# Нейро-лингвистические техники с бородой. Глава 3

Игорь Анатольевич Сотников

Сотников Игорь Анатольевич

Нейро-лингвистические техники с бородой. Глава 3

Origin: http://samlib.ru/s/sotnikow_i_a/3-31.shtml

Создан: 02/09/2026, изменен: 02/09/2026, 31k

Глава: Проза

Series: @ Нейро-лингвистические техники с бородой

_______________________________ _____________________________________

Договор частей личности

- Значит, ищите женщину. - Глядя на себя в зеркало, где мало что изменилось за время моего вынужденного, связанного с необходимостью консультирования, отсутствия, с долей вдумчивого сомнения на счёт направления выбора направления моих дальнейших поисков, рассудил я.

- И знаете, я её нашёл. - Не сильно понятно почему в таком качестве я сам себе отвечаю, но это не так важно, когда есть результат. А нахожу я озвученную в моем поисковой решении женщину совсем от себя близко, в области вот такой обо мне заботы моей супруги, Ларисы Мануиловны. А именно в виде бритвы, инструмента по моему облагораживанию, приведению в должный порядок, а может... А вот здесь меня посетило новое вопросительное сомнение, вылившееся в вопрос.

- И кого она всё-таки хотела отбрить? - а вот и первый штришок к пониманию логики событий и уразумения некоторых закономерностей ко мне со стороны столь заботливой ко мне супруги. Ещё не полностью остывшей ко мне (я вроде бы тоже, хоть в ногах начинается чувствоваться покалывание и озноб) и её дыхание в мою сторону сопровождается чувствительной теплотой. Аж бритвой порезаться хочется, когда видишь её страдания и душевные терзания с трудом скрываемые... Но стоп. Это во мне берёт вверх та часть личности, отвечающая за позитивную картинку мира, когда я должен построить объективную картину. И вообще откуда я взял эту информацию? А вот умирать за то, что есть у меня такое чувство, это слишком самонадеянно.

- А какие есть хотя бы косвенные указания на уровень таких внутрисемейных отношений? - Задаюсь я этим вопросом и видимо в верном направлении двигаюсь. - А как тебя, то есть его, - тычу я пальцем в отражение зеркала при этом вопросе, - дома называют? - А вот и сам вопрос той сути, которая должна всё расставить по своим местам в этом доме и в деле этого типичнейшего представителя человечества, представляющего много чего о себе, находясь лицом к лицу с собой в ванне поутру и часто с головной болью от похмелья за свой вчерашний день и вечер. Где ты себя показал так, как никогда не показывал, чего только перед лицами своих друзей и знакомых не отчебучив в форме всем вам прямо в лицо сказать правду матку.

- По разному? - Пытаясь скрыть в себе все эти, за вчерашние свои выходки грустные томления(только поэтическим слогом всё это умещается в твоей голове и воспаленном сознании), отстранившись в сторону от этих всплесков активностей той части головного мозга, которая, как правило, ни за что не отвечает, чешу я себе затылок, пытаясь нащупать в себе ячейки памяти об этой информации. И я её нахожу. И хотя она меня не сильно красит и даже более того, в чём-то унижает, а в чём-то дискредитирует (в основном своём не главенствующем положении в семье и чуть ли не бесправии), я не побоюсь самому себе признаться в том, что моё я во внутрисемейных коммуникациях и уж что говорить о конфликтах, облекается в самые причудливые и полные оскорблений формы. - Чаще козлом и скотиной. - А вот так звучит сермяжная правда моей жизни.

Что не может не вызвать попутные и последственные вопросы. И так как я об этой смысловой подоплеке такого моего именованию своей супругой, Ларисой Мануиловной, надеюсь на то, что впопыхах, в запарке и по горячим следам сказанного, со стороны своей отстраненности и времени размышляю, то я не срываюсь на более изящные по своей многоэтажной сложности и характеру вашего удручения оскорбления, например на такие (не смог я удержаться от того, чтобы уравновесить всю эту ситуацию с оскорблением в моем лице моего подопечного, кто есть такая вероятность, не всегда заслуженно примерял на себя все эти, носящие животные склонения именования): "От кобылы слышу".

А тут как можно удержаться от того, как не увидеть и не услышать шипящего ответа от покоробленной и на мгновение потерявшей дар речи и свой нормальный цвет лица, облагороженный солярием, верной всегда своим принципам Ларисы Мануиловны. К которой был применим с моей стороны столь подлый и многоходовый инструмент контекста. Где я не ограничился одним только оскорблением, не имеющим под собой должных оснований быть, а оно, это оскорбление, не как обычное недостоверное утверждение, служило только мишурой и оберточной бумагой неприязненного слова, целью которого служило вызвать в вас неприятные чувства и расстройства, а вы, мой дорогой супруг, посмели иметь дерзость включить в этот ваш пакет оскорблений утверждение и беспринципные указания на то, что я только по вашему умозаключению и больше я такого не слышала ни от кого, неприлично много набрала в нашей семье веса.

И вот что она закладывает в это своё утверждение, однозначно не меньше моего имеющее контекста, то пойди тут разберись. А уж что тут говорить о том, чтобы спорить о её весе в нашей семье. На все её претензии я, если ещё хочу оставаться в этой семье, обязан заверять свою дорогую в моей её полной поддержке и убеждать её в том, как мало я её ценю в том, что она неприлично мало занимает места в моей эгоистичной душе.

Но вернёмся к сути и логике событий, связанных с таким моим наименованием. Которую мне поможет выяснить такой вопрос. - И о чём это говорит?

И вот отвечать: о многом. Как-то ничего не поясняет.

- А конкретно? - Спрашиваю я себя.

- Что я не пользуюсь уважением, раз позволяю себе это слышать, а ей говорить. - А вот это уже что-то, хоть и удручающее меня. И как тут не попытаться найти уважительные причины для всего этого.

- Разве это было всегда? - Вопрошаю я себя. - И вообще, для всего этого нужен повод. Здесь не будет достаточно плохого настроения твоей супруги. - И вроде бы всё логично, но только не для моего, столь привередливого и драматичного ума. - А если она всегда не в настроении? - Прямо кладу себя я на лопатки таким раскладом. И я чего-то не пойму, глядя себе прямо в глаза. - На чьей ты, сучий потрох, стороне? Я что ли отвечаю за погоду в доме и в голове моей супруги, если она всем в нашей семье недовольна и всегда пасмурная до оскорблений в мою сторону?

И, чёрт побери, эту горькую жизненную и семейную правду. Я как антициклон, отвечаю за цикличность её не настроения. Например, елозя своим безразличием к своей, и значит и к общей нашей семейной судьбе поведением. И бритва в моих руках остро указывает на это обострение ситуации в наших семейных отношениях.

- Но неужели всё так беспросветно?! - Взываю я к справедливости, как к балансу равновесия жизни, где один только негатив ведёт к перекосу, и нужно в жизни искать свой позитив, чтобы всё это выровнять. Ну а углубляться в причины происходящего, то на первом этапе ознакомления с местной обстановкой, для разработки карты мира и оснований, это не нужно(я ещё не готов, и без полной информации это будет не разумно).

И как оказывается и частично мной выясняется, заглянув ячейки памяти, то не всё так удручающе плохо. Хоть и со своими нюансами для меня, человека сильно помешанного на своей содержательности.

- Да нет. Меня она бывает, что называет любимый. - Без особого оптимизма было это мной сказано. И для этого есть и следуют пояснения. - А любимым она меня называет тогда, когда ей от меня что-то нужно. И что же сейчас ей нужно? - С трагизмом в голосе задаю я этот вопрос, вновь выведя на первый план своего внимания опасную бритву в своих руках. Ведь она этот подарок мне словом "любимый" сопроводила.

А вот тут меня интригующе мысль посетила. Но сперва вопрос. - И о чём это говорит?

А вот теперь тот самый интригующий ответ. - О том, что от меня ещё что-то зависит.

А вот утешить своё самолюбие зависимостью от меня и не пойми чего для моей супруги, я не буду, а прямо об этом спрошу себя. - И что?

- Уж точно не её настроение. - Сам себе противоречию я, а может и нет, если у моей супруги всегда нет настроения. Хотя если её настроение находится в прямой связке со мной, то, пожалуй, тогда от меня зависит её настроение.

Но здесь имеет место что-то другое и более знаковое и важное. - И что? - Повторно, но с другой смысловой направленностью задаюсь я этим вопросом. И надо же, мне в глаза бросается новая зубная щётка в специальном стаканчике на мойке, которую мне всего вероятнее удосужилась поменять моя дорогая. - Интересно, с какой связи? - А вот этот вопрос сопутствующий моим размышлениям о новых взглядах на окружающие меня вещи, имеющие тенденцию меняться, тогда как я всё тот же, ни к чему не стремлюсь, прозябаю и зарастаю в своей зацикленности на своих проблемах. Где главная проблема мной не замечается - это я.

- Не уходи от темы. - Себя я поправляю, и вот на что у меня открывается глаза в связи с этой новой зубной щёткой. Которая здесь и сейчас не просто так появилась. А связать воедино этот подарок опасной бритвы, всё моё последнее время удручающее всех нас поведение, и моё язвительное умничанье и подтрунивание над своей дорогой, поведшей себя в один из вечеров не как обычно, крепясь и сдержанно, а она позволила себе быть слабой женщиной, кому доступны слезы и причитания, типа за что мне в моём лице такое наказание, на что ей со всей своей подлой кичливостью и отвратительном в моём эгоцентричном виде делаю вопросительное замечание: "А что тебя ещё во мне держит?", я отчего-то боюсь.

А она на меня тогда так посмотрела внимательно, и видно ничего из предполагаемого ею во мне не нашла, в себя уткнувшись. Ну а так как я требую от неё ответа, то она его даст мне. - И в правду, ничего не держит.

Я же почему сильно на это огорчился, не считая того, что ещё разозлился, и это притом, что я сам к этому её подбивал. И так как я не люблю скрывать свою разозленность, то я укажу своей дорогой супруге на то, как я могу быть ехидным и язвительным в её противную для меня сторону.

- Прежде чем вы, дорогая Лариса Мануиловна, не пришли к обманывающему прежде всего вас решению, я хотел бы вам упомянуть об одном изречении одного умного и несчастного от этого человека. Спать с одной женщиной, это тоже самое, что пользоваться одной зубной щёткой.

- И чёрт вас, Лариса Мануиловна, побери. Вы купили мне новую зубную щётку, вложив в эту покупку контекст моего ехидства. - Прямо вбило меня в ноги от такого откровения. А вот было ли оно надуманным или имело для себя приведенные мной выше причины, то это мне с этим разбираться, и искать логические связи между покупкой щётки, а затем этой бритвы.

И я начинаю вспыхивать, решив кардинально насчёт своей и не только с некоторого времени дорогой. Кто теперь мне очень дорого обойдётся. Раньше на неё у меня уходило всё своё время финансовых и бытовых забот, от которых я частично с некоторых недавних пор отстранился, а вот сейчас, я за всё это своё отстранение от своих обязательств видимо поплачусь жизнью. И сделаю я это сам, без явного с её стороны давления. Она всего лишь мне даст мне понять, что это самый разумный для меня шаг, согласованный с высшим порядком, от которого мне никак не увильнуть, всё на мой счёт решено и предрешено. И как бы я не пытался уйти от своего неминуемого наказания, оно меня обязательно настигнет.

- Так что, дорогой, давайте всё сам. Не заставляйте меня марать об вас руки. - А вот это уже во мне взяло слово другая, закостенелая на своём консерватизме личность.

При этом во мне живёт любопытство, первое качество стремления к жизни, и я делаю знать ответ на следующий вопрос. - И кто же должен прийти мне на замену? - Покручивая свободной рукой зубную щётку, обращаюсь я с этим вопросом к себе.

И ответ на него прямо напрашивается, смотря на меня в отражение зеркала.

- Мойша?! - Глазам своим не веря и заодно таким выводам своего рассудка, вопрошаю я себя, через свой нервный выдох вызвав запотевание поверхности зеркала. Что привело к отчасти странным, к отчасти удививших меня в предел метаморфизмам с моей отраженной в зеркале личностью. Которая преобразилась в этой дымке запотелости в отличие от меня реального в благообразную и дисциплинированную, сама себе на уме личность определённо какого-то поверенного по вашим личным делам, выездного адвоката, кто из глубины своего познания всей подлости и пакости человека смотрит исподлобья на меня через призму своей ладно уложенной и ухоженной бороды, и вот что он хочет мне сказать, само собой моими словами. - Да-да. Всё верно. Я тот самый Мойша, кто тебе все это время покоя не давал. И теперь, я на это сильно надеюсь, ты понял в связи с чем. - И гад такой, демонстрируя у себя великолепные зубы и дьявольскую ухмылку, крутит моей рукой эту зубную щётку, которая по факту теперь его, раз именно его с некоторых пор связывают крепкие, настоянные на общих интересах (так и быть вам, Родион, скажу, вас облапошить, к обоюдному с Лориком удовлетворению; и не только в постели, а он с ней хочет обескровить все мои счета) отношения.

А вот верить мне в это или не верить, то как сами посчитаете нужным и разумным для себя. Ведь от правильного выбора своей позиции, зависит ваше будущее.

- Но зачем ты мне это говоришь? - Психуя, вопрошаю я.

- Из мужской солидарности. - Прямо издевается надо мной, конечно, не Мойша, а какой-нибудь субъект своего личного и юридического права, судебный клерк под псевдонимом Алехеро Крузейро, а так-то он судебный поверенный, господин с серебряной ложкой во рту, Вениамин Эммануилович Пратт. Кто честолюбив, самонадеян, уверен в собственной значимости и моей беззащитности перед его юридическими всего лишь формальностями, вот он и насмехается надо мной.

- А если взаправду? - требую я от этого специалиста по юридическому правду того, на что он не способен, на честность и искренность, ведь он окружающий мир подвергает весовой по юридическим стандартам калькуляции. А где всё подчинено расчёту, то там нет место душевно-нравственным стандартам.

Но, тем не менее, господин Вениамин Эммануилович Пратт, чувствующий ко мне некоторую симпатию за то, что я умудрился сохранить и уберечь для его безбедного будущего столь важную составляющую, как мою, пока только на данный момент супругу, Ларису Манящую, на которую у него есть столько великолепных и как по мне, то скотских планов, попытается хотя бы приблизиться немного к тому, что я от него требую.

- Знаешь, дорогой друг, - с присутствующей в нём нарцистической вальяжностью, проведя рукой по бриолиненной причёске, говорит Вениамин, - я рассчитываю после твоего скоропостижного ухода в любую сторону, здесь расположиться с комфортом. И для этого мне не нужны лишние сложности и скандалы того же бытового характера. Где ты себя вдруг почувствуешь обкраденным и обойдённым в счастье, и решишь всё это возместить самым паскудным образом, заявив о ничего ещё со своей любимой и на неё только молиться надо супруге при разводе не поделённом. Буду до последнего всё здесь делить и до последнего драться за право тебе, моя любимая супруга, досадить своей скрупулезностью подсчёта того, что здесь моё, а что не ваше.

- Ну не скотина ли?! - а вот это был риторический вопрос со стороны господина Вениамина Пратта. Решившего взять меня на понт моей сознательности и на моей стыдобе за вот такие, всего лишь хозяйские отношения с действительностью. Ну а я в момент его раскусил на вот такой его юридической технологии, как привести клиента к общему, разорённому знаменателю.

- На-ка выкуси! - вот такой мой ответ Чемберлену в лице покоробленного моей выходкой Вениамина. За дурака и притом не умного меня считающего и на это сильно рассчитывающего. Мол, напою ему в уши всех этих нравственных начал, что значит поступать как настоящий мужчина, а затем тёпленького и раздетого из квартиры выгоню. Нет уж! Ничего у тебя из этого не выйдет. Я с собой унесу всю душу этого нашего с моей бывшей любимой гнёздышка. А именно вырву всю внутреннюю обстановку жилища, срезав с помощью этой бритвы в моих руках всё в ней отвечающее за красоту и внешние характеристики.

Так что вы, господин не хороший и расчётливый Вениамин Аглицкий (а какой ещё?!), слишком поспешили рассчитывать на мою податливость к внешним обстоятельствам и не бесспорным, с возможностью апелляции судебным решениям на мой счёт, я вам тут крови ещё много попью. И для начала я вырежу все внутренности на наших мягких креслах, на которые вы уже коситесь, рассчитывая на них разместиться под чашку чая в одной руке, а в другой с газетой. И да, кстати, если вы так хорошо знаете вашу подзащитную, Ларису Изменщицу, кого вы собираетесь защищать в суде от такого деспотичного и крохобора человека, как я, то ответьте мне на самый логичный вопрос в свою сторону, который позволит мне выяснить степень вашего втирания во внутреннюю природу своей клиентки. Насколько хорошо вы её знаете?

Здесь этот юридический поверенный, как по мне повеса по юридическому праву, попытался было увильнуть от факта своего вхождения в знание насущных проблем своей клиентки, которую он уже заранее выдаёт за себя, но уж больно грозно и опасно я на него смотрю, сжимая в руке опасную бритву, что ему деваться некуда, как принять это моё предложение.

- Если это вам поможет смириться со своей участью, то я готов пойти на эти, честно сказать, то не понятно для меня к чему ведущие манипуляции. - Вот так выражает своё вынужденное согласие этот ловкий Вениамин.

- Тогда скажите мне, какому напитку отдаёт предпочтение ваша клиентка, Лариса Привередливая. Кофе или чаю? - задаю я этот самый обычный вопрос для выяснения межличностных отношений. И, бл*ь, Вениамин посыпался на первом же вопросе по сути дела, в себе забледнев и потеряв в лице всю свою респектабельность.

А это наводит меня на в некотором роде успокаивающие меня, позитивные мысли насчёт присутствия этой новой зубной щётки. Она, есть немалая вероятность того, что всё-таки куплена для меня. А моя супруга, Лариса Прежняя, возможно ещё пребывая в иллюзиях на счёт меня, добивается таким образом моей к ней внимательности, которую я в последнее время подрастерял, полностью сосредоточившись на себе и на своём нытье - какой я несчастный, никому я не нужен и никто меня не любит. Да?! - И я козёл такой смотрю для подтверждения обратного на свою супругу, кого я достаю с утра до вечера всеми этими причитаниями о своей несчастной доле.

- И если я замечу это, то у нас с ней ещё не всё потеряно. - А вот эта, в чём-то обнадёжившая меня мысль, возвращает меня к мысли по поводу поиска женщины. Где я с этим поиском так отлично справляюсь.

И так как искать в ванной уже нечего, кроме чьих-то волос на полу, то я решаю перевести свои поисковые мероприятия в другие части квартиры. На моё удивление очень даже большой и просторной.

- И куда это нас занесла нелёгкая Родиона? - на этот счёт задался бы таким вопросом Лоцмен. Но об этом опосля, как бы он вслед ответил. А сейчас я наталкиваюсь на то, что несколько было неожиданно для меня при поверхностном знакомстве с Родионом (я тут включил позицию стороннего наблюдателя). Кто, если быть откровенно честным, то сильно преувеличил суть своей проблемы, где ему типа не на что и не на кого опереться в своей ничтожной и потерянной жизни. Когда как внешние интерьеры его жилища указывают, как минимум на то, что в финансовом плане у него не всё так пропаще. И на финансовую несостоятельность ему будет сложно опираться в объяснении кардинальной перемены взглядов на него его супруги, решившей вдруг пересмотреть свою позицию в его сторону и стать бесчувственной, холодной и расчётливой.

При этом как мной сейчас здесь наблюдается, то Лариса Мануиловна не махнула рукой на обстоятельства своей жизни и нахождение в близких жизненных отношениях с Родионом. В квартире было чисто, убрано и всё по своим местам расставлено её хозяйской рукой.

А вот на этом месте в борьбу за выводы насчёт этой реальности подключилась та часть меня, которая без всякого энтузиазма, критично всё вокруг оценивает. - Да. - Как бы соглашается эта часть меня с позитивной стороной моего рассудка, выстраивая, таким образом, коммуникационный мост. - Она проявляет к тебе терпение. Но надо понимать, что оно не бесконечное, раз она решилась на такой подарок тебе. От кого ожидается естественного поведения при данных обстоятельствах. И моя кончина будет только моим выбором, и она будет точно не от голода по её вине. - Открыв холодильник, полный запасов, делаю любопытный вывод я.

- И для кого она всё это приготовила? - всё-таки не может не промелькнуть во мне червоточина.

А вот на этот вопрос, как я понимаю, без глубинного погружения в жизнь Родиона, не ответишь. И здесь нужно дождаться возвращения его супруги оттуда, куда она ежедневно уходит (а вот куда интересно?), и в разговоре сглазу на глаз всё это и заодно появление в холодильнике бутылки водки "Абсолют" выяснить. Которую пить я не удосуживаюсь, стремясь находиться в полной памяти и сознании при своём унынии и зарастании проблемами, а моя благоверная не имеет склонность к такому крепкому злоупотреблению, предпочитая более мягкие напитки. Хотя не без своего исключения, как она как-то говорила. - Я и такое могу через себя пропустить по хорошему и знаковому поводу.

- И этот повод буду организовывать я. - Аж похолодело у меня всё изнутри, при виде того, как не чокаясь, будет про себя радоваться такому своему избавлению от проблем в виде меня моя благоверная. И при этом она не чокаться будет не с одной собой. Бутылка то литровая, и для вот такого долгожданного повода такая не припасается для одного. И мне не трудно догадаться, кто составит компанию моей благоверной. Эта сволочь Вениамин. Кто только в публичной сфере такой весь из себя презентативный, а вот во внутреннем кругу, с разрешением и допуском до его первобытных инстинктов, он тот ещё пещерного волюнтаризма кадр.

А тут мне ещё на глаза попадаются конфеты "Клубника в шоколаде". Вид которых бросает меня в дрожь и нервозность сознания. У меня слишком хорошее, чтобы иногда не быть правдой воображение. И то, что мне пытается нарисовать моё воображение при виде этих конфет в купе с этим абсолютом игнорирования меня как живой факт, уму разумному моему непостижимо. И дальше идти исследовать квартиру не может идти никакой речи. Я всё, что надо мне видеть, чтобы сделать выводы видел. - И на этом хватит! - изо всех сил захлопываю я крышку дверки холодильника и лучше сейчас никому на моём пути в ванну не попадаться.

- А сейчас я должен себя к этой встрече приготовить. И лучше всего сделать ей сюрприз при встрече. - Уже находясь в ванне, немного успокоившись и глядя на себя в зеркало, пришёл я к этому решению, направляя бритву в сторону своей бороды.

И вот что мне приходит на ум, сопутствующее этому направленному на свою бороду действию. - Не могу же я расстроить свою благоверную. - Не сильно утвердительно, чуть ли не под вопросом я это говорю.

И как результат этого моего шатания, вот такой ответ. И притом в дерзкой, вызывной манере. - Конечно, могу.

- А что Родион на это ответил бы? Он смог бы? - следуют с моей стороны крайне важные для понимания характера Родиона и его семейных отношений вопросы.

И тут нужно порассуждать. - Если его благоверная купила ему эту бритву, то она, как минимум, рассчитывала на его понимание сути и корня проблемы в их отношениях. - Прихожу к такой мысли я, без обиняков, с гигиенической циничностью смотря на благоверную Родиона, к которой у меня в отличие от Родиона нет пристрастного и предвзятого отношения, которое не позволит мне сделать объективную оценку, как ей, так и её намерениям.

- Ладно. Я понял кое-что за тебя. - А вот этот вывод давно напрашивался мной сделать в сторону этого заросшего своими проблемами Родиона, и он был сейчас сделан. - Есть у меня такое чувство, что не любит Родион спорить о мелочах. - А вот откуда это было мной взято, то из всяких мелочей и моей наблюдательности за видом и ходом мыслей Родиона. - А вот сходить в качестве компромисса и демонстрации своей воли в барбершоп, то это Родиону не по силам. И значит, придётся самому браться за приведение себя и Родиона в порядок.

А для всего этого, так мной названного приведения всех присутствующих к общему выбритому до канцелярской чистоты и гладкости щёк знаменателю, я не в соответствии с ожиданиями и порядком по этому факту действий, начинаю действовать, отложив в сторону бритву, и со словами: "А теперь я должен убрать скелет в шкаф для встречи со своей благоверной, для кого и без встречи с этим скелетом в шкафу будет достаточно поводов для своего удивления", не без своих сложностей и труда убираю в один из встроенных шкафов скелет по факту, а не фигуральной пояснительности этого момента (это такая с моей стороны интрига и загадка, которую не мне дано разгадать).

- Кажется всё. - Перевожу я дух, уже усевшись, а точнее бухнувшись всем весом на кресло. - Осталось только побриться и я готов к встрече.

- Ты в этом уверен? - не сильно неожиданно для меня, а скорей ожидаемо, в ход этой моей модуляции реальности вмешивается и влезает Лоцмен, человек курирующий мой проект, кто меня ведёт по этой дислокации субмодальности, в которую была интегрирована одна из стандартных ситуаций.

- Да. - Не сильно твёрдо и уверенно даю ответ я.

И само собой у Лоцмена на всё это есть альтернативная точка зрения, входящая в противоречие с моей. И звучит она следующим образом. - Как по мне, то нет.

На что я возмущаться гордо и разумно не буду, сперва выслушав аргументацию Лоцмена. И он её обязательно приведёт.

- Что ты по факту действительности с Родионом выяснил? - начинает сыпать вопросами Лоцмен. - Какую информацию, кроме как заглянув в холодильник и наевшись там расстройством и негодованием, ты собрал о наших клиентах? В частности о незабвенной (и зачем он так обозначил Ларису Мануиловну, ни хрена я не понял, и какого хрена он себе взял такое, только мне доступное право её по своему именовать?!) благоверной Родиона? А как насчёт альтернативных вариантов встречи и нахождения Ларисы в ореоле не свойственного ей обитания? Где ты не пассивно смотришь на всё с тобой происходящее, где всё подчинено воле Ларисы, а ты сам являешься инициатором жизненных процессов вокруг тебя и твоего окружения?

- Звучит побудительно на действия. - Не мог я не отдать должное умению убеждать в частности меня Лоцмена. - И что это за альтернативный путь?

- Знаешь, мне понравилась твоя мысль о барбершопе. - Даёт ответ Лоцмен. - Здесь ты берёшь инициативу в свои руки по изменению характера отношений со своей супругой, при соблюдении формальных требований Ларисы. - Лоцмен указывает мне направление моего дальнейшего движения.

Что практически полностью мной принимается, за исключением одного нюанса. - Я бы пошёл, но я боюсь её упустить. - Озвучиваю я ту самую загвоздку, приковывающую меня к креслу, кивая в сторону входных дверей, через которые ожидается прибытие моей, а точнее Родиона суженой.

- А когда? - То этот вопрос находится не в моей компетенции, точнее знания. Что есть ещё упущение с моей стороны, не позаботившегося о сборе и такой информации. Но этот факт Лоцмен не будет приводить в качестве моего убеждения покинуть этот пост выжидания, а у него есть другое предложение.

- Используем разделение личности, со всем спектром погружения и перегружения в метамодели реальности. По характеру взаимоотношений с ней можешь выбрать ассоциативную или диссоциативную модель. Используя также паттерны линии времени. Оставив здесь для ожидания пассив, направив в альтернативную сторону свой актив. - Делает ожидаемое мной предложение Лоцмен. А вот вслед он озвучивает то, на чём крепятся его обоснования выбранной модели для дальнейшей работы с данной конструкцией. - Ты действовал логично, согласно протоколу и лекалам, принявшись искать человеческую уязвимость в самом близком для него кругу. Где подозреваемый самый близкий человек в лице супруги. Но когда рассматриваешь такие случаи по итогу выводов взаимоотношений между людьми, перешедших в стадию их радикализации, то надо понимать, что сторона подозрения к этому тщательно подготовлена, даже в случае спонтанного решения подвести черту под отношениями.

У неё, этой стороны, в нашем случае представленной Ларисой Суженой (в моём своеобразии называть подозреваемую, играет с её именованием Лоцмен), по мере накопления мотивации и обстоятельств принять это окончательное решение, параллельно этому разрабатывались планы своего оправдания и непричастности к итоге случившемуся. Ну а когда итоговый результат так ловко обставлен, с выдвижением на первый план самостоятельности принятия этого итогового решения самой жертвой вот таких жизненных обстоятельств - сами воочию видите, что он самолично полез в петлю загадки этого скелета в шкафу - где безусловным доказательством вины будет предъявление орудия убийства, то нужно искать не всегда проложенные логикой пути поиска истины.

- И что это за орудие убийства? - спрашиваю я.

- Оно уже будет наготове, вспохваченное твоим вмешательством. - В своеобразной себе манере фигуральности обрисовки реальности говорит Лоцмен. Впрочем, доступно для моего понимания. - Так что напрямую действовать, может и увлекательно и щиплет нервы, но при столкновении с хорошо подготовленным противником не самый реализуемый и перспективный путь.

- И что ты предлагаешь? - следует от меня вопрос.

- Надо, как я уже говорил (это когда?), выяснить ценностную картину мира нашей подопечной, её окружение, а уж затем идти на контакт и действовать. - Даёт ответ Лоцмен.

И я в принципе с ним согласен.

- Ты уверен, что мы здесь ничего не упустим? - всё-таки у меня есть сомнения.

- Я присмотрю за этим. - Говорит Лоцмен.

- Хорошо. - Говорю я, бросаю взгляд на входную дверь и вот так интригующе и интересно не прощаюсь с хозяйкой этого жилища, занявшей все мои мысли в этот последний период времени:

- До встречи, Манюня.

И не трудно догадаться, что я погрузился в рассматриваемое дело с головой, перейдя на новый уровень отношений, с вот таким личностным подтекстом знания моей подопечной, находящейся на первом месте в списке подозреваемых в преступлении против личности Родиона по желанию и перестраховочному мнению Лоцмена, тогда как я считаю, что косвенных доказательств и улик в плане того, что она самый близкий к Родиону человек, совершенно недостаточно для обвинения её в том, что она, как минимум, своим бездействием способствовала возникновению тех отягощающих обстоятельств жизненного неустройства для нашего подопечного Родиона, которые привели его к тому, что он решил кардинально пересмотреть свои взгляды на свою жизнь в этом обществе потребления. Которое его и съело, и как по мне, то это более близкая к случившемуся с Родионом версия объяснения случившегося.

Но в нашем деле спешка не нужна, и по большому счёту деструктивна. И для начала лучше дождёмся результатов сбора более подробной информации об окружении наших подопечных, а когда ею будет достаточно для конструктивного разговора с супругой Родиона Ларисой, то поговорим и с ней. Для этого я, рассредоточившись, и здесь также отчасти остаюсь, её дожидаться в лице Родиона, гладко выбритого и с новыми взглядами на жизнь вместе с Ларисой, кто, пожалуй, такого сюрприза от Родиона не ожидает, и на этом я и попытаюсь поймать Манюню.

_______________________________ _____________________________________

© Сотников Игорь Анатольевич. Нейро-лингвистические техники с бородой. Глава 3

Origin: http://samlib.ru/s/sotnikow_i_a/3-31.shtml

Создан: 02/09/2026, изменен: 02/09/2026, 31k

Глава: Проза

Series: @ Нейро-лингвистические техники с бородой