малыша, а где другого, настолько разными они были уже в утробе. И уже тогда у нее созрел план, как скрыть от мужа девочку. Она планировала отправить дочь в Северный город, когда за ее сыном придут маги...

- Мама.

Он пришел не один: его сопровождали его девушка, посвященная волшебница, и мальчик-полукровка, которого она уже видела, когда он жил в зверинце сына во Дворце.

- Если ты намерена колдовать, помни: после этого тебе будет нужна кровь человека. Иначе магия медленно, постепенно, капля за каплей тебя уничтожит, - произнесла Электра. Она знала это по себе: еще за несколько лет до полного Посвящения, когда ее сердце остановилось, она заметила, что магия волшебников подтачивает ее здоровье, ее тело, и ей пришлось найти способ восстанавливаться. Чужие и магия людей не были совместимы, но Электра нашла способ жить с этим даже после того, как стала Правящей. Просто с каждым годом ей нужно было все больше крови для восстановления.

Огневолосая девушка кивнула, ее щеки залились румянцем, она немного спряталась за спину Лектусу. У Принца Водного мира будет прекрасная спутница жизни. Если они выживут. И если у них будут дети, они будут их любить.

Она любила своих детей. Сильно. До того, как она стала Правящей, она сходила с ума от любви и страха за своих детей. Когда наследник был объявлен, а Тедис покинул Красный город, Электра стала Правящей, приняв эту честь от рук мужа. Чтобы вечно быть вместе.

Но Правящие не любят. Она это осознала почти сразу, открыв глаза в новом для себя мире. Яркие ощущения всех пяти органов чувств, реагирующие на самые маленькие раздражители. Даже вкус был тонким и ярким: у крови много оттенков, у каждого человека она имеет свой аромат на языке...

Но чувства Правящих блеклые. Это даже не чувства, это химия их тел. Возбуждение, страсть, желание обладать - они сначала были такими яркими, что Электра даже забыла, что существует что-то другое. Что есть какая-то любовь... Но магия даже после смерти человеческого тела жила в нем, и делала свое дело.

Она смотрела на сына и понимала, что любит его так, как Правящая не может любить своего ребенка. Она давно это знала, чувствовала. Осознав это, она вернулась к магии. И чем больше она практиковалась, тем сильнее возвращались к ней чувства. К детям, к мужу, к жизни.

Она не стала снова человеком, но она и не ощущает мир так, как это ощущает Правящая. В этом ее сила, и в этом ее слабость. Слабость, которая разрушила ее союз с Байроком. И теперь они оба страдают.

- Мама? - Лектус решил прервать затянувшуюся паузу. У них явно масса дел, не до спасенной от мужа Правительницы и ее воспоминаний.

- Тот мальчик, на Арене, не твой брат.

- Я знаю, мама, - Лектус кивнул, проследив за тем, как Алексис прошла в глубь комнаты и села в кресло в углу. Девушка явно была измождена всем, что с ней произошло: узников Байрока держали в темнице, кормить перед смертью их никто не собирался. А потом этот внезапный побег и Легаты, которых юная волшебница сбила одни взмахом рук. Она станет могущественной Повелительницей стихий. Если выживет.- Мама, я знаю, кто такой Тедис.

Она не вздрогнула: она ожидала такого ответа. Лектус долго пробыл среди людей и многое узнал. Он вполне мог соединить нити судеб в один узел, и понять, что случилось с его братом.

И тут Электра все поняла, словно прочла мысли Лектуса. Принц смотрел прямо на нее, но она словно увидела, как его взгляд указывает на мальчика-полукровку, который скучающе привалился к стене и сложил на груди руки.

Ведь она с ним встречалась раньше, но не узнала.

- Мама, это Истер, - тихо проговорил Лектус, и полукровка удивленно взглянул на Принца, не понимая, как разговор перешел на него.- Он из рода Конде, по крайней мере, так утверждают маги, потому что он повелевает чудовищами и темными существами.

- Погоди...- попытался вмешаться Истер, но замолчал. Он тоже понял.

- Ты сказала, что когда Конде забрали Тедиса, то до неузнаваемости изменили его, чтобы его никто и никогда не узнал, - Электра слушала Лектуса, но ее глаза были прикованы к мальчику-полукровке. Но почему он полукровка?! - Но они не отдали Тедиса эльфам, или магам, или кто там заказывал себе такого мальчика, - усмехнулся Лектус. Электра слышала его злую усмешку в голосе.- Они пытались сделать из него оружие. В принципе, в каком-то смысле им это удалось: кровь Истера, или Тедиса, теперь яд для Правящих.

В комнате воцарилась тишина.

- Истер - твой брат? - выдохнула Алексис, но Электра не сводила глаз со старшего сына. Она бы никогда его не узнала, никогда.

- Я проверял: мы родственники, - добавил Лектус, словно вспоминая ошибку отца там, на Арене.

- Должен быть шрам, - тихо проговорила Алексис, и Электра повернулась к девушке.- Ваша служанка там, в Красном городе, говорила, что у Тедиса был шрам на колене в виде вопросительного знака.

Они все смотрели на Истера, словно ждали, что он снимет штаны и покажет колени. Но мальчик молчал, явно не в силах вымолвить ни слова.

- Что ты помнишь из детства? - тихо спросила Электра. Все эти вопросы были формальностью. Лектус бы не сказал, если бы не был полностью уверен, что это Тедис.- Что они с тобой сделали?

- Я не знаю, - прохрипел мальчик, руки его мелко дрожали.- Мама и дед говорили, что я зачат Правящим в момент посвящения, поэтому я полукровка. Моим отцом был сын Орака. Я убил его.

- В момент Посвящения никто не может зачать, - тихо ответила Электра.- В этот момент человек умирает. Проходит от одного до трех дней прежде, чем Посвященный способен хотя бы встать. В этот момент он уже не может иметь детей. Смерть не рождает человека.

- Но...

- Один из двух, рожденных от Владыки мира...- проговорила Электра, глядя на своих сыновей, один из которых был навсегда искалечен. Она сама отдала мальчика в руки Конде, а они подменили ребенка и ставили над Тедисом опыты. Она так много слышала об опытах Конде, но никогда не думала, что они сделали это с Тедисом.- Ты Истер?

- Так звала меня... мама, - он выдавил из себя последнее слово, побледнев.- Я кровосос.

- Нет, - Алексис вскочила на ноги и подошла к старшему Принцу Водного мира.- Истер, ты удивительный, уникальный, талантливый человек, который пережил очень много плохого. И ты выжил. Не просто так ты выжил, и ты тут. Подумай! Ты так хотел покончить с кровопийцами, и оказалось, что ты можешь это сделать!

Бедный мальчик. Так тяжело не понимать, кто ты.

- Кот привел Кристин с отрядом бойцов. Кристин требует Истера, - тактично прервал их Фрей из-за спины Лектуса.- Девушка на грани нервного срыва.

- Пойдем, надо тебя ей показать, - улыбнулась Алексис, мягко беря старшего Принца за руку.- Ничего не изменилось, Истер, поверь. Пойдем, успокоим Кристин...

Электра молчала, пока девушка утягивала Тедиса за собой через мерцающий проход. В комнате воцарилась тишина.

- Она тебя любит, - тихо произнесла Электра спустя некоторое время, все еще глядя на то место, где исчезли Алексис и старший Принц.- Посвященная.

- У нее нет выбора.

Электра вздрогнула от гнева и боли, которые вдруг прорвались в голосе всегда держащего себя в руках Лектуса. Даже ледяные глаза потемнели.

- В любви всегда есть выбор, сын.

- Правда? Как у вас с отцом? - Лектус взял себя в руки, снова став собой, но Электра не могла понять, откуда взялись такие сильные чувства в момент, когда сын должен быть счастлив.

- Мы с твоим отцом - совсем иная история.

- Да. Мастер Уз связал вас магией, чтобы вы сделали детей, а эти дети, руководимые магами и эльфами, свергли Правящих и изменили все к радости людей, - хмыкнул Лектус.- Что ты чувствуешь сейчас, мама? Сейчас, зная, что возможно никогда больше не увидишь его? Отца.

Электра молчала, потому что подобные вещи не подвластны словам.

- Так вот представь, что я... или она... представь, что кто-то из нас двоих погибнет в этой войне. И ты поймешь.

- Лектус, любовь людей иная.

- Мама, твой старик, твой Мастер Уз перед смертью передал Алексис мою детскую игрушку. Ты по-прежнему считаешь, что у нее был выбор?

Электра молчала, анализируя то, что сказал Лектус. Она не понимала, зачем Старик мог это сделать. Она помнила Мастера: он не стремился использовать свою магию, считая, как и Лектус, что у человека должен быть выбор. Миссия Электры была заданием. По своей воле он бы не стал связывать чувствами людей, принуждая их навсегда замкнуться друг на друге.

- Ты уверен? - наконец, спросила она, внимательно глядя на сына. Нет, конечно, он уверен. Но Электра сомневалась.- Ты видел, как старик передал ей твою вещь?

- Она рассказала и отдала мне мою детскую игрушку, - пожал плечами Лектус.- Он ей дал мою лошадку, она приняла, и после этого все началось.

- Лектус, - она приблизилась и положила руку на плечо сына.- Она любит тебя, по-настоящему, без магии. Даже если Старик наложил заклинание, оно бы не сработало. Чтобы заклятие Уз подействовало, ты должен был держать в руках эту лошадку хотя бы раз за несколько дней до вручения подарка Посвящённой. Это должна была быть твоя вещь.

Он поднял глаза на мать, и она впервые за многие годы улыбнулась ему и обняла:

- Тебя можно любить просто так, за то, что ты есть. Помни об этом и не потеряй ее, твою Алексис, держи крепко и никогда не отпускай.


Лектус нашел Истера в одной из спален, когда все уже улеглись спать, утомленные долгим днем. Остались только дозорные, которые следили за действиями Легатов во дворе, да неугомонный кот носился по этажам, перебирая запасы, составляя какие-то списки и ведомости. Безумец.

Брат (кто бы подумал) был не один: с ним сидела Кристин. Она гладила плечи Истера (будем звать его так), пока полукровка страдал. Ну, явно страдал, опустив голову, вырывая себе волосы.

- Это правда? - Кристин подняла глаза на Лектуса, и тот лишь кивнул. Ну да, новость дня: человек, люто ненавидевший кровопийц, оказался одним из наследников Правителя этого мира. Как приятно ощущать это 'один из', словно Лектус смог переложить половину своего груза на плечи новообретенного брата.

- Ты когда закончишь страдать? - спросил младший Принц, обращаясь к брату.- У меня есть вопросы.

- Иди к черту, а? - огрызнулся Истер, поднимая голову.

- Рад, что статус принца не изменил твой характер, - усмехнулся Лектус, садясь на пустую кровать.- Успеешь еще набеситься. Ладно бы это что-то для нас меняло. Никто не требует от тебя родственных чувств или наследования Красного Дворца.

Плечи Истера передернулись в отвращении. Ну да, конечно.

- Вопросов масса, но ты знаешь, больше всего меня мучает самый нелепый, - Лектус, конечно, лукавил, его это совсем не интересовало, но братца нужно немного отвлечь от нелегких мыслей о судьбах мира.- Что за чучело ты таскал с собой с самой Арены? Просто интересно.

- Это твоя подружка, - буркнул Истер.

- Прости?

- Когда всех схватили там, в городе, мне удалось спрыгнуть с ковра и скрыться в городе. Я услышал про Арену и пробрался на крышу. Не знаю, что я собирался делать, - он пожал плечами, но Лектусу пока яснее не стало. Но зато он видимо узнает, как узникам Байрока удалось выбраться да еще с артефактами.- Тогда ко мне пришла эта твоя Анна, уж не знаю, где ее перемкнуло...

- Анна? - в голове Лектуса в который раз за последнее время разрозненные факты начали складываться в единое целое.

- Ага. Она пожгла кровососов, отдала мне кольцо Джеймса и твой компас, выпустила всех. Мы бы прямо оттуда ускользнули, но компасом мог пользоваться только ты, да и Алексис без тебя бы не пошла, так что я надел кольцо, мы все быстро вышли на Арену, схватили тебя, ну а дальше ты знаешь.

- Анна? - хотя Лектус уже и так все понял.

- Когда она узнала, что ты уже на Арене, ее вдруг словно взорвало изнутри, ну и... она стала совой. Я решил не оставлять ее, все-таки она всех нас спасла.

- Где она? Где сова? - Мать-Природа, Анна тоже купилась на колдовство лже-Тедиса. Она тоже стала девушкой-птицей. Этот полудурок с Арены, возомнивший себя принцем, что-то сделал с ней.

- Я оставил ее в комнатах, где жили дети Правящих, а дверь запер на всякий случай, - пожал плечами Истер, явно считая, что он сделал все, что мог. С другой стороны, действительно все, что мог.


Она сидела в темноте, ей давно уже не нужен был свет, чтобы видеть мельчайшие детали предметов. На самом деле, ей уже ничего было не нужно. Она сделала все, что могла, и теперь оставалось лишь немного подождать.

Тело ломило от недавнего превращения. Она знала, что скоро это повторится: все чаще становились превращения, все больнее и дольше. Однажды, наверное, она уже потеряет себя навсегда...

Время текло сквозь пальцы, но тьма успокаивала. Звуки то отдалялись, то приближались, наступала ночь, она это теперь тоже чувствовала...

В первый раз это было даже приятно: стать свободной, отрастить крылья и взмыть. Весело, ярко. Тот Тедис играл с ней, но она была рада этой игре. Она приближала минуту, когда они с Лектусом вернутся домой - и он наконец будет ее... Если для этого ей нужно было стать птицей, она была на это готова.

Она была готова на все ради него. Ледяная девочка, рожденная повелевать, она превращалась в огненную горячую лаву, когда была рядом с Принцем Водного мира. Яркий мир пылал красным, горячим чувством обладания. А он был льдом, который так манил, так притягивал ее годами.

Этот лед нужен был Водному миру. Лектус стал бы великим Правителем, а она была бы рядом с ним, рука об руку, чтобы как Электра, помогать и направлять мужа. Они бы вместе принесли мир Правящим.

Она так долго в это верила. Даже когда они покинули Красный город, даже в Академии она еще верила, что сможет вернуть Лектуса домой, что вырвет его из лап людей. Но он сам захотел остаться, он стал человеком.

Она передернула плечами и прикусила губу от боли: тело ломило все сильнее, но она держалась. Еще хоть немного, хоть несколько минут. Ей так нравилось быть собой, управлять своими чувствами, ощущать оттенки страсти, что жила в ней годами. Она бы стала прекрасной Правящей, идеальной, лучше матери Лектуса, совершеннее...

Она была Принцессой этого мира, самой важной девочкой в мире мужчин. И отец пророчил ей великое будущие. И она знала, что так и будет. Знала с тех пор, как впервые увидела Лектуса, Наследника Правителя. Его ледяной взгляд, прямая спина и гордое безразличие ко всему словно отражали то, что ощущала маленькая Анна. С тех пор никто не был для нее важнее и совершеннее, чем Принц Водного мира.

Она боролась за него до конца, до самого конца. Но совершила всего одну ошибку, и теперь все они платили за это, каждый свою цену.

Она подговорила двух братьев-посвященных подставить Лектуса, чтобы его изгнали из города. Ей не было жаль дикарку: просто человеческая девчонка, которая бы послужила великой цели. Но все испортил дикий кот, просто животное, которое почему-то решило служить людям.

Она разговаривала с новообращенным, для которого лже-Тедис достал камень перемещений. Библиотекарю доверяли, и он этим пользовался. Многие доверяли ему. Она тоже поверила...

И это была ее ошибка. Если бы она знала, что задумал этот самозванец, она бы его убила, сама, своими руками. Потому что в мире мог быть только один Принц...

Она вздохнула, вспоминая, как за ней пришли маги, но уже тогда ничего было не исправить: к тому моменту колдовство библиотекаря уже брало верх над телом Анны, видимо, она слишком далеко ушла по пути Посвящения, чтобы магия людей не оставила на ней следа...

В темнице города людей она почти не осознавала себя, только иногда приходя в себя после внезапных болезненных превращений, которые она не контролировала сначала. Но она научилась: в тюрьме просто больше нечем было заняться. И тогда она исчезла: сорвалась с окна и исчезла - до момента, пока не увидела Правящих в городе.

Отец обнял ее при встрече: кажется, он не верил, что когда-то еще увидит ее. Она не стала говорить ему ничего, он бы не понял. И именно тогда лже-Тедис снова нашел ее, но Анна еще не понимала, в каком статусе этот белокурый демон пребывает в армии Байрока. И именно она услышала, как Лектус обсуждал со своей дикаркой план вызволения людей с Арены.

Это она отдала Принца в руки судей - только потому, что он обнимал свою дикую девчонку. Она всего лишь следила за ним, чтобы понять, как вернуть домой, но слишком много услышала и увидела. И отдала его на Арену. И ей пришлось это исправлять. У нее получилось, по крайней мере, именно так сказал полукровка. Лектус спасен. И это было теперь самым главным.

Она слышала, как он приближается, слышала его уверенные резкие шаги по лестницам, его размеренное отрывистое дыхание.

- Не надо света, - попросила девушка, когда Лектус вошел в комнату. Он промолчал, закрывая за собой дверь, и Анна поднялась, расправляя стонущие плечи. Он не увидит то, что не должен видеть.

Она не сломается.

- Как тебе помочь? - голос Принца холоден, и от этого Анне стало легче. Это был ее идеальный Принц, ее лед, и она так хотела в последний раз к нему прикоснуться.

- Мне не нужна помощь.

Он молчал, в темноте глядя на девушку, и Анна надеялась, что ничем не выдала физической боли. Он мог только догадываться, если ему есть до этого дело.

Тишина завораживала, потому что можно было просто чувствовать его присутствие. Потому что его слова бы только резали, только усиливали боль.

- Я попрошу мою мать прийти. Она понимает в магии.

- Хорошо, но позже. Лектус...

- Да? - он не шевелился, не подался вперед, ледяной скульптурой стоя перед ней в темноте. Зачем помощь? Ей уже ничего не нужно.

- Помни, кто ты. Вспомни, пока не поздно.

Он молчал. Им нечего сказать друг другу.

- Ты спасла нас всех, - заговорил Принц, - ты спасла людей.

- Я спасла тебя. Люди - лишь инструменты, они ничто. Но ты забыл об этом.

- Нет, Анна, наоборот, я понял, что мы люди. Ты, я и тысячи других детей Правящих. Мы изначально люди.

- Они изменили тебя. Растопили, ты растаял, - с сожалением произнесла она, прикрывая глаза. Безысходность. Она спасла его, но не от людей. Почему мир так перевернулся, что ей пришлось спасать Принца от его собственного народа и отдать в руки людей? Как так получилось?!

- Тебе что-то нужно? Еда, вода, одежда?

- У меня все есть, - она смотрела на него в упор, в темноте впитывая его запах, его образ, блеск глаз.

- Я пришлю мать, - снова проговорил Принц, делая шаг вперед и оказываясь прямо перед ней.- Спасибо, что вытащила нас всех оттуда.

Она молчала, глядя на его прекрасное, выточенное изо льда лицо, мечтая... о чем? О чем может мечтать девушка-птица, прощаясь со своей мечтой?

Он отошел - и его шаги уже удалялись, спокойно отбивая секунды ее мучительной жизни.

Кто она? Почему она оказалась здесь, никому не нужная?

Она подошла к окну и распахнула его в ночную тьму, где раздавались шаги Стражей, голоса Легатов в морозном воздухе. Они подняли глаза, услышав ее, и это было приятно. Вот они, ее народ, частица дома на чужой земле.

Все было так просто: отпустить, расслабить напряжение тела, отдаться боли - и забыть, взлететь в ночной яркой тьме к самому небу, наслаждаясь свободой. Это был мир без боли и сожалений, детальный, выточенный из мелких штрихов.

Так просто взмахом крыльев ворваться в ночную звездную мглу - и еще проще отпустить все, замереть, глядя вверх, а потом закрыть глаза и наслаждаться падением.

Она была свободна. До самого конца.

...Яркий свет ослепил, и холодный воздух исчез, пришел жар, вернулась боль. И тепло.

- Нет, девочка, - проговорил над ее ухом уверенный спокойный женский голос, а холодные руки гладили ее по волосам.- Ты не сдашься. Борись за себя, как боролась за моего сына.

Боль отступала, тепло разливалось по телу, а по ее щекам, обжигая, впервые в жизни покатились слезы.

## Глава 6. Дед


Он ожидал увидеть перед собой высокого харизматичного супер-эльфа, ну как минимум, такого Титана духа. Представший перед Яриком дед вызвал у него разочарованный выдох и внутреннее 'ой'.

На мага смотрел словно высохший седой мужчина с тусклыми пепельными волосами, заплетенными в тонкую косу. Это был старик, что для эльфов странно - внешне они редко выдают свой истинный возраст. Но на постаменте с резным креслом, что возвышался в дальнем конце зала, стоял именно старик, роста ниже среднего для его народа, наверное, не выше самого Ярослава.

В этом эльфе все было сухое, старое, блеклое, кроме ярких синих ястребиных глаз, которые словно сияли на лице, оживляя его. В этих глазах была сила, которая, скорее всего, и давала Эйсану, Царю Эльфов, право называться Непреклонным.

'Так вот ты какой'.

Это был даже не голос, а рокот, который ворвался в голову Ярика, неся послание от деда. Интересно, а Эйсан умеет читать мысли?

'Нет, я не читаю твои мысли, так что говори вслух'.

Ярик рассмеялся от неожиданности: слова деда противоречили самим себе.

- Тебя легко читать с лица, мальчик, - вслух голос Царя Эльфов звучал не так эпично, но все-таки гулко, делая тщедушного старика мощнее и весомее.

Ярик пожал плечами и приблизился к деду: разговаривать через весь зал было как-то странно. Пока маг шел, он успел осмотреть Хрустальный зал: стены были прозрачными, открывающими вид в буйный зеленый лес и на высокое голубое небо. Странное ощущение, словно попал в бутылку. Вдоль стен стояли скамейки из белого дерева. А за креслом Эйсана словно сквозь стену бесшумно падал куда-то вниз водопад темной воды.

Молчание затянулось. Ярик понимал, что залезть в голову деда вряд ли получится: тот делился мыслями, но не давал их читать. Этим умением могли похвастаться только очень старые эльфы. По крайней мере, так говорила мама.

- Эйлин спаслась, - дед не спрашивал, он утверждал, в упор глядя на Ярика. Ох и тяжелый взгляд у Эйсана. - Решила скрыться у магов, не здесь.

Наверное, нужно было что-то сказать, но Ярик пока так и не нашел, что: кажется, деду и не нужно слышать ответы, чтобы вести диалог. Неудивительно, что мама отсюда сбежала: нелегко жить под таким прессом долго. Добровольно на такое никто не подпишется.

- Ты забрал дочь Байрока?

Ух ты, он спросил, по-настоящему спросил!

- Глупо. Мы её вернем, но придется начинать все сначала, - покачал головой дед и внезапно сел, словно решил уже все вопросы, и аудиенция окончена. А на самом деле она только началась.

- Вы же эльфы, - заговорил Ярик, внимательно глядя на Эйсана.- Чистое добро. Но что вы творите, небо три раза через лисий хвост?!

Ярик увидел удивление на лице деда: что, при нём нельзя ругаться?

- Мы спасаем этот мир.

- Ой, да ладно?! - фыркнул маг, расслабляясь: ну не вязалось в его голове спасение мира с тем, что эльфы решили сделать с сестрой Лектуса. - Я знаю, что вы хотели сделать с Ксенией, это же бред какой-то!

- Ты ничего не знаешь, мальчик.

- Да ну? Что именно я не знаю? Господи, дед, вы тут с ума сошли, что ли?! Оплодотворить Ксению, заставить ее выносить и родить ребенка от давно погибшего Элиота? Вы нормальные вообще? И да, как вы это вообще собирались реализовать? Нет, ладно, как вы это собирались сделать с Ксенией, это я понимаю, более или менее, но Элиот погиб!

- Мы достали его тело из воды и забрали материал, который хранили все это время. Он был последним потомком ветви Старшего сына первого Правителя, первого Правящего нашего мира. Сыном эльфийки и смертного, которого она пыталась превратить в высшее существо, вырвать из рук смерти, предначертанной каждому человеку.

Ага, ну вот, что-то проясняется: все-таки это была эльфийка.

- Рассказывай, - вздохнул Ярик, садясь прямо на пол и глядя на деда.- Ты же понимаешь, что я все равно всё узнаю.

- Весь в мать, - проворчал Эйсан. Действительно, по-настоящему проворчал, но при этом маг услышал вековую тоску деда по дочери.

И в это мгновение Ярик понял, почему перед ним высохший древний эльф. Дед много десятилетий провел в одиночестве, лишившись дочери. Но даже не это иссушило Эйсана. Глупо было не догадаться сразу: Ярослав столько слышал об одной любви любого эльфа.

Так вот что происходит, если эльф теряет любимого или любимую. Вот почему мама никогда не сердилась на отца за проклятие Александра: она знала, видела, каково это - жить веками без любимого.

Эйсан высох от Тоски, настоящей, бесконечной, вечной Тоски Эльфа.

Живи, отец, живи хоть волком, хоть флоком, но живи, пока жива мама.

- Теперь ты знаешь, почему так строг закон о том, что мы не должны связывать свою жизнь с человеком. Это заканчивается бедой. Всегда заканчивается бедой.

- Как в случае с эльфийкой, что создала Правящих? Она сама, или вы ей помогали?

- Эва думала, что сможет все изменить, - пророкотал Эйсан, и его взгляд, направленный на Ярика, словно устремился в прошлое.

Ага, Эва.

Ярик вздрогнул: ему показалось, что рядом кто-то есть. Он оглянулся, но вокруг была пустота Хрустального зала. Странное ощущение.

А тут водятся привидения?

- Она была моей теткой, сестрой матери. Словно женщины этой семьи приговорены любить смертных!

Дедушка сердится, надо же. Но Ярик молчал, подавшись вперед: он ждал, он чувствовал, что сейчас ему откроется самая древняя, самая сокровенная тайна, которая привела их мир к тому, что они сейчас имели.

Значит, все Правящие произошли от сестры его прабабушки, надо же. Родственнички, мать-Природа.

Одна эльфийка повернула Колесо судьбы этого мира. Жуть.

- Отец предупреждал ее. Глупая эльфийка! Она была уверена, что сможет сделать человека таким, как мы, приравнять его к нам, сделать его бессмертным.

- И как она это сделала? Как сделала из человека Правящего?

- Она нашла в этом мире другую магию, Чужую.

- В смысле 'нашла'? - не понял Ярик.

- Я не знаю. Отец не воспринимал всерьез её слова о том, что она все изменит, что сможет сделать своего человека бессмертным. Хотя, конечно, Арон не стал бессмертным, как мы.

Ага, первого Правителя звали Арон. Сколько всего интересного знали эльфы...

- Мы пережили падение Великих камней, Хаос, пожар и Большую воду. Сколько смогли, спасли людей, гномов и других созданий: магических и обычных. Маги отстояли Древо, хотя оно было буквально в эпицентре Великого пожара, что обрушился на землю.

Ну да, ведь один из камней лежит, можно сказать, у порога Академии. Ярик никогда не думал, как случилось, что Древо выжило. Значит, и сейчас оно не сгинуло в пожаре, что бушевал в Северном городе после нападения Чужих. Что ж, это даёт надежду.

- Тогда погибло много людей, очень много. И Эва испугалась потерять своего человека, осознала, насколько внезапно он смертен. Никогда и никого из эльфов любовь к человеку не доводила до добра.

- Почему это? Я добро, и мой брат - добро, и мы с ним результат любви эльфа и человека, - пожал плечами Ярик, терпеливо ожидая, когда дед уже перейдет к главному. Эйсан молчал, хмурился, и нужно было его подтолкнуть в нужное русло. - Так как Эва сделала Арона Правящим? Что за Чужая магия?

- Мы знаем только то, что создал в Летописи Времён последний гном Северных земель.

- Гном?! Какой гном?

Дед почему-то вскинул голову и посмотрел за Ярика. Парень оглянулся: дверь в зал была приоткрыта, и в неё заглядывал Лирио с выражением полной готовности слушать Царя.

Кажется, дед был удивлён, и Лирио это понял, резко исчезнув в дверном проёме. Наверное, проверял, не убил ли деда Ярик. Парень даже улыбнулся, но потом решил вернуться к теме интереснейшей беседы с Царём эльфов.

- Так что там был за гном? Который летопись написал, - напомнил он деду, на чём они остановились. Дед хмурился, явно недовольный, что их прервали. Нарушение субординации, что ли?

- Кто бы знал! - рыкнул Эйсан, явно не любивший гномов так же сильно, как людей, в которых влюблялись эльфы.- Летопись Времён гномов писали анонимно. Мы нашли её, когда гномы окончательно покинули материк, когда стали свободными от власти людей и Правящих. Они оставили почти все, бежав от Чужих.

Ярик вспомнил Бородулю, который кажется века назад правил их кораблем, на котором им удалось удрать из Красного города. Отличная причина, чтобы бежать, не оглядываясь, и не заботясь о скарбе.

Дед молчал, и Ярик не выдержал:

- И что там было написано? В летописи!

Дед молчал, и Ярик ждал: когда-то Эйсан должен расколоться. Маг считал, что дед видит его насквозь и понимает - внук не отступится и узнает правду. К тому же Ярослав должен знать эту правду по праву рождения. Как бы ни сопротивлялся дед, он не мог не понимать: Ярик его наследник, другого уже не будет.

Когда-то Ярик считал эльфов высшей безгрешной расой, но, прожив на свете уже более тридцати зим, давно расстался с этим заблуждением. Эльфы ничем не лучше людей или гномов. Могущественнее - да, но не лучше. Добро эльфов слишком часто смахивало на зло. Нет в этом мире ничего чисто светлого и ничего чисто чёрного. Хотя нет, есть, Ксения - Светлая, но это исключение из всех правил.

Как там отец с Джеймсом и Ксенией?

Молчание в зале затянулось, но Ярик ждал, понимая, что Царю Эльфов нелегко принимать такие решения. Когда очень долго хранишь какую-то тайну, кажется, что если её раскрыть, случится что-то непоправимое.

- Я расскажу. А ты скажешь, что передали тебе в Дар гномы, - последнее слово дед произнёс с презрением, и юный маг хмыкнул.

- Дар? - не понял сначала Ярик, почесав в затылке. Волосы были спутанными, он уже забыл, когда мылся в последний раз. Не в снегу же валяться. Мама учила его руне очищения, но она не действует на физическое состояние тела.

- Ты собрал круг и треугольник Гномов, и вы забрали скрытые Дары, - пророкотал дед, и Ярик наконец понял, о чём он. Интересно, взят ли подводный центр флоков или еще держится? - Что отдали тебе гномы?

- Песочные часы, - пожал плечами Ярик, не зная, почему дед этим интересуется, но подозревая, что он прекрасно осведомлён о часиках.

- Где они?

Маг справился с соблазном засунуть руку в карман, где под охранной руной хранил важные для себя предметы, в том числе песочные часы. Уже несколько недель назад он пересыпал песок в пустую колбу: для экономии места в кармане, да и из практических соображений. Он чувствовал, что однажды ему придётся воспользоваться часами, причём достаточно экстренно.

Видимо, этот момент не за горами.

- В надежном месте, - если часы так нужны Царю Эльфов, значит, надо держать их от него подальше. - Что в них такого интересного?

'Никогда никому не отдавай их и не показывай. Никогда', - рокот внутри головы оглушил Ярика. Видимо, дед сделал это для пущего эффекта. - 'Никогда'.

- Хорошо, - пожал плечами Ярик, считая, что Царь эльфов говорит прописные истины. Подобные артефакты вообще должны бы быть заперты, зарыты поглубже, а на этом месте следует возвести каменный замок. - Так что там с летописью? Ты расскажешь?

Дед опять замолчал, Ярик ждал, что он попросит взамен на тайну о Правящих отдать ему песочные часы, но Эйсан ничего такого не сказал.

Вдруг дед поднялся с места и, к удивлению юного мага, направился не к дверям, что было логично, а обогнул своё кресло, за которым падал быстрый поток воды.

'Идём'.

Ярику показалось, что это сам водопад позвал его, поскольку дед как-то внезапно исчез в потоке. Надо же! Он вскочил на ноги и буквально влетел в воду. Ну или иллюзию воды: он совсем не намок и не почувствовал прикосновения водопада. Пара шагов - и он догнал деда в большой пещере.

Это на миг оглушило после простора Города Эльфов, стекла, воды и зелени. Это действительно была пещера с высокими бурыми потолками-арками. Ярик присмотрелся и ахнул: он никогда не видел ничего подобного.

В потолке, на вырезанных на стенах колоннах мерцал свет, отражаясь от тысяч крошечных камней, вделанных в поверхности. И один факел освещал всю пещеру, стены которой между колоннами занимали удивительной красоты полотна. Это были огромные картины, от пола до потолка, такие большие, что охватить взглядом одну за раз было невозможно.

Ярик подошел к ближайшей стене и прикоснулся к картине: она была соткана из гладкой нити, но такой плотной, что напоминала на ощупь камень.

'Это Летопись Гномов'.

Ярик с удивлением оглянулся на стоявшего за ним деда: он был уверен, что Летопись гномов - это книга. А это была огромная, кажется, бесконечная пещера. Маг посмотрел в её глубь - коридор спускался вниз и терялся вдали ярким, блестящим пятном.

- Почему Город Эльфов стоит над Летописью гномов? - спросил Ярик, разглядывая ближайшую к себе картину и начиная в светящейся нити различать фигуры каких-то фантасмагорических существ в песках. И они двигались, и вдруг маг понял, что чувствует запах горячего сухого песка и потоки жаркого ветра на щеках. Он услышал все отчётливее шум шагов этих существ...

Внезапно он вернулся в пещеру: дед взял его за плечо и отстранил от картины.

- Не сосредотачивайся на записях, затянет. Идём... - Царь Эльфов пошёл вперед и вглубь, почти не издавая шума. - Наши предки заняли эти земли, когда гномы оказались в услужении у людей.

Бедные гномы. Рабы людей, потом рабы Правящих. Несчастный народ, который делал такие потрясающие вещи.

Ярику пришлось смотреть себе под ноги, чтобы снова не окунуться в какую-нибудь из 'записей' этой природной Летописи, оставленной целым народом под городом захватчиков. Если так подумать, гномы - самый невинный из всех нынешних обитателей мира. Ну, разве что могут с ними поспорить какие-нибудь феи.

- Здесь оставались несколько гномов-летописцев, мы разрешили.

- Удивительная щедрость, - хмыкнул Ярик, идя рядом с дедом. Коридор, кажется, был бесконечным.

- Последнюю запись внёс гном из рода каменщиков, которые добывали горячий камень из небесного материала, что вызвал Хаос.

- Они работали на территории Академии, рядом с Древом?

- Да, и этот гном тоже там работал, - дед внезапно остановился и посмотрел на Ярика в упор. Только тут маг заметил, что перед ним искрящаяся тупиковая стена. Видимо, гномы, ведя свою Летопись, пробивались все глубже в породу, очищая коридор под записи.

Пробивали тоннель в тьму веков.

- Помни, кто ты и где ты, - пророкотал Царь Эльфов. - Смотри.

Ярик сделал большие глаза, предвкушая что-то чудесное, удивительное, и посмотрел на огромное блестящее, оживающее перед ним, полотно времени.


Вокруг стояла полная, абсолютная, пугающая тишина. Джеймс неподвижно сидел у кушетки, на которую Александр положил Ксению, когда они друг за другом выскочили из портала Фриды.

Ксения спала. Или была без чувств. Парень не знал. Он держал её холодную руку, сжав своими большими изодранными и исцарапанными ладонями, ловил её дыхание и ждал.

Он не знал, сколько прошло времени с тех пор, как они сбежали от деда Ярика. Кажется, в домике, куда их закинула Фрида, начало смеркаться, или же просто темнело в глазах от усталости и беспокойства за Ксению.

Почему она не просыпается?

Джеймс вздохнул, разрушая пелену тишины, и взглянул в окно, единственное в небольшом деревянном доме, где они оказались. Там, за окном, был снег, значит, они попали за пределы города эльфов.

Но отец Ярика не стал снова волком... Джеймс не знал, что это значит, и размышлять в этом направлении он не хотел. Он так устал и так сильно беспокоился за Ксению, что ни о чём другом не мог думать.

Он сидел на краю тахты и просто смотрел на Ксению, думая лишь о том, чтобы она очнулась. Иногда, кажется, он погружался в дрёму и просыпался, когда чувствовал, что падает.

В домике было тепло, хотя за окном снег. Наверное, это место готовили для себя родители Ярика, собираясь бежать от эльфийского царя. Где он стоит, этот дом, как им отсюда выбраться, куда делся Александр... Как Алексис?

Мысли неуловимо проскальзывали в сонном сознании, а Джеймс все равно ждал и смотрел на Ксению. Ему казалось, что сейчас вся его жизнь зависит от того, очнётся сестра Лектуса или нет.

Он не знал, что хотели с ней сделать эльфы, но был уверен, что что-то адски мерзкое. От этой мысли в голове прояснялось, и Джеймс мог на несколько минут очнуться от дрёмы...

Парень вздрогнул, когда открылась дверь, внося запах морозного ночного леса. В комнате было темно, лишь едва заметно светились окно и дверной проём, в который вошел высокий силуэт.

- Это я, - отец Ярика плотно закрыл за собой двери. Он принёс и оставил внутри аромат хвои, снега и холода, такой знакомый Джеймсу с детства.- Она не очнулась?

Джеймс помотал головой, вглядываясь в лицо Ксении, пытаясь заметить хоть какие-то признаки пробуждения. Её руки немного согрелись в ладонях парня, но она была вся неподвижная, словно замёрзшая.

- Ей нужна помощь. Нужно куда-то идти, - пробормотал парень, совершенно не зная, куда. Академия сгорела, маги уплыли на кораблях, Северный город захвачен кровососами. Ярик пропал где-то в городе эльфов. Где Алексис и Лектус, кочевник не имел понятия.

- Мы за границей эльфийского города, я ходил туда, - Александр сел у стены прямо на пол, поводя широкими плечами. - Надо дождаться Ярика.

- А мы дождёмся?

- Эйсан его не тронет, - уверенно ответил ныряльщик, и Джеймс внезапно увидел, как в темноте сверкнули два звериных глаза. Парень испуганно замер, хотя отчётливо видел, что на полу сидит человек.

Человек со звериными глазами.

- Почему вы не стали снова волком?

- Я стал, - с усмешкой в голосе ответил Александр. - Я чувствую себя волком, но обращение не произошло. Видимо, граница эльфийского города что-то сломала в проклятии Дхана. Не зря меня не пускали даже близко к ней, стреляли сразу.

- А так бывает? - Джеймс спрашивал без особого интереса, просто чтобы заполнить тишину и темноту словами. Ему было всё равно, как и что творится с оборотнем. Ксения никак не приходила в себя.

- Магия иногда принимает странные формы, когда встречаются два сильных заклятия, - пожал плечами Александр, и его глаза снова по-звериному отразили лунный свет. - В детстве мама рассказывала мне легенду. Она называла это сказкой древних народов, но я не знаю, правда ли это... Колдуны Конде наложили проклятие на дочь человека, который оскорбил их семью. Девушка погрузилась в сон на долгие годы, пока в их доме не появился юный маг, бежавший от Правящих.

- Вряд ли это легенда древних, ведь тогда не было кровососов, - отметил Джеймс, вздыхая.

Ксени, очнись.

- Может быть... Так вот этот маг поцеловал девушку, и она проснулась, - хмыкнул Александр в темноте.

- Как всё просто, - фыркнул парень от неожиданного завершения сказки.

- Поцелуй - это форма любви, а любовь, юный кочевник, - высшая форма магии, разве тебе в Академии этого не рассказывали? Это проклятие, заклятие, зелье, дурман... Все формы магии - светлой и тёмной - заключены в любви. Так что... - ныряльщик как-то молниеносно поднялся. - Я чувствую рядом зайца. Нам нужно поесть.

Всего пара мгновений, движение воздуха, - и человек-оборотень растворился в темноте, не издав ни звука. И опять Джеймса окутала тишина.

Он не был дураком и вполне понимал, зачем отец Ярика рассказал эту сказку. Но было как-то странно и даже неудобно целовать бесчувственную девушку. Да и сомнительный конечно рецепт от колдовства эльфов.

В этот момент кочевник впервые осознал, насколько сильно он ненавидит само это слово - 'эльф'. Ненавидит почти так же сильно, как кровососов. Но чужих он по крайней мере мог понять, мог объяснить, зачем они делали всё, что делали. А эльфы?

Внезапно с губ Ксении сорвался полустон, она задрожала, и Джеймс мысленно ударил себя по голове: нельзя при ней так ярко ненавидеть! Она же всё чувствует! Идиот!

- Ксени, - прошептал он на самое ухо девушки, сжимая крепче её ладони, - я здесь. Я люблю тебя. Очнись, пожалуйста...

Но ответом ему опять была тишина. Она обволакивала, и кочевнику казалось, что он плывёт на волнах, погружаясь всё глубже, всё дальше в эту тишину воды...

Парень вздрогнул, почувствовав в своих волосах тёплые пальцы. Он поднял голову и в рассветном сумраке увидел открытые глаза Ксении. Она мягко улыбалась, опуская руку, которая мгновения назад перебирала его волосы.

- Ксени, - выдохнул он с облегчением, сгребая девушку в охапку и прижимая к себе, чувствуя, как огромная глыба падает с его плеч вниз. - Ксени!

Она улыбалась, он знал это, когда обнимал девушку, надеясь, что она ощущает огромное цунами счастья, что захватило его.

- Ух, - тихо рассмеялась Ксения, поднимая лицо и глядя на Джеймса с удивлением.

- Я так боялся за тебя, - прошептал парень, помогая Ксении сесть удобнее. Он чувствовал, как она ослабла, и поддерживал её, прижимая к себе. - Больше никогда тебя не отпущу! Никуда! Ни с какими эльфами!

- Эльфы... - протянула она, и радость будто мгновенно исчезла из ее глаз. - Силы небесные...

Джеймс видел на её лице ужас и даже отвращение, и решил, что теперь точно убьёт каждого остроухого гада, что встретит на пути.

- Спасибо, что пришел за мной, - прошептала девушка, впиваясь пальцами в его плечи. - Спасибо...

Он тяжело вздохнул, видя, как с ресниц Ксении начинают срываться слёзы. Убью эльфов!

- Не надо, - прошептала она, задрожав, видимо, почувствовав то, что было на уме у кочевника. Он заставил себя не думать об эльфах, сосредоточившись на плачущей Ксении.

- Все хорошо, я рядом, - он осторожно стер дорожки слёз с бледных щек, а потом поцеловал её. Магия там или не магия, но он так давно хотел это сделать... - Я люблю тебя, Ксения, - прошептал он, когда почувствовал, что девушка расслабилась, прижалась к нему. - Очень люблю. Я с ума по тебе схожу, слышишь?

Она вдруг тихо рассмеялась, глядя на парня, коснулась пальцами поцарапанной щеки:

- Не надо сходить с ума, пожалуйста.

Он тоже рассмеялся, уткнувшись лицом в золотистые волосы девушки. Она обвила его руками, и кочевник чувствовал абсолютное счастье просто быть тут.

Война с кровососами? Ерунда.

Эльфы? Подождут.

Алексис? Сестра с Лектусом, а он живучий.

Все отошло на второй план в этой тишине, рядом с Ксенией, которая смеялась и прижималась к нему.

- Джеймс...

- Да?

- Я знаю, как эльфы собирались убить всех Правящих.

Ох.

## Глава 7. Летопись гномов


Ощущения были странные: словно медленно втянуло в картину на стене. Или он в ней растворился. Интересно.

Ярик начал быстро оглядываться, чтобы понять, где он и что именно должен увидеть. Что записал в своей 'летописи' тот гном-каменщик, что сопровождал Эву.

Реальность вокруг была словно плоская, не объёмная. Интересно, а он сам тоже двухмерный? Маг пошевелился, и окружающий мир стал немного более реальным и живым.

Пахло камнем и огнём. Постепенно пространство наполнилось звуками: вокруг металл стучал по камню. Это была пещера, вырубленная руками гномов, и нескольких из них Ярик видел в отдалении, возле неровных, словно обгрызенных каким-то чудовищем стен. Факелы сильно коптили, освещая горы извлечённой породы. Эти горы на тачках вывозили куда-то ещё несколько гномов.

Значит, он попал на раскопки возле Академии: гномы добывали 'горячий камень' из упавшего с неба метеорита. Ух!

Уууууууххххх!

Этот звук Ярик почувствовал всем телом: словно что-то где-то упало, подняв волну. И как-то сразу в пещере стало странно светло. Пришлось прищуриться, чтобы понять, что случилось.

Работавший ближе всех к Ярику гном лежал под обвалившимися обломками камня, и эти породы, осыпавшись, открыли источник голубого яркого сияния. Свет бил длинными лучами из трёх пробоин в камне, струясь к полу и оседая там.

Шум. Гномы столпились над товарищем, который лежал в лучах этого нереального, какого-то чужого света. Вокруг придавленного медленно растекалась чёрная лужа. Кровь.

Аааааах.

Ярик был согласен с этой оценкой ситуации: три луча голубого света медленно изменили свою траекторию, спустившись струями в кровь, влившись в неё, растворившись - и впитав её в себя. Лучи потемнели, а потом вспыхнули ещё ярче, освещая тёмные ошеломлённые лица гномов, собравшихся вокруг тела товарища.

И тут Ярик словно совершил прыжок, никуда не прыгая: ощущение комичное. Двинулся не он, а реальность вокруг, словно кто-то перевернул страницу книги, в которую он провалился.

Место было то же, свечение такое же яркое и стабильное, но опять обычное: лучи били в противоположную стену, а не падали вниз, на камни. Чем дальше луч уходил от источника света, тем более блеклым и каким-то неуверенным казался. Странно.

У этих лучей стояли очень красивая молодая женщина и гном.

Эльфийка.

- Ты уверен, что он был мёртв, ваш товарищ? - тихо спросила Эва (ну, явно же это была главная героиня всей трагедии). Высокая, стройная, с заплетёнными в косы чёрными волосами - она в чём-то очень напоминала его собственную мать.

- Он был холодным, а потом встал и пошёл, - прорычал гном таким басом, которого не ждёшь от столь маленького создания: щуплый, какой-то весь ссохшийся, он едва доходил эльфийке до пояса. С другой стороны, как ещё, если не басом, он бы мог разговаривать с эльфами? Его бы просто не услышали! - Он живой, хоть и мёртвый.

Эва протянула руку и осторожно коснулась кончиками пальцев одного из лучей. И луч повёл себя как живой, что вызвало вздох удивления у эльфийки: он засуетился вокруг её руки, обвился, уткнулся в неё и запульсировал...

Словно собака, что чувствует где-то кость.

Ярик во все глаза смотрел на эту странную сцену, понимая, что вот она: чужая для их мира магия, которую нашла Эва. Именно этот свет как-то оживил погибшего под обвалом гнома, впитал в себя его кровь. Очень похоже на источник жизни Чужих.

А перед глазами Ярика происходило что-то удивительное и крайне интересное: лучи света, натолкнувшись на руку Эвы, начали словно оборачиваться вокруг неё в светящийся синий кокон. Гном, её сопровождавший, испугался, отскочил - и только смотрел на эту завораживающую картину.

Эльфийка на несколько мгновений полностью скрылась в вихре света, но тут же появилась, но выражение её лица сильно изменилось. На нём был восторг. И триумф.

- Приведи Арона, - улыбнулась Эва испуганному гному, который следил за лучами света, снова превращающимися в прямые линии, блекнущие по мере удаления от своего источника.

Ярик видел, насколько она счастлива, и вполне понимал её чувства, понимал этот момент. Наверное, она годами мучилась от страха за своего любимого мужчину, представляла себе его смерть, спасала его от смерти, и знала, что будет, когда он умрёт. Боялась этого, боялась стать тенью себя, боялась....

И теперь, вот сейчас, в это записанное в Летописи мгновение Эва поняла, что сможет избежать подобного ужаса, избежать Одиночества эльфа. Ни один человек не смог бы понять её в этот момент - только эльф.

И Ярик понимал её, словно сейчас был ею, этой эльфийкой, которая любила человека. Он любил человека и запрещал себе думать о смерти Кристин. Они во многом похожи: он, Эва, Эйлин...

Любовь к человеку как проклятие.

'Страницу' вновь перевернули, и перед юным магом материализовался мужчина. Первый Правящий этого мира. Он был высок и достаточно красив: коротко стриженные волосы цвета воронова крыла отражали живые лучи Чужой магии, которые в этот момент словно 'принюхивались' к Арону. У него были большие крепкие ладони и жёсткий, цепкий взгляд.

Он смотрел на Эву, рядом с которой застыли три подростка: два мальчика и девушка. Они стояли спиной к Ярику, эти дети, которые живут в легендах о трагедии семьи первых Чужих. Старший сын, убитый младшим сыном, и дочь, которая погибнет на пути к Красному городу и навсегда исчезнет в туманах Некрополя.

- Мама, ты уверена...? - голос одного из мальчиков дрожал. - Ты же...

- Молчи, - заговорил их отец, который смотрел на Эву, а она держала в руках...

Кинжал! Ярик хотел податься вперёд, но, кажется, Летопись гномов подобных вольностей не допускала. Читаешь? Вот и читай.

Ярик знал этот кинжал: его они привезли с собой из Красного города. Реликвия Лектуса.

- Гном выжил, всё будет хорошо, - это эльфийка сказала уже Арону, подходя к нему ближе. Мужчина следил за ней, но Ярик не видел ни в его глазах, ни на его лице страха или сомнения.

Он любил эту эльфийку и верил ей полностью. И мечтал о бессмертии, как практически любой смертный. Какое из этих чувств сильнее, поди разберись.

Наверное, этот мужчина понимал, что если она убьёт его, то убьёт и себя. А это достаточно сильный гарант того, что Эва не стала бы рисковать им понапрасну.

Ярик заметил, как лихорадочно блестят глаза Эвы, но и в них не было сомнения. Видимо, она уверена в том, что делает... Как она поняла, что делать? Как узнала, что Арон сможет стать бессмертным благодаря этим лучам?

Кокон. Скорее всего, дело именно в том коконе, что на несколько секунд поглотил её на 'предыдущей странице'.

Пока Ярик размышлял, события развивались: Эва взяла кинжал и легко, не колеблясь, вскрыла Арону вену на одной из рук. Кровь начала стекать по его запястью, а лучи, словно почуяв запах, тут же кинулись к мужчине.

И снова произошло то, что Ярик уже видел: свечение впитало в себя кровь с руки Арона, переменив цвет, и даже с Кинжала, словно растворяясь от удовольствия, вспыхивая...

А потом дети закричали, и было от чего: Эва воткнула кинжал прямо в грудь любимого мужчины, и тот упал навзничь в свете Чужой магии. Лучи бесновались, прыгая вокруг тела, постепенно втягиваясь в лезвие Кинжала, который торчал из груди убитого Арона.

Страсти какие.

- Мама... - дрожащий шёпот девочки Ярик очень хорошо расслышал, словно она говорила рядом. Наверное, особенность Летописи гномов.

- Дайте ваши руки, - голос эльфийки был твёрдым, но когда она повернулась, Ярик увидел дорожки слёз на её лице. Она своими руками убила любимого.

Юный маг поёжился от ощущения драмы всего, что он сейчас видел, и силы этой эльфийки. Не каждый эльф решился бы на такое, даже ради любви.

Эва осторожно вытянула кинжал из груди мёртвого Арона и тут же повернулась к детям, словно ей было тяжело смотреть на тело мужчины. Оно всё ещё было окутано голубым сиянием, а лучи, как живые, кружились вокруг его тела.

Руки подростков дрожали, когда мать подошла к ним и пустила кровь всем троим поочерёдно, собрав её в чашу. Потом эльфийка, как понял Ярик, приложила лезвие кинжала к ранам детей, и они затянулись, оставив шрамы.

Маг видел ужас на лице девочки и страх у младшего мальчика, когда они прижимали к себе руки. Старший сын был бледен, или же это голубой свет Чужой магии так падал на узкое, красивое лицо эльфа.

О да, старший сын Эвы и Арона несомненно был эльфом, хоть и полукровкой, как Ярик. Красивый, с умными, очень ясными глазами, он казался столпом спокойствия в этой разыгравшейся трагедии. Он обнял сестру за плечи и неодобрительно посмотрел на брата, который дрожал всем телом и всхлипывал...

Их мать тем временем поднесла к губам мертвого Арона чашу с кровью и осторожно начала вливать красную жидкость в приоткрытый рот мужчины. Прыгающие вокруг лучи, словно в бешеном восторге, подняли вихрь, иногда исчезая внутри Арона, освещая его неподвижное тело, танцуя на нём...

Следующая 'страница' не переменила места, но действующих лиц стало меньше. Ярик смотрел, как перед сияющими лучами стоит Арон, а рядом с ним его дети. Мужчина изменился: черты его лица заострились, он стал словно каменный, и уже обладал той красотой, что отличала Правящих сегодня.

Перед юным магом стоял первый Чужой этого мира. Глаза его горели потусторонним синим пламенем, и Ярик мог поклясться, что это не отсвет лучей, что по-прежнему били из каменной стены.

В глазах младшего сына тоже плясали синие огни, но не такие яркие, словно редкие всполохи. Дети явно были ещё людьми: из их вытянутых к отцу рук текла кровь, капающая в три сосуда...

- Теперь вы тоже Сила, вы одни из нас, - шептал Арон, благоговейно глядя на капли крови, а затем прижигая раны детей Кинжалом. Девочка поморщилась, а старший сын стоял с непроницаемым лицом, сжав губы.

- Что ты делаешь!

Ярик вздрогнул, когда мимо него с криком пронеслась разгневанная Эва, за ней по пятам - тщедушный гном.

- Ты же не хочешь, чтобы они умерли, - спокойно ответил мужчина, и в глазах его ещё ярче заплясали огни. Ярик поежился от этого взгляда, вдруг ощущая силу яростного желания, что испытывал Правящий к эльфийке. Воздух словно раскалился, и стало трудно дышать. - Я привязал их к этому миру Силой, чтобы они смогли дожить до зрелости, завести семьи, а затем присоединиться к бессмертию, как и я. Разве не этого ты хотела?

Эва дрожала, глядя то на детей, то на мужчину, а по её щекам текли слёзы. Она молча, застыв, наблюдала, как Арон подносит к губам чашу с кровью их детей и пьёт её в звенящей тишине...

- Ты чудовище, - прошептала Эва с ненавистью, от которой у Ярика пошли мурашки по коже. Эльфийка подалась вперёд, хватая Кинжал и занося его над Ароном, но тот был быстр и силён. Он отбросил в сторон чашу с недопитой кровью и выбил лезвие из рук эльфийки. Кинжал завертелся в воздухе и воткнулся в шею стоявшего рядом гнома...

Кровь из чаши разлетелась десятками капель по пещере, гном закричал, а в следующее мгновение пространство взорвалось светом от Лучей. В тех местах, где на них попали капли крови, свет потемнел, съёжился и заметался, словно от боли, покрываясь тёмными пятнами-дырами, которые росли...

Взрыв. Во все стороны полетели камни. Дети закричали и бросились прочь, прикрывая головы. Старший сын схватил мать, но их обоих накрыл камнепад...

В следующее мгновение Ярик вдруг оказался на полу, в тишине, освещённой факелами, у ног деда. Ошемлённый, удивлённый всем, что он видел.

- Теперь ты понял, зачем нам ребёнок Ксении и Элиота, - пророкотал Царь Эльфов. - Он соединит кровь всех трёх детей Эвы и Арона и уничтожит Силу Чужих, пропитавшую наш мир.

- Эва погибла? - тихо спросил Ярик, поднимаясь с пола и пытаясь осмыслить всё, что он узнал. На стене перед ним были неподвижные сцены того, что он только что видел вживую.

Было бы время, он бы посмотрел каждую из записей этой каменной книги.

- Не знаю. Говорят, гномы вытащили её из-под завалов, но никто из эльфов больше никогда её не видел.

- А остальные?

- Арон откопал детей, и они все вместе ушли на запад, к побережью, подальше отсюда, - дед выглядел сейчас ещё более древним.

- Но почему именно ребёнок? Почему вы просто не смешаете кровь наследников? - мысль Ярик работала методично, прокручивая в голове то, что он увидел, соединяя это с тем, что он знал, ища ответ на вопрос, что случилось тогда, в пещере.

- Мы пробовали, смесь не помогает. Она словно мертвая. Нужна живая кровь, которая течёт по венам потомка всех трёх детей.

- Почему вы уверены, что кровь ребёнка поможет?

- У нас уже был такой ребёнок. Во время первой магической войны.

Ярик почти с ужасом смотрел на деда:

- Так если он был, но вы не смогли уничтожить Чужих, то...

Дед молчал, глядя на мага, и тяжесть этого взгляда буквально пригибала парня к земле. Он не был уверен, что хочет услышать, что сталось с тем ребёнком.

- Её убили Конде.

Ох ты ж, у нас появилась ещё одна сила в противоборстве? Им-то это зачем? Какую роль отвести этой семье колдунов во всей истории Водного мира? Полуэльф раз за разом прокручивал в голове увиденную сцену и пытался зацепиться за что-то, что, как ему казалось, они могли пропустить.

Эльфы. Люди. Гномы. Маги Конде. Кто ещё? Какую часть трагедии он не знает?

- Мне нужно ещё раз посмотреть.

- Нет, - отрезал Царь Эльфов, и металл в его голосе отразился от стен. - Ты знаешь правду и должен вернуть мне Светлую. Найди её и приведи сюда.

Ярик от удивления поднял бровь, вопросительно глядя на деда:

- Должен?

- Приведи её, и я освобожу твоего отца от проклятия.

Ох, ничего себе, как сильно деду нужна была Ксения. Ярик не верил своим ушам.

- Мне кажется, торг какой-то странный, - хмыкнул парень, сложив на груди руки. - Да и я не уверен, что так уж хочу, чтобы отец стал смертным, - Ярик окинул ссохшегося деда скептическим взглядом. - За жизнь отца тебе лучше поговорить с мамой.

Дед молчал, пристально глядя на внука, и Ярик чувствовал силу его гнева. Ну что ж...

Он понимал, что дед так просто не отпустит: царь эльфов веками был уверен, что нужен ребёнок, и он вряд ли легко расстанется с этой идеей, вбитой ему в упрямую голову. Он же Непреклонный, этот старый эльф.

Бежать? Фрида тут вряд ли властна. С помощью магии его побег обречён на провал. Разговаривать дальше - быть загнанным в новый торг, возможно, с элементами шантажа.

Идея как-то легко и быстро пришла в голову Ярика: дед сам подтолкнул его к такому решению. Конечно, результат неизвестен, но так даже интереснее.

Ярик улыбнулся, повернувшись к картине, словно раздумывает над тем, что ему сказали, а сам нырнул рукой в карман и нащупал сосуд с песком. Маг надеялся, что правильно понял механизм действия часов, а дальше остаётся полагаться только на везение.

Он мягко повернул часики вокруг оси, ощущая, как крошечные крупицы песка пересыпаются в пустой конус, а потом вернул сосуд в исходное состояние, замерев. Вроде ничего не произошло, но Ярик не очень-то полагался на это 'ничего'. Он медленно повернулся и улыбнулся: деда рядом не было.

Ярик осторожно закрыл карман и вздохнул, смиряя бешено колотящееся сердце. Он не знал, что именно произошло, мог только предполагать и догадываться. Игры с подобными артефактами могли привести к гибельным последствиям. Но маг верил в свою удачу.

Он в последний раз взглянул на Летопись, борясь с соблазном погрузиться в запись о создании первого Чужого. Но парень ощущал, что нужно торопиться, что он вряд ли смог взять очень большую паузу в ситуации.

Главное не оказаться где-то во времена первых людей...

Ярик нарисовал на своей руке руну невидимости: она действует недолго, но он надеялся, что этого хватит, чтобы разобраться в обстановке и решить, что делать дальше. Он поспешил на шум воды, стараясь не топать: вдруг ему навстречу уже идут он сам и дед.

Сердце билось о грудную клетку, пока Ярик приближался к водопаду. Он не позволял себе думать о том, что он только что впервые путешествовал во времени. Надо сначала убедиться, понять.

Парень вошёл под падающую сверху воду, проверил руну: она работала, по крайней мере, он свою руку не видел, - и выступил в Хрустальный зал. Замер, потому что у своего кресла стоял дед. Перед ним замер Лирио с преданным выражением на лице.

- Они вернулись в Академию... - услышал Ярик слова влюблённого в мать эльфа. - С ними Принц и его мать.

- Электра в Академии? - пророкотал дед, и Ярик напрягся: Лектус и ещё кто-то с ним в Академии. Возможно, там Истер, Кристин, Алексис... - Доставь её сюда.

- Слушаюсь, повелитель.

- Вы нашли мою дочь?

- Она на корабле.

- Хорошо. Мне нужна Электра.

- А ваш внук?

- Зови его.

Ярик про себя выдохнул: значит, он не так далеко 'откатился' во времени, как мог бы, пользуясь в первый раз неизвестным артефактом, да ещё таким сильным. Перемещения во времени.

Никогда и никто не должен получить эти часы.

Ярик увидел, как в зал входит он сам. Интересно посмотреть на своё вытянутое, худое тело со стороны, но любоваться было некогда. Нужно спешить: найти отца, Джеймса и Ксению, затем как можно скорее оказаться в Академии.

Зачем деду Электра-то? Рожать она уже не сможет, это уж точно...

Ярик взял паузу, чтобы вспомнить руну тишины, которую ему показывал Святик. Да, брату она очень нравилась: он умел становиться невидимым, но тихим - нет. Где братец узнал эту руну, Ярик никогда не спрашивал, но она точно работала, если правильно её написать правой рукой на коленях. Иногда и брат был полезен.

Ярик закатал штаны, всё также стоя под струями водопада и краем уха слыша, как он сам начал общение с дедом. Надо смываться, пока не поздно...

Маг сделал несколько шагов из водопада, опасливо глядя на деда: не услышит ли? Но, если Ярик правильно помнил, не должен: ведь в их разговор никто не вмешивался... Хотя...

Парень улыбнулся и легко прошёл мимо кресла деда и мимо себя. Его копия из прошлого насторожилась и посмотрела на него в упор. Ярик помнил это странное ощущение в тот момент: будто в зале есть ещё кто-то...

Что делать дальше, он тоже легко сообразил. Подошел к двери, открыл её - и одним неслышимым и невидимым движением рванул наружу, чтобы не наткнуться на Лирио, который сейчас туда заглянет.

Так вот как оно работает. Замкнулся круг времени. Всё, что было тогда в будущем, теперь оказалось в прошлом. Он должен был воспользоваться часами, потому что ещё до этого момента был там, в зале, невидимый, открыл дверь...

Значит, время - это прямая каждой жизни, но у некоторых она может делать петлю назад и вернуться в точку прошлого. И тогда нить прошлого и настоящего в какой-то период идут параллельно - до точки пересечения...

Ярик не стал ждать, когда Лирио закроет дверь, натолкнувшись на взгляд деда, и поспешил по коридору прочь, чувствуя, что действие рун иссякает.

- Фрида, мне нужно к отцу, - прошептал он, когда отдалился от Хрустального зала неизвестно в какую сторону. Но в данной ситуации это неважно.

- Тебя много, - изумлённо, но растягивая слова произнёс Дух где-то над ухом Ярика. - Ты петляешь.

- Скорее, - попросил Ярик, - у меня мало времени.

В момент, когда Фрида нарисовала в воздухе проём, маг увидел свои руки и колени, но это уже не имело значения. Он нырнул в проход, раздираемый десятком мыслей и впечатлений. Но главное - надо спешить. Нельзя отдать деду Электру и неважно, зачем она понадобилась эльфам.

## Глава 8. Воссоединение


Он был рад тишине, он устал. Слишком много суеты и шума за последние сутки. Нет, не за сутки, за несколько дней: с тех пор, как его схватили в Северном городе, а у его ног положили Алексис.

Лектус устал от напряжения, неизвестности, новостей, решений. Впервые в своей жизни он чувствовал простую человеческую усталость. Тело ныло от путешествий, перемещений, заключения и тревоги, от людей. Да, особенно от людей.

Вместе с Кристин прибыли три небольшие группы, но скоро будут еще: она успела оповестить нескольких связных, что Древо живо, а они передадут весть по цепочке. Скоро Академия вновь наполнится магами, и станет легче.

Люди спали, он это чувствовал по тишине и покою. Они поели, помылись, почувствовали себя в безопасности хотя бы на время. Лектус тоже чувствовал этот всеобщий покой: словно море после бури...

Он что-то делал, кому-то помогал, распоряжался. Еда, вода, охрана, госпиталь. Часы были заполнены человеческой суетой. Маги и люди подходили к нему, что-то говорили, отчитывались, приносили вести и ждали его решений.

Он Принц Водного мира. У него нет сил управлять человеческими массами, охваченными паникой. Да и желания.

Лектус медленно поднимался по лестнице, зная, что Фрей направляет его в спальню. Он хотел только лечь и заснуть: тело было готово расколоться от физической усталости. Видимо, даже у Силы, которая питала его с тех пор, как отец впервые коснулся его кожи Кинжалом, есть предел.

Голова была пуста от мыслей, от всех мыслей, что занимали его в последние дни. Об отце, Правящих, брате, матери, Ксении.

Пусто. Он просто больше не мог думать.

Он не знал точно, где сейчас его мать и его брат, но был уверен, что они смогут о себе позаботиться. Все остальное подождет до завтра. Он истощён.

Дверь в спальню буквально распахнулась перед ним, принимая в полумрак и прохладу деревянной комнаты. Слабый далёкий свет проникал через окно, чуть освещая кровати.

Знакомая комната. Здесь они жили с Джеймсом до того, как все начало рушиться.

Джеймс. Ксения.

Всё завтра.

Сонная усталая пелена медленно рассеялась, когда он увидел на своей кровати силуэт. Он сразу узнал её, не мог не узнать. Он не видел её с тех пор, как Алексис увела Истера к Кристин, чтобы тот мог переварить вести о своём происхождении.

Лектус не помнил, думал ли о ней в этот промежуток времени, но точно знал, что она есть где-то рядом. Знал, что она в Академии, в безопасности, вне досягаемости отца и его Легатов.

Он о ней не думал, но думал. Всегда. Особенно после разговора с матерью.

Она пошевелилась в полумраке, видимо, почувствовав его присутствие.

- Ты плачешь? - Лектус медленно приблизился к кровати, сосредоточившись на Алексис. Девушка подняла к нему лицо, но в почти полном мраке было сложно угадать его выражение.

Она всхлипнула, и уже через мгновение Лектус поймал её в объятия и прижал к себе, зная, что она тоже устала. Ей больно и страшно. Но это не страх сиюминутный. Это тот, прошлый страх, и та прошлая боль, которую она не позволяла себе чувствовать раньше.

Отец схватил её. Причинил ей вред. Ей было страшно. За этот страх Лектус ненавидел отца. Впервые в жизни ненавидел. Однажды Байрок ответит за эти слёзы и этот страх.

- Я чувствую тебя, - прошептала она спустя несколько минут, что они стояли обнявшись в тишине, наслаждаясь покоем. - Всё сильнее чувствую.

Лектус молчал, не зная, что она имеет в виду. Он устал, но ни за что сейчас не разжал бы рук.

Как внезапно она стала важной для него в этом мире. Одной из самых важных.

- Тогда, когда ты обещал взять меня с собой в Северный город. Это началось тогда. Я знала, что ты врешь, - прошептала Алексис, и Принц прикрыл глаза, понимая, как она там оказалась. Там, в логове Правящих, в шаге от смерти. - Я не стала пить чай и последовала за тобой. Я не могла отпустить тебя. Прости меня, Лектус.

- Это уже позади, - прошептал он, прижимаясь щекой к её волосам. Они пахли свежестью и хвоей, это было приятно.

- Я боялась, что они убьют тебя, - голос её дрогнул, она подняла к нему лицо, и Лектус увидел влажный блеск её глаз в темноте.- Что сделают Правящим.

- И чего ты боялась сильнее? - тихо усмехнулся Принц, поднимая руку и медленно проводя кончиками пальцев по её щеке.

- Ты должен быть, слышишь? - лихорадочно прошептала она, крепко сжимая пальцы на его рубашке. - Ты всегда должен быть, Лектус. Иначе я умру.

Он молчал, вполне понимая, что она не шутит: если она настолько чувствует его. Он не знал, что сказать в ответ.

Скорее всего, эта связь - следствие его неосторожных действий при Посвящении. Не зря же её кровь узнаёт его кровь при прикосновении к шраму. Словно часть его самого течёт внутри неё.

Возможно, это действует, как магия Старика, что связал навечно его родителей. И они обречены зависеть друг от друга. Иначе он не мог объяснить возникшую между ними связь.

Лектус прикрыл глаза, чувствуя, что внутри всё бунтует против этого. Так не должно быть. Но оно так есть, это данность, и у него не было сил как-то противиться.

- Лектус...

Он посмотрел на Алексис: она больше не плакала, глубоко дышала, комкая пальчиками его одежду.

- Ты устал.

- Это ты тоже чувствуешь? - усмехнулся Принц, увлекая её к кровати и садясь. Алексис встала перед ним и взяла в ладони лицо. Это было приятно и ново, и он так устал. - Давай отдохнем, пока опять что-нибудь не случилось...

Он лег и притянул Алексис к себе, обняв. Кажется, чувство покоя стало совершенным, полным. Девушка прижалась к нему, уткнувшись лицом в грудь, и притихла.

- Ты всегда должна быть, Лекси, - повторил он тихо её слова, крепко обняв и закрыв глаза. - Иначе всё утратит смысл.

Кажется, она всхлипнула, но Лектус уже уплывал в сон. Даже Правящие должны спать, а он не Правящий и никогда им не будет.

- Лектус.

Ему казалось, что он только-только заснул, как кто-то попытался вытянуть его обратно.

- Проснись же!

Он открыл глаза: комната была залита светом, а над ним склонился Истер. По лицу брата было сложно понять, зачем он тут.

Рядом спала Алексис: измученная, бледная, похудевшая. В темноте ночи он этого не заметил. Она вцепилась в его рубашку, словно боясь, что он исчезнет. Лектус глубоко и медленно вздохнул и выдохнул: вчера он был слишком уставшим, чтобы реагировать на её близость, но сейчас ему хотелось, чтобы Истера в комнате не было.

- Хватит на неё пялиться, вставай уже! - прошипел Истер. Братца ничто не изменит: ни новый статус, ни чистая одежда.

- Что случилось? - они разбудили Алексис. Она испугалась ещё до того, как открыла глаза.

- Мы кое-что увидели, вставайте, надо посоветоваться, - Истер заговорил во весь голос: его явно не смущало, что он разбудил измученную девушку. Старший братец отошёл от кровати, давая им немного пространства.

- Это срочно? Мне бы в душ, - хмыкнул Лектус, когда они с Алексис разобрались в руках и ногах и смогли сесть. Она чуть улыбнулась, заплетая волосы в косу.

Она смутилась, он знал это. Эта девчонка учит его чувствовать.

- Приходите в танцевальный класс. И если через десять минут тебя не будет, я вернусь, - пригрозил Истер, указав глазами на Алексис. Лектус презрительно поднял брови: мнение полукровки вообще никто не спрашивал. Хотя да, он же не полукровка, но Принц привык к этому определению своего новоиспечённого старшего брата. - Время пошло.

Лектус безмолвно проводил парня взглядом. Тот даже дверь в спальню не закрыл.

- Когда Фрей вернёт сияющие проходы? - проворчала Алексис, подняв на Лектуса глаза.

- Ему не до того, он держит защиту Древа и восстанавливает его. Ну, или что-то типа этого, - усмехнулся Принц, вставая. - Встретимся в зале, что бы там ни приготовил для нас мой братец. Иди. Мне нужно привести себя в порядок.

- Хорошо, - она чуть улыбнулась, видимо, своим мыслям. - Спасибо.

- За что? - он сделал к ней шаг, пристально глядя на всё ещё бледное лицо. Щёку пересекала чуть воспалившаяся царапина, а губы были искусаны в кровь и только начали затягиваться.

Отец, за это тебе придётся ответить.

- За всё. И за вчера, - она робко подняла глаза. Вчера ей было проще говорить о личном.

- Иди, Лекси, - тихо ответил он. Не испытывай меня.

- Да, а то Истер не даст тебе спокойно помыться, - рассмеялась она, кажется, расслабляясь.

Принц покачал головой, взял её за плечи и поцеловал. Кажется, он не делал этого целую вечность.

- Истер предупредил, чтобы вы поторапливались, - за спиной раздался весёлый голос Фрея.

Будь тут Истер, Лектус бы его ударил.

- Я пойду, - она отстранилась и поспешила к дверям, не оглядываясь.

Всё стало другим. Что-то изменилось. Лектус покачал головой и отправился в ванную, надеясь, что у него получится быстро адаптироваться в новых условиях.

Надо учиться быть человеком.


Истер вышагивал по танцевальному залу, то и дело поглядывая в окно. Он злился. Это была давно ему знакомая злость, которая на некоторое время отступила, пока они вели подпольную борьбу с врагами. Некогда было злиться.

Тогда он не злился. Он делал то, к чему стремился - боролся с кровососами. Боялся за Кристин, за других ребят. Решал задачи, чтобы выжить. Он это умел - выживать.

Когда их всех схватили в Северном городе, а ему удалось ускользнуть, Истер не злился - он чувствовал беспомощность загнанного в угол зверя. Он сам мог спастись, но все его люди, его друзья, должны были погибнуть. И он не смог уйти, хотя понимал, что вряд ли поможет чем-то.

- Хватит метаться, действуешь на нервы!

Истер метнул гневный взгляд в Гретту Фауст, которая стояла у окна. Она выглядела паршиво, но держалась. Истер догадывался, что она переживает за отца, да и плен кровососов тоже не самый приятный опыт. С другой стороны, они все живы, они тут.

Истер почувствовал новый прилив злости: могла бы и спасибо сказать.

- И не надо на меня так смотреть, я тебя не боюсь, хоть ты и принц кровососов, - фыркнула девчонка, и Истер буквально почувствовал гнев на кончике языка. - Спокойно, держи себя в руках.

Парень глубоко вдохнул: присутствие Фауст не помогало так, как присутствие Кристин. Гретта только нервировала его своими подколками и замечаниями. Её подначки не позволяли Истеру просто отмести мысли о том, о чём он не хотел думать и размышлять.

Он с трудом смирился с тем, что они с Лектусом родственники после того, как тот провёл свой глупый ритуал со шрамом. То, что они не просто родственники, а братья, лишало его способности дышать и мыслить.

Перед глазами вставала его мать, та, что его воспитала и которая погибла в руках Инея Орака. А потом другая, Правительница этого мира, и Истер чувствовал тошноту.

- Ну что тут у вас? Чего мечешься?

Истер вздрогнул и поднял тяжёлый взгляд на вошедшего Принца.

- Он, как обычно, лелеет свой гнев, - пожала плечами Фауст, и парень представил, как сжимает руки на её шее. - Остынь, а? Всем пофиг, что ты оказался сыном Байрока, ты один на этом зациклился. Радуйся: теперь он будет хотеть твоей смерти, считай, ты завёл себе личного врага.

Истер встал как вкопанный.

- Так что случилось? - спокойно переспросил Лектус, и это тоже злило Истера. Они были совершенно разные.

- Посмотри, кажется, там что-то есть, - Фауст решила верховодить, ну и Мерлин с ней. Истер подошёл к окну и показал Принцу (никаких других принцев тут нет!) на берег за рекой, правее разрушенных построек на окраинах Северного города. Там сейчас кровососы. - Смотри, правее.

- И на что я смотрю? - невозмутимо проговорил Лектус, и Истер сжал зубы. - Хорошо, смотрю дальше. Но будет проще, если ты объяснишь.

- Над деревьями, смотри, севернее, - Фауст закатила глаза. - Вы оба невыносимые, явно что-то связанное с генами.

Ни Лектус, ни Истер не стали отвечать, пристально глядя в окно. В напряжённом молчании прошло около минуты прежде, чем, наконец, над лесом появилась чуть заметная на фоне неба дымка. Она приподнялась над деревьями, на несколько мгновений образовала силуэт корабля, а потом мгновенно исчезла.

- Появляется раз в двадцать минут где-то, - объяснила Гретта повернувшемуся к ним Принцу Водного мира.- Как думаешь...?

- Ярик вернулся и ищет выживших? - поспешно предположил Истер. - Подает нам сигнал?

- А если это ловушка? - раздражающе спокойно отреагировал Лектус. - Хватит, - резко отреагировал вдруг Принц, пристально глядя на Истера. - Ты тратишь силы на то, что не можешь изменить. Гретта права. Соберись уже.

- Что будем делать? Пошлём Кристин на разведку? - предложила Фауст, и Истер уже приготовился возразить, но она его остановила рукой. - Да, она только вернулась, но, возможно, там люди, и им нужна помощь.

- Ты же следопыт, так узнай сама! - рыкнул Истер: он не хотел рисковать Кристин, если это ловушка.

- Не могу: тут столько магии, что все следы путаются, - покачала девушка головой. - Но если там Ярик, надо их выручать.

- Хорошо, - Лектус кивнул, словно ставя точку в своих размышлениях. Ну конечно, там же должна быть его сестра. Их сестра. - Я вижу это место отсюда, поэтому перемещусь туда и посмотрю. Если это ловушка, то мне туда пойти безопаснее всего. Если же там Ярик или ещё кто, я смогу провести их сюда.

- Я с тобой, - твёрдо ответил Истер. - Один ты не пойдёшь.

Лектус дёрнул уголком губ:

- Всё ещё не доверяешь?

Истер промолчал: не твоего ума дело.

- Хорошо, пойдём оденемся теплее. Гретта.

- Да? - кажется, Фауст надеялась, что её возьмут с собой. Как бы ни так.

- Найди Алексис. Подготовьте госпиталь, а ещё всех магов, - Лектус посмотрел на Истера, и парню показалось, что Принца что-то тревожит. - Идём.

Они молча пересекли коридор учебного этажа, спустились по нескольким лестницам и быстро оказались в спальне, где Истер сегодня нашёл Лектуса с Алексис. Картина была умилительная. Интересно, что бы сказал Джеймс, если бы увидел сестру в кровати с другом?

- Возьми, - Принц достал из шкафа куртки и шарфы, кинул Истеру одежду. В его руке уже был зажат компас.

- Что? - Истеру показалось, что Лектус почему-то медлит. Тот какие-то мгновения молчал, но потом всё-таки признался:

- Алексис не пришла в зал.

- Может, заснула, ты небось ей поспать не дал, - хмыкнул Истер, вставая рядом с братом. - Можешь сходить и проверить, я подожду.

- Нет, я послал Фауст. Если Ярик в лесу, надо торопиться, - принял решение Принц и крутанул компас, прикрыв глаза. Истер в последнее мгновение схватил Принца за руку, и в очередной раз какая-то сила потянула его сквозь воздух, словно расплющив, делая плоским и быстрым.

- Ну слава Мерлину! - услышал парень ещё до того, как открыл глаза. - Я думал, придётся идти вслепую.

- Лектус!

Истер увидел среди деревьев, снега и бурелома какое-то огромное количество сидящих и стоящих людей, среди которых выделялся улыбающийся Ярик. Ксения уже обнимала брата.

- Мы знали, что вы в Академии, но туда не подобраться. Я бы мог, но как я их тут всех брошу, - пожаловался эльф, вдруг стискивая в объятиях Истера. - Кристин?

- Она в порядке, - пробормотал Истер.

- Давайте все разговоры потом, надо возвращаться, - спокойно проговорил Лектус, не отпуская от себя сестру. - А где Джеймс?

Истер вздрогнул от выражения лица Ксении.

- Он ранен, - прошептала девушка побелевшими губами. - Нужны маги.

- Возвращаемся. Быстро, - скомандовал Лектус.


Кристин ворвалась в госпиталь и застыла на пороге: ещё недавно пустой зал был наполнен десятками людей. Взрослые и дети, истощённые, грязные, обмотанные рваной одеждой, сидели и стояли у коек. Между ними сновали два старших мага и несколько учениц Академии.

Людей поили и кормили, им обрабатывали раны и их утешали.

Девушка несколько раз лихорадочно обвела взглядом госпиталь, сжав руки, но сначала никого не узнала. Потом глаза выхватили высокий силуэт Александра, оборотня. Мужчина помогал переодеть какого-то ребёнка.

Потом она увидела Ксению: сестра Лектуса сотворила из воздуха светящийся лечебный шар и приложила к ноге женщины, которая лежала на дальней кушетке и стонала.

И только после этого у стены мелькнула тёмная голова Ярика.

- Ярик! - всхлипнула девушка и кинулась между кушетками и людьми. - Ярик!

Он услышал, поднял голову и обернулся, чтобы в следующее мгновение обнять налетевшую на него Кристин. Она обхватила руками его голову и быстро поцеловала в губы, потом начала осматривать, отмечая царапины на лице, впавшие щёки, отросшие волосы, тёмные круги под глазами, обмороженные губы.

- Слава Мерлину, ты в порядке, - прошептал Ярик. - Ты в порядке. Да?

Она кивнула, не в силах говорить от нахлынувшего на неё облегчения. Он дома, он вернулся. Они молчали несколько мгновений, глядя друг другу в глаза.

- Фрей сказал, что вас нашли Лектус и Истер, что много раненых. Откуда ты их привёл?

- Наткнулись на них, пока возвращались от эльфов, - пожал плечами Ярик, и Кристин снова отметила, насколько он похудел и устал. - Не могли их оставить, но путь был трудным. Много обмороженных, и есть раненые. Не могли найти подход к Древу, хорошо, что Истер заметил мой сигнал.

- Ярик, чем помочь?

- Помоги размещать тех, кому не нужна помощь целителей, их нужно отогреть и накормить. Ну там помыть, переодеть, дать выспаться...

- Да, конечно.

- А вот и они, - Ярик посмотрел за спину Кристин, и она обернулась: в госпиталь торопливо вошли Лектус и его мать. Они сразу же устремились к правой стене, туда, где уже стояла Ксения.

- Идём, - пробормотал Ярик, и Кристин поняла, что что-то случилось. Что-то не так.

- Кто? - прошептала она, пока они пробирались между койками.

- Джеймс ранен.

- Что с ним случилось? - властно спросила мать Лектуса (и Истера), когда они приблизились. Кристин глубоко вздохнула, чтобы не заплакать от вида лежащего ничком Джеймса. Ксения сидела рядом, крепко держа друга за грязную руку. - Давно он в таком состоянии?

- Я его усыпила, - еле слышно произнесла Ксения, оглянувшись на стоящего рядом брата. Чёрт. Они же не знают, что Истер тоже брат Ксении. - Я больше ничем не могла помочь.

- Два дня назад мы пересекали реку севернее, и на нас напало какое-то чудовище, - коротко объяснил Ярик. - Джеймс кинулся защищать Ксению и детей, с которыми она шла, я поспел позже, я шёл в конце колонны, - словно извинялся Ярик, и Кристин сжала его руку. Она была уверена, что эльф сделал всё, что мог. - Зверя мы убили, я сцедил яд, - маг вынул из кармана грязных, рваных брюк маленькую колбочку с ярко-оранжевой жидкостью.

- Хорошо, - мать Лектуса взяла колбу, и Кристин снова осмелилась взглянуть на Джеймса. Он был сильно изодран, даже неловко намотанные повязки не прикрывали ужасных ран от когтей и зубов. Всё в засохшей крови, даже лицо.

- Мы как могли остановили кровь и обработали раны, но...

- Мы сделали, что могли, Ярик.

Кристин обернулась: позади стоял Александр и пристально смотрел на жену Байрока.

- Электра.

- Рада видеть, что ты не волк, Александр. Или не совсем волк, - учтиво проговорила Правительница Водного мира. - Неужели старый эльф отправился к праотцам?

- Нет. Это долгая история, - отмахнулся отец Ярика. - Ты сможешь ему помочь? - оборотень кивнул на Джеймса, рядом с которым притихла измученная Ксения. Но она смотрела не на друга, а на мать.

- Я помогу. Лектус, отведи сестру привести себя в порядок, - спокойно ответила Электра, и Кристин стало жаль Ксению. - Идите.

- Ксени, пойдём, - Лектус осторожно взял сестру за плечи. - Пойдём, тебе надо отдохнуть, ты уже сделала всё, что могла.

- Лектус... А где Алексис? - тихо прошептала вдруг сестра Принца, и Кристин начала удивлённо оглядываться: действительно, почему она до сих пор не у постели брата?

- Я отправил за ней Истера, - ответил Лектус, и Кристин вдруг почувствовала, как рядом вздрогнул Ярик. Она подняла глаза на друга: тот пристально смотрел на Принца, затем на его мать, и опять на Лектуса.

- Сколько всего интересного мы должны рассказать друг другу, - подмигнул эльф Кристин, когда поймал её взгляд. - Но вы все правы: сначала надо отдохнуть, - и он потянул Кристин к выходу из госпиталя вслед за Лектусом и Ксенией.

- Ярик, я останусь: тут нужна помощь, ты же сам сказал, - она нехотя отпустила руку мага, оглянувшись. - Отдохни.

- Увидишь Истера, пришли его ко мне, ладно? - чуть улыбнулся Ярик и поспешил прочь. Он выглядел усталым, измученным, худым, но таким родным. Кристин с трудом могла сдержаться, чтобы не кинутся за ним, прижаться к нему и никогда не отпускать.

Девушка заставила себя отвернуться.

- Вам нужна моя помощь? - тихо обратилась Кристин к стоящей над Джеймсом Правительнице Водного мира. Было сложно поверить, что эта безупречная прекрасная Правящая - мать Истера.

- Мне будет нужна кровь, - Электра подняла на Кристин прекрасные глаза. - Человеческая кровь. Поищи добровольца.

- Возьми мою, - произнёс кто-то за спиной девушки, и она обернулась. Там застыл высокий, усталый, как и все пришедшие с Яриком, мужчина. Алексис даже испугалась, глядя на него: кажется, ему было плохо. - Электра.

Кристин поёжилась от того, каким голосом мужчина произнёс имя. Его лицо буквально свело судорогой, кровь отхлынула, выделяя несколько ран на щеке и лбу.

- Здравствуй, Невий, - голос Правительницы не изменился, а по лицу мужчины снова прошла судорога. - Ты жив.

Кристин застыла у постели Джеймса, ошарашенная этой сценой, подоплёки которой она не знала. Ей некуда было деться, поэтому она села на кровать Джеймса и сжала его руку.

- Электра...

- Невий, ты хочешь поговорить, я понимаю. Но твоим друзьям нужна помощь, - властно, и, кажется, совершенно равнодушно проговорила Электра. Она повернулась к Джеймсу, открывая колбу с ядом, что принёс Ярик, и внезапно сделала из неё глоток.

- Что вы делаете?! - изумилась девушка, вскочив.

- Я Правящая, - спокойно ответила Электра, словно медитируя то, что проглотила. - Яд не может меня убить, но я чувствую его. Теперь отойди.

Кристин сделала шаг в сторону, подавляя дрожь. Рядом с ней, словно каменный, стоял Невий и, кажется, почти не дышал. Потом он опустил взгляд на девушку, и она сочувственно улыбнулась. Её сердце сжалось от жалости и страха.

- Кристин, найди какую-то комнату поблизости и отведи туда Невия. Я вскоре туда приду, - холодно произнесла Электра, не оборачиваясь: на её ладонях медленно разгоралось фиолетовое, живое пламя. Оно словно облизывало пальцы Правящей, грозясь соскочить и накинуться на кого-то, но, кажется, мать Лектуса отлично его контролировала. - Идите.

Девушка кивнула, поёжившись, и посмотрела на мужчину: он кивнул, хотя глаза его были направлены на Правительницу Водного мира. Потом последовал к выходу. Кристин бросила последний взгляд на неподвижного Джеймса, и направилась за ним.


Ксения едва переставляла ноги, чувствуя сильный озноб и боль. Перед глазами стоял израненный Джеймс. Она помнила каждое мгновение, которое прошло с его последней улыбки: парень заскочил на мост через реку, обернулся, а потом огромное животное выскочило на берег, и Джеймс бросился прикрывать её и детей.

- Почти пришли, - прошептал Лектус, который буквально нёс её по лестнице вверх. - Фрей, чёрт подери, открой проход! - рыкнул Принц, но Дух остался безучастным: у него явно были другие дела.

- Ничего, я дойду, - прошептала Ксения, пытаясь не расплакаться. Она держалась два дня. Джеймс, спасая её, применил свою магию, несколько раз щитом отталкивая прочь огромного страшного зверя. Но они все были ослаблены долгим путём, недоеданием, холодом. Зверь победил раньше, чем примчались Ярик, Александр и три мага из состава их группы.

Она видела, как огромные когти рвали плоть, слышала, как Джеймс кричал. Помнила, как её сковало оцепенение. И боль. Ярик успел, Джеймс ещё дышал, когда магия убила чудовище...

А она мало чем смогла ему помочь. Помочь своему Джеймсу, который кинулся её спасать.

- Он будет в порядке, соберись, - Лектус буквально внёс её в какую-то комнату и посадил на кровати. Присел перед ней, сжав ледяные ладони, и заглянул в глаза. - Он жив. Мама поможет.

- Ему было так больно, - прошептала Ксения и бросилась к брату на грудь, позволяя двухдневному оцепенению прорваться рыданиями.

- В последнее время у девушек это входит в привычку, - пробормотал брат, бережно её обнимая и гладя по голове. С Лектусом было так спокойно, так хорошо. - Всё будет в порядке с твоим лохматым, он живучий.

Она так хотела верить.

- Я рад, что ты вернулась, - спустя какое-то время проговорил Лектус. - Не понимаю, зачем ты вообще отправилась к эльфам.

Тема была сложная, скользкая. Ксения не хотела рассказывать. Но Лектус вряд ли отступит.

- Я очень устала, - прошептала она, привалившись щекой к его груди.

- Значит, не расскажешь? - он сел рядом, обнимая её за плечи. - Почему ушла?

- Ярик говорит, что эльфы меня одурманили, - ладно, можно выдать часть правды. Остальное пусть рассказывает сам Ярик. Или Джеймс, когда очнётся.

- Зачем они это сделали? - настаивал брат, и девушка ещё сильнее утвердилась в мысли, что не расскажет. Лектусу достаточно врагов и без Царя Эльфов.

- Тебе надо пойти к Джеймсу. Там, наверное, уже Алексис. Ей нужна твоя поддержка.

- Алексис сильная, она справится, а вот ты еле держишься на ногах, - пробормотал Лектус, и Ксения почувствовала едва заметное тепло, что исходило от него. В последнее время ей было так холодно, так ужасно холодно, что эта чуть ощутимая волна тепла не прошла мимо.

Ей не хватало Джеймса. С Джеймсом всегда было тепло, как под потоком расплавленного золотого воздуха.

Лектус всегда был холодным, словно осенний ветер с моря.

А сейчас она почувствовала совсем другого Лектуса. Он внезапно стал веять теплом. Господи.

- Ты опять плачешь? - испугался брат, когда по щекам Ксении снова потекли слёзы. - Почему вы все плачете рядом со мной?!

И она вдруг рассмеялась, с облегчением, приводя брата в ещё большее недоумение.

- Прости... Я так рада, что ты рядом, - Ксения не знала, как выразить то, что сейчас ощущала, как она его ощущала.

- Ладно. Поспи, а потом... Ты хочешь поговорить с матерью? - он встал с кровати и помог Ксении лечь, снимая с неё достаточно потрёпанные в пути унты. Надо помыться, переодеться, но у неё не было больше сил.

- С мамой? - она натянула на себя одеяло, подрагивая. Она мало помнила о своей матери, только какие-то обрывки из раннего детства. С тех пор она видела Электру только мельком несколько раз. А сегодня - лишь её силуэт как в тумане. Сегодня важнее всего был Джеймс. - Она обо мне спрашивала?

- Она вообще не спрашивает.

- Как она тут оказалась?

- Нам пришлось бежать от отца, и Лекси решила прихватить нашу мать с собой, - пожал плечами Лектус, поправляя на девушке одеяло.

- И как она?

- Понятия не имею, это же наша мать, - хмыкнул брат. - А теперь спи, иначе я попрошу кого-нибудь усыпить тебя, как ты отключила лохматого. В этом есть своя прелесть: мы ещё немного побудем в тишине от его постоянной болтовни.

- Ненадолго мне показалось, что ты изменился, но сейчас ты ведёшь себя так, как и раньше, - улыбнулась Ксения, уже проваливаясь в дрёму - Я только немного посплю, а ты найди Алексис...

На грани сна и яви она снова почувствовала это: лёгкую волну тепла от брата. Но волна была с привкусом тревоги.

Что-то не так? Ах, да, Джеймс.

Джеймс...


Он мерил шагами пространство: от двери к окну, направо, потом налево - и снова к двери. Время текло медленно, словно застыло.

После начала вторжения Чужих время двигалось неравномерно, словно толчками.

Вот началась мобилизация, и он вызвался идти к Утёсу, где сражались Дозорные. Он отправил семью в глубь материка, за Синюю реку, к Шимаре и Шааре, подальше отсюда.

После отъезда жены и дочери - провал, словно время исчезло.

Потом они пошли к Утёсу, но не преодолели и трети пути, как наткнулись на Правящих, которые убивали всё на своём пути. Они пытались сражаться - семнадцать магов разного уровня подготовки и специализации, а потом выжившие ушли в лес.

И снова провал.

Он очнулся в какой-то пещере, вокруг были люди, кто-то обработал его раны. Рядом плакали дети.

Провал, после которого разговор с Кайли. Его семья ушла в той же группе, что и Кайли. Но они не дошли - наткнулись на разведку кровопийц, которые окружали город и зашли за него далеко на северо-восток.

Провал, и только одна мысль: у него больше нет семьи.

Потом появились маги: Ярик, его отец, и два ученика Академии. Время снова вернулось, и он, оправившись от ран, запретив себе думать о семье, нашёл себя в помощи людям.

Путь к Академии, где по уверенности Ярика были маги, защита, снова стал провалом. Потом нападение огромной речной твари, у которой кровью горели глаза, а от пасти издалека веяло гнилью и ядом...

Сейчас он словно очнулся, снова нащупал нить времени, вернулся в него. Ошарашенный, сбитый болью, охваченный любовью к женщине, которой уже давно нет.

Она вошла уверенно, плавно, властно, закрывая за собой дверь. Невий снова впился глазами в черты женщины, которую когда-то любил и долго, очень долго ждал. Больше двадцати лет.

А теперь она стояла перед ним, но это была не она. Не его Принцесса.

- Мне нужна кровь, - спокойно проговорила Электра, проходя в глубь комнаты и оставляя на столе нож, миску и повязки. - Если ты готов.

- Ты голодна? - заговорил Невий, пытаясь справиться с голосом и отвращением, которое накатило на него из-за всей этой сцены.

- Магия людей отнимает у меня Силу, пьёт из меня то, что позволяет мне жить, - она в упор смотрела на него, и Невий искал, без остановки искал в этом прекрасном, совершенном лице Правящей свою Электру.

Такой же непокорный завиток возле уха. Родинка. Изгиб бровей.

- Невий, если ты не готов, я пойду.

- Не уходи, - он прокашлялся, подошёл к столу и взял нож. Он старался не думать о том, что собирается добровольно поить кровью кровососа. - Объясни про магию и кровь, отвлеки меня, - он смотрел на острое лезвие, которое приставил к левой руке.

Это непросто.

- У Правящих своя Сила. Она не приемлет магию людей. Но я её практиковала. Чтобы восстановиться, мне нужна кровь.

- Джеймс будет в порядке? - спросил Невий и полоснул ножом по руке, зашипел от боли. Красные капли потекли по запястью, в чашу, и мужчина отвёл глаза. Он не знал, сколько крови ей нужно.

Возможно, много. Возможно, вся его кровь.

- Да, - коротко ответила она, приближаясь. Невий не сводил с неё глаз, ожидая пробуждения зверя, который нападёт и выпьет из него всю жизнь. Именно так он представлял себе то, что творят Правящие. - Хватит, - она подошла, взяла его руку и начала быстро бинтовать, затягивая повязку.

У неё гладкие, прохладные руки. Сильные, красивые. Он знал эти пальцы другими: мягкими, ласковыми.

- Сравниваешь? - спросила она, глядя снизу вверх, хотя ему казалось, что она выше него. Недосягаема.

Правительница Водного мира. Повелительница Кровавого Байрока.

Он стоял, окаменев, разглядывая Электру, а она взяла чашу и начала пить маленькими глотками. Не спеша, аккуратно, как он бы пил горячий чай, вернувшись с мороза.

Её глаза, направленные куда-то в сторону, медленно тлели, загорались, сияли, пока не наполнились серебристым и красным. Это была его кровь. Его кровь в ней.

- Почему ты тут? - тихо спросил Невий, когда она отставила пустую чашу. На ней не было и следа того, что она пила, только глаза полыхали сытостью Правящих. - Как? - это был один из самых простых вопросов из тех, которые он хотел ей задать.

Давно хотел, десятилетиями. Сначала, с юношеской горячностью, он стремился вырваться из Северного города, отправиться её искать, вернуть. Но родители Электры его останавливали, считая, что она скоро вернётся сама.

Потом он почувствовал, что смиряется, хотя по-прежнему оставлял на ночь свет на крыльце: чтобы она знала, что её ждут. Он помогал её родителям, поддерживал в них надежду. Это помогало и ему надеяться.

Он искал ответы даже спустя годы. Требовал от Совета Академии, от Дозорных, даже от эльфов, которые работали в городе. Но никто ничего не говорил. И он перестал искать и ждать, закрыл для себя эту тему.

Спустя почти семь лет, что прошли с её ухода в Водный мир, к нему пришли. Проводили в тёмную звёздную комнату в Древе и позволили прослушать её прощальное послание. Он хотел ответов, но её запись их не дала. Не принесла успокоения - только протест. И понимание, что она умерла.

Видимо, в тот день Электра действительно умерла, хотя и стояла сейчас перед ним.

- Мне пришлось нарушить законы Правящих, чтобы защитить Лектуса, - коротко, безэмоционально ответила Правительница Водного мира на его вопрос. - Его подруга решила, что мне нужна помощь. Поэтому я здесь.

- Бежала от Байрока? - зло проговорил Невий, чувствуя глупую, безосновательную ревность. - Он пытался тебя убить?

- Он не может меня убить.

- Он уже тебя убил, - Невий отвернулся, не зная, что делать. Это было слишком больно. Даже спустя столько лет. Ведь он смирился, он попрощался.

Он никогда не задавался вопросом, как зовут жену Кровавого Байрока. Говорили, что Правитель этого мира поступил необычно для кровопийц: не только не убил мать наследника, но и сделал её своей женой. Говорили о странной привязанности Байрока к этой женщине. Но Невий никогда не думал о том, как её зовут.

Когда на его пороге появилась Ксения, девушка, так похожая на юную Электру, он был сбит с ног и уничтожен. Она умерла, но перед этим она выбрала другого. Она выбрала кровососа.

- Он не может причинить мне вреда. Мне не нужна была защита, - Электра всё также спокойно говорила за его спиной. - Нас связал Мастер Уз. Байрок не в силах сам порвать эту связь, это уничтожит нас обоих.

Невий на несколько минут перестал дышать, в глазах потемнело.

Мастер Уз!

- Они тебя заставили? - он обернулся, чувствуя надежду, робкую надежду на понимание и покой. Возможно, всё не так, конечно, не так. Эльфы её заставили, и у неё не было выбора. Она жертва.

- Нет. Я пошла на это добровольно. Это был мой выбор, - было ощущение, что она специально подбирает слова, которые уничтожали его.

- Почему? - это был тот самый вопрос, который мучил Невия все эти десятилетия, так или иначе возвращаясь в его жизнь. - Почему, Эл?

Она не отозвалась на ласковое имя, которым он звал её тогда, в их общем прошлом. Прошлом, где он мечтал о семье, детях, любимой жене.

- Потому что я могла, в отличие от тысяч других, - Электра стояла перед ним прямая, прекрасная, совершенная в своей новой сущности. Холодная и далёкая.

- Могла что?

- Всё изменить.

- И что ты изменила? Что? Кроме жизни твоих родителей, моей жизни, себя самой. Ты стала убийцей, кровососом, хотя стремилась защитить людей от них, - гневно проговорил мужчина, подходя к ней и глядя в светящиеся глаза Правящей. - Что ты изменила?!

- Я родила тех, кто перевернул этот мир с ног на голову, взорвал его изнутри. К добру или к разрушению, покажет время. Но я изменила всё.

## Глава 9. История Зла


Алексис проснулась резко, словно вспомнила, что спешила. И действительно вспомнила: они должны были встретиться с Истером в танцевальном классе. Кажется, она задремала минут на двадцать, не больше. По крайней мере, девушка чувствовала, что спала недолго.

Её сморило ощущение чистоты и покоя после ванной, к тому же усталость не прошла, всё также давя куда-то в район затылка. Но нужно было идти: Истер вряд ли просто так пришёл бы за братом и стал его будить.

Алексис окончательно проснулась и села на кровати. И именно в этот момент поняла, что её разбудило. В дальнем углу комнаты, куда не доставал свет из окна, было сияние. Видимо, именно его появление и вырвало её из сна.

Голубое свечение шарообразной формы зависло под самым потолком. Края его были нечёткими, постоянно мерцавшими. И Алексис узнала его, вспомнила.

Как из дымки прошлого, всплыл госпиталь, ирбис в крови, Сфинкс - и холодная рука Лектуса у неё на лице. Чтобы не кричала, чтобы не мешала спасать лесного кота.

Тогда она видела это свечение, и Сфинкс сказал, что это душа, которая жила в ирбисе, что северный хищник был мороком.

Душа!

Словно откликаясь на узнавание, свечение медленно приблизилось, осторожно снизилось и замерло, чуть мерцая в свете окна. Было ощущение, что оно ждёт.

- При... привет, - хрипло произнесла Алексис, боясь пошевелиться. Ей не было страшно, она была заворожена. - Я... ты жил в ирбисе, я тебя помню.

Шар голубого сияния ещё чуть приблизился, замер перед ней. Алексис подняла руку и потянулась к нему кончиками пальцев: какая она на ощупь, душа? Но свет отстранился от руки - и уже был у окна, завис там.

- Почему ты тут? - прошептала девушка, всё ещё не в силах пошевелиться.

Свечение вернулось к ней, на мгновение зависло на уровне глаз и снова оказалось у окна. Потом, не успела Алексис моргнуть, оно оказалось на улице, мерцая через стекло.

- Что там? - девушка встала и подошла к окну, распахивая его. Может, шар хочет ей что-то показать? - Ты не можешь со мной говорить, да? Сфинкс говорил, и преподаватели говорили, что у мороков какой-то обет молчания.

Душа, это чья-то душа. Молчаливая и загадочная.

Сгусток метнулся к окну, и она перевела взгляд на него. Душа мерцала за стеклом, и сквозь неё было нечётко видно берег, где возвышались статуи основателей магических школ - Елень и Святовита. От их каменных ног падал поток воды, превращаясь в бурлящий водопад. Он растворялся в Синей реке и стремился на юг, к океану.

Голубое свечение немного передвинулось, словно привлекая к себе внимание, - и стремительно понеслось туда, к берегу за рекой, к водопаду, к мосту, растворяясь в воздухе. Алексис следила за ним, пока тот не исчез, а потом вскрикнула, наконец, увидев то, что хотел показать ей гость.

- Ирбис! - пропищала она: у водопада, почти у самой воды, на камне лежал её северный кот. Целый и невредимый. И кот, кажется, смотрел в её сторону. - Ирбис!

Тот вскочил, а рядом с котом подскочил ещё один зверь, которого девушка не заметила сначала.

- Беляш! Это Беляш, - наконец, узнала она собаку. Над зверями на фоне тёмного камня витало голубое свечение, словно приманивая её, зовя. Оно хотело, чтобы она последовала туда, за ним.

Что там делают ирбис и Беляш? Пёс ходил за Лукасом с тем пор, как поправился.

Где сейчас Ольга и Лукас? Как ей добраться туда?

Алексис не представляла, как выйти из Древа и пересечь двор, мост, чтобы её не заметили Стражи и Легаты. Солдаты Байрока постоянно следили за Академией.

- Как я туда попаду? - прошептала она, когда Дух снова появился в комнате. Казалось, что он мерцает от нетерпения, принуждает её торопиться. - Я же... - и тут девушку осенило. Она кинулась к тумбочке, открыла ящик и долго рылась, пока нашла плотно зашитый мешок. Быстро разорвала нитки: в её руках оказался дар гномов, которым она никогда ещё не пользовалась.

Ярик говорил, что за один шаг в унтах она способна преодолеть огромные расстояния.

Свечение повисло прямо перед её лицом, казалось, что сейчас этот Дух ударит её за нерасторопность.

- Мог бы и объяснить по-человечески, - фыркнула Алексис, пытаясь понять, откуда ей прыгать: в окно она не влезет. - Фрей, мне нужна твоя помощь, - Алексис натянула унты прямо на ботинки, чтобы не остаться босиком там, куда она прыгнет. - Фрей!

- Я занят, - проворчал дух, но всё-таки откликнулся на зов. - Ты в курсе, что у нас происходит?

- Потом. Сделай мне проход в стене у окна.

- Девочка, ты с ума сошла?

- Быстрее! Некогда объяснять, - прошипела Алексис, следя глазами за мечущимся по берегу ирбисом. - Мне нужно!

- Безумный мир, - фыркнул Фрей, но Алексис обрадованно увидела, как наружная стена Древа засияла проходом. - Ты упадешь, я не могу построить коридор за пределы Академии, ты...

Девушка дальше слушать уже не стала: она быстро вдохнула и выдохнула, набираясь смелости, а потом сделала шаг в проход, стараясь не думать о том, правильно ли она пользуется унтами. Она смотрела строго вперед и через дымку свечения сразу же различила реку и берег за ней.

И они стремительно, словно за порыв ветра, приблизились. Это действительно было, как шагнуть на ветер. Вторую ногу она приставила уже тогда, когда первая опустилась на каменном сыром берегу Синей реки.

Ирбис и Беляш бросились к ней, а Алексис успела только сделать один вдох. За это мгновение она испугалась, вздрогнула, а потом выдохнула с облегчением. Получилось.

Девушка хотела обнять снежного кота, погладить собаку, но Дух не давал ей времени, она чувствовала, как он буквально тянет её вперед.

Это стремление сыграло с ней злую шутку: Алексис сделала шаг и с силой врезалась в каменную стену. Она почти потеряла сознание, чувствуя острую боль в колене, а на лбу - рану, из которой текла кровь.

Она сидела на холодном камне, кусая губы от боли. Но, кажется, свечению было всё равно на её раны, оно носилось перед ней, звало за собой каким-то безмолвным стремлением к водопаду.

- Да погоди ты, - прошипела Алексис, прикладывая к голове снег, который тут же стал алым от крови. Колено, кажется, распухло, и девушка не была уверена, что сможет идти.

Первое, что она сделала, - сняла унты, иначе могла бы снова зашибиться. Её пробирал холод, и тело тряслось от боли. Но Дух прав, надо уходить, пока на запах и звуки не слетелись все кровососы.

Рядом возник ирбис, подставив спину, помогая Алексис подняться.

- Спасибо, друг, - прошептала девушка, опираясь на пушистого зверя и пробуя наступить на ногу: было больно, но терпеть можно. Алексис сделала шаг, другой, а потом нашла глазами голубое свечение. - Куда теперь?

Дух завис возле падающей с высоты воды, и Алексис вздохнула: мало того, что у неё разбит лоб и распухла коленка, сейчас ей придётся ещё и намокнуть. Куда Дух её втянул?

Она, как могла, быстро пошла к водопаду, вздрагивая от ледяной воды. Её трясло от холода, страха и неизвестности, в которую она стремительно шла вслед за сгустком света.

Девушка на миг задохнулась, когда вошла под водопад и обожглась ледяным потоком, пропитавшим всю её одежду насквозь. Вода текла по лицу и с волос. Когда она наконец смогла дышать, то уже стояла в полумраке пещеры за потоком, привыкая к шуму и эху, пропитавшим каменный коридор. Он уходил в глубь камня, и туда уже устремился Дух, а за ним Беляш и ирбис.

Алексис вздрогнула, когда собака залаяла впереди, где-то в глубине грота, и девушка двинулась туда. Тьма постепенно заполнялась серовато-серебристым сиянием, потолок и своды раздвинулись.

- Ого, - прошептала девушка, заходя в пещеру, одну из стен которой занимали высокие каменные двери. Они казались устрашающими. Ещё более пугающим было свечение, которое шло по контуру створок, и странные серебристые нити, что текли по полу к...

- Мать-Природа! - вскрикнула девушка, осознав, на что лает Беляш, бегая по кругу. Это был огромный магический шар - именно к нему текли серебристые нити из-под створок. Шар светился и даже мерцал, а внутри, сквозь серебристую дымку, угадывались силуэты двух людей. - Что это?!

Девушка приблизилась к шару, не понимая, что это, но, видимо, из-за этого Дух и звал её сюда. Она огляделась, пытаясь найти своего проводника, но тот исчез. Трус.

- Беляш, тихо! - прикрикнула Алексис, не зная, что ей делать. Наверное, нужно было найти Лектуса или кого-то из взрослых магов, но...

Только тут она обратила внимание на пол пещеры и содрогнулась: то тут, то там рядом с шаром блестели кости. Человеческие кости, покрытые серебристым налётом и словно испещрённые порами.

Да что же тут происходит?! Где она?!

Это была последняя осознанная мысль, которую Алексис помнила прежде, чем заметила, что наступила на одну из нитей. Либо же нить сама приблизилась и обвилась вокруг её лодыжки, медленно превращаясь в кокон или вихрь света, который окутывал девушку, постепенно заключая внутрь светящегося смерча.

Невозможно было мыслить в этом вихре, пока он поднимался до груди, охватывая руки, плечи, затем касаясь лица. А потом Алексис закричала от боли: в том месте, где она разбила голову, её словно снова поразил кинжал из библиотеки во дворце Красного города. В глазах как-то резко потемнело, потом серебряная пелена охватила всё вокруг и ушла внутрь...

- Ты часть Силы, - она не поняла, откуда эти слова появились в голове, мир для неё некоторое время не существовал. - Наконец-то, - это был какой-то потусторонний, жуткий шёпот внутри неё, даже не в голове, во всём теле. Его жгло и опаляло, оно вибрировало под кожей, в венах, в каждой клеточке. - Столько веков я собирала вас. Слабые люди, отравленные волшебники. И наконец я собрала всех.

- Хватит! - она попыталась крикнуть, но не смогла, у неё словно не было рта. Но кажется, существо внутри Алексис услышало этот крик: жар стал слабее, сознание немного прояснилось. - Отпусти меня!

- Ты будешь слушать, как слушала она, ты будешь слушать, пока можешь. Все умирали, никто не выдерживал даже контакта, а ты жива, в тебе исконная сила.

- Что ты от меня хочешь? Что слушать? Кто ты?

- Я начальная Сила, так можно сказать обо мне понятиями твоего мира, - шелестел голос, и Алексис пыталась нащупать себя, но не чувствовала ни рук, ни ног, ничего, кроме возможности слушать и говорить, не открывая рта. Жар не оставлял её, он словно струился где-то, где была она. - Я взяла Исток далеко отсюда, в другом мире, там я впитала Силу и дала исток Силы, Нить, что вошла в этот мир.

- Что? Вы...

- В другом мире, далеко отсюда, глубоко отсюда, давно отсюда живёт изначальная Сила. Это мир созидания и жизненной Силы, пропитанный нами, её детьми. Мы берём там Исток, а затем проникаем в другие миры, чтобы питать их нашей Силой и давать Нить другим, как вы даёте жизнь детям. Мы связаны Нитями Силы, - Алексис казалось, что этот голос укачивает её, крутит, но при этом она не была уверена, что всё ещё где-то существует.

- Мир Силы пронизан тем, что вы назвали бы водой, только она текучая, она изменяется, петляет, пронизывает, струится, парит - и мы живём в ней, струимся вместе с ней... Это Нити. Там Исток, там начальная Сила, и мы, уходя, питаем Исток через Нити из других миров, чтобы рождалась новая Сила - и питала другие миры.

- Так ты то зло, что питает кровососов? То, что живёт в нашем мире?!

- Нет, я часть начальной Силы, я первоисток, один из них. Многие мгновения в глубь времени, далеко и широко отсюда я дала исток Нити для нового мира, вашего мира. Мы пробили сюда коридор.

- Вы захватываете миры?

- Нет, мы питаем их Силой, даём возможность развиваться, жить и процветать.

- Вы уничтожаете наш мир! Ваши кровососы...!

- Здесь всё пошло не так! Я столько мгновений ждала, чтобы рассказать о случившемся, чтобы попросить о помощи. Но у нас мало времени, слушай.

- О помощи?!

- Мы проникаем в новый мир по Нитям и находим субстанцию для обитания, что-то, напоминающее наш начальный мир...

- Воду?

- Да, здесь это вода. Это должна быть вода.

- В воде теперь живёт зло, я видела чудовищ...

- Нить попала не туда, не в воду, и новая Сила стала хищником.

- Что?!

Вдруг Алексис показалось, что её закружило вокруг оси, а потом она осознала, что у неё есть глаза, чтобы видеть. Она смотрела на тёмную пещеру. Увидела, как рухнули камни со стены, придавив гнома, и к нему устремились голубые лучи неестественного света.

Три луча - Нити? - спустились в кровь, влившись в неё, растворившись - и впитав её в себя. Лучи потемнели, а потом вспыхнули ярче...

- Сила стала хищником, - прошептал голос в голове Алексис, и она поняла, что у неё все-таки есть голова, но зрение опять пропало, словно выключили свет, и осталась только возможность слушать и говорить. - Попав в новый мир, мы ищем три начальных узла для крепления Нитей - истоки, пути, чтобы Сила текла в мир... Без них Сила угаснет.

- Здесь они тоже есть, эти узлы? Ваш... хищник тоже их установил?

- Да, есть исток и два узла, они есть, они держат Силу в этом мире. Через исток мы отдаём Силу в начальный мир, но здесь всё произошло наоборот. Тот, кто живёт в вашем мире, черпает силу по Нитям из Дома, высасывает, тянет, уничтожая нас...

- Так вот о какой помощи вы говорите!

- Мы не сразу это почувствовали, прошли мгновения в глубь времён прежде, чем наши истоки стали пересыхать, Нити рваться, а Сила гибнуть. Мы померкли... - и Алексис поняла, о чём толкует этото голос. Ведь лучи в том видении были голубыми, яркими, а она в пещере видела серые, серебристые, поблекшие.

Мыслить стало легче, словно кокон и без слов передавал девушке свои знания о Водном и о своём мире. Она видела огромное пространство, заполненное Нитями, по которым струилась жидкость, или же перетекала Сила. Где-то Нити были толще, где-то тоньше, они переплетались, расходились, образовывали узлы и источники новых Нитей. Местами они рвались - и колыхались от ветра Пустоты, что дул в начальном мире.

А ещё она видела коридоры - арки, в которые устремлялись Нити, по одной, иногда по две, исчезая во тьме, которую они измеряли шириной и глубиной, мгновениями. В Мире стояла добрая тишина, именно так, добрая, Алексис это чувствовала. И она знала, что в этом мире добро умирает, истощается... Она видела опустевшие коридоры и порванные Нити, потухшие истоки.

- Мы не несём зла, мы не меняем новый мир, а только даём ему Силу. Вашему миру нужна была Сила, и я подарила вам своё дитя, но кровь, в которой он сразу же поселился, изменила его и наш Мир. Когда я поняла, почему мы угасаем и высыхаем, я последовала сюда по его коридору, но здесь, в этом месте, нет жидкости, чтобы я могла проникнуть к вам и закрепиться в Истоке... И я ждала, столько тёмных глубоких мгновений ждала. Сюда иногда попадали люди, я бросалась к ним, но они умирали быстрее, чем я могла поведать им что-то. От них, от их угасающих сознаний я узнавала о том, что натворило моё дитя...

- Я умру? - вдруг испугалась Алексис, вспомнив кости на полу пещеры. Кроме способности думать и говорить, она могла ещё и помнить. И бояться.

- В тебе есть Сила, она держит тебя, привязывает к чему-то или к кому-то, питает по Нити. Другие, кровососы, как ты говоришь, имеют сотни Нитей, у тебя одна, но очень крепкая. Те двое, что скрываются в шаре, живы, потому что тоже часть Силы и их пока хранит магия. Мне не добраться до них, но я сделала их двумя узлами, а ты стала Источником, через который я струюсь в этом мире. Спаси нас.

- Но как? Мы столько лет ищем возможность уничтожить кровососов!

- Вы не сможете, это неправильно, не нужно убивать всех, в ком живёт Сила. Просто отрежьте Нити от начального Мира, из которого они тянут Силу. Чем больше моё дитя распространяется по вашей земле, тем больше Силы тянет из моего дома.

- Но как отрезать? - Алексис казалось, что она теряет сознание, перед глазами потемнело, но внезапно, как-то резко, стало жарко, и всё прояснилось. Словно её действительно подпитывала Сила, о которой говорил голос.

- Вам надо найти узлы и источники Силы, что живёт в этом мире. Их всегда три. Там начальная Нить, там начало всего. Найдите и уничтожьте их.

- Но что это?

- Я не знаю. Это что-то, связанное с его первыми часами и днями в этом мире. Он должен был формировать узлы, чтобы закрепиться. Я не знаю... Но знает Первый, тот, кто стал проводником Силы в этом мире, кто протянул Нити из этого места, от коридора.

И Алексис снова обрела зрение, снова была в той пещере, где погиб гном, но сейчас на её глазах потрясающе красивая эльфийка воткнула в грудь темноволосого мужчины знакомый девушке кинжал. Мужчина упал замертво, а голубые лучи радостно танцевали вокруг, проникая в его тело. Эльфийка плакала, а позади неё стояли три подростка...

- Это первый Правящий? - догадалась девушка, когда снова утратила возможность видеть.

- Он знает, где источник и узлы, он Владыка.

- Владыка?

- Так он назвал себя, напившись Силы. Найди Первого, пусть он покажет источник.

- Так где же мы его возьмём? По легенде он давно уже убит!

- Тогда мы все погибнем. Найдите Владыку, уничтожьте источники.

У Алексис был ещё миллион вопросов, которые она хотела задать, но вдруг всё закончилось, и она упала на каменный пол, на кости погибших тут людей, рядом с шаром и рекой серебристого сияния. Оно постепенно меркло, словно растворяясь, исчезая.

Алексис лежала на полу, ощущая, что у неё совсем нет сил, что тело едва ощущается. Но она видела, как шар стал прозрачным, когда свечение, Мать силы, что создала в их мире кровососов, оставила пещеру. Внутри она увидела лежащих навзничь Лукаса и Ольгу.

Живы ли они? Или эта Мать выпила из них всю жизнь, чтобы поговорить с Алексис? И что теперь делать?

Кто-то тёплый ткнулся ей в бок, но девушка никак не могла найти своё тело и ту часть, которая отвечала за движение. Что-то или кто-то потянул её за одежду, а потом стало тихо и спокойно, словно этот кто-то исчез. Или мир медленно исчезал, растворялся в слабости.


- Тебя требует Гретта Фауст, - к удивлению Лектуса перед ним замерцал проход, словно в ответ на нарастающую внутри Принца тревогу. Он отправил Гретту, а потом Истера на поиски Алексис, но к моменту, когда Ксения заснула, ни от одного из них не было вестей.

Принц шагнул и оказался в спальне, где раньше жили их с Джеймсом сёстры. У окна стояли Гретта Фауст и Ярик. Они обернулись, когда Лектус появился в комнате.

- Она ушла через проход в сторону Синей реки. Как, не знаю, так что не спрашивай, - словно отрапортовала девчонка, и Принц был ей благодарен за краткость и чёткость формулировок. - Не знаю, как давно, не могу сказать, где она, пока только направление первого отрезка пути. Странный конечный пункт.

- Как это работает? - с воодушевлением и даже благоговением спросил Ярик, и Лектус только скрипнул зубами: нашёл время для своих магических изысканий. - Ладно-ладно, неважно, - видимо, полуэльф прочёл мысли Принца или догадался.

- Спасибо, что спасли Ксению, - он решил, что потом может просто не быть времени, чтобы сказать это магу.

- О, я очень рад, что участвовал в этой миссии, но об этом мы поговорим позже. Где твой компас?

Лектус уже держал в руке свой магический артефакт, чувствуя внутри ледяной холод и отголоски гнева. Он не успевал вытаскивать Алексис из одной переделки, как она попадала в другую. Оставил её буквально на час, и теперь вынужден снова куда-то мчаться, искать, спасать, хотя у него тут, в школе, дел по горло.

Где-то бродит мать, и хорошо бы, если люди, придя в себя, не решили на ней отыграться, как это делали, когда Лектус только попал в Академию. Мама за себя постоит, конечно, но где они будут прятать трупы?

Анна. Он надеялся, что девушка выкарабкается из западни, в которую сама себя загнала, решив связаться с горе-Тедисом и позволив ему ставить над ней опыты.

Раненый Джеймс. Слишком уж загадочный Ярик. Старший брат. Отец и его армия.

Список можно было бы дополнять, но всё было неважным в данный момент. Словно огромный мир сузился до одной единственной точки и одного человека. Это неправильно, это глупо, но это было так. И с этим придётся жить и справляться.

Сейчас главное спасти Алексис, независимо от того, в какую переделку она опять попала. Он её оттуда вытащит, а потом посадит связанной в подземелье под надзором матери. Иначе он не сможет больше ничем заниматься.

- Лектус, успокойся, мы найдём её, - мягкая ладошка Фауст коснулась его руки, и на Принца посмотрели большие, практически чёрные глаза. Она бы могла сейчас мчаться искать отца или кто у неё ещё есть. А она была тут. - Давай за Синюю реку, там сориентируемся.

- Как быстро Легаты нас учуют? - Ярик остановил руку Принца, когда тот уже собирался крутануть компас. - Сколько у Гретты времени, чтобы найти путь Алексис?

- Если не шуметь, то есть шанс уйти раньше, чем узнают. Там вода, она меняет звуки и запахи. Пошли, - Лектус знал, что Ярик пойдёт с ними, и был рад: помощь мага, читающего чужие мысли, пригодится.

Вихрь мгновенно подхватил его, когда Лектус повернул компас, глядя через окно на берег за Синей рекой у водопада, куда указала Гретта. Он на миг почувствовал, как тянет сквозь пространство других людей, - и тут же всё прекратилось.

Холод и ледяная вода буквально впились в кожу: они же не подумали одеться. Но Гретта уже повернулась к водопаду и уверенно пошла туда, лишь на пару секунд помедлив, прикрыв глаза.

- Я чувствую конечную точку пути Алексис, - прошептала она и буквально нырнула под водопад.

- Да что ж в последнее время мне так везёт с водопадами, - как-то чересчур весело пробормотал под нос Ярик, когда они вместе с Лектусом отряхивались в пещере за падающей водой. Гретта пыталась ринуться вперёд, но полуэльф её остановил, схватив за руку. Правильно сделал. - Она там?

- Погоди, - прошептала Гретта, ёжась от холода. Но Ярик не терял времени даром: Лектус чувствовал тёплый ветер, что окутывал их со стороны поднятых магом ладоней. - Да, она там.

И Принц уже никого не слушал и не ощущал холода: он пересёк мрачный природный коридор за какие-то мгновения, стремясь к источнику странного сероватого сияния в глубине пещеры. Ему было плевать на светящиеся едва-едва контуры огромных ворот на стене, на кости, разбросанные по полу, на двух магов, лежащих в стороне под охраной знакомого Лектусу пса.

Всё это он отмёл в доли секунды, потому что его взгляд был прикован к Алексис: она сжалась в клубок на каменном полу и не двигалась. Её огненные волосы разметались, а от тела распространялось серебряное сияние, которое пугало больше, чем всё, что было в этой пещере.

Лектус хотел броситься к ней, но стоял, глядя на поднявшегося с пола ирбиса. Тот рычал, шерсть встала на загривке.

- Отойди, - рядом уже был Ярик, явно готовый помочь.

- Не надо, - Принц отстранил мага, делая шаг вперед, глядя на зверя. - Это я, тихо, - спокойно проговорил Лектус. - Ты ей помог, дай теперь мне помочь.

Кажется, зверь колебался либо же просто не собирался оставлять свою хозяйку, которая таскала его за собой через полмира, а потом убивалась над его ранами.

Верный дикий зверь.

- Отойди, - ещё раз проговорил Лектус и решил, что достаточно ждал. Лекси не шевелилась, свечение выглядело угрожающим, ей нужна была помощь, а он с ирбисом разговаривает. Бред!

Принц уже без всякой опаски стремительно преодолел разделявшее их с Алексис расстояние, не глядя на кота, но тот не бросился, стоял рядом. И Лектус перестал о нём думать, падая на колени возле девушки.

Она дышала, была тёплой, словно спала, но Принц подсознательно понимал, что это не так. Свечение её тела его пугало, потому что ничего подобного он ещё не видел.

Он не привык испытывать страх.

Лектус подхватил девушку на руки, крепко прижав к себе. Она не отреагировала.

- Тут Ольга и Лектус, их тоже надо забрать, - раздался голос Ярика, - но ты нас всех не утянешь, мы не сможем держаться за тебя достаточно крепко...

- Я должен помочь Алексис, - спокойно проговорил Лектус, не собираясь задерживаться из-за людей, которые ничего для него не значили. Он пытался одной рукой повернуть компас, чтобы унести девушку из пещеры.

- Ты не можешь нас тут бросить, - в его руку вцепилась Гретта. - Мы не выберемся без тебя!

Лектус поднял взгляд на Фауст, и она отпустила его, отшатнувшись.

- Пусть идёт, что-нибудь при...

Принц не слышал окончания фразы, потому что ему удалось повернуть компас, и пустота на мгновение затянула его. Он крепче прижал к себе Алексис и через пару секунд уже шёл через проход госпиталя, где почти никого не было, лишь несколько коек в стороне были заняты.

- Мама! - громко проговорил Принц, уверенный, что где бы она ни была в Древе, она услышит. - Фрей, открой ей проход сюда, - Лектус положил Лекси на кровать и отвёл волосы с её лица. Лоб был разбит, рана засохла и чуть заметно светилась: в госпитале свечение стало едва заметным даже для Посвящённого.

- Ей нужна твоя кровь.

Лектус вздрогнул и обернулся: он не слышал, как рядом появилась мать.

- Кровь, или она станет Правящей и погибнет. Её поглощает Сила. Кровь, Лектус. Ты небрежно её посвятил, ты сделал её частью себя, забери себе часть Силы, что бушует внутри неё. Если бы не твоя кровь в ней, она бы уже погибла.

Пока мать это говорила, Принц глазами искал лезвие, но Электра уже протягивала ему маленький нож. Он разрезал руку, не колеблясь.

- Вскрой рану на лбу, так быстрее, - подсказала Правительница Водного мира, и это указание он выполнил без сомнений. Если бы было нужно убить, чтобы спасти Лекси, он бы убил без промедления.

Нож легко снял корку с едва закрывшейся раны на лбу, и Лектус приложил свой порез к ней, смешивая их кровь. Он знал, что его глаза сейчас пылают серебром, потому что его тело, вся его сущность чувствовала сейчас Алексис, свою кровь в ней, свою Силу в ней, её Силу в нём. Он замер, завороженный этим странным ощущением, смотрел на её лицо, залитое её и его кровью.

- Достаточно.

Он и забыл, что тут была ещё мать: она отвела его руку и обожгла заклинанием, закрывая рану. Потом она накрыла лоб Алексис светящимся шаром и отошла.

- Она будет жить, - проговорила Электра, и её рука мягко коснулась плеча Лектуса.

Он кивнул и поднялся, отрывая взгляд от девушки.

- Присмотри за ней, мне надо вернуться за остальными.

- Они тоже в таком состоянии?

- Не знаю, - пожал он плечами, переводя взгляд сначала на мать, потом на соседнюю койку, где раньше лежал Джеймс. - Где он?

- Когда он очнулся, я отвела его к Ксении, ему нужно набраться сил. Но он будет в порядке. И она тоже, - Электра кивнула на Алексис с залитым кровью лицом. Мать словно почувствовала его взгляд, взяла с тумбочки марлю и начала вытирать кровь. - Иди, она скоро очнётся. Дети Огня сильные, ты не мог найти себе лучших спутников на этом пути, сын.

Лектус на мгновение задержал взгляд на матери, потом кивнул и повернул компас, чувствуя внутри ледяной бушующий холод.

## Глава 10. Принцы


Электра стояла посреди госпиталя и слушала происходящее. Воздух был горьким, весь воздух. Кольцо вокруг Древа сжималось, Легаты и Стражи были повсюду. Пахло кровью: этот запах просачивался в Академию даже несмотря на то, что были закрыты и окна, и двери.

Она почувствовала его приближение раньше, чем открылся проход, и в госпитале, в паре шагов от неё, материализовался мальчик-эльф. Он был полон жизненных сил народа, который дал ему кровь, и народа, который соткал его плоть. И комка проклятий, который вибрировал в каждой клетке его тела.

Мальчик, трижды проклятый эльфами. Он нёс в себе последствия столкновения эльфийских заклинаний - проклятья народа отца-ныряльщика и самого Дхана, и проклятья, которым дед пытался убить сына Эйлин ещё в утробе.

Каждый маг знает о непредсказуемости встречи проклятья с его создателями. И твой внук, Эйсан, самое наглядное тому подтверждение: любовь ныряльщика и эльфийки, замешанная на злой воле светлых, должна была положить конец твоему роду, но породила уникальное создание.

Создание, которое вобрало в себя невиданную силу мира. Кошмарный сон Эйсана. Повод посмеяться. Троекровная девочка аукнулась лесному народу треклятым наследником.

Кто бы мог подумать, что ныряльщик сможет стать отцом эльфийского ребёнка и даст своему сыну силу противостоять гневу Царя эльфов, Правителя Водного мира да и самому этому миру.

Пока Электра слушала эльфийскую кровь юного наследника Вечного престола, вдыхала соль крови его отца, из дверного проёма появился Тедис. Он прятался от неё, и Электра принимала это. Они чужие в прямом смысле этого слова.

Истер, как все звали Тедиса, пах и ощущался чуждо, как лоскутное одеяло, как нечто, составленное из отдельных кусочков разных материй. Неорганично составленных, но плотно соединённых.

Правящие. Маги. Конде. Хищники. Люди. Чёрный Ус. Гномы. Эта смесь струилась по жилам её старшего сына, и только Природа знает, что с ним сделали, чтобы наследник Байрока стал таким.

Два мальчика перед ней молчали. Эльф заинтересованно, даже как-то лукаво смотрел на Правительницу, Истер - исподлобья, отводя взгляд, сжимая кулаки. Она слышала, как рывками струится кровь в теле сына, как сердце убыстряет бег, как копится адреналин.

- Успокойся, - тихо произнесла Электра, глядя на Тедиса. - Тебе нужно научиться держать себя в руках.

- И зачем это мне? - огрызнулся мальчик, и Правительница почувствовала его гнев и страх на кончике языка.

- Чтобы выжить, - отметила она, а затем повернулась к эльфу: - Ты пришёл, чтобы читать мои мысли?

- Нет, но и это увлекательно, к тому же Правящие редко дают мне такой шанс. Но вы ведь не такая, как остальные, - пожал плечами Ярослав, глядя на кровати, где лежали его друзья, маги, принесённые из пещеры за Водопадом.

Дочь бывшего правителя Северных земель сильно ослабла: её не коснулась чужая Сила. Она быстро восстановится, как и Алексис.

А вот маг-защитник умирал. Электра знала это, чувствовала, слышала. Он был иссушён магией, исчерпан. Почему, как - ответы пока получить не у кого. Видимо, он защищал себя или же Ольгу, долго защищал, даже потеряв сознание. Он необычайно сильный маг, но колдовство высушило его, забрало все силы, даже силы жить. Это тяжело для людей - видеть смерть друзей.

- Он не умрёт.

- Ты собираешься отдать его эльфам? Или же Правящим? Если принесут Кинжал, я могу проткнуть ему сердце. Есть шанс, что он это переживёт.

- Лучше смерть, - огрызнулся Истер, но Электра даже не посмотрела на Принца.

- Я отправил сообщение маме. Она всё равно бы вернулась, узнав, что отец здесь. Сейчас она старается помочь Лукасу дотянуть до её возвращения.

- Тогда зачем ты здесь? - Электра сделала несколько шагов назад, к дальнему концу госпиталя, зная, что чужая Сила, которая струилась в ней, может помешать эльфийке даже за гранью этого мира. Правительница Водного мира не желала смерти магу, он был частью Силы, пусть и малой.

- Мой дед ищет вас. Почему? - два Принца последовали за ней практически беззвучно.

- Эйсан всегда жил в плену легенд и ошибок своего народа. Эльфы за века закостенели в своих стеклянных дворцах, выходя из них только для того, чтобы перекроить судьбу какого-то неугодного им народа, - пожала она плечами, глядя в глаза Ярика.

Этот юный принц Эйсана всё изменит, всё перевернёт и разобьёт стеклянные замки. Выпустит тёмные секреты эльфов и отменит проклятья. Этого и боится упрямый старик, сидящий в Вечном городе. Слишком давно эльфы повелевают когда-то непокорными им народами.

Гномы, ныряльщики, Конде. Все они получат свободу от рук эльфийского Принца.

- Разве не эльфийские легенды о ребёнке, собравшем кровь трёх детей Арона, привели вас в Красный город? - улыбнулся Ярослав, покосившись в ту сторону, где лежал Лукас. Что он там видит? Она чувствовала лишь горячий воздух, почти раскалённый, и видела в углу лёгкую, едва заметную дымку эльфийской магии. - Разве не из-за них у нас есть Истер, Лектус и Ксения?

Старший Принц вздрогнул.

- Да, но эльфы ошибались, мы все ошибались.

- Откуда вы знаете, что ребёнок не выход? - кажется, Ярослав пылал от счастья, услышав её слова. - Да, я рад, потому что изначально не верил в эту теорию. Глупость! Эльфы что-то упустили.

- Они упустили, что нас нельзя уничтожить кровью младенца, вобравшего нашу Силу. Они слепы, - пожала плечами Электра. - Я об этом сообщила связному эльфов много лет назад, но Эйсан мне не поверил.

- Конечно, не поверил, - улыбнулся Ярик, явно позабавленный. - Поэтому он хочет вас получить? Потому что вы знаете то, чего не знает он?

- Возможно, - Электра допускала и такой вариант. А возможно, дело в том, что когда-то давно она случайно узнала тайну эльфов о ныряльщиках, троекровной девочке и о проклятом трижды мальчике. - А может, меня отдадут Конде, чтобы они исследовали мою природу, как они это делают веками с молчаливого одобрения эльфов или же по их научению, - и она пристально посмотрела на стоявшего перед ней сына, наглядное доказательство, что Конде до сих пор создают из людей оружие.

- Потому что вы не такая, как другие Правящие, - кивнул Ярик. - Или же потому, что они не отказались от идеи создать троекровного ребёнка? Или... вы знаете что-то, что никто, а особенно я, не должны узнать. Поэтому вы закрываетесь от меня? - догадался Ярослав.

Правительница Водного мира едва заметно улыбнулась: мальчик не успокоится, пока не узнает, что от него скрывают. Даже его мать и отец не знают, иначе они бы поняли, что Эйсан не собирался оставлять Александра в живых. Он обрёк бы свою дочь на века Тоски эльфов, лишь бы его наследница не посвятила свою жизнь ныряльщику.

Эльфы никак не поймут, что не смогут исправить одну ошибку, совершая десятки других.

- Я ошибка? - рассмеялся Ярослав, прорвавшись в её мысли. Он не сдастся, он узнает правду. - Ладно. Давайте просто постараемся сделать так, чтобы вы не попали в руки моего деда.

Правительница посмотрела на Ярика, потом на своего старшего сына и нашла в другом конце зала фигуру Лектуса. Эти трое изменят мир, они его разрушат, и на обломках создадут своё Царство. Каким оно будет? И кто до него доживёт, не сметённый силой трёх Принцев?

Эльф перед ней улыбался, но в глазах была спокойная ярость создания, готового своей силой принудить мир измениться. Он собирался идти против своего Царя, как и его мать. Кровь ныряльщиков бурлила в непокорном сыне Эйлин, кровь трижды проклятого эльфами не даст ему покоя. Никогда.

- И всё-таки я типичный эльф, - ответил Ярик на её мысли, - и причиняю миру добро, не принимая во внимание, что по этому поводу думает мир.

Эльфы не поняли пророчества гномов. Никто не понял. Но чтобы их исполнить, целые народы совершали ошибки, и на свет появились три Принца. Они смогут, они всё изменят.


Она медленно просыпалась, чувствуя негу во всём теле, спокойствие, тепло - и прохладную руку, которая сильно сжимала её ладонь. Это прикосновение, хоть и причиняло боль, было приятным, очень приятным.

Лектус.

Она открыла глаза и встретилась с его ледяным, застывшим взглядом. Он был зол. Она знала этот его взгляд

- Привет, - прошептала Алексис, не в силах отвести глаз от его лица. Принц был бледным, тени легли под глазами. - Почему ты злишься?

- Это единственное, что тебя сейчас интересует? - хмыкнул Лектус, практически не шевелясь. - Попробуй ещё раз.

- Лектус, что... - и тут Алексис поняла, что она в госпитале, хотя чувствовала себя прекрасно. Одно мгновение - и она всё вспомнила. - Мать-Природа! - она резко села на постели, оказавшись лицом к лицу с Лектусом и видя в его глазах гнев, который ощущался на языке - горький, вязкий, пьянящий.

- Как ты меня нашёл? - она была уверена, что именно он спас её из пещеры. Он всегда спасал её.

- Какого чёрта ты там делала? - холодно, ровно спросил он, и Алексис поняла, почему он так зол. - Когда ты это прекратишь?!

- Спасибо, что спас меня. В очередной раз, - мягко произнесла Алексис, погладив его бледную щёку кончиками пальцев.

- Однажды я могу не успеть, - процедил Принц, но так и не пошевелился. Да, видимо, она очень сильно его разозлила. И напугала. Хотя нет, глупости, Принц Водного мира ничего не боится. - Ты хотя бы иногда думаешь, прежде чем что-то сделать? Почему у тебя нет простого человеческого чувства самосохранения? - он буквально цедил вопросы ледяным тоном, и Алексис поёжилась, но не стала отстраняться. - Ты привязала меня к себе, чтобы я сошёл с ума, когда не смогу тебя спасти?

Ему было сложно. Она знала, как ему сложно. И она даже радовалась этому. Её Принц сейчас был такой живой, в данный момент он был человеком. Её человеком.

- Лектус.

- Что?

- Обними меня, пожалуйста, - она дёрнула уголком губ, когда он сузил глаза от нового приступа гнева, но всё-таки через мгновение оказалась в его объятиях. Рядом с ним было так хорошо, так спокойно и безопасно.

- Что ты там делала? Что там случилось? - тихо проговорил Принц, не выпуская её из объятий.

- Нам тоже это очень интересно, - прозвучал голос Ярика, а потом из-за ширмы появился он сам в сопровождении Истера и Кристин. - Привет выжившим. Я рад, что все в чувствах, мне очень нужно многое вам рассказать и вас выслушать, но давайте подождём Джеймса и Ксению.

Лектус отпустил Алексис и сел рядом с ней, обняв за плечи и привалившись к подушке. она физически ощущала его усталость.

- А где лохматый? - спросил Лектус, и Алексис улыбнулась, прижавшись к нему: её Принц вернулся, оттаял, выдохнул.

- А где твоя сестра, тебя не интересует? - хмыкнул Ярик, пока Истер подтаскивал скамью, чтобы усадить Кристин. Старший Принц - забавно, кстати, звучит - был как всегда хмур и напряжён.

- Уверен, она где-то рядом с телом лохматого, - пожал плечами Лектус.

- Я причесался, - проворчал Джеймс, вываливаясь из двери. Одна его рука держала свёрток с едой, а другая - Ксению. - А ещё помылся и переоделся, сейчас поем - и буду абсолютно счастлив.

- У кого-то жизненные приоритеты никогда не меняются, - хмыкнул Лектус, и Алексис рассмеялась: её брат хорошо действовал на младшего Принца.

- Так, всё, послушайте, меня сейчас разорвёт от любопытства, поэтому давайте вы будете есть, обниматься и что там вам ещё нужно, но при этом я буду задавать вам вопросы. Пожалуйста! - взмолился Ярик, бухаясь на скамью справа от Кристин. Слева уже угнездился Истер.

- Ты разучился читать мысли? - хмыкнул Джеймс, располагаясь на пустой кровати и сажая рядом Ксению. Брат улыбнулся Алексис, и она была так рада его видеть: он вернулся. Все её любимые люди были рядом, целые и невредимые.

Девушка обвела взглядом всю их компанию: давно они вот так не собирались, как в начале непростого пути в Красный город, как на том рисунке гномов на полу подводного дворца.

- А потом я буду вам всё пересказывать? Обойдётесь, - и Ярик пристально посмотрел на Алексис и Лектуса. - Рассказывайте, оба.

Лектус взглянул на девушку.

- Рассказывай, я тоже с удовольствием послушаю, как ты оказалась в той пещере.

- Э, нет, стойте! - Ярик не дал ей открыть рта, а Джеймс удивлённо посмотрел на сестру:

- В какой пещере?

- Джеймс, ешь, не перебивай, - Ярик не спускал взгляда с Лектуса и Алексис, словно приковал их к месту и скрутил волю. По крайней мере, девушка чувствовала себя зайцем, загнанным волком. - Я не волк, но стану им, если вы не начнёте говорить. Пожалуйста, помогите мне. Начните с того, где вы были, когда Купол прорвали.

- Мы были в Красном городе, - спокойно ответил Лектус.

- Ты потащил мою сестру в логово кровососов?! - закричал Джеймс и подавился, но его проигнорировали.

- Я пошёл спросить мать о брате, но искал не там, - Принц посмотрел на Истера, и тот только дёрнул плечом. - Она сказала, что отдала Истера связным Конде, и была уверена, что он погиб в детстве.

- Конде, - словно сделал отметку в голове Ярик. - Хорошо. Как вы оказались все на Арене и как оттуда выбрались, я уже знаю. Алексис, твоя очередь. Как ты попала в пещеру и что там произошло?

- В какую пещеру? - снова встрял Джеймс, откашлявшись, и девушка сделала большие глаза. Только гнева брата ей не хватало, достаточно Лектуса.

- Меня позвал дух ирбиса, - тихо проговорила она, глядя на свои руки, чтобы не видеть лица младшего Принца. Она чувствовала его вспыхнувшую с новой силой ярость, которую он обычно облачал в маску ледяного равнодушия. Жуткую маску, лучше бы он кричал.

- Дух Ирбиса? - переспросил Ярик, только что не подпрыгивая на месте. - Рассказывай же! Мне вас пытать, что ли?!

Девушка коротко поведала им историю ранения снежного кота и то, как Сфинкс забрал душу.

- И этот кошачий Дух пришёл за тобой и отвёл в пещеру? - уточнил Лектус спокойным ровным голосом, но Алексис знала, что за ним скрывается. Хорошо, что они не одни.

- Ты головой ударилась, что ли?! - бурно отреагировал Джеймс, явно выражая то, что думал его друг. Ксения держала его за руку, не давая вскочить. - За тобой пришёл какой-то магический клубок, и ты кинулась за ним чёрт знает куда одна? Ты обезумела?!

Девушка буквально сжалась от эмоций парней.

- Так, успокойтесь, всё уже закончилось, - попросил Ярик. - Дальше, Алексис.

Кажется, брат хотел что-то ещё сказать, но его осадили взгляды сразу трёх Принцев. Теперь ей придётся ждать выволочки ещё и от Джима, если Ксения его не успокоит. Она с мольбой посмотрела на сестру Лектуса, и та чуть заметно кивнула.

- Алексис, продолжай, ты меня мучаешь! - Ярик тяжело вздохнул. Сидящий рядом с ним Истер только хмыкнул. Вот кто сохранял спокойствие: кажется, полукровка развлекался.

- Алексис, он не шутит, - тихо, с полуулыбкой отметила Кристин, до этого безмолвно сидевшая между Истером и Яриком. - Он мучается, и уже давно.

- Спасибо, Кристин, - эльф поцеловал руку подруги и сжал, а потом снова переключил внимание на Алексис. - И?

- Я... меня... - Алексис не знала, как мягче для брата и Лектуса выразить то, что с ней произошло. - Я... познакомилась с матерью того, кто создал Правящих. Того, кто и есть Правящие.

- Что?! - кажется, это произнесли одновременно сразу все вокруг неё. Наверное, она не смогла смягчить ситуацию словами.

- Вы ведь помните, что всё хорошо, да? - попыталась успокоить окружающих Алексис, потому что ей предстояло рассказать самое сложное.

- Рассказывай! - ледяным тоном приказал Лектус, садясь прямо, убирая руки и пристально глядя на неё. - Всё.

- Точно, в подробностях, в действиях, чувствах и словах, - добавил Ярик, который подался вперёд, почти соскочив со скамьи.

Алексис вздохнула, мельком посмотрев на Лектуса, и максимально подробно, как помнила, рассказала о том, что с ней произошло в пещере. Было сложно описать, как она слышала, но не видела, или как видела то, что находилось далеко и давно, не здесь, как ощущался Мир Нитей и его обитатели.

Когда она закончила рассказ, вокруг некоторое время царило молчание.

- Найти неизвестно что и уничтожить неизвестно как, что может быть легче, - проворчал Джеймс.

- Как выведать тайну у того, кто сотни лет мёртв? - откликнулась Кристин, с надеждой посмотрев на Ярика.

- Что станет с Правящими, если мы сделаем то, о чём попросила мать Силы? - тихо пробормотала Ксения.

- Если первый Правящий - Владыка, то только мне в голову пришло, кто такой 'один из двух', от него рождённых? - спокойно спросил Истер, оглядывая всех по очереди. - Рождённых и тоже уже мёртвых.

- Ты видела то, что видел я: как Эва создала Арона, первого Правящего, - Ярик от восторга даже схватил девушку за руку и потряс. - Тебе показали эльфийку, создавшую Чужих!

Алексис вздрогнула и посмотрела на молчащего Лектуса.

- Что? - ледяным тоном спросил Принц. Ему явно было что сказать, но он не успел.

- Эльфийка Эва! Лектус, Эва! - она подскочила на кровати в восторге. - Эва!

- Что ты имеешь в виду? - насторожился Ярик, но явно не стал ждать, пока она ответит: прочёл её мысли и воспоминания. - Вы встретили Эву в Некрополе?! Серьёзно?! Она жива! Жива! Как туда попасть?

- Нас туда с помощью камня отправила служанка матери, - кажется, Лектус, как и Ярик, уже знал их следующий шаг. - Но я там был, а игрушка гномов пока ни разу не подводила.

Алексис с облегчением выдохнула: кажется, взбучка от Лектуса и Джеймса по поводу её неразумного поведения откладывается.


Они должны были тихо покинуть комнаты и встретиться в коридоре, но 'тихо' и лохматый были несовместимы. Топот и пыхтение друга слышало, наверное, всё Древо.

- Что? - прошипел кочевник, посмотрев на Принца в свете яркой зимней луны, что пробивался через окно. Тот лишь покачал головой.

Лектус слушал тишину ночи, надеясь, что оставленные в комнате девушки не проснулись, когда они вышли. Однажды Алексис уже последовала за ним в пекло, и только благодаря Анне все они выбрались с Арены живыми.

Хватит ей уже рисковать своей жизнью. Да и Ксения в Академии в большей безопасности.

- Все спят, - Ярик появился из тьмы, сопровождаемый беззвучной тенью в виде брата Лектуса. Оба были тепло одеты, с сумками через плечо. - Я слышу их мысли, не переживай, - добавил эльф, глядя на младшего Принца, и тот лишь кивнул. Он не мог не переживать, слишком много ошибок уже допущено.

- Они нас убьют, вы в курсе? - пробормотал Джеймс, беря у Истера ещё одну сумку. - Когда проснутся и поймут, что мы их кинули. И соберутся вслед за нами, или я не знаю Алексис.

- Моя мать не позволит, она проследит за ними, - ответил Лектус. Он больше не будет допускать ошибок. Правительница Водного мира - лучшая защита для девушек, пока её сыновья с друзьями путешествуют в поисках неизвестно кого и чего.

- Ладно. Надо обсудить то, что я не стал говорить при девушках, пошли, - и Ярик нарисовал в воздухе искристый дверной проём. Они друг за другом прошли в класс, где, кажется, века назад они учились танцевать под руководством Ольги.

- Зачем эльфы забрали Ксению? - Лектус заговорил первым, поворачиваясь к Ярику и глядя ему в глаза. - Что они хотели от моей сестры? - этот вопрос он задал уже Джеймсу. Принц был уверен, что эти двое знают.

- Вот это к слову о том, о чём я не рассказал, - улыбнулся Ярик, и Лектус вспомнил те времена, когда хотел стереть улыбку с лица раздражавшего его мага. - Бездумное поведение Алексис вернуло нам Чужого, каким ты был, когда ступил на корабль в Красном городе, - отметил эльф, явно читая мысли Лектуса.

- Рассказывай, - приказал Лектус. Он устал пререкаться и переливать из пустого в порожнее. За последнее время, правда, он уже привык к усталости, а впереди их вряд ли ждёт отдых с прохладительными напитками.

- Помните легенду о первом Правящем и его трёх детях? Ну, и о матери детей. Как я узнал у дедушки, - Ярик чуть не рассмеялся, и Лектус был благодарен, что тот сдержался, - его тётка, эльфийка Эва, влюбилась в человека Арона и решила сделать его бессмертным. Как раз в это время гномы наткнулись на Силу, о которой нам уже поведала Алексис. И Эва поддалась уговорам Силы, убила Арона и позволила гостю из другого мира воскресить его. Потом Арон, ставший первым Правящим, решил сделать их с Эвой детей подобными себе, а она воспротивилась.

- Ближе к теме Ксении, - вежливо попросил Лектус, теряя терпение.

- Есть Летопись гномов, где записано, как Чужак корчился в агонии, когда на него попала смешанная кровь трёх детей Арона, - пожал плечами Ярик, явно не собираясь что-то менять в линии повествования. - И вот поэтому эльфы решили, что уничтожить Силу может ребёнок, который объединит все три линии Первого Правящего - потомков его детей.

- Они создают таких детей? - Лектус быстро сложил в голове отрывки тех историй, что ему уже были известны. - Поэтому моя мать поехала в Красный город к моему отцу. Мы с Ксенией и Истером - результат селекции эльфов?

- Точнее не скажешь, - хмыкнул Ярик, а рядом тяжело дышал Старший Принц. Истер никогда не научится держать в руках свои эмоции, даже возникающие на пустом месте. - И Ксения должна была продолжить начатую работу, точнее, закончить, родив троекровного ребёнка.

- От кого? Если мы потомки младшего сына и дочери, то есть потомок старшего сына? - уточнил Лектус.

- Был. Элиот, погибший муж Ольги. Не спрашивай, как эльфы собирались это сделать, - пожал плечами Ярик, делая вид, что всё нормально, но Лектус видел, как передёрнулись плечи мага. Омерзительно. - Эльфы одурманили Ксению и готовили к материнству, чтобы второй раз за всё время получить троекровного ребёнка.

Лектус не мог ничего говорить, только перевёл взгляд на Джеймса: кочевник был бледен, кулаки и зубы сжаты в бессильном гневе. Брат Алексис знал эту историю, поэтому сейчас смолчал, но Леткус был уверен, что ранее он не был таким сдержанным.

Если бы Принц не учился выдержке много лет, не был Посвящённым, он бы тоже не смог сдержать гнев.

- Значит, раньше у них уже был такой ребёнок, но кровососы не были уничтожены, - заговорил Истер, давая брату и Джеймсу время переварить информацию. - Что-то пошло не так?

- Ну, насколько я смог узнать, ту девочку у эльфов украли Конде. Украли и, как говорит дед, убили, но тут уже большой вопрос, - опять пожал плечами Ярик, прислонившись к стене и оглядывая друзей. - Но ещё я узнал, что троекровный ребёнок не поможет эльфам в борьбе с Правящими. Ваша мать так сказала, - маг посмотрел сначала на Лектуса, потом на Истера. Последний сложил на груди руки и уткнулся глазами в пол. - Но эта девочка играет какую-то важную роль в моей жизни, именно в моей. Но Электра не стала рассказывать.

- Моя мать - целый тайник, из неё буквально посыпались откровения, - хмыкнул Лектус, посмотрев на брата. - Думаю, она многое узнала от эльфов и от отца, годы под прикрытием не прошли даром. Не удивлюсь, если эльфы объявят её в розыск.

- Уже, но с этим потом разберёмся. Нам пора уже задать вопросы Эве, у меня их накопилось много, - хмыкнул Ярик, явно собравшись с мыслями и собрав мысли окружающих. - Истер, идите за Греттой, нам нужен маг-следопыт под рукой.

- Зачем? - не понял Джеймс. - У нас есть компас Лектуса.

- Ну да, так мы, скорее всего, попадём в Некрополь. А если Эву найти будет непросто? Будем плутать по островам? Думаешь, она сидит на камушке и ждёт нас? Давай, идите за Греттой, я скоро к вам присоединюсь, у меня тут есть ещё дело, - и он посмотрел за спину Лектуса и Истера.

В дверном проёме терпеливо ждали родители Ярика, бесшумно возникшие там неизвестно когда. Лектус кивнул им и пошёл к выходу, надеясь, что Истер знает, как быстро найти Фауст. Он не стал смотреть на эльфийку, потому что не хотел, чтобы она видела ненависть и гнев, пылающие в нём из-за Ксении.

Эльфы сеют добро? Серьёзно? А никто не пытался выяснить, как они понимают слово 'добро'?


Они вошли, держась за руки, и Ярик был рад за маму, да и за отца. Что бы там ни случилось при пересечении границы Вечного Царства, отец уже долго ходил в облике человека и явно не собирался становиться волком. Хотя мысли у него были немного странные, это Ярик не мог не отметить.

- Я волк, просто не обратился, - чуть дёрнул уголком губ Александр, когда родители подошли к Ярику. - Странное ощущение, но мне даже нравится. Особенно запах вяленого мяса из твоей сумки.

Ярик рассмеялся и взглянул на отца.

'Святик в порядке, он на корабле под контролем профессора Фауста', - Александр точно знал, что сообщить старшему сыну, даже вопросов задавать не нужно было. Волчье чутьё?

- Ярик, что сказал тебе Эйсан? - Эйлин настороженно всматривалась в сына, и юный маг широко улыбнулся. - Сейчас ты будешь шутить, да?

- Мама, он интересный такой старик, но я рад, что мы с ним не живём даже в одном городе, - эльф приобнял мать за плечи и подмигнул отцу.

'Она боится за тебя, сын'.

Ярик это понимал: сейчас все за всех боялись, что поделать.

- Пока меня не будет, позаботьтесь об Ольге и Лукасе.

- Всё будет хорошо, Ярик.

- Ладно. Я не об этом хотел с вами поговорить. Отец, - он посмотрел на стоявшего напротив Александра, - знаешь ли ты что-то про троекровную девочку и треклятого мальчика? Слышал ли что-то такое, когда жил с ныряльщиками?

- Нет, кажется, нет, - покачал головой Александр, задумавшись. - Единственное проклятье, о котором я знаю, - у нас не бывает дочерей.

- А кто проклял ваше племя, отец, ты знаешь?

- Нет, рассказывали только о матери девочки, которая утонула, когда её учили искусству ныряния. Это было очень давно, - пожал плечами отец, а мама настороженно следила за ними, сжимая руку отца.

Мама чувствовала, а, может, и знала, куда ведёт её наследник.

- Это могла быть эльфийка? Мать утонувшей девочки? - у Ярика была масса догадок о том, что натворили эльфы. Он давно не питал никаких иллюзий по поводу народа, к которому принадлежал.

- Сын, о чём ты?

- Мама, такое ощущение, что много лет назад эльфы были среди ныряльщиков и ради каких-то своих целей прокляли целый народ, чтобы у них не рождались девочки. И это как-то связано с потомками первого Правящего, - Ярик впервые высказывал вслух то, что смог сложить из известных ему фактов и отрывков из мыслей Электры. - И дед именно из-за этого проклятия так неистово не хотел, чтобы вы были вместе.

- Ярик, мне кажется, ты не прав, - проговорила мама, бледнея. - Проклясть целый народ сложно, и это Тьма, которая отразилась бы и на самих Вечных. Никто бы не стал... Да, ты не прав, ведь тогда эльф и ныряльщик не смогли бы дать потомства, это невозможно, наша магия такого не позволит. Не позволит смешивать Светлых и Тёмную магию проклятых, - Эйлин взглянула на Александра. - Такого...

- Мама! Так вот почему дед пытался убить отца! Он не хотел остаться без наследников, - Ярик в восторге от новой догадки схватил Эйлин за руку. - И он не проклинал отца, он пытался его убить, но что-то пошло не так. Два эльфийских заклятья встретились, понимаешь?

'И я стал Дханом. Вот Эйсан-то удивился', - мысленно прокомментировал отец. Его голос был больше похож на рычание, и Ярик впервые подумал, насколько Александр - и человек, и волк - ненавидит Царя эльфов.

- Но как такое может быть? - прошептала мать, и отец начал растирать её руки, успокаивая. Ярик подался вперёд, видя, насколько сильно его догадки задели Эйлин. - Это невозможно, немыслимо... Целый народ... Зачем?

- Я действительно треклятый ребёнок, - улыбнулся Ярик, - эльфы трижды прокляли мою кровь. Поэтому я выжил, поэтому отец выжил... Мама!

Александр оставил движение сына, когда тот бросился к Эйлин: застывшей в ужасе, с текущими из глаз слезами.

Кажется, мама впервые попыталась охватить Тьму, которую веками сеяли вокруг эльфы. А он не подумал о её чувствах, хотя знал, насколько сильно она привязана к своему народу, к тому образу честных и добрых созданий, что она хранила в себе.

Она судила сородичей по себе.

Мать прятала мысли, но Ярик чувствовал в ней огромную боль, чувствовал, что она в ужасе. И ничем не мог ей помочь.

Не зря Электра верила, что он всё разрушит. Он рушил даже мир собственной матери.

- Ярик, иди, - спокойно произнёс отец, - тебя ждут друзья. Иди и найди ответы, которые ты ищешь.

- Папа...

- Просто вернись к нам, хорошо? А теперь иди.

Ярик силой заставил себя не читать мысли матери, коротко кивнул родителям и кинулся прочь, унося в сердце слёзы, которые, казалось, шли из самого сердца Эйлин. Хорошо, что отец тут.

## Глава 11. Исповедь Эвы


Над Некрополем вставало большое ярко-оранжевое солнце, лучи которого озаряли развалины и согревали белые камни. Безмолвное утро нарушал только безудержный шум волн, которые бились у подножия острова, да крики птиц, поселившихся на утёсах архипелага.

Именно такими были первые впечатления Ярика, когда Лектус протащил их через пространство и время в Некрополь Правящих. Маг быстро прикинул, что они потеряли всего пару часов. Он думал, что будет больше: расстояние не маленькое.

Рядом зашевелились его спутники, наполняя пространство вокруг мыслями, от которых Ярослав сразу отгородился. Только на несколько мгновений прислушался к тому, что думала Гретта Фауст, чтобы удостовериться, что она в порядке. За ребят маг был спокоен.

'Здесь следы, но немного, я чувствую', - донеслось до Ярика, и он поймал взгляд девушки. Она чуть улыбнулась, делая шаг между мраморными плитами и глядя под ноги. Гретта в порядке и уже включилась в игру.

- Это то место, где мы встретили Эву, - проговорил тихо Лектус, указывая на одну из могил, которая белела в лучах утреннего солнца.

Истер держался напряжённо, всё время вглядываясь вдаль: старший Принц медленно обходил зал по кругу, вдоль обвалившихся стен и арок. Он всегда был настороже, этот полукровка, оказавшийся прямым наследником Байрока. Прямым наследником детей первого Правящего.

- Интересно, кто сделал этот рисунок? - проговорил Лектус. Он стоял перед дальней стеной склепа, на которой при внимательном рассмотрении можно было увидеть руку, державшую синюю реку, и меч над этой рекой. - Ничего не напоминает? - Принц обернулся к Ярику, и все, кроме Гретты, подошли ближе.

- Синие лучи Силы, которые надо перерубить, - хмыкнул Ярослав, почесав затылок. - Всё-таки кто-то знал правду, ну, или догадывался о ней. Я уже видел такой рисунок, да и вы тоже. В склепе гномов, помните? По пути в Северный город, под землёй.

- Кто-то носился по миру и рисовал схемки, вместо того чтобы понять и реализовать на практике? - зло произнёс Истер и отошёл к Гретте, которая крутилась в центре склепа, вокруг могильной плиты. - Ну, что там? Поисковик сломался?

Ярик и Лектус только переглянулись и тоже пошли к Фауст. Мысли её были сумбурными и какими-то тревожными. Вообще почти все притихли, даже вечно болтливый Джеймс молчал, созерцая место, куда они попали.

- Что не так, Гретта? - спросил маг, пытаясь понять её беспокойство.

- Очень сильное и очень древнее существо, - она свела брови на переносице, всё ещё глядя себе под ноги. - Его следы тут повсюду и словно нигде, не могу поймать направление. Словно у его пути нет цели и конечного пункта.

- Ну, вот, зря тащили с собой, - проворчал Истер, явно теряя терпение. Старший Принц не любил бездействовать.

- Ой, помолчи, а? - попросила Гретта, отмахнувшись от полукровки. - От тебя тоже немного пользы.

- Так, след не установить, мыслей я не слышу, тут тихо, - подытожил Ярик, оглядываясь. Он чувствовал смутный привкус магии эльфов, но не мог понять, откуда она идёт и как её интерпретировать. - Может, пройдёмся по острову? Или сразу на другой попробуем переместиться?

- Что будем делать, если не найдём её? - спросил Истер, сложив руки на груди и исподлобья глядя на друзей. Ярик пожал плечами, пытаясь придумать, что делать дальше.

- Она здесь, - вдруг заговорил Лектус, и эльф проследил за его взглядом. Младший Принц смотрел на уцелевшую галерею в дальнем конце зала, в которой начиналась широкая мраморная лестница: там по ступенькам струился туман.

Ярик замер, пытаясь прощупать туман, а Истер не только прислушивался, но и принюхивался.

- Там никого, - подытожил полукровка.

- Она там, - повторил Лектус, чуть улыбнувшись. - Туман. Когда мы с Алексис тут были, то тоже попали в туман. Эва вышла из него, возможно, она в нём и была, но мы её не видели.

Яри продолжал вслушиваться в пространство за туманом. Нет, там было тихо. Но он вдруг начал догадываться, что это за дымка и почему он ощущает тонкую нить магии эльфов.

- Может, пойдём и проверим, или наша цель - изобразить статуи? - уточнил Истер, не дожидаясь ответа, пошёл к лестнице. Ярик последовал за старшим Принцем.

- Ух ты, - пробормотал он, входя в белесую дымку, которая словно устремилась к нему, и ощущая её всем телом, каждой клеточкой. - Магия, эльфийская магия, - в благоговении проговорил Ярик, пытаясь поймать туман в ладонь. Внизу всё утопало в белой завесе, ничего не видно.

- Эва! - позвал юный маг, теперь полностью поверив, что тётка деда тут. Туман сам по себе был магией - мама не раз проводила Ярика в это пространство вне мира и времени, только магия тут была горькой, странной. - Эва, я сын Эйлин и внук Эйсана, нам нужно поговорить!

Они замерли у начала лестницы, не решаясь ступить дальше, в белую пелену. Ждали. Ярик сгорал от нетерпения, но при этом купался в магии эльфов, которая обнимала его, окутывала, дарила ощущение безопасности.

Туман отступил внезапно, словно его сдуло порывом ветра, и маги увидели то, что скрывала пелена. Лестница шла плавно вниз, на каменное плато, заполненное могилами Правящих, скульптурами, упавшими арками стен. Между камнями, как и наверху, пробивались трава и цветы.

У самого подножия лестницы, когда-то грациозной и монументальной, была статуя с Правящим. У его ног - три могильные плиты, вокруг которых не было ни травы, ни цветов, а камень надгробий казался натёртым до блеска.

Именно там, рядом с этими могилами, Ярик увидел - и почувствовал - очень старую эльфийку. От неё буквально веяло силой Природы, монументальной, жёсткой, наполненной веками.

- Что за...? - Ярик вздрогнул, когда Истер заговорил: друг указал им за спину. Там плотной белой стеной клубился отступивший туман. - Где Джеймс и Фауст?!

Действительно, в тумане стояли только они трое, хотя Ярик был уверен, что входили они сюда все вместе. Но если это эльфийское пространство Эвы, то только она решает, кто может в него войти. Или через него пройти.


Эва сидела на камне между могил, опираясь на клюку, но не смотрела вверх, на пришельцев. Её лицо было направлено куда-то в сторону, к стенам и морю. Величественная старая эльфийка, утратившая внешние признаки своего народа, иссохшая, гордо впитывала окружающий мир.

Ярик сейчас чувствовал её так же ярко, как своего деда, знал, что она стала призраком из-за Вечной Тоски эльфов, которую несла в себе очень давно. Почему она так долго живёт? И почему её магия такая горькая, такая липкая?

- Идём, - не выдержал стоявший рядом Истер и начал спускаться, перешагивая через каменные обломки. Но даже его голос и шум шагов не вынудили Эву повернуть к ним голову.

Ярик последовал за другом, Лектус на миг оглянулся, явно тоже подумав об оставшемся за туманом Джеймсе, а потом присоединился к друзьям.

- Не думала, что ты так скоро вернёшься, мальчик, - прохрипел старческий голос, когда они втроём спустились к могилам. Эва наконец повернула к ним лицо со слепыми глазами. Она когда-то была красива, как и все эльфийки, но время стёрло черты её лица и истощило волосы. - Благодарю тебя и твою Посвящённую за то, что закрыли могилу.

- Не думал, что дождусь от тебя благодарности, - пожал плечами Лектус, и Ярик еле сдержался, чтобы не дать Принцу подзатыльник. Никакого уважения к древней женщине.

Женщине, которая создала Правящих. Мать-Природа!

- Снова что-то ищешь? - было ощущение, что Эва больше никого, кроме младшего Принца, не замечает. Или ей было удобнее разговаривать с тем, кого она уже знала. - Не ревнуй, Принц Эйсана, тебя я тоже замечаю, всех вас, - голос эльфийки зазвучал мягче. - Треклятый Наследник эльфов и мои Принцы.

- Твои?

- Мои, - кивнула Эва, - каждый потомок моих детей тоже мой. Пока вы есть, есть и я, - проговорила старуха нараспев. - Ваша кровь поёт мне эпитафию, кровь моих детей взывает ко мне, и я слушаю. Веками.

Ярик пылал от дикой радости, что дожил до момента, когда может всё это услышать, когда может задать вопросы той, кто непосредственно участвовал в создании Чужих. Он чувствовал, что конец его поиска, поиска сотен и тысяч других эльфов, магов и людей, близок.

- И тебя, Принц Эйсана, я слышу, твоя эльфийская кровь пропитана проклятиями нашего народа, но мало кто из живых способен услышать эту мелодию. Наверное, только твой дед, да и то лишь еле различимые отголоски.

Загадки явно были главной манерой общения древних эльфов.

- Мы хотим с вами поговорить. Я видел Летопись гномов, а наша подруга Алексис, вы с ней встречались, видела того, кто создаёт Правящих, - наконец, Ярик смог оттолкнуть благоговейный восторг от встречи и приступить к тому, зачем они сюда пришли.

- Раз видел, то знаешь, что я создала Правящих. Точнее - одного Правящего, но этого хватило, чтобы окутать мир паутиной Чужой Силы, - спокойно, смиренно произнесла эльфийка, опустив голову.

- Мы знаем, что Сила, которая создала Чужих, имеет три точки опоры и что их нужно разрушить, чтобы уничтожить кровососов, - вмешался Истер, пристально глядя на старую женщину, которая, по сути, была предком трёх парней. - Знаете ли вы, где они, эти опоры? Или того, кто знает?

- Принц-разрушитель, Принц-созидатель и Принц-наблюдатель, - вместо ответа проговорила Эва, поворачивая голову сначала к Истеру, потом к Ярику, потом к Лектусу. - История долго шла по извилистой дороге к моменту, когда вы родились и объединились... - кажется, старший сын Байрока что-то хотел сказать, но не успел, как эльфийка продолжила. - Вы порождение Владык этого мира.

- Истинный Владыка из пророчества - это Арон, первый Правящий? - решил уточнить Ярик, чтобы ничего не упустить.

- Арон родился Владыкой, он был Конде, наследником всей их магии, Принцем, как и вы. Конде всегда называли себя Владыками, они и мой брат Эйрон враждовали столетиями, мерялись магией, а я полюбила их Принца. Арон был другим, - Эва рассказывала, а Ярик задыхался от Тоски, что нахлынула на него.

- Мы встретились незадолго до падения с неба двух камней, случайно, и больше не мыслили жизни друг без друга. Скрывались, сколько могли. Когда Эйрон узнал, то запер меня в Вечном городе. Но я уже носила под сердцем моего старшего сына, моего Эймира, - кажется, эльфийка приступила к долгому повествованию, к истории, которую держала в себе столетиями.

Столетия истории.

Ярик нашёл взглядом сначала Истера, потом Лектуса, и они опустились на нижнюю ступеньку лестницы. Но, кажется, эльфийка даже этого не заметила.

- Эймир родился в башне, где меня закрыл брат, у подножия разрушенного города гномов, которых эльфы изгнали, чтобы на их землях построить Вечный город...

- Один из двух, рождённых от Владыки мира на камне над мёртвым городом, - пробормотал Истер. Очередной секрет был раскрыт, теперь они знали, о ком говорилось в пророчестве, и даже знали его имя - Эймир.

- Эймир родился эльфом Конде, единственным эльфом среди моих детей. У Эйрона не было детей, а моя сестра только вышла замуж за отца Эйсана. Мой сын был единственным наследником рода Царей, поэтому брат не убил его.

- Эймир был ещё малышом, когда с неба упали камни и воцарился Хаос. Арон как-то добрался до Вечного города. В мире всё пылало, тонуло и рушилось, а мы были счастливы в заколдованной башне. Тогда родился наш второй сын Дэмир, маг из рода Конде.

- Мы с Ароном бежали и укрылись у гномов, врагов и рабов эльфов, но верных друзей Конде. Гномы по приказу эльфов и магов вышли из подземелий, чтобы узнать, что внутри упавшего с неба камня, - Эва замолчала, видимо, вспоминая то время. Трое парней замерли, слушая рассказ, но Ярик чувствовал нетерпение Истера, который явно хотел быстрее добраться до сути.

- Тогда гномы нашли Силу, и вы решили сделать Арона бессмертным? - всё-таки не выдержал старший Принц, когда пауза затянулась.

- Эйрон нашёл нас, но не трогал, ему было не до беглой сестры и её смертного. Он назначил своим наследником Эйсана, сына нашей сестры. И мы вздохнули с облегчением.

- У нас с Ароном родилась дочь. Я была счастлива, но годами меня мучала мысль о том, что скоро я потеряю любимого и двоих своих детей. Арон утешал, что со мной всегда будет наш Эймир, но я не знала, как жить без моего Конде, - голос Эвы был монотонным.

Ярик был даже рад, что века страданий превратили Тоску эльфийки в нечто не меняющееся, стабильное, не убивающее её при каждом упоминании Арона. Наверное, это было смирение.

- Однажды ко мне прибежал Дэмир и с восторгом и ужасом рассказал, что на раскопках небесного камня ожил погибший под обрушившейся стеной гном. Я услышала лишь одно - ожил тот, кто умер, - Эва мечтательно улыбнулась, и это была очень странная улыбка древнего существа, смотревшего на молодых людей словно из далёкой вечности.

- Он действительно ожил, гном? - уточнил Лектус, до того молчавший.

- Он жил ещё некоторое время, пока Арон не убил его, - тихо проговорила Эва, невидящим взором уставившись на одну из могильных плит у подножия памятника. И впервые Ярик подумал о том, кто в них погребён. - Да, эльфийский Принц, да, тут спит тот, кого вы называете Первым Правящим. Тут спит мой Арон, - прошептала она, поглаживая ладонью плиту, на которой Ярик смог разобрать чуть стёртую надпись.

- Пусть будет крепок сон твой, истинный Владыка, - пробормотал Истер, который, видимо, тоже проследил за мыслью Эвы или же за взглядом Ярика. - Странно, что никто из людей не уничтожил это место просто за то, что он тут похоронен.

- Я охраняю это место, - хмыкнула эльфийка на замечание сына Байрока. - Да и люди редко интересовались прошлым, они думали о настоящем и о будущем. А кроме людей и Конде, тут давно никого не было.

- Что рассказал вам Чужой тогда? Я видел в летописи, как он охватил вас в кокон. После этого ведь вы решились провести ритуал и сделать Арона Чужим, - Ярик решил вернуть разговор в нужное русло. - Он попросил пустить его в тело Арона?

- Он показал мне миры, которые питались от нитей Силы, показал мне странных существ и созданий, вечных и сильных, которые просто пили Силу из рек и мокрого воздуха, жили в Лучах. Было так просто поверить, что Арону нужно только принять чужую силу в себя.

- Но вы убили его! - не выдержал Ярик: он помнил свой шок, когда осознал, что эльфийка сама всадила нож в грудь любимого мужчины.

- Это была не я, мальчик, я бы никогда не смогла этого сделать, - глухо ответила Эва, сжав тонкие загорелые руки. - Чужой поймал меня - я поранила руку, и он проник в мою кровь, в мой разум, отравляя его...

Эва замолчала, словно листала внутри себя летопись, останавливаясь на наиболее важных моментах текста. Ребята тоже молчали, переглядываясь.

- Этот Чужак вложил мне в руку нож, которым я убила Арона. И я пошла дальше, потому что в тот момент не видела иного пути. Я не могла его потерять, не могла потерять моего Конде.

- Чужаку была нужна кровь, и я дала ему кровь, в которой он жил и питался, я дала ему способ проникнуть в этот Мир, - тихо продолжила рассказ Эва. - Но Арон изменился, постоянно где-то пропадал, стал жёстким, замкнутым, холодным. Но я утешала себя тем, что он жив и будет жить.

- А потом он решил сделать ваших детей подобными себе, - тихо заметил Ярик, вспоминая моменты трагедии, что запечатлели в своей Летописи гномы.

- Чужой стремился закрепиться в нашем мире. Я не знаю, что он делал, но я чувствовала, как вокруг всё приобретает горьковатый привкус и пахнет кровью... Знала, что Арон убивает, чтобы жить, и тогда... Я осознанно пыталась убить Арона, чтобы остановить его, но он действительно оказался бессмертен, - Эва снова погладила могилу любимого мужчины, словно пыталась до него дотянуться.

- Надо было сжечь! - проворчал Истер, но в его голосе не было привычного гнева или раздражения. Ярику показалось, что друг даже сочувствует старой эльфийке, которая ради любви погубила целый мир.

- Наши дети всё это время не понимали, что происходит, и Арон пользовался этим, влиял на них. Дэмир сильнее всех поддавался этому влиянию. Наша дочь всегда старалась поддерживать Дэмира, и Эймир не мог их оставить. Они пошли на Посвящение, Арон отдал их Чужому...

- Что там произошло в тот день? Помните: вы пролили чашку с кровью ваших детей, и лучи, что я видел, словно корчились от боли, а потом всё взорвалось. Что тогда случилось? - Ярик не выдержал и подсел на камень рядом с Эвой. Она казалась сейчас такой одинокой и несчастной, пропитанной мукой воспоминаний.

- Чужой попробовал соль земли нашего мира, и она оказалась для него ядом, - усмехнулась древняя эльфийка, и на какое-то мгновение воздух вокруг могил, вокруг ребят, стал сладким, словно мёд. Странное ощущение, но оно быстро исчезло. - Ему было больно. Всё взлетело на воздух. Я очнулась глубокой ночью, меня спасли гномы. А Арон увёл с собой детей, он забрал у меня всё.

- Вы больше никогда их не видели? - тихо спросил Ярик, ощущая тоску эльфийки по её семье.

- Спустя два дня, когда я лежала раненая у гномов, пришёл Эймир. Он сказал, что нужно запечатать и скрыть Врата, что нужно попытаться перекрыть Чужому доступ в наш мир, - ответила эльфийка, и лицо её было обращено на могилу рядом с надгробием Арона. Тогда Ярик впервые услышал это слово: Врата. - Сын помог мне, потому что я была практически без сил. А потом он ушёл...

- Эймир сопротивлялся воле отца и воле Чужого, но он не мог бросить брата и сестру. Он ушёл с ними на Запад, а я создала аодопад, чтобы скрыть вход в эту пещеру. Надеялась, что так сила Чужого иссякнет, и моя семья вернётся.

- Но он выжил, потому что к тому моменту, к моменту, когда мы запечатали Врата, Арон уже создал первую точку силы и привязал Чужого к этой земле. И эти Источники, вопреки Запертым Вратам, по сей день тянут Нити из Изначального мира сюда - и превращают Силу в Хищника, пожирающего всё живое.

- Изо дня в день, из года в год, веками Хищник захватывает всё больше Жизни и несёт нам Смерть. Я затормозила его проникновение, но не остановила, - она устало и как-то безнадёжно вздохнула, поглаживая ладонью камень, под которым лежал Арон.

- Как вы затормозили? - Ярик примерно представлял, но хотел услышать это от Эвы. Если откинуть чувства и знание о том, к чему привела вся эта история, то эльф понимал, насколько восхитительные и глубокие знания о магии он сейчас получал. Просто понимание того, что где-то ещё есть жизнь, восхищало юного мага. - Вы создали анти-источники? Три точки живой силы ваших детей.

- Я расскажу, Принц Эйсана, всё расскажу, - она словно чувствовала каждого из них, их мысли. - Врата заперты жизненной силой моих детей, их кровью. Эймир принёс её с собой, от каждого моего ребёнка, и мы опустили в неё три предмета.

- Камень, кольцо и ключ, - проговорил молчавший до этого Лектус.

- Да, так и есть, Младший Принц, так и есть. Анти-источники. Каждый из них содержит анти-силу, способную разрушить Источники Чужого. Ведь они основаны на крови моих детей и всегда были рядом с ними. Эймир позаботился об этом. Пелена, накрывшая Врата, соткана из крови моих детей, моей любви и силы, и из яда, коснувшись которого Нити слабеют. Ключи держат эту пелену, всегда держали.

- Что за яд? - Ярик подался вперёд, чувствуя, что сейчас они узнают Тайну, которую веками искали верящие в пророчество эльфы и маги. - Из-за чего Нити слабеют?

- Ты видел ответ, Принц Эльфов, но не распознал его, как и мои сородичи, - эльфийка взмахнула рукой, и вокруг вдруг стало темно, словно погасло солнце. Издалека, с горизонта, разгоралась другая яркая звезда: она быстро увеличивалась и приближалась, и вскоре ребята поняли, что это несколько факелов вокруг - и три ярких голубых луча.

Словно они попали на одну из страниц Летописи гномов: перед их глазами разворачивалась сцена, когда Арон собрал в чашу кровь его детей, а Эва вмешалась. И с того момента, как чаша взлетела в воздух, действие кто-то замедлил во много раз.

И Ярик вдруг увидел то, чего действительно не заметил в первый раз, на что не обратил внимания: Кинжал медленно выскользнул из руки Эвы и полетел, вращаясь в свете голубых лучей Силы. Он плавно вошёл в шею стоявшего рядом гнома, и брызнувшая из раны кровь так же медленно рассеялась в воздухе. И в тот момент, когда капли пересеклись с лучами Силы, всё начало корчиться и рушиться.

- Гном! Не троекровный ребёнок! Гном! - закричал Ярик, не в силах сдержаться. Ведь все было на поверхности, всё было так просто! От крика эльфа картина оборвалась, солнце ослепило, а потом парень увидел, что его друзья на ногах, не в силах справиться с эмоциями. Теперь они знали.

- Гномы - соль земли, гномы - сама наша земля, - как-то даже радостно пропела Эва. - Как Сила живёт в воде, так она гибнет, попав в землю. Кровь гномов - яд для Силы, и я не знаю, почему... Может, из-за того, что впервые он поселился именно в теле гнома...

- Маги, исследовавшие мою кровь в Академии, говорили, что во мне есть кровь гномов, вот почему кровососы ею травятся, - вдруг вспомнил Истер, повернувшись к Ярику. - Вот почему я ядовит. Сколько нужно гномов, чтобы отравить всех кровососов этого мира? Вы считали? Вы пробовали?

- Это неважно, ведь источники Чужого очищают нити от яда всякий раз, как он проникает в Нити. Ничто не может убить Хищника, пока он питается Силой через свои Источники, - тихо проговорила Эва, словно пытаясь смирить чувства ребят. - Вы можете убить всех ныне живущих Чужих кровью всех живущих гномов, но Сила будет жить.

Ярик переглянулся с Лектусом, потому что Младший Принц, как звала его эльфийка, думал примерно в ту же сторону, что и внук Эйсана. Но пока это была только догадка, а эльф ещё о стольком хотел спросить.

- Что вы знаете о троекровной девочке? - жажда знаний в нём возобладала над эмоциями, и он выбрал один из волнующих его вопросов. Эта тема, как ему казалось, напрямую касалась его самого.

- Троекровную девочку бережно создавали эльфы, которые смотрели Летопись гномов, но не видели истины. Она родилась в племени ныряльщиков, но Конде забрали её и убедили эльфов, что она мертва, - Эва вздохнула. Тяжело, наверное, так много знать - и не иметь возможностей что-то сделать. - В итоге у эльфов тогда остался только один новый вариант: им нужен был отец для нового троекровного ребёнка. И они не стали сильно мудрить.

- Они прокляли род ныряльщиков, чтобы у тех рождались только мальчики, - вдруг осенило Ярика. - Эльфы прокляли их всех ради одного ребёнка.

- Мой племянник считал, что эльфы над законами даже самой Природы, - горько отметила Эва, по-прежнему поглаживая могильную плиту Арона. - Они считали, что миссия моего народа - уничтожить Чужих, которых создала я.

- Их проклял мой дед? - похолодевшими губами пробормотал Ярик, отказываясь верить в это. Одна дело - что кто-то из эльфов изменил судьбу целого народа, а другое - твой собственный дед, с которым ты ещё недавно разговаривал.

- Нет, не он. Проклятия лучше даются эльфийкам, - сухо рассмеялась Эва, поднимая лицо к солнцу. - Это сделала его жена, твоя бабушка. Это проклятие иссушило её - и в конце концов убило. Но она выполнила свою миссию: у ныряльщиков больше никогда не рождались девочки, а в союзе с эльфами рождались только мёртвые дети. Ты, Принц Эйсана, родился только потому, что проклятие твоего деда наткнулось на проклятие твоей бабки...

- Но им не удалось создать нового троекровного потомка? - уточнил Лектус, который явно не очень интересовался происхождением Ярика.

- Они много раз пробовали, но та девочка так и осталась пока единственной, созданной эльфами, - как-то радостно, удовлетворённо ответила Эва, замерев и подставив лицо жарким лучам солнца.

- Но почему вы не сказали им, что ребёнок тут ни при чём? - Истер сложил на груди руки: его явно не беспокоило проклятие чужого народа или судьба какой-то девчонки.

- Разве ты не заметил, Старший Принц? Я живу в Некрополе, я никогда не покидала его с тех пор, как запечатала пещеру с Чужой силой и отправилась на поиски своих детей...

- Вы прокляли себя на вечную жизнь тут? - вдруг догадался Ярик, только теперь понимая секрет такого долгого существования Эвы. И причину горького привкуса магии этого места. - Вы живёте своим проклятием.

- Ты очень умный, Принц эльфов, как мой Эймир, - кивнула она. - Я приговорила себя быть всегда рядом с моим Ароном и детьми, а они здесь. Если я покину остров, я умру. Я буду тут, пока мой Эймир не обретёт покой.

Ярик и Лектус снова переглянулись: теперь оба были уверены в своей догадке.

- Эва, - первым заговорил Лектус, - Эймир ведь жив, - они проследили глазами за рукой эльфийки, которая гладила надгробие старшего сына. - Он добрался аж до Красного города, ведь так? Он спасал нас всё время, предупредил о планах псевдо-Тедиса и Анны. Он показал Алексис пещеру, чтобы спасти Ольгу и Лукаса. Он жил в ирбисе, не так ли? Это ваш сын.

- Он жив, пока троекровная девочка не отпустит его, - кивнула Эва, и в голосе её была вечная Тоска, смешанная с любовью к своему ребёнку. - Он устал и не находит покоя, мой Эймир.

Они молчали, пытаясь осознать всё то, что узнали. Ярику казалось, что его разорвёт от ощущения непостижимости, бесконечности возможностей мироздания.

- И что ему нужно для покоя? - спросил Лектус, всегда предпочитавший мыслить практически.

- Треклятый мальчик встретит троекровную девочку, Волк и Дракон заставят заговорить Молчавших, и Петля Времени распрямится, отпустив на волю узников крови, - тихо проговорила Эва. - И это скоро случится, потому что и мальчик, и девочка уже родились, - и она вдруг открыла вполне осмысленные глаза, которые в упор смотрели на Ярика.

- Отлично, всё это очень интересно, - хмыкнул Истер. - Но нам нужно найти источники кровососа. А о них, судя по всему, знает только летающий где-то Эймир, нет? Как нам его найти?

- У вас есть девочка-следопыт, я её чувствую по ту сторону тумана, - глаза Эвы опять подёрнулись дымкой, а голос стал ровным и спокойным.

- Почему вы оставили её там? И Джеймса?

- Лишние мысли утомляют, - хмыкнула Эва, и только теперь Ярик понял, что скорее всего эльфийка всё-таки читает мысли. Та, кажется, дёрнула уголком сухих губ.

- Да, следопыт есть, но у вашего сына вряд ли есть след, - скептически отозвался Истер, которого занимало лишь одно - уничтожить Чужих. Он словно вёл словесную дуэль с той, кто создал Правящих.

- Мой сын - Душа, а души всегда оставляют след, - эльфийка вдруг улыбнулась, словно сейчас перед собой видела своего сына. - Его Путь начался тут, с этого камня, - и Эва погладила могилу Эймира.

- Хорошо, мы найдём его, но есть ещё проблема, - вдруг заговорил Лектус, который почти всё время молча слушал и смотрел. - Как я понял, душа, - он запнулся на этом слове, - ваш сын не говорит ни с кем. Он даже с Алексис не заговорил.

- Он Душа, - снова повторила эльфийка. - А разве не живёт на свете девочка, способная видеть Души и говорить с ними?

Ярик хлопнул себя по лбу, удивляясь, что почти все ответы лежали на поверхности, прямо перед ними, а они даже не удосужились просто о них подумать. Но живущая в изоляции эльфийка всё о них знала. Почему?

- Нет, - вдруг заговорил Лектус, - вы не втянете в это Ксению. Я не позволю.

- Вы все в это уже втянуты. Кольцо замкнётся, и все пророчества сбудутся, - пробормотала Эва. Ярик нахмурился, ощущая странную сонливость, которая буквально накинулась на него. Его обнял туман, и маг за секунду понял, что происходит, но ничего не успел сделать.

- Ярик! Ярик, проснись! Ну давай!

Он открыл глаза и сел, словно не прерывал мысль, а просто на секунду её остановил.

- Её нет, да? - парень оглянулся: над ним стояла встревоженная Гретта, а Джеймс тормошил завалившихся на камни Лектуса и Истера.

- Кого? Мы увидели, как вы вошли в туман, пошли за вами, а вы тут дрыхните! - возмутился Джеймс, стоявший над друзьями. - Вы с ума сошли, что ли?

- Что это было? - пробормотал Истер, потирая затылок и тоже оглядываясь. - Какого чёрта?!

- Это был не туман, это была магия эльфов. Всё, что с нами было, произошло не здесь, - пояснил Ярик, но друзья явно его не поняли. - Помните, так моя мама помогла Алексис, в Красном городе, когда она коснулась Кинжала? Так исцелился я после укуса зверя в море. В пространстве магии эльфов время течёт по-другому. Эва живёт там, и не она к нам выходит, а нас туда заманивает.

- Мой мозг сейчас взорвётся от всего, - проворчал Истер, мотая головой, словно больше ничего не хотел слышать.

- Вы всё-таки встретили Эву? - уточнила Гретта и оглянулась: в стороне Лектус что-то быстро рассказывал Джеймсу, и тот выглядел слегка ошарашенным. - Что она сказала?

- Что нам надо найти Эймира и сделать это сможешь только ты, - хмыкнул Истер, вставая и подходя к могиле старшего сына Эвы. - Бери след, ищейка.

- Истер, перестань! - одёрнул его Ярик. Он несколько мгновений размышлял, сопоставлял, думал.

- Истер, ты пойдёшь с Греттой.

- Почему?! - возмутился старший Принц, оглядываясь на подошедших к ним Лектуса и Джеймса.

- Ты живучий, да и Сакран намекал на то, что вы сможете разговорить даже камни, - хмыкнул Ярик, кивнув на могильную плиту, с которой, как сказала Эва, им придётся начать поиск.

- Да и я кровосос по рождению, ты забыл добавить, - зло дополнил ответ друга Истер, сузив глаза. - Я их почую издалека.

- Возможно, Эймир всё ещё где-то рядом с Академией, - пожал плечами Ярик, не собираясь реагировать на очередную вспышку агрессии старшего Принца. - Найдите его и возвращайтесь в школу, мы будем там вас ждать. И, Истер...

- Что?

- Будьте осторожны.

## Глава 12. Заблудшие Души


Она была счастлива. Вокруг рушился мир, гибли люди, а она в данную минуту была впервые за долгие годы абсолютно счастлива.

Эйлин любовалась спящим рядом Александром: за последние десятилетия она так редко просыпалась рядом с любимым мужчиной, и обычно - со страхом, что через несколько дней они опять расстанутся. А сегодня утром она открыла глаза, понимая, что теперь он всегда, вечно будет рядом - её Дхан.

Эльфийка села на постели, ощущая покой Академии - на рассвете тут не спал лишь Фрей да пара вернувшихся как-то в Древо флокков. Эйлин автоматически начала заплетать косу, глядя на широкую, покрытую шрамами, спину Александра.

Он спал ничком, глубоко и спокойно, засунув руки под подушку. Раньше он так не спал, она помнила. Сейчас он был весь расслаблен, погружён в сон. И Эйлин слушала его равномерное дыхание, зная, что в её постели лежит волк в обличье человека. Но разум никогда не покидал Дхана, поэтому мало кто мог заметить это.

А эльфийке было всё равно.

- Эйлин.

Она вздрогнула, поднимая глаза на появившегося в стене Фрея. У него были усталые глаза, и женщине стало даже как-то неуютно, что она такая счастливая и отдохнувшая.

- Тебя ищет Ксения. И зовёт Электра. Нужна помощь.

- Я иду, - тихо ответила эльфийка, спуская ноги на прохладный деревянный пол. Что случилось? Зачем она нужна Правительнице Водного мира и её дочери, да ещё и одновременно?

Она взяла платье и скрылась в маленькой ванной. Перед тем, как покинуть комнату, она ещё раз взглянула на спящего Александра, счастливо улыбнулась и нарисовала проход.

- Куда?

- Скажи Ксении, что я найду её, как освобожусь, - ответила тихо Эйлин, решив, что сначала должна помочь - в чём бы ни состояла помощь.

Фрей позволил ей ступить сразу в комнате, где находилась Электра. Правительница Водного мира спокойно ждала эльфийку у окна тёмного зала, где раньше жили потомки Чужих. Здесь был тяжёлый запах пепла, крови и птиц. Странная смесь.

Эйлин взглянула на прекрасную Правящую и поняла, что стоящее перед ней Существо очень страдает. Словно отражая счастье эльфийки, Электра горела и мучилась от разлуки с мужем.

- Я не знаю, как помочь Анне, - Правительница Водного мира сразу же перешла к делу, шагая навстречу Эйлин. - На ней проклятие, которое вскоре её убьёт. Моих сил и знаний не хватает. На ней магия, которая эффективно сражается с любым заклинанием. Я уже всё испробовала. Разве что достать Кинжал и Посвятить её, но боюсь, что даже Сила её уже не исцелит.

- Где она?

Электра ничего не ответила, быстро пересекла комнату и открыла дверь в другую - небольшую, наполненную мягким светом волшебного шарика, порхающего под потолком. Здесь была только кровать, и на ней неподвижно лежала Анна, накрытая каким-то магическим куполом.

- Это моя магия, но она забирает много сил. Мне постоянно нужна кровь, - спокойно объяснила Электра, стоя позади Эйлин. Вот откуда запах крови в комнате. - Я никого не убила, Кристин принесла мне достаточно, - словно пресекая вопросы, сказала Правительница.

- Ярик будет в гневе, если узнает, что ты пила кровь Кристин, - также спокойно ответила Эйлин, магией прощупывая девушку под щитом. Щит был сильным, мягким, сладким - словно его создала обычная волшебница, а не Чужая.

- Ты можешь помочь?

- Я пока заберу её отсюда, так сказать не могу, - Эйлин не знала, сможет ли помочь девушке даже за гранью этого мира, но точно могла сказать, что здесь уже никто не спасёт Анну.

- Тогда я уйду, чтобы не мешать.

Обычно переход давался Эйлин легко: словно из душной комнаты в прохладу летней ночи в горах. Именно так с раннего детства она ощущала Туман Магии, другое пространство. Оно лечило, оно учило, давало надежду, дарило любовь, помогало прикоснуться к тому, что казалось недосягаемым. Это был мир возможностей, недоступных тем, кто не был эльфом.

Сейчас пришлось преодолевать сопротивление материи: так было всегда, когда Эйлин отсюда, из Тумана, тянулась к заражённым Чужой силой. В последнее время это происходило часто: сначала Алексис, потом Ярик, потом Лукас...

Наконец, она дотянулась до Анны и положила её на Стол: девушка едва заметно мерцала, тёмные вязкие струи Силы окутывали хрупкое тело. Эти струи Эйлин знала и легко бы справилась с ними, но их пронизывали другие, незнакомые эльфийке раньше. Словно капли грязного дождя, словно пятна сырой земли...

- Это Воля Конде. С ней могут справиться только сами Конде, да и то не все.

Эйлин вздрогнула - и обернулась от Анны. И ещё до того, как взгляд нашёл говорившую, она почувствовала смесь из Тоски эльфов, древней магии и волшебной силы.

Из Тумана появилась прекрасная Древняя эльфийка, Высшее создание, о котором она только слышала. Никто из поколения Эйлин не верил в существование Древних: просто никто не мог понять, что движет эльфом, который проклинает себя и питается силой проклятия.

Но перед Эйлин сейчас было именно Древнее Существо, когда-то давно родившееся эльфийкой. Туман питал её проклятие: Магия входила в неё и выходила, своей силой заставляя сердце Существа биться. Это было похоже на ту силу, что длила жизнь Александра, силу Дхана.

- Кто ты? - спросила Эйлин, вглядываясь в Древнюю.

- Тебе нужно торопиться, чтобы спасти эту Чужую. Сама Земля этого не хочет, да и Чужая этого не хочет, как и тот Защитник, которого ты приводила сюда раньше. Ты спасаешь тех, кто не хочет быть спасённым.

- Как мне её спасти? - Эйлин зацепилась за слова Древней о том, что нужно торопиться.

- Я тебе уже сказала: это магия Конде, магия самой Природы, - эльфийка не приближалась, и, казалось, совсем не двигается, даже губы едва шевелятся. - Воля Конде никому не подчиняется.

- Но где взять Конде? Да ещё Конде, который согласится помочь?

- У тебя есть их Принц, - шелестом рассмеялась Древняя, - рядом с твоим Принцем. Он сможет всё, когда прикоснётся к Судьбе.

- Прикоснётся к Судьбе?

- Он уже встал на этот Путь, все они встали, - прошелестело Существо, - камни заговорят, Души обретут покой, кровавая река оборвётся. А теперь иди, они уже близко!

И Эйлин впервые за века жизни почувствовала, как Туман её вытолкнул, словно отверг. Было ощущение, что оставшаяся там эльфийка была этой Магией, самим мирозданием.


Но оказалась она не там, откуда шагнула в Туман: её вытолкнуло в госпитале, где единственным пациентом оставался умирающий Лукас. Эйлин не стала на него смотреть - одного ощущения угасания было достаточно, чтобы понимать: уже никто не сможет ему помочь.

Права была Древняя: защитник не хочет жить, он сдался.

Рядом с Лукасом сидела осунувшаяся Ольга с лихорадочно-упрямым выражением усталых глаз. Она горела рядом с другом, не в силах ему помочь. Лукас спас её - ценой своей жизни.

- Эйлин.

Эльфийка повернулась к окну, навстречу Ксении. Свет проникал через окно и ярко отражался в золотых волосах девушки, прижимающей к себе толстую старую книгу так, словно от книги зависит жизнь.

- Я знаю, как спасти Лукаса, но мне нужна ваша помощь, - тихо проговорила бледная девушка. Эйлин чувствовала, что Ксения замёрзла: такие вещи эльфы легко ощущали. Но в комнате было тепло.

- Ты в порядке?

- Джеймса нет рядом, - пожала она плечиками, потом встала и протянула Эйлин старую книгу. - Когда я была... у вашего отца, то мне разрешали пользоваться библиотекой. Я искала свитки про тех, у кого был такое же дар, как у меня. Известно о двух эльфийках, которых звали Целительницами душ.

- Да, это Дар Светлых, - осторожно кивнула Эйлин. Читала ли Ксения о том, что в итоге случилось с обеими целительницами? Помогая другим, они сгорели, словно свечи, оплавленные пламенем, - они дарили свет и тепло, угасая.

- Эльфийка Элив помогла своему брату, спасла его, когда никто не мог вернуть его к жизни, - тихо проговорила Ксения. - И я тоже так могу, но нужны руны, а их...

- Может начертать только эльф, - кивнула Эйлин, осторожно оборачиваясь к лежащему неподвижно, слабо дышащему Лукасу. В глазах сидевшей рядом с ним Ольги разгоралась надежда: волшебница чуть подалась вперёд, ожидая ответа. - Ксения, твой Дар велик, но он может тебя погубить. Тебе просто не хватит сил.

- Я смогу, - твёрдо ответила Ксения, подняв на эльфийку ясные голубые глаза. - Вы не смотрите, что я слабая... Я с трёх лет выживала в подземельях Красного Дворца, зная, что могу в любой момент умереть. Жила, каждый день ощущая, как люди уходят в вечность. Я целитель, а это, - она указала на Лукаса, - человек, который нуждается в моей помощи.

Эйлин подняла руки, показывая, что сдаётся.

- Давай хотя бы подождём Джеймса, он скоро вернётся.

- Нет, у Лукаса нет этого времени, - покачала головой Ксения. - Нужно прямо сейчас, я чувствую его пропасть, давно чувствую, но сейчас край совсем близок.

- Хорошо, - вздохнула Эйлин, и выдох Ольги за спиной показал, как она ждала этого решения.

- Вам придётся пойти со мной, - вдруг произнесла Ксения, глядя на подругу Лукаса. - Я чужая для Лукаса и могу лишь быть проводником.

- Оля, ты не понимаешь... - осторожно начала эльфийка, пытаясь остановить целительниц. Она должна предупредить о последствиях. - После этого для тебя всё изменится. Ты изменишься.

- И что? Он ведь будет жить, - перед Эйлин снова была железная, твёрдая в любых решениях Ольга. Она повернулась к сестре Лектуса: - Ты знаешь, что делать?

- Ольга, ложитесь и возьмите Лукаса за руку. Эйлин, пишите на моей руке две руны, как в книге, - тихо проговорила Ксения, садясь в изножье кровати больного. - Всё будет хорошо.

Эйлин кивнула, прикасаясь к бледному тонкому запястью целительницы - и притягивая Туман, который бы мог дать Ксении сил.


Когда-то давно, в детстве, она мечтала, чтобы у неё была волшебная сеть, чтобы ловить уходящие в вечность души. Сегодня она сама была такой сетью.

Ксения лишь на миг прикрыла глаза, когда Эйлин завершила вязь рун, - и открыла уже за Гранью. Там, где пребывал сдавшийся Лукас.

Мир его Души был окутан сумраком, воздух отдавал безнадёжностью и смирением, ветер был насыщен горечью и рассеивал по глубокому ущелью боль прошедших лет. Ущелье было глубоким, страшным. Кажется, по дну, далеко-далеко, ветер носил пепел чёрной, сгоревшей надежды.

Именно так Ксения ощутила пространство вокруг - всего за секунду. В следующее мгновение она поняла, что стоит на краю обрыва и смотрит вниз. Туда, где на узком каменном выступе, на самом краю бездны, стоит Лукас, или его Тень.

Выступ крошился под его ногами, а мужчина ждал, ничего не делая. А нужно лишь протянуть руку, ухватиться за край - и выбраться.

Но он ждёт.

- Лукас!

Ксения отступила, ощущая руку Ольги, которую она держит где-то там, в мире живых.

- Лукас, не смей! - волшебница опустилась на колени над обрывом, пристально глядя на друга. Тот вздрогнул, как в судороге, - ещё несколько камней выступа осыпались. - Лукас, я запрещаю тебе, слышишь?!

Ольга здесь выглядела по-другому: намного моложе, ярче, более живой, полной счастья. И Ксения знала, что это почему-то причиняет Лукасу боль.

Ну, конечно, для Лукаса Ольга была чужой женой, женой лучшего друга. Именно такой образ жил в нём - и толкал в пропасть.

- Ты не можешь оставить меня, Люк, - уже тихо проговорила женщина, садясь на край ущелья, ближе к умирающему.

- Я тебе не нужен.

- Глупости, - фыркнула Ольга даже со злостью. - Ты сам себе это придумал.

- Тебе нужен не я.

Ксения увидела, что Лукас чуть повернул голову к сидящей выше него Ольге. В ущелье было холодно, очень холодно.

- Глупости, - повторила Ольга, - ты сам себя в этом убедил!

И вдруг из ущелья поднялся Ветер, и перед ними закрутился пепел Времени, который показывал им странные отрывочные сюжеты, запечатлённые в памяти Лукаса. Да, это была его память.

- А ну не трожь её! - он ударил какого-то мальчишку, даже не поднимая руки, он ведь защитник. Повернулся: тёмный парень, его лучший друг, уже поднимал маленькую Ольгу с пола и заботливо поправлял на ней платье.

Он наблюдает издалека, украдкой: Ольга красивая, у неё длинные рыжеватые волосы, в которых отражается весеннее солнце. Она смеётся, уворачиваясь от Элиота, а потом поднимает голову и смотрит прямо на него. - Лукас, иди сюда!

- Как думаешь, наши заявки в Дозор рассмотрят? - Элиот сидит на парте, вертя в руках свиток с отметками по экзаменам. - Мы с Ольгой уже подали свои, а ты?

Он стоит за углом, слушая, как они разговаривают - тихо, шепчась. - Почему он отказался? - Не знаю, я спрашивал, не отвечает. Не переживай, это же Лукас, я его уговорю, - Элиот, как всегда, смеётся. - Нельзя уговаривать, Эл! Такое решение нужно принять добровольно, - Ольга, кажется, сердится. - А если бы я отказался? - Я бы тебе не позволила, я без тебя там не смогу.

В дымке - танцующая Ольга, и он смотрит на её силуэт. Взрослая красивая женщина пытается выразить свою тоску. И ему больно от этого - от её боли и от понимания, что она не может без Элиота...

Ольга, держащая на коленях большую белую собаку, рыдающая в комнате, где она была счастлива с другим. И осознание, что этот другой никогда не уйдёт, даже после смерти...

- Хватит!

Лукас вздрогнул, и ветер стих, нырнул обратно в ущелье, унося с собой полные боли воспоминания. Дышать стало легче, но по щекам текли холодные слёзы, и она знала, что Ольга тоже плачет.

Ксения чувствовала, как леденеют руки и плечи, ноги, как холод прокрадывается глубоко внутрь. Это не ёё холод, чужой, но защититься от него сложно, невозможно.

- Хватит цепляться за прошлое! - кажется, Ольга разозлилась, вытирая щёки. - Ты сам выбрал свою жизнь, ты ушёл. Я это понимаю, теперь ещё лучше понимаю. Мы были слепы и эгоистичны, но это уже прошлое. Но сейчас... Не смей оставлять меня одну теперь, слышишь?!

Он не реагировал, но Ксения была уверена, что он слышит. А камни медленно осыпались под его ногами, грозя обрушиться в ущелье - и утянуть Лукаса за собой. Ольга тоже это понимает, готовая в любой момент схватить друга, но она не удержит, если он не захочет.

И целительница прикрыла глаза, ощущая лишь руку Ольги, вызывая её Ветер Памяти, помогая им обоим увидеть то, чего не помнил или не знал Лукас.

Ей страшно и одиноко, но она не сдастся, она ведь теперь не одна. Она видит перед собой полный детей класс. Вот мальчик, вот ещё один, и вот этот - она посмотрела на юного, чуть улыбнувшегося ей Лукаса. Всё будет хорошо.

- Я Ольга. - Лукас, - мальчишка смущается, кажется, даже краснеет. Смешной и милый, спокойный, не то, что его шебутной друг. - Элиот! Но ты можешь звать меня Эл!

- Люк, ты в порядке? Бледный такой, - она смотрит на друга и ощущает тепло и стремление помочь, беспокойство. Порывается его приобнять, но он уходит от объятий. Всегда уходит. От этого немного больно.

- Ты не видел Лукаса? - она беспокоится, а Элиот пожимает плечами. Лукаса нет, его не найти, и это неправильно. Что-то с другом происходит, и от этого их с Элиотом простое, юное счастье мрачнеет, оно неполное. Никогда не будет полным.

Она плачет, перебирая вещи Лукаса, складывая их в коробку, зло вытирая слёзы с щёк. - Вот только попадись мне, я тебя поколочу! Никогда не буду с тобой разговаривать! - зло шепчет, прижимая к себе старый свитер.

- Лукас, спасибо тебе, ты спас его. Ольга вздрогнула, в упор посмотрев на мужчину, завёрнутого в плащ. Тёплая волна узнавания и злости, и любви. - Лукас?!

Она любовалась Лукасом, окружённым волшебными существами в волшебном лесу, и ощущала тепло. Давно не было такого покоя, а тут словно на мгновение из отчаянной тёмной боли - в летнее тепло.

- Ты не можешь меня оставить, - прошептал Ветер, или, скорее, это была Ольга, отгонявшая прочь воспоминания.

- Я сделал, что мог. Я тебя спас.

Ксения почувствовала подкатывающую к горлу дурноту: одиночество Души отнимало у неё силы. Но она должна держаться, сколько нужно, ведь Лукас начал откликаться, значит, надежда есть.

- Ты нас спас. А теперь просто живи, слышишь? - волшебница протянула руку в надежде, что Лукас протянет ей свою. Ксении показалось, что уступ перестал осыпаться. Или ей просто так этого хотелось?

Целительница последним усилием воли снова призвала Ветер, чувствуя тепло Памяти Ольги - и стремясь показать его Лукасу, окутать его.

Она плакала, баюкая собаку, летя в бездну эмоций и горя, от которых так долго пряталась. Боль захватила её, но тёплые руки окутали её, вырвали из этого моря. - Я помогу. Не брошу, никогда не брошу.

- Ты мне обещал, - прошептала женщина, и Ксения сквозь дымку дурноты видела, что Лукас поднял лицо, по которому текут слёзы. - Ты мне нужен, Лукас.

Целительница осела, чувствуя, что ослабла. Ей было очень холодно, и хотелось закрыть глаза, отпустить руку, которую она ощущала...


- Держись, я помогу.

Она вздрогнула и открыла глаза. Ущелье исчезло, рука Ольги ускользнула, осталась только белесая тёплая дымка, которая будто поддерживала её, не давая упасть. Девушка огляделась и поняла, что сидит на берегу бескрайнего тёплого моря, а вокруг - тишина. Маленький пустой остров среди бесконечной воды.

Место отдыха для замёрзшей, уставшей души.

- У вас всё получилось, Защитник отошёл от края, - это сказал высокий красивый мужчина, сидевший на песке рядом с ней. В его коротких тёмных волосах весело играл ветер, на смуглом лице отдыхали солнечные лучи. В одном из ушей, заострённых кверху, - красная серьга-гвоздик в форме капли. Мужчина улыбался, но карие глаза оставались серьёзными, усталыми. Словно в них поселилась вечность.

- Вы Душа, - пробормотала Ксения, не задумываясь. Она теперь знала, как ощущается человек, а как - его Душа.

- Я Эймир, - улыбнулся мужчина. - Крепись, черпай силы из песка, пока не придёт твой Защитник.

- Джеймс?

Он ничего не ответил, только пристально смотрел на Ксению тёплым взглядом. Она почувствовала, что согревается, оттаивает рядом с незнакомцем.

- Ты очень на неё похожа, - благоговейно проговорил Эймир.

- На кого?

- На Есению, на мою сестру, - улыбнулся мужчина, - как и ты, она была прекрасная и чистая. Солнечный луч на воде ручья.

- Мне кажется, что я вас знаю, - прошептала Ксения, зарываясь босыми ногами в горячий песок на берегу. - Такое ощущение, что мы давно знакомы.

- Ты меня знаешь, я давно ждал возможности поговорить. Я ждал тебя здесь.

- Кто вы?

- Я один из двух, рождённых от Владыки мира. Тот, кого волшебники и эльфы искали по всему миру веками, - тихо рассмеялся мужчина, но глаза его всё равно остались тоскливыми.

- Вы тот, о ком говорил Ярик? Из пророчества?

- Да, и я нашёл исток 'кровавой реки' Чужого и два Узла, что держат его в нашем мире, давно нашёл, но не успел их уничтожить. Дэмир, мой брат, не позволил мне этого. Думаю, он догадывался, что я не рад быть Правящим, не одобряю того, что делал отец. И когда я понял, где находится Источник...

- Он вас убил.

Эймир кивнул, глядя куда-то вдаль, на воду. Ксения чувствовала непримиримую тоску Души, которая с ней говорила.

- Моё тело давно мертво, но я крепко привязан к этому миру Узлом, что создал отец, - Эймир вздохнул, прикрывая глаза, словно обращаясь куда-то вглубь, в себя. - Я не хотел этого, я говорил маме, что нельзя верить Чужаку, даже уговорил её подождать, но Чужак это почуял - и заставил её убить отца.

- Заставил?

- Мама никогда бы не смогла остановить сердце папы. Но отец погиб - и всё изменилось, нам пришлось отдать принца Конде Чужаку. Тот поселился в крови отца, просачиваясь в наш мир. И добрался до нас - отец отдал Чужаку Дэмира и Есению, и я не мог оставить сестру.

- А брата?

- Брат хотел стать Правящим, ведь он не был эльфом, он боялся смерти, - как-то зло откликнулся Эймир, но попытался смягчить слова полуулыбкой. - Я пытался уберечь сестру, даже спрятал её, но Дэмир нашёл и отдал её отцу.

- Отдал?

- Есения не полностью принадлежала этому миру, понимаешь? Она была чистой и наивной, в чём-то безвольной. Отец с Дэмиром считали, что Сила сделает сестру правильной, такой, как другие.

- Но это убило её, - прошептала Ксения, вспоминая историю о трёх детях первого Правящего. - Она погибла по пути в Красный город, и вокруг её могилы основали Некрополь.

- Это было позже. А сначала мама попыталась убить отца, и разгневанный, раненый Чужак обрушил на неё камни. Но в ней тоже ещё была Сила - с тех пор, как Чужак заставил маму проткнуть отца кинжалом.

- После обрушения пещеры Владыка увёл нас, мы были ему важны, а мама - нет. Ночью я вернулся, нашёл и принёс маму гномам, которые её выходили. Я сбегал от отца, чтобы помочь маме остановить Чужака, запереть Врата. Я принёс ей кровь брата и сестры, чтобы она смогла создать Ключи, но это не остановило отца и Чужого.

- Потом отец увёл нас на запад. Мы обосновались в одном из поселений - и отец, уже ставший первым Правящим, убедил многих последовать за ним. Отец говорил людям, что они никому не нужны и только сами могут себя спасти - с помощью Силы. Так появился Северный город. Дэмир помогал отцу, брат жаждал бессмертия и власти...

- А сестра?

- Сначала всё шло так, как задумал отец: Есения действительно стала более... земной, - кажется, Эймир не знал, как описать состояние сестры. - Отец выдал её замуж за верного ему Посвящённого, и в последующие годы Есения трижды была беременна, но родила только на четвёртый раз. И это исчерпало её: она использовала свою магию, не думая о последствиях, - и Сила уничтожала её.

- Вы не могли помочь?

- Тогда я слишком много времени посвящал поиску ответа на вопрос, как остановить Чужака. Следил за отцом, изучал его, чтобы разобраться в происходящем. Мама ведь пыталась убить того, кем стал Арон. Конде пытались это сделать, эльфы. Я был с ними в сговоре - и не уделял сестре внимания. Мне казалось, что борьба с Чужаком - важнее.

- В итоге она умерла, - вздохнула Ксения, подтянув колени и обняв их руками. Она хотела плакать, думая о судьбе душевнобольной девушки, которая оказалась игрушкой в руках отца и брата.

- Отец напитывал её Силой, как и нас, и это её убивало. Тогда Владыка уже насытил Северный город Посвящёнными и первыми Правящими, посвятил Дэмира - и решил ехать на юг, чтобы дать Чужаку новые пути проникновения в мир, - вздохнул Эймир, повернувшись к Ксении.

- Отец оставил Дэмира в Северном городе, брат, конечно, был в гневе, считая, что более достоин быть рядом с Правителем, чем я. Но он не был эльфом, ставшим Правящим. И мы отплыли.

- Сестра умерла на корабле, я похоронил её на красивом острове. И смог убедить отца, что тут можно основать город - и на островах осталась семья Есении с группой преданных ей и мне Посвящённых. Какое-то время спустя там поселилась наша мать. Они долгие века и после моей смерти жили на островах в мире с людьми, принимая в Некрополе всех, кому нужна была помощь.

- Дэмир убил вас, потому что хотел быть наследником Красного города?

- Дэмиру всегда было сложно. Он был урождённым Конде, но наследником те объявили меня. Я родился эльфом, практически бессмертным, а ему для этого нужно было стать Правящим. Тогда мы ещё не знали, что даже Чужие приходят к своему концу, - усмехнулся Эймир. - Отец оставил брата на севере. Но Дэмир знал, что я хочу уничтожить Чужака.

- И тогда он приехал и убил вас.

- Да, узнал, что я раскрыл место Узла стихий, что создал отец. Но не успел его уничтожить. Мама предупредила меня - и я, по крайней мере, спас свою семью, мой род не прервался. Родные похоронили меня вместе с отцом и сестрой, тем самым спрятав Узел отца от всех в Некрополе.

- Поэтому вы здесь? Ваша Душа.

- В том числе. Осознав себя вскоре после смерти, я понял свою ошибку - не рассказал никому то, что я узнал, - он с печалью посмотрел на Ксению, и девушке захотелось обнять одинокую, скитающуюся по миру Душу.

- Я первая, с кем вы можете говорить с тех пор? - тихо спросила она.

- Да. Я пытался говорить с семьёй: являлся во снах сотням потомков, которые были готовы меня слушать. Но они либо забывали о том, что я им рассказал, либо не воспринимали всерьёз. Но некоторые из этих снов появлялись по всему миру в виде рисунков на стенах, схем в книгах и сказок, превратившихся в предания, - он горько усмехнулся. - Обо мне знала лишь мама, она чувствовала меня, но даже с ней я не мог поговорить.

- Почему?

- Вечное молчание мороков, это старая история.

- Вы морок?

- В какой-то степени. Иногда я вселяюсь в животных, чтобы обрести тело в мире, но с людьми это не работает, я пробовал, - Эймир улыбнулся каким-то своим воспоминаниям, а потом сел прямо, словно прислушиваясь:

- Твои друзья скоро вернут тебя в материальный мир, - спохватился Эймир, испугавшись, весь подобрался: словно воспоминания его расслабили, возможность рассказать о себе помогла отдохнуть от вековых скитаний. - Слушай внимательно и запоминай: я не знаю, когда в следующий раз мы сможем поговорить.

- Узлы Силы Чужого может уничтожить только равная им Сила нашего мира. Она перережет, уничтожит нити. Первый Узел - это вся покорённая магия: тёмная, светлая, высшая. Это я - волшебник, эльф и Конде по крови. Этот Узел уничтожит триада крови.

- Триада крови?

- Второй Узел - четыре покорённые стихии этого мира, - Эймир торопился, говоря всё быстрее и быстрее, а голос его становился тише и даже прерывался, - только после... Узлов уничтожьте Источник, ... у Врат и водопада. Ключ с руной... в семье Есении, только им... доверять...

Ксения увидела, как он коснулся рукой уха с серьгой, на лице его на миг мелькнула паника, а потом всё исчезло - и море, и солнце, и побледневший Эймир. Она моргнула - на неё с беспокойством смотрели Лектус и Джеймс, а над ними серел потолок госпиталя в Академии.

- Ксени? Как ты?

- Я говорила с сыном Первого Правящего, - прошептала она растерянно. Она чувствовала себя очень плохо, слабость кружила и накатывала, было тяжело шевелиться. Но она должна передать друзьям послание. - Он рассказал, как уничтожить Чужую Силу.

## ЧАСТЬ ПОСЛЕДНЯЯ


## Глава 1. Первый Узел.


Гретта Фауст стояла у могилы Первого Правящего и его детей на острове-некрополе посреди огромного океана в мире, который раньше принадлежал людям и волшебникам, а теперь почти полностью перешёл под контроль Чужих.

Она родилась в этом мире семнадцать зим назад, в каменном замке Утёса, и всегда знала, что однажды вступит в Дозор, где она росла. Её отец этого не хотел, хотя часто повторял, что ему нужен маг-следопыт. Он это делал, чтобы она училась и не убегала из Академии, куда её отправили, когда в бою с Чужими погибла её мама.

Но Гретта никогда не чувствовала себя сиротой: у неё были отец, суровый, но любимый дядя, чуть сумасшедшая бабуля Изергиль и все те дозорные, среди которых она выросла.

Были.

- Ну что, ты будешь стоять или уже попробуешь найти следы этого духа или кто там теперь сын Первого кровососа? - пробурчал парень: он стоял по другую сторону могилы Эймира. На плите полустёртыми буквами шла надпись: 'Пусть камень сохранит до возвращенья, когда твои потомки будут дома'.

- Я пока не очень понимаю, как найти Духа, - призналась девушка, чувствуя дискомфорт от этого признания. Когда рядом был полукровка, ей казалось, что между ними постоянно идёт спор или состязание, но в чём, понять она не могла.

- Если верить твоему любимому Сакрану, то мы с тобой должны разговорить камни, - хмыкнул старший сын Байрока, подставляя лицо яркому солнцу. Если бы не могилы и вся ситуация, Гретта бы наслаждалась покоем, теплом и зеленью этого места: она всю жизнь прожила в неприветливом климате Севера, а в последнее время много мёрзла.

Они мёрзли, когда покинули Академию и кинулись к Утёсу, чтобы помочь Дозорным отбить атаку Чужих в первые часы после падения Купола. Тогда они ещё не понимали масштаба вторжения: кровососов были целые полчища, и добраться до Утёса никто не смог.

Они мёрзли, прячась от Чужих в заброшенных подвалах и в лесу, а потом - когда её схватили с группой детей Правящих. Они искали еду и нарвались на десяток кровососов. И те не убили - погнали пленников в город Наместника, и тогда было особенно холодно.

Она мёрзла в подвалах Арены, куда их загнали, чтобы затем выпустить на потеху кровососам истреблять друг друга. В камерах было тяжело дышать и невозможно спать, но сильнее всего её донимал холод.

А сейчас ей было очень тепло - от солнечных лучей, морского бриза, даже от птиц, что пели где-то в листве на дальнем конце острова. Ей здесь было хорошо, словно дома, хотя она выросла в холодном каменном замке Утёса.

- Фауст, ты оглохла, что ли? - Истер говорил с меньшей агрессией, чем обычно, и Гретта лишь улыбнулась ему. - Совсем свихнулась, - фыркнул он в ответ на улыбку. - Чему ты радуешься?

- Мы живы, мы здесь, у нас есть шанс спасти этот мир, - пожала она плечами и опустила взгляд на могильную плиту. Старая, чуть потемневшая, в каком-то роде красивая. Буквы надписи почти не стёрлись от времени. Помимо них - завитки и желобки, словно для отвода воды, и магические символы. Гретта их знала: знаки эльфов, людей и Конде. Они изучали их в Академии.

Она отвела взгляд от могилы Эймира и осторожно наступила на неё, прикрывая глаза и пытаясь почувствовать Путь и Направление. Очень мешали следы Эвы, этого могущественного Существа, которое веками ходило здесь, касалось руками. Ещё Гретта чувствовала знакомый след - Алексис, но это неудивительно, ведь они с Лектусом тут уже были. Наверное, след младшего Принца тоже должен быть где-то рядом.

Больше ничего.

- Как заставить эти камни говорить? - зло пробубнил Истер, вышагивая рядом в нетерпении и то и дело подбрасывая в воздух какой-то тёмный камень. - Ярик вообще гений: бросил нас тут и умчался в Академию, под бок Кристин...

Последнее он произнёс таким тоном, что Гретта не выдержала:

- Слушай, тебе не надоело?! - Гретта легко оказалась перед ним, гневно глядя в странные нечеловеческие глаза. Полукровка и так бесил её без конца, но девушка обычно старалась сдерживаться. Но не сейчас, когда мир рушился, а оставшиеся в живых люди, маги и волшебные создания пытались его спасти.

- Что опять? - тут же перешёл на агрессивно-защитный тон Истер, сложив на груди загорелые сильные руки. Люди, пришедшие с юга, отличались от северян этим загаром.

- Не надоело строить из себя жертву? - девушка его не боялась, наоборот, ей хотелось взять полукровку за плечи и встряхнуть пару раз. Или ударить, чтоб дурь выбить.

- Жертву?! - прорычал парень, нависая над Фауст, но и тут она не испугалась. - Да я...!

- Ты, всё время ты, - фыркнула она. - Ты так привык быть жертвой, что теперь не можешь без этого жить! Скажешь, нет? - она начала загибать пальцы. - Бедный несчастный полукровка в северной деревне. Думаю, били тебя нещадно, пока ты не научился бить в ответ. Люди не терпят кровососов, даже если это ребёнок.

Истер хотел что-то сказать, Гретта видела, как пылают гневом и ещё каким-то чувством его глаза, как наливаются они красным. Костяшки пальцев, сжавших камень, побелели.

- Папа похитил маму, папа плохой, я плохой, беда, - фыркнула Гретта, наблюдая за Истером. Она по-прежнему его не боялась, она очень хотела до него достучаться. - Папа убил маму, а ты, бедный, несчастный, одинокий, так страдал, добираясь...

- Замолчи, - прошипел полукровка, но девушка не собиралась его щадить.

- Ты такой весь одинокий борец за людей, никто тебя не понимает, магии в тебе не очень-то много. Ты всё это пережёвываешь и не можешь уже по-другому, тебе вечно нужно бороться со всем миром. Ты поэтому убедил себя в том, что влюбился в Кристин, ведь тогда ты несчастная жертва безответной любви. И все носятся вокруг тебя, как вокруг священного дерева, ведь ты страдаешь...

- Заткнись.

- Ты недолюбленный, загнанный внутрь себя зверь. Ты не видишь, какой ты счастливчик: ты жив, ты силён, вокруг тебя друзья, тебе есть куда возвращаться и кого защищать, а ты зациклился на том, что ты жертва - и не даёшь друзьям быть счастливыми! Завидуешь им, мешаешь! Ты мучаешь Кристин, неужели ты не видишь?

Гретта осеклась: глаза Истера стали полностью красными, и в этот момент она поняла, что он теряет над собой контроль. Тема Кристин, видимо, была для него максимально болезненна.

В тот миг, когда полукровка сделал движение к ней, девушка инстинктивно взмахнула рукой - и врезала ему кулаком прямо в нос, как учили на Утёсе. Что-то неприятно хрустнуло. Истер явно не ожидал этого: опрокинулся навзничь, падая на могилу Эймира. По плите застучал оброненный парнем камень: чёрным пятном остался лежать в одной из выемок на белом камне гробницы.

Чёрт. Она разбила ему нос. Но сам виноват.

По лицу Старшего Принца обильно текла кровь, прямо на надгробие. Гретта злорадно подумала, что его глазам станет легче - а то выглядел он в последние секунды до её удара как настоящий кровопийца после трапезы.

- Ты дурная, что ли? - процедил он, вставая и пытаясь остановить кровь. Но девушка не могла отвести взгляд от красной дорожки, что текла по узору, выдавленному на могильной плите Эймира. Словно маленький ручеёк, кровь бежала по завиткам и желобкам, пока не скопилась в выемке, где застрял чёрный камень. От него вверх поднимался хорошо видный алый дым. - Если ты...

Но договорить он не успел, потому что перед ними, буквально в трёх-четырёх шагах, словно вспыхнула стена из чёрного клубящегося тумана - от земли вверх, в голубое небо.

Истер завёл Гретту себе за спину, вставая между ней и чёрной завесой, откуда уже выходили люди. Три высокие фигуры в плащах или мантиях. И Гретта сразу поняла, кто это. И почувствовала, как застыл перед ней полукровка, как окаменели мышцы предплечья, за которое девушка схватилась, когда её грубо задвинули назад, прикрывая.

- Наконец ты нашёлся, Принц Конде, - проговорил первый колдун, самый старый, совсем седой. Но девушка была уверена, что своими ручищами он может легко сломать шею человека. Рядом с ним были ещё двое: мужчина и женщина. У всех пришельцев чёрные волосы заплетены в косы, а за плечами - странное оружие.

- Мама?! - прохрипел Истер глухо, надрывно, по-прежнему заслоняя собой Гретту и даже придерживая рукой. Защитник, мать-Природа!

- Мама? - не поняла сразу Гретта, глядя на достаточно симпатичную молодую женщину, глаза которой были буквально прикованы к парню. Его мать же Электра, нет? Ну, или та, другая, но ребята говорили, что она погибла. Её убил Правящий в Красном городе.

- Я хорошо тебя воспитала, Истер, - спокойно проговорила колдунья, чуть улыбаясь, - но не ожидала, что тебя будет так сложно найти в Водном мире. Не ожидала, что ты кинешься вслед за мной.

- Я видел, как он убил тебя, - кажется, парень справился с голосом, и теперь Гретта придерживала его за плечо, чтобы Истер не кинулся к чёрному дыму. Кто знает, что там.

- Я всё тебе расскажу, - пообещала женщина и тепло улыбнулась парню. - Идём с нами.

- С тех пор, как ты кинулся вслед за матерью, мы пытались тебя найти и перехватить, но ты живуч и умеешь находить друзей, - снова заговорил старший колдун. - Мы искали тебя по всему миру, а потом, когда ты оказался в Северном городе, решили ждать тебя тут. Знали, что однажды Бродячий дух доберётся и до тебя, и ты окажешься у его могилы. Мы пришли на зов твоей крови.

Гретта быстро взглянула на могильную плиту: кровь Истера всё ещё заполняла выемку на камне, и девушке показалось, что красный цвет медленно просачивается сквозь всю могильную плиту, окрашивая её. Камень наливался багровым свечением, и это пугало не меньше, чем явившиеся за Истером Конде.

И камень шипел, словно шептал. Как странно.

Они заставили камни заговорить!

- Уходите, - тихо ответил Истер на все их слова, но Гретта видела, как он напряжён. Чего ему стоило не пойти за женщиной, ради которой он пересёк всю планету?

- Ты пойдёшь с нами. Добровольно или нет, - вкрадчиво произнёс пожилой колдун.

- И как же вы меня заставите?

- Сын...

Гретта не услышала - почувствовала гнев, что клокотал в груди парня. Наверное, ему сейчас очень больно, и она нашла большую загорелую ладонь, сжимая.

- Ты всё равно пойдёшь, - спокойно проговорил пожилой Конде, и Гретта за мгновение поняла, что сейчас будет, но не успела ничего ни сказать, ни сделать: её тело пронзила боль. Она упала и закричала.

Но боль быстро ушла. Правда, девушка поняла, что не можешь двигаться. Не может говорить. Только дышать, лёжа у могилы Эймира и глядя, как медленно, едва заметно, с поверхности испаряется розовый камень. Но, кажется, остальные не обращали на происходящее никакого внимания.

- Оставьте её!

- Пойдём с нами, и с ней всё будет в порядке.

- Откуда я знаю? Может, я с вами пойду, а вы её прирежете? - зло проговорил полукровка, и Гретта была благодарна ему за беспокойство.

- Мы не убиваем волшебников без причины.

- Так возьмите меня вот так, как её, и заберите, зачем её-то трогать?! - он злился, беспомощно поглядывая на неподвижную девушку.

- Если нужно будет, заберём силой, но это сложнее, - голос старого Конде был спокоен и мягок. - Она пока не пострадала, - ударение он поставил на слове 'пока'.

Гретта вдруг почувствовала, что Истер опустился рядом, её заботливо и мягко, как не ожидаешь от резкого полукровки, укрыли тёплой накидкой.

- Не бойся, где-то тут есть Эва, она тебе поможет. Передай Ярику всё, что слышала, он разберётся. Я найду вас.

Она не могла кивнуть, только слышала тяжёлые шаги Истера, а потом мгновенно всё стихло, вернулись свет и голубое небо. И в этот момент плита на могиле Эймира вспыхнула ярким красным пламенем, девушку обдало жаром - и она, уже теряя сознание, увидела, как небо засияло серебристо-голубым свечением.


Ему было хорошо. Он дома. Запах, что шёл от печи и просушенной на морозе одежды, от вяленой на чердаке рыбы и мыла, которое использовала мама, внушали ощущение безопасности.

Это странно. Это неправда.

Он открыл глаза: оказалось, что он лежал ничком на застеленной одеялом лавке. Именно оно пахло домом. Лавка находилась у стены небольшой обжитой пещеры с высоким неровным сводом, её освещал ненастоящий, явно магический свет, исходивший откуда-то сверху, из каменных складок свода.

Истер сел: голова казалась чужой. Он не помнил, как тут оказался, и не понимал, как долго был без сознания. По ощущениям, долго. Он собирался уже встать, когда откуда-то справа послышались странные шорохи, а потом слева резко открылась дверь - и в пещеру вошёл старик Конде, что явился за ним на Некрополь.

Старик пристально посмотрел на парня и понимающе кивнул, увидев, как тот трёт виски:

- Это последствия перехода Тропой Конде, ты давно ею не ходил.

Видимо, раньше он ею ходил. Ну да. Люди вокруг постоянно знали о нём больше, чем он сам.

- Где мы? - спросил Истер, оглядываясь. Показалось, что это место ему знакомо, словно он видел его во сне.

- Ты уже был тут, жил около полугода, когда тебя забрали с Некрополя и до момента, когда отдали в твою новую семью, - старик присел на лавку у двери, через которую он пришёл. Больше в помещении ничего не было.

- Зачем? Эльфы хотели с моей помощью получить себе троекровного младенца, а вам я зачем? - парень облокотился спиной о стену, не считая, что обязан встать. Он не отрывал глаз от собеседника, понимая, что снова оказался в точке, когда узнает о себе много нового.

Сколько всего уже всплыло с тех пор, как он кинулся спасать мать, которая была не матерью и, судя по всему, не нуждалась в спасении. Раз она жива и здорова.

- Ты так и не понял? - мягко улыбнулся главный среди Конде. Истер предполагал, что это именно он, предводитель лесных колдунов. Хотя они сейчас в пещере, а не в лесу.

- А должен был? - огрызнулся полукровка.

- Мы думали... Раз ты пришёл на могилу Эймира, то он тебя нашёл и заговорил с тобой, и ты знаешь, кто ты...

- ... и что вы со мной сделали, - закончил за мужчину Истер. - Нет, всё случайно произошло, мы искали как раз след этого Эймира.

- Мы догадывались, что в Некрополе спрятано что-то важное, что это какая-то важная точка для Чужих и что он привёл тебя туда. Твоя кровь позвала нас.

- Никто меня туда не приводил! С какого перепугу вообще этому Эймиру меня куда-то вести?! - завёлся парень, подавшись вперёд.

- Значит, ты действительно ничего не понял, - вздохнул Конде, покачав головой и как-то даже разочарованно глядя на Истера. Он взмахнул рукой, словно снял какое-то покрывало с воздуха: тот сгустился, и на фоне стены мелкие песчинки скомпоновались в знакомые уже Истеру знаки: треугольник из символов светлого, тёмного и высшего магов, а также круг из четырёх стихий. - Видел такое?

- Да. Что-то типа предсказания гномов. Ярик считает, что это я, он и наши друзья, - пожал плечами Истер.

- Это отражение знаний, которые уже мёртвый Эймир, сын Первого Правящего, пытался донести до нас, но мы его не сразу поняли. Да и некоторые, типа эльфов, до сих пор не поняли, - хмыкнул старик, и Истер хмыкнул: неприязнь между двумя магическими народами со времён Эвы и Арона никуда не делась. - Пока эльфы считали, что нужен младенец, который соединит три ветви Первого дома кровососов, мы...

- Вы ставили опыты над людьми. Создавали монстров. Как я.

- Ты не монстр, мальчик, - мягко покачал головой мужчина, - ты наше совершенное оружие. Ты - это то, что рисовали гномы, люди, эльфы и колдуны, - и он кивнул на всё ещё висящие в воздухе символы. - Ты уже родился в триаде - светлый, тёмный и высший маг по генам, обладающий, как и всякий Конде, силой, управляющей огнём. Оставалось лишь добавить тебе власть над землёй, водой и воздухом. Ты совершенство, и ты - наследник всей этой земли, Владыка Конде.

- Что вы со мной сделали? Как добавили эту вашу власть? А главное - зачем?

- Веками мы пытались превратить разные создания в то, что подсказывали нам схемы Эймира: но люди не могли стать магами, эльфы не переносили силу Чужих, гномы не принимали воду и воздух. Только Конде, понимаешь? Ведь первый Чужой был именно из нашего рода, нашим Принцем.

- Но и Конде с трудом могли соединить в себе хотя бы два вида магии. Выход подсказали эльфы, когда начали селекцию отпрысков Первого Правящего. Тогда мы поняли, что наследники Арона несут в себе магию всех народов. И просто перехватили тебя, подменили, когда эльфы уже почти получили наследника кровососов.

- Значит, вы впихнули в меня всё, что было в схеме. И что? Вот я тут, как-то разорил могилу Эймира, хотя на самом деле искал его самого. Дальше что?

- Ты, совершенное оружие, созданное по плану Эймира, однажды станешь наследником Водного мира, а потом его Правителем, - Истер видел, как загорелось на лице колдуна какое-то маниакальное пламя, почти вожделение. - Ты получишь доступ к знаниям кровососов об их природе. Узнаешь, как лишить их Силы. Без Силы Правящие бы вымерли, и им на смену придут...

- Конде? - ядовито выдавил из себя Истер, чувствуя отвращение. Кажется, колдун почувствовал что-то: подобрался, чуть прищурился, глядя на парня. - За этим я был вам нужен?

- Разве ты не хочешь уничтожить кровососов?

- Так я сам кровосос, - процедил парень, вставая с лавки, чувствуя гнев, - или вы решили, что я один из вас?

- Ты Владыка, наш Принц по крови и по воспитанию, твоя приёмная мать - чистокровный представитель народа колдунов, одной из самых древних ветвей Конде! - воскликнул старик, тоже вставая. Видимо беседа пошли не по плану.

- Поэтому вы отдали меня ей?! Как хорошего щенка волкодава, который при должном воспитании сможет защитить племя!

- Мы отдали тебя ей, потому что тебе нужна была мать, правильная мать! - фыркнул колдун, опускаясь обратно на лавку. Но Истер чувствовал, что он напряжён и готов в любой момент защищаться.

- Часть истории о ней, которую ты знал, правдива. Кровососы действительно потерпели кораблекрушение возле островов, и единственный сын Орака был сильно ранен. Чужие тогда собрали девушек из селений, чтобы Иней мог зачать наследника и оставить потомство, - глаза Конде полыхнули ненавистью, и Истер осознал, что тоже её чувствует. Как в детстве, как в юности.

- Твоя мать забеременела, но смогла убежать, и Ораки увезли с собой двух других девушек. Их дети в разное время погибли.

- Что с ним случилось, с ребёнком?

- Никто не хотел мириться с ребёнком кровопийц по соседству, - пожал старик плечами достаточно равнодушно.

Парень сжал кулаки, ошарашенный новыми фактами из своей жизни. С самого рождения разные народы имели свои планы на него - и никто не спросил, чего хочет он сам. Да и кто он сам? Общий и ничей.


- Что тогда случилось, когда её забрали Правящие?

Старик Конде покачал головой:

- Не забрали. Она сама с ними ушла. У неё была твоя кровь...

- Что?!

- ... и она хотела проверить её действие на ком-то из кровососов и одновременно отомстить за себя и своего ребёнка, - голос старика чуть дрогнул. - Мы обнаружили это, когда ты вернулся и поднял шум. Решили сказать тебе, что её увели силой. И не думали, что ты кинешься её спасать.

- Судя по всему, спасать не нужно было, - фыркнул Истер, вдруг отчётливо понимая, что поступок матери привёл их всех к этой точке. Он добрался до Красного города, познакомился с Лектусом и Яриком, и теперь стоит тут, посреди обломков своей жизни. - Что там произошло?

- Когда пленных привезли в поместье Ораков, твоя приёмная мать сообщила слугам, что родила ребёнка от младшего Орака. И тот приказал её привести. Она выпила твою кровь и отравила его, когда он в ярости на неё накинулся, узнав о том, что она скрыла сына и что он погиб. Они ведь, эти Ораки, очень переживали, что у них нет наследника...

Истер хмыкнул, вспомнив, как метался по дворцу Кар-Альны старый Орак, лишившийся даже сына. И совсем их не жалко.

- Когда ты применил магию, твоя мать была оглушена, но выжила. Кровососам было не до неё, и она, очнувшись, спряталась. Даже пыталась тебя вытащить из темницы, но вмешался твой брат, и мы потеряли след.

- Теперь вы меня нашли. И что? - Истер снова начал закипать, чувствуя, как внутри нарастает гнев. - Вы украли меня из семьи, сделали отравленного монстра и ждёте, что я вернусь к вам и буду воплощать в жизнь ваши планы? Позволю убить брата и отца, чтобы стать главным кровососом и подарить вам весь мир?! - гнев вернулся с новой силой: горький, клокочущий, горячий. Истер сейчас ненавидел их за всё, а особенно за то, что они хотели смерти его семье. - Вы столько в меня вложили, но не справились со мной! Я оказался вам не по зубам. Вы просчитались.

Колдун молчал, и парня это злило ещё сильнее.

- Сейчас вы думаете, как меня успокоить, скрутить, а потом снова переделать - с помощью магии или чего там... - процедил парень, ощущая ярость.

- Магия - это к людям и эльфам, мы колдуны.

- И что меняется от названия?! - заорал Истер. - Эльфы использовали Электру, чтобы вывести меня и других, как отдельный вид животных, как особо ценную породу! Вы использовали боль моей приёмной матери, чтобы она взяла меня и позволила мучить! Вы сидите тут, пока кровососы убивают и жрут людей в Северном городе, просто мечтаете о власти. И сейчас вы просите меня убить брата, чтобы занять его место?! Чем вы лучше кровопийц или эльфов?!

Истер вскинул вверх глаза, поскольку услышал рокот камней и лёгкий треск среди скал. Он понимал, что это и почему - такое уже было там, в доме Ораков, но уже не мог остановиться. Гнев захлестнул его:

- Вы атаковали Гретту, которая вообще ничего вам не сделала. Чем вы лучше, чёртовы колдуны?! Я вас спрашиваю?!

Теперь старик тоже поднял глаза вверх:

- Остановись! - рыкнул он. - Здесь сотни людей, дети! Ты обрушишь на них камни!

- Истер, остановись, - в комнату вбежала его приёмная мать, испуганная и бледная. На её волосах осели каменная крошка, осыпавшаяся с потолка.

- А когда вы остановитесь?! Когда в мире не останется людей?! - процедил парень, не уверенный, что сможет взять себя в руки, глядя на женщину, которая всю жизнь обманывала его.

- Успокойся. Мы пытаемся помочь людям, - мать хотела подойти к нему, но Истер только попятился, выставив вперёд руку. Несмотря ни на что, он не хотел ей навредить.

- Знаете, кто пытается? Ярик пытается, Ксения - пытается, даже Лектус! А вы прячетесь в каких-то скалах и ждёте, что посадите меня в Красном городе, и я кину мир к вашим ногам! Диана, та девчонка-монстр в Академии... Она ведь тоже дело ваших рук. Из-за неё рухнул Купол, вы виноваты в том, что погибло столько людей!

Истер вздрогнул, потому что почувствовал за спиной что-то - или кого-то, и над самым ухом знакомый голос произнёс: 'Не оглядывайся'. Он замер, гневно глядя на старого колдуна и приёмную мать: они то и дело кидали взгляды на потолок и на дверь. Видимо, ждали подкрепления, или эвакуации из пещеры.

- Истер, дай нам время, мы всё тебе расскажем, - кажется, колдун решил, что парень начал успокаиваться. На самом деле он просто ждал, когда Ярик вытащит его отсюда. Несложно догадаться, что они с кольцом Джеймса и компасом Лектуса. Но как они сюда попали? - Ты можешь узнать у своей настоящей матери, у брата, как их уничтожить.

- Они ничего не знают, - фыркнул Истер, цедя слова сквозь зубы, словно яд, - а даже и знают, никогда не расскажут. - Ему казалось, что потолок вот-вот осыплется им на головы, и не понимал, чего ждёт Ярик.

Тот словно услышал его мысли (Хотя почему 'словно'? Он вполне мог их читать, всё-таки ситуация критическая):

- Хватай мать! - раздался над ухом Истера крик Ярика, и парень отреагировал, не раздумывая, зачем это нужно. Он привык доверять другу и ждал его действий. Пока колдун пытался понять, в чём дело, Истер схватил мать за выставленные вперёд руки, крепко вцепившись, и тут же увидел перед собой Лектуса, Ярика и Гретту.

Какого чёрта они её с собой притащили?!

Через мгновение брат крутанул компас, Истер сильнее вцепился в приёмную мать, а Гретта и Ярик - в самого парня. Мир сомкнулся в плоскость, - и пещера Конде исчезла.


В тот момент, когда Алексис узнала, что Лектус и Ярик вернулись вместе с Истером и Греттой, она помогала на кухне флоккам и злилась. Очень злилась. Помешивала огромный чан с супом для жителей Академии и мысленно злилась на чёртова Принца, который решил ежедневно рисковать собой, а её запереть тут.

Навсегда, видимо.

Причём Джеймс почему-то его поддерживал и сам сидел в школе, практически ни на минуту не отходя от Ксении, восстанавливающейся после спасения Лукаса.

Предатели.

Но радость от возвращения ребят целыми и невредимыми заслонила эту злость. Девушка бросила поварёшку и кинулась прочь под удивлёнными взглядами флоков. Вверх по ступеням, в их с Ксенией комнату, которую в последнее время все использовали как место сбора и посиделок.

- Когда уже ты снова начнёшь двери открывать?! Лентяй! - вслух заметила Алексис, преодолевая лестницу и обращаясь к Фрею.

- Ты не просила, - проворчал Дух, рисуя перед девушкой проход: узкий, небольшой, но Алексис легко в него юркнула, бросив 'спасибо!'. Она оказалась посреди спальни и тут же сориентировалась в ситуации: Истера усадили на кровать, Кристин и Ксения оказывали ему какую-то помощь в районе носа.

Джеймс бурно что-то обсуждал с Греттой, та выглядела целой и вполне невредимой, даже в какой-то мере довольной. Но очень усталой.

Ярик и Лектус стояли у обычной двери, словно она только закрылась за кем-то, а они провожали. Принц тоже казался вполне здоровым. И в этот момент девушка выдохнула - и снова разозлилась на него. Правда, на одно мгновение - до момента, когда парень обернулся и посмотрел на неё ледяным взглядом и сделал шаг навстречу.

Алексис обняла его за шею, прижавшись, только теперь понимая, как боялась за него: с того момента, как за окном полыхнуло голубовато-серебряным сиянием, Правящим и Посвящённым стало плохо, а Ярик с Лектусом решили идти за Истером. Конечно, её Принц ничем показал, что ему больно, но дураку было ясно, что он не стал исключением.

Сияние, а потом все, кто был причастен к Чужим, почувствовали себя плохо. У Алексис тоже закружилась голова, накатила слабость - но лишь на пару мгновений. Но ведь она не так давно прикоснулась к Силе Чужих.

Лектусу было плохо, но он скрывал. И тут же решил куда-то направиться. Они с Яриком сделали гениальное заключение, что сияние - дело рук Истера. Впечатлились рассказом Ксении об Эймире и о том, что первым шагом к победе над кровососами станет уничтожение его могилы.

Истер был возле могилы, что-то произошло, все, связанные с магией Чужих, это почувствовали, - и парни тут же собрались в Некрополь. Конечно, тайно, чтобы она не прознала. Сбежали.

Девушка опять разозлилась, но объятий не разжала. Потом наорёт на него. Позже.

- Всё в порядке? - тихо спросил Лектус, убрав её волосы с лица и внимательно посмотрев в глаза. Кажется, он удивился такой пламенной встрече. Ну да, она же дулась на него уже пару дней.

- А у тебя? - она взяла его за руку и потянула к дальней кровати, пока Джеймс и Гретта громко обсуждали магию следопыта и как она работает. Чего это они?

- Что со мной будет, - хмыкнул Лектус. - Больше не злишься?

- Злюсь, - пожала девушка плечами и села на кровать. Принц опустился рядом, привалившись к стене и обняв её. Она вдруг осознала, что он очень устал, как и Гретта, просто не показывал. - Что в итоге случилось? - она кивнула на Истера: в этот момент Ксения медленно опускала тому на нос маленький синий шарик. - Кто сломал ему нос?

- Фауст, - тихо ответил парень, и в его голосе была довольная усмешка. - Кровь из носа хлынула на могилу Эймира, а ёще он таскал с собой камень Предков, и тот в нужный момент упал на надгробие. В итоге первый Узел самоуничтожился, как и говорила Эва.

- Краткое содержание всех ваших приключений? - Алексис водила пальцами по обнимающей её руке и была счастлива, ведь они опять все вместе, целые и невредимые. Никуда не бегут, не скованы страхом, хотя за окном армия Легатов, и Правящие хотят их всех уничтожить.

В общем, ничего нового.

- Нет. Потом за Истером пришли Конде.

- В смысле? - она села, посмотрев на Лектуса.

- Они хотели, чтобы я захватил для них весь мир, - Истер услышал их разговор и решил поддержать, лишь бы девушки отстали от него с лечением. - Но я отказался.

- А я дождалась Ярика и Лектуса и провела их по следу Истера. Мы забрали его и вернулись сюда, - резюмировала Гретта.

Алексис рассмеялась:

- Как вам удаётся захватывающую историю превратить в три скупых строки? - и остальные тоже заулыбались.

- И я так и не понял, как ты прошла по следу, - вклинился Джеймс, и стало понятно, что он так бурно обсуждал с Фауст пару минут назад. - Как можно просто переступить - и оказаться чёрт знает где?

- Я просто чувствую, где конец шагов того, на чей путь встаю. Ну, то есть не вообще конец, а конец той дороги, что началась в месте, где я с ней пересеклась. Ну, помнишь, твоя сестра ушла в пещеру? - девушка подмигнула Алексис, а та чуть поёжилась, чувствуя, что рядом напрягся Лектус. Не самые приятные воспоминания, для них обоих. - Ну, вот, я знала, что из комнаты она шагнула на берег реки, это была конечная точка этой части её пути. Если это близко, то я просто бегу по следу, а если далеко, то...

- Делаешь шаг в пустоту и подчиняешь себе пространство, - закончил за неё Ярик, сидевший на подоконнике, довольный и тоже уставший. Интересно, когда они с Лектусом в последний раз спали? - Умножаешь расстояние на ноль с помощью магии. Как-то так.

- Всё равно непонятно, - проворчал Джеймс, сложив руки на груди.

- То есть то, что ты из воздуха можешь сделать непробиваемый щит, - это тебе очень понятно? - фыркнула Гретта, вставая и подходя к Истеру, разглядывая его уже вылеченный нос. Парень нахмурился, чуть сощурив глаза, словно ждал, что она снова его ударит.

- Что мы теперь будем делать? Раз первый Узел, о котором говорил Эймир, уничтожен? - тихо спросила Кристин, присаживаясь рядом с другом. Гретта отступила в сторону.

- Искать второй, и при этом уворачиваться от хищных лап Правящих, моего деда и Конде, я так полагаю, - пожал плечами Ярик, обводя взглядом всю их компанию, пока Ксения садилась рядом с Джейсом. Все замерли, глядя на эльфа.

Алексис только теперь осознала, что они действительно могут это сделать: победить Правящих, изгнать их из мира. Закончить всё это безумие. Но только как и какой ценой?

- Да, интересно, - вдруг кивнул Ярик, глядя на Лектуса и пытаясь пригладить растрёпанные волосы, видимо, прочитав какие-то его мысли.

- Что? - Алексис пихнула друга в бок, и тот насмешливо поднял бровь. - Что там интересного?

- Что Эва не зря называла нас принцами, - пожал плечами Лектус. - В какой-то мере.

- Я принц эльфов, Истер - наследник Конде, как они считают, а Лектус...

- ... наследник Правящих, - закончила за них девушка. - То есть мы тут собрались в обществе тех, кто будет править миром через какое-то время? Типа представительство народов?

- А я типа от людей, что ли? - фыркнул Джеймс.

- Ты спутник принцессы, так что считай, почти принц, - улыбнулся Ярик. - Да и почему бы и не наследник человечества? У людей и за много лет до падения камней и Хаоса не было единого правящего дома, а сейчас Племя Огня - одно из последних человеческих племён.

- Было.

- Вы с Алексис живы, значит, всё ещё есть, - мягко отметила Ксения, погладив друга по руке. - Возможно, кто-то ещё выжил, и однажды вы встретитесь.

- Это даже хорошо, - вдруг сказала Гретта, которая, как подумала Алексис, дополнила их группу, сделала её цельной. Даже когда разбивала нос Истеру. Может, это хотя бы ненадолго отвлечёт парня от страданий. Ярик хмыкнул, и девушке показалось, что он услышал её размышления. - Хорошо, что вы не разделяете планов тех, кого представляете.

- И правда, - рассмеялся Джеймс. - Какие-то неправильные вы наследники.

- Ладно, всё это лирика. Что дальше? - Лектус сел прямо, и Алексис казалось, что он двигался только для того, чтобы не отключиться от усталости.

- Давайте вы сначала отдохнёте, хотя бы немного? Пожалуйста, - последнее она добавила шёпотом, глядя в глаза другу. - Если вы сляжете от изнеможения, то ничем никому не поможете.

- Мы всё равно не знаем, что дальше, - кивнула Кристин.

- Нам, по идее, нужно искать место, помеченное символами стихий, - вдруг сказала Гретта. Все удивлённо на неё посмотрели. - Старый Конде показал Истеру две схемы: круговорот магии и связь стихий, я их знаю, да и вы, насколько я поняла, тоже. Так вот магический треугольник я видела на могиле Эймира. Он заполнился кровью Истера, засветился красным маревом перед тем, как та взорвалась. Логично предположить, что второй Узел, о котором рассказала Ксения, помечен кругом стихий.

- Кажется логичным, - после минутной тишины откликнулся Ярик, спрыгивая с подоконника.

- Эймир говорил, что второй Узел - это четыре покорённые стихии, - кивнула Ксения.

- А Эва - что три созданных ей анти-ключа помогут их уничтожить, эти Узлы. Камень же упал на могилу перед взрывом, - напомнила Кристин. Алексис нащупала ключ, который уже давно носила на шнурке под одеждой.

- Значит, будем искать. Но Алексис права: сначала нам всем нужно отдохнуть. Успокоить родителей. Поговорить с ними, - эти слова эльф адресовал Истеру.

- Мы привели с собой его приёмную мать, - тихо проговорил Лектус на ухо Алексис, - она сейчас с матерью Ярика.

- Я бы ещё поесть не отказался, - отметил Джеймс, поднимаясь, словно этим заканчивая их совещание и обмен новостями.

- А не будет сегодня пищи, - в стене вдруг появились глаза и рот Фрея. И Алексис вдруг уткнулась лицом в плечо Лектуса, чувствуя стыд.

- Почему это? - возмутился её брат.

- Потому что кто-то так торопился пообниматься, что бросил суп на огне, - фыркнул Фрей, выразительно посмотрев на Алексис. Она почувствовала, как Лектус сильнее её обнял, и при этом беззвучно смеялся.

## Глава 2. Матери


- Опять себя жалеешь?

Он вздрогнул, когда в тёмный класс, где Истер прятался полночи, проник луч света из коридора. В двери прошла Гретта Фауст. Никак не отвяжется, неугомонная.

- Что опять? - парень спрыгнул с парты.

- Ты пообещал Ярику, пока он спит, поговорить с матерью. И когда мы с Кристин закончили варить ужин, она предположила, что ты так не нашёл в себе сил это сделать.

- И где Кристин?

Гретта вздохнула, подходя к парню почти вплотную и глядя на него в темноте. Она сложила руки на груди и некоторое время молчала.

- Я ей запретила за тобой бегать, она пошла к Ярику. Всем нужно отдохнуть, - пожала плечами девушка, отводя взгляд куда-то в темноту. - Ведёшь себя, как трус.

- Хватит лезть не в своё дело! - рассерженно буркнул Истер, тоже складывая руки на груди. Фауст фыркнула, обошла его и села на парту, с которой он только что слез.

Истеру пришлось развернуться, чтобы видеть её: ощущать девушку за спиной было некомфортно. Был ещё вариант: уйти, но в классе было тихо и спокойно, а там, в коридорах, можно наткнуться на кого-то из его семьи. Слишком много родственников теперь бродило в Академии. Даже матери две.

Брат - ха, брат! - скорее всего, тоже спит, где-то рядом с Алексис, пока Джеймс охраняет их общую сестру. Всем хорошо, все счастливы. Хоть ненадолго.

- Я не знаю, где мой отец, мой дядя, - зачем-то вдруг сказала Гретта, и парень вздрогнул от интонации её голоса. Обычно Фауст говорила с вызовом, уверенно, а тут словно что-то в ней дрогнуло. И уже как-то было неудобно спросить, зачем она это ему говорит. Но следующая её фраза всё прояснила: - Я бы многое отдала, чтобы их увидеть. Ты получил шанс не только увидеть, но и выслушать дорогого тебе человека. И не говори мне, что вдруг начал любить Электру, а женщину, что тебя воспитала, не считаешь матерью. Это глупости.

- Я вообще молчу, - фыркнул Истер, садясь рядом с Греттой и повернувшись к ней. - Я не знаю, что ей сказать. Я же уже привык, что она умерла. Что её убили кровососы.

- Ну, так радуйся. Сейчас мало кому выпадает такой шанс! У большинства из нас уже нет надежды.

- У тебя она есть, - упрямо заметил парень. - Ты же не знаешь точно, что случилось с отцом.

- А ты знаешь, что мать жива. И можешь просто встать - и пойти к ней. Она тебя любит. И не надо со мной спорить: я её видела. Ярик был прав, что приказал взять её с собой. Ты бы себе не простил потом, что бросил её. Вы должны поговорить. Она твоя мама, - горячая ладошка Гретты опустилась на его руку, и Истер вздрогнул. - Думаю, она единственный человек, которому ты позволял прикасаться к тебе.

- Кристин...

- Ой, мать-Природа! - фыркнула Гретта, резко вскакивая с парты. Она почему-то разозлилась. Посмотрела на него странно, сощурившись. - Фрей! Отведи нас к его матери.

- Фауст, я ... - он попыталась возразить, но в свете открывшегося прохода увидел её полный ярости взгляд - и замолчал. Он совсем её не понимал.

Она подтолкнула его в плечо.

- Хватит уже, а? - не выдержал он и сделал шаг в открытый проход. Наверное, если бы он задержался ещё на минуту, она бы его снова ударила.

В комнате, куда они попали, он, кажется, никогда не был. Впрочем, он много где не успел побывать в Академии. Обычная жилая комната. Но в ней не было его приёмной матери, зато была настоящая, биологическая, так сказать.

- Надо было уточнить Фрею, - хмыкнула Гретта, пришедшая за парнем и почти на него налетевшая. Она вцепилась в его руку, чтобы не упасть, да так и осталась стоять, глядя на явно предупреждённых о визите Электру и Эйлин.

Вот как им удалось подружиться? Эльфийка и Правительница Водного мира, кровосос. Уму непостижимо. Этот мир, кажется, действительно переворачивался с ног на голову, как говорила Эва. Или что она там предсказывала?

- Хорошо, что ты пришёл, Истер, я собиралась тебя искать, но не хотела тревожить ночью, - мать Ярика поднялась, поправляя тёмное платье. Парню казалось, что она вся светится и лучится, рядом с ней была странная атмосфера ощутимой магии. Было ощущение, что её можно коснуться руками. - Мне нужна твоя помощь. Хотя не мне.

- Анна умирает от заклятия, наложенного мальчиком, что притворялся тобой, - заговорила Электра. От неё магией не веяло, скорее, силой и ледяным холодом. Она была словно анти-версией Эйлин. Истер до сих пор не понимал до конца, как к ней относится.

- А я тут при чём? - нахмурился парень, выдерживая пристальный взгляд Электры. Ох, Фауст, заманила его. Он оглянулся на девушку, они лишь смущённо улыбнулась. Действительно, она не виновата, что у него завелось сразу две матери.

- Многие заклятия Конде могут снять только Конде, - проговорила Эйлин мягко. - Поможешь?

- Я не Конде, я даже не маг, - фыркнул парень, но старался смягчить свой тон.

- Попроси свою мать, - проговорила Электра, и Истер даже вздрогнул от её слов. Она никак не отреагировала, хотя наверное почувствовала его реакцию на эти слова. - Анна спасла твоих друзей от смерти, ты ей должен.

- Ага, особенно если вспомнить, сколько раз она до этого пыталась нас убить, - парень зло усмехнулся и еле удержался от чертыхания, когда тонкие пальцы Гретты впились в его предплечье. - Больно же!

- Хватит вести себя как баран, а? - попросила девушка, но без злобы. - Она действительно ведь помогла вытащить кучу народа с Арены.

- Почему баран? - фыркнул Истер и получил ощутимый удар в плечо. - Да хватит уже меня бить!

- Сам хватит, - огрызнулась Фауст.

- Истер, у Анны мало времени, - мягко заметила Эйлин: обе женщина с какой-то снисходительностью наблюдали за их спором. - Попроси свою маму помочь.

- Где она? - спросил Истер.

- В другой комнате, под присмотром Фрея, - Электра встала и пошла к дальней двери, словно только этого и ждала. Красивая, совершенная, опасная. Сложно поверить, что она выносила и родила его и, наверное, даже любила. Хотя что это за любовь, когда ты отдаёшь своего сына в руки незнакомым колдунам в надежде, что эльфы сделают из него оружие против Правящих? Или не эльфы.

- Твоя мать не научила тебя терпимости к людям, - пробормотала Гретта, пока они ждали. Эйлин деликатно отошла к окну, словно рассматривала там что-то. На что там смотреть? Сгоревший двор, чёрный снег, пепел - и иногда появляющиеся Легаты.

- Она не человек.

- Баран, - Гретта тоже отошла от него, как от прокажённого, но в этот момент в комнату вернулась Электра в сопровождении его приёмной матери.

Две матери. Блеск.

- Как ты? - колдунья, которую он привык звать мамой, внимательно ощупала его взглядом и, кажется, успокоилась. Видимо, он выглядел не очень паршиво.

- Нужна твоя помощь. Будущей Правящей. Она спасла много людей, моих друзей.

- Что с ней случилось?

- Какое-то заклятие Конде. Его наложил мальчик, который выдавал себя за моего старшего сына, - сдержанно ответила Электра и посмотрела на Истера. Он сделал вид, что речь не о нём.

- Если я помогу, ты меня выслушаешь? - приёмная мать тоже смотрела на него, нервно перебирая пальцами край тёплой кофты. Странно смотрелась эта эльфийская одежда на ней, непривычно.

- Выслушает, - ответила Гретта. Пришлось проглотить. - Мы как раз вас искали.

- Если я смогу помочь, я помогу, - кивнула его мать. Тогда Истер обернулся к Эйлин.

- Я пойду, - вдруг засобиралась прочь Электра, и парень удивлённо поднял бровь. Что за бегство? - Силе Правящих и магии Конде лучше не соприкасаться, тем более среди магии эльфов. Не будем ставить эксперименты.

Она ушла в обычную дверь: прямая, уверенная в себе, непоколебимая. Истер поморщился от каких-то неприятных ощущений, но задавил их в себе и посмотрел на мать. Да, вот его мать, глупо думать ещё как-то.

В этот момент их окутал туман, и Истер сразу его узнал: магия эльфов ощущалась по-иному, чем простое природное явление. На островах Некрополя жил именно такой туман, именно жил. Он был живой, парень это теперь чувствовал. Словно слышал дыхание и даже ощущения этой Силы. Ей было неприятно, она словно подрагивала.

- Что-то тут не так, - проговорил он растерянно и огляделся, на миг испугавшись. Но успокоился, потому что рядом стояла Эйлин, а позади неё - мать и Фауст. А она-то тут зачем?!

- Ну что? Интересно же, - виновато улыбнулась девушка, словно услышала его мысли. - Я встала на твой Путь, вот и всё.

- Это место отторгает Правящую, - сказала мать, и Истер проследил за ней взглядом: на большом белом с трещинами столе лежала Анна, покрытая словно саваном из тумана. Бледная, замершая, словно мёртвая. Сквозь белесую дымку проступали окутавшие подружку Лектуса линии цвета мокрой земли. Эта субстанция лежала у подножия стола, словно капли грязного дождя.

- Помоги ей, - проговорила Эйлин. Она не приближалась к столу и была бледна. Видимо, Истер не ошибся: этому месту, Силе эльфов, было сейчас неприятно.

Мать кивнула и подошла к Анне.

- Это заклятие наложил кто-то из моей семьи, - спустя несколько долгих мгновений тишины вдруг растерянно произнесла она, обернувшись к Истеру. Её ладони словно зачерпнули колдовские линии и камни: она держала их перед собой и разглядывала. - Это колдовство моей семьи, но, кроме меня, уже никого нет в живых. Я последняя... - она подняла глаза на парня, и он увидел беспомощное понимание в этом взгляде.

Он вдруг тоже понял, что она хотела сказать: Анну заколдовал лже-Тедис. Парень, которому внушили, что он Принц Водного мира. Парень, в котором есть кровь Правящих и магия Конде.

- Помоги ей, потом поговорим, - проговорил Истер твёрдо, глядя в полные боли глаза матери. Внутри всё клокотало от гнева, от боли стоявшей перед ним женщины, у которой отняли сына, чтобы она воспитывала чужого ребёнка.

Она сейчас словно оттолкнула его прочь, - вот этим взглядом, когда поняла, что он не её сын. Он чужой.

И он снова ощутил одиночество и всепоглощающую ненависть к этому миру. Да, к миру, которым правили народы, и эти народы калечили жизни детей, словно перемешивали в котле, чтобы получить адское зелье, - и править этим искажённым миром.

Он внезапно упал на пол - в комнате, из которой они ушли за Анной. Дышать было тяжело, во рту горький привкус Тумана. Сила эльфов отвергла его боль и ненависть к миру, в котором у него никого не осталось.

Туман отверг его одиночество. И его кровь Чужих.

Он отдышался и неуклюже сел на низкий диван, дрожа всем телом. Тедис - парень, место которого занял Истер. Конде разыграли его смерть, чтобы мать взяла себе другого мальчика, воспитав в нужном ключе, - в ненависти к Правящим. В ненависти к собственным родителям, к брату.

Им удалось. Тедис хотел быть Правящим, а Истер их ненавидел. Тедис должен был помочь Правящим захватить весь мир, в том числе город людей, а Истер - помочь Конде перехватить этот мир у кровососов.

Эльфы хотели уничтожить Правящих - и, видимо, подчинить себе мир после этого.

Скорее всего, Правящие, Конде и эльфы сцепились бы в итоге насмерть, если бы дети, которых они создавали как оружие, не обратили свою силу против них самих.

- Ненавижу, - прорычал Истер, подобрав колени и уткнувшись в них пылающим лицом. - Ненавижу!

- Эй.

Он вздрогнул, когда его руки коснулась горячая ладонь Фауст. Давно она тут?

- Твоя мама сказала, что снять заклятие можно только там, где есть земля. Что заклятия Конде приходят из земли и уходят в неё. Они сейчас в туннеле, который ведёт к зверинцу, - тихо проговорила Гретта, внимательно глядя на парня, и он поёжился. - Ты в порядке?

- Нет, - честно признался он. - Они... Что они с нами сделали? - Истер поднял глаза на девушку, но видел её как в тумане, хотя лампы горели ярко, а за окном уже брезжил рассвет. - Что они со мной сделали?!

Он вскочил и начал метаться по комнате, снося всё на своём пути. Его била дрожь, ему было больно, очень больно внутри. Гнев клокотал где-то глубоко, и он выплёскивал его на предметы вокруг. Крушил, ломал, упиваясь процессом и звуками разрушений...

Он опустился у стены, среди разнесённой им комнаты, в изнеможении, в бессилии. В комнате уже стало светлее от восходящего солнца, но царил мрак - он снёс все лампы, пока метался в гневе.

- Всё, - он вздрогнул, совершенно забыв, что Фауст стала свидетельницей его ярости. Болела голова, в висках гудело и стучало. А она присела рядом, погладила по волосам, словно маленького. - Всё, Истер.

Он прищурился, ощущая её рядом. Ему нужна была кровь. Эта потребность была в его глазах, он знал, а ещё ощущал на кончике языка. Слюна заполнила рот. Давно у него не было таких приступов. Боль в мгновения становилась всё сильнее, ослепляя. Парень обхватил голову руками, чуть застонав.

- Как тебе помочь? - тихо спросила Гретта, и он с трудом понял смысл её слов.

- Я кровосос, - прошептал парень, не шевелясь. - Я монстр. Они сделали меня монстром.

Она молчала, словно думала о чём-то, а потом он вздрогнул, когда почувствовал запах крови.

Мать-Природа!

Фауст сидела перед ним с порезанной каким-то осколком рукой, тёмная кровь стекала ей в ладонь, накапливаясь. Девушка медленно поднесла ладонь к его лицу.

- Давай, - прошептала она побелевшими от волнения губами. Ей было страшно, он это чувствовал. Он сейчас мог даже слышать бешеный ритм её сердца. - Ну же!

Кажется, происходящее его отрезвило, хотя запах крови по-прежнему щекотал нос и ощущался вкусом на языке.

- Ты дурная, что ли? - процедил он, хватая с пола кусок какой-то ткани и заматывая её порез, стирая кровь. - Тебя в детстве роняли?

Она хмыкнула, чуть подняв бровь и глядя на его неуклюжие попытки оказать первую помощь. Как понять сумасшедшую?!

- А говорил, что монстр, - дёрнула она уголком губ, когда ему удалось забинтовать её руку. - Такой у тебя был шанс напиться крови, а ты его упустил.

- Мне кажется, ты отравить меня собиралась, - рыкнул Истер, озираясь. Разрушенная комната, капли крови вокруг - отлично получилось, ничего не скажешь.

- Болит?

Её вопрос вновь вернул ощущение разрываемой изнутри головы, видимо, испуг от выходки Фауст ненадолго облегчил его состояние, но не снял приступ. И запах крови, что стоял вокруг, вновь усилил стук в висках.

- Уйди лучше, - проговорил Истер, поднимаясь. Она тоже резко встала прямо перед ним, срывая повязку с руки, и он только в этот момент осознал, что она действительно больная. Иначе объяснить её поступки он не мог.

Истер видел расширенные зрачки каких-то отчаянных глаз Гретты и пульс на шее. Он бы мог сейчас прокусить кожу в этом месте - и напиться. Запах крови сводил с ума.

Ещё никогда в жизни головная боль, которая была проявлением его жажды крови, не приводила его в состояние, когда он действительно ощущал себя кровопийцей. И до безумия жаждал ощутить на языке кровь человека.

- Давай, - вдруг прошептала Гретта, словно спуская его с поводка, протягивая порезанную руку. И он не сдержался: впился губами в окровавленную руку, в свежий порез.

- Полегчало? - прошептала она долгие мгновения спустя, чуть улыбаясь и глядя прямо ему в глаза, очень близкие, когда Истер смог оторваться от её раны. Он отмерил себе три глотка - и остановился.

- Ты сумасшедшая? - так же тихо спросил он, не двигаясь. Пелена медленно уходила из глаз, стук в висках становился тише. Даже несколько глотков её крови были целительны, притушили жажду. - Я же мог выпить тебя, - он всё ещё видел учащённый пульс на её шее.

- Я бы не позволила, - фыркнула она, беззлобно, тихо. Её ладони медленно, успокаивающе гладили его по плечам. - Часто такое с тобой бывает?

- Нет. Такое - впервые.

- Ты пил её кровь?

И вдруг Истер впервые её понял, действительно понял. Он идиот, полный дурак.

- Сюда хотят прийти матери Истера и Ярик, - как-то очень деликатно проговорил Фрей, и его глаза появились в стене только спустя несколько секунд. Дух явно давал им время отодвинуться друг от друга, но они не пошевелились.

- Мы сейчас придём к ним, - ответил Истер, не отводя взгляда от Гретты. - Им нельзя сюда.

- Как ты объяснишь им свои глаза? - спросила Гретта, и Истер достаточно красочно представлял себе, что выглядит сейчас как сытый Правящий.

- Я напал на тебя, прокусил руку и напился твоей крови, - пожал он плечами, наконец, делая шаг назад и кивая на её ладонь.

- Вкусно было? - фыркнула Гретта, наконец, отворачиваясь и оглядывая разгром, что останется тут после них. В свете первых лучей солнца картина была какая-то нереальная. Хаос в одном отдельно взятом помещении.

- Не отказался бы от добавки, - ответил Истер, и она вдруг, впервые на его памяти, покраснела. - Фрей, открывай, - и он шагнул в проход.


Они были в госпитале: в дальнем конце у отгороженной кровати мелькали Ольга и Ксения. Видимо, Анна там. Кто бы ему сказал раньше, что он поможет спасать дочь кровопийц, никогда бы не поверил.

Истер встретился взглядом с Яриком, тот выглядел слегка ошарашенным. Ну да, глаза у него сейчас были красноречивее слов. Хорошо, что Гретта не последовала за ним, а то друг во всех подробностях бы представил себе сцену кровавой расправы, раскрашенную мыслями Фауст. Ну, или что он там себе вообразил.

- Что ты натворил, Истер? - к нему шагнула Электра, оставляя вторую его мать неподвижно сидящей на кровати. Хотя глупо ожидать, что она уже успела прийти в себя после открытия факта, что её сын долгие годы был жив и совсем недавно его убили на Арене.

- Вспомнил, кто ты есть на самом деле? - Истер оглянулся: от окна к ним подошёл Лектус. Брат выглядел немного лучше, чем пару часов назад, видимо, удалось отдохнуть.

- Алексис дала тебе поспать? - парировал парень в ответ и ждал, что Лектус ему врежет, но тот лишь холодно качнул головой. Потом повернулся к молчаливой приёмной матери: - Видимо, ты уже не хочешь со мной говорить, так?

Она не ответила, даже не посмотрела на него: голова опущена, руки сжаты. Он снова почувствовал себя сиротой.

- Что вы тут вообще делаете? - парень отмахнулся от глупых чувств. Слишком много их было за последние сутки, пора уже прийти в себя. Электра была права: он должен научиться управлять эмоциями, чтобы выжить.

- Анну привели, - Лектус кивнул в сторону целительниц и ширмы. - Твоя... мама хотела со мной поговорить, - пояснил он своё присутствие. - О Тедисе, или как его там.

Понятно. Мама получила подтверждение, что её настоящий сын по приказу Байрока убит на Арене. Они, конечно, не видели самой расправы, но Истер был уверен, что, оставшись без толпы приговорённых к смерти пленников, главный кровосос, по совместительству их отец, расправился с теми, кто был под рукой.

- Что дальше? - Истер посмотрел на двух друзей. - Где будем искать этот знак стихий?

- Не знаю, - честно признался Ярик, - но уверен, что судьба сама нас к нему приведёт. Как и раньше. Мы уже ступили на этот Путь и, как мне кажется, верно идём.

- Что будет, когда... - он не договорил и посмотрел на брата, зная, что он поймёт.

- Мило, что ты заботишься обо мне, - насмешливо отреагировал Лектус. - Я ощутил разрыв первого Узла, - он поморщился, - но не так, как Правящие, - он взглянул на мать, и Истер тоже обернулся к ней.

- Это больно. Так что Байрок и другие знают, что им грозит опасность. Не думаю, что догадываются об Узлах, по крайней мере, я никогда о них не слышала, - Электра говорила это спокойно, словно она не испытывала ту же боль, что остальные кровососы. - Я чувствую, что Сила стала течь медленнее, мне труднее восстанавливаться после колдовства, жажда стала сильнее.

- То есть скоро кровососы начнут чаще убивать людей, чтобы поесть? - уточнил Истер, не стесняясь в выражениях.

- Они уже это делают, - Электра выразительно посмотрела на Истера, и тот понял, что она намекает на его сытые глаза. - Меньше Силы, больше голод. Я не знаю, что будет, когда вы уничтожите второй Узел, - равнодушная, спокойная, величественная Правительница Водного мира тоже была сыта: что ж, вряд ли Лектус позволит ей голодать, а Ярик - убивать. Кто-то поит её кровью. - Но вы должны это сделать. У вас уже нет выбора.

- Как думаешь, что предпримет отец? - Лектус шагнул и встал плечом к плечу с братом.

- Не знаю, но уверена, что он уже действует. Вам нужно быстрее уходить отсюда. Решайте, куда - и уходите, - она переводила взгляд с одного сына на другого. - И Ксению заберите с собой. Никто из вас не останется в живых, если Байрок до вас доберётся.

- Но как понять, куда нам уходить? - спросил Ярик, почёсывая затылок. - Где второй Узел?

- Может, снова попытаться связаться с Эймиром? - тихо спросила подошедшая к ним Ксения. Истер отметил, что сестра - сестра! - выглядит очень хорошо. В последнее время она была тенью себя. - Я...

- Нет! - ответил Лектус жёстко, пресекая всякие возражения.

- Гретта говорила, что на могиле Эймира был треугольник трёх сил из пророчества гномов, значит, где-то должен быть круг стихий. Но я никогда и нигде такого не видел... - проговорил эльф, обводя друзей взглядом.

- Я видела. Я знаю, где есть Круг Конде.

Они оглянулись на заговорившую приёмную мать Истера.

- Круг Конде? - переспросил Ярик: он сиял, как ярко зажжённый светильник.

- Знаки четырёх стихий, заключённые в перечёркнутый круг, - символ Храма Природы, - тихо рассказала мать, не поднимая глаз от пола. - Мы дети Природы, и четыре её Силы - основа нашего колдовства. В этих Храмах учились Высшие колдуны Конде, которые затем уходили в племена и учили остальных. Возглавляли эти Храмы представители Высших семей Конде, например, Владык.

- Арон, первый Правящий, был как раз из них, значит, он мог знать о Храмах и в одном из них создать Узел Силы, что бы он из себя ни представлял, - обрадовался Ярик. - Всё сходится! Где находится такой Храм? Вы знаете?

- Их было четыре: Храмы Огня, Ветра и Земли ушли под воду вместе с этим миром, - отметила колдунья, и Истер услышал разочарованный выдох Ярика. - Остался только Храм Воды. Символично.

- Где он? - хором спросили эльф и Ксения. Колдунья чуть помолчала, горько усмехнулась и заговорила:

- В южных скалах. Раньше поверхность их самой высокой вершины венчала крепость. После эры Хаоса и прихода воды крепость была разрушена, а на её месте появился...

- Красный город, - закончил за колдунью Лектус. - Логично.

- Ну да, Арон нашёл Храм, который издревле почитала его семья, создал там второй Узел Силы и построил над ним свой город, - как-то обрадованно завершил историю Ярик. Кажется, он был готов подпрыгнуть от счастья. - Символично.

- Никогда не слышала про Храм или вход в него. И я никогда не видела на территории города или во Дворце такого знака, как вы ищете, - проговорила Электра, пристально глядя на эльфа. - А я знаю там каждый коридор и комнату.

- Но ты никогда не была в его подземельях, что уходят в глубь горы, - приёмная мать Истера встала и замерла напротив Правительницы Водного мира. - Так я смогла проникнуть в дом Орака и уйти оттуда, когда его сын погиб.

- Кажется, мы тоже были в этих туннелях, - Истер чуть наклонил голову, и Лектус с Яриком кивнули.

- Мы так бежали из Красного города, - поняла Ксения, - через туннель!

- Почему ты не рассказала об этом Храме своим Конде? - вдруг спросил Истер, повернувшись к приёмной матери. Та стояла, прямая и гордая, напротив Электры. Женщины молча смотрели друг на друга, и это было странно.

Две матери, у которых эльфы и колдуны отняли сыновей, сделав из них оружие. Да уж.

- Они знали о Храме, туннелями иногда пользовались, чтобы проникнуть в Красный город. Но мы, как и кровососы, никогда не слышали об Узлах. Мы были уверены, что треугольник и круг - это знаки человека, мага, который уничтожит Правящих, - она, наконец, повернулась к Истеру. - Твои знаки. Но туннелей там много, большинство давно заброшены из-за обрушения породы, там завалы. Поэтому никто не пытался проникнуть в Храм. Скорее всего, он давно обвалился.

- Ладно, разберёмся. Мы хотя бы знаем, куда теперь отправляться, - обрадованно резюмировал Ярик, потирая руки. Маньяк.

- Вам нельзя в Красный город, - холодно констатировала Электра. И Истер впервые подумал о том, что мать беспокоится о них. Так, как может, как ей это позволяет сердце, проткнутое ритуальным кинжалом Правящих.

- Мы будем осторожны, к тому же отец нас там точно не ждёт, - спокойно ответил Лектус. Брат, конечно, странный: так просто говорит о планах уничтожить собственных родителей и причинить боль всем Посвящённым. Себе в том числе.

- Байрок ждёт вас внизу.

Они вздрогнули и обернулись: у закрывающегося прохода застыла бледная Эйлин, за ней стоял Александр с горящими ненавистью глазами. Было ощущение, что на голове у него встали дыбом короткие волосы, а рот чуть оскалился. Волк рвался наружу.

- Отец тут? - изумился Лектус, и они, не сговариваясь, кинулись к большим окнам госпиталя, выходившим во двор Академии.

там, на сожжённой земле, полукругом застыла небольшая группа Правящих и Легатов, к ним все уже так или иначе привыкли. Перед ними, на пару шагов впереди, гордо стоял Байрок - в лёгкой одежде, красивый, как любой Правящий.

Это был его отец. Отец. Какой-то абсурд.

А рядом с ним - неожиданно живой Тедис. Довольный, явно принятый кровососами, по крайней мере, он не был пленником.

Делегация стояла и смотрела вверх, на окна. Спустя какое-то время визитёры пришли в движение, расступились, словно дождались чего-то.

Ксения вскрикнула в воцарившейся тишине: Легаты вынесли вперёд и положили на чёрную землю несколько неподвижных тел.

Диана. Да, девчонку сложно было не узнать. Странно, Истер был уверен, что та давно уже мертва. Впрочем, и живой Тедис - сюрприз. С другой стороны, отличный источник информации о волшебниках, школе и людях, тут живущих.

Истер оглянулся на приёмную мать, но потом понял, что она никогда не видела своего выросшего сына и не могла узнать.

- Мать-Природа! - выдохнула Эйлин. - Это же командующий Дозора!

Истер дёрнулся, обернулся к окну и увидел, как на снег положили окровавленного, бледного мужчину в порванной, обгоревшей местами одежде.

Мысли так быстро двигались в голове, что он почти не обратил внимание на ещё двух колдунов, которых кинули во дворе Академии.

Фауст.

Кажется, он потратил лишь пару мгновений на то, чтобы скомандовать: 'Фрей, проход к Гретте!' и броситься в синюю арку ещё до того, как она опустилась на пол. Он словно нырнул в нору, протягивая руки - и буквально сшибая с ног девушку.

Они упали и чуть прокатились по полу, на мороз, прямо в открытые девушкой двери. Они оказались на крыльце Академии. Как же вовремя!

- Там мой отец! - крикнула Гретта, пытаясь сбросить его с себя. Парень проигнорировал её: вскочил, рывком поднял Фауст на ноги и запихал обратно в холл. Он слышал, что Легаты уже устремились к ним, но Фрей успел запереть двери прежде, чем те ворвались в школу.

Теперь кровососы точно знают, что их заметили.

- Там мой отец! - опять закричала Фауст, бросаясь на Истера, но тот крепко её схватил за талию и не пускал. Не обращал внимания на её крики и болезненные удары по всему телу.

Она плакала. По щекам текли огромные кристальные слёзы.

- Пусти, - прошептала она. - Отпусти меня.

Он промолчал, обнял, пряча её заплаканное лицо где-то в районе своего плеча. Погладил по голове, как она это делала всего полчаса назад, и глядел на приближающихся к ним Электру, Лектуса и Ярика, а за ними - родителей эльфа. Истер надеялся, что Фрею хватит интеллекта не пускать к дверям и окнам, а тем более сюда, никого лишнего.

- Что будем делать? - Истер отпустил Гретту, почувствовав её сопротивление: она вытирала лицо, пытаясь взять себя в руки. Не поворачивалась к остальным, чтобы не показывать мокрые красные глаза.

Но никто ничего не успел сказать, поскольку в главной колонне показались глаза и рот Фрея. Впервые Истер видел в этих глазах испуг.

- У дверей библиотекарь Тедис. Он передал, что Байрок требует выдать его семью - жену, сыновей и дочь, или он убьёт заложников. Помимо тех, кого они уже показали, у них 324 человека, из них 117 учеников Академии и других детей, - словно отчитался Дух срывающимся голосом. - Они ждут ответа до полудня.

Воцарилась тишина, Гретта прислонилась к плечу Истера, не оборачиваясь и ничего не говоря. Было ощущение, что она замерла от ужаса. Он перевёл глаза на брата: у того какое-то каменное, более бледное, чем обычно, застывшее лицо и холодные, очень тёмные глаза.

В этой тишине в Холл спустились Ольга и ещё более худой, чем раньше, но живой Лукас с какими-то шальными, блестящими глазами. Умирание не пошло ему на пользу.

- Вариант с нападением на кровососов не рассматриваем? - хмыкнул Александр, которому явно хотелось подраться. Вот кому точно маленькая война не помешала бы.

- Думаешь, они этого не предусмотрели? - ответила Ольга, взглянув на Дхана. - Ты же слышишь: за стенами их целая армия. Они ждут, что мы нападём. И сметут нас числом. Двери должны быть закрыты. Древо должно выстоять.

Истер скосил взгляд на Гретту, но та никак не реагировала на происходящее, вцепившись пальцами в его рукав.

- Уходите, Лектус, все вы, - вдруг сказала Электра, переводя взгляд с одного сына на другого. Интересно, она заметила, что младший больше похож на статую, чем на человека, ну, или кем они после посвящения, являются. Что с ним? Испугался отца? Или за родных: за Ксению и мать, которых от Байрока сейчас отделяла лишь дверь в Древе. - Идите туда, куда собирались. Если Академия падёт, у людей должен остаться шанс. Вы последняя надежда остановить отца.

Лектус молчал, взгляд его словно прирос к дверям, за которыми были Правящие и заложники. Истер пихнул его рукой, и Лектус повернулся к матери с таким же пустым, равнодушным взглядом.

- Уходите, а мы разберёмся с заложниками, - кивнула выступившая из-за спины Правительницы Водного мира Эйлин. Ольга и Лукас кивнули, поддерживая остальных взрослых. Они словно взяли на себя решение проблемы с Байроком, но миссия, которую поручали своим детям, тоже не смахивала на лёгкую прогулку.

- Вы слишком далеко зашли. Идите и сделайте то, что должны, - кивнул Александр. Взрослые - волшебники и эльфы - окружили их, и всюду на ребят смотрели серьёзные глаза старших.

- Фрей, найди Кристин, Ксению и Джеймса, пусть они приходят в спальню девушек, захватив минимум вещей, но все артефакты, - сказал Ярик, словно принял решение. Он ведь всё это время молчал: видимо, сканировал мысли людей и колдунов вокруг, в том числе Тедиса, что стоял по ту сторону двери, и принял решение. - Гретта, ты идёшь с нами.

Неужели её отец уже мёртв?

- Он жив и даже в сознании, - проговорил эльф, когда девушка обернулась. Слёзы уже не текли, но на лице была какая-то обречённость. - Я слышу его.

- Я не брошу папу! - проговорила она, кусая губу.

- Мы его вытащим, Гретта, - Эйлин мягко погладила Фауст по плечу. - Уходите отсюда. Иначе мы будем за вас волноваться, а нам нужно сосредоточиться на борьбе. Помоги ребятам, твой дар им пригодится.

Она промолчала, и Истер выдохнул: даже не заметил, как напрягся и приготовился опять спорить с девчонкой.

- Джеймс и девушки ждут вас в спальне, они собрались, - возвестил Фрей, и Истер нашёл ладонь Гретты, чтоб у неё даже мыслей не было, что она тут останется. Если Древо падёт, лучше быть как можно дальше отсюда.

- Идите, - поторопила их Электра, и Истер встретился с ней взглядом. Кажется, мать была готова ко всему, в том числе к смерти. И, скорее всего, именно это её ждёт, если Байрок проникнет сюда. Ну, или если её сыновья уничтожат Силу, что все эти годы поддерживала в ней жизнь.

От её взгляда у Истера защекотало в горле, и он отвернулся, потянул Гретту за собой в открывшийся проход, давая Лектусу и Ярику попрощаться с родителями.

- Истер.

Он обернулся в момент, когда уже переступил порог: Электра пристально смотрела на него своими блестящими глазами сытой Правящей. Это было словно отражением его глаз.

- Постарайся выжить, сын. И прости за всё.

## Глава 3. Начало конца


Что-то пошло не так. Он это почувствовал сразу, как крутанул компас: и ощутил, что перемещение прошло не по плану. Стоило им материализоваться на другом краю планеты, и Лектус понял, что именно.

Кто-то их отклонил от курса, дёрнул в сторону. Они должны были переместиться в пещеру, всем знакомую по побегам из Красного города. Но оказались в воде.

Лектус не уронил компас на дно только потому, что был предельно собран в момент перемещения и не привык поддаваться страху. Он, как и остальные его спутники, с головой ушёл под воду, крепко сжимая артефакт, и тут же пытаясь увидеть, где Ксения: сестра не умеет плавать.

Друзья барахтались в мутной воде, сбрасывая с себя тяжёлые рюкзаки. Трое.

Когда они оказались на поверхности, Джеймс уже поддерживал и себя, и Ксению на поверхности, пытаясь отдышаться - и при этом создавать как можно меньше шума. Хотя прибой, что в десятках метров от них бился о скалу под Красным городом, заглушал любые звуки.

Алексис, оказавшаяся совсем рядом, с испугом смотрела на Лектуса, отплёвываясь от солёной воды:

- Что случилось? Где остальные? И почему мы тут?

Слишком много вопросов.

- Давайте к берегу, - Лектус махнул в сторону, где виднелся пологий каменный спуск: там, кажется, и был вход в пещеру, они промахнулись совсем ненамного. - Нужна помощь? - спросил принц у Джеймса, но тот лишь помотал головой, плывя на спине и поддерживая сестру Принца на поверхности. Ксения гребла руками и ногами, следуя инструкциям кочевника.

- Что случилось? - повторила Алексис, когда они, мокрые, но живые, выбрались на песок и скрылись за камнями, чтобы их не увидели ни со стены, ни с кораблей. Дул холодный ветер, и Лектус поманил их к пещере.

Но и тут их ждал сюрприз: ход был заложен со скрупулёзностью Правящих. Ни щели, ни намёка на кладку - ровная каменная гладь, замазанная цементом.

- Ай да отец, - хмыкнул Лектус, оглянувшись на друзей. Всё шло не по плану.

Круг словно замкнулся. И Принц чувствовал внутри какую-то странную, гулкую пустоту усталости. Он нашёл взглядом сестру: он уходил отсюда, чтобы отвезти Ксению в безопасное место и вернуться. Он вернулся, но безопасных мест в этом мире больше нет.

Всего какие-то минуты назад их отец, их главный враг, стоял на пороге их нового дома и собирался убивать заложников. Либо заложников, либо их - его жену и детей. Мир рушился, потому что он, Принц Водного мира, решил спасти сестру.

Отец не остановится. Никто не остановится. Возможно, мать выживет, но сестра погибнет, брат погибнет, Алексис погибнет, Джеймс. Они не спаслись, они отсрочили смерть - и обрекли на неё ещё тысячи людей по всему миру.

Песчаный остров. Кольцевой мыс. Северный город. И десятки других мест, по которым уже прошла армия отца, чтобы оказаться у подножия Древа.

Если смерть неизбежна, почему бы не пойти ей навстречу, сделав так, чтобы у других был шанс? Мать права: у людей должен остаться шанс. Дхан прав: они уже слишком далеко зашли.

Они сделают то, что должны.

- Где Ярик и остальные? - тихо спросил Джеймс, прерывая тяжёлые мысли Лектуса, который смотрел вверх, на нависающие над ними камни Красного города. Красные камни, словно напитавшиеся крови убитых и погибших людей.

Он повернулся к друзьям: кочевник обнимал Ксению, закрывая её от ветра. Они вчетвером стояли на узкой полоске берега, полного камней. Алексис спряталась между валунами, пытаясь выжать снятый с себя свитер.

Вещи и продукты они утопили. Половина друзей осталась в Академии. Предполагаемый проход в Храм Природы замурован, если вообще не разрушен. А в Академии сейчас погибают люди и волшебники.

- Кто-то удержал Ярика и остальных в Академии, не дал переместиться. И этот рывок сбил нас, - ответил Лектус, стряхивая воду с волос и лица, справляясь с голосом. Ему не было холодно, скорее зябко от ледяного хода мыслей, от разума, что, кажется, впервые за много месяцев возобладал над чувствами.

Он Принц Водного мира. Он вернулся домой, но у него больше не было дома. Он Чужой. Но у него есть цель, а идти к своим целям он умеет.

Джеймс растирал руки Ксении и как-то испуганно смотрел на друга, словно спрашивал: что с тобой?

Ничего. Просто он оставил в Академии того парня, что мог дружить, любить и бояться.

- Может, вернёмся? - предложила Алексис, ёжась. Ей было страшно. Да и правильно, Кар-Альны сейчас для них не самое гостеприимное место. Принц приобнял девушку за плечи, пытаясь согреть.

Всё будет хорошо. Скоро всё закончится. Нужно закончить со всем: со смертью, со страхом, с холодом, с усталостью. Круг замкнулся, пора заканчивать это путешествие.

- Нет. Неизвестно, что там произошло. Я не буду рисковать вами, - Лектус отвечал не сразу, мысли двигались медленно, словно даже внутри он окоченел.

- Что будем делать? Сможешь переместить нас внутрь с помощью компаса? - Алексис с надеждой прижалась к другу, но он не ощутил тепла. - Ты в порядке? - она что-то почувствовала, а Лектус запрещал себе этого. Хотя, скорее не запрещал: он не могу сейчас чувствовать. Больше не мог.

У них была цель, и им придётся её достигнуть, чтобы остановить отца. Если бы он чувствовал, то не позволил бы Ксении и Алексис рисковать собой.

- Как они узнали о пещере? - сестра постаралась справиться с голосом, но он дрожал. То ли Красный город на неё так влиял, то ли она ощущала брата - и дрожала. Судя по её взгляду, скорее второе.

Да, родная, я вернулся к тому, с чего начал. Мы вернулись. Но скоро всё закончится, Ксения, ты больше не будешь бояться. Я не позволю отцу добраться до тебя.

- Скорее всего, служанка матери, - Лектус посмотрел на Алексис, окончательно понимая, что теперь в любом случае доведёт начатое до конца. Каким бы ни был этот конец. - Ну, или отец отправил Легатов искать выходы из города, когда мы дважды ускользнули из Дворца.

- Что с тобой? - вдруг прошептала девушка едва слышно, крепко сжимая его ладонь. Она искала в нём того, своего Принца, и не находила.

Лекси, тот Принц не справился. Размяк. Пригрелся. И мир рухнул. Не только весь мир, но и мир для тебя и Ксении. Непростительная ошибка.

- Я попробую переместиться за стену, - наконец, решил Принц, доставая компас и игнорируя испуганно-вопросительные взгляды девушек. Он был уверен, что вода не повредила артефакту. - Мы за пределами города, поэтому, даже если магический щит активирован, должно сработать.

- Нет! - Алексис ещё крепче схватила его за руку. Быстро сообразила. - Ты не сможешь вернуться из-за щита! Надо идти всем вместе, - она испуганно смотрела на него, пристально, словно вдруг догадалась о принятом им решении. Видела, как он окаменел внутри.

Но иначе не справится. Они не справятся.

- А если там всё разрушено и взорвано? Тут мы хотя бы в воду упали, а там? - Лектус не собирался рисковать всеми сразу.

- Если бы там было всё разрушено, то берег и стена тоже бы рухнули, - не согласилась Алексис, всё ещё не отпуская его руку. - Не стал бы твой отец взрывать основание собственного города!

А я собираюсь это сделать, если правильно представляю ситуацию. Я уничтожу то, на чём стоит Красный город, - в прямом и переносном смысле.

- Идём все, - твёрдо сказал Джеймс, переплетая пальцы с ладонью Ксении. Сестра кивнула. - Нельзя разделяться.

Лектус покачал головой, но тут Ксения прошептала: 'Эймир', и от стены отделилось голубое свечение. Алексис и сестра почему-то заулыбались - встретили, видите ли, старого друга, а Лектус и Джеймс шагнули, заслоняя девушек от создания, что пока приносило им одни проблемы.

- Оставь, Лектус, он друг, - Ксения коснулась его холодной рукой. - Я его чувствую, он друг. Он зовёт нас.

- Он как-то уже позвал Алексис, ага, - проворчал Джеймс, а Принц промолчал: возможно, это создание поможет ему проникнуть ко второму Узлу.

- Эймир хочет помочь, - улыбнулась Ксения. - Нужно идти за ним. Он не причинит нам вреда. Он же знает, как найти Храм.

- И это ещё сильнее доказывает, что лучше туда не соваться, - фыркнул кочевник.

- Лектус, нам нельзя тут оставаться. И разделяться нельзя. Нужно идти в пещеру, а там уже решим. Здесь холодно, - Алексис снова прижалась к его плечу, пытаясь убедить друга.

- Ладно, - Принц сжал компас, и девушки схватились за его руку, радостные, что уйдут с пронизывающего ветра. Дух тем временем просочился сквозь камень и исчез, уверенный, что ребята последуют за ним.

Спасибо Природе, они переместились не внутрь каменного обвала, а в пещеру, из которой вниз, на берег, вела лестница. Раньше. Сейчас она обрушилась: в полу зияла чёрная дыра, и в ней угадывались осколки камней. В верхней пещере тоже часть стен и потолка отсутствовали, но камни провалились вниз, образовывая новые провалы.

- Все целы? - тихо спросил Лектус, поддерживая Алексис, которая неудачно приземлилась на завал из камней. Тут же поднял глаза, чтобы убедиться, что на них сейчас не рухнет свод.

- Эймир нас зовёт, - вместо ответа сказала Ксения, начиная осторожно пробираться по завалам в сторону, где светился Дух.

Джеймс и Лектус переглянулись и последовали за девушками. Свечение внезапно пропало, словно куда-то скрылось, и в пещере тут же стало абсолютно темно.

- Замрите, - скомандовал Принц, он боялся, что друзья переломают в темноте ноги или провалятся куда-то. Но тут снова появился свет: Алексис держала в ладонях разгорающийся оранжевый огонёк. - Как ты это делаешь под щитом?

- А как это делала твоя мама? - улыбнулась девушка в свете огня. - Я просто взяла у природы то, что у неё всегда есть: огонь, воду, воздух, землю. Никакой щит не может у неё это забрать и запретить мне этим пользоваться. Я сама часть Природы.

- Ничего себе, - выдохнул Джеймс, осторожно подходя ближе. - По крайней мере, от жажды мы точно не умрём.

Ксения тихо рассмеялась, а потом чуть пихнула кочевника в плечо:

- Идём, Эймир нас ждёт.

- Столько веков ждал, а тут пары минут у него нет? - снова фыркнул парень, придерживая подругу под локоть, когда она перебиралась через груду осыпавшихся у стены глыб. - И куда...?

- Тут пролом, - удивилась Алексис, поднося огонёк к стене и оборачиваясь к Лектусу: - Твой отец оказал нам услугу - проложил дорогу к Храму.

- Я пойду первым, - только и ответил Принц, отодвигая девушку и заглядывая в узкую, тёмную щель. Там мерцал голубоватым сиянием Дух старшего сына первого Правящего. - Стойте пока тут.

Он осторожно протиснулся в проём, нащупал пол и замер, глядя на каменный коридор, который освещал поднявшийся к неровному своду Эймир. Коридор был с низкими сводами, стены грубо вырублены в породе, правда, местами ровно обтёсаны - на них были вырезаны орнаменты и символы стихий.

- Ух ты! - конечно же Алексис не стала ждать разрешения и уже стояла рядом с ним, разглядывая одну из фресок. - Это явно проход к Храму, слишком красиво, чтобы быть просто пещерой в горе.

Лектус не стал отвечать: он осматривал коридор, пытаясь понять, есть ли из него ещё какой-то выход и не обрушится ли на них потолок. Судя по всему, проход делали века назад, и давно им не пользовались. Глупо погибнуть на пороге места, куда их толкала судьба.

- Интересно, кому было заняться нечем, - снова проворчал Джеймс, когда выбрался в коридор и осмотрелся. Лектус понимал, что друг нервничает.

- До чего же ты примитивный, - фыркнула Алексис, покачав головой, - красиво же!

- Ага, но если подумать, что тут всё может рухнуть нам на головы, а чуть повыше - толпы кровососов, то не вижу поводов для восторгов. Ярик нас сюда отправил, сам неизвестно где застрял, а мы должны опять довериться сгустку света, который уже однажды тебя, Лекси, чуть не отдал на съедение какой-то потусторонней силе... Ну, куда теперь?

В недра горы, Джим, - чтобы обрушить это место. Если принять во внимание, что было, когда Истер уничтожил могилу Эймира, вряд ли на этот раз Узел разлетится стайкой бабочек.

- Ладно, надо идти, - Лектус кивнул на Духа: свечение уже отправилось по коридору, который медленно, едва заметно, но уходил вниз, в сердце горы под Красным городом, под уровень моря. - Старайтесь идти тише.

И он первым последовал за голубым свечением, внимательно разглядывая потолок и каменный пол. Сгинуть в подземельях по пути к цели не входило в его планы.

- Кажется, коридор идёт по спирали, - спустя какое-то время проговорила Алексис. - И медленно спускается.

Принц кивнул: они кругами двигались вниз, словно по дороге, которая окружала гору. Постепенно становилось теплее, а рисунки со стен практически исчезли, сменившись переливающимися в свете Духа и огонька Алексис камнями.

- Долго ещё? Что там ваш Эймир говорит? - тихо спросил Джеймс, который шёл последним.

- Он не говорит с нами, я просто его чувствую, - улыбнулась Ксения. Она была бледна, но глаза мерцали радостно. Наверное, так глубоко она не чувствовала города и умирающих в нём людей.

Спустя какое-то время они услышали - сначала едва заметно, а потом всё громче - шум воды.

- Море? - изумилась Алексис, посмотрев на остановившегося у резкого поворота Лектуса. Кажется, они пришли. - Мы глубоко под водой?

- Это ведь Храм Воды, нет? - Принц снова рукой остановил друзей и первым вошёл под низкий каменный свод, навстречу шуму воды.

Он оказался на балконе, нависающем над морем, и перед ним открылся зал с резными колоннами, уходящими в голубую бездну, и многочисленными арочными мостами, застывшими над бушевавшей внизу водой.

Мосты соединяли вырастающие из воды каменные платформы с идолами и чашами, ещё какими-то предметами культа древних. В центре зала на камне возвышался белый стол, окружённый четырьмя белыми креслами с высокими резными спинками. А над столом пылало нечто, чему Лектус не мог дать название.

Над этим нечто он родился и вырос, даже не зная, что в сотнях метрах под камнем и водой пылает ... сердце Природы?

- Что это? - выдохнула пришедшая за ним Алексис, и Лектус был полностью согласен и с её удивлением, и с благоговением.

- Мать твою, - это был уже Джеймс, и эти слова также могли выразить увиденное ими.

Над столом в центре зала царили Стихии, заключённые в серебристый, почти прозрачный кокон Чужой силы. Из левитирующего Камня неправильной формы вырывался яркий Огонь, который плясал в вихре кружащегося вокруг него Ветра. Раз в десять секунд на Ветер, Огонь и Камень обрушивалась волна кристально чистой Воды, Огонь гас - и тут же вспыхивал вновь, а вокруг него тут же начинал пляску Ветер.

И всё это в бесконечном круговороте сферы, созданной Первым Правящим. Лектус был уверен, что они видят Второй Узел, который поглотил Природу этого мира, подчинил её себе.

- Потрясающе, - прошептала Ксения, делая шаг к краю балкона, под которым плескалось море, заключённое в каменную пещеру, - сияющее чужим, серебристым светом, который едва заметными струйками сочился из сферы в центре зала и растворялся в воде.

- Сердце вашей Силы, - Алексис обернулась к Лектусу, в её глазах восхищение смешалось с ужасом.

- Нашей Силы, - поправил он девушку, и ему впервые в жизни по-настоящему стало страшно: не за кого-то или чего-то, а просто страшно. Они пришли уничтожить этот Узел.

Что будет, когда они это сделают? И как это сделать? И смогут ли они увидеть то, что будет потом?

- И что нам с этим делать? - тихо спросил Джеймс, завороженно глядя на Стихии.

- Эймир говорил, что камень, кольцо и ключ - антисила для Узлов, созданных его отцом, - Ксения словно читала мысли Лектуса, и Алексис тут же достала из-под одежды шнурок, на котором носила ключ. Тот едва заметно светился, словно чувствовал близость Силы, для уничтожения которой он был создан.

Ну да, Ярик же сказал взять все артефакты с собой. Правда, унты свои Лекси, наверное, утопила вместе с рюкзаком. С другой стороны, когда глядишь на то, что им предстоит уничтожить, вряд ли надеешься, что тебе ещё когда-то понадобятся какие-то вещи, даже магические.

- Идёмте, - Лектус сглотнул вязкую слюну страха, природного, первобытного страха живого существа перед смертью, и первым ступил на мостик, с которого начинался путь по Храму Воды к его алтарю.

- Что если тут всё рухнет, когда мы уничтожим сферу? - тихо спросил Джеймс у Лектуса почти на ухо, догнав его. Хотя при такой шуме воды можно было не шептать: вряд ли кто-то даже в двух шагах услышит. - Если мы все погибнем?

Ну, вот и он понял то, о чём Лектус думал с тех пор, как они ступили на берег.

- Мы все погибнем, - повторил друг уже без вопросительной интонации.

- Поздно отступать, - Принц остановился, поджидая девушек, и пристально глядя на кочевника. Нужно было его убедить в том, что осознал Лектус: другого пути у них нет. - Моего отца нужно остановить, ты и сам это понимаешь. Или этот мир навсегда останется миром Чужих, - и он кивнул на пленённую Силой Природу. - Здесь больше нет безопасных мест. Мы можем это изменить.

Джеймс как-то странно посмотрел на друга, словно впервые видел:

- Но...

- Представь, что вот прямо сейчас в Академии умирают люди, и волшебники, и эльфы, и даже эти зелёные флоки, а мы можем это остановить, - пожал плечами Лектус. Он устал, очень устал и хотел, чтобы начатое здесь, в Красном городе, кажется, века назад, путешествие, закончилось. - Пусть всё закончится.

Алексис, какое-то время назад видимо подошедшая и слушавшая его, обняла, прижавшись, это было неожиданно. Она его поняла, поэтому промолчала.

Лектус погладил её по волосам, прикрыв на мгновение глаза, и потом отстранился. Нельзя. Если он позволит девушке вновь проникнуть в его разум, заставить его чувствовать, то он не сможет, не решится.

Надо идти дальше. В свете Сферы Чужих лица друзей были белыми, странными, испуганными. Лекси крепко держала его за руку, и Принц чувствовал, что ей страшно.

- Что теперь?

- Тут четыре кресла, - Ксения медленно обходила вокруг каменного стола и рассматривала белый камень. Сестра была спокойна, словно завороженная тем, что видела. - Они помечены знаками Стихий.

- Тогда всё понятно, - снова пожал плечами Лектус. Равнодушие - неплохой способ не думать о последствиях того, что они собирались сделать.

Не зря гномы чертили свои круги и квадраты на полу Океанариума. Каждый знал свою роль.

Алексис снова обняла его, ещё крепче, а он поднял к себе её лицо и коротко поцеловал холодные, искусанные от волнения, губы.

- Всё будет хорошо, - прошептала девушка, поглаживая его щёки и глядя прямо в глаза. Она всё понимала, всё знала. - Я тебя люблю больше жизни, помни об этом.

- До последнего мгновения, - прошептал он и отпустил Алексис, оглянулся на Джеймса и Ксению. Сестра села на предназначенное ей место - Эймир кружил рядом с ней, а Джеймс укутал её своим свитером.

Зачем? Одежда всё ещё была влажной, да и бурлящая вокруг вода пропитала всё вокруг. Теплее всё равно не станет, хотя, казалось бы, они должны были спуститься до самого центра земли, а там, как говорят, жарко.

- Иди, - он подтолкнул Алексис к креслу со знаком Огня и занял своё место одновременно с Джеймсом. Друг хорошо держался. Они все спокойно приняли происходящее.

Словно кто-то или что-то их околдовало, смирило с происходящим, лишило воли. Он ухватился за эту мысль, но ненадолго.

- Что делать с ключом? - отвлекла его Алексис, переводя взгляд с брата на Принца.

- Камень Истера просто упал на могилу, а там сам нашёл себе место. Поэтому предлагаю просто кинуть его в Сферу, - Лектус пристально смотрел на подругу. Если не получится, попробуют что-то ещё. - Давай.

Он поймал почти безумный взгляд Алексис, подталкивая её уже сделать то, зачем они тут. Закончи это.

- Я люблю тебя, - прошептала она снова в грохот воды вокруг, но он прочитал её слова по губам, а потом ключ влетел в Сферу, стукнулся о камень - и исчез. Всего мгновение казалось, что ничего не получилось, и Лектус даже обрадовался, но камень вдруг начал сочиться кровью, потом красные брызги полетели во все стороны, оседая на стенках Сферы, Огонь взвился красными языками вверх, словно пытаясь прожечь кокон, его сковавший.

И Сфера взорвалась, рассеивая вокруг Силу, камень, воду и огонь, сметаемые во все стороны беспощадным ледяным ветром, вырвавшимся на волю.

Лектус почувствовал, как огонь и боль заструились по его венам, рядом закричала Алексис, но никто не мог пошевелиться. Последнее, что увидел Лектус, были голубые Нити Силы, что окутали Алексис и устремились к нему.

Вот и всё. Он выдохнул усталость и закрыл глаза.


Свят.

В принципе этим словом можно было описать всё, что произошло с Яриком и его друзьями в момент, когда они должны были вслед за Лектусом пересечь планету и оказаться в Красном городе.

- Что...? - это было первое, что произнёс Истер, упав на пол от неожиданного рывка назад и перестав чертыхаться.

- Свят! - Ярик видел младшего брата в тот момент, когда тот вцепился в его руку, не позволяя исчезнуть из Древа. Ярик от неожиданности отпустил Лектуса, а поскольку Истер и Кристин держались за эльфа, они остались в Академии. А Гретта не отпустила руку Истера - и упала вместе с ним на пол от рывка.

- Свят, а ну появись!

- А ты обещай не ругаться, - раздался голос брата откуда-то из угла комнаты.

- Обещаю не сдавать тебя маме сразу, а сначала выслушаю, - фыркнул Ярослав, замечая изменения воздуха там, где прятался Святик. - Давай, хватит уже.

Наконец, закутанный в свитер и шапку мальчишка появился перед глазами: уставший, исхудавший, с поцарапанным носом.

- Откуда ты тут взялся? - Кристин стянула с него шапку и рассматривала царапины, словно заботливая нянька. Свят умел втираться в доверие к девушкам.

- Сбежал от преподавателя Фауста, из той школы, там было страшно. Стащил камень путешествий и сбежал, - улыбнулся брат, прыгая на кровать. Он был доволен. Не понимал, что сейчас натворил. - Прятался у беготов, а потом пробрался сюда.

- Ну и сидел бы у своих беготов, - Истер помог Гретте подняться, а потом повернулся к братьям, сложив руки на груди. Друг был явно сердит на ситуацию.

- Истер, перестань! - Кристин села рядом с мальчишкой и обняла его за плечи. - Святик, ты устал? Есть хочешь?

- Взбучку он хочет, - проворчал Ярик, находя мать в Древе: она была в холле и, как ни странно, радовалась тому, что сыновей нет в Академии. Эйлин не ждала впереди ничего хорошего.

Как там ребята, в Красном городе? Смогут ли найти Храм сами? Догнать их теперь не получится.

- И зачем ты тогда пришёл сейчас? Беготы кормить перестали? - Истер, кажется, взял себя в руки. Ярик видел, как он то и дело оглядывается на Гретту, и не зря беспокоился. Девушка думала о том, как ускользнуть и кинуться помогать отцу, раз уж они остались.

- Нет, они умерли.

- Как умерли? - вскрикнула Кристин, и в этот момент Гретта попыталась прошмыгнуть в дверь, однако, Истер был настороже и перехватил её, крепко сжав плечи. И в момент этого прикосновения Ярик, читавший мысли девушки, узнал то, чего не хотел знать, что не должен был знать.

- Ого.

Зря. Он быстро посмотрел на Истера и разочарованно понял, что тот всё прочитал по его лицу. Друг побагровел на глазах, отпустил Гретту, толкнув её на кровать, и сделал шаг к Ярику. Эльф успел уклониться от летящего в него кулака друга, хотя и понимал, что заслужил это.

- Истер! - Кристин вскочила, вскрикнув, а Гретта уже вцепилась в его плечи, потянув назад.

- Хватит! - Фауст буквально повисла на нём. - Перестань! - кажется, девушка тоже догадалась, что Ярик читал её мысли в тот момент, когда она вспомнила, как Истер в тёмной разрушенной комнате пил её кровь.

- Это моё, не смей! - почти зарычал Старший Принц, сжимая кулаки и глядя на друга налившимися кровью глазами. Синяя радужка запылала, и Ярик чуть отступил.

- Прости, - только и смог он сказать: а что ещё?

Наступила тишина. Поскольку Истер не собирался снова кидаться на людей, Гретта его отпустила, но всё равно стояла рядом, искоса поглядывая на парня. Ярику казалось, что Фауст чуть улыбается чему-то, но решил, что это точно не его дело, и повернулся к брату. Мальчишка с испугом переводил взгляд с одного парня на другого и сжимал руками шапочку.

Так, надо собраться.

- Свят, почему умерли беготы? - эльф присел перед братом, внимательно вглядываясь в маленькое личико. Мать с ума сойдёт, когда узнает. Надо отцу сказать первому.

- Когда было сияние, - ты видел, словно мир светился? - мы с беготами были на берегу, у водопада, где статуи Елень и Святовита. Они юркали в пещеры и возвращались, приносили разные камушки, вот, - брат извлёк из карманов несколько маленьких необработанных изумрудов и рубинов, что раньше в обилии тут добывали гномы.

- А потом было сияние, и беготы испугались. Они бросились в воду, прыгнули с водопада - они часто так делают, чтобы быстрее спрятаться в норе. Я смотрел, как они выбираются из воды... И тут они все умерли. Засияли и умерли. Все, - на последних словах голос Свята задрожал, и из глаз потекли огромные слёзы.

- Эй, - Ярик обнял брата, погладив по голове, и дал ему выплакаться. А сам пытался понять, почему от сияния умерли беготы. Истер тем временем подошёл к окну и долго там стоял, вглядывался в Синюю реку, что отсюда была хорошо видна, как и водопад, за которым скрывалась пещера с Вратами.

'В реке много мёртвых созданий', - Истер буквально вторгся своими мыслями в голову Ярика. Ничего себе, как он умеет. - 'Какие-то рыбы, беготы и, кажется, феи. Но все они ниже водопада, выше река чистая'.

- Надо отвести Свята к родителям, - наконец, прервал тишину Ярик, поднимаясь и протягивая руку брату. Тот колебался. - Мама будет рада, что ты жив и рядом с ней, поверь мне.

- Я отведу, - Кристин искоса посмотрела на напряжённую спину Истера, застывшего у окна, и хмыкнула, взяла Свята и вышла.

Несколько минут в комнате царила тишина, а Ярик отслеживал перемещения брата и девушки. И в момент, когда они заговорили с Александром, мир вспыхнул. Воздух завибрировал и зазвенел, глазам стало больно, и Истер вскрикнул, падая на пол и забившись в судорогах.

А снаружи бушевал ветер, ломая ветки и подхватывая Правящих, что до сих пор были с заложниками у крыльца, и откидывая их на стены. Они оставались лежать и так же, как Истер, бились от боли на снегу.

В реках вспенилась вода, буквально выплёвывая прочь всё, что жило и лежало в них, снося мосты и камни. По скалам, которые были видны из окна Академии, со скрежетом прошла трещина - и из неё вырвался огонь, словно гигантский дракон проснулся и извергнул пламя.

Земля качалась под ногами, однако, Древо так глубоко вросло в почву, что смягчило эти колебания. Но с полок и из шкафов посыпались вещи, стулья упали с грохотом. На улице частями обрушились стены вокруг Академии, и вдалеке поднимались столбы пыли от других разрушений.

- Истер! - Гретта первой взяла себя в руки в этом хаосе, полном страшных криков и звуков разрушений, подвываний ветра и гула огня, который охватил берег. Она упала на колени рядом со Старшим Принцем, пытаясь удержать его, но Истер метался, закатив глаза, выгибаясь от боли.

Ярик автоматически начал искать в Академии родителей, брата и Кристин, и тут же натолкнулся на мысленный крик Эйлин, посланный явно ему:

'Им нужна кровь! Правящим нужна кровь!'.

Эльф кинулся к другу и ошарашенно понял, что Гретта уже разодрала об острый край стола едва закрывшуюся рану на руке и подносит её ко рту Истера:

- Держи его! - скомандовала Фауст. Ярослав упал рядом, сжав голову мечущегося Истера, - и кровь из руки девушка потекла в его рот, иногда стекая мимо, по щекам и подбородку.

- Пей, Ист, давай же, - шептала она, прикусывая губы от переживаний. - Давай же, чёрт подери!

Долгие мгновения ничего не менялось, и Ярик с трудом удерживал друга, в то же время читая мысли всех, кого мог найти вокруг. Везде в Древе и вокруг была та же картина: Правящие страдали от мучительной боли, накрыло этой волной и часть детей Чужих.

А маги уже были во дворе - и убивали беспомощных врагов, оказывали помощь заложникам, запирали ворота и восстанавливали разрушения.

Наконец, Истер обмяк, глаза его стали осмысленными. Ярик осторожно отпустил друга, сдвигаясь и подкладывая ему под голову подушку, упавшую с кровати во время землетрясения.

Парень застонал, пытаясь подняться.

- Ист, - выдохнула Гретта и к изумлению Ярика нагнулась, целуя Истера в окровавленные губы. Уф.

Эльф осторожно ещё отодвинулся, почувствовав себя лишним, встал и отошёл к окну, чтобы не мешать друзьям. Пейзаж за стеклом значительно изменился, но хотя бы вода вернулась в берега, огонь иссяк и осела пыль. От сгоревшего леса поднимался сизый дым, сливаясь со столбами другого - синего: люди и маги жгли Чужих, пока те были беспомощны.

Удивительно, но статуи Елень и Святовита устояли. Внизу, вдоль русла реки, то там, то тут лежали тела существ, которых исторгла река, а у водопада...

- Мать-Природа, - прошептал эльф, оборачиваясь к Истеру и Гретте, не заботясь в данный момент о том, что мешает им или видит что-то не то. Благо, ребята просто сидели, обнявшись, но тут же отпрянули друг от друга. - Посмотрите.

Гретта помогла Истеру подняться. Друг сильно ослаб: он опирался на плечи девушки, осторожно делая шаги, а глаза его неистово светились от выпитой крови, что выглядело страшно на бледном, обескровленном мукой лице.

- Всё нормально, - отмахнулся он от взгляда Ярика, и втроём они смотрели в окно, на подножие горы, где раньше был мост и где рядом бился потревоженный водопад.

- Что это? - изумилась Гретта, не отводя взгляда от сияющего клубка энергии, который пульсировал, то расширяясь, то сжимаясь. А в центре этой сферы был чётко виден силуэт толстого человечка маленького роста, с длинной седой бородой. Он там застыл, пленённый сиянием.

- Надо ему помочь! - прошептала Фауст, но не сдвинулась с места.

- Он мёртв, Гретта, - уверенно ответил Истер, прислонившись к стене рядом с окном и прикрывая глаза. - Это...

- Это последний узел, это Источник, - кивнул Ярик. - Ребятам удалось уничтожить то, что было в Храме Воды, Сила хлынула в место, которое ещё держит её в этом мире. В Живой Источник, помнишь? Он там, у водопада.

Арон сделал смерть Источником своей Силы в этом мире. Сила текла через тело мёртвого гнома. И миром стали править живые мертвецы.

- Идём, - решил Ярик, глядя на друга, и тот кивнул. - Ты в силах?

- Может, ещё крови? - спросила Гретта.

- Перестань! - кажется, злость вернула Истеру способность уверенно двигаться: он схватил подругу за порезанную руку и сжал. - Прекрати это.

- Ладно, идём, - Ярик решил, что отношения друзья могут выяснить и позже. Гретта кивнула и первой покинула комнату.


Ей было странно хорошо и спокойно. Вот только что она давила в себе страх, и даже ужас, пытаясь не закричать 'хватит! остановись!', когда видела мёртвые ледяные глаза любимого человека, который вёл их на смерть. По крайней мере, все они так считали.

Потом была боль внутри - вполне выносимая, но повсюду. А потом тишина и пустота.

А сейчас она знала, что смерти нет. Потому что она и есть жизнь. Или же живёт в том, что есть жизнь. И именно она вела их на смерть, но они не умерли.

Какое-то время она пыталась понять, где она и главное - кто она. Но в этом ей помогли: понимание пришло внезапно и полностью, словно в тёмной комнате включили свет.

Она Алексис, дочь племени Огня. Над ней бушует освобождёная Природа, обрушивая в море Красный город - вместе с Правящими и людьми. И небо пылает, и вода кипит, и на поверхность выбрасываются умирающие жуткие создания. И по всему миру от боли мучаются тысячи Правящих и их потомков.

Это было начало краха Водного мира, а она сидела в квадрате Стихий, как часть его, как точка его опоры. Рядом - её любимые и дорогие люди, и сейчас именно она помогала им жить. Также, как она толкала их на смерть в этой пещере.

Нет, не она, Сила, что текла через неё, беря начало очень далеко и давно, в другом Мире. Сила, что прошла через Врата Пространства, образовала два Узла и нашла свой Источник - Алексис.

Сила, что вместе с ней переместилась сквозь пространство, через тёмную бездну небытия, сотканного из магии, и оказалась здесь, в Храме Воды, и защитила четырёх подростков от её ребёнка, который стал хищником, вкусив крови живого существа и построив своё существование на смерти.

Алексис видела, - хотя странно, ведь глаза её были закрыты - эту Чужую Силу: отливающее красным серебро, что пропитало всё вокруг, весь мир, живых созданий. И эта Сила сейчас испытывала сильную боль. И те, кто питались от этой Силы, тоже испытывали боль, которая жгла их изнутри, потому что маленькие частицы Чужого жили в каждом, кто хоть раз вкусил её от Кинжала.

Чужой умирал, и жизнь его держалась на Нити Источника, который ещё предстояло уничтожить.

Алексис знала, что и она испытывает часть этой общей Боли, но ведь на самом деле она в глубоком обмороке полулежит на каменном кресле в пещере - и ничего не чувствует. Её тело сейчас ничего не чувствует, а сознание, переплетённое с Матерью Чужого, всё видит.

'Не бойся', было ощущение, что она говорит сама с собой, но на самом деле, это говорила Сила, в которой Алексис сейчас жила, и Сила, которая жила в ней.

'Ты чувствуешь мои Узлы?', да, она их чувствовала, видела - очень далеко от той точки, где сейчас было её тело-Источник. Так, наверное, после смерти ощущал себя Эймир.

'Ты не умерла, никто из вас не умер, я Сила, дающая вам жизнь, так, как это делаем мы, обитатели Начального мира. Я спасу вас. Я спасу всех, кого смогу'.

Алексис снова посмотрела на пространство вокруг: на брата, Ксению и Лектуса, которых окутало голубое сияние. Оно струилось от одного к другому, словно пронизывая нити Чужого, которые дрожали и текли, струились и вились в судорогах боли, комками спадали со Сферы. Та медленно разрушалась, истекая кровавыми каплями в бушевавшее вокруг море.

'Всё будет хорошо', - это уже сама Алексис сказала Лектусу, нащупав холодное движение внутри Силы.

Ей было пора. Она это знала. Ещё не всё кончено, ещё есть Источник Чужого, начало его Силы в этом мире.

'Я не знаю, где он', шептала Мать, и Алексис чувствовала, что та не врёт. Потому что Источник Чужого не был жизнью, как у его матери, он был смертью.

'Его Источник где-то недалеко от Врат Пространства, мы закрепляемся в мире в ближайшей к выходу точке'.

Хорошо. Алексис снова взглянула на Лектуса, потом на брата, и мгновенно переместилась по нитям Силы, в которой сейчас жила и которые жили в ней.

'Я Правящая? Раз ваша Сила теперь во мне, и вы не даёте мне умереть'.

'Ты часть Силы, а Правящие - порождение Смерти. Не бойся, дитя'.

Этот короткий диалог начался в пещере под Красным городом, а закончился в одной из комнат Древа, где Алексис чувствовала два Узла той же Силы, что вела её.

Ольга, окутанная голубым, только Алексис заметным, сиянием, склонилась над лежащей на полу Электрой и поила её кровью из высокого стакана. Рядом Лукас наскоро бинтовал руку высокого, даже красивого мужчины: тот с мучительной гримасой глядел на Правительницу Водного мира, словно собирался броситься к ней сразу, как ему окажут помощь.

'Ей очень больно. Моё дитя на пороге смерти, и это одна из миллионов его судорог'.

Алексис почувствовала сожаление Матери об участи Чужого и о страданиях созданных им живых существ. Алексис за одно мгновение осмотрелась во всём Древе и даже за его пределами - замерев на улице, перед входом в Академию.

Видимо, уничтожение второго Узла застало всех врасплох. Интересно, как это выглядело тут? Как и в тот момент, когда перестала существовать могила Эймира? Или по-другому?

Как бы внешне это не проявилось, но Правящих ситуация сбила с ног. В буквальном смысле. Если внутри Академии их было немного и люди сразу же бросились им на помощь, то здесь картина была иной.

Правящие бились в болевых судорогах прямо на снегу. Это было страшное зрелище. И часть из свиты Байрока уже пылала: настоящим огнём, рассыпаясь в пепел. Между ними с факелами, поджигая беспомощных кровопийц, ходили волшебники, ученики и даже глава Дозора, ещё недавно бывший заложником.

Ворота Академии были закрыты, на стенах, местами обрушившихся, стояли люди, и повсюду до самой реки и по ту сторону поднимался дым - серый от пожаров и синий, от погибающих Правящих.

Люди и маги очищали Северный город от Чужих. И Алексис видела, как серебристые щупальца Чужого отрываются от горящих тел, и те осыпаются горой чёрного песка, - и Нити Силы словно отползают прочь, пучком странного света скрываются за стенами Академии.

Мир освобождался от паутины Чужого, от Силы, которая стекалась сейчас в одну точку - к Источнику.

- Где Байрок?

Алексис вернулась к Узлам материнской Силы, их было легко находить среди Нитей, что окутали этот мир. Словно части своего тела, словно они все трое - части целого.

Электра очнулась и переводила светящийся взгляд с Ольги на мужчину с перевязанной рукой (он стоял у самого входа, словно не решаясь уйти и не решаясь остаться), потом на Лукаса.

Где-то Эйлин и Александр поили кровью Анну и других связанных с Силой детей Правящих, и Алексис знала об этом, словно могла получать информацию обо всём, что творится в Древе. И далеко от него.

Ярик? Нет, в Академии его не было, но он найдётся. Лектус, Джеймс и Ксения живы, это она тоже знала, словно видела их перед собой.

- Он в лаборатории, мы оказали ему помощь, - Ольга обернулась к мужчине с перевязанной рукой. - Невий...

- Я останусь, - твёрдо ответил он, и Алексис только теперь поняла, кто это и почему он позволил Электре напиться его крови. Ксения рассказывала о нём.

- Я хочу его видеть, - мать Лектуса села на постели, но дальше Алексис уже не смотрела: Сила нашла Источник Чужого и устремилась к нему, увлекая за собой свои Узлы.

## Глава 4. Начало Мира после


Она открыла глаза. Госпиталь академии. Всё ещё. И опять.

Светлый потолок, запах гари, ломота в теле, шёпот, движение.

- Анна, ты как? - к ней шагнула эльфийка, мать полусумасшедшего Ярика. На лице - искреннее беспокойство.

- Что случилось? - девушка поднялась на подушках. Слабость, даже местами лёгкая болезненная ломота. На соседних кроватях тоже люди, в основном дети Правящих, кого-то она даже знала.

- Что ты помнишь? - Эйлин присела на край кровати. По госпиталю ходили волшебники, большинство почему-то улыбались. Странный запах в воздухе.

- Я... - она попыталась восстановить нить событий. Вот полёт в окно: она снова птица, ныряющая в пустоту своей жизни. Правительница Водного мира. А потом туман.

Нет, ещё было. Она просыпалась.

- Огонь внутри, - ответила она, пристально глядя на эльфийку и отвечая на её вопрос. Не тот, который в последнее время предвещал обращение в птицу. Другой.

- Все так описали это - жжение, - кивнула Эйлин, оглядывая заполненное помещение. - Все, кто связаны с Правящими, испытали что-то подобное. Мы дали тебе крови. Теперь ты в порядке?

Она промолчала. Понимала, что что-то случилось, пока она приходила в себя.

- Давно я без сознания?

- Какой последний момент ты помнишь?

- Правительница Водного мира пришла ко мне, - Анна не отвела взгляда, она не стыдилась того, что сделала. Она жалела, что не получилось.

- Ты больше не будешь превращаться, не бойся, - мать Ярика словно прочитала её мысли. - Тебя освободили от заклятия Тедиса.

- Как?

- Магия эльфов и магия Конде. И немного твоей собственной магии - она есть практически в каждом, кто родился человеком.

Она промолчала, глядя в пустоту. Зачем? Она не хотела, чтобы её спасали.

- Жжение - это из-за вашей магии?

- Нет. Это ваша Сила покидает наш мир. Тем, кто с ней связан, было очень больно в тот момент, когда Лектус обрубил связь этой Чужой Силы с миром. Помогла кровь, мы напоили всех, кто был в Академии и страдал.

Анна опять промолчала. Принц, ты всё-таки это сделаешь. Ты подаришь мир людям, убив свой народ.

Она думала об этом как-то холодно, отстранённо. Так же, как и о том, что проклятие, так мучавшее её, сняли. Какой был смысл её спасать? Смысла нет.

- Эйлин, смотри!

Кто-то из волшебников стоял у окна, к нему подходили другие.

- Эйлин, идём, скорее! - из внезапно вспыхнувшего прохода появился высокий темноволосый мужчина. Анна не знала его.

- Что ещё случилось? Ты же пошёл с Электрой к Байроку, - эльфийка встала, глядя то на мужчину, то в сторону собравшихся у окна работников госпиталя. К ним присоединились и некоторые пациенты.

Правитель тоже тут? Она пропустила конец этого мира. Лучше бы она умерла.

- После этого я встретил Кристин, она привела Свята...

- Свята?!

- Долго рассказывать, он сейчас с Невием, но нам нужно срочно к водопаду. Ярик уже там...

Эльфийка поспешно шагнула за мужчиной в проход, а Анна медленно спустила ноги с кровати. На ней было простое тёмное платье. Босыми ногами она ощущала тепло дерева пола. Её передёрнуло.

Прохлада камня, морской бриз, сладкий запах Красного города, лёд в глазах Принца. Всё это исчезло.

Девушка встала, слегка пошатывало от слабости, но ноги слушались. Она подошла к окну, где никого не было и застыла: развороченный двор Академии, повсюду ветки и гарь, на горизонте дым. Сизый и синий. Вот откуда запах гари.

Они жгли Правящих. Она проспала конец мира, конец собственного народа.

Ей было неинтересно, как это случилось. Она знала главное: это сделал Лектус.

Она перевела взгляд на берег реки. Всюду камни, мостов нет, по скалам - трещины, а у водопада... Что это?

Огромный серебристо-голубой шар пульсировал, жил своей жизнью у кромки бушующей воды. Внутри угадывался силуэт маленького толстого человекоподобного существа.

Анна будто увидела - почувствовала, как бьётся в судорогах Сила. Перед ней было сердце её народа, живое видимое воплощение всего, чем она дорожила, во что верила, что жило в ней и в каждом представителе её народа.

И это сердце заходилось от боли и ярости.

Возле него уже появились люди - или кто там, маги, эльфы, неважно. Важно, что они собирались уничтожить Силу, завершить то, что начал Лектус.

Она потеряла Принца, не смогла его остановить - и теперь теряла весь смысл этого мира, этой жизни.

Анна резко обернулась в поисках дверей, потом вспомнила, как ушла отсюда Эйлин - и нарисовала дверной проём, шагнула в него, выбежала на морозный, холодный воздух, не ощущая ни его, ни снега под босыми ногами.

Она бежала через двор, стараясь не ступать в пепел, оставшийся от Правящих, сталкиваясь с волшебниками - но не реагируя на оклики и уворачиваясь от рук.

Лицо сковал холод: по нему катились слёзы, леденевшие от мороза и бега. Она смахнула их, но ничего не изменилось: она плакала и не могла остановиться.

Правящие не плачут. Но она никогда не станет Правящей.

Вот перед глазами замелькала Сфера Силы, и Анна ещё сильнее почувствовала боль и гнев, пульсировавшие в огромном шаре. Тот висел над камнями, на том берегу, и, кажется, постоянно менялся в размерах.

Он живой, что вы с ним делаете?! Она кричала внутри, останавливаясь и глядя на людей, что уже собрались на этом берегу, - там, где раньше был мост.

Спиной к Сфере стояли преподавательница танцев, Ольга, и худой бледный мужчина, которого Анна только несколько раз мельком встречала в Академии. Они держались за руки и создавалось впечатление, что они не дают остальным пройти дальше. Вокруг двух волшебников тоже было свечение: слабое, едва заметное, струящееся от одного к другому - и поднимающееся чуть вверх. Там, над ними, тоже что-то было, но Анна не могла понять, что: то ли прозрачная сфера, то ли облако дыма.

Перед ними, лицом к водопаду и Сфере Силы, настороженно застыли знакомые Анне силуэты: Ярик и Истер, с ними тихоня Кристин. Тут же уже были Эйлин с мужчиной, что приходил за ней в госпиталь, и ещё три волшебника, которых девушка не знала.

Ещё один стоял чуть в стороне, его почему-то обнимала племянница Фауста, буквально висела на нём, а он гладил её по голове.

- Вы сможете уничтожить Источник только после того, как вытащите из-под Красного города Алексис и её друзей, - донеслось до Анны, и она сделала несколько шагов вперёд. Что значит 'из-под Красного города'? - Я поддерживаю в них жизнь, спешите, - это говорила Ольга, но её слова не имели для Анны смысла.

- Вы же мать Чужого, да? Вы как-то говорите с нами? - Ярик стоял на пару шагов впереди, Анна видела его напряжённую спину.

- Ольга и Лукас - мои Узлы в этом мире, а мой Источник - Алексис, и вы должны её спасти. Если она погибнет, я исчезну - и тот, кого вы называете Чужим, уничтожит весь этот мир. Вы сможете оборвать последнюю его связь с этим миром, но в это мгновение вся скопившаяся здесь Сила одновременно хлынет из Сферы сюда, в мир. Никто не выживет.

- Что делать? - Истер присоединился к другу. Это была его мечта - уничтожить Силу.

Анна со слезами смотрела на пульсирующую Сферу. Ему было так больно. И он был зол, очень зол, но беспомощен. Эта Сфера была живой, но никто этого не видел.

- Спасите Алексис, потом мы уничтожим последнюю связь, - Ольга обернулась и тоже бросила взгляд на Сферу Силы, растущую на берегу, - но сделать это можно только после того, как откроются Врата Пространства. Я заберу моё создание с собой, но для этого я должна быть в этом мире.

- Гретта, ты сможешь пройти по их Пути? - Ярик окликнул Фауст, и та медленно отошла от мужчины, с которым стояла. Анна увидела его в профиль. Наверное, это отец девчонки: они похожи.

- Да, смогу.

- Одна не пойдёшь, - категорично заявил Истер, - я с тобой.

- Нет, ты нужен тут, - снова заговорила Ольга, но Анна начала догадываться, что через волшебницу говорит какая-то другая сила - та, что пришла помочь людям уничтожить Правящих. Анна не замечала, что дрожит, что ступни заледенели. Она боялась пошевелиться и боялась того, что будет дальше. - Ты часть Треугольника магии этого мира, без тебя мы не разрушим Источник.

Так вот что это за Сфера - Источник Силы Чужих. Живой, страдающий, одинокий.

- Мы пойдём с тобой, - Эйлин взяла Гретту за плечи. - Ярик, некогда спорить, мы с отцом поможем ребятам, а ты будь тут и заверши начатое.

Эльф кивнул, и его, судя по всему, родители вместе с Греттой поспешили к Академии. Анна сделала шаг в сторону, укрывшись за большим валуном, что видимо выпал из скалы на том берегу, перелетел реку и упал тут. Что же произошло, что река вышла из берегов, а скалы раскрошились?

- Когда разрушился второй Узел, Чужие и их дети чуть не умерли. Сможем ли мы их спасти, когда уничтожим Источник? - это заговорила Кристин. И Анна была уверена, что та заботится вовсе не о Правящих, а о своём драгоценном полукровке. - Мы не сможем всех напоить кровью.

- Кровь нужна Чужим, но когда Сила покинет этот мир, она покинет и всех, кого питала. Те, кто давно полностью живёт за счёт неё, погибнут мгновенно, их не спасти, - Ольга говорила как-то спокойно, монотонно, а Сфера за ней корчилась от боли, и Анна снова почувствовала слёзы. Её народ умрёт - мгновенно. - У тех, кто выживет, будет шанс: заставьте их сердца биться и поите родниковой водой. В ней нет Силы, она из недр вашего мира, она несёт жизнь, она очистит людей от Чужого.

- Но их тысячи, Правящих и их детей. Мы не успеем... - растерянно произнесла Кристин.

Анна прикрыла глаза. Слова девушки были странными. Видимо, кто-то всё-таки уцелеет, но выбирать будут люди и маги.

- У вас есть время предупредить всех, кого сможете, - Ольга посмотрела на Истера. - Не волнуйся, тебя спасёт Треугольник магии, он тебя защитит.

- Хорошо, тогда нам надо спешить, отправить весть и инструкции, известить всех, кого сможем, а ещё отправить людей к роднику. Истер, кто-то должен быть возле твоих родителей... - Ярик уже собирался действовать, но тут вперёд выступил до этого молчавший мужчина рядом с Ольгой. Он так и держал её за руку, но смотрел на эльфа:

- Стой. Есть последнее, что вы должны решить.

- Что?

- Нужно открыть Врата Пространства.

- Как?

- Руками. Но сделать это может только тот, в ком есть магия, запечатавшая Врата, - кровь Конде, кровь эльфов и кровь людей-магов. Но когда створки отворятся и мы уйдём из этого мира, мы затянем этого человека с собой.

Наступило молчание, Ярик переглядывался с друзьями, они явно искали выход.

- Думайте быстрее, пока Источник не вышел из-под контроля, - жёстко сказала Ольга, оглядываясь на Сферу. - Я буду готова сразу, как узнаю, что Алексис ничего не угрожает, что она спасена. Дело за вами.

- Но кого мы принесём в жертву? - Кристин высказала вслух то, что думали остальные. - Кто на это пойдёт?

- Я пойду, - громко сказала Анна и вышла из-за камня.


Истер стоял и наслаждался происходящим. Ему казалось, что никогда в своей жизни он так не был счастлив, ожидая чего-то, тем более, чего-то неизвестного и возможно страшного. Но они так долго шли к этому, он впитал это в кровь, выстрадал - с того момента, как сбежал из дома, желая спасти мать или отомстить за неё.

Да, тогда он был другой. Одинокий, презираемый полукровка. ненавидящий мир. Теперь у него были друзья и даже семья. Неправильная, отторгаемая всем его существом, но его семья. И брат с сестрой.

И сейчас он, дважды пересёкший планету, стоял на развороченном берегу бушующей после землетрясения реки, свободный и счастливый, - и смотрел на агонию существа, которое искренне ненавидел.

Он знал, что это агония, что Чужому больно. И надеялся, что монстру из другого мира ещё и страшно: чтобы он прочувствовал страх тысяч людей, которые из-за него были отправлены на смерть.

Пусть сгинет, уползёт в нору, из которой вышел.

С Истером, кроме Ольги и Лукаса, застывших возле реки, словно стража, на берегу осталась только безмолвная Анна: она тоже пристально смотрела на Чужого, на его Источник, который был последней связью Силы кровососов с этим миром. Но её взгляд внушал отвращение. Так она смотрела раньше на Лектуса, только вот сейчас по её мраморному лицу катились слёзы.

Дура.

Ярик, Кристин и другие волшебники по их указаниям сейчас носились по Академии, отправляя всех, кого нужно было попытаться спасти, к роднику в дальней роще. А это место эльф как-то защитил от любопытных визитёров, по крайней мере, вдали люди мелькали, но сюда не подходили. Хотя Сферу сейчас можно было увидеть, наверное, даже из города: она росла, полнилась Силой, что стекалась от убитых по всему миру кровососов.

Ничего, скоро всё закончится. Фауст и родители Ярика вытащат ребят из-под Красного города, и они наконец уничтожат Чужого. И Анну не жалко, пусть идёт вместе с своим идолом. Хоть она и спасла их однажды, но Истер знал: она бы всех их убила, если бы не нужно было спасать Лектуса.

- Вестей от Гретты нет? - парень посмотрел на Ольгу, которая, кажется, была назначена неведомыми силами главной в этой операции. Он волновался за девчонку, хотя, конечно, это глупо. Но после всего, что между ними произошло в последние дни, вполне логично.

Он напился её крови. Она стала его частью - добровольно. На языке ещё было воспоминание о горячей пряности тех глотков, которые усмирили ярость, принесли странную сладость.

- Они попали в воду, но сейчас уже нашли Путь. Эйлин усмиряет Стихии, - преподавательница танцев явно была немного не себе, да и стоявший рядом с ней мужчина тоже. Его только вроде как вытащили с того света, а он опять попал в переделку. Потом Ксении придётся снова его лечить, таким Лукас был бледным и худым. - Гретта в порядке, она ждёт.

- Что там происходит? - Истер взглянул косо на Анну, но та была безучастна. Обулась бы хоть, впрочем, готовясь исчезнуть в неизвестных далях Врат, она могла и не обращать внимание на такие мелочи.

- Красный город разрушен, но Храм ещё стоит. Твои предки строили на совесть вместе с гномами.

- Что будет, когда их вытащат? Что нам делать?

Ольга медленно сняла с пальца тёмный перстень и протянула Истеру:

- Это ключ. Он разрушит связь Источника, опираясь на магию Конде, эльфов и волшебников. И Сила выплеснется, утратит связь, - Истера передёрнуло, когда он взглянул на Чужого и представил, что будет, когда вся скопившаяся в Сфере энергия освободится. - Анна откроет Врата, и мы уйдём отсюда.

- А Врата останутся?

- Я закрою их, мы умеем не только открывать, но и закрывать их.

- Почему ты не сделала это раньше? - огрызнулся Истер. - Чего ждала?

- Невозможно закрыть Врата, через которые струится Сила. Это как закупорить бесконечные пути Пространства или попытаться остановить ток Времени. Когда мы уйдём, вы станете отдельным Пространством, не подвластным Силе, как и другие миры, куда мы ещё не проложили Нити.

- Может, и не стоит?

- Мы принесли добро миллионам миллионов миров - далеко, глубоко и давно отсюда. Вы первые, кто пострадал от Силы. Вы уникальный мир Любящих Хищников.

- Что? - Истер нахмурился, злясь. - Хищниками нас сделал твой кровосос, или как ты там его зовёшь!

- Он просто жил в вас, используя то, что в вас есть и так. Вы Хищники, но ваше умение любить сродни нашей Силе. Это магия, которая вечно сражается с врождённой у людей Жаждой крови, - Ольга как-то очень искренне смотрела на завороженного Истера, и он сглотнул: ещё несколько минут назад он вспоминал вкус Гретты Фауст.

- Вы ведёте вечное сражение Любви к жизни и Жажды смерти. Мы нарушаем баланс в этой войне. Сила, проникшая в ваш мир, вкусила Жажду, пленилась вкусом смерти, которая живёт в каждом человеке.

Истер хотел огрызнуться, но услышал позади шаги, оглянулся: к нему спешили Ярик и Кристин, в их руках были большие бутыли с водой.

- На всякий случай, - проговорила девушка, останавливаясь возле Истера и отвечая на его взгляд. И парень понял: они боялись, что с ним всё-таки что-то случится, когда Источник будет уничтожен. Это возможно, но он не боялся.

- Пора, - Ольга и Лукас вдруг развернулись к Анне. - Пойдём.

- А она сможет? - Истер шагнул, преграждая дорогу босой подружке Лектуса. - С чего вы взяли, что она откроет Врата?

- Она человек, в ней есть ваша магия. После проклятия Тедиса её спасали магия эльфов и магия Конде, я вижу её, как вижу в тебе Яд гномов, а в твоём друге - три кольца проклятий его народа, - Ольга смотрела на Старшего Принца спокойно и уверенно. - Сила оставляет след, всегда, просто вы не умеете это видеть. Пойдём, Анна.

Девушка обошла Истера, даже не взглянув на него. Ни колебаний, ни сомнений. Как двигающийся мрамор. Самоубийца.

- Как она это сделает? Как откроет Врата? - уже им вслед спросил Ярик, но Истер догадывался, что без кровавой жертвы вряд ли обойдётся. Запечатали кровью путь кровососа, значит, и открывать будут тем же способом.

- Нужно просто приложить ладонь и напоить Врата, - проговорила Ольга, подтверждая догадку Истера. Хотя он ожидал, что девчонке предложат вскрыть себе вены и залить створки, чтобы этот чёртов Чужой перед концом напился. Истер с ненавистью посмотрел на Сферу, которая билась в агонии, явно предчувствуя свою смерть.

Умри, исчезни!

- Ты знаешь, что нам делать? - Ярик встал рядом с другом: они смотрели, как Ольга легко и быстро заморозила участок реки, превращая воду в плотный лёд. Кажется, тысячи лет назад так делал сам эльф, когда спасал их из Красного города.

- Ярик!!!

Они вздрогнули: по снегу в их сторону нёсся перепуганный Свят, а за ним ещё кто-то. На лице мальчишки был написан ужас.

- Что?! - эльф схватил брата за плечи, а Истер застыл, прислушиваясь и пытаясь понять, что не так. Замерли на том берегу и Ольга с Лукасом, а Анна уже скрылась за водопадом.

- Сюда идут, летят, ползут, - Свят попытался перевести дыхание от бега, - твари! Монстры! Их очень много, они огромные, им больно, они злые!

- Быстрее, - Ольга не повысила голос, но ребята хорошо её услышали, - идите к Сфере и бросайте ключ.

- Он пытается помешать нам? - прорычал Истер, с яростью глядя на Чужого и чувствуя на языке горький привкус ненависти.

- Давайте! - и волшебники, чьей волей управляла Мать Чужого, также исчезли в пещере с Вратами: в последнее мгновение их озарил мерцающий свет Чужого.

- Что нам делать? - в панике спросила Кристин.

- Свят, стой тут, пожалуйста, - Ярик быстро рисовал что-то на руке брата. Тот пытался воспротивиться, но слишком поздно: мальчишка словно оказался под ледяным куполом, охранявшим его. - Я сниму заклинание...

- ... если выживешь, - пробурчал Истер, схватил Кристин за руку и потащил её по ледяному мосту через реку, ближе к Сфере, чтобы они не промахнулись, кидая кольцо. Он уже слышал новые звуки боя во дворе Академии, крики боли и ужаса, рёв жутких существ, которые в последнем порыве пришли спасать своего господина. Себя.

Ярик догнал их, тоже взял Кристин за руку, и на мгновение они втроём застыли напротив сияющей, бьющейся Силы.

- На, - Истер втолкнул в ладонь Ярика перстень, который ему оставила Ольга, - твоя очередь.

Они переглянулись над головой Кристин, крепко держа её за ладони, и Ярик, не раздумывая, бросил перстень в Сферу. Тот сверкнул в воздухе, пару раз повернувшись - и исчез внутри фосфоресцирующей массы.

Мир вокруг замер, заледенел, застыл. Словно время остановилось, пространство замёрзло - и только стучало в ушах испуганное сердце Истера. Он не мог пошевелиться, смотрел - и слышал, как воздух вокруг беззвучно кричит от ужаса и страха перед бесконечной бездной Времени и Пространства. Истер понял: Анна открыла Врата, ведущие куда-то в другие миры.

Но тут Сфера вспыхнула изнутри - осколками, лавой, нитями, и Истера пронзила жуткая, выворачивающая наизнанку боль. Он бы упал, если бы не застыл вместе со всем миром. Даже глаза не мог закрыть, а внутри него, внешне каменного, рвались ткани и лопались сосуды, он это знал, чувствовал, как частички Чужого умирают, но перед этим уничтожают тело, в котором жили.

Он потерял сознание, но видел всё, что происходило вокруг, - через чужие глаза тех, чья магия сейчас текла через него, залечивая травмы, что наносила ему умирающая Сила Чужого.

Он должен был погибнуть, но держащая его рука не позволила парню уйти вместе с Чужим. А застывший мир не позволил им расцепить эти руки.

И он, умирающий и исцеляющийся тысячи раз, смотрел, как Сфера после взрыва вновь собралась в Шар, сжалась, стала плотной, уменьшилась - и начала стекать на землю сине-серебряной лавой. Его плавила другая Сила, Истер и её видел: три точки, соединившиеся в какой-то странный щит. Чужой натыкался на него - и струился на камни, превращаясь в лёгкие добрые Нити, которые струились по направлению к пещере за водопадом.

Мать загоняла непослушного ребёнка домой, в распахнутые сейчас Врата, а здесь от ужаса перед открывшейся за ними Бесконечностью застыл целый мир.

Маленький, израненный, потерянный Водный мир сжался в комок в углу Вселенной и закрыл глаза ладошками, трясясь от страха.

На какое-то мгновение перед ними чётко предстал гном, заключённый в Источнике: он стоял на земле, расставив короткие толстые ноги, и смотрел багровыми глазами. И эти глаза жили, гном не был мёртв. Он пошевелился, словно вынимал ноги из огромных тисков, разминал затёкшие конечности. Поднял на них взгляд:

- Спасибо, - пророкотал гном и, тяжело переваливаясь, пошёл за Чужим, в потоке сине-серебристых Нитей, что становились все более бледными, иссякая.

Прошла бесконечная минута, а может, час. Истер потерялся в боли умирания и возрождения. Но внезапно всё закончилось: и внутренние разрушительные процессы, и неподвижность мира, и возможность глядеть на мир через Кристин и Ярика. Сознание тут же отключилось.

Когда он открыл глаза, над ним было высокое голубое зимнее небо. И тишина. Ему было холодно, тело окутала слабость. Над ним склонилась Кристин, она плакала, поглаживая его по лицу.

- Я давно без сознания? - он сел, чувствуя, что руки и ноги закоченели.

- Минут двадцать, - девушка поддержала его за плечи. - Как ты?

- Всё закончилось, - Истер огляделся: река спокойно текла прочь, водопад привычно падал в неё. Только на месте, где был Живой источник, а потом Чужой, камни обгорели до черноты.

Мир успокоился, камни не стонали, но стояла полная испуга, какая-то странная тишина. Казалось, всё вокруг пока боится пошевелиться. Наверное, нужно время, чтобы они почувствовали победу, осознали, что мир избавился от кровососов, что больше нет страха и нет опасности.

- Да, всё закончилось, мы победили, - кивнула девушка, но по лицу её текли слёзы.

Что-то случилось. Иначе она бы не плакала.

- Где Ярик? - просипел парень, пытаясь подняться.

Новый мир пока ещё рождался.

- Он ушёл к роднику, помогать.

И тут он вдруг понял, осознал, почувствовал, связал воедино конец Чужого и родник.

- Мама, - прошептал он, вскочил, не обращая внимания на протестующее тело - и вперевалку, словно тот гном, бросился в сторону леса с родником.

Мама.


Сначала не было ничего. Пустота и обрывки бессвязных мыслей. Позже они начали складываться во фразы, и он осознал себя.

Какое-то время спустя вернулись запахи. Порывами, словно ветром, - море, гарь, нагретый камень.

Пока он обонял мир, вернулось осязание. Он чувствовал ломоту внутри тела. Под ним - ткань и камень, свежий прохладный воздух щекочет голые запястья и лицо. Его голова лежит на тёплых мягких коленях, чьи-то бережные ладони перебирают волосы. Чешется нос, затекла спина. Наверное, он давно так лежит. Одежда влажная, подсыхающая.

За обонянием и осязанием восстановился слух. Словно постепенно миру добавляли громкость: таяла тишина, которую по капле наполняли доносившиеся откуда-то крики людей, шаги по камням и плеск воды, хлопки ткани на ветру, стук крошащихся и рушащихся камней, всплески, и снова крики и плач. Ветер. Волны.

Вернулся вкус. На языке был оттенок морской соли и воды, и немного собственной крови. И, наконец, он увидел веки, сквозь которые пробивался слабый свет в полумраке. Он вздрогнул и открыл глаза, тут же щурясь и откатываясь на бок, чтобы защититься от пробивающегося сквозь дыру в каменной стене солнца, закрыться руками.

- Лектус! - обрадованно вскрикнул девичий голос у него над головой. Голос отразился от сводов каменной комнаты, в которой они были, и парень вздрогнул: звук бил по ушам, словно резко ударили по ним ладонями.

- Тише, - прошипел он и не узнал свой голос. Раньше он звучал по-другому. Всё звучало по-другому. Всё было по-другому: звук, вкус, яркость мира, температура вокруг. - Погоди.

Это была Ксения, он разглядел её, чуть приоткрыв глаза и глядя на тонкий силуэт девушки, чуть менее чёткий, чем раньше. Но Лектус уже понял, что дело не в мире вокруг и не в сестре. Дело в нём.

- Мы его уничтожили, да? Нет больше Правящих? - он с трудом сел, собираясь с мыслями и силами. Зная, что с ним произошло. Хоть жив, и то неплохо.

Открыл глаза шире, было больно от света, хотя они находились внутри каменной стены, в полумраке. Лектус помнил эту комнату: отсюда вниз когда-то вела лестница. Дыра, через которую лился яркий свет, - обрушение, словно кто-то огромный откусил часть кладки. Но мир за ней был таким ярким, что Лектус предпочёл пока отвести взгляд и сосредоточиться на сестре.

- Да, но я очнулась, когда всё закончилось, - Ксения присела рядом с братом. - А город рассыпался ещё раньше, когда мы разрушили второй Узел, так Гретта сказала.

- Гретта? - Лектус, наконец, нашёл свои последние воспоминания и стал оглядываться. - Где...?

Он не закончил, потому что увидел Фауст: она сидела подле лежавшей у стены на расстеленном плаще Алексис - бледной, неподвижной, словно мёртвой.

- Она жива! - Ксения тут же поспешила успокоить брата, когда тот подскочил, чуть не упав тут же: тело пока не осознало утрату Силы. Лектус сделал три шага, что отделяли его от подруги, и упал рядом с ней на колени, больно ударившись. Раньше он бы и не заметил этого. - Эйлин её осмотрела, а сейчас они пошли в город, чтобы помочь раненым.

- Эйлин? - Лектус оглянулся на сестру, которая тоже подошла и присела. - А Джеймс где?

- Он с Эйлин, сказал, что зверски хочет есть, а ждать, пока вы очнётесь, не мог. Но скорее, он пошёл охранять мать Ярика, ведь Александр остался тут, он снаружи, на страже, - тихо заметила Ксения, глядя куда-то вдаль, в дыру. Ну, конечно, их охраняют от людей, которые наверняка пережили падение Правящих и теперь добивают всех, кто попадётся под руку.

- Очнулся? - появился отец Ярика: огромный, загорелый, строгий. Он заслонил собой почти весь проём. Лектус раньше не обращал на него особого внимания. Александр внушал опасность, и это парню совсем не понравилось: не вид Дхана, а собственные ощущения. Сила ушла, и он перестал чувствовать себя уверенно в собственном теле. Ещё не хватало. - Я пойду за Эйлин и Джеймсом, - и он как-то очень легко, мгновенно исчез в проёме, словно в один прыжок.

- Что произошло? - Лектус держал Алексис за холодную руку, растирая. Почему все они очнулись, а она нет?

- В Ольгу и Лукаса вселилась Сила, что тогда в пещере говорила с Алексис, - Ксения проследила глазами за исчезнувшим из вида отцом Ярика, а потом тепло посмотрела на брата, - и она сказала, где нас искать. Гретта привела сюда родителей Ярика, и они нас вытащили из Храма.

- И, видимо, Ярик с Истером разрушили Источник, это такая жуть была, - Гретта встала, считая свой рассказ исчерпывающим.

- Почему мы до сих пор тут?

- Я не могу перемещать по Следу людей без сознания, - пожала плечами Фауст, отряхиваясь и глядя на Лектуса. - Плохо выглядишь, Принц.

Он промолчал. Алексис всё ещё была без сознания, это беспокоило и злило. Вообще ощущений было слишком много, и парень с трудом с ними справлялся. Всё ярко и сильно, а тревога, что сейчас стояла где-то в горле, мешала думать. А он должен думать.

Почему она не приходит в себя?!

Он почувствовал волну бессмысленного, ни на что не направленного гнева внутри, и впервые понял брата. Если бы не воспитанная годами сила воли, наверное, Лектус сейчас бы сорвался - от звуков, запахов, боли, тревоги, яркого света, беспокойства, голода и странного чувства, что так сладко сжимало грудь, когда он смотрел на лежащую перед ним девушку.

Моя.

- Мы ждали, когда ты очнёшься. На! - Фауст, не дождавшись ничего в ответ от Лектуса, сунула ему в ладони волшебный компас, с помощью которого они - неизвестно сколько времени назад - переместились к подножию Красного города. - Сейчас все придут, и можно возвращаться.

Лектус заставил себя подняться, отступить от Алексис. Нужно взять себя в руки, переключить внимание. Он удостоверился, что крепко стоит на ногах, и приблизился к провалу стены, постепенно охватывая взглядом то, что осталось от его дома, от столицы мира Правящих.

- Не выходи, это опасно! - окрикнула его Гретта, но он даже не обернулся. Он не будет бояться вырвавшихся на волю людей. Это его дом, его город, его мир - даже сейчас.

Глаза привыкали постепенно, захватывая всё новые детали разрушений. Перед ним открывался вид на павший оплот многовековой власти Правящих. От его народа остались руины, и он помог разрушить этот мир.

Дворец Кар-Альны перестал существовать - на его месте зияла пустота. Видимо, он рухнул вниз, в Храм Природы, когда они уничтожили второй Узел. На краю пропасти, появившейся на месте дворца, лежали руины арок и белых каменных стен вперемешку с красными блоками.

Его дом провалился в пустоту, в море, и тем самым открыл ему вид на остатки Красного города. Камни, пепел, рухнувшие дома и колонны, домашняя утварь - и всюду тела и пепел, который носил ветер, скидывая вниз, в море. То и дело где-то обрушалась стена, и камни со стоном падали с обрыва. Или кого-то толкали вниз с остатков стен, окружавших город. Лектус чётко видел людей, отдельные эпизоды расправ над теми, кто ещё уцелел.

Что теперь будет, как жить тем, кто сейчас в страхе мечется по острову среди океана? Когда они убьют всех, кто, по мнению людей, заслуживает смерти. И сколько их, вот таких напуганных, потерянных взрослых и детей с фабрик, из питомников? Кто скажет им, как жить?

- Не волнуйся, всё будет хорошо, - Ксения встала рядом, обнимая брата за плечи, прислонившись к нему. Они сейчас смотрели в одну сторону: на одну устоявшую на краю пропасти, наполовину обвалившуюся красную башню Дворца.

Они - дети Правителя Водного мира - возвышались над развалинами великого города, где Лектус должен был править.

- Отец погиб, - проговорил Лектус, он не сомневался, что Байрока больше нет. - Я наследник всего этого. На мне вся ответственность.

- Я знаю, - прошептала Ксения, ещё крепче его обнимая холодными руками, - но мы всё решим. Давай вернёмся в Академию, Алексис нужно туда отправить, а она ни за что не ушла бы без тебя, если была в сознании. Потом ты вернёшься, если захочешь. Волшебники не бросят людей, - они смотрели, как по направлению к ним, перепрыгивая через камни и трещины мостовой, бежит взлохмаченный Джеймс, держа в руках какой-то свёрток.

Он улыбался - широко и радостно. Свободный человек, наследник людей этого мира. Наступало его время.

Кочевник не успел затормозить и налетел на Лектуса, чуть не сбив с ног:

- Ты бы это видел! Какое-то безумие! Но там уже организуются, я даже нашёл, где еду дают, - и он раскрыл свёрток, демонстрируя два яблока и несколько кусков хлеба. - С твоей кухни, небось, а? Алексис ещё спит?

Друга было, как всегда, много. И он как-то странно гармонировал с хаосом и разрушениями вокруг. Рваная местами одежда, лохматые волосы, царапины на лице, жующий рот.

Лектус молчал, глядя, как к ним спешат родители Ярика.

- Все Правящие в городе погибли, старосты с фабрик организуют людей, детей собирают в помещении питомников, - Эйлин смотрела в глаза Лектусу, и было ощущение, что эльфийка понимает, что у него на душе. А он молчал, потому что иначе бы закричал. Всё слишком ярко и слишком больно, невыносимо.

- Не переживай, они справятся. Я залечила тяжело раненых, кого ещё можно было спасти. Тут оказались пленные с северных берегов, видимо, недавно привезли. Эти люди помогут остальным до подхода помощи.

Лектус кивнул и отвернулся от разрушенного города, глубоко вздохнул, находя внутри точку опоры, смиряя чувства, насколько это возможно, сжимая их внутри. Только после этого перевёл взгляд на Алексис.

- Помоги, - он кивнул Джеймсу, и друг помог Принцу взять девушку на руки так, чтобы тот мог сжать в руке компас. Её рыжая голова мягко легла на плечо Принцу, и он немного успокоился: это была знакомая ситуация. Доставить их из Красного города в Академию, удостовериться, что они в порядке и в безопасности, а потом уже позволить себе вспомнить, кто он и какие обязанности на него возложены после смерти Правителя Водного мира.

Даже если Водный мир в прежнем виде больше не существует. Сейчас это земля Хаоса, растерянности и безумия обретённой свободы. Всё ещё мир крови, только льётся кровь не людей, а тех, кто когда-то был ими, но выбрал Силу Чужого.

История повторяется. Хаос сменяет эпохи мира. Если кто-то из Посвящённых и выжил, то, скорее всего, они станут жертвами расправы ожесточившихся, почувствовавших победу людей. Разве что в Академии они останутся, этакие архаизмы ушедшего мира. Можно будет показывать в зверинце.

- В Красном городе выжили больше сорока Посвящённых, Лектус, - Джеймс словно почувствовал, о чём думает друг, посмотрел на него исподлобья, - но их не убили. Им помогают, как и остальным, и они помогают, чем могут. Давай уже доставим девчонок в Академию: тут всё может рухнуть вниз, вслед за дворцом, гора-то полая, как ты помнишь. Удивительно, что весь город не ухнул в море, оставив просто дыру...

- Джеймс, Лектусу тяжело держать Алексис, - корректно остановила парня Ксения, беря того за руку, а другой рукой хватаясь за Гретту. Принц был ей благодарен: он уже не сильный Посвящённый, обычный человек.

Удостоверившись, что все желающие сцепились, он представил место назначения - Академия, госпиталь - и кивнул Джеймсу, который крутанул компас.

Парень крепко держал Алексис, пока неизвестная сила в очередной раз пропихивала их сквозь пространство. На этот раз перемещение вызвало тошноту и боль в ушах. Видимо, теперь, когда Сила ушла из мира, ему придётся привыкать быть человеком и испытывать много разных неприятных ощущений.

Неудивительно, что люди такие неуравновешенные, яркие, неуправляемые. Быть человеком сложно. Но ведь он не человек, он Принц Водного мира. Он справится.

Наконец, спустя какие-то десятки мгновений, он выдохнул и опустил Алексис на кровать в светлой пустом госпитале. За окнами начинало садиться солнце, но парню было сложно сориентироваться, сколько дней, недель, лет они отсутствовали. Сколько времени прошло с тех пор, как они отправились в Красный город.

- Надо найти остальных, - Александр тут же нарисовал проход и исчез, Эйлин последовала за ним, лишь раз оглянувшись на ребят. Они беспокоились за своих сыновей. Фауст замешкалась, а потом тоже покинула госпиталь.

- Надо разбудить сестру, - Джеймс сел на кровать, и только тут Принц заметил, что друг босой. Посмотрел на себя: нет, у него с одеждой и обувью всё хорошо. - Отдал какому-то парню в Красном городе, у него ноги совсем разбиты, - пожал парень плечами, заметив взгляд друга.

- Не надо будить, - Ксения устало опустилась на свободную койку и привалилась спиной к стене, тут же засыпая.

- Устала, - тихо заметил кочевник и стал бережно укрывать подругу пледом.

Лектус же стоял и смотрел на неподвижно лежащую Алексис, стиснув зубы. Ему было страшно, что она не очнётся, что это та цена, которую им предстоит заплатить за то, что они сделали.

- Ты знаешь, что произошло? Видел конец Силы? - Лектус старательно сдерживал голос, стараясь не выдавать своих чувств. Раньше он делал это, не задумываясь, а сейчас нужно было принуждать себя к контролю.

- Ага, я первым очнулся, почти сразу, как нас вытащили на поверхность, - тихо ответил Джеймс, вставая рядом с другом, поддерживая его и разделяя беспокойство за рыжеволосую девушку на кровати. - Потом вдруг мир словно застыл, всё застыло, только мысли были. Я испугался жутко. А потом внутри стало очень больно. Эйлин сказала, что это потому, что во мне были части Чужого, ну, после отравления Анной. И мир будто кричал, но безмолвно, жуть, бррр. Не знаю, как описать. А потом всё закончилось, меня вырвало кровью - и всё.

- А я?

- Ты бился от боли, но Эйлин что-то сделала, и ты стих. С девчонками всё было хорошо, только Алексис на какое-то мгновение вдруг засветилась изнутри, обалдеть просто. Теперь она спит, не переживай. Она была Источником той Силы, что говорила с ней в пещере. В общем, как-то помогла уничтожить Чужого и устала, - Джеймс вздохнул и присел рядом с Ксенией.

Странно, но друг тоже заснул мгновенно, словно отключился, и Лектус остался наедине с собой. У него было много вопросов, но он не успел их сформулировать, потому что из светящегося прохода вывалилась белая как мел Гретта.

- Лектус, идём.

Он не стал спрашивать, что не так, уточнять: всё узнает сейчас. Оглянулся на Алексис, на спящих рядом сестру и Джеймса, - и шагнул в проход, чуть не упав, потому что Фауст вцепилась в его рубашку, потянув за собой.

Никакого воспитания.

- Давай, - он не успел опомниться, как она протащила парня через Путь, или как она там называла свою способность преодолевать расстояния за один шаг. Из Холла, куда они пришли из госпиталя, они мгновенно перенеслись в зимний негустой лес. Где-то на территории Академии, судя по всему.

Стояла тишина зимнего вечера, но Лектус не ощутил холода, хотя должен был. Судя по всему, тут была какая-то своя среда, организованная магами. Снег растаял, и проступили сырая тёмная земля и корни деревьев.

И он понял, что увидит, ещё до того, как разглядел группу у воды. На берегу лежала прекрасная, неподвижная Правительница Водного мира, а над ней склонился Истер.

- Помоги, - прошептала Гретта, и Лектус увидел слёзы в её глазах. И он осознал с благодарностью, что её 'помоги' относилось не к Электре.

Брат нажимал на грудь их матери, заставляя её сердце гнать кровь по телу. Делал он это давно, поскольку руки дрожали. Истер был белый как мел, но на лице - упрямство, смешанное с яростью.

Над ним, словно охраняя, навис такой же бледный мужчина, и Лектусу было знакомо лицо человека. Он давал кровь матери, когда ей нужно было питаться. Её бывший жених. Невий. Он иногда наклонялся и вливал в приоткрытый рот Электры воду. Руки у мужчины тоже дрожали: наверное, они с Истером постоянно сменяли друг друга. Сколько часов?

В трёх шагах от этой сцены застыли Ярик и Кристин, девушка плакала, а эльф явно сдерживал её, не давая броситься вперёд, к другу. Правильно делали.

Лектус вздохнул и сделал шаг в обход Невия, положил руку на плечо брата:

- Хватит. Перестань, - Принц скосил глаза на пепел рядом с телом матери. Она уцелела, потому что практиковала магию людей, а отец нет. Вот он, Правитель Водного мира, вот всё, что от него осталось. - Оставь её.

- Нет! - Невий попытался оттолкнуть Лектуса от брата, но парень был к этому готов: замахнулся и со всей силы, что у него осталась, врезал тому по лицу. Заслужил.

Рука нещадно болела, парень зашипел, зато мужчина упал навзничь, явно не ожидавший такого.

- Истер, оставь её, - Лектус присел рядом с братом и с силой прижал его горячие красные ладони к груди матери, не давая шевелиться. - Не надо. Отец мёртв, отпусти её к нему. Она не сможет без него.

Брат застыл, не шевелясь, глядя стеклянным взглядом на красивую женщину, что лежала перед ними, на её щеках ещё был лёгкий румянец.

- Отпусти её, - снова проговорил Лектус и сам пристально посмотрел в лицо матери.

Принц не знал, сколько прошло времени в тишине. Никто ничего не говорил, и брат не шевелился, словно давно ждал, что кто-то силой заставит его остановиться. Ему нужно было, чтобы кто-то принял это решение за него.

Теперь Истер не двигался, даже Невий, кажется, смирился: в какой-то момент он поднялся и ушёл, понуро опустив плечи.

Потом Гретта обняла замершего Истера, помогла ему встать - и увела. С ними молча ушли Ярик и Кристин, и Лектус остался один в гулком холодном лесу посреди разрушенного Правящими Северного города в уничтоженном людьми Водном мире.

Тело под ладонью быстро каменело и становилось холодным, но Лектус не мог найти сил подняться или убрать руки. Пепел отца, мёртвая мама - всё это словно было символом утраченного ими всеми будущего. Нет, Лектус не жалел, так было нужно, но ощущал пустоту внутри, словно там, в его теле, такая же бездонная пропасть, что поглотила Кар-Альны.

Тёплые руки легли ему на плечи, он вздрогнул и встал, оборачиваясь: перед ним стояла Алексис. Она куталась в тёплый плащ, а в глазах было какое-то странное родное сияние серебра, где-то на дне прекрасных, ещё немного сонных карих глаз.

Она порывисто обняла его, крепко прижавшись, обхватив руками. Он почувствовал горячее дыхание девушки на груди и осознал, как замёрз. Оказалось, что на лес уже опустились сумерки.

Они стояли, обнявшись, и лес, вторя им, хранил молчание.

## Глава 5. Летопись гнома


- Оля, ты чего тут? - Ярик начал говорить, едва высунув голову из сияющего прохода возле выхода из госпиталя. Фрей уже вернул всем возможность пользоваться прежним способом передвижения внутри Академии, но здесь сейчас было много обычных людей, а также магов, которые ранее не жили в Древе. Поэтому двери по-прежнему держали открытыми.

- Смотри, - тихо сказала женщина: она стояла у окна, за которым было ещё темно, только на горизонте едва-едва была заметна оранжевая полоска восходящего солнца. Весна вступала в свои права, и ночная тьма на Севере блекла раньше обычного. Ольга куталась в тёплый плед, лицо её было немного бледным и осунувшимся после всего, что им пришлось пережить.

Ярик подошёл к ней и посмотрел за окно, чтобы понять, что её так заворожило. Ну конечно, мог бы догадаться. Вдали, у вернувшейся в русло реки, спиной к ним стоял Лукас - в одном свитере, без плаща или куртки. Его окружали светящиеся точки: они кружили, то подлетая, то возвращаясь к воде. В темноте были видны ещё какие-то существа, бегавшие по снегу вокруг.

- Выжили, удивительно, - проговорил эльф, глядя на общение защитника с магическими созданиями. - Ты маму не видела?

- Она в задней комнате, восполняет запас зелий и лекарств, прогнала меня, не дала помогать, - улыбнулась женщина, отводя взгляд от картины за окном на друга. - Ты как?

- Очень шумно в голове, - шутливо пожаловался Ярик, - слишком много у всех мыслей. Да и у меня тоже.

- Думаешь о гноме?

- Как ты догадалась? - удивился парень, садясь на подоконник.

- Я тебя хорошо знаю, и подобные вещи тебя цепляют. Гном, который веками был Источником силы Чужого, живой. Лежал столько лет, а потом встал - и ушёл во Врата. Добровольно ушёл, я видела. Почему? Задачка для тебя, - улыбнулась Ольга, но лицо её было всё равно грустно-задумчивым. - Они там живы, не умирают никогда. Струятся в Пространстве Безвременья.

- То есть Сила, эти Нити, временем не управляют? - уточнил эльф, чуть наклонив голову на бок.

- Насколько я смогла разобраться в отрывочных впечатлениях, что были во мне, пока я была Узлом Матери... - она помолчала, словно медитировала ответ, - они перемещаются в Пространстве, в бесконечности, но Время им не подвластно, как и они ему. Оно течёт само по себе, они вне Времени, пока не попадают в какой-то мир.

- Как думаешь, Анна тоже выжила?

- Уверена. Она слилась с Чужим, стала частью его Нитей, чем-то иным, каким-то другим сознанием, но она жива - везде и всегда.

- Всегда. Вот это очень интересно, - пробормотал эльф, потом спрыгнул с подоконника. - Есть у меня одна мысль, интересная.

- Поделишься?

- Ну, вот, про все эти предсказания, рисунки откуда-то на стенах, схемки в книге, про могилу Эймира, про артефакты в Подводном дворце, вообще про всё, что нас вело к этому моменту... Понимаешь? - он хитро сощурился, глядя в глаза подруги. Она должна была понять.

Она догадалась, легко пришла к тому же выводу - и схватила друга за руку, отпустив плед. Тот соскользнул на пол, но женщина не обратила на это внимания.

- Ты думаешь...?

- Хочу кое-что проверить, - он подобрал плед и аккуратно завернул подругу в него, чуть сжав её плечи. - А ты зря тут не стой и не грусти, это ведь не твоя грусть и не твоя тяга к одиночеству.

- В смысле?

- Ритуал Ксении связал вас, - Ярик кивнул в сторону окна, за которым пылала полоска неба у горизонта, а берег, где недавно Лукас общался с магическими друзьями, опустел, - и вам ещё предстоит разобраться, где твои чувства, а где его. Ну, или не разбираться, а просто принять, как есть. Просто он пока не осознает, что больше не один, что страдать уже нет смысла. Делает это по инерции - и транслирует тебе.

Он замолчал, когда Ольга перевела взгляд куда-то за спину эльфа, обернулся. В засветившемся проходе появился объект их обсуждения.

- Ладно, пойду к маме. Если я вдруг надолго исчезну, успокой Истера и Кристин, а то мало ли, - он улыбнулся и пошёл к задней комнате госпиталя.


Лукас молчал, потирая видимо замёрзшие у реки руки. Он выглядел бледнее обычного, ещё сильнее похудел, глаза запали, а волосы - поседели. Последние события измотали его, и Ольга вздохнула.

Он подошёл, встал напротив, угрюмо глядя в её глаза.

- Ты ведь всё помнишь? - тихо спросила женщина, крепче сжимая плед, словно держась за него, но не отводя взгляда. Кажется, что совсем недавно они стояли у окна в комнате под кроной Древа и смотрели на бегущих к реке существ. Но это было вечность назад, в другом мире. И они были другими.

Пещера, где Лукас держал вокруг них магическую защиту, спасая. Пропасть, на краю которой он стоял где-то в другой реальности, в которую собирался прыгнуть, потому что не видел смысла жить. И она дала ему этот смысл, помогла вспомнить, помогла увидеть - и сама увидела. Почувствовала.

А потом Нить, что связала их в единое целое ещё сильнее, когда они даже мыслили одинаково. И снова пещера - и прикосновение Вечности, когда распахнулись Врата.

- Помню, - тихо, хрипло ответил Лукас, словно только что вместе с ней вновь прошёл этот путь. Она поёжилась, прикрывая глаза, пытаясь понять его в этот момент, почувствовать.

Между ними словно была невидимая стена. Его стена, не её. Она всегда была, просто Ольга раньше её не замечала.

- Пойдём, - она снова поёжилась, будто её обдало холодным ветром, проскользнувшим в Древо вслед за пришедшим с улицы Лукасом. - Тут мы уже не нужны.

Он кивнул и нарисовал прямо перед Ольгой высокий искрящийся проход, и она шагнула в него, не задумываясь ни на мгновение. После всего, что он сделал для неё, она полностью, без оглядки доверяла другу.

Женщина дёрнула уголком губ, шагнув в полумрак комнаты, откуда начался их путь к Вратам и в новый мир, где не было Правящих. На кушетке лежал свитер Лукаса, на полу - его сумка. Было ощущение, что в их отсутствие какое-то существо в ней похозяйничало.

В углу гостеприимно горел неяркий голубой светильник, словно Фрей всё это время ждал, что они сюда вернутся. Было тепло, но Ольга продолжала сжимать вокруг себя плед, как кокон, как защитный плащ.

- Смотри.

Она испуганно обернулась и выдохнула, чуть не обругав Лукаса. Они так долго жили в ожидании беды, что отвыкнуть от этого было сложно. А волшебник протягивал к ней стеклянный сосуд, на дне которого спало маленькое изящное существо, излучавшее зеленоватое сияние.

- Речная фея? - удивилась Ольга, делая шаг вперёд и вглядываясь в магическое создание. Она никогда так близко не видела фей. - Ты её поймал?

- Я её лечу, сломала крыло, - тихо ответил Лукас, бережно, чтобы не разбудить, держа перед собой банку. - Нашёл на берегу после Возрождения.

- Возрождения? - не поняла она, поднимая глаза на друга. Какой же он уставший, какой потерянный и испуганный. Только сейчас Ольга в полной мере почувствовала эмоциональный хаос внутри мужчины.

- Так волшебные существа назвали открытие и закрытие Врат, - немного смущённо ответил Лукас и поставил банку на одну из полок на стене, потом подошёл к Ольге и наклонился к полу. Она даже не заметила, как снова отпустила плед, когда разглядывала фею.

Лукас поднял его, бережно накинул на её плечи, как Ярик несколько минут ранее, но по-другому. Ольга знала, что это другой жест, и накрыла его холодные руки своими, заглянув в глаза - глаза испуганного, потерявшегося в ощущениях и событиях Защитника. Он замер, всё ещё кутая её в плед.

- Ты же понимаешь, что я никогда не отпущу тебя? Что ты больше никогда не будешь один? - тихо проговорила она, не давая ему отвести взгляд или убрать руки, согревавшиеся под её ладонями.

- Я думал, что то, что я помню, лишь сон. Или бред, - осторожно, подбирая слова, проговорил Лукас, чуть повернув голову на бок, словно силясь разорвать их контакт.

- Глупости, - она сделала шаг вперёд. Ему ничего не оставалось, как обнять её за плечи, и женщина почувствовала, как друг слегка напрягся. - Лукас. Ты сам сказал - возрождение. Позволь и себе это, позволь это нам. Ты мне очень нужен.

Кажется, она смогла подобрать нужные слова, потому что напряжение из его рук ушло, а глаза робко улыбнулись в полумраке тёплой комнаты, в зелёном свете спящей речной феи. Это завораживало.

Она замерла, не собираясь делать за него выбор. Он должен был сделать его сам, должен был поверить, иначе впереди их будет ждать только боль. А она не хотела этого ни для себя, ни для него. Никакая магия не сможет принять это решение за него, потому что он, несмотря ни на что, сильный. А сильные люди не идут бездумно на поводу даже у волшебных ритуалов.

Она лишь тихо выдохнула, когда он обнял её, прижал к себе, опаляя дыханием, согревая. Ольга спрятала лицо на его груди, какая-то внутренняя пружина разжалась - и она заплакала, сжимая пальцами ткань его свитера. Позволила слезам тихо и беззвучно струиться по щекам, впитываясь в его одежду.

- Не плачь, - прошептал он, отодвигаясь - и сцеловывая слёзы с её щёк, касаясь горячими обветренными губами, - всё будет хорошо, я обещаю. Я никогда...

- Мы, - прошептала она, - мы никогда, - и позволила Лукасу поцеловать себя в губы.


Он стоял на стене, окружавшей Академию и обращённой к реке и городу. Повсюду горели костры, угадывалось движение, хотя на уцелевшие дома и развалины давно опустилась ночь. Луны не было, темно - и только многочисленные огни, которые иногда перемещались по улицам частично разрушенного, но оживающего города людей.

Там готовятся принимать тысячи беженцев - кормить, успокаивать, организовывать - и расселять по материку или отправлять в порт, а оттуда - в более тёплые края, где уже к тому моменту будет организовано хоть какое-то общество. Так говорил отец Гретты, когда Истер пришёл его сменить на стене и спросил, что теперь будет.

Он никогда не думал, что делать после того, как кровососов не станет. На самом деле он никогда не верил в то, что это случится. Тем более не представлял, что сам, своими руками, будет уничтожать Правящих. И что он окажется одним из них, не думал.

Но ему повезло пережить падение народа, который его породил. И был счастлив, насколько это было возможно после всего, что произошло с ними в последние месяцы - и дни.

Истер издалека услышал приближающиеся шаги: в отличие от потомков Правящих, он не потерял свои острые слух и зрение. Это не было частью ушедшей из мира Силы, скорее, вопреки ей: магия Конде действительно сделала из него монстра. Или, как сказала Кристин, сверхчеловека.

На стену поднялся Лектус. Брат стал двигаться медленнее, но Истер видел, как постепенно к нему возвращается уверенность в движениях и даже поведении. Принц брал себя под контроль, который, видимо, тоже был частью личности, а не порождением Силы.

Младший брат. Странно. По словам приёмной матери, сейчас Истеру должно было быть где-то восемнадцать, и парень долго был в этом уверен. Но оказалось, что он старше на три года. Проклятые Конде, поставившие над ним эксперименты! Может, он будет как эльфы - медленно и незаметно стареть?

Именно этого хотела Эва для своего Арона.

Истер хмыкнул едва слышно, но пришедший Лектус ничего не сказал. Встал рядом и тоже обратил взгляд на город за рекой. Звуки доносились сюда приглушённо, словно эхо, даже шум рек и ветер. Словно весь мир стремился к тишине и покою.

Кажется, они оба, одновременно, увидели две фигуры, крадущиеся от Академии к полуразрушенному мосту через реку. Но опять молчали, ничего не говорили, всматриваясь.

- Тедис выжил? - с презрением спросил наконец Истер, когда понял, что это его приёмная мать ведёт прочь своего кровного сына.

Лектус пожал плечами: брату было плевать на этих двоих, стремящихся уйти и соединиться с Конде. И Истер тоже чувствовал горькое равнодушие: женщина, которую он любил и считал матерью, бросила его, едва узнав о выжившем сыне. А женщина, которая его родила и оставила в детстве, не вызывала практически никаких чувств, кроме холодного любопытства.

- Её тело рассыпалось в пепел, - тихо произнёс Лектус, видимо, догадавшись о ходе мыслей брата. - Ксения развеяла их с отцом над рекой.

Истер кивнул: сказать на это было нечего. Родители, которых он отчасти даже ненавидел, обрели покой. Хотя он до последнего сражался за мать, которую не успел ни узнать, ни понять.

- Ты думал, что нам теперь делать? - спросил Истер спустя какое-то время. Повернулся к Принцу, глядя в темноте на резкий профиль. Лектус был младшим братом, но в их отношениях это совсем не чувствовалось.

- Иди, я пришёл тебя сменить, - вместо ответа произнёс Лектус, даже не повернувшись. - Там тебя ждут.

Истер нахмурился, но не стал перечить. Может, Кристин хочет, чтобы он немного поспал, подруга всегда заботилась о нём. Он кивнул и легко сбежал по кривым, слегка покосившимся ступеням во двор.

Тут тоже ещё царили последствия Хаоса, никто не нашёл ни сил, ни времени прибраться. По всему двору тёмными массами возвышались трупы монстров, порождённых Чужим: кого-то успели убить волшебники в последние мгновения, что Сила ещё была в этом мире. Но большинство упало замертво в миг, когда закрылись Врата, закупорив их мир от того жуткого места, откуда пришёл Чужой.

Факелов во дворе почти не было, не светились и окна Академии. Его обитатели отдыхали, вздохнув, но предчувствуя, что впереди ещё много тяжёлых времён. Истер тоже это понимал: ушли одни, придут другие. Хотя бы вон Конде с эльфами, которые, судя по всему, веками боролись не только с кровососами, но и друг с другом. Теперь они, видимо, будут делить мир между собой.

Идиоты из леса.

В ночной тишине по эту сторону ледяных стен, отделявших двор школы от города, гулко шумела река. Поэтому он не сразу услышал шаги.

- Ист.

Это была не Кристин, и он, в принципе, мог бы догадаться сразу. Подруга, скорее всего, спит где-то под зорким надзором Ярика. Она была истощена и физически, и морально после всех событий, и вряд ли бы пришла на мороз. Ну, или эльф бы её просто не пустил с его гиперопекой всех вокруг.

Он зло усмехнулся своим мыслям, а Фауст удивлённо подняла бровь.

- Ты чего тут? - буркнул Истер, хмурясь.

- Я ухожу с отцом к замку Дозора, посмотрим, вдруг что уцелело. Или кто, - пожала она плечами.

- Осторожнее там, - он указал головой на стену, за которой в очередной раз воцарился мировой Хаос, правда, на этот раз всё-таки управляемый. Тут, конечно, вопрос, кем и до каких пор, но парень не собирался об этом думать. Пусть вон Ярик думает, или директор, или Сфинкс. Ну, или кто там самый могущественный теперь на планете.

- Я же с отцом, - пожала плечами девчонка. - Ты тоже не влипай никуда, ладно? - она, кажется, коротко улыбнулась, но почти в полном мраке двора сложно было сказать точно.

- Да теперь вроде некуда влипнуть, тишь и благодать, - отмахнулся Истер, исподлобья глядя на Гретту.

- Ну да, - теперь она действительно улыбнулась, внимательно глядя в его лицо, хотя что она там могла видеть, в темноте. - Ты же не понимаешь, да?

- Чего? - тут же насторожился, подобрался парень, не ожидая от жизни ничего хорошего.

- Что ты, скорее всего, последний Правящий этого мира, единственный.

- Я не Правящий! - зашипел Истер, схватив девушку за предплечье и сильно сжимая.

Она восприняла эту вспышку спокойно, даже не стала отдёргивать руку.

- Ты просто не видел себя со стороны. Думаю, если бы тут был свет, сейчас я бы смотрела в твои полные гнева красные глаза, - тихо, даже как-то монотонно проговорила Гретта, накрывая холодной ладонью его сжатые на её руке пальцы. - Будь осторожен. И не пей ничьей крови, пока меня нет.

Гнев клокотал в горле, буквально вскипев внутри.

- Хватит! - рыкнул он, полный ярости. Дыхание было частым, но парень старался контролировать себя. Нет. Она говорит неправду!

- Пойдём с нами, - всё так же мягко проговорила Фауст, делая плавный шаг вперёд. - Твоё место в Дозоре.

- Дозора нет, он теперь не нужен! - прорычал Истер, разжимая пальцы на ее руке и чуть отступая. Но она снова приблизилась, не давая ему выдохнуть и успокоиться. Он видел, как блестят глаза девушки, а щёки покраснели на морозе. Чёрные волосы выбивались из-под вязаной шапки.

- Дозор всегда будет нужен, - пожала она плечиками. - А ты здесь - нет. Ты же понимаешь?

Он молчал, до боли сжимая кулаки и пытаясь не заорать. Никто и никогда не был с ним так прямолинеен и жесток, как эта девчонка, которая буквально проникала ему в голову, от одного присутствия которой вскипала кровь, а на языке ощущался её пряный вкус.

- Ты понимаешь, - проговорила Гретта, - всё понимаешь, но как обычно предпочитаешь страдать, да?

- Перестань, - он шипел, отступая к стене, а она всё равно приближалась, словно играла с ним. Она знала, как влияет на него, чувствовала - и пользовалась этим. - Хватит.

- Я ничего не делаю, - чуть дёрнулись уголки губ, а глаза пристально смотрели на него. Испытывали, приглашали, соблазняли.

- Уходи с отцом.

Она некоторое время молчала, потом словно сдалась, чуть отступила в тень так, что он уже не видел лица Гретты, только слышал её спокойное размеренное дыхание.

- Береги себя, - наконец, сказала она - и исчезла во мраке, вскоре стихли вдали даже её быстрые осторожные шаги. И тогда парень смог выдохнуть.


- Долго же ты добирался, Принц.

Он услышал шуршащий, чуть насмешливый голос ещё до того, как ступил на нагретые каменные плиты Некрополя, возле уже знакомых надгробий. Первое, что бросилось в глаза, - могила Эймира была восстановлена, ни следа взрыва, которым был разрушен Первый Узел.

В зените светило яркое солнце, и под его лучами грелась Эва, слепо глядя в голубое высокое небо. Древняя эльфийка сидела на камне возле могилы Арона, и казалось, была полна умиротворения.

- Пришёл, как смог, - хмыкнул Ярик, присаживаясь на отколовшийся от лестницы валун. Туман, в котором жила Эва, почти рассеялся: море сияло голубизной, поблёскивая и играя волнами. В него ныряли огромные белые чайки, надрывно крича. Шелестели деревья, как-то очень весело, радостно. - Пришлось уговаривать маму построить мне Путь сюда через её Силу. Это заняло время.

- Почти три часа, если я не ошибаюсь. Ты очень громко шёл, - прокомментировала эльфийка, поворачивая старое лицо к Ярику.

- День?! - парень действительно испугался: ему показалось, что прошло не больше получаса, что он блуждал среди Силы эльфов в поисках пути к Эве. Могло же случиться всё что угодно, а он даже не знал.

- Сиди. Твои близкие в заботах о мире, не подскакивай, - проворчала Эва, потянувшись и дёрнув его за рукав. - Ты такой беспокойный. Вообще все наслаждаются сладким воздухом перерождённого мира. Но умные замерли и ждут.

- Войны?

- Догадливый мальчик получился у эльфийской принцессы и ныряльщика-Дхана, - гордо проговорила Эва, словно имела отношение к тому, каким вышел Ярик. - Войны, юный волшебник. Мир расколется, или в нём появится новая правящая сила из тех, что были до Чужих.

- Дед, Конде. Кто ещё? Маги?

- Возможно. А ещё те, кто остался верен Чужим даже после перерождения. Их тысячи, и они не привыкли подчиняться магам, эльфам и людям.

- Они поддержат Лектуса?

- Каждая Сила мира имеет своего наследника, даже ушедшая за Врата, - кивнула старая эльфийка, прикрыв глаза. - Эльфы и колдуны уже собирают воинов, но они попытаются договориться. Если ни один союз не будет возможен...

- Вряд ли с моим дедом можно договориться.

- ... тогда война, - вздохнула Эва, - и никто не знает, чем всё закончится для нашего настрадавшегося мира.

- Даже ваш гном? - юный эльф пристально посмотрел на древнее создание, которое века назад перевернуло ход истории Земли. Кажется, она на миг замерла, прежде чем подняла к нему морщинистое лицо со слепыми глазами. Но Ярик был уверен, что каким-то внутренним, магическим зрением она видит этот мир.

- Всё-таки ты уникальный, трижды проклятый гибрид, - сказала она некоторое время спустя. - Ты не принадлежишь ни одному народу - и принадлежишь всем. Давно ты понял про гнома?

- Когда Ольга сказала, что там, за Вратами, никто никогда не умирает, а Чужим не подвластно время. Меня так поразило то, что гном после веков заточения ушёл за Чужим, я так пытался понять, зачем... Где он сейчас?

- Нигде. Он исчез в миг, когда Врата закрылись. В нашем сегодня его уже нет.

- Он пришёл оттуда, да? Давно? - Ярик присел рядом с Эвой, охваченный жаждой познания. - Ведь это он расставил метки и подсказки! Он передал нам артефакты, которые спасали нам жизнь.

- Идём, - вздохнула Эва, тяжело поднимаясь и делая несколько шагов в сторону от могил родных. Здесь лежала безымянная каменная плита, обросшая травой и потрескавшаяся от времени. Но всё равно гладка.

- Здесь лежит Есения? Ваша дочь? - предположил Ярик, оглянувшись на три надгробия у статуи.

- Нет, Есения покоится рядом с братом и отцом, - покачала она головой и взмахнула рукой, словно внимала с кровати покрывало. Ярик даже забыл вопрос о Дэмире, который хотел задать: плита отошла в сторону, открывая тёмный провал под землю и несколько ступенек, тонущих во мгле. - Идём, Принц Эйсана, это место давно ждёт тебя.

- Меня?! - в восторге просил Ярик и буквально скатился по каменным ступеням, чуть не рухнув на пол, покрытый песком. При его первом же движении на стенах круглого зала с каменными сводами с тихим шипением зажглись факелы, освещая арки, что держали потолок пещеры, и каменные колонны по кругу, и красно-серый саркофаг в центре, на высоком постаменте из чёрного материала. Кажется, из того же, что и упавший с неба камень, лежавший у Академии.

- Не спеши, мальчик, не нужно, - насмешливо проговорила Эва сверху, не спеша спускаться по крутым ступеням. Эхо разносило её слова по каменной гробнице. - Этот зал ждал тебя веками, подождёт ещё.

- Это могила Дэмира? - эльф быстро подошёл к саркофагу. На нём не было надписей или рисунков, только гладкий отполированный камень.

Она не ответила на вопрос, только громко сказала, чтобы он услышал её голос с поверхности:

- Стены. Это оставил тебе гном.

Ярик мгновение не понимал, пытаясь разглядеть хоть что-то, а потом он увидел огромные, потемневшие от времени тканые ковры с тёмными силуэтами, и его словно осенило:

- Летопись! Как под Вечным городом эльфов! Он оставил мне летопись? - Ярик вернулся к лестнице и посмотрел вверх, где на фоне голубого неба замерла древняя эльфийка.

- Он знал, что не встретится с тобой, треклятый Принц, не сможет поговорить, но был уверен, что ты придёшь. И оставил тебе свою историю. Лови, - Ярик едва успел отреагировать, поймав летевший ему в голову блеклый тёмный браслет. - Надень. Если тебя затянет, он вытащит. Не нужно оставаться в чужом прошлом надолго, как бы оно не завораживало.

После этого она безмолвно скрылась из виду. Ярик постоял, справляясь с магическим оберегом, на котором были написаны знакомые ему руны Реальности и Защиты, а потом подошёл к крайнему гобелену, который от старости почти слился со стеной.

На огромном полотне был изображён знакомый Ярику сюжет - свечение из найденных гномами Врат, каменный обвал, под которым лежит один из рабочих. Тот самый, что стал Источником. Тот, что оставил Летопись.

Силуэты медленно, словно сквозь песок, оживали. Гномы, понуро опустив плечи, разбирали камни. Они извлекли тело товарища и оттащили в сторону, отошли. Они не видели, как за телом погибшего рабочего тянется тонкая струйка крови, а в крови - голубоватые искорки Чужого, который, как Ярик помнил, жил в жидкости.

Вот он, момент, когда добрая Сила попробовала вкус смерти, поселилась в ней, - и стала Чужим. Вот свечение добралось до лежащего на боку гнома. Из его груди торчал тонкий, острый осколок тёмного камня - видимо, из-за этого он и погиб.

Ярик видел, как голубое свечение, всё сильнее наполняя дорожку крови, подобралось к гному - и растворилось в ранах, буквально впиталось. По телу парня прошли мурашки: тело пошевелилось, оживая.

Картинка сменилась, и Ярик увидел историю, которую уже передали в другой Летописи, в городе эльфов. Место было то же, голубые лучи били в стену, а не падали вниз, на камни. У этих лучей стояли молодая Эва и сопровождавший её гном.

- Ты уверен, что он был мёртв, ваш товарищ? - тихо спросила эльфийка, и парень знал, что будет дальше: Чужой коснётся Эвы, возьмёт её в кокон - и мир изменится навсегда.

Он досмотрел эту сцену до конца, а потом переместился в новый сюжет: зимний берег реки, ветер гонял пепел, перемешанный со снегом, сумерки только опускались на землю и Академию, на бегущую прочь от водопада воду с мелкими льдинками. Весна. Ярик знал, как в это время года выглядит школа и её окрестности.

На берег из-под водопада, прикрытые от потока магическим щитом, вышли Арон и гном, и вдруг Ярика будто осенило. Он узнал это место и даже сложил простые факты. Источник жизни. Ну, конечно!

У ног Арона зиял в камнях ровный проём, откуда-то из-под земли бил ключ.

- Вы же похоронили тут погибших в рудниках товарищей? - голос первого Правящего был тихим, спокойным, но хорошо слышным в гуле ветра и воды. Стоящий рядом гном не поднимал глаз и плеч: кажется, новая жизнь давила на него. - Ты бы мог тоже тут лежать, в этой пещере.

Ярик очень хотел заглянуть в проём, но он не мог управлять картинкой в Летописи. Он много раз видел почётные захоронения гномов, например, в том подземелье, где они прятались с друзьями на пути в Северный город. Но пещеры, которые копались для погибших случайно на рудниках, обычно прятались в каменных карманах недалеко от копей, но рядом с водой, и над ними ставили источники, как дань памяти и напоминание о течение жизни.

- Я хотел, но умереть не получается, - проворчал гном, - а к огню ты меня пускать не велел, господин.

Ну, конечно, ведь в то время гномы ещё были в рабстве у волшебников. Ярику стало жалко ожившее волшебное существо, которое явно не было радо вести новый образ жизни.

- Тебе нельзя умирать, - покачал головой Принц Конде, и эльф в очередной раз понял, что сейчас увидит. - Давай закроем твоих товарищей, - он оглянулся, и из тени вышли с десяток почти одинаковых гномов. Они несли каменную плиту, от которой шло странное серое свечение. - Живой источник, так ведь вы это называете? Мне нравится, очень подходит.

Арон и его спутник смотрели, как гномы опустили плиту куда-то вниз, в каменный проём. Раздался щелчок, потом тихий рокот - и из вырезанного в скале силуэта потекла тонкая струйка воды. Рабочие медленно ушли, растворившись в сумерках, что сгущались над рекой и окрестностями.

Двое остались стоять над незасыпанной погребальной камерой - Ярик видел, что яма вниз уходит вниз где-то на метр с небольшим. Обычно её засыпали землёй и сверху плавили камень: гора осколков высилась рядом.

- Почему мне нельзя умирать? - тихо спросил гном, впервые подняв лицо к своему господину. - Я не хочу жить за счёт других. Позволь мне умереть.

- Нет, маленький восставший, тебе уготована совсем другая судьба, великая судьба, - Арон вдруг резко повернулся и взмахнул рукой - из его пальцев потекли голубые лучи Силы, это было завораживающе и страшно. - Я не могу носить в себе Исток, ты будешь Источником нашей Силы. Ты будешь жить вечно, чтобы она жила в мире.

Свет окутал гнома, как когда это произошло с Эвой, а глаза, смотревшие с заросшего бородой и усами лица, засветились - и были полны ужаса. Но Конде подошёл - в руках его был уже знакомый Ярику кинжал - и окунул руку с ним в яркий кокон. Эльф видел, как колдун режет руки гнома, втыкает нож ему в грудь и живот.

- Твои раны не закроются, а кровью станет Сила. Она будет струится через тебя, а ты будешь спать и держать Силу в мире, мой маленький раб, - и Арон отошёл, сжимая в руке окровавленный сияющий кинжал. Потом легко, словно взмахом руки, отправил беспомощного гнома в яму.

Он застыл там, ногами на каменной плите, словно большое голубое пламя. Стоял на могиле товарищей, окутанный кровью, а в его ногах начала плескаться вода. Сила, обрадованная новой жидкостью, устремилась вниз.

- Здесь берёт начало подземный поток, он почти не выходит на поверхность - и впадает аж в Южное море и растворяется в мировом океане. А теперь спи, Источник, спи вечно, - и яма быстро стала заполняться водой. Арон взмахом руки опустил сверху заготовленную каменную крошку, заполняя ею яму - вода и Сила смешивались с камнем, превращая всё в странную расплавленную массу.

- Давайте, - он отошёл, и из тени вышли двое крепких мужчин. Они держали в руках огромный котёл, от которого шёл жар - Ярик почувствовал его даже в воспоминаниях. Они залили яму чем-то чёрно-жидким: оно шипело и пенилось, пока не застыло на ветру. И словно не было ямы, не было гнома. Только камень и Источник Жизни, который брал своё начало в смерти.

Кошмар. Ярик чувствовал, как гнев и жалость клокочут внутри, но резкая боль в руке отвлекли его: браслет Эвы вернул его в настоящее. Он тряхнул головой, а Летопись снова стала лишь ожившей картинкой.

Эльф выдохнул, немного расслабился, надеясь, что гном действительно все эти века спал и ничего не чувствовал. Страница перевернулась: и впервые Летопись 'заговорила' глазами самого гнома, ставшего первой и, видимо, последней жертвой, отданной этим миром Чужому.

Сначала было сложно понять, что происходит: хаос звуков и яркий голубой свет дезориентировали даже Ярика. Что уж говорить про спавшего долгие века гнома, очнувшегося от магического дурмана.

Вокруг стоял грустный плачь. По крайней мере, так показалось эльфу. А перед глазами мерцал огромный шар Силы, что собиралась вокруг Источника со всего мира. И Шар рос на глазах, а за его мерцающей стеной - три размытых силуэта, застывшие у реки.

Ярик понял, что это он сам, Истер и Кристин - за минуты до того, как Источник был разрушен, а Врата открыты в последний раз. Вот он сам там, за Сферой, размахнулся - и бросил кольцо в огромный переливающийся Шар, плачущий изнутри.

Нашкодивший ребёнок, который не хотел бросать свою игрушку и возвращаться домой. Маленький, глупый и беспечный.

Сфера закричала - гном слышал этот крик боли, когда кольцо, нет, длинное, узкое, кроваво-красное лезвие, воткнулось и разрезало сферу до центра, остановилось над головой гнома, обогнуло его вокруг и ушло вверх. Отделило Силу от Источника.

Ярик уже видел происходящее в Летописи, но с другого ракурса, снаружи. Гном видел совершенно другое: пока мир за пределами Сферы застыл в ужасе от открывшихся Врат, внутри Шара Чужой плакал от страха и боли. И звал маму - так, как это мог только этот сгусток чуждой миру магии, звуками, которые воспринимали только они, пришельцы из другой Вселенной, и гном, живущий благодаря им.

Сфера стянулась вокруг Источника в последний раз - и начала стекать к ногам гнома, а он торжествовал. О да, Летопись передала его ликование, его торжество, смешанные с ненавистью к Чужим. Он был абсолютно счастлив, хотя истекал голубой кровью из нанесённых ему много столетий назад ран.

Когда жидкая Сила опустилась вниз, гном чётко увидел Ярика, Истера и Кристин, закрытого за их спиной заклинанием Свята. Поднял одну ногу, вторую, покачнулся, скрежетнул зубами.

- Отомщу, - пробормотал он, пробуя хриплый, давно не звучавший голос. Потом сказал громко, насколько мог, - спасибо! - и пошёл вслед за рекой Силы, оставаясь в ней.

И Летопись шла за ним: вдоль остановившейся реки, под застывшим водопадом, сквозь замерший холодный воздух пещеры - к распахнутым огромным створкам Врат. В поле его зрения попали прижатые к стене, заслонённые Щитом Лукас, Ольга и тень Алексис. Гном видел эту Тень очень чётко. У всех троих были закрытые глаза и бледные лица. Мать дала им шанс спастись, она была добра.

Ещё тут был какой-то зверь - замерший, околдованный, смотрящий в сторону Врат, где, держась за створку, замерла белая как снег Анна: она улыбалась, но в глазах её была мучительная боль. А гном шёл в реке Силы - к распахнутой бездне.

И Ярик взглянул в неё, в эту Бездну. Там, за Вратами, было Ничто. Пустота, у которой не было цвета, запаха, звука. Вечная пустота, в которой где-то очень далеко в неизвестном Ярику спектре, мерцали тонкие, движущиеся Нити Жизни.

Эльфа объял Ужас, он перестал дышать, и тут упал на каменный пол и вскрикнул от боли в руке, на которую приземлился, приходя в себя, возвращаясь в мир из Пустоты. Втягивая прохладный сухой воздух каменной усыпальницы.

Он сидел и пытался отдышаться, вспомнить себя. Потом повернул голову к следующему гобелену, странице, которую он ещё 'не прочёл'. По крайней мере, понятно, почему гном ушёл во Врата: он хотел отомстить за себя и свой мир. Но ведь это не конец истории.

Ярик вскочил и подошёл к Летописи, глядя на сотканное изображение того самого зала, где эльф сейчас находился. У саркофага застыл гном: вот он пошевелился, мягко погладил рукой могильный камень, переступил с ноги на ногу, вздохнул - и обернулся, глядя прямо в глаза парню.

- Садись, у тебя же есть вопросы, - вдруг заговорил гном и опустился на камень, который тогда лежал в подземном зале. Гробница явно только строилась, на стене был лишь один гобелен, но очень яркий.

- Как...? Летопись может вести диалог? - не понял Ярик, опускаясь рядом на песчаный пол. Он был очень удивлён.

- Я всего лишь воспоминание, которое реагирует на твой голос, - пожал плечами его собеседник. - Там, за Вратами, Вселенная Жизни, что существует вне Времени. Она началась с тонкой Нити, что зародилась в точке пересечения Хроноса - Реки Времени и Космоса - Бесконечного Пространства. Это не мир, это Инкубатор жизненной Силы и Хранилище знаний о тысячах миров.

- Жизнь мыслит, существует в Нитях и неподвластна Реке, но целую бесконечную вечность расширяется в Пространстве. Это единое сознание, внутри которого струятся миллиарды индивидуальных сознаний. Там есть только осознание, ни слуха, ни зрения, ни осязания, нет вкуса или запаха. Пустота, наполненная Жизненной энергией.

- Иногда Космос, расширяясь, соприкасается с Хроносом - и открываются Врата. И Сила запускает туда Нить Жизни - чтобы заселить пустые миры и дать толчок развитию уже населённых. Нити делятся Силой, жизнь множится - и отдаёт энергию обратно. Это упрощённое строение их общества. Словами передать сложно.

Ярик словно увидел перед собой то, о чём говорил гном: холодную яркую бесконечность и огромные Врата в разные миры. Пугает и завораживает.

- Что ты там делал? Встречал ли ты Анну?

- Все сознания, попадающие - специально или случайно - в Космос, вливаются в общую Сеть. Индивидуум как часть общего Осознания. Но со мной так не вышло. Нити считали, что я часть чужого мира, физически и ментально. Не зря же нас, гномов, звали 'солью земли'. Водный мир меня не отпустил, и я не стал частью, струился и мыслил, был сам по себе, - гном улыбнулся в густые тёмные усы, глаза стали маленькими, смешливыми, однако голос оставался спокойным, монотонным.

- Мыслить о мести или испытывать гнев, ненависть там невозможно, а Чужой там - лишь малое неразумное дитя, нашкодившее в отсутствие родителей. Рядом с ним всегда Анна. Девочка там счастлива, медленно растворяясь в Нитях. Тогда она ещё помнила себя - до мелких подробностей. Общее сознание и я заодно через неё узнали о её любви к Принцу Правящих, о побеге из Красного города, пути через океан. Обо всём, что она видела, слышала, думала, о чём догадывалась, что подслушивала. Это особенность Нитей.

- Меня они прочесть не могли, я был как ... как бревно, плывущее в потоке реки. Это мешало всем, и тогда я решил найти путь домой, хотя Врата туда и закрылись. Я хотел увидеть мир без Чужого, возрождённый.

- И как ты это сделал? - Ярик уже догадывался, что гном просто оставил своё повествование, просто рассказывал, но предвосхищая вопросы. Воспоминания прерывались, застывали, когда Ярик говорил, и возобновлялись, когда он молчал.

- Нити хотели помочь, ведь они Жизнь, а Жизнь - это абсолютное Добро и Сострадание. Тогда где-то на краю Космоса я услышал воспоминания попавшего из какого-то мира через Врата сознания. Оно помнило, что в его мире была Засечка Хроноса, какой-то портал. И что искать её нужно в потоке Времени. Раз в наш мир открывались Врата, значит, должен быть и этот проход. И я струился по Нитям, пока не нашёл Исток Космоса, где он пересёкся с Хроносом. И я вошёл в этот поток.

- Как это? Ты помнишь?

- Есть вещи, о которых нельзя говорить. Но я попал домой, в Водный мир. Но меня никогда не было в будущем, я об этом не подумал. Мир притянул меня - в тот момент, когда в нашем мире появилась возможность выйти из Хроноса. В первую же секунду существования такой возможности.

- Я прожил долгую вторую жизнь - сначала на Острове Драконов, - гном мягко погладил красно-серый саркофаг. - Господин Острова много говорил о своей сестре погибшей матери, тосковал. Он попросил меня найти её тело и доставить сюда, в Некрополь, к её предкам.

- Она погибла, когда на материке появились первые Чужие, искавшие насыщения. Гномы по приказу Конде спрятали её тело вместе со своими невывезенными артефактами. Я нашёл её и эти артефакты, - гном поднял глаза на Ярика, словно точно знал, где эльф будет сидеть века спустя. - У меня в руках были артефакты из воспоминаний Анны. И тогда я всё понял, - гном промедитировал паузу.

- Кто она, твоя госпожа? Кто в саркофаге? - нетерпеливо спросил Ярик, но, кажется, как и путешествие через Реку Времени, эта информация была закрыта.

- У меня в руках были вещи, которые вы получили в Подводном замке века спустя. Я их туда принёс и положил, когда мы возводили этот замок. Я был тем, кто пришёл на острова Некрополя. Здесь я встретил Эймира и создал на его могильном камне ключ для крови потомков Эвы. Я был рядом с вами, всегда, хотя вы этого и не знали, а я никогда с вами не встречался.

Ярик пристально смотрел на древнее существо, которое прошло через ад и чистилище - ради будущего рая его мира.

- Я рассказал Эве о том, что знал и видел, и она жила этим знанием - знанием о вас, Принцах, которые изменят мир. Она ждала вас в надежде, что вы позволите ей и её роду обрести покой. И дождалась. Теперь ты, Принц эльфов, треклятый мальчик, знаешь почти всё.

- Ты спас мир, - прошептала Ярик, чувствуя дрожь, - это был ты.

- Меня уже нет, мальчик. Я исчез в тот момент, когда захлопнулись Врата. Я обрёл покой, но многим наследникам Водного мира пока это не дано. Но ты и вторая троекровная девочка принесёте покой и им, - гном снова трепетно погладил саркофаг.

- Кто здесь лежит? Кто была первая троекровная девочка? Кто вторая? Кому мы принесём покой? Как? - эльф попытался сделать шаг к гному, по инерции, но вместо этого оказался на полу в каменной пещере-гробнице, перед застывшим холстом Летописи гнома. - Как тебя звали?

Словно в ответ на его вопрос глаза наткнулись на табличку рядом с последней 'страницей': 'Летопись создал за 129 210 дней до конца Водного мира гном-кристальщик Скользящий-сквозь-Жизнь Свободный Духом'.

Ярик поднялся на ноги, отряхивая брюки от песка и каменной крошки, по телу шли мурашки. Ему было сложно сразу же охватит всё, что он узнал. Это была страшная и великая история, скрытая под камнями Некрополя. О ней должны знать все! Но почему гном не пожелал рассказывать про Хронос и про саркофаг? Это древнее создание вряд ли что-то делало просто так.

Эльф подошёл и стал снова рассматривать могильную плиту, в которой явно лежала женщина: её очень любил и почитал Свободный Духом гном. Это не Есения и не Эва, а о других женщинах во всей этой страшной истории не было.

Или была?! Ярик наткнулся на едва заметные, выдавленные в изголовье плиты пиктограммы - ключ, заключённый в кольцо, а кольцо - в странном многограннике. Изображение дракона и, кажется, собаки. Или волка.

Кольцо, ключ, камень. Три Силы, три оружия, заготовленного, чтобы уничтожить Правящих. У каждого потомка Эвы и Арона - свой.

Ярик бросился к лестнице, наверх, на свет и воздух. По глазами ударило, но парень не обратил на это внимания, щурясь и ища взглядом старую эльфийку. Та опять сидела на солнце, у могил своих детей и мужа.

- В саркофаге - та троекровная девочка, что украли Конде? С острова Ныряльщиков? Она была матерью господина, что правил Островом Драконов! - крикнул парень, останавливаясь перед эльфийкой. - Она была матерью Святовита и Елень?! Они твои прямые наследники, как Истер, Лектус и Ксения, но эльфы о них не знали?! - Ярика были дрожь.

- Садись, Принц, теперь ты готов пойти дорогой Свободного Духом и спасти наш мир ещё раз, - проговорила Эва и улыбнулась, впервые за всё время их общения пристально и осмысленно глядя на сына Эйлин и Александра. - Гном своими блужданиями закрыл Врата Пространства, но открыл иные, более опасные для нас. Но всё определено и предсказано, всё свершится - если ты не дашь повернуть Реку Времени вспять.

## Глава 6. Мир после


Холл был пуст. Ничего удивительного - до рассвета было ещё несколько часов. Стояла тишина, которой Лектус ещё ни разу не слышал в Академии. Тишина, полная покоя и усталости.

- Чай хочешь?

Он вздрогнул, понимая, что задремал, войдя в Холл. Не сразу понял, кто с ним говорит, но его дёрнули за штанину. На него смотрели большие зелёные глаза кота, что кажется тысячу лет назад правил летающей коробкой на пути в Академию.

- Спишь, что ли? - озадаченно проговорило существо, на котором сейчас были яркие зелёные шорты. Чем-то он был похож на младшего братца Ярика, оба дурные. - Говорю, чаю горячего хочешь? Продрог, небось? Кого вы там сторожите, на стене? Сейчас самые задиристые отдыхают, всем нужна передышка.

Лектус ничего не сказал: быть человеком тяжело. Он устал, замёрз и хотел спать. А ещё он хотел обнять Алексис, которую не видел почти сутки. Был уверен, что она это время провела в хлопотах о жителях Академии.

- Ты оглох или онемел? - кот снова дёрнул его за одежду, ожидая реакции. Лектус лишь поднял бровь: были бы силы, летел бы сейчас этот переросток быстрее своей кибитки.

Принц отодвинулся, отцепляя лохматую лапу от себя, обошёл назойливого собеседника и нарисовал проход:

- Фрей, где Алексис?

- Спит в одной из спален, раньше ваша была, да сейчас всё смешалось. Вот вернётся Фауст с учениками...

- А Ксения? - прервал разглагольствования Духа Лектус. Ему было всё равно, мелкие бытовые проблемы Фрея его не касались.

- С своей спальне, а ученик Картер её охраняет, правда, непонятно, от чего, - в центральной колонне появились заспанные глаза Духа и рот. Лектус не сразу понял, кто такой 'ученик Картер'.

- Тогда пусти меня сначала к ним, - и он шагнул в светящийся проход. В спальне девушек было темно, это и к лучшему: глаза пощипывало от усталости. Впервые в жизни у Лектуса болела голова, причём, он был уверен, что это ментальная усталость: так много он думал за это длинное ночное дежурство на стене Академии.

Он скинул плащ и шапку, положил на свободную кровать и сел рядом с фигурой Джеймса, сгорбившимся на полу у кровати напротив той, где спала Ксения. Кочевник молча смотрел на друга.

Они так давно не говорили. Просто не говорили. Кажется, века назад они плыли из Красного города, и лохматый кочевник охотился на черепах. Весёлое было время.

- Спасибо, - тихо проговорил Принц, когда они просидели в молчании несколько минут. Джеймс почти не шевелился.

- Даже боюсь спросить, за что, - фыркнул он, повернув лохматую голову к другу. Ну, вот, хоть что-то в этом разрушенном мире остаётся неизменным. Хотя, конечно, случившееся всех их изменило, но они пока не успели этого заметить.

- За всё, - пожал плечами сын Байрока, впервые остро, с тоской подумав, что у него никого не осталось, кроме сестры и друзей. Ну, ещё старший брат. Уже немало. - Как она?

- Истощена, но счастлива, - пожал плечами кочевник, не шевелясь. Они словно застыли в сумраке ночи, глядя на кровать Ксении. - Радуется, что не будет постоянно слышать Души умирающих. Она вообще сказала, что стала меньше реагировать на эмоции других - после нашего самоубийства под Красным городом.

Лектус дёрнул уголком губ, чувствуя укор и даже обиду друга. Да, он осознанно вёл их туда, понимая, что на смерть. И если бы не та Сила, что владела Алексис, они бы точно погибли. Это ни тогда, ни сейчас не вызывало каких-то бурных эмоций.

Он сделал свой выбор. В какой момент, он не знал, но сделал. И они тоже.

- Что теперь будет? - тихо спросил Джеймс, и Лектус услышал в его голосе ту же усталость. Куда делся весёлый кочевник, мечтавший уничтожить всех кровососов? Словно произошедшее всех их состарило.

- Война, - спокойно ответил Лектус, даже как-то зло усмехаясь. - Люди и маги так хотели уничтожить Правящих, чтобы те не убивали их. А теперь они будут убивать друг друга.

Джеймс промолчал, и это сильнее всего доказывало, что друг изменился. Слишком многое они пережили. Слишком многое видели, чтобы слепо и по-детски верить в ясное и светлое будущее мира после Правящих.

- Что будем делать? Ей нельзя там, где война.

Они посмотрели на силуэт крепко и спокойно спящей Ксении, девушки, из-за которой они оказались тут. Девушки, желание спасти которую привело их всех к разрушению целого мира, уничтожению её народа.

- На рассвете я возвращаюсь в Красный город, - спокойно ответил Принц то, о чём думал всю ночь на стене. Он всё взвесил и проанализировал, и уже не сомневался в своём выборе. Лектус был уверен в решении.

- Что мы там будем делать?

Этот вопрос Джеймса словно согрел наследника разрушенного Водного мира изнутри. Друг одним местоимением 'мы' словно отогнал мысли об одиночестве, что поселились в голове Лектуса с тех пор, как он решил вернуться домой. Кочевник не спрашивал, не уточнял, не пытался переубедить - он просто воспринял информацию к сведению. И от этого на душе было странно.

Ох уж эти человеческие эмоции.

- Жить, - пожал плечами Принц и поднялся. - Соберите всё, что считаете необходимым. Я приду на рассвете.

- Вы придёте, - тихо фыркнул Джеймс, - не делай вид, что не знаешь решения Лекси.

Лектус ничего не ответил, тихо вышел за дверь спальни, чтобы не разбудить Ксению свечением прохода - и только тогда вызвал Фрея и проложит путь к своей бывшей спальне. Не так уж много времени они провели в магической школе, но он успел привыкнуть к этой комнате, запаху дерева и мороза.

Она не спала - стояла у окна в одном тонком платье, босая, с распущенными волосами. В углу тлел огонёк в маленьком светильнике: в его лучах Лектус сразу увидел большую лохматую тушу на кровати.

- Кот вернулся? - спросил Принц, когда Алексис повернулась, услышав и увидев его, подошла и обняла. Так привычно, так тепло. Он спрятал лицо в её огненных, пахнущих цветами, ещё влажных после ванной огненных волосах.

- Чуть двери не выломал, выл, как сумасшедший, пока его не впустили, - тихо рассмеялась девушка, отстраняясь, чтобы посмотреть ему в лицо. - Впервые вижу тебя по-человечески уставшим.

- Придётся привыкать, - пожал он плечами, беря Алексис за руку и садясь с ней на свободной кровати. Ирбис приоткрыл глаз, посмотрел на них, зевнул и опять уткнулся в лапу, проверив, что его любимице не грозит опасность.

Некоторое время они сидели молча, обнявшись. Лектус почти задремал, согретый близостью девушки, убаюканный её пальцами, чертившими узоры на руке.

- Что ты решил? - Он открыл глаза и вздохнул: когда кочевники успели его так изучить?! - Все вокруг шепчутся, что Конде и эльфы собираются биться за право управлять миром, наверное, и люди с магами не останутся в стороне. Ксении тут не место теперь, - она словно ответила на не заданный им вопрос, как она догадалась. - Да и тебе здесь неуютно.

- А тебе?

- Мой дом там, где ты, - улыбнулась девушка, поворачиваясь в его руках и глядя в глаза. - Мы с Джеймсом обсуждали это, не удивляйся. Если будет война, ты, Ярик, Истер, Ксения - всех вас захотят использовать.

- А как же занятия магией? - он словно уговаривал её остаться.

- Я уже освоила азы, а развивать свои силы можно и вне Академии, - пожала она плечами, потом легко взмахнула правой рукой, словно сдвигая что-то в воздухе: и на них подул лёгкий, тёплый ветер. - Я согрею нас в холода и не дам умереть от жары в зной. Так что ты решил, пока стоял одинокий на стене?

- Ты следила за мной? - теперь Лектус понял, почему она оказалась в этой спальне и не была удивлена, когда он пришёл. Из окна комнаты была видна стена вокруг Академии и развалины города за ней.

- Наблюдала, - пожала она плечами, крепче его обнимая. - Ты многое перенёс за последние дни, не хотела оставлять тебя одного, но стоять с тобой на стене ты бы не позволил.

Лектус хмыкнул.

- Я возвращаюсь в Красный город, - он использовал ту же ненавязчивую формулировку, что и в разговоре с Джеймсом.

- В смысле 'ты'?! - возмутилась Алексис, разрывая объятия и хлопая его по плечу. Было больно.

- Мы. Мы возвращаемся в Красный город, - улыбнулся Принц, впервые до конца осознавая, что никогда не будет один.

- Думаешь, там нас оставят в покое?

- Пока они тут всё поделят, пока доберутся до Красного города... Это будет нескоро. Зачем им одинокий остров с развалинами посреди океана?

- Когда выжившие наследники Правящих узнают о тебе, они все поедут туда.

- И что? Мы уже не представляем угрозы. Просто горстка молодых людей, тоскующих по прошлому, - пожал плечами Принц Водного мира. - Это мой город, наследие моих предков. Я не откажусь от него.

- Хорошо. Но кота мы возьмём с собой, - категорично проговорила Алексис, - а ещё надо взять тканей, и семян, и инструменты, ведь неизвестно, что там сохранилось, и насколько возможно еды, и...

Он не дал ей говорить дальше, поцеловав, чувствуя, что рассвет принесёт новый смысл в его жизнь.


- Джеймс, что ты делаешь? - Ксения села на постели: в комнате был предрассветный сумрак. Она выхватила глазами парня: он стоял у шкафа с каким-то мешком в руке.

- Роняю всё, что попадётся под руки, - пробормотал кочевник, - причём себе на ноги.

Так вот что её разбудило.

- Зачем тебе это всё? - она оглядела комнату: на полу стояли три больших тюка, явно набитых чем-то. Ксения спустила босые ноги на пол, ощущая, что хорошо отдохнула. - Ты какой-то... странный.

Она протянула руку и зажгла фитиль лампы на тумбочке, пытаясь расшифровать настроение друга. Всё вокруг ощущалось как-то легко, спокойно, словно веяло свежестью морского утра на острове, где никто не умирает. Это дарило покой, к которому Ксения не привыкла - и оттого радовалась, как ребёнок, каждому мгновению.

Но Джеймс, кажется, пытался омрачить атмосферу, что окружала их после Возрождения мира. О том, что было до этого, девушка запретила себе вспоминать: слишком много боли, страха и смерти.

- Что ты делаешь?

- Собираю вещи, - пожал плечами Джеймс, - твой безумный брат решил захватить Красный город, пока этого не сделали другие, и стать там Правителем камней и руин, таких близких его сердцу, - проворчал кочевник, запихивая в сумку одеяло.

- А ты решил ограбить Академию? - уточнила Ксения, присев возле одного из тюков и заглянув туда: одеяла, подушки, форма, листы пергамента, мыло, чашка. - Ты же кочевник, зачем тебе всё это?

- Для тебя! Помнишь, в каких руинах там всё, в Красном городе?

- Уверена, что мы там найдём всё, что будет нужно. Вряд ли весь город провалился в бездну, да и острова вокруг опустели. Ты это один не утащишь, а Лектус не позволит тебе взвалить на нас с Алексис хоть один тюк, и сам не понесёт, - рассмеялась девушка. - Давай переберём это, и оставим только то, что нужно в первые дни.

Ксения провела весёлые полчаса, сражаясь с Джеймсом за каждое одеяло и ложку. В итоге к моменту, когда первые лучи солнца показались из-за горизонта, а Фрей предупредил, что к ним идут Лектус и Алексис, они упаковали один плотный мешок.

- А кот нам зачем, он же нас сожрёт?! - возмутился кочевник, глядя на огромного хищника, который первым проскочил в светящийся проход и облизнулся, словно специально дразнил парня.

- Ты невкусный, у тебя одни кости, - заметила Алексис, следуя за своим питомцем. За ней вошёл Лектус - немного уставший и очень собранный. Ксения ощутила, как ледяной настрой брата разбавил горячую ауру Джеймса. Но и Лектус ощущался всё равно по-новому: в нём появились какие-то яркие, горячие нотки, словно отголоски чего-то очень сильного и жгучего. Всего несколько капель, но для него это был как целый океан.

Брат пристально на неё посмотрел, чуть приподняв вопросительно бровь, явно не понимая её пристального взгляда и улыбки. Она лишь покачала головой, не собираясь объяснять, что конец мира Правящих, конец Силы, что держала брата словно в ледяных тисках, изменили его Душу.

- Ну? Он стал человеком? - Джеймс словно прочитал её мысли, наблюдая за девушкой. - Что там у него?

- Если вы закончили меня обсуждать, то давайте уже отправляться, - Лектус был собран и даже немного суров, но Ксения не верила ему: она чувствовала его спокойствие и уверенность в принятом решении, даже какое-то воодушевление. А ещё он был непривычно тёплым. Его ледяная Душа немного оттаяла, окружённая любовью и заботой друзей. Даже растерянность, что была в нём после конца Сила и смерти родителей, ушла.

- Ты не хочешь попрощаться?

Они обернулись, когда в комнату через обычную дверь вошли Ярик и Истер, за ними Кристин. Ксения сразу отдалилась, словно отгородилась от старшего брата: он по-прежнему ощущался тёмной пеленой, в которой иногда мерцали холодные звёзды. Уже не так ярко, не так обжигающе, но на Старшем Принце почти не отразился ни уход Силы, ни Возрождение мира, к которому он так стремился.

Брат. Это странно. С тех пор, как об этом стало известно, она с ним так и не поговорила. Как и с мамой. Но с ней им уже не придётся разговаривать.

- Ты чего такой сияющий? - Джеймс подошёл к Ярику и стал внимательно его осматривать со всех сторон. - И где ты успел загореть, когда зима вокруг?

- Мотался на моря, - пожал плечами Ярик, а потом повернулся к Лектусу: - Я с посланием от Совета магов.

- Вы приняли какое-то решение? - спокойно спросил Лектус, и Ксения осознала - почувствовала, что сейчас говорят не два парня, а два Принца, и речь идёт не просто о возвращении домой - о делении мира между народами, что в нём остались.

- Мы не хотим войны и сделаем всё, чтобы её не было. Сейчас идёт подготовка к съезду представителей, на котором мы надеемся договориться о создании Совета народов мира, где каждый будет иметь право голоса. И на Совете мы распределим, кто и за какие территории - их восстановление и жизнь - будет отвечать.

- Будете перекраивать карту мира? - хмыкнул Джеймс, но ребята его проигнорировали.

- Я должен быть там? - уточнил сын Байрока спокойно.

- Необязательно. Мы уже слышали о твоих планах, и не против. Ты можешь не присутствовать на Совете, Принц Лектус, Красный город по праву твой, мы признаём это. Стелла и Высший совет магов считают, что ты и твой народ вправе претендовать на Красный город и острова рядом с ним.

- Условия? - Лектус и Ярик стояли друг против друга, и Ксению пробила дрожь: здесь, в маленькой спальне, где по полу и кроватям валялись разные вещи и мешки, в присутствии наследников всех, кто представлял силу в мире - эльфов, колдунов Конде, магов, людей - вершилась судьба Правящих, переживших конец Силы.

- Ты и другие Посвящённые не будете покушаться на жизни и свободу людей и других народов. Маги и, скорее всего, эльфы и Конде, пришлют к вам представителей, а вы, если захотите, вышлете своих в новообразованные страны и города.

- Нам это не нужно, - отрезал Лектус.

- Если вам потребуется помощь, ты всегда можешь обратиться за ней в Совет магов, ну или ко мне, - Ярик чуть улыбнулся и протянул Принцу свиток. - Истер, как твой старший брат, уже подписал, теперь это должны сделать вы с Ксенией как последние представители Правящего дома. Это соглашение мы возьмём на Совет народов.

Ксения встала и подошла к брату, заглядывая в пергамент. В нём на разных языках - она даже не все знала - были написаны условия соглашения по Красному городу и девяти близлежащим островам.

Истер, молчавший до этого, протянул Лектусу пишущую палочку и чернила. Тот внимательно прочитал то, что было в пергаменте, потом положил его на тумбочке и подписал на общем языке Правящих.

- Войны не будет? - обрадовалась Алексис, когда Ксения тоже подписала документ и передала его сияющему Ярику.

- Есть большая вероятность. Истер на Совете будет вести переговоры с Конде, и мы надеемся, что они не смогут пойти против своего наследника, а мы с мамой... - он развёл руками, показывая, что и так всем понятно, кого он будет убеждать. - Мы обязательно скоро вас навестим, когда наведём порядок... везде.

- Значит, нескоро увидимся, - фыркнул Джеймс, и этим разрядил общую обстановку торжественности. Однако его шаг в сторону мешка, которым он явно показывал, что готов отправляться, прервал Фрей: он без предупреждения открыл проход.

В комнату вошли Ольга и Лукас: на руках мужчины дремал смешной белый пёс. Кажется, в последний раз она видела их, когда проводила ритуал. От новоприбывших веяло счастьем. Да, чистым, согревающим, спокойным счастьем. Не обжигало, как Алексис, не холодило, как Лектус, не окружало теплом, как Джеймс. Окутывало, словно покой может быть соткан из счастья.

- Поскольку все вы ученики Академии, наш Совет принял решение, что не может отпустить вас одних на острова. Вы всё ещё дети по меркам нашего общества, - словно извиняясь, заговорил Ярик, когда взрослые материализовались в комнате и проход закрылся.

- Мы идём с вами, - спокойно произнесла Ольга, пристально глядя на Лектуса. - Ты согласен, Принц Водного мира?

- Да, это твоё право, - кивнул парень, словно напоминая всем вокруг, что женщина - наследница Правителя Северных земель. - Красный город будет открыт любому, кто захочет там жить.

Воцарилась молчание, в котором коротко тявкнул пёс: он словно приветствовал подошедшего к ним ирбиса. И все поняли, что настал момент прощаться, и Ксения сделала несмелый шаг к Истеру.

- Обещай, что никогда не будешь один, - проговорила она единственное, что хотела ему сейчас сказать - своему старшему брату, преданному двумя матерями, ненавидившему обоих своих отцов, искалеченному физически и душевно народом, которым должен был править.

- Хорошо, - только и ответил Истер, и она пылко обняла холодное, тёмное существо, которое было одной плоти и крови с ней, но совершенно другим по своей сути. Словно противоположным, её отражением. И он неуверенно сомкнул вокруг неё большие, чуть дрожащие руки, и замер на несколько секунд.

Потом Лектус молча пожал ему руку - видимо, им тоже было нечего сказать друг другу, но Ксения с улыбкой смотрела на братьев. Несмотря ни на что, они были друг у друга. И это навсегда.

- Идёмте уже, - в нетерпении прервал прощание Джеймс, который успел обнять Кристин и даже Ярика, хотя тот и отбивался. - Не в другой мир же собираемся! А до ночи нужно ещё ночлег обустроить и всё такое...

- Ага, и черепах наловить, - дёрнул уголком губ Лектус, беря Алексис за руку и доставая свой компас.

- Джим, - рассмеялась девушка, но всё-таки крепко уцепила северного кота за загривок свободной рукой. Лектус тоже взял вещи, проверил, что друзья успели зацепиться друг за друга - а потом повернул компас, который уже был в его руке. Академия и лица Ярика, Истера и Кристин растворились, а им навстречу из-за развалин уже поднималось горячее красное солнце Красного города.


...Он родился в первый день дождей. Дождь считался плохой приметой, плохой кармой: с его приходом разливались реки, гибли урожаи и приходили Снабженцы. Дождь был спутником страха, боли и смерти.

Но это было тогда, в другой жизни. Теперь он стоял на крыльце своего дома, пусть и временного, прикрытый огромной кроной Древа магов, и смотрел, как тяжёлые холодные капли первого весеннего дождя падают на снег во дворе, на ледяные стены Академии, которые, по словам Ярика, не растают даже летом, и не ощущал страха.

Снабженцы больше не придут. В мире больше их нет, как и Легатов, и Нене, и Стражей. Он остался последним живым Правящим этой планеты, и эта мысль вызывала в Истере ликование.

Он смотрел, как во дворе суетились трое взрослых магов: они поддерживали проход, который несколько минут назад открылся, подчиняясь Камню путешествий. Школа ждала возвращения с Острова Драконов учеников и профессоров, а также жителей Северного города.

Наконец, из светящегося голубоватого туннеля посреди двора Академии появился первый человек: это был сам профессор, всё такой же строгий, в чистой чёрной одежде. Он кивнул встречающим и развернулся, когда за ним потянулись школьники, взрослые с детьми, просто люди, а иногда и не люди, которые на кораблях эвакуировались с материка, когда началась война.

Они радостно и устало улыбались, кто-то сразу пошёл к распахнутым воротам Академии, видимо, стремясь узнать, уцелел ли их дом и живы ли родные.

Истер сошёл с крыльца в сторону, давая приехавшим дорогу: дети, смеясь, прячась от дождя, спешили в Холл, где их встречала Стелла.

Из открытого туннеля начали выходить гномы, несколько странных существ, которых парень не знал, а потом горделиво выступило существо, которого он никогда не видел. Огромный величественный чёрный кот шагнул вперёд и остановился, высоко подняв большую голову с огромными, полными огня глазами. Глаза спокойного хищника, уверенного в своей силе.

Огромные лапы. На спине сложены четыре иссиня чёрных крыла, подрагивавших на ветру и переливающихся от воды, стекавшей по шерсти. Кошачий хвост подёргивался с чуть заметным свечением воздуха.

'Я же говорил, что ты меня не узнаешь при следующей встрече'.

В голове прозвучал рокот огромной гулкой реки, и Истер вздрогнул. Несколько секунд - и он понял, кто перед ним. Кто это страшное и прекрасное создание с видом царя зверей.

- Ничего себе, - пробормотал парень, делая шаг вперёд и стирая воду с лица. Это был Сакран. - Тебя вылечили?

Сакран тихо рассмеялся, помахивая хвостом. Смех был низкий, угрожающий - и уверенный. Смех счастливого сытого хищника, вернувшегося домой.

- Держись за это ощущение, мальчик, запомни его, сохрани, - и Сакран прошёл мимо, оставляя на подтаявшем снегу глубокие следы огромных лап. Люди расступались, пока он подымался по ступеням, а из дверей ему навстречу вышла Стелла.

Истер помотал головой и пошёл прочь, через раскрытые ворота Академии, к Синей реке, по льду которой шлёпали капли. Из-за неё доносился непрекращающийся шум большой стройки и ремонта в Северном городе.

Жизнь возвращалась - во всех смыслах. В городе становилось все больше обитателей: прежних и новых, привезённых с островов и фабрик. Говорили, что многие бежали из города Наместника Северных земель, не желая больше там оставаться.

- Истер.

Он вздрогнул: на мосту застыла Гретта Фауст, в промокшей тёплой куртке Дозора, в унтах. Рядом с ней была собака: большая, лохматая, мокрая. Девушка сбежала с моста и остановилась напротив Истера, глядя в глаза. Радостно, открыто.

- Весна пришла, - почему-то сказала она и улыбнулась, стирая капли дождя с поднятого вверх лица. - Ты чего тут один?

- Ярик с родителями и Кристин гостят у дедушки, в городе эльфов, - хмыкнул парень, засунув руки в карманы брюк и внимательно глядя в глаза Гретты. - После совета уехали утрясать детали.

- Да, я слышала, что решили создать Совет народов, и что ты с Яриком туда входишь, и что сейчас выбирают представителей каждого народа, - она кивнула, не сводя с него взгляда, и это было немного неуютно. - Почему ты тогда не у Конде? Не звали?

- Звали. Я решил пока тут ещё пожить, - он пожал плечами, - уйти в леса колдунов я всегда успею. Да и Ярик просил его дождаться, дело у него какое-то важное. А ты чего тут?

- Отец отправил в Академию, говорит, иди учись, потом в Совет пойду от Дозора, - и она широко улыбнулась, уже не пытаясь вытирать лицо от дождя. - Я вернулась, Истер.

Он даже не знал, что сказать в ответ, потому что видел её яркие радостные глаза, её улыбку. Он понимал всё это. А ещё помнил вкус её крови - сладкий, терпкий, манящий.

- Я последний Правящий на земле, - зачем-то сказал он, словно предупреждал.

- Я вижу, - фыркнула она, - глаза всё такие же жуткие. Но я тебя не боюсь. И я знаю, о чём ты думаешь, когда смотришь на меня.

Он молчал, а потом перевёл взгляд на её руку: холодная ладошка легла на его горячие пальцы в обрезанных перчатках.

- Знаешь, в истории мира есть Эва, которая любила первого Правящего. Я конечно не эльфийка, но я хочу быть той, что любила последнего Правящего.

- Я кровосос, Гретта, - спокойно ответил Истер, хотя понимал, что ни одно его слово ничего не изменит. - И есть Кристин.

- У меня много крови, и я знаю, она тебе понравилась, - тихо ответила она, делая шаг вперёд. - И я убью тебя, если ты попробуешь кровь хоть одной другой девушки. Понял? - она бросала ему вызов одним взглядом.

Истер не смог зафиксировать, кто из них первый сделал шаг навстречу. Поцелуй был ярким и пьянящим. А с неба падали тяжёлые капли первого весеннего дождя возрождённого мира. Мира после.