# Умер чтобы вернуться. Пролог

Няка Снежная

Парень, не видящий смысла жить + его прошлое + внезапно появившийся знакомый. Во что выльется сей коктейль, остается только гадать.

все предупреждения внутри

Название: Умер чтобы вернуться

Автор: Снежная Няка

Бета: нет

Направление: сёнэн-ай, слеш, ориджин

Рейтинг: R

Пейринг: М/М

Жанр: романтик, ангст (люблю героев помучить душевными терзаниями)

Размер: миди

Статус: в процессе

Дисклаймер: Герои мои. Размещать где-либо, не посоветовавшись непосредственно со мной, запрещено.

Саммари: Парень, не видящий смысла жить + его прошлое + внезапно появившийся знакомый. Во что выльется сей коктейль, остается только гадать.


ПРОЛОГ

Сигарета догорает в руках. Сижу на подоконнике, свесив одну ногу на улицу. Предрассветная мгла слегка холодит кожу. Одиноко. Четвертый этаж. Смотреть вниз совсем не страшно, главное не сверзиться. Хотя нет, всё равно. Какая разница, когда закончить это существование. Да, именно так. Всего лишь существование с небольшим привкусом жизни. Не более.

За спиной говорит друг. Я смотрю на восходящее солнце, но прекрасно слышу его. Предлагает идти в клуб. Мне всё равно. Всё равно, куда идти, что делать. Выкидываю сигарету, спрыгиваю с подоконника, открыто улыбаюсь. Лен улыбается в ответ, хлопает по плечу. Он думает, что я рад. Да, так проще, я должен быть таким же как и они. Буду.

Мы живем в одной комнате общаги. Уже три года. Для всех мы лучшие друзья, но я так не думаю. Моё отношение к нему особенное, но не дружба. Не могу. Нельзя ни к кому привязываться. Снова воспоминания, так не вовремя. Снова переживаю далекий момент из прошлого. Ненавижу. Одиночество - единственное спасение. Но и его я боюсь. Равнодушие граничит со страхом. Постоянно. Привык. В таком состоянии нет ничего особенного. Обычное.

Мы привыкли вставать рано. Я всегда так делал, мне не нужно много времени для сна. Лен не может спать, когда я уже проснулся. Просыпаемся на пару рано утром. Он думает, что не дает мне скучать. Но мне всё равно.

Очки делают всё вокруг темным. Солнечные. Я их никогда не снимаю при посторонних. Посторонние все. Не хочу выделяться. Я альбинос. Все думают, что волосы осветлял. Не переубеждаю. Так и надо. Рассвет - это красиво. Палящее же солнце причиняет боль. Моя кожа не приспособлена для него. Глаза тоже. Красные. Именно поэтому ношу очки, скрывая цвет. Привычней. Слегка похож на девчонку. Мне всё равно. Прямая челка и каре мне нравятся. Не хочу менять. На чужое мнение плевать.

Никого не люблю. Меня тоже никто не любит. Не могу назвать себя зависимым от кого-то. Это хорошо. Можно ни о ком не волноваться, и о себе тоже.

Выглядываю в окно. Появляется желание оказаться там, внизу. В комнате никого больше нет. Лен ушел к своей девушке. Хочу. Решил пойти на встречу своим желаниям. Вновь залез на подоконник, но уже в полный рост. Страшно. Но хочу. Решил сделать всего один шаг. В вечность.

Дергают за руку, падаю. Но не туда, куда хотел. Что-то орут. Не слышу. Мне всё равно. Внутри разгорается ярость. Тупая боль в груди не позволяет дышать. Снова страшно. Умереть не боюсь. Вспоминаю, о чем мечтал ранее. Одно дело не завершено. Нужно ждать. Ненавижу.


## Глава 1

Мысли роем крутились в голове. Всё казалось таким пустым, и бессмысленным, что хотелось исчезнуть. Просто-напросто окончательно прекратить своё существование. Мир, будто лишенный красок, становился бесцветным, но мне до этого не было дела. С утра так хотел стать его частью, слиться с ним. Я же здесь как чужой... Но не дали, лишили возможности пойти на поводу внезапно возникшего желания. Точнее, Лен не позволил; наверное, так надо. Я еще должен... Вновь запрещаю себе об этом думать. Рано, слишком рано...

Интересно, Лен понял или нет? Скорей всего, подумал, что я, как и обычно, любуюсь утренним небом. Надеюсь, я прав; не хочу упасть в его глазах. Всё же некоторые эмоции я еще могу испытывать. Значит, жив... Относительно.

Поднявшись с кровати, на которой сидел всё это время, решил пойти прогуляться. Духота в комнате уже порядком надоела, и хотелось поскорее оказаться на свежем воздухе. Без Лена открыть окно сам не могу, а он вновь отправился к своей даме сердца. Не верю... Не верю, что это любовь - ее нет.

Всегда любил бродить по пустынным улицам, наслаждаясь совершенно не напрягающей тишиной. В такие моменты можно отдаться мыслям, и просто идти вперед, ни на что не обращая внимания. Многим было бы страшно, но не мне. Мне всё равно. Я умер много лет назад, а умирать еще раз, но физически, я уже не боюсь. Как должно быть, так и будет. Я никогда не думаю о завтрашнем дне. А зачем? Его ведь может и не быть.

Нацепив ветровку, закрыл за собой комнату на ключ. По лестнице пришлось спускаться пешком. Не люблю. Но, к сожалению, лифтов не предусматривалось в столь невысоких зданиях. Обидно.

Улица встретила меня вечерней прохладой и редким дождиком. Люблю такую погоду. Повернув за угол, отправился по одной из тех улиц, которые нравились мне больше всего.

Я не понимал, зачем живу. У меня нет тех, ради кого хотелось бы жить. Родители? С ними я давно не общаюсь, даже в другой город уехал учиться. Они не смогли принять меня таким, какой я есть. Смирился. Друзья? Они тоже не поняли. Точнее, не захотели понять. Лен? Он хочет быть моим другом, но слишком многого не знает. А я не расскажу, никогда. Кинет так же, как и остальные. Не хочу. Не хочу, чтобы от меня отказались вновь. Не уверен, что смогу продолжить cвоё существование после этого. Утром я остался лишь по воле случая. Еще секунда, и всё сложилось бы по-другому.

У меня никого нет. Каждый день - одно притворство. Фальшивый смех, фальшивые улыбки... Лишь по вечерам, гуляя в одиночестве, я могу оставаться собой. Когда никто не видит, можно. Меня никто не сможет осудить.

Ненависть. Именно это чувство заставляло меня жить все эти годы. Я знал, что никогда его не найду. Он остался там... в родном городе. Куда я ни за что не вернусь. Всё это время меня питала жажда мести, давала мне силы, не позволяла сломаться окончательно. Ненавижу. Из-за этого человека я потерял любовь к жизни. Только из-за него.

Я никому не рассказывал о том, что было. Ведь если б поделился... Меня бы начали жалеть. Не хочу быть жалким. Это то, что мешает и сейчас мне жить. Как груз на плечах, который с каждым днем становится всё тяжелее.

Внезапно я услышал какое-то мельтешение и голоса в одном из поперечных переулков. Трудно сказать, почему я решил вмешаться. В другой раз просто прошел бы мимо. Нет, я не боюсь ввязываться в драки. Просто мне глубоко всё равно, что там и у кого происходит. Не мое дело.

Фонарей почти не наблюдалось: половина была разбита, а вторая лишь слегка освещала дорогу неярким желтым светом. Вдалеке виднелась компания из шести парней лет семнадцати-восемнадцати и девчонки на несколько лет младше их. Представляю, что этим молокососам от нее понадобилось. Девочка стояла спиной к стене и с испугом озиралась по сторонам, пытаясь найти путь для побега. Надежда умирает последней, - правильно говорят. Ее просто окружили со всех сторон, и деваться было некуда.

- Пацаны, смотрите, кто к нам пожаловал! - обернулся один из парней, и всё внимание компании переключилось на меня, - Еще одна красотка для развлечения, - под конец уже заржал он. Не смешно. Всегда раздражали такие люди.

- Отпустите ее, - кивнул я на девочку с золотыми волосами, пропустив его высказывание мимо ушей. Либо такой идиот, либо со зрением проблемы, раз разглядеть не может.

Трое из парней начали надвигаться на меня. Я, конечно, всё понимаю и драться, в принципе, умею... Но их же шестеро! Слишком много для меня одного.

Первый, кто оказался в зоне действия, отхватил кулаком в скулу и ногой под дых. Остальная часть компании запримета, что одного из них вывели из строя, уже отстали от девчонки и вовсю занялись мной.

- Беги! - крикнул я застопорившейся малолетке, и умудрился пропустить удар в глаз. Черт. Что я вообще творю? Отметив, что мелкая смылась, пришел к выводу что и самому пора... Ретироваться. Меня уже успели изрядно поколошматить, но я всё еще держался на ногах.

Еще несколько раз ответив на удары противников, побежал со всех ног. Боли я не чувствовал, сейчас было не до нее. Скрыться оказалось бы нереально, если б я не знал всё здешние переулки как свои пять пальцев. Бег давался мне тяжело, но... Таки ж я смог "сделать ноги"

Когда погоня прекратилась, позволил себе идти прихрамывая и согнувшись чуть ли не в три погибели. Зачем я полез? Лучше б как и обычно прошел мимо. И всех делов-то. А теперь вот мучиться придется. Всё тело болело так, будто через мясорубку пропустили. Просто шикарно.

Спас честь какой-то неизвестной девчонки а, может, и жизнь. Но вот никакого удовлетворения от этого не испытываю. Мне, как всегда, всё равно. Единственне, чему рад, - смог убежать. Убить... Вряд ли убили бы, но валяться где-то там на асфальте меня не прельщало совершенно. Потом еще врачи всякие, полиция. Да ну зачем оно мне надо, а?

Наступать на левую ногу было больно, а уж дышать вообще практически невозможно. С каждым вдохом казалось, что легкие разрываются на части. Хм... отлично. В плане боли я довольно выносливый, раз от стольких ударов еще там не окочурился. До общаги хоть доползу.

Что скажет Лен, когда будет помогать обрабатывать "боевые раны", я смутно представлял. Он всегда выступал против того, чтоб я в одиночестве по ночам гулял, да еще и в таких районах.

Всё равно. Привычки менять не собираюсь. Вся моя жизнь - одни привычки. Это будет то же самое, что действительно умереть. Хотя это уже кажется нереальным. Усмешка тронула губ.

Как я поднимался по лестнице, вообще отдельная история. Раза три грохнулся, около десяти раз чуть не грохнулся и просто неисчисляемое количество раз споткнулся. В итоге, до двери чуть ли не на корачках дополз. Больно. Вновь накатила апатия. Ненавижу. Всё и всех.

Дверь открылась от обычного пинка. Даже ключи не пришлось искать. Лен не спал. Всегда так. Всегда ждет, когда я вернусь с прогулки. Может и стоит... Нет. Мне хорошо и одному. Бесит.

Говорить ничего не стал, от нотаций воздержался. Просто уложил меня, еле стоящего, на кровать и куда-то ушел. Спасибо.

Уже в полудреме почувствовал прикосновение чего-то холодного к моему лицу. Лен стирал кровь. Мне всё равно. Я пытался отстраниться от всей этой боли и уснуть. Завтра нужно идти на учебу.

Почувствовал, как Лен снимает с меня солнечные очки, которые ношу даже ночью. Я позволил. Впервые. Но не хотел... не хотел его пугать. Они же светятся... Поэтому закрыл глаза будто совсем обессилев. Нельзя. Я не могу позволить ему узнать меня. Не могу.

Мне на глаз он положил что-то холодное. Неприятно. Подозреваю, что в лечении кого-либо Лен неуч. Однако сам не лучше, а то и хуже. Очень сильно обижусь, если он сделает что-то неправильно. Хотя нет. Я не умею обижаться. Потерял это умение с остальными чувствами. Могу лишь ненавидеть, и только одного человека. Что и делаю. Половину своей жизни.

Не заметил, как провалился в сон.


Заставил открыть глаза будильник. По утрам хочется его разбить. Вовремя сдерживаю себя, чтоб не отправить сию вещь в далекий полёт. Больно. Тело будто и не моё вовсе. Попробовал подвигать рукой. Ничего не почувствовал. Кроме боли. Не думал, что утреннее состояние может оказаться столь критическим.

Раздался стон. Похоже, мой. Плохо. Лучше б умер. Хотя какая разница. И так на грани. Заставляю себя подняться. Больно. Но нужно идти на учебу. Я никогда не пропускаю. Так надо.

Откуда-то подскакивает Лен. Что-то говорит. Я его не слушаю. Зачем? Всё это неважно. Сейчас главное подняться и натянуть маску. Улыбаюсь. Говорю, что всё хорошо. Получается плохо. Он не верит. Впервые.

Вновь вспоминаю о том, кто когда-то предал меня. Лицо кривится в гримасе. Ненавижу. Я не могу забыть. Поэтому ненавижу. Единственное настоящее чувство, которое я испытываю. Больше ничего. И самое смешное - я не помню ни его имени ни фамилии. Лишь лицо... и то очень неотчетливо.

Лен продолжает мельтешить перед глазами, стараясь понять что со мной. Конечно, выражение лица нисколько не соответствует изрядно избитому человеку. Зачем я ему вообще сдался?

- Возьми тоналку у своей девушки. Пожалуйста, - обращаюсь я к нему и через боль поднимаюсь, оказываясь уже в сидячем положении. Пусть видит - я спокойно могу сходить и на учебу. Лен останавливается на полпути к шкафу, где у нас хранятся лекарства. С беспокойством смотрит на меня. Но всё же выходит за дверь, видимо, выполнять мою просьбу. Хотя смотрел на меня как на чокнутого, однако смолчал. Знает, что переубеждать меня бессмысленно. Более чем уверен, Лен не хочет, чтоб я шел на пары в таком состоянии. Но... Кто его спрашивает? Меня его мнение не волнует. Да, наверное, так. Во всяком случае, сейчас.

Оглядываюсь вокруг. На небольшом столике, за которым мы обычно завтракаем, замечаю незавернутую в пакет полбуханки черного хлеба. Опять Лен вот так вот его бросил. Что за привычки? И так жрать нечего.

Что-то есть хочу...

Встать на ноги смог, но как же больно это было. Грудь болела при каждом вдохе-выдохе. Изрядно пошатываясь таки ж добрался до стола. Надо брать себя в руки, не хочу быть жалким.

Откромсав ножом, который и подточить то нечем, небольшой ломоть хлеба для бутерброда. Намазал его маслом. Что ж... Вполне хороший завтрак, питательный. Особенно если учесть, что есть то больше и нечего. За яйцами что ли сходить... Благо с прошлой зарплаты у меня что-то еще осталось.

Вместе с уже готовым бутербродом я отправился на подоконник, излюбленное место по утрам.

Не успел доесть, как появился Лен с тем, что мне сейчас так требовалось. Так что запихав остатки завтрака в рот, спрыгнул с подоконника, о чем незамедлительно пожалел. Не стоило забывать о том, что совсем недавно я и с постели не в силах был подняться.

Итак, отправляемся наводить маскировочный марафет.

Уже к восьми я был готов. Тональник не до конца, но всё же немного замаскировал многочисленные ссадины и синяки. Что ж, надеюсь, прокатит.

Сегодня спал непозволительно долго, однако всё еще продолжал зевать. Неправильно это.

- Уверен, что хочешь идти? Это далеко не лучшее решение, - обратился ком мне Лен, в глазах которого всё еще читалось беспокойство.

- Да что со мной станется? - смеюсь - Я здоров как огурчик!

- Мда... Разве что как малосольный, - хмыкает в ответ, но отдает мне в руки сумку, с уже собранными тетрадями.

- Ну, прости, мамочка, в следующий раз я буду более послушным и гулять пойду только с тобой за ручку! - ржу уже в голос, а Лен начинает улыбаться и пихает меня в плечо.

Я не знаю почему, но мне верят. Любую маску я могу выдать за самого себя, но никто не заметит. Никогда ни у кого не возникало подозрений. Наверное. Я легко могу улыбаться, когда меня всё вокруг раздражает, смеяться, когда хочется плакать, шутить, когда появляется желание наорать на собеседника.

Схватив Лена за ветровку, потащил на выход. Мой сожитель слишком уж любит копаться перед тем как на пары идти. Видимо, из нежелания вообще выползать из комнаты на свежий воздух.

До самого университетского корпуса тащиться не менее получаса. Долго. Зато есть время о многом подумать.

До остановки дошли быстренько. Хотя Лен постоянно плелся где-то позади, время от времени переходя даже на бег. Постоянно упрекает, что я хожу слишком быстро. Нет бы признаться, что сам ползает как черепаха.

Даже боль во всем теле не мешала двигаться в уже привычном темпе. Нужно просто не обращать на нее внимание. Это несколько тяжело, но возможно.

На остановке мы простояли минут десять пока, наконец, подъехал нужный автобус. Ненавижу этот транспорт в такое время; когда полно народу, и протолкнуться удается с огромным трудом. Еще и воняет неимоверно. Такое ощущение, что некоторые не знают, что такое купаться.

Автобус только тронулся, а меня уже начало тошнить от этих отвратительных запахов.

Именно поэтому предпочитаю выходить пораньше, пусть и приходится потом топтаться под аудиторией.

Автобус уже напоминал банку с селедкой, а люди все продолжали входить. Уж не знаю, куда они все умещались.

Внезапно на меня кто-то завалился, и этим кем-то оказалась молоденькая девушка, примерно моих же лет. Супер. Только этого мне не хватало. Подхватив ее на руки, начал продвигаться к двери, а никто даже не обращал внимания. Все были заняты своими заботами или пустой болтовней. Именно за это я порой начинаю ненавидеть людей. Да. Мне обычно всё равно, я не стану рисковать собой, чтобы кого-то спасти. Но в такой ситуации. Просто бросить ее не мог. Что-то второй день тяга всех и каждого спасать. Так и альтруистом недолго стать.

Как только автобус остановился, вытащил ее на свежий воздух. Лен проскочил за мной и попытался сам перехватить ее на руки. Не дал. Пусть мне и больно, но я не слабак, и никогда им не был. Только сейчас я заметил, что девушка еще и беременна.

Честно говоря, я не представлял как ее приводить в чувство. Нашатыря под рукой не было, а в этом районе аптека была слишком далеко. Так что, положив ее на лавочку, вопросительно уставился на друга.

- Что ты на меня так смотришь? Сама очнется. Свежий воздух всё-таки. А из-за тебя мы опаздываем на пару, - с укором глянул на меня. Ну-ну. Знаю я, насколько 'велико' твое желание учиться.

Хм... вариант конечно похлопать по щекам, но 'спасибо' мне потом вряд ли скажут. Не долго думая, наплевал на всё, и хотел было уже шлепнуть ее по щеке, но девушка начала открывать глаза. И в конце концов взглянула на меня осмысленными глазами. Попыталась сесть, чуть не грохнулась обратно. Хорошо, что успел подхватить. И правда. Зачем надо было падать именно на меня в автобусе?? Теперь придется возиться с ней.

- Вы как себя чувствуете? - обратился я к ней, - Идти сможете? - глупый, конечно, вопрос, но всё же надо было его задать.

- Спасибо. Всё..хорошо. Да нет. Я еще посижу немного. Спасибо, что помогли. Я, наверное, доставила вам неудобства. Можете идти, не беспокойтесь, - мягко улыбнулась она. Только сейчас я смог ее хорошо рассмотреть: голубые глаза, светлые русые волосы, тонкие черты лица и миниатюрная фигурка. Ну и месяц седьмой беременности.

- Куда тебя подвести? Нам не сложно, - подал голос всё еще стоящий позади меня Лен. А еще совсем недавно говорил, как нам важно вовремя поспеть на учебу. Быстро же у некоторых мнение меняется однако.

- Я вас действительно не затрудняю? - еще раз переспросила она, - Тогда на Ролорскую 24. Если не знаете, я покажу, - девушка попыталась встать, но вновь чуть не грохнулась. И опять я ее подхватил, но теперь уже на руки.

- Знаю, где это. Донесу. А то Вы сами даже под руки идти не сможете, - усмехнулся я.

Девушка, смутившись, отвернулась в сторону, а чуть позже прикрыла глаза, явно, задремав. Пусть спит. После обморока еще долгое время отходить будет.

- Мануэль, отдай ее мне! - наконец, праведно возмутился мой рыжий друг с сережкой в левом ухе. Этот неформал всегда был душой компании, но, по-моему, он заботится обо мне даже больше, чем о своей девушке. Слишком многое для него значит дружба со мной. Это неправильно.

- Успокойся. Я уже хорошо себя чувствую. - доверительно взглянул на него. Я врал. При каждом шаге было такое ощущение боли внутри, что ноги подкашивались. И лишь силой воли я заставлял себя не подавать виду. Не хочу. Ненавижу жалость. Он поверил. Кивнув, продолжал идти рядом. По моим подсчетам путь предстоял недалекий, мы уже находились практически рядом с пунктом назначения.

Очень большой город, но знал я его как свои пять пальцев. Каждая улочка и переулок были мне знакомы. Я просто не смог бы здесь заблудиться. Даже окажись в какой-нибудь подворотне, я бы узнал ее. Из любого конца города я могу добраться туда, куда требуется, в наикратчайшие сроки.

Лен говорит, что у меня феноменальная память. Но это не так. Пусть я хорошо запоминаю местность, даты, лекции, случайно в пол-уха услышанные разговоры. Но я не запоминаю реальных людей. Их лица, голоса, имена, характеры. Ничего. Всё это моментально вылетает из моей памяти в течение нескольких дней. Да... есть те, которые постоянно на слуху, или которых часто вижу, или те, кто был мне близок, пусть и отказался от меня. Только их я помню. Это что-то вроде болезни, пусть и необычной. Память выкидывает всех по какому-то непонятному мне принципу. Это началось, когда я остался один. И сейчас... ни за что не откажусь от своего одиночества. Да, я ежедневно одеваю одну и ту же маску, но остаюсь по-прежнему один. Всё, что окружает меня - совершенно ненужная мне фальшь, и я это четко понимаю.

Остановились мы около богатого дома с небольшим садом вокруг. Звонок долго искать не пришлось, он обнаружился справа от калитки - аккуратненький такой в виде головы медведя. Такое ощущение, что палец ему прямо в пасть засовываешь. Оригинально, ничего не скажешь.

На улицу выскочил мужчина лет сорока и открыл калитку, с грохотом хлопнув ею, от чего всё еще спящая девушка аж подскочила и чуть не свалилась с моих рук. Свирепое выражение лица этого мужика меня совершенно не напугало, но Лен аж сжался весь, прячась за мою спину.

Аккуратно поставив девушку на землю. Начал ретироваться. Уж не знаю, что это за чокнутый, но связываться с ним нет никакого желания. А с девушкой ничего не случится, сама попросила себя привести именно сюда.

- Проваливайте отсюда! - гаркнул мужик, и обняв девушку, потащил её в дом. И что это было?! Схватив Лена за руку, пошёл прочь от этого ненормального дома. Всё только что произошедшее казалось крайне странным, но совершенно меня не волновало. Помог беременной девушке? Помог. Даже это верх моего великодушия. Пока мы удалялись, она всё еще беспомощно оглядывалась. Пытаясь что-то выговорить.

- И что это было? - остановился изрядно задумавшийся рыжик посреди дороги. Шикарное место нашел.

Дернув его за руку, свалился напару с ним уже на тротуаре. Идиот. Еще и чуть под машину не попали. Ладно там я, мне особой разницы нет жить или помереть. А вот желания утащить за собой и этого придурковатого 'друга' не хотелось совершенно. Помирать, так в одиночестве.

- А это что было?! - уже более осмысленно испугано переспросил он меня, когда мы поднялись на ноги.

- Чуть не попали под машину, - хмыкнул я.

- И ты так спокойно об этом говоришь?!! - разорался он не на шутку, а я просто развернулся и пошёл в сторону университета. Мы ведь не доехали всего остановку.

Тот ее полдороги продолжал на счет чего-то возмущаться, но я его не слушал. Жару обещали в скором времени. Снова придется ходить в университет одетым чуть ли не до ушей и париться. Достало. Лучше б был как все.


Опоздать мы умудрились даже на вторую пару. Старый профессор нас пропустит, не сделав даже выговора. Ему всё равно, как часто студенты ходят на его пары, главное, чтоб сессию смогли сдать, на которой он валит не жалеючи.

Однако и тут случилась неожиданность. Открыв дверь, мы не обнаружили своего старого доброго профессора, на его месте сидел парень лет двадцати пяти и читал лекцию моим одногруппникам.

- Мы можем войти? - подал голос лен из-за моей спины. Парень обернулся. Никто никогда не смотрел на меня так пристально. Было такое ощущение, что он был со мной знаком раньше. Но я не знаю кто это. Этого человека абсолютно точно не было в моей жизни. Никогда. Сейчас я это говорил про себя с полной уверенностью, с которой еще никогда и ни о чем не утверждал.

Зеленые глаза, длинная стрижка до плеч, волосы цвета шоколада. Я его не знаю. Но почему он так смотрит?

- Молодой человек, снимите очки, а Вы, - выглянул он на Лена, - снимите кепку. Тогда и сможете проходить.

Что он себе позволяет?? Мы не школьники, чтобы приказывать нам так сделать. Именно об этом я незамедлительно сообщил, прибавив в голос изрядную толику яда.


Алексей


Бумаги, бумаги, бумаги... Куда же я их засунул? И почему опять всё не как у людей?? Всё пытаюсь важные бумажки класть в одно место, но продолжаю раскидывать их по всей квартире. Сейчас я пытался найти свой паспорт, который опять куда-то дел. А так же несколько тетрадок с нужным мне материалом для завтрашнего дня. Я довольно многое помнил и так, но некоторые немаловажные вещи стерлись из памяти. Да и мельтешить, постоянно путаясь, не хотелось бы завтра.

Наконец, оторвавшись от поисков, которые так ничем и не завершились, понял, что в доме слишком тихо. Глянул на часы. Нюта должна была придти полтора часа назад, но так и не появилась. Что же могло случится? Попытался не паниковать раньше времени, но ее номер не отвечал. Бросив всё как попало, и еле обнаружив во всём этом бардаке свои брюки с рубашкой, как можно быстрее оделся, и хотел было уже помчаться искать свою сестру, Но внезапно в дверь позвонили. Даже не посмотрев в глазок, открыл замок. На пороге стояла моя сестра изрядно запыхавшаяся.

Затащил в квартиру, закрыл дверь обратно.

Ну, а теперь можно начинать.

- Где ты пропадала всё это время?!

Девчонка даже своего обычного виноватого выражения лица не состроила, а уставилась мне прямо в глаза. Даже не знаю, как у нее получилось; она была на две головы ниже меня, еще и стояла, оперевшись на колени.

- Меня чуть не изнасиловали. - коротко сказала она. Признаться, мои глаза полезли далеко на лоб.

Нюта завалилась на кровать и поведала мне, как ее спас какой-то мальчишка, который дрался против восьмерых. По ее словам выходило, что вполне возможно, что он сейчас хорошо избитый валяется в той же подворотне весь в крови.

- Оставаться здесь. Никуда не выходить, - приказал я Нютке, а сам помчался в то место, где, собственно всё и произошло. Какой-то незнакомец спас мою сестру, и я хотел помочь теперь ему. И моя помощь, скорей всего, парню понадобится. Вряд ли он смог уйти оттуда, если не занимается, например, тхеквондо. А судя по рассказам мелкой, это сомнительно.

Дурак я. Надо было сразу ее пойти встречать с этих актерских занятий, а я в это время искал снова растерянные бумажки.

Нужное место я нашел довольно быстро, находилось оно всего лишь через несколько домов от моего. Однако никого я там не обнаружил, разве что еле заметные в свете редких фонарей следы крови. Но и опять же, они были лишь на определенном участке, и никуда не тянулись. Разве что... Красные следы чьих-то красовок тянулись дальше за угол. Последовал за ними, но буквально к концу квартала они исчезли. Если там еще что-то и есть, то сейчас точно не получится разглядеть.

Значит, парень, должно быть, жив. Это хорошо. Я бы отблагодарил его, однако найти этого альтруиста не выдавалось возможным.

Оставлять девочку так надолго не было никакого желание. У нее шок, и это следует незамедлительно исправлять.

На обратном пути купил шоколадку и хорошо известный Швепс, который она обожала. Это должно будет поднять ей настроение.


В квартиру заходил тихо, и сделал это очень правильно. Сестра, свернувшись на диване, сладко дремала. Накрыл ее одеялом.

Еще полчаса потратив на поиски нужных документов и тетрадок, которые в итоге нашел, тоже завалился спать. Завтра день предстоит ой какой тяжелый. Благо, первая моя практика после окончания университета. Спасибо Александру Михайловичу, что порекомендовал.


Встал как обычно в половину седьмого утра. Этот внутренний будильник порядком достал. Сколько уже так происходит, что даже когда можно поспать еще, я просыпаюсь, и заснуть снова просто не получается.

Первым делом пошел приводить себя в порядок. Нюта еще спала, и не хотелось ее будить. Так что поставив всё купленное вчера на столик около дивана, быстро оделся, расчесался, умылся и закрыл за собой дверь. Да-да, именно в таком порядке. У меня всё необычно, даже утренние сборы.

Времени до начала моей пары было еще достаточно много. Поэтому решил позволить себе прогуляться по близлежащему парку. Свежий воздух, птички поют... Хорошо однако.

Обратил внимание, что пора уже и отправляться.

К университету, где мне предстояло теперь работать, добрался довольно быстро. Да и проблем с поиском нужной аудитории, как ни странно, не возникло. Когда я уже сел за преподавательский стол, и разложил нужные мне для проведения лекции тетради, студенты только начали подтягиваться.

В течение первых десяти минут пары знакомился с группой, перешедшей мне от моего бывшего профессора. Когда-то и я у него обучался, но сейчас Александр Михайлович внезапно захотел уйти на пенсию. Хотя не мудрено в восемьдесят шесть лет-то.

Когда я уже думал, что все студенты в сборе, со стороны двери послышался вопрос:

- Мы можем войти?

Я повернул голову и не смог поверить своим глазам. Этого просто не может быть. Как? В дверях стоял Он. И он совершенно не изменился. Всё те же черты лица, та же беззаботная улыбка. Но... она была не такой как прежде. Мне казалось, что что-то существенно в нем изменилось, однако никак не мог понять что именно. Глаза... Я хотел видеть его глаза. Я должен прочитать эмоции в его глазах. Я обязан это сделать.

Пять лет... Пять лет прошло с нашей последней встречи. Не могу поверить. Как такое возможно? Я уже отчаялся его найти.

Как же увидеть его глаза? Придумал.

- Молодой человек, снимите очки, а Вы, - глянул на стоящего позади моего мальчика парня, - снимите кепку. Тогда и сможете проходить.

Покажи мне свои глаза. Умоляю.

Внутри меня бушевала буря разнообразных эмоций, но внешне я старался оставаться спокойным.

Улыбка на лице Мануэля в момент пропала. Передо мной будто стоял совершенно другой человек. Он не мог быть таким. Или я ошибся и перепутал?.. Невозможно.

- С какой кстати Вы нас просите это сделать? Ваше дело читать лекцию, а не отвлекаться на такие незначительные мелочи. Если Вас Александр Михайлович не ввел в курс дела, то вы сейчас находитесь в университете, а не в средней школе. И правила здесь отличаются. Так что, пожалуй, мы зайдем, а вы продолжите давать нам материал.

Его язвительность выбила меня из колеи, а голос, который всегда лучился теплом и лаской, напоминал лед. Он никогда не был таким. Не он. Нет. Это была ошибка. Мечта, почти превратившаяся в реальность. Но... я должен увидеть его глаза. У меня еще остается маленькая надежда. Поднимаюсь со стула.

- Здесь профессор именно я. И обычная этика не позволяет сидеть в помещении в солнечных очках и в головных уборах. Проходите. Но оба задержитесь по окончание пары. - Я собрался добиться своего, и я это сделаю.

Рыжий, который стоял позади Эля, кепку моментально снял. Но на второго моё замечание нисколько не подействовало. Что ж, пусть и не сейчас, но сегодня ты покажешь мне свои глаза!

Пара шла как-то крайне медленно, было такое ощущение, что время вообще не двигается, остановившись на одном месте. Ненавижу ожидание.

Мануэль всю пару то перешептывался с кем-то, болтал со своим дружком или внезапно становился несвойственно серьёзным и грустным, а временами кривился будто от боли. Но на меня он не посмотрел ни разу. На перемене он еще с пятью парнями оставался в классе. Я не видел его глаз, но казалось, что он меня не помнит. Ни капли удивления, ни одного длительного взгляда в мою сторону. Я никак не мог понять причину этого. Он не мог меня не узнать.

Когда прозвенел звонок, я чуть ли от радости не запрыгал. Студенты неторопливо выходили за дверь, и даже рыжеволосый парень уже покинул аудиторию. Единственное, что так и не изменилось - Эль и сейчас оставался капушей, очень долго собираясь даже тогда, когда, казалось бы, и собирать нечего. Вот теперь пришло время разобраться, в чем дело.

Он стоял возле последней парты и запихивал тетрадку в свою наплечную сумку. Когда я подошел к двери и защелкнул замок, он даже не обернулся. Какая беспечность. В этом он просто неизменчив.

Прижать его к стенке не составило никакого труда. Очки сдернул моментально, не в силах уже ждать. Это не было ошибкой. Я встретился с такими родными глазами с темно-красным зрачком. Пять лет, таскаясь по клубам и вечеринкам, постоянно меняя партнеров, я мечтал именно о них. Эль превратился в несбыточное желание. И вот сейчас - мне вновь дано его увидеть, и прикоснуться к такой бархатистой снежно-белой коже.

В его глазах не было ни капли узнавания, он был будто из другой жизни. Лишь морщился будто от боли. Сквозь слой тональника я увидел фингал под левым глазом и множество ссадин на его лице и руках. Описание и такие боевые последствия... Точно.

- Спасибо, что спас ее.

Не сдержавшись, я страстно прикоснулся к его алым как спелая вишня губам, и таким же сладким на вкус. Всё такие же. Только мои.

Мощный толчок в грудь для меня стал огромным сюрпризом. Почему??

- Что Вы творите?! - заорал он, отплевываясь и постоянно вытирая губы рукавом рубашки. В попыхах схватив сумку, и так и оставив тетрадку с лекциями на столе, он помчался на выход из аудитории.

- Ты будешь моим! И ты простишь. Обязательно простишь. Я все для этого сделаю! - прокричал я ему вслед, но он вряд ли уже меня слышал.

Он не мог забыть меня. Не мог. Он притворяется. По-другому просто быть не может. А я ведь поверил... почти.

Я добьюсь своего. Чего бы мне это не стоило. Он вновь будет моим.